Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Сегодня в Америке. Имеет ли пресса особые права? Российские иммигранты среди основных обвиняемых по делу о крупном мошенничестве


Юрий Жигалкин: Имеет ли пресса особые права? Российские иммигранты среди основных обвиняемых по делу о крупном мошенничестве. Таковы темы уик-энда в рубрике «Сегодня в Америке».

На прошлой неделе Верховный суд США отказался рассматривать апелляцию двух журналистов, которым угрожает тюремный срок за отказ выдать следствию свои источники информации. В конце недели ситуация обострилась после того, как журнал «Тайм» согласился передать следствию свои документы, относящиеся к расследованию, а журналисты готовились провести на свободе последние дни. Из Вашингтона передает Аллан Давыдов.

Аллан Давыдов: После четырех месяцев борьбы в суде, направленной на защиту источников своего репортера Мэтью Купера, главный редактор журнала «Тайм» Норман Перлстайна заявил, что откроет следствию доступ к внутриредакционной электронной почте, ибо у него нет иного выбора. Полагают, что в этой переписке есть материалы Купера, которые могут раскрыть его источники информации и пролить свет на утечку, повлекшую предание гласности имени засекреченного агента ЦРУ.

Норман Перлстайн: Мы, как журналисты, не можем ставить себя ставить выше законов. Как и все граждане страны, мы должны подчиняться ее законам.

Аллан Давыдов: В данном случае главный редактор «Тайм» подчинился распоряжению окружного федерального судьи. Будь требование судьи невыполненным - суд начал бы взыскивать с еженедельника по тысяче долларов в день.

Но если журнал решил уступить требованию судьи, репортер газеты «Нью-Йорк Таймс» Джудит Миллер продолжает стоять на том, что она не может поступиться обязательствами перед своими анонимными источниками информации. Она по-прежнему отказывается представить суду материалы о том, кто дал ей информацию о том, что Валери Плэйм была агентом ЦРУ, и для нее перспектива 18-ти месяцев за решеткой сегодня выглядит еще реальнее. Ирония заключается в том, что Джудит Миллер только собирала информацию, но, в отличие от Мэтью Купера, ничего не опубликовала. Издатель «Нью-Йорк Таймс» Артур Сульцбергер выразил глубокое разочарование решением коллег из журнала «Тайм» и сказал, что его газета будет поддерживать свою сотрудницу Джудит Миллера в трудное для нее время.

Судебное расследование, которое обернулось тюремным сроком для журналистов, было начато для того, что выяснить, кто именно из сотрудников Белого дома допустил незаконную утечку информации, в результате которой год назад прессе стало известно имя засекреченного агента ЦРУ Валери Плэйм. Полагают, что утечка была устроена с целью навредить мужу Плэйм - Джозефу Уилсону, который критиковал войну в Ираке и действия президента Буша. Верховный суд Соединенных Штатов в начале прошлой недели отказался рассмотреть апелляцию Мэтью Купера и Джудит Миллер, отказывающихся назвать свои источники, ссылаясь на Первую поправку к Конституции. Согласно федеральному американскому законодательству, журналисты не могут отказываться от дачи показаний, как это позволено врачам, адвокатам, священникам, супругам и даже социальным работникам. Однако журналистское сообщество Соединенных Штатов отстаивает право репортеров на гарантию анонимности источников. Не будь такой гарантии - общество никогда бы не узнало ни про Уотергейт, ни о предыстории участия США во вьетнамской войне, ни о том, позже стало громкими делами о корпоративной коррупции.

Юрий Жигалкин: О том, как дело дошло до того, что лишь второй в истории американской журналистики репортеры могут отправиться в тюрьму, по сути, за выполнение своей профессиональной обязанности, я говорил с профессором школы журналистики Миннесотского университета Джейн Киртли.

Профессор Киртли, в действительности ситуация выглядит двусмысленной. Журналисты отказываются выполнить требование судьи, готовы нарушить закон - и при этом общественные симпатии однозначно на их стороне, многие комментаторы осуждают следствие и даже судью. Как вы это объясняете?

