Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

В Свердловской области правительство намерено запретить ночную продажу крепкого алкоголя


Программу ведет Татьяна Канахина. В программе принимают участие - Тамара Владимирова, начальник отдела Министерства торговли, питания и услуг Свердловской области, и Дмитрий Таф, руководитель Уральского филиала Национальной алкогольной ассоциации.

Татьяна Канахина: В Свердловской области правительство намерено запретить ночную продажу водки, коньяка, крепленых вин и другого алкоголя крепостью выше 15 градусов. Бизнесмены выступают против планов областных чиновников. К тому же, федеральные власти собираются сократить перечень мест, где можно употреблять алкоголь. Плюсы и минусы возможных нововведений соразмеряет екатеринбургский корреспондент Радио Свобода Ирина Мурашова.

Ирина Мурашова: По объемам употребления спиртного Свердловская область входит в пятерку лидеров по России. Опыт ограничения ночной продажи алкоголя в регионе уже был. Мэр Каменск-Уральского в прошлом году запретил продавать алкоголь в местных торговых точках с 8 вечера до 10 утра. Ограничения продержались полгода. Но суд постановил, что такое решение противоречит федеральному закону. Возможно, уже с 1 января запрет снова вступит в силу в соответствии с обновленным федеральным и областным законодательством. Министр торговли Свердловской области Вера Соловьева уверена, что на объемах продаж это не отразится.

Вера Соловьева: Самое главное, ничего не произойдет в объемах потребления – сколько покупали, сколько пили, поверьте, так и будет.

Ирина Мурашова: Бизнесмены (а алкоголем торгуют более чем в 8 тысячах точек области) заранее не согласны с этим. Они уже посчитали: ущерб даже небольшой торговой точки составит около 140 тысяч рублей в месяц. Кроме того, по мнению коммерсантов, после запрета на ночные продажи в регионе возобновится нелегальная торговля. Три года назад четверть продаваемого в Екатеринбурге алкоголя была фальсификатом. Сейчас изредка «палят» водку и крепленые вина. А те 250 граммов пива или джин-тоника, которые каждый день выпивает среднестатистический подросток в Свердловской области, точно лицензированы.

Авторов федерального законопроекта об ограничении потребления алкоголя в общественных местах теперь волнует уже не что пьют, а кто и сколько. Реальная польза такого закона может не оправдать ожидания, полагает начальник Комитета по делам молодежи одного из районов Екатеринбурга Елена Хрусталькова.

Елена Хрусталькова: У нас же такого не было, что запретил – и никто этого не делает. Да, они пойдут в подъезды, они найдут возможность, где это все равно сделать.

Ирина Мурашова: До революции 95 процентов молодых людей до 18 лет вообще практически не пили спиртного. В этом старается убедить слушателей курсов Общества «Трезвение» при Храме Александра Невского Отец Игорь Бочинин.

Игорь Бочинин: Свою деятельность мы определяем не как борьбу с пьянством, а как утверждение трезвости. Очень многие люди говорят: «Батюшка, не хватает силы воли». И мы человеку просто-напросто помогаем войти вот в ту традицию, обрести тот опыт, который воспитал и сформировал Святую Русь.

Ирина Мурашова: В эти дни в Екатеринбурге находится икона «Неупиваемая чаша». С конца XIX века на нее возлагают надежды те, кто страдает от пристрастия к алкоголю.

У властей другой взгляд на решение проблем алкоголизма. Через две недели судьбу ночной продажи спиртного в Свердловской области решит специальная комиссия. Но все нововведения планируются только с 2006 года, а алкогольные магазины Екатеринбурга уже готовы к новогоднему буму на спиртное.

Татьяна Канахина: Сегодня гости Екатеринбургской студии Радио Свобода - начальник отдела Министерства торговли, питания и услуг Свердловской области Тамара Владимирова и руководитель Уральского филиала Национальной алкогольной ассоциации Дмитрий Таф.

Тамара Яковлевна, много ли будет точек по продаже нелегального спиртного, о чем говорилось в сюжете моей коллеги?

Тамара Владимирова: Я думаю, несколько здесь заблуждаются коллеги и устраивают как бы бурю в стакане воды. Это не главный вопрос, о котором нужно сегодня говорить – ночная или не ночная продажа. Объемы ночной продажи, по многолетней статистике, они не настолько велики, чтобы сегодня на этом строить разговор. Нужно сегодня говорить о другом. С вступлением в силу федерального закона в Свердловской области обязаны были принять некоторые нормативные и правовые акты, которые будут регламентировать вообще порядок продажи. А ограничение времени торговли – это только один из них.

