Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Сегодня в Америке. Иракская Конституция в американском контексте. Монтанский уголь может обеспечить Соединенные Штаты нефтью. Бесплатный телефон обещает миру американская компания


Юрий Жигалкин: Иракская Конституция в американском контексте. Монтанский уголь может обеспечить Соединенные Штаты нефтью. Бесплатный телефон обещает миру американская компания. Таковы темы рубрики «Сегодня в Америке».

Шиитам и курдам, вопреки надеждам Белого Дома, не удалось в трёхдневный срок договориться с суннитами о тексте проекта иракской конституции. США и Временное правительство Ирака считают скорейшее принятие конституции важнейшим этапом создания демократической системы правления в Ираке. А президент Буш назвал создание конституции историческим событием. Как теперь в Америке видят дальнейшее развитие событий?

Ян Рунов: Сейчас в Америке говорят, что, вообще-то, нет срочной необходимости в одобрении проекта конституции Национальной Ассамблеей Ирака, и что проект может быть вынесен на общенациональный референдум до 15 октября в обход парламента. Пусть по наиболее спорным вопросам федерального устройства страны, прав женщин, роли ислама, дебаасификации выскажется сам народ. Если осенью большинство одобрит проект конституции, то в декабре состоятся выборы постоянного правительства. Если избиратели отвергнут проект конституции в её нынешнем виде, Национальная Ассамблея должна быть распущена, проведены новые выборы и процесс создания конституции начнётся заново. Суть разногласий между сторонами в Ираке, как считает профессор университета Виланова в Пеннсильвании Хафиз Малик, носит прежде всего экономический характер:

Хафиз Малик: Нефть находится в районах густого проживания шиитов на юге и курдов на севере Ирака. В случае децентрализации Ирака сунниты окажутся без нефти и попадут в экономическую зависимость от шиитов и курдов. Сунниты опасаются, что при федеральном устройстве государства им достанется самая малая роль. То есть они потеряют те привилегии, которыми пользовались в этом районе веками.

Ян Рунов: Какова американская позиция в вопросе о федеральной структуре страны?

Хафиз Малик: Я не думаю, что в Вашингтоне будут против любого варианта, избранного большинством иракцев. Разделение на автономии вовсе не означает раздробления страны на три самостоятельных государства. Если Ирак станет демократическим, то для США не имеет особого значения, какое устройство предпочтут сами иракцы.

Ян Рунов: Тем временем в США разгораются споры между сторонниками и противниками присутствия американских солдат в Ираке. Всё чаще можно услышать сравнение с войной во Вьетнаме. Особенно после того, как Министерство обороны США объявило о решении направить в Ирак ещё полторы тысячи парашютистов-десантников для укрепления безопасности на время октябрьского референдума и декабрьских выборов. В то же время некоторые генералы заявляют, что уже в течение ближайших 12 месяцев американские силы в Ираке могут быть значительно сокращены. Генерал-майор Дуглас Лут, ответственный за операционное планирование Центрального командования США, объяснил, что надо помочь иракской армии взять на себя ответственность за безопасность своей страны, а для этого необходимо ослабить зависимость от коалиционных сил. «Мы должны отойти в сторону, чтобы иракцы вышли на передний план», сказал он. Но это будет зависеть от политического прогресса и степени готовности иракских сил, от участия суннитов в политическом процессе, от принятия конституции и проведения декабрьских выборов.

Юрий Жигалкин: Иракская тема давно вышла в Соединенных Штатах за пределы сугубо политических дебатов, хотя бы потому, что в Ираке погибло около двух тысяч американцев. Первый сериал об иракской войне - один из самых своеобразных экспериментов на американском телевидении - придумал и воплотил известный мастер малого экрана режиссер Стивен Боччо (Steven Bochco).