Джейн Киртли: Я бы возложила вину за создавшуюся ситуацию главным образом на прокурора, расследующего дело о разоблачении имени агента ЦРУ Валери Плэйм. Он ведет длительное расследование эпизода на основании сомнительного повода: к моменту обнародования информации о месте работы Валери Плэйм она не занималась агентурной работой, то есть ей ничто не угрожало. Прокурор требует от репортера «Нью-Йорк Таймс» Джудит Миллер имя людей, выдавших Плэйм, хотя «Нью-Йорк Таймс» не упоминала в своих статьях Валери Плэйм. Вся эта история выглядит дикой, странной. Очень трудно понять, что заставляет прокурора продолжать это дело.

Юрий Жигалкин: Профессор, тем не менее, как сказал редактор «Тайма», журналисты не могут ставить себя выше закона. Оправдывает ли эта цель - зашита профессиональной чести - пренебрежение законными требованиями суда?

Джейн Киртли: Я, как и многие другие, считаю, что прокуратура не предоставила в этом деле убедительных оснований для того, чтобы журналисты поступились своим обязательствам сохранить в тайне имя источника информации. Никто не утверждает, что пресса обладает однозначным правом не раскрывать свои источники в любых ситуациях. Если это требуется во имя спасения человека или осуждения преступника, вряд ли кто станет на защиту такого права прессы. Но в случае, когда журналисты, судя по всему, не нарушили никаких законов, а лишь обнародовали информацию, которая была, как говорят, широко известна в кругах профессионалов в Вашингтоне, репортеры не должны идти в тюрьму.

Юрий Жигалкин: Если ли здравый смысл, так сказать, на стороне репортеров. Почему, как вы считаете, судьи дали ход этому делу, ведь в прошлом они часто защищали права прессы?

Джейн Киртли: В последние два года мы были свидетелями нескольких дел, где федеральные судьи выразили скепсис по поводу права журналистов на особые профессиональные привилегии, практически игнорируя тот факт, что средства информации выполняют совершенно особую роль в обществе. Интересно, что штаты и штатные суды признают за прессой особые права. В 31 штате приняты законы, защищающие журналистов. Я думаю, что эта история заставит встряхнуться и федеральных законодателей. Несколько месяцев назад в Конгресс был внесен законопроект об особых правах прессы, и если Мэтью Купер и Джудит Миллер окажутся в тюрьме, то у Конгресса будет сильный стимул приступить к его рассмотрению.

Юрий Жигалкин: Это была профессор Миннесотского университета Джейн Киртли. Корреспонденты еженедельника «Тайм» и газеты «Нью-Йорк Таймс» могут оказаться за решеткой уже в среду.

В этой части рубрики «Сегодня в Америке» - российские иммигранты среди основных подозреваемых по делу о крупном мошенничестве.

Окружной прокурор Манхеттена предъявил обвинения шести медицинским клиникам и их сотрудникам в том, что они обкрадывали страховые компании на крупные суммы. Среди обвиняемых - четверо врачей, которым инкриминируется предъявление страховым компаниям и Транспортному управлению Нью-Йорка фальшивых счетов о медицинской помощи, либо вообще не предоставлявшейся, либо во много раз преувеличенной. Таким образом были незаконно получены миллионы долларов. Среди основных обвиняемых - бывшие российские граждане. С подробностями - Ян Рунов.

Ян Рунов: Мать и сын Пустыльник владеют шестью медицинскими центрами в Бруклине и Манхеттене. Эйбрахам Пустыльник (он же Эйбрахам Пост) и его мать Изабелла Пустыльник (она же Изабелла Пост) обвинены также в том, что, сами не будучи врачами, контролировали клиники под прикрытием лицензированных врачей. Такая практика в штате Нью-Йорк противозаконна. Среди обвиняемых - жена Эйбрахама Пустыльника, Инна, 32 лет, врач-физиолог; Галина Новофастовская, 46 лет, она же Галина Ново, менеджер клиники Premier Medical Care; Виктор Басбус, врач; сотрудницы клиник Белла Мамаладзе, Светлана Лойко-Авакова, Наталья Воинова и другие - всего 15 человек.

