Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Сегодня в Америке. Американцы как никогда низко оценивают деятельность президента и Конгресса. Член Ку-Клукс-Клана отвечает за преступления сорокалетней давности


Юрий Жигалкин: Американцы как никогда низко оценивают деятельность президента и Конгресса. Что ждет средний американец от власти. Член Ку-Клукс-Клана отвечает за преступления сорокалетней давности. Таковы темы уикэнда в рубрике «Сегодня в Америке».

Рейтинг президента Буша снизился за первые шесть месяцев второго президентского срока до беспрецедентного для Джорджа Буша уровня. Но ещё ниже оценивают американцы деятельность Конгресса. Об этом свидетельствуют последние результаты опроса общественного мнения. Чем можно объяснить то, что выглядит кризисом доверия власти в Америке? Слово - Яну Рунову.

Ян Рунов: По данным опроса, проведённого совместно газетой «Нью-Йорк Таймс» и телекомпанией CBS, только 42 процента опрошенных дали положительную оценку работе президента Буша. Менее половины опрошенных удовлетворены тем, как справляется президент с проблемами экономики, внешней политики, с войной в Ираке. Единственный пункт, по которому поддержка политики Буша составляет более 50 процентов, это борьба с терроризмом. Но у законодателей рейтинг оказался намного ниже, чем у президента - 33 процента. Одобряют работу Конгресса всего 19 процентов опрошенных. Это не сулит законодателям ничего хорошего. До промежуточных выборов осталось всего 16 месяцев.

Опасаясь поражения на выборах, конгрессмены (и демократы, и республиканцы) внесли резолюцию, требующую от президента Буша объявить дату вывода американских войск из Ирака. И сами же назвали дату - до 1 октября 2006 года. Дата не случайна: как раз за месяц до промежуточных парламентских выборов. Акцент делается именно на иракской проблеме потому, что, как показывает опрос, проведённый Институтом Гэллапа, 60 процентов американцев выступают если не за полный, то хотя бы за частичный вывод американских войск из Ирака. Не только Конгрессу и Президенту, но даже Верховному суду не доверяют более половины американцев.

Итак, население США, видимо, настроено довольно пессимистично в отношении всех трёх ветвей власти. Вот что думает об этом Майкл Франк, вице-президент вашингтонского Фонда «Наследие».

Майкл Франк: Я бы объяснил это тем, что нынешний американский президент поставил перед страной очень масштабные задачи. Во внутренней политике он бросил вызов главному достижению «Новой политики» президента Франклина Рузвельта - программе Социального Обеспечения. Буш хочет коренным образом изменить эту программу. Это стало причиной очень яростных политических дебатов по всей стране. То же самое и с внешней политикой. Президент Буш провозгласил доктрину демократизации Ближнего Востока, а затем и всего мира. Это невероятно сложная задача. Программы Буша, внутренние и внешнеполитические, могут изменить жизнь Америки, и жизнь многих государств, что и вызвало горячие межпартийные споры. Многие избиратели, не слишком вникая в суть споров, но, наблюдая горячность сторон, ощущают беспокойство, и это отражают опросы общественного мнения. Нельзя ожидать, чтобы у президента с такими грандиозными планами, был высокий рейтинг.

Ян Рунов: Это был Майкл Франк из Фонда «Наследие». Какова же реакция самого президента на низкий рейтинг? Он не намерен отказываться от поставленных целей. Он считает, что уход американцев из Ирака станет повторением ошибки, допущенной во Вьетнаме, затем в Ливане и в Сомали.

Юрий Жигалкин: Рассказывал Ян Рунов. А что сами американцы ждут сегодня от власти? Этот вопрос задала своим соседям по улице моя коллега Рая Вайль

Рая Вайль: Мэри Джо, совладелица итальянской пекарни в нью-джерсийском городке Джерси Сити, еще недавно говорила мне, как ей нравится Буш, а теперь недовольна.