Татьяна Канахина: Но мы к этому еще вернемся. А кому с 1 января будет отказано в получении лицензии на право торговли алкоголем?

Тамара Владимирова: Это прямая федеральная норма, поэтому с 1 января 2006 года лицензии не будут выдаваться индивидуальным предпринимателям. Лицензии будут выдаваться только юридическим лицам. Вот здесь существует заблуждение, и я не знаю, чем оно порождено. Может быть, неправильно как-то комментируют или у нас очень много комментаторов. Но я бы хотела разделить эту проблему. Индивидуальные предприниматели, получившие лицензию до этого срока, имеют право осуществлять розничную продажу алкогольной продукции до 1 июля 2006 года, вне зависимости от того, на какой срок им была выдана лицензия. То есть с 1 июля 2006 года не только в Свердловской области, а вообще, согласно нормам федерального закона, повсеместно с 1 июля 2006 года индивидуальные предприниматели не имеют права осуществлять розничную продажу алкогольной продукции – она будет считаться незаконной.

Татьяна Канахина: А какие условия нужно будет выполнить, чтобы получить лицензию?

Тамара Владимирова: Для юридических лиц практически все условия остались прежними, кроме одного, на мой взгляд, очень существенного. Обязаны мы были ввести... потому что федеральный закон говорит о некоторых нормах, которые вправе субъекты вводить, и о некоторых нормах, которые мы обязаны ввести. Так вот, один из аспектов, которые мы обязаны были рассмотреть и ввести в действие с 1 января 2006 года, - это минимально оплаченный уставный капитал. На сегодняшний день определен размер уставного капитала. Мы сегодня уже можем говорить об этом. Несмотря на то, что я еще не могу вам назвать номер самого постановления – оно сейчас находится на подписании у председателя правительства. Размер оплаченного уставного капитала, который будут обязаны иметь юридические лица, - это 250 тысяч рублей.

Татьяна Канахина: А откуда эта цифра взялась? Не 300, не 400...

Тамара Владимирова: Мы посмотрели эту цифру таким образом. Было очень много сделано статистических исследований. Взяли оборот алкогольной продукции, взяли оборачиваемость алкогольной продукции, и в зависимости от усредненного объема был вычислен расчетным путем этот уставный капитал.

Татьяна Канахина: И я приглашаю слушателей присоединиться к нашей беседе. Считаете ли вы необходимым введение запрета на продажу алкоголя в ночное время? Дмитрий Алексеевич, как вам цифра в 250 тысяч в качестве минимальной для уставного капитала компании, торгующей алкоголем?

Дмитрий Таф: Начнем с того, что законом изначально установлен максимальный уровень, который может субъект ограничить, - это 1 миллион рублей. То есть в нашей области максимум не стали брать.

Татьяна Канахина: Вы считаете, это небольшая...

Дмитрий Таф: Я считаю, что нет.

Татьяна Канахина: Что касается второй цифры, которая есть в законе, - 50 квадратных метров под торговые и складские площади для компании, торгующей спиртным. Как вы считаете, не будет ли это неким ограничением для получения лицензии?

Дмитрий Таф: Ограничения по площади существуют и сегодня. Другое дело, что сегодня это ограничение обходят, потому что оно не распространяется на индивидуальных предпринимателей.

Татьяна Канахина: Тамара Яковлевна, как вы считаете, 50 квадратных метров – это препятствие для коммерсанта, торгующего спиртным?

Тамара Владимирова: Вы знаете, с момента выхода закона вообще по обороту алкогольной продукции, а это 1999 год, вот эта норма, как она была, так она и осталась. Это не нововведение. Она из закона в закон повторяется. Там есть дополнения и изменения, касающиеся иных норм. А 50 квадратных метров, они остались. Единственное, что радует и что не изъято из этой нормы... Обратите внимание, закон трактует: организации в городах обязаны иметь торгово-складскую площадь в 50 квадратных метров.

Татьяна Канахина: То есть сел и деревень это не касается, да?

Тамара Владимирова: Нет, не касается.

Татьяна Канахина: И еще один интересный момент, который есть в законе. В нем говорится о том, что юридические лица должны будут регулярно отчитываться о своей деятельности по реализации алкоголя перед Министерством торговли. Тамара Яковлевна, ради чего, зачем это сделано?

Тамара Владимирова: Объясняю, как нам кажется. Да, как субъект Федерации, мы ввели само декларирование, порядок декларирования и форму декларации. То есть три нормы введены одним постановлением у нас. К сожалению, нормы федерального закона, о котором мы сейчас говорим, 102-ой федеральный закон, он, к сожалению, исключил, изъял из нашей жизни институт, который был создан до этого, - институт акцизных складов и институт аккредитованных складов, когда каждый оптовый продавец, завозя на территорию Свердловской области любую алкогольную продукцию, обязан был поставить ее на этот склад, провести систему качества, оклеить ее региональной маркой. Наличие на бутылке региональной марки говорило уже о том, что данная продукция прошла систему качества. В настоящее время это изъято. Не понятно почему. На сегодняшний день все субъекты Российской Федерации обращаются в Думу и к президенту с тем, чтобы вернули это качество. Причем это, в большей степени, нужно оптовикам. Оптовики у нас сегодня не хотят завозить нелегальную, фальсифицированную, «паленую» продукцию, не хотят. Все хотят вернуть систему качества. С одной стороны, была вот эта система качества, с другой стороны, мы знали объемы, сколько потребляют.

Татьяна Канахина: А зачем вам знать объемы, сколько потребляют? Вот где эта цифра применяется?

Тамара Владимирова: Да вы сами все время апеллируете к ней – сколько на одного жителя выпивается, сколько не выпивается, сколько крепкого... Мы, вообще-то, должны знать, в каком...

Татьяна Канахина: Вы делаете это для медиков, для общества, для своих каких-то внутренних отчетов, это декларирование?

Тамара Владимирова: Нет. Мы делаем это для того, чтобы эта цифра была понятна всем – медикам, руководителям молодежи, служителям церкви. Чтобы мы хотя бы знали, что мы пьем – крепкий алкоголь, пиво, легкие вина, куда идет нация, на что нужно обратить сейчас внимание и как нужно оградить, и прогнозировать дальнейшую идеологическую работу по алкогольной продукции.

Татьяна Канахина: Формы декларирования, они не сложные для предпринимателей?

Тамара Владимирова: Нет. У нас там буквально три цифры – остаток на начало, поступление, остаток на конец – все.

Татьяна Канахина: У нас есть телефонный звонок. Доброе утро.

Слушатель: Здравствуйте. Сергей Георгиевич, Москва. Я лично за ужесточение продажи алкогольных напитков в связи с тем, что... Вот до последнего времени у нас два магазинчика было, и в обоих магазинах продавалась водка, ну, естественно, «паленая», потому что по вкусу чувствуется. И вот сейчас их закрыли, ну, может быть, из-за некачественной продукции, может быть, просто запретили продажу водки. Сейчас идешь домой, проходишь мимо, вместо того, чтобы зайти туда, взять бутылку. Раньше ночью захотелось выпить - пошел туда и взял бутылку. А сейчас уже лень даже идти на рынок.

Татьяна Канахина: Понятно. Наш слушатель за ужесточение продажи алкогольных напитков. Тамара Яковлевна, по прогнозам, насколько сократится количество продавцов алкоголя?

Тамара Владимирова: Прогнозы делать – это последнее дело. Но на сегодня у нас выданы 1963 лицензии юридическим лицам и индивидуальным предпринимателям – 5100. Но когда я говорю, что выдано юридическому лицу, как субъекту права, я не знаю, сколько у него объектов. У него может быть 10-15 магазинов. Лицензия одна, а объектов может быть много. Я думаю, что, наверное, имеют потенциальную возможность около 60-70 процентов от индивидуальных предпринимателей перейти в статус юридического лица. Потому что это достаточно серьезные предприятия, стационарные предприятия. И то, что они перешли в индивидуальные предприниматели, это не было продиктовано иными причинами кроме как уплатой единого налога на вмененный доход, который давал им какие-то льготы. Только из-за этого была изменена правовая форма. Я думаю, что они вернутся в ООО, или там еще какая-то иная форма, гарантирующая, что они будут организациями...

Татьяна Канахина: То есть, получается, 30 процентов участников рынка перестанут торговать алкоголем?

