Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Путину подарили русское издание книги "История Латвии 20-го века"


Программу ведет Алексей Кузнецов. Принимает участие корреспондент Радио Свобода в Риге Михаил Бомбин.

Алексей Кузнецов: К 60-летнему юбилею освобождения Освенцима президент Латвии Вайра Вике-Фрейберга подарила Владимиру Путину русское издание книги "История Латвии 20-го века". По мнению российского МИДа, в книге имеется слишком много исторических несоответствий, связанных с советским периодом в жизни Латвии.

Михаил Бомбин: "История Латвии 20-го века" - итог многолетнего труда специально созданной комиссии историков при президенте в составе 5 человек, в основном профессоров Латвийского университета. "Мы хотим войти в новый век с объективным взглядом на историю", - сказала на презентации книги президент Латвии Вайра Вике-Фрейберга. Книга издана также и на русском языке, подчеркнул министр иностранных дел Артис Пабрикс, и благодаря этому мы надеемся установить с Россией прагматичные отношения.

500 страниц текста с иллюстрациями. На одной из них - концентрационный лагерь Саласпилс, а внизу надпись - расширенная полицейская тюрьма и воспитательно-трудовой лагерь. По мнению авторов статьи о Саласпилсе, советника президента по вопросам истории профессора Латвийского университета Антония Зунды, данное учреждение не было лагерем смерти, а носило скорее функции фильтрационного лагеря. Это, пожалуй, главная причина, почему подаренная Вайрой Вике-Фрейбергой книга Владимиру Путину, судя по всему, не понравилась. Во всяком случае российский МИД выступил с жестким заявлением, обвинив Латвию в попытках переписать историю и в использовании гитлеровской терминологии. Прокомментировать новоизданную "Историю Латвии" я попросил рижского историка Бориса Равдина.

Борис Равдин: Из-за чего скандал? Российская сторона постоянно ищет доказательств симпатии Латвии к фашизму и время от времени, к удовольствию, находит доказательства своей правоты. А тут вот свежее доказательство. И в общем, никого не интересует, что в той же книжку рядом на страницах Саласпилский лагерь описывается именно как концентрационный лагерь, со смертями, со страданиями, это не интересует, интересует больше всего подписи, то есть знак.

Михаил Бомбин: Я здесь должен сказать слушателям - известный латвийский художник Николай Карагодин попал в Саласпилс, правда, всего лишь на 2 недели, он работал на ВЭФе и рассказал анекдот про Гитлера, то есть в каком-то смысле действительно исправительный лагерь. С другой стороны, 100 тысяч человек там все-таки погибли.

Борис Равдин: Нет, я думаю, цифра 100 тысяч явно преувеличена и, если говорить о документах комиссии по расследованиям фашистских злодеяний, там цифры даже названы еще больше. Думаю, что цифры должны быть уменьшены в несколько раз, но сколько бы ни называли, это все равно много, хоть один человек. Тем более что известно совершенно точно о 600 погибших в лагере детях. И книжка, несмотря на то что в ней много действительно важных, ценных материалов и много интересного в обосновании и развертывании разного рода исторических сюжетов, но в ней есть такое представление, что история - это как крестьянская поленица, складывают дрова, сложил красиво поленицу, потом пришел плохой соседний крестьянин и разрушил эту поленицу, в действительности в этой книжке нет духа истории, нет веяния времени, есть представление, что история творится исключительно руками человека, а нет такой эманации исторической, вот что в этой книжке мне не понравилось. Не понравились незначительные детали. Например, участник диссидентского движения Иван Яхимович, мы знаем его имя по процессам Григоренко и так далее, в книжке он назван Янисом. Ну почему? Хотя он по паспорту у нас Иван Яхимович. Потому что эти люди - ценность истории Латвии и здесь не нужно доискиваться до их этнических и исторических корней. Берем такую традиционную латышскую огласовку, но когда дело доходит до врагов, то тогда до 7-го колена выясняется его родословная. Известная балерина Елена Тангиева-Бежнеце в книжке называется Хеленой Тангиевой-Бежнеце. Нам нужно помнить, что она ведь внучка Панаевой, что она дочка известной русской писательницы Тангиевой и никакая она не Хелена, она Елена. И если вы так тщательно следите за именами, то и здесь нужно было бы в скобочках, по крайней мере, написать Елена. И вот эта непоследовательность, она и есть доказательство некоторое неквалифицированности историков, не хватает редактора, который бы прошелся по всем авторам, унифицировал, изъял бы наиболее демонстративное и упрощенное представление об истории. Это получилась локальная история. Хотя она и объявлена, как история в контексте Европы, Европы здесь почти не видно.

XS
SM
MD
LG