Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Первая годовщина вступления в Европейский Союз 8-ми центрально- и восточноевропейских государств. Какие изменения произошли в этих странах за год?


[ Радио Свобода: Программы: Евразия: Европа ]
[30-04-05]

Первая годовщина вступления в Европейский Союз 8-ми центрально- и восточноевропейских государств. Какие изменения произошли в этих странах за год?

ВедущийЕфим Фиштейн

Ефим Фиштейн: 1 мая у жителей 8-ми центрально- и восточноевропейских государств, как и у островитян с Мальты и Кипра, есть повод выпить не только по случаю праздника Весны и Труда, как сейчас называют бывший праздник Международной солидарности трудящихся. В этот день они отмечают первую годовщину вступления в Европейский Союз. Какие изменения произошли в этих странах за год? Насколько реальность соответствовала самым радужным или самым мрачным ожиданиям или, наоборот, превзошла их?

Взять в аналитический оборот сразу всех новичков Евросоюза вряд ли возможно, но трех-четырех стран, думается, достаточно, выборка получится вполне представительная. В подведении итогов годичного пребывания своих стран в ЕС участвуют - варшавский журналист Ежи Редлих, венгерский профессор из Будапешта Миклош Кун и словацкий общественный деятель, директор Братиславского Института общественных проблем Григорий Месежников.

Год назад в это время было много опасений, связанных со вступлением в ЕС. Любопытно, что опасения эти были весьма похожими в разных странах. Ежи Редлих, чего в основном боялись поляки?

Ежи Редлих: Сразу скажу, что не оправдались почти никакие опасения, которые выражались перед вступлением Польши в Евросоюз. А именно - опасались того, что рынок окажется завален дешевым товаром из Евросоюза. Напротив, оказалось, что сильно вырос экспорт польской сельскохозяйственной продукции в страны Европы на 60 процентов. Эти польские продукты считаются там качественными, натуральными. Было опасение, что будут массово разоряться малые и средние предприятия. Это не наступило, также как не наступило ухудшение положения фермеров. Нужно сказать, что в наибольшем выигрыше оказались именно крестьяне, хотя в этой среде опасения относительно Евросюза были наиболее сильные. Они получили в течение этого года 1,5 миллиона сельских хозяйств, то есть 80 процентов, прямые доплаты, структурные ассигнования и пенсии. Эти дотации составили в общем 2,5 миллиарда долларов. Не удивительно, что по последним опросам поддержка вступления в Евросоюз жителями деревни выросла с 20 процентов вначале, перед маем прошлого года, до 70 процентов.

Есть тут и минус. Потому что прямые доплаты они как бы увековечивают отсталую структуру польского сельского хозяйства, как известно, оно сильно отличается от других стран. Нет прямого стимула для модернизации. Многие крестьяне проедают эти доплаты, а не инвестируют. Другой отрицательный момент - это было повышение, главным образом вначале после вступления, цен. В некоторых случаях на рис, сахар, говядину, сливочное масло и так далее от 30 до 45 процентов, хотя в среднем этот рост цен после некоторого времени он составил только 4 - 4,5 процента.

Ефим Фиштейн: Миклош Кун, знаю по чтению газет, что и у вас в стране в общем преобладает чувство удовлетворения. Но вот некоторые западные источники, в частности "Франкфуртер Альгемайне Цайтунг", высказывают мнение, что заслуга в этом чувстве удовлетворения принадлежит отчасти скептикам. Потому что ожидания новичков (имею в виду новых стран, вступивших год назад в Евросоюз) были достаточно сдержанными, чтобы не сказать заниженными, поэтому действительность их не разочаровала. Ваше мнение?

Миклош Кун: Вчера в газете правого консервативного толка выступил с большим интервью Ференц Мадл, президент Венгрии. Сейчас проходит его пятилетний срок. Он сказал: "Я надеюсь, что сальдо будет положительным в будущем". Это, что касается вступления Венгрии в Евросоюз. Но трудно говорить о первом годе лишь со знаком плюс, либо со знаком минус - это характерно для очень многих венгерских политиков. Очень довольны вступлением в Евросоюз часть интеллигенции, значительная часть молодежи, которая может ехать обучаться на Запад, работать туда и часть предпринимателей, но средние предприниматели, небогатые предприниматели очень боялись вступления Венгрии в Евросоюз. В их среде процветал скептицизм.

С другой стороны, очень боялись, что введение европейских стандартов ударит по венгерской экономике. В Венгрии есть повышение цен, что сейчас происходит в Польше и отчасти в прибалтийских странах, но это повышение цен как бы ползучее повышение цен. Слишком больших скачков нет.

Будапешт очень наряден. Проходят мероприятия. Некоторые политики выступают вместе с рок-ансамблями. Была пресс-конференция вчера самой большой оппозиционной партии - Союз молодых демократов-Гражданская партия, там говорилось, что правительство получило единицу, вступая в Евросоюз, что оно не воспользовалось очень многими возможностями. А с другой стороны, правительство достаточно довольно, хотя введение, например, евро отложилось почти уже до 2010 года, а раньше были очень радужные надежды, что в 2007-2008 году Венгрия вступит в зону евро.

Ефим Фиштейн: Григорий Месежников, страхи словаков накануне вступления были тождественны страхам поляков, венгров, или же у вас была какая-то национальная специфика?

Григорий Месежников: Если говорить о Словакии, оценивать то, что произошло после вступления Словакии в Евросоюз, то можно говорить о трех основных направлениях. Во-первых, это общая динамика социально-экономического развития. У нас относительно стабильное экономическое развитие, у нас обнадеживающие макроэкономические показатели. У нас не произошло повышение цен, наоборот, цены на некоторые товары и продукты питания после вступления в Евросоюз снизились. Если иметь национальную специфику, то, я думаю, что Словакия вступила в Евросоюз в довольно удачное время. У нас в настоящее время правительство реформистское, то есть правительство, которое осуществляет реформы. Поэтому восприятие населением вступление в Евросоюз преимущественно положительное.

Если говорить о втором направлении - это способность Словакии воспользоваться теми выгодами, которые вытекают из членства в Евросоюзе. В этом отношении Словакия тоже довольно в благополучной ситуации находится. В прошлом году ей удалось использовать средства из европейских фондов на сумму в 160 миллионов евро. Это довольно солидная сумма для Словакии, причем в этом 2005 году ожидается увеличение этой суммы в четыре раза.

Третье направление - это то, что в Словакии очень высоко население оценивает тот факт, что Словакия уже вступила в Евросоюз. По опросам общественного мнения, доля населения, которая поддерживает членство Словакии в Евросоюзе, выросло на 6 процентов. У нас сейчас 83 процента населения согласны с тем, что Словакия вступила в Евросоюз.

Ефим Фиштейн: Все трое участников нашего обсуждения представляют центральноевропейский регион. Но есть среди новых членов и такие, которые прямо входили в Советский Союз, а сейчас являются членами другого Союза - Европейского. Какие чувства обуревают их жителей в день первой годовщины этой метаморфозы. Репортаж Михаила Бомбина из Риги.

Михаил Бомбин: Надежды сменились разочарованием. Если бы референдум по Евросоюзу состоялся сегодня, то едва ли 40 процентов жителей Латвии, