Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Беслан: «Комиссия Трошина сделала всё возможное, но результаты не устроили никого»


Олег Кусов

Пострадавшие от теракта в Беслане разочарованы докладом парламентской комиссии Александра Торшина. По мнению политолога Алана Кесаева, момент для доклада был выбран неспроста: «Политически он не привязан ни к чему, он воспринимается, как подводящий итог года. И в этом смысле преобладание позитивных оценок докладу комиссии Торшина заранее запрограммировано самой датой» - говорит эксперт.

В минувший вторник в Верховном суде Северной Осетии не дождались и наиболее важных свидетелей процесса по делу Нурпаши Кулаева. Только заверения судьи Тамерлана Агузарова о том, что процесс не закончится, пока бывшие руководители Северной Осетии и Ингушетии не выступят со свидетельскими показаниями, удержал пострадавших от очередной акции протеста. «Основные переживания пострадавших и были связаны именно с тем, что процесс будет закончен, прежде чем на него успеют явиться все вызванные свидетели – говорит корреспондент радио «Свобода» во Владикавказе Дзерасса Биязарти. – В особенности они ожидают появления экс-президента Северной Осетии Александра Дзасохова. Раздосадованный тем, что господин Дзасохов по-прежнему игнорирует повестки в суд, к вечеру того же дня пострадавшие составили ходатайство об отзыве Александра Дзасохова из Совета Федерации. Уже на следующий день экс-президент Северной Осетии в интервью агентствам заявил о том, что его задержка связана с работой. По словам Александра Сергеевича, последнее заседание в Совете Федерации, где он является участником прений, состоялось 27 декабря, и уже на следующий день он собирался лететь во Владикавказ, чтобы дать свидетельские показания в Верховном суде Северной Осетии. Однако лишь в аэропорту бывший президент узнал о том, что очередное заседание по делу Нурпаши Кулаева перенесено и назначено аж на 12 января будущего года».

В докладе парламентской комиссии основная вина за происшедшее в бесланской школе возложена на правоохранительные органы Северной Осетии и Ингушетии. «Комиссия считает, что правоохранительные органы Республики Ингушетия, Республики Северная Осетия-Алания халатно отнеслись к выполнению указаний руководства МВД России по проведению контртеррористических мероприятий. Именно беспечность представителей республиканских правоохранительных структур максимально способствовала тому, что боевики беспрепятственно выдвинулись к месту совершения теракта и захватили заложников в школе №1» - говорится в документе. Депутат Госдумы России Владимир Рыжков считает, что члены комиссии Александра Торшина намеренно обошли тему ответственности федеральных органов: «У меня сегодня сложилось впечатление, что ответственность хотят все-таки возложить на региональных и местных правоохранителей, но не на руководство федеральных министерств, которые, с моей точки зрения, несут ответственность за то, что все это случилось» - заявляет Рыжков.

Депутат парламента Ингушетии Якуб Бекбузаров тоже не согласен с прозвучавшими в докладе выводами. «Что во всем этом не нравится нам, что говорят о территории Республики Ингушетия, говорят о территории Северной Осетии. Нет такого понятия - территория Республики Ингушетия, нет такого понятия - гражданин Республики Ингушетия. Есть понятие - территория Российской Федерации, территория нашего государства и граждане Российской Федерации, есть жители нашей республики, соседней республики, других субъектов, это в целом наша территория, это в целом наша общая беда».

При этом парламентская комиссия сделала за минувшие год и четыре месяца всё, что могла, считает политолог Алан Касаев. «Конечно, рассчитывать на то, что комиссия выдаст серьезный документ, в котором были бы названы, как виновные в том, что произошло в Беслане, так и даны рекомендации о том, что нужно бы сделать для того, чтобы подобное не повторилось, не стоило. Эти ожидания были, мягко говоря, наивны. Я не думаю, что в процессе работы сами члены комиссии не понимали, что перед ними стоит фактически неразрешимая задача. То, что обнародовал вчера Александр Порфирьевич Торшин, это максимум, на мой взгляд, того, что можно было ожидать. Позитив здесь, безусловно, есть. Комиссия нашла такой алгоритм приемлемый: указать на все слабые места в официальных версиях Генеральной прокуратуры, в докладе, прозвучавшем месяцем раньше, североосетинского парламента, но, указав, не выдать точной информации. На мой взгляд, нет никакого злого умысла, просто в нынешних условиях ни парламентским комиссиям, ни Генеральной прокуратуре не удастся однозначно ответить на ключевые вопросы. Что произошло в школе третьего сентября в полдень, что привело к взрывам, насколько могли действия специальных служб, армии, политиков предотвратить катастрофу, насколько все это случайно, стихийно, насколько это запланировано, но неудачно осуществлено? Основная цель деятельности парламентских комиссий и комиссии большой, которую возглавляет Торшин, была в том, чтобы указать на причины, приведшие к этому делу. Но причины названы, в общем-то, достаточно точно. Это слабость государственной системы на Северном Кавказе и не только на Северном Кавказе, это неподготовленность силовых структур, это отсутствие реальных навыков борьбы с терроризмом, как в широком смысле этого слова, так и в узкоконкретном специфическом специальном смысле этого слова.» - говорит политолог.

XS
SM
MD
LG