Тамара Владимирова: Возможно.

Татьяна Канахина: Дмитрий Алексеевич, вот какие вы делаете прогнозы в этом смысле?

Дмитрий Таф: Здесь сложно делать какие-то прогнозы. Потому что спрогнозировать, кто решит уйти, кто решит остаться, кто будет в состоянии сформировать уставный капитал в соответствии с требованиями нового постановления...

Татьяна Канахина: Но вы же общаетесь, наверняка, с предпринимателями. Что вообще они говорят?

Дмитрий Таф: Предпринимателей, которые занимаются розничной торговлей, их слишком много, чтобы со всеми общаться. Естественно, что крупные сети все останутся. И вообще, в принципе, новый закон, он направлен на сокращение числа участников рынка, деятельность которых подлежит государственному контролю. С одновременным увеличением минимального уставного капитала, имущества, гарантирующего требования кредиторов в случае чего. И государству сокращение числа участников рынка позволит ввести новые, перспективные формы государственного контроля.

Татьяна Канахина: Например?

Дмитрий Таф: Например, с 1 января на территории Российской Федерации вводится единая государственная автоматизированная информационная система, в которой, предполагается, будет учтен весь оборот алкогольной продукции. Производство и оптовые продажи будут контролировать федеральный центр, а субъекты Федерации в перспективе будут подключать к этой системе розницу.

Татьяна Канахина: Тамара Яковлевна, количество участников рынка, так или иначе, сократится. Все-таки как это скажется на потребителях? Или совсем никак не скажется?

Тамара Владимирова: Я думаю, никак не скажется. Закон не может быть как одинаково хорошим, так и одинаково плохим. Закон тоже пишут те люди, которые рядом с нами, и которые опять же избирались из нас в ту Думу. Здесь, может быть, стоит порассуждать еще на такую тему, что нововведение этого закона... такая юридическая новелла, которая говорит о том, что можно будет торговать при условии: первое – лицензия; второе – оплаченного уставного капитала; третье – при полной предоплате. То есть сейчас розничный продавец может выставить на свои прилавки только то, что он полностью оплатил. Вот представьте, насколько снизится ассортиментный перечень. Вашему вниманию не будет сейчас предложен тот ассортимент, и не будет возможности купить тот ассортимент, который мы сейчас привыкли видеть.

Татьяна Канахина: Ну, это плохо.

Тамара Владимирова: Конечно, плохо. Но закон прямого действия. Мы с вами ничего не можем сделать. Я и говорю об этом, что это тоже... даже здесь, скорее, не о времени нужно говорить, а о тех условиях, которые сегодня будут. Да, хорошо, что мы будем контролировать. Да, хорошо, что будет меньше участников рынка. Но опять-таки для кого хорошо? Для того, кто контролирует. А вот, например, мы, как Министерство торговли, мы говорим о том, что культура торговли – это не от того, что продавец улыбается, или ругается, или недоброжелательно относится. Культура торговли – это предоставление товара, товара в большем ассортименте. Сейчас просто всем нужно будет подготовиться к тому, что им будет предложено только то, что розничный продавец будет иметь возможность проплатить. Это условие федерального закона, и оно прямого действия. И ни один субъект Федерации не может в эту норму вмешаться.

Татьяна Канахина: И у нас есть телефонный звонок. Доброе утро.

Слушатель: Доброе утро. Меня зовут Яков. Мне 50 лет. Я в свое время долго жил на Дальнем Востоке, а уже около 20 лет живу в Москве. В течение своей жизни я наблюдал и андроповские запреты, и ночные запреты в Москве. И знаю точно, что будут продавать или с машин, или цыгане будут продавать. И что они будут продавать, вы сами знаете. Люди будут травиться, умирать. Все эти запреты, они приводят только к одному.

Татьяна Канахина: Радиослушатель против. Тамара Яковлевна, согласны ли вы, что будут травиться и умирать?

Тамара Владимирова: Я вам вначале уже сказала, что мы не о том говорим. Мы, зная, что будет у нас такая возможность высказаться, взяли все то, что на сегодняшний день принято в субъектах Федерации. Дело в том, что ограничения по времени – это право субъекта. В федеральном законе четко написано: субъект вправе принять ограничение по времени, а вправе и не принять. Так вот, все субъекты Федерации, которые на сегодняшний день приняли уставный капитал, лицензионный сбор и так далее, ни один из них не принял запрета по ограничению времени. Это настолько серьезная тема, настолько она субъективна... Вот те запреты, о которых мы сейчас говорим, они могут быть как плюсом, так и минусом. Вы же говорили про Каменск-Уральский. Поэтому, да, мы создали комиссию. Да, мы хотим еще раз посмотреть это...

Татьяна Канахина: А какова вероятность того, что эти ограничения будут все-таки введены?

Тамара Владимирова: Я думаю, что даже если они и будут введены, то, по всей вероятности, во-первых, это будет введено... кроме предприятий общественного питания.

Татьяна Канахина: На бары, рестораны, кафе это распространяться не будет?

Тамара Владимирова: Нет, конечно. Тогда теряется весь смысл. Закон должен только улучшать какие-то события, какие-то действия. Это же закон, он не может ухудшать повсеместно. Я думаю, что на рабочей группе, которая будет создана, мы еще раз будем доказывать и аргументировать, что такие огромные предприятия, как «Алкомаркет», допустим, огромнейший центр, работающий круглосуточно... там что, завязать что ли с этим товаром. Есть ведь совершенно цивильные организации торговли, которые имеют право продать этот товар, качественно продать и обеспечить безопасность покупателей и безопасность продукции, на мой взгляд.

Татьяна Канахина: Но, так или иначе, должны быть единые правила для всех, независимо от того, большой это продавец или маленький.

Тамара Владимирова: Вот поэтому субъекту и дано право дифференцировать это. Вот почему это не прямая норма, как, допустим, какая-то иная. Вот 50 квадратных метров – и все, по всей территории Российской Федерации. А здесь почему и говорит субъект: в установленном им порядке. Мы устанавливаем здесь порядки. Нам здесь, на территории Свердловской области, виднее. В Московской области, в Санкт-Петербурге, может быть, по-другому. А мы думаем здесь, что те ограничения, которые будут вводиться, если они будут вводиться повсеместно, ну, можно еще раз ошибиться.

Татьяна Канахина: Дмитрий Алексеевич, лично вы за ограничения или против?

Дмитрий Таф: Категорически против.

Татьяна Канахина: Вы говорите как руководитель алкогольной ассоциации или как потребитель?

Дмитрий Таф: Я думаю, что и так, и так. Дело в том, что для того, чтобы запретить что-то, надо для начала понять, для чего это делается. Я не вижу причин, по которым сегодня нужно ограничивать продажу алкоголя в ночное время.

Татьяна Канахина: И у нас есть звонок. Доброе утро.

Слушатель: Доброе утро. Меня зовут Анатолий. Я против введения этого закона. Мы уже проходили все эти запреты. Это на руку только чиновникам, проверяющим и так далее. А водку в любое время дня и ночи мы как находили, так и будем находить. Это не остановит никого. Единственное, культуру питья, как говорится, надо повышать. Человека занять надо чем-то, делом каким-то. Но не вот этими запретами, которыми пытаются... Это, я повторяю еще раз, только на руку чиновникам.

Татьяна Канахина: Мнение Анатолия понятно. Тамара Яковлевна, все-таки если будут, например, введены эти ограничения, появляется ли дополнительная лазейка, скажем так, у тех чиновников, которые занимаются контролем, каким-то образом давить, влиять на тех, кто занимается продажей алкоголя?

Тамара Владимирова: Вот это сейчас модная тема – чиновники, куда они там давят и барьеры создают... Сейчас всем так интересно об этом говорить. И главное, все и все знают. Я еще раз хочу сказать, что в самом федеральном законе написано, что вот это ограничение вводит субъект. Я думаю, что мы на территории своей области этой рабочей группой все-таки постараемся ввести это не постановлением правительства Свердловской области, а законом. Поэтому каждый житель нашего города может обратиться к своему депутату, которого он избрал в областную Думу, рассказать ему о своих болезнях, чаяниях, желаниях, пройденном пути тяжелом, и, наверное, высказать свое мнение. А депутат обязан это будет довести до сведения Думы, и, наверное, голосовать за то, что ему говорят его избиратели, так называемый электорат. Поэтому та рабочая группа, которая будет работать, она, по всей видимости, я так думаю, возможно, примет и такое решение. И каждый, абсолютно каждый житель Свердловской области может выразить свое желание или нежелание по введению этого запрета. Который, в конце концов, выразится в решении Думы, и действительно тогда будет закон Свердловской области. Если это будет закон Свердловской области, то контролирующие органы, в полномочиях которых проверять, они просто не смогут не проверять. Закон вышел, есть ограничение какое-то. Это их обязанность. Обязанность врача – лечить, продавца – продавать, а контролирующего органа – контролировать.

Татьяна Канахина: Дмитрий Алексеевич, хотелось бы узнать у вас, если, например, запрет, о котором мы сейчас так бурно говорим, будет введен, есть ли вероятность того, что потребители или предприниматели обратятся, скажем, в суд, как это произошло в Каменск-Уральском, когда был введен запрет мэром?

Дмитрий Таф: Я думаю, что в суд никто не будет обращаться. По той простой причине, что в то время, когда вводили запрет в Каменск-Уральском, законодательная база не позволяла этого делать. Сейчас – подавай, не подавай – но в законе прописано «право субъекта».

Татьяна Канахина: Если в федеральном законе есть, то оспаривать бессмысленно, да?

Дмитрий Таф: Совершенно верно.

Татьяна Канахина: Дмитрий Алексеевич, тогда вот такой вопрос. Сколько предприниматель будет терять в деньгах, если такой запрет будет введен? Насколько это ударит по карману бизнесмена?

Дмитрий Таф: Я не знаю, ведется ли такая статистика.

Тамара Владимирова: Давайте я немножечко поясню. Мы просто имеем возможности, как орган государственной власти, иметь такие данные. На сегодня у нас средний показатель, процент средний по Свердловской области... он немножечко больше или меньше на территориях муниципальных образований, но у нас 15 процентов предприятий, реализующих алкоголь, работают в круглосуточном режиме. Вот о чем мы сейчас говорим. 15 процентов. Где-то 14, где-то 13, где-то 17. Но средний показатель...

Татьяна Канахина: Не так много.

Тамара Владимирова: Не много, да. Не каждый соглашается. Это же достаточно серьезный бизнес – работать круглосуточно.

Татьяна Канахина: У нас есть телефонный звонок. Доброе утро.

Слушатель: Доброе утро. Меня зовут Мария. Я категорически против. Меня просто удивляет низкий уровень наших законодателей. То есть если сейчас есть тенденция к какому-то... по крайней мере, на сегодняшний день есть тенденция к культурному потреблению различных напитков, интереса, так сказать, к разным сортам не очень крепких вин... я это даже наблюдаю по своим знакомым, которые раньше, может быть, предпочитали выпить водку, а сейчас очень широкий интерес именно к винам. И чего достигнут этим законом? Именно то, что будут опять переходить на водку, с одной стороны. А с другой стороны, очень глупо запрещать продажу алкоголя ночью. Потому что те, кто хочет ночью достать, они всегда купят у таксистов, или будут уже какие-то определенные дома или квартиры, где всегда можно будет купить. Причем это уже будет не широкий выбор, и не вино, а именно Бог знает что.

Татьяна Канахина: Позиция Марии понятна – низкий уровень законодателя.

Тамара Владимирова: Это сложно комментировать.

Татьяна Канахина: Будут переходить на водку?

Тамара Владимирова: Я так не думаю. Когда вы меня спросили, зачем это нужно, я говорила, что это хотя бы какой-то контроль, чтобы понять объемы: что мы пьем сейчас – водку, вино, пиво. Поэтому сейчас тенденция... и по объему, по физическим показателям мы пьем больше водки. Но по темпам роста – как растет потребление водки, как растет потребление вина – это несоизмеримо. То есть вино, хорошее вино пьют гораздо больше. Я думаю, что это все-таки тенденция позитивная.

Дмитрий Таф: За последние года три-четыре потребление вина в области выросло на 30 процентов примерно.

Тамара Владимирова: Это очень много, да.

Дмитрий Таф: А потребление водки примерно на одном и том же уровне осталось. Кстати, возвращаясь к тому, о чем вы спрашивали, - зачем нужно введение системы декларирования. Видите, постоянно приходится обращаться к цифрам. К тому же, по цифрам еще скажу, что на сегодняшний день статистика, которую ведет Росстат, показывает, что у нас розничная продажа алкоголя почти в 1,5 раза превышает оптовые поставки в розницу.

Татьяна Канахина: Спасибо за участие в программе.

XS
SM
MD
LG