Мэри Джо: Люди хотят работы, и чтобы за нее соответствующе платили. Они хотят стабильности, уверенности в завтрашнем дне. А вот этого чувства и нет. Цены на все дорожают, в том числе и на лекарства. А медицинское страхование? Как молодежь может сегодня купить себе страховку, когда она уже под 400 долларов стоит. А цены на квартиры? Да вот здесь прямо, в моем квартале, цена за двухкомнатную квартиру от тысячи до полутора тысяч в месяц. А ведь это небогатый район. Откуда у людей такие деньги? Как они себе это представляют? У меня и к центральной, и к местной власти претензии. Коррупции везде много. Вы сами знаете, что такое политики, они все коррумпированы.

Рая Вайль: Чего ожидает Джо от правительства? Чтобы не сокращали пенсию, чтобы лекарства и больница были бесплатными.

У молодежи личных претензий к правительству меньше. Да и о пенсии они еще не думают, к тому времени все сто раз поменяется.

Майкл, строитель: У меня пока все в порядке. Ни к кому никаких претензий. Вот состарюсь, тогда посмотрим. А вообще, это нормально, что недовольны правительством. Каждое поколение имело претензии к власти. Молодые, старые, у каждого свои проблемы. Но люди идут на компромисс, и жизнь продолжается.

Рая Вайль: Я зашла в парикмахерскую, которую держит мой старинный знакомый Майкл, большой любитель поговорить о политике, о жизни. В кресле у него сидел веселый пожилой господин, лицо в мыльной пене, но тема его взволновала.

Билл, посетитель: Всему виной эта безумная, безумная война в Ираке. Война, на которую мы тратим огромные деньги, а откуда они берутся? А ребята наши за что погибают? Все равно мы всех проблем там не разрешим. Пора с этим заканчивать.

Рая Вайль: Это общее место. Многие недовольны тем, что вопрос с Ираком до сих пор не разрешился. Билл, так зовут этого господина, тут не исключение. Ну а кроме этого, какие у него лично претензии к Бушу, к Конгрессу?

Билл: Самое главное - это фонд социального обеспечения. Не трогайте его, и все будет в порядке. Я всю жизнь тяжело работал, с подросткового возраста. И я хочу, чтобы мне было на что жить в старости. Боюсь, что после реформ в этом фонде ничего не остается, а политики нарушат свои обещания.

Рая Вайль: Билл говорил еще долго, ворчал на правительство, на республиканцев, дескать, чего от них ожидать, на то они и республиканцы.

Майкл, республиканец, обрабатывая его голову, возражал, говорил, что демократы не лучше. Завязался дружеский спор, оба друг друга подкалывали, смеялись, и, похоже, даже забыли обо мне.

Юрий Жигалкин: В штате Миссисипи проходит судебный процесс по делу об убийстве членами Ку-клукс-клана трех белых активистов, борьбы за права афроамериканцев. Этому преступлению на днях исполняется 41 год, но по законам штата убийство не имеет срока давности. С подробностями Владимир Абаринов.

Владимир Абаринов: Это тройное убийство в свое время так взволновало Америку, что стало причиной принятия Конгрессом Закона о гражданских правах, положившего конец системе расовой сегрегации в южных штатах. В 1988 году история хладнокровного преступления на расовой почве стала основой сюжета фильма Алана Паркера «Миссисипи в огне». Среди жертв ку-клук-клановцев только один из трех был афроамериканцем. Двое других приехали в штат Миссисипи, чтобы помешать кампании запугивания черных избирателей в год президентских выборов. Одним из убитых был студент из Нью-Йорка Эндрю Гудман. Показания суду дала его 90-летняя мать Кэролин Гудман.

Кэролин Гудман: Он узнал о том, что собралась группа молодых людей, которая едет в Миссисипи, чтобы помочь черным избирателям зарегистрироваться. И он решил, что должен присоединиться к этой группе. Он сказал нам об этом, мы решили, что это важное дело и разрешили ему поехать.

Владимир Абаринов: Куклуксклановцы во главе с заместителем шерифа остановили на проселочной дороге машину с тремя правозащитниками, убили их, а тела закопали в речной дамбе. Их нашли лишь на 44-й день. Показания суду дает бывший специальный агент ФБР Джей Кокрэн.

Джей Кокрэн: Мы начали рыть яму при помощи экскаватора на этом участке дамбы. Мы занимались этим до тех пор, пока не почувствовали запах разложения органических тканей и не заметили торчащий из земли каблук ботинка. После этого мы стали снимать грунт при помощи ручных инструментов.

