Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Сегодня в Америке. Расширение состава Совета Безопасности ООН. Российские хакеры грабят американцев


Юрий Жигалкин: В интересах ли мира расширение состава Совета Безопасности ООН? Российские хакеры грабят американцев.

На прошлой неделе в стенах штаб-квартиры ООН состоялось довольно необычная серия встреч. Страны-претенденты на постоянное членство в Совете Безопасности, с Германией во главе, пытались обратить государства-члены в сторонники своего варианта плана реформы ООН. В ответ на это США официально заявили, что в данный момент они не готовы поддержать ни один из вариантов реформы. Эти встречи должны были быть кульминацией почти двухлетних дебатов расширения Совета Безопасности, начатых два года назад. О деталях происходящего в штаб-квартире ООН я попросил рассказать корреспондента Радио Свобода-Свободная Европа в ООН Роберта Макмэн.

Роберт Макмэн: Генассамблея ООН рассматривает три отдельно поступившие предложения по расширению Совета Безопасности. Многие страны члены ООН согласны с тем, что Совет надо расширить, чтобы он лучше отвечал геополитическим переменам в мире.

Однако мнения сторонников резко разделились. Одни считают, что Совет надо расширить за счет новых постоянных членов с правом вето вдобавок к уже существующим пяти членам, среди которых США, Россия, Китай, Великобритания и Франция. Так группа, в которую входят Германия, Япония, Индия и Бразилия, хочет, чтобы Совет Безопасности состоял не из пяти, а из 15 членов. Эти страны хотят войти в число шести новых постоянных членов. Группа их региональных соперников также хочет увеличить состав Совета на 10 членов, но за счет непостоянных членов, избираемых на два года. Наконец, Африканский союз предложил расширить Совет Безопасности до 26 мест, в котором странам Африки принадлежали бы два места постоянных и два месте непостоянных членов.

Совет Безопасности будет расширен, если за это проголосуют не менее двух третей стран членов ООН, которых сейчас насчитывается 191. Есть опасения, что раскол по вопросу о расширении Совета Безопасности подорвет работу над другими важными инициативами, например, над реформой главного органа ООН по правам человека или над определением того, что является терроризмом.

Юрий Жигалкин: Роберт, как вам кажется, чем может закончиться это столкновение конкурирующих идей?

Роберт Макмэн: Вероятнее всего, произойдет то, что, если решение о расширении и будет принято, то после сентябрьского саммита. Возможно, нескоро. США, судя по всему, потеряли к идее расширения интерес, осознав, что ее осуществление сопряжено с огромным трудом, учитывая эмоциональные дебаты и неуступчивую позицию всех заинтересованных стран.

Тем не менее, идея введения в Совет Безопасности новых постоянных членов содержится в двух предложениях из имеющихся трех. Я думаю, этого достаточно для ее реализации, в конечном счете. Однако весьма мало вероятно, что какой-либо новых член Совета Безопасности будет наделен правом вето, равно как и то, что кто-либо из постоянных членов Совета уступит это право.

Юрий Жигалкин: Подробнее о причинах и перспективах реформ Совета Безопасности ООН я расспросил профессора Колумбийского университета Эдварда Лака.

Профессор Лак, в последнее время многие, включая Генерального секретаря Кофи Аннана, говорят о расширении состава Совета Безопасности ООН, как о спасительной для ООН демократичной и здоровой мере, которая превратит Совет Безопасности в многополярный орган. Как вы относитесь к идее расширения Совета Безопасности?

Эдвард Лак: Не будем забывать, что в уставе ООН в части, касающейся Совета Безопасности, нет термина "представительская демократия". Этот орган задумывался как компактный клуб сильнейших, на который возлагалась ответственность за поддержание безопасности в мире. Формально высшим демократическим и репрезентативным органом ООН является Генеральная Ассамблея, которая в силу своей природы превратилась в дискуссионный клуб, почти неспособной к принятию важных решений. Поэтому, на мой взгляд, любые реформы Совета Безопасности, должны предприниматься с особой осторожностью.

Я лично сомневаюсь в том, что радикальное расширение членства в Совете Безопасности до 25-26 стран, двукратное увеличение числа постоянных членов добавит эффективности Совету. Я полагаю, что если мы хотим, чтобы Совет Безопасности был более отзывчив к мнению стран-членов, то в его состав стоит добавить несколько новых непостоянных членов, создать систему их выборов с тем, чтобы они несли ответственность перед избравшими их странами.

В том, что касается значительного расширения Совета Безопасности, пропагандируемого и Генеральным секретарем, то я не знаю ни одного органа в системе ООН, который стал бы более эффективным по мере увеличения числа его членов. Многолюдие в Совете Безопасности вряд ли приведет к внезапному сглаживанию принципиальных разногласий.

Юрий Жигалкин: Профессор, а есть ли, по-вашему, у идеи расширения Совета Безопасности шансы на осуществление, или она обречена хотя бы из-за слишком большого числа кандидатов на ограниченное количество мест?

