Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Проблема получения российского гражданства для граждан СССР


Программу ведет Евгения Назарец. В программе принимает участие Людмила Лукашова, президент Уральской ассоциации беженцев.

Евгения Назарец: В Екатеринбурге в течение этого года более 12 тысяч человек приняли российское гражданство в упрощенном порядке. Для сравнения: в 2003 году гражданство получили менее 400 иностранцев. Государственная Дума продлила этот льготный режим еще на два года. Сотрудники паспортно-визовой службы рассказывают, как легко сейчас получить гражданство, в том числе и тем, кто от него не отказывался, но волею судеб был рожден на территории других республик СССР.

Но реальность часто далека от идеала. Об этом рассказывает екатеринбургский корреспондент Радио Свобода Дарья Здравомыслова.

Дарья Здравомыслова: Олеся Глотова приехала в Екатеринбург из Узбекистана в 1996 году. Ей было 14 лет. И жила она у старших сестер. Когда ей исполнилось 16, Олеся вместе с одноклассницами пошла получать паспорт. Дальше рассказывает сама Олеся.

Олеся Глотова: Мне там сказали, что раз я родилась в Узбекистане, то, соответственно, там и должна получать паспорт, так как мои сестры не взяли надо мной опекунство, а должны были, а они мне паспорт не дадут. Они мне еще сказали, что по достижении 18-летия я должна прийти к ним, и тогда они мне выдадут паспорт. Но на руках у меня еще должен быть листок убытия. И по достижении 18 лет я прихожу опять в Орджоникидзевский ПВС, а они мне, соответственно, отказывают: «Мы не знаем, кто вам такое говорил. У нас нет такого закона. Поезжайте в свой Узбекистан, там и получайте паспорт. Либо езжайте в посольство Узбекистана (это в Москве), пусть они присылают справку о том, что вы там не принимали гражданство».

Дарья Здравомыслова: Впоследствии за право называться гражданкой Российской Федерации Олеся боролась 8,5 лет. Упрощенный порядок выдачи гражданства ей ничем не помог. Что значит этот упрощенный режим, рассказывает заместитель начальника отдела Центра паспортно-визовой работы при ГУВД Свердловской области Татьяна Баженова.

Татьяна Баженова: Срок рассмотрения документов, если в общем порядке 9 месяцев, то упрощенный порядок предусматривает 6-месячный срок. Льготный порядок предусматривает прием в гражданство по разрешению на временное проживание, без требования оформления вида на жительство. Ситуация была такая, что оформляли гражданство только те лица, которые имели на руках виды на жительство. Они должны были сдавать экзамен по русскому языку и подтверждать законные источники доходов на территории Российской Федерации. Упрощенный порядок снимает эти требования.

Дарья Здравомыслова: Татьяна Баженова не упомянула еще необходимый банковский счет в России на сумму 15 тысяч рублей и многочисленные дорогостоящие анализы. По словам Олеси, все это время, пока она была без паспорта, учеба и работа были для нее недоступны. Даже в общежитие к подруге зайти не могла, не говоря уже о том, чтобы выехать из города.

Олеся Глотова: Люди, которые живут с паспортами, мне всегда говорили: «Зачем паспорт?». Я говорю: «Ну как зачем, ребята? У вас есть паспорт – вам хорошо, вы чувствуете себя людьми. А у меня вот нет паспорта, и я не знаю, что делать». Очень тяжело. А сейчас хоть ощущаю себя человеком. Честно говоря, даже как-то непривычно.

Дарья Здравомыслова: Иначе поступила Любовь Ушакова. Уроженка Казахстана приехала в Омск после окончания школы. Прожив там четыре года и получив советский паспорт, приехала в Екатеринбург. Здесь его украли. В паспортном столе Ушаковой сказали, что гражданкой России она не является, так как в паспорте не было штампа о том, что Любовь приняла российское подданство. После четырехлетней борьбы с чиновниками из паспортно-визовой службы девушка решилась на крайние меры.

Любовь Ушакова: Я решила: раз я не нужна этому государству, раз мои права не уважают, я, как они и предлагают, приму гражданство другого государства, но более развитого. Я уже сделала заявление в американское посольство на получение гражданства. Конечно, я бы не хотела уезжать из России - я люблю эту страну, и корни мои здесь, и все мои родные здесь. Но российское правительство, законодательство вынуждают меня сделать этот шаг. То есть если они мне говорят: «Езжай в Казахстан, получай гражданство, приезжай и отказывайся, получай российское гражданство», - почему я не могу поехать в Америку и получить гражданство?

Дарья Здравомыслова: О том, зачем гражданам СССР доказывать свое российское гражданство, если они от него не отказывались, в паспортно-визовой службе ответ один – 25 июля 2002 года был принят новый федеральный закон о правовом положении иностранных граждан. Он приравнял и граждан ближнего и дальнего зарубежья в одну категорию – иностранные граждане либо лица без гражданства.

Евгения Назарец: Итак, вот эту проблему, которую обрисовала наш корреспондент Дарья Здравомыслова, мы сегодня и будем обсуждать в Екатеринбургской студии Радио Свобода с президентом Уральской ассоциации переселенческих организаций Людмилой Лукашовой.

Доброе утро, Людмила.

Людмила Лукашова: Доброе утро.

Евгения Назарец: Это что ж за упрощенный режим нужно было изобрести, и до какой степени его нужно было упростить, чтобы люди, вроде героинь прозвучавшего рассказа, не могли получить гражданство? На мой обычный, человеческий, не чиновничий взгляд, там все понятно и логично. Но жизнь показывает другое.

Людмила Лукашова: Дело в том, что у нас продолжается то же самое, что и было. То есть если человеку не надо проходить эту процедуру, то... Давайте отвлечемся от гражданства. Вам не нужно лечиться от простуды, вам не нужно делать аборт, а вам говорят: «Пройдите эту процедуру – тогда вы докажете, что вы не беременны». Вот примерно так. То есть глупость вот этой упрощенной структуры для тех, кто уже имеет гражданство, налицо. Как и Люба Ушакова, которая живет больше 10 лет в Российской Федерации, и даже паспорт умудрилась здесь получить, как она поедет... вот физически, как она без паспорта поедет в другое государство, где уже у нее никого нет, как она там что-то будет получать, как она потом будет... То есть вот на все эти вопросы простые и житейские паспортно-визовая служба не отвечает.

Евгения Назарец: В связи с темой сегодняшнего разговора о гражданстве, о проблемах предоставления российского гражданства нам интересно знать и мнение слушателей. Кому, в первую очередь, нужно предоставлять российское гражданство? Людмила, я ответа для себя на еще один вопрос не нашла в том, казалось бы, подробном разборе ситуации, который представила наш корреспондент в своем сюжете. Все-таки что такое упрощенный режим предоставления гражданства? Вам, наверное, это хорошо известно, поскольку вы с этим дело имеете часто.