Владимир Абаринов: В 1967 году федеральные власти посадили на скамью 18 соучастников убийства. Осудить удалось семерых. Никто из них не провел за решеткой больше шести лет. Теперь окружной суд штата судит 80-летнего Эдгара Рэя Киллена, в отношении которого жюри присяжных в 1967 году не смогло вынести вердикт. Говорит адвокат Киллена Джеймс Макинтайр.

Джеймс Макинтайр: Я против Ку-клукс-клана, я считаю, что ему нет места в нашем обществе - ни сейчас, ни тогда. Они занимались ужасными вещами. Свидетельства, которыми мы располагаем, докажут суду, что г-н Киллен не имел ничего общего с этим убийством. И я уверен, что по тем обвинениям, которые ему вменяют, он будет оправдан.

Владимир Абаринов: Киллен не был непосредственным участником убийства. Он был, как утверждает обвинение, его организатором. Но закон штата Миссисипи не делает различия между организатором и исполнителем убийства.

Юрий Жигалкин: О суде над бывшим членом Ку-Клукс-Клана, обвиняемом в организации убийства трех человек, совершенном более сорока лет назад рассказывал Владимир Абаринов. Это преступление стало одной из последних дерзких акций расистской организации. Тем не менее, как можно объяснить, что группа с откровенно расистской идеологией оставалась активной и даже популярной на юге США вплоть до шестидесятых годов, она и сегодня формально существует. Я задал эти вопросы профессору Брайану Левину, руководителю Центра по изучению ненависти и экстремизма Калифорнийского университета.

Брайан Левин: Ку-Клукс-Клан на протяжении американской истории переходил от слов к действиям, когда новые законы ставили под угрозу сегрегацию на юге страны. Эта группа была организована сразу после гражданской войны с тем, чтобы запугивать освобожденных рабов. В шестидесятых годах двадцатого века ее вернула к жизни новая угроза сегрегации - решение Верховного суда признавшего неконституционным раздельное школьное обучение для белых и черных. Этот вердикт оказался последним гвоздем, вбитым в гроб системы сегрегации, которая держалась на Юге вплоть до шестидесятых годов, и тогда экстремистские группы прибегли к насилию, пытаясь обратить вспять демократические перемены. Но естественно, это им было не по силам, у них не было поддержки в обществе. Ведь если в двадцатых годах клан насчитывал в своих рядах около пяти миллионов человек, то в шестидесятых в нем состояли несколько десятков тысяч. Сегодня в лучшем случае - несколько тысяч.

Юрий Жигалкин: Профессор, интересно, что Ку-Клукс-Клан до сих пор иногда заявляет о себе демонстрациями, другими живописными акциями. Почему эта организация с ее человеконенавистнической идеологией не запрещена?

Брайан Левин: Первая поправка к Конституции гарантирует свободу слова для всех, и американские суды традиционно подтверждали, что такое право принадлежит даже членам экстремистских групп. Что противозаконно - угрозы и действия. Если же все ограничивается словами, пусть даже оскорбительными, но выраженными в законопослушной манере, такая форма самовыражения защищена Конституцией.

Юрий Жигалкин: Считается, что современные расистские группы, так называемые супрематисты стали наследниками Ку-Клукс-Клана, это так?

Брайан Левин: Да, и это отражает вырождение массового расистского движение, которое сегодня представляет собой разрозненные группки или одиночек, иногда привлекающих к себе внимание громкими заявлениями или вызывающими акциями, сегодня у них, например, главный лозунг - борьба с абортами.

Этот суд в Миссисипи, я уверен, еще раз докажет, что Ку-Клукс-Клан и проповедуемый им расизм - остался в прошлом. Я почти не сомневаюсь в том, что восьмидесятилетний обвиняемый будет осужден за преступление сорокалетней давности. В последние десятилетия суды присяжных на южных штатах отправили в тюрьмы нескольких членов клана.

Юрий Жигалкин: О прошлом и нынешнем Ку-Клукс-Клана я беседовал с профессором калифорнийского университета Брайаном Левиным.

XS
SM
MD
LG