Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Джудит Миллер и дело о разоблаченном агенте


Специально для сайта

Алексей Цветков

Репортер газеты New York Times Джудит Миллер сидит в тюрьме за то, что отказалась выдать источник информации, разоблачившей тайного агента ЦРУ. Советник президента Буша Карл Роув, который, как подозревают многие, как раз и был этим источником, остается на свободе и, по словам пресс-секретаря администрации, пользуется полным доверием президента. Но это еще не конец истории – расследование продолжается.

История с разоблачением агента ЦРУ Валери Плейм длится уже три года, а поскольку она, как хороший детективный роман, становится к финалу все запутаннее, то за подробностями ее начала лучше отослать кматериалу, опубликованному ранее, а здесь изложить их лишь в самых общих чертах. Известный в США обозреватель Роберт Новак написал в своей колонке, что некто Джозеф Уилсон был откомандирован Центральным разведывательным управлением в Нигер для проверки некоторых фактов по рекомендации его жены, Валери Плейм, и сослался при этом на высокопоставленный источник в Белом Доме. Поскольку разоблачение засекреченного агентств ЦРУ – федеральное преступление, был назначен специальный прокурор для проведения расследования и созвано так называемое «большое жюри», функция которого – определить наличие состава преступления.

Изначально, помимо уже упомянутого Новака, к расследованию были привлечены еще два журналиста, которые занимались этой темой, Мэтью Купер из журнала Time и Джудит Миллер из New York Times. Миллер выделяется из этого короткого списка тем, что, хотя она и собирала материалы, ничего под ее именем опубликовано не было.

За публикацию любых материалов, в том числе и секретных, журналисты в США не могут быть привлечены к ответственности – этот вопрос был решен Верховным Судом еще в конце вьетнамской войны после публикации Дэниэлом Элсбергом так называемых «Бумаг Пентагона». Но в данном случае их привлекли в качестве свидетелей по уголовному делу, и дача показаний «большому жюри» обязательна.

Никто пока не знает, как обстояло дело в случае Роберта Новака, который первым опубликовал сведения о Плейм и благополучно пребывает на свободе. Но уже давно было известно, что Купер и Миллер отказались сообщить имена своих источников, и этот акт гражданского неповиновения с их стороны был квалифицирован как «оскорбление суда», караемое тюремным заключением вплоть до согласия на дачу показаний, но не более 4-х месяцев.

Выдача источников – для журналиста один из смертных грехов, чреватый в лучшем случае оскудением потока информации, а в худшем – осуждением коллег и крахом профессиональной репутации. В процессе апелляций Купер и Миллер дошли да Верховного Суда США, но тот отказался рассматривать их дело. На практике это означает, что решение суда низшей инстанции остается в силе. Джудит Миллер была поддержана редакцией New York Times и заявила, что не нарушит своего молчания ни в коем случае. На этом основании ее адвокат просил ограничить наказание для нее домашним арестом, поскольку оно все равно не будет эффективным, но аргумент не подействовал, и она оказалась в тюрьме.

Несколько иначе и в каком-то смысле драматичнее сложились обстоятельства для Мэтью Купера. Его журнал в конечном счете сдался и передал его заметки суду, но сам Купер не собирался идти на попятную и уже готовился отправляться в тюрьму. Но в последний момент он объявил, что получил срочное сообщение от своего источника, который освободил его от обязательства хранить молчание. Джудит Миллер подняла ставку, заявив, что даже такое разрешение не заставило бы ее проговориться, поскольку было сделано под очевидным давлением.

Так кто же был источником сведений, которые, возможно, представляли собой состав преступления? Сегодня уже известно, что они исходили от Карла Роува, ведущего советника и политического стратега президента Буша. Кроме того, похоже, что и Купер, и Миллер беседовали с Роувом еще до Роберта Новака, который первым опубликовал полученные сведения.

В начале расследования Джордж Буш обещал, что в отношении любого, кто будет найден виновным, будут приняты строжайшие меры. Трудно, однако, себе представить, что он примет такие меры в отношении Роува, хотя обстоятельства могут и не оставить ему другого выбора. Карл Роув – исключительно влиятельная фигура в правых кругах республиканской партии, и именно он сумел мобилизовать правых на последних президентских выборах, обеспечив Бушу убедительную победу.

Подробный анализ деликатных отношений Буша с Роувом дает обозреватель журнала Newsweek Элеанор Клифт. В последнее время рейтинг президента упал довольно низко, до 46 процентов, и большую часть из них ему обеспечивает именно правое крыло республиканской партии. Вступить в конфликт с этим крылом, а он неизбежен в случае увольнения Роува – значит уронить рейтинг еще пунктов на 10, что чревато потерей авторитета и ситуацией, близкой к параличу исполнительной власти. Правые сейчас делают особую ставку на Роува в двух важнейших для них вопросах: выдвижении кандидатуры нового члена Верховного Суда и исправлении нового законодательства о стволовых клетках. Под перекрестным давлением слева и справа президент, по мнению Клифт, скорее прислушается к правым.