Своими соображениями об этом политически заряженном и предельно актуальном сериале делится мой коллега Александр Генис…

Александр Генис: Прежде всего, надо отдать должное дерзости авторов. Снимать фильм, когда никто еще не знает, чем все кончится, очень трудно. Причем, для всех, включая зрителей. Все-таки обычно мы смотрим военные фильмы, зная, кто победит в конце. «Хэппи энд» обеспечивает если не сценарий, то история. Но этот сериал соревнуется с репортажем - и подражает ему.

Юрий Жигалкин: Это - хорошо или плохо?

Александр Генис: И то, и другое. Экран имитирует документальную съемку. Картинка дергается, прыгает, уходит из фокуса. Чтобы усилить эффект, нам даже показывают репортера, снимающего ход войны. Со времен «Гамлета» этот прием - «театр в театре» - удваивает сценический реализм. Сверхзадача сериала - достоверность, ради которой авторы отказываются и от драматургической цельности, и от художественной полноценности, и от изложения своей позиции. Они - не «над схваткой», а внутри нее, вместе с солдатами.

Юрий Жигалкин: … которым категорически не нравится сериал. Это стало ясно из опроса ветеранских групп. Они единодушно сочли фильм клюквой.

Александр Генис: Действительно, опытные солдаты заметили технические ошибки, вроде устаревшего вертолета еще вьетнамской эры. Но хуже, что и герои сериала пришли оттуда. У меня было такое ощущение, что я смотрю «римэйк» гениального фильма Кубрика «Цельнометаллическая оболочка». Но то, что было тогда открытием, сегодня стало клише. Говорят, что генералы всегда сражаются в предыдущей войне. Для батального жанра это также непростительно.

Юрий Жигалкин: Что же вам понравилось в сериале?

Александр Генис: Обыденные детали. Те самые, на которые не обращают внимания ветераны, но которые бросаются в глаза штатским. Если отвлечься от весьма рванного и расплывчатого сюжета и посмотреть на экран отстраненно, то поражает сам вид американских солдат. На них живого места нет от амуниции. Это же средневековые рыцари в доспехах! И в то же время - футуристическая технология связи - огромный телевизор в палатке, Интернет, сателлитный телефон. В этой войне - тыл находится за десятки тысяч километров от фронта, и все-таки - дом всегда рядом, стоит только номер набрать. Именно эта сюрреалистическая двойственность ситуации обеспечивает фильм драматически выигрышным и эмоционально болезненным конфликтом. В Ираке, говорят своим фильмом авторы, война и мир связаны как две стороны листа - и так же непроницаемы друг для друга. Исправить положение, показать нам войну глазами тех, кто ее ведет, - достойная цель постановки. Собственно, это и имели в виду авторы, назвав свою работу «Over there", то есть, - «Там», что значит - «Не здесь».

Юрий Жигалкин: В начале 60-х годов Соединенные Штаты рассматривали возможность применения ядерного оружия для защиты Индии от потенциальной агрессии Китая. Детали секретных обсуждений высших членов администрации Джона Кеннеди были обнародованы в четверг библиотекой Джона Кеннеди. В 63-м году после короткой китайско-индийской войны США рассматривали возможность предоставления гарантий безопасности Индии, нарождавшейся демократии, слабой в военном и экономическом отношении стране, которой угрожал «красный Китай». Ближайшие помощники Кеннеди были убеждены, что в случае массированного нападения китайцев придется применить ядерное оружие. В одной из расшифровок разговоров министр обороны Макнамара говорит: «Необходимо признать, что в случае значительной китайской атаки, мы будет вынуждены прибегнуть к ядерному оружию». Окружение Кеннеди было озабочено тем, как новую стратегию ядерного сдерживания Китая воспримут в Азии, перенесшей атомные бомбардировки, и тем, как объяснить необходимость зашиты Индии американцам. Эти обсуждения прервались убийством Джона Кеннеди, а через некоторое время последовало советско-индийское сближение.