Людмила Лукашова: Как ни странно, мне не известно. Потому что мы идем более коротким путем. Мы говорим, что мы граждане, нам этот порядок абсолютно не нужен, и вот эту бумагу на двух листах, которую они называют «упрощенным режимом», мы просто игнорируем. Но кому интересно, я могу сказать, что это такое. Это сбор полного пакета документов – и все справки, и подтверждение дохода, и подтверждение того, подтверждение этого. Все нужно собрать для того, чтобы получить бумагу, называемую «разрешение на временное проживание». Особенно это интересно, если у людей есть постоянная регистрация. Понимаете, дурь в чем. У человека есть постоянная регистрация, к примеру, или он живет здесь 10 лет фактически постоянно. А его заставляют заявлять: «Дайте. Разрешите...», - и так далее. Не стыкуется. Кроме того, вот эти сроки – 6 месяцев, 9 месяцев – они грубо нарушаются теми же паспортно-визовыми службами. Вот у меня буквально вчера из Каменск-Уральского поступила информация на людей, которые физически давным-давно не могут оформить свои документы. А суть в следующем. У нас еще есть дискредитация по национальному признаку. Вот один товарищ Зариф Махмутдинович Фидоматов родился в Таджикистане, приехал в Россию в 1997 году с паспортом СССР. Гражданство Таджикистана не получал. Женился здесь на гражданке Российской Федерации, имеющей двух детей, и еще одного родили. То есть многодетная семья. Сдал документы до вступления в силу нового закона о гражданстве и об иностранных гражданах. И как положено было бы по закону, уже давно должен был получить паспорт россиянина. Увы. В прошлом году Каменская паспортно-визовая служба дважды заводила на него дело. С одной стороны, ему отказывают в регистрации, с другой стороны, его ловят и говорят: «Мы тебя депортируем». И он теперь сидит чуть ли не под диваном в собственном доме. Вот вам, пожалуйста. Притко Светлана Анатольевна родилась в Российской Федерации, проживала в Казахстане. В 1998 году вернулась на постоянное жительство в Россию. Имеет регистрацию, постоянную регистрацию на 1 июля 2002 года. Паспорт СССР. Никакого казахстанского гражданства человек не принимал. Зачем ей упрощенный порядок? А ее обязывают – нужна миграционная карта, нужен паспорт Казахстана и так далее. И тот же самый дурацкий... ну, для жителей Казахстана источник дохода не нужен, но тем не менее. То есть люди становятся заложниками этой системы. А системы, как правило, нет. Потому что эта система в головах милиционеров.

Евгения Назарец: А многие тысячи, которые получили гражданство, это что за люди? Как вы себе это представляете?

Людмила Лукашова: Это не многие тысячи, а это капля в море. Я все время привожу те цифры, которые называл один из руководителей нашей паспортно-визовой службы. На 1 июля 2002 года, по данным ГУВД Свердловской области, только в нашем регионе таких мнимых иностранцев и лиц без гражданства 80 тысяч. Если они в год даже по 12 человек будут принимать, когда все... И люди едут. Потому что наш регион привлекателен экономически, у нас здесь очень интересная духовная жизнь, культурная жизнь, у нас люди интересные, у нас притягательность. Так вот, мы боимся, что наш регион утеряет эту притягательность из-за таких вот непрофессиональных действий милиции.

Евгения Назарец: Проблемы с так называемым предоставлением гражданства возникают у тех людей, у которых до сих пор на руках советский паспорт либо паспорт потерян, я правильно понимаю?

Людмила Лукашова: Да, совершенно верно.

Евгения Назарец: С чем это связано? То есть именно с попыткой восстановить документ, да? Но с другой стороны, как можно получить миграционную карту, не имея документа?

Людмила Лукашова: В том-то и дело. На этот вопрос никто не отвечает. И еще один хороший вопрос – почему наша милиция до сих пор не знает закона о гражданстве? В частности, первых его статей, которые называются «Принципы», и, в частности, статью шестую, которая называется «Двойное гражданство», и которая позволяет гражданам Российской Федерации иметь гражданство иного государства, но при этом не утрачивать и своего гражданства. Вот на этот вопрос ответа мы не получаем.

В частности, по электронной почте я получила совершенно дикое решение из города Москвы. Казалось бы, там все – и Дума, и все что хочешь. Вот вам, пожалуйста. В Москве требовали с гражданина подтвердить доходы на всей членов его семьи и его, в том числе, аж на три года.

Евгения Назарец: То есть вот это самое требование о наличии счета, да?

Людмила Лукашова: Да. Который, кстати говоря, кто без документов заведет? Хороший вопрос. Не заводят. У человека было 50 тысяч на счете. Милиции показалось, что мало. Они потребовали 170 тысяч рублей 04 копейки. Когда суд стал разбираться, в чем дело, ну, даже у судей волосы дыбом встали от этого решения. То есть милиция потребовала сегодня иметь деньги на три года вперед в Москве и так далее. А там 4 с лишним тысячи рублей прожиточный минимум.