Тут есть смысл сказать пару слов о феномене «просачивания» информации из органов исполнительной власти, довольно частом источнике материала для вашингтонского корпуса журналистов. Как многократно отмечали комментаторы, этот поток информации редко бывает случайным – как правило, те, кто передает журналистам неофициальные сведения, делают это с какой-либо собственной целью. В случае с Валери Плейм до последнего времени полагали, что ее разоблачили в отместку ее мужу, Джозефу Уилсону, который привез из Нигера сведения, компрометирующие утверждения администрации о программе разработки оружия массового поражения в Ираке. Теперь, однако, многие склонны думать, что реальной целью было опорочить работу самого Уилсона – дескать, она была сделана по заданию ЦРУ и по рекомендации жены, работавшей там специалистом по оружию массового уничтожения. Трудно объяснить кому-либо за пределами США, но в ту пору, по мнению многих экспертов, ЦРУ в Белом Доме считали чуть ли не оплотом защитников Саддама Хусейна.

Эта версия хорошо сочетается со способом обороны, который избрал сейчас Карл Роув, хотя сам он процесса не комментирует – этим занимается его адвокат Роберт Ласкин. По словам Ласкина, Роув действительно говорил с Новаком, но при этом не назвал жену Уилсона по имени. Кроме того, он не знал, что она – засекреченный агент. Отсюда вполне очевидно, что для источника был важен тот факт, что миссия Уилсона была предпринята по инициативе его жены.

Нарушил ли советник президента закон? Доказать это будет очень нелегко, учитывая, что ответственность предусматривается за разоблачение засекреченного агента, и что эта секретность защищается активными мерами. Даже если Карл Роув не назвал имени жены Уилсона, узнать его не так трудно, а секретность ее агентурного статуса очевидна уже из того, что ни друзья семьи, ни соседи не знали, что Валери Плейм работает в ЦРУ. Но если о возможности уголовного обвинения пока можно лишь гадать, то обещание Буша наказать виновного помнят все. Обозреватель газеты Boston Globe Роберт Катнер предупреждает президента о том, что может случиться, если он попытается скрыть вину своего советника.

«Все это напоминает два других знаменитых случая, когда администрация вступила в конфликт со специальным прокурором. Билл Клинтон пытался убедить большое жюри, что оральный секс – это не секс. Он чуть не лишился президентства, но не из-за глупого романа с практиканткой, а из-за лжи. Ричард Никсон покрыл себя позором не из-за взлома в Уотергейте, и из-за попыток спрятать концы. Джорджу Бушу, который историю знает не слишком хорошо, надо бы извлечь урок».

Во всей этой истории, финала которой мы пока не знаем, интересна и по-своему двусмысленна фигура одной из главных героинь, журналистки Джудит Миллер. Она пошла в тюрьму ради принципа и этим завоевала себе уважение многих коллег, но есть и сомневающиеся. Миллер в недавнем прошлом подвергалась резкой критике именно за то, что публиковала непроверенную информацию об оружии массового уничтожения в Ираке, и в конечном счете редактор New York Times Билл Келлер был вынужден принести извинения на страницах газеты за эту серию материалов. Нынешнюю жертву Миллер можно истолковать как своего рода уплату долга администрации за прежние «просачивания», чего бы они не стоили – в конце концов, она ведь, скорее всего, заслоняет от уголовного преследования Карла Роува, которого многие журналисты считают чем-то вроде «серого кардинала» нынешней администрации и не питают к нему больших симпатий.

Вся эта история, в центре которой стоят отношения журналистов с анонимным источником, странным образом совпала с завершающим эпизодом другой такой же, может быть самой известной. Репортеры Washington Post Билл Вудвард и Карл Бернстин, чье расследование Уотергейтского дела более 30 лет назад привело к отставке президента Никсона, все эти годы держали в секрете имя своего главного осведомителя, который до сих пор был известен под кличкой «Глубокая глотка». И лишь совсем недавно, на страницах журнала Vanity Fair, этот человек сам признался в своей роли в этих событиях – им оказался Марк Фелт, которому теперь уже за 90, и который в ту пору был заместителем директора ФБР. На протяжении всех этих лет Вудвард отражал любые попытки выведать у него имя осведомителя. Правда, в отличие от Джудит Миллер, никто не пытался в целях сбора информации посадить его в тюрьму.

XS
SM
MD
LG