Губернатор Монтаны намерен избавить Соединенные Штаты от проблемы высоких цен на горючее с помощью угля и восьмидесятилетней немецкой технологии, некогда использовавшейся гитлеровской Германией для производства топлива. По словам губернатора Брайана Швайцера, давно проверенный способ позволяет вырабатывать бензин, керосин и дизельное топливо из угля, этот метод оправдывает себя экономически. При стоимости нефти выше тридцати долларов за баррель, себестоимость бензина составит около одного доллара, в три раза ниже, чем нынешние розничные цены в некоторых штатах. «Мы сможем получить горючее дешевле, чем мы получаем его сейчас, покупая у шейхов, диктаторов, мошенников и рвачей», - заявил губернатор. По подсчетам губернатора, запасы угля в Монтане позволят обеспечить Соединенные Штаты горючим в течение сорока лет. Единственная проблема - добиться инвестиций на строительство завода, который будет стоить полтора миллиарда долларов.

Интернетная компания «Гугл» приподняла в среду перед миром завесу в прекрасное будущее с бесплатной глобальной телефонной связью, объявив о том, что отныне пользователи «Гугла» смогут позвонить со своего компьютера на любой другой и поговорить с человеком в любом конце мира, естественно, даром. Это сообщение привлекло новое внимание к феноменальному успеху юной компании, вырвавшейся в число крупнейших и самых прибыльных американских корпораций всего за три-четыре года. Как ей это удалось? Я задал этот вопрос профессору Стэнфордского университета, экономисту Михаилу Бернштаму…

Михаил Бернштам: Специфика "Гугла", мне кажется, в том, что они не создают новый продукт, а они берут продукт, который уже существует, но еще не совершенный, и, благодаря своему инженерному таланту, они этот продукт усовершенствуют, делают его дешевым. "Гугл" нашел свою нишу на рынке, он обнаружил, что он сможет создать алгоритм, который значительно ускоряет поиск информации, он за счет этого вытеснил в популярности другие поисковые компании, постепенно в последние годы все перешли на "Гугл". Сегодня они объявили о том, что они создали новую систему так называемой телефонии, то есть телефонных разговоров по компьютеру при помощи наушников с микрофоном. Эта система уже существовала. Скажем, европейская фирма "Скайп" уже существует 2 года, и я ею пользуюсь. Но она несовершенна. "Гугл" пошел туда, где изобретения сделали другие, а он усовершенствовал.

Юрий Жигалкин: А за счет чего «Гугл» предлагает бесплатные телефонные разговоры?

Михаил Бернштам: "Гугл" и другие поисковые механизмы продают рекламу, когда у них есть очень большая аудитория, которая бесплатно занимается поиском. Сейчас "Гугл", также как "Скайп" до него, добавляет телефонную связь бесплатно, потому что она "Гуглу" почти ничего не стоит.

Юрий Жигалкин: Одним из двух основателей «Гугла» стал иммигрант из России Сергей Брин. Почему ничего подобного «Гуглу» не было создано в России за постсоветское десятилетие? Ведь там есть и мозги и капиталы?

Михаил Бернштам: В России есть мозги, в России есть капиталы, в России не создано не только новых технологических изобретений, в России даже не смогли перенять, в отличие от Китая, уже существующие отрасли промышленности и развить их так, как Китай развил компьютерную промышленность. Дело в том, что в России сложилась с начала 90-х годов экономическая система, в которой стимулы идут на захват собственности, на получение субсидий, на уклонение от налогов, на всевозможные виды деятельности, которые являются перераспределительными, а не созидательными и не производственными. Соответственно, талант идет туда, где наибольшая отдача, а наибольшая отдача не в создании новых технологий, а в переделе уже существующей собственности и в переделе уже существующего национального дохода.

Юрий Жигалкин: Но, по крайней мере, россияне в будущем смогут воспользоваться бесплатным телефоном благодаря американской компании?

Михаил Бернштам: Разумеется. И россияне, и африканцы, и самые бедные нации по всему миру в любом городишке, где есть интернет-кафе или публичная библиотека и стоит компьютер, люди смогут использовать эту технологию. Жизнь значительно улучшится.

XS
SM
MD
LG