Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Бывший руководитель аппарата вице-президента предстал перед судом


Программу ведет Андрей Шарый. Принимают участие корреспонденты Радио Свобода Аллан Давыдов и Ян Рунов.

Андрей Шарый: Бывший руководитель аппарата вице-президента США Льюис Скутер Либби появится в зале окружного суда, где он выслушает выдвинутые против него обвинения. Эта история, как считают многие американские обозреватели, особенно близкие к Демократической оппозиционной сейчас партии, считают, что это может очень дорого стоить администрации Джорджа Буша. Откроет тему корреспондент Радио Свобода в Вашингтоне Аллан Давыдов.

Аллан Давыдов: До ухода в отставку в связи с предъявленными ему на прошлой неделе обвинениями, Льюис Скуттер Либби считался вторым по влиянию после Карла Роува сотрудником администрации Белого дома. Он работал начальником аппарата могущественного вице-президента Ричарда Чейни.

Ричард Чейни: Господин Льюис Скутер Либби - мой старый друг. Он работал у меня, еще когда я возглавлял Министерство обороны. И он всегда великолепно справлялся со своими обязанностями.

Аллан Давыдов: Либби участвовал практически в каждом важном решении Белого дома по вопросам национальной безопасности. Как и Чейни он был ярым сторонником военного вторжения в Ирак. Ему было поручено идеологическое обоснование этой операции. Имя Либби всплыло в ходе расследования о рассекречивании агента ЦРУ Валери Плэйм. На Либби, как на возможный источник утечки, дала показания журналистка Нью-Йорк Таймс Джудит Миллер. По утверждению Миллер, Либби позволил ей это сделать с большим опозданием, поэтому она, согласно кодексу журналистской чести, была вынуждена провести 85 дней в тюрьме. Самому Либби сейчас грозит тюремный срок до 30 лет и штраф более чем в миллион долларов. Однако Либби обвиняется не в огласке секретов, а в том, что он давал ложные показания, лгал под присягой и препятствовал правосудию. Администрация Джорджа Буша дистанцируется от политической оценки дела Скутера Либби. Пресс-секретарь белого дома Скотт Маклеллан.

Скотт Маклеллан: В нашей системе правосудия существует презумпция невиновности. И мы должны позволить свободно идти юридической процедуре. Если кто-то пытается политизировать процесс - это их личное дело.

Аллан Давыдов: Оппоненты команды Джорджа Буша считают, что Белый дом преднамеренно допустил утечку информации о жене бывшего посла Джозефа Уилсона, чтобы отомстить ему за публичную критику подготовки операции в Ираке. Сам Уилсон говорит, что в результате была разрушена карьера его супруги Валери, и жизнь их превратилась в сплошной кошмар.

Джозеф Уилсон: Мы ощутили над собой явную угрозу. Поскольку мы имели тесные отношения с разведкой, мы вынуждены были сменить номера телефонов и предпринять другие меры безопасности.

Аллан Давыдов: В ходе суда над Льюисом Скутером Либби обвинение намерено опросить целый ряд журналистов и должностных лиц Белого дома в попытке доказать, что Либби пытался скрыть обстоятельства утечки секретной информации. Не исключено, что в зал суда для дачи показаний могут пригласить вице-президента Дика Чейни. Друзья Либби говорят, что он невиновен и будет сражаться до конца. Другие наблюдатели ожидают, что Либби захочет заключить досудебную сделку. То есть, добровольным признанием вины обеспечить себе более мягкое наказание.

Андрей Шарый: Сейчас подробнее о другом фигуранте этой истории - журналистки Нью-Йорк Таймс Джудит Миллер. По утверждению Миллер, Либби позволил ей раскрыть агента ЦРУ и указать на возможный источник утечки информации с большим опозданием. Поэтому она, согласно кодексу журналистской чести, была вынуждена провести 35 дней в тюрьме. С американским экспертом на эту тему беседовал мой коллега Ян Рунов.

Ян Рунов: Права ли журналистка, которая, защищая тайну источника информации, предпочла тюрьму, тогда как другие журналисты поступили иначе? Вице-президент Института средств массовой информации Ричард Каплар ответил

Ричард Каплар: Традиционно мы расцениваем, как подвиг решение журналиста не выдавать источник информации, даже если за это грозит лишение свободы. Но данный конкретный случай Джудит Миллер вызывает много вопросов и сомнений. Однако я не берусь делать выводы, поскольку мы еще не знаем всех обстоятельств дела. Ведь расследование продолжается. В целом, я за право журналиста хранить тайну источника информации и за то, чтобы закон защищал это право. Без этого профессионалам, особенно тем, кто специализируется в журналистских расследованиях, невозможно будет работать.

Я рад, что председатель Сенатского юридического комитета Арлен Спектер позвал Джудит Миллер и других журналистов выступить на слушаниях по проекту закона, разрешающего журналистам не раскрывать имени того, кто предоставил им информацию. Подобные законы существуют лишь в некоторых штатах, в других это журналистское право защищено судебной практикой. Но будет лучше, если появится федеральный закон единый для всей страны. Трудность в том, что с появлением Интернета стало невозможно с уверенностью сказать, кого считать журналистом, то есть кого будет защищать этот закон. Сегодня любой человек может открыть на Интернете свою страницу, писать все, что вздумается и называть это журналистикой. Споры о том, кого в наши дни считать журналистом, могут стать серьезным препятствием для принятия федерального закона.

Ян Рунов: А вот мнение нью-йоркского политолога Мич Дектор.

Мич Дектор: Я думаю, что журналисты должны пользоваться определенной свободой. Я говорю о честной журналистике. Но, с другой стороны, журналисты - граждане своей страны, как и все остальные. Почему у них должны быть особые права и особая защита, если у них проблемы с законом, как в случае со Скуттером Либби и журналистами, через которых передавалась в печать нужная тем или иным политическим кругам информация? Я не понимаю, почему журналист, который пишет для Нью-Йорк Таймс, или Вашингтон-Пост или любой другой газеты должен пользоваться особыми привилегиями?

XS
SM
MD
LG