Я думаю, что в регионах людям тоже дурно становится от таких требований милиции.

Евгения Назарец: Так все-таки решение суда было принято в пользу гражданина или в пользу паспортно-визовой службы в Москве?

Людмила Лукашова: К счастью, в пользу гражданина.

Евгения Назарец: В Свердловской области сколько нужно иметь на счете тому, кто претендует на гражданство? Те самые 15 тысяч, которые наш корреспондент упомянула, или это какая-то другая сумма?

Людмила Лукашова: Тем, о ком говорим мы, не нужно иметь ни копейки. Это наши соотечественники. Они признаны дважды – сначала законом 1991 года, затем законом 1999 года. И больше им ничего не нужно. Особенно циничным это требование выглядит тогда, когда приезжают главы семейств. В частности, как у прежней нашей героини - тоже по фамилии Глотова, которой до сих пор не оформили разрешение на временное проживание ее мужу, хотя уже шесть месяцев прошли, не выдают вкладыши о принадлежности к гражданству детям, хотя это по закону положено, и заставляют идти в суд каждый раз. Та же Баженова Татьяна Владимировна, она все время приходит в наши суды. Давно пора было эту систему сделать. Не хотят.

Евгения Назарец: Госдума продлила на два года упрощенный порядок предоставления гражданства для проживающих на территории России. Но на практике российское гражданство не могут получить многие люди, которые по закону являются россиянами по рождению. Людмила, решить проблемы, которые возникают вот у такого рода людей, у которых нет паспортов, и им приходится доказывать свое право на гражданство, один путь – в суде можно решить эту проблему. Насколько удачный и насколько скорый это путь?

Людмила Лукашова: Так, как было с Еленой Глотовой, это было очень скоро – 15 минут независимый судья принимает решение, и затем мы применяем технологию прессинга. То есть мы «прессуем» нашу службу паспортно-визовую, которая угрожала и так далее. С Олесей Глотовой, однофамилицей Елены, было и проще, и сложнее. Мы очень не хотели идти в суд. Мы очень боялись того, что все это отменится в областном суде, известном своей предвзятостью. Но, тем не менее, когда мы пришли... было очень сложное заседание. Но подняв всю общественность, какую только можно, мне удалось добиться того, что паспортно-визовая служба не обжаловала это решение. И вот у нас Олеся с паспортом. То есть на самом деле это не так страшно.

Плюс я могу еще привести ряд примеров. После того, как мы инициировали в начале года прокурорскую проверку, нам удалось сделать своими союзниками прокуроров нескольких территорий Свердловской области. И там уже прокуратура ходила в суд. Назначали время совместно с судом и добивались исполнения решений. То есть это нормальный путь. Другое дело, что нельзя же каждого водить в суд, как нам говорит паспортно-визовая служба. Этого нельзя делать. То есть каждое решение должно быть прецедентным. Ведь если взять тот же закон о милиции, вообще-то, милиция обязана защищать права и интересы граждан. А тут получается, что она уводит этих людей законопослушных не понятно куда, в тень. «Фабрика по производству нелегалов».

Евгения Назарец: Кому нужна продукция этой «фабрики»? Кто в ней заинтересован?

Людмила Лукашова: Той же самой милиции. Именно поэтому они обосновывают президенту удвоение и учетверение бюджета ежегодно. В прошлом году «Комсомольская правда» возмущалась, что в бюджете четырехкратно увеличены расходы на правоохранительные органы. В этом году та же самая тенденция. Вот что это такое. Плюс, конечно же, коррупция дичайшая. Мы сегодня уже слышим только одно – наркотики и гражданство. Мы уже про проституцию практически не слышим, про трафик не слышим. Потому что у нас сейчас идут нарушения именно в милиции. Плюс еще по жилью. У нас новый бум преступлений. Когда сотрудники милиции, знающие, владеющие информацией о том, кто, чего и сколько имеет жилья, начинают шантажировать этих граждан. Мы ведь наблюдаем одного такого человека. Парадокс в том, что он сам является сотрудником милиции, пенсионер МВД. Которому был выдан паспорт здесь, в Российской Федерации, и в этом же самом отделении милиции отнимают его. И говорят: «Ты, собака, решил на нашей центральной площади жить. Езжай в свой Таджикистан». Так вот, слово «собака» относилось к офицеру милиции. Вдумайтесь! Пенсионеру, у которого есть корочка, подписанная лично начальником ГУВД Свердловской области.