Бюро по расследованию фактов вымогательства и шантажа при Окружном прокуроре Манхеттена провело операцию с использованием тайных агентов, которые стали пациентами клиник, чтобы выявить преступления. Обвиняемые медицинские центры направили на оплату в Нью-Йоркское Транспортное управление подозрительно большое количество дел, связанных с авариями пассажирских автобусов. Так в 2003 и 2004 годах клиники потребовали платы за лечение 23 человек - якобы жертв автобусных аварий.

Обвиняемых ждёт довольно суровое наказание: за обман страховых компаний и за хищение денег в особо крупных размерах третьей степени - до 7 лет заключения, за планирование обмана первой степени и за попытку хищения денег в особо крупных размерах третьей степени - до 4 лет тюрьмы.

А что говорит адвокат? Кеннет Каплан, сам в прошлом федеральный прокурор, совладелец адвокатской фирмы Kaplan and Katzberg, представляет интересы Эйбрахама Пустыльника.

Скажите, пожалуйста, ваш подзащитный или подзащитные признали себя виновным хотя бы по одному из пунктов обвинений?

Кеннет Каплан: Нет, не признали ни по одному из пунктов. Они предстали перед судьёй и объявили себя невиновными. И теперь мы оспариваем все обвинения. Страховые компании ищут любые способы, чтобы не оплачивать медицинские счета своих клиентов. Страховая индустрия очень влиятельна. Окружные прокуроры всегда без промедления начинают расследование по жалобам страховых компаний. И один из приёмов расследования - использование тайных агентов, которых подсылают в клиники. В нашем случае тайные агенты ни разу не вошли в прямой контакт с моим подзащитным. У прокуратуры нет никаких тайных записей разговоров с моим подзащитным и вообще с кем бы то ни было из семьи Пустыльник, иначе прокурор должен был бы предоставить нам эти записи.

Ян Рунов: Эти тайные агенты говорят по-русски?

Кеннет Каплан: Один из них - русскоязычный, потому что его разговоры были даны в переводе на английский. Другие - не думаю.

Ян Рунов: Можете ли вы сказать, что американские страховые компании, либо полиция, либо даже прокуратура настроены негативно по отношению именно к русскоязычным врачам и бизнесменам?

Кеннет Каплан: Я бы не шёл так далеко. Во всяком случае, я бы не сказал о таком в офисе окружного прокурора. Прокуратура не выделяет «русских». Но страховые компании, когда видят, насколько успешно растут клиники с русскоязычными врачами и как хорошо они зарабатывают, начинают их преследовать. Тот факт, что «русские» добиваются большого профессионального и финансового успеха, вовсе не означает, что бизнес ведётся незаконно. На самом деле часто, наоборот, финансовый успех свидетельствует о хорошей работе, о популярности у клиентов и пациентов, о предоставлении качественных медицинских услуг, соответствующих закону штата Нью-Йорк, в том числе закону о лечении пострадавших при автомобильных авариях. Но страховые компании интерпретируют успех так называемых "русских клиник" по-своему. Мы - адвокаты этих клиник - по-своему. А суд должен установить, кто прав.

Ян Рунов: Это был адвокат Кеннет Каплан.

Жители Бруклина платят за обязательное в США страхование автомобиля в два раза больше, чем жители другого Нью-Йоркского района - Бронкса. В Бруклине цены на автомобильную страховку самые высокие в штате Нью-Йорк. Страховые компании объясняют это тем, что Бруклин - рай для фальшивых или инсценированных автомобильных аварий. Наживаются на этом и сами «пострадавшие», и всяческие посредники, и адвокаты, и специализирующиеся на таких делах полузаконные клиники. Но и страховые компании находят пути, как восстановить свои потери и умножить прибыли.

Юрий Жигалкин: Об очередном расследовании дела о мошенничестве, в котором замешаны иммигранты из России, рассказывал Ян Рунов.

Несмотря на то, что судебные темы доминировали в этот уикэнд, завершим рубрику «Сегодня в Америке» на праздничной ноте. «Сегодня День независимости» - поют «Биг Джэк Джонсон энд зе Ойлерс».

XS
SM
MD
LG