Эдвард Лак: Я думаю, что сейчас далеко не лучшее время для решения столь серьезного вопроса. В Совете Безопасности еще не остыли эмоции, связанные с Ираком. Никто не хочет видеть в своем эксклюзивном клубе потенциальных противников. Но года через 2-3 вполне возможно, что нечто произойдет. В это время консультации будут продолжаться. Их участники, я думаю, осознают, что с частью амбиций придется расстаться, что новых полноправных постоянных членов в Совете Безопасности не будет, что временное членство также будет ограничено. Одновременно эти дискуссии, я надеюсь, помогут точнее определить формы работы Совета Безопасности, принципы его взаимодействия с другими органами ООН.

Юрий Жигалкин: Профессор Лак, а что если пойти на радикальный шаг и лишить постоянных членов права вето, чтобы, грубо говоря, никому не было обидно?

Эдвард Лак: За время существования ООН - и право вето, и постоянное членство - помогло, я думаю, ООН выжить. Я не исключаю того, что Советский Союз покинул бы организацию в начале "холодной войны", а через десятилетия это бы сделали США, раздраженные антиамериканизмом стран третьего мира. Людям, незнакомым с практикой работы ООН, трудно представить, каких трудов стоит найти общий язык представителям двух сотен стран. Тем не менее, я думаю, Совет Безопасности стал самым успешным в истории международных отношений институтом, обеспечивающим стабильность. Уровень готовности к сотрудничеству со стороны разных стран сейчас беспрецедентен. Реформуя Совет Безопасности, мы должны попытаться не выплеснуть вместе с водой и ребеночка.

Юрий Жигалкин: По данным Федеральной торговой комиссии США из всех видов обмана американских потребителей на первое место вышла кража личности - почти 40 процентов, на втором месте мошенничество с интернетными аукционами и лотереями - более 20 процентов, на третьем - продажа товаров по почтовым каталогам и предложения надомной работы. Во всех этих видах мошенничества просматривается российская рука. Подробнее о быстро распространяющемся виде интернетной преступности мой коллега Ян Рунов.

Ян Рунов: Кража личности приобрела небывалые международные масштабы. Жертвами в большей или меньшей степени оказались уже 10 миллионов американцев. Американский бизнес и отдельные американцы потеряли из-за этого вида преступности в общей сложности 55 миллиардов долларов. Воры специализируются на краже в основном в англоязычных странах, а центры преступности - в России и в странах Восточной Европы. Как сообщает "Уол Стрит Джорнал", главным объектом краж остаются кредитные карты. Специализируются на этом хорошо организованные структуры, созданные по типу легитимного бизнеса. Например, одна из таких организаций, насчитывает до 4 тысяч участников, укравших с августа 2002 года по октябрь 2004 полтора миллиона номеров кредитных карт и снявших более 4 миллионов долларов.

Россия и страны Восточной Европы доминируют в этом виде преступности, поставляя технически грамотных молодых людей. Так одну из таких групп создал хакер с Украины. Интернетная страница этой группы, как и многих других, на русском языке и на английском. В связи с этим, естественно, возникает вопрос - почему в России, в отличие от Индии, ставшей компьютерно развитой страной, молодые компьютерные гении идут в преступный бизнес? Вот что думает об этом сотрудник Института Кейта, директор программ по изучению политики в области информационных систем Джим Харпер.

Джим Харпер: Я недавно участвовал в научной конференции, посвященной сравнению Индии и России. В обоих государствах появился целый слой молодых людей, очень хорошо ориентирующихся в компьютерной техники, электронных средствах информации и связи. Почему же молодежь в каждой из этих двух стран избрала противоположный путь? Отчасти дело в том, что Индия при всем ее восточном своеобразии и прочности общинных традиций, издавна ориентируется на западные ценности. Этому в значительной мере способствовало то, что Индия была британской колонией, а теперь входит в британское Содружество Наций. Для Индии естественна связь с англоязычным миром - Англией, Австралией, США.

У России иной путь. Россия до сих пор не может стать государством, в котором правит закон. Американские и европейские бизнесмены не слишком верят России, чтобы широко строить там свои предприятия, размещать там многомиллиардные заказы, как это делается в Индии. Следовательно, талантливым, технически образованным молодым людям в России труднее найти хорошо оплачиваемую работу. Они, не имеющие строгих моральных традиций, находят себе применение в интернетой он-лайновой преступности.

Ян Рунов: Могут ли США, Россия и Интерпол успешно бороться с таким видом преступности?

Джим Харпер: Конечно, здесь могут сыграть роль правоохранительные органы, в том числе международные. Здесь налицо нарушение многих международных и внутригосударственных законов. Суровый приговор лидерам и длительное тюремное заключение могут хоть в какой-то степени остановить распространение кражи личности по всему миру. Этот вид финансовой преступности грозит подрывом всей кредитной системы мира. Мы воспринимаем такую угрозу очень серьезно. Многие еще не осознают ценности информации - воровать личную, частную информацию это все равно, что воровать деньги, только вор залезает не в карман, а в личный финансовый счет.

Ян Рунов: На российских хакеров ложится задача проникнуть в интернетные файлы или выяснить по электронной почте номера банковских счетов или кредитных карт и узнать личные данные очередной жертвы. А их сообщники в США, Англии или других странах Запада должны использовать эти данные для получения наличных денег, которые затем делятся часто из расчета 40 процентов исполнителям и 60 процентов мозговому центру.

Юрий Жигалкин: Интересно, что хакерная угроза уже нашла отражение в популярной культуре. Песня "Хакер" - Джон Хикман.

XS
SM
MD
LG