Евгения Назарец: Когда вы говорили о том, как решаются эти проблемы в судах, вы дали понять, что в разных территориях отношение разное. Где-то у вас союзники в прокуратуре, где-то, наоборот, сложные отношения, в частности в Свердловской области, с областным судом. Это говорит о субъективном подходе к этой проблеме, о том, что люди, которые призваны принимать решения, руководствуются не законами?

Людмила Лукашова: Конечно. Руководствуются правоприменительной практикой. Простой пример. Буквально на днях я пришла, чтобы зарегистрировать по своему адресу иностранного гражданина по месту пребывания. Чтобы вы знали, это может сделать любой собственник жилья в Российской Федерации. Мне говорят: «Пожалуйста, дайте согласие всех проживающих с вами членов семьи». Я кладу правила регистрации и говорю: «Это требование отменено в 1998 году». Маленькие концерт. Я свои права защищаю. Но мне говорят: «А нам так говорят. Что вы нам показываете? Нам документы не нужны». Вот вам маленькая иллюстрация. Не будем далеко ходить. И так повсеместно.

Евгения Назарец: Продолжаем говорить о проблемах с предоставлением российского гражданства. Как ни странно, эти проблемы возникают у людей, которые, казалось бы, на это гражданство претендуют по рождению, потому что они родились в СССР. Все-таки если речь идет вот именно об этих людях, которые являются гражданами России по рождению, сколько таких людей, по вашим оценкам... даже тех, кто не обратился, сколько таких людей прячется, скажем, в Екатеринбурге под кроватями или под столами, как вы любите говорить?

Людмила Лукашова: Давайте отнимем из 80 тысяч 12. Давайте соотнесем. То есть как будто бы три года не было, а на 2002 год вот такое было – 80 тысяч в Свердловской области.

Евгения Назарец: А чем вы объясняете то, что так упорно стараются не дать гражданство этим людям? Если есть малейшая возможность, его не предоставляют. Ведь на властном уровне декларируется заинтересованность в повышении трудоспособного населения в России и так далее. Эмигранты даже нужны, в общем-то, трудовые, оказывается, потому что своих людей не хватает. А вот не хотят делать гражданами, казалось бы, своих.

Людмила Лукашова: Я объясняю это только законом Паркинсона. Потому что, вы знаете, что такое паспортно-визовая служба три года назад и сейчас. Это прекрасные евроофисы, это замечательные оклады, зарплаты, социальные пакеты, это поездки по всему миру - надо же опыт перенимать, и так далее. Только этим.

Евгения Назарец: Я еще хочу вернуться к началу сегодняшнего эфира, когда прозвучал рассказ нашего корреспондента о некоторых ваших клиентах, если так можно выразиться. Одна из них решила принять американское гражданство. Ну, если серьезно, как родилась такая идея, и как вы ее собираетесь развивать дальше?

Людмила Лукашова: Эта идея, скажем, родилась от бессилия. Ведь та же Люба... наши радиослушатели не знают, что, оказывается, поначалу суд принял решение в ее пользу. И оно вступило в силу, это решение. И после того, как Люба принялась его исполнять... То есть было заведено исполнительное дело, в ход вступила прокуратура и так далее. Из боязни понести уголовную ответственность начальник начала придумывать какие-то ходы. И наняла адвоката из Свердловской коллегии адвокатов. И тогда они решили пойти по какому-то странному пути, какие-то там инсценировали новые факты и убедили судью, что это действительно вновь вскрывшиеся обстоятельства, и так далее. И судья отменяет собственное решение. Мы решили, что областной суд уж не допустит... Ну, откровенно, кому выдавали паспорта в России в 1995 году? Хороший вопрос. Областной суд уже готовое решение процитировал, что «все правильно, все замечательно». И с тех пор мы его называем «фабрика по штампу беженцев из России» - вот так мы теперь называем наш Свердловский областной суд. И поскольку я была в прошлом году в Америке, и говорю, что сейчас две категории граждан из России принимают в Америке – это протестантов либо евреев. Ну, Люба у нас не еврейка, она и не протестантка. Тогда, значит, она под мандат Управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев подходит. Беженцев должны принимать по всей стране.

Евгения Назарец: У нас есть телефонный звонок. Здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Вас в столь ранний час беспокоит Вячеслав из Москвы. Вы знаете, меня очень взволновала эта тема. Я уже давно слышу от многих своих знакомых, что не получается... родились не только в бывшем Советском Союзе, например в Таджикистане, а просто в наших российских областях. И у меня возникает такое мнение. Во-первых, я очень высоко оцениваю отношение Людмилы Лукашовой. Вы защищаете права тех, кто нуждается в приобретении гражданства. Вы просто замечательно все излагаете. Но вижу вот это сопротивление чиновничьего аппарата на государственном уровне. И я согласен с теми, кто говорит, что нашу страну географически очищают от населения для дальнейшей экспансии ее другими странами. Я не хочу называть, что это за страны, вы сами лучше меня знаете. И поэтому ситуация очень простая. И вы бодаетесь с таким дубом... И мне кажется, просто очень обидно за собственную страну, в которой мы живем.

Евгения Назарец: Спасибо, Вячеслав. Людмила, слушатель из Москвы как раз подтверждает, по сути, мою точку зрения, мое недоумение о том, что это не имеет рационального объяснения никакого, если исходить из того, что люди стране нужны. Что вы думаете по поводу прозвучавшего подозрения, что это сознательные действия, направленные на то, чтобы россиян стало меньше?

Людмила Лукашова: Я как-то над этим не задумывалась: кто и с какой целью что очищает. Я просто еще раз говорю, у нас в России две беды – дураки и дороги. С дорогами управились, с дураками – никак. Поэтому я не думаю, что у кого-то какие-то планы...

Евгения Назарец: Далеко идущие планы.

Людмила Лукашова: Просто по дурости. 16-го числа в Екатеринбурге проходила конференция, которую проводило, кстати, правительство Свердловской области. И там обсуждались вопросы, казалось бы, далекие от нашей темы: как адаптировать, ресоциализировать молодежь, которая возвращается из мест лишения свободы. Так вот, мое выступление было самым актуальным. Люди, работники служб занятости, работники вот того, что раньше называлось ГУИН, а сейчас по-другому немножко называется, они сталкиваются с тем, что не могут обеспечить паспортами, как положено по закону, людей, возвращающихся из мест лишения свободы. Этот вопрос особенно остро стоит относительно тех, кто сидел по 15 лет.

Евгения Назарец: Которые еще при советском строе в тюрьму попали.

Людмила Лукашова: Да-да. И родились там, и имели советские паспорта. И теперь им напрочь отказывает паспортно-визовая служба, она пытается запустить вот этот дурацкий упрощенный порядок, как они считают. Представьте себе, что может наше общество иметь, всплеск чего, какую социальную напряженность они создают. Кстати, в том же Каменск-Уральском есть такой паренек Саша Няга – это прямо несчастный парень. Он родился в Туркменистане, а мама его уроженка Каменск-Уральского. Мама умерла, и он приехал сюда в начале 90-х годов, но уже после распада Советского Союза. Его и в тюрьму сажали за уклонение от армии. Его и в Чечню посылали. Ему и инвалидность дали после этой Чечни. Так вот, паспортно-визовая служба его еще и иностранцем объявила. И наша Ассоциация беженцев...

Евгения Назарец: В российской армии служил иностранец – прекрасно!

Людмила Лукашова: Да. И приходит начальник паспортно-визовой службы: «Да по ошибке его призвали, да по ошибке его в тюрьме продержали два года», - все по ошибке. И они его еще и выписали, эта паспортно-визовая служба. Вот сейчас парень получил паспорт. А он после решения суда, вступившего в силу, год не получал его. Вот отказывали – и все. Год! Никто не сел в тюрьму, никто не понес никакой ответственности. И сейчас парень без прописки. Его к своей собственной тетушке не прописывают. И он снова чего-то украл, и снова пытаются его куда-то упечь. Вот вам судьба. Кто сделал его преступником?.. Такая же судьба, к сожалению, уготовлена и молодым людям, которые возвращаются... и не молодым людям, которые возвращаются из мест лишения свободы. Для тех регионов – за Урал и Сибирь – это очень актуально. Потому что у нас здесь полно этих зон, полно всяких мест лишения свободы. Представляете, что начнется?..

Евгения Назарец: У нас есть сообщение на пейджер. Оно немножко другой аспект этой темы поднимает. Наша радиослушательница по имени Васида пишет, что нужно предоставлять гражданство гражданам мусульманской веры. Я уж не знаю, стоит ли напрямую с вероисповеданием связывать вопрос предоставления гражданства. Но вот, действительно, национальный и религиозный мотив – я имею в виду дискриминацию – он прослеживается в вопросах предоставления гражданства?

Людмила Лукашова: Махровейший национализм. Вот наша организация, например, дружит со всеми национально-культурными автономиями в Свердловской области. И когда мы в кулуарах рассуждаем, мне жалуются лидеры этих автономий, каким образом с ними разговаривают вообще в милиции, и даже не офицеры милиции, а просто сержанты. То есть махровый национализм, который возведен в ранг какой-то государственной политики, он существует. И когда, например, я хожу с этим несчастным милиционером, пытаемся забрать паспорт, который у него... первый вопрос, который задают мне: «Каков ваш интерес в этом деле?». Я говорю: «В каком смысле?». «Что вы имеете?». Ну, я вспоминаю фильм «Белое солнце пустыни»: «Я мзды не беру. Мне за державу обидно».

Евгения Назарец: Я понимаю, что мы поговорили о так называемой российской беженке, которая собирается принять американское гражданство в знак протеста. Уж не известно, получится это или не получится. Какие еще действия можно предпринять, на ваш взгляд, чтобы, с одной стороны, не спровоцировать власти на то, чтобы они от вас окончательно отвернулись и перестали вступать с вами в диалог, с другой стороны, чтобы принести максимальную пользу людям, которые в этой помощи нуждаются?

Людмила Лукашова: Я считаю, что нам нужно чаще об этом говорить. Вот так, как «потопили» закон об НКО в его проекте, как мы «потопили», кстати говоря, первую редакцию закона о гражданстве вот такой солидарностью, так и здесь. То есть просвещение, разъяснение и солидарность. Те люди, которые испытывают сложности с оформлением гражданства – я так это называю – а они его имеют от рождения, они могут нас очень легко найти через журналистов, через Радио Свобода, в конце концов, обратиться к нам через интернет. У нас до сих пор на Урале есть такая конференция по гражданству, и люди судятся, рядятся, переписываются. Это вообще очень благодатная вещь. И создавать международные структуры с гражданами, с соотечественниками, которые проживают в ближнем зарубежье, в дальнем зарубежье, может быть, с какими-то иностранными организациями, которые имеют такой опыт. Вот мы, например, подружились с американскими индейцами. И в январе мы ждем к себе гостей. Ну, посмотрим, с кем мы будем курить трубку мира.

Евгения Назарец: Что ж, спасибо, Людмила. Напомню, мы говорили о том, почему упрощенный порядок предоставления российского гражданства не коснулся многих тысяч людей, которые родились в Советском Союзе и являются гражданами России по рождению. И таких примеров много в Свердловской области.

XS
SM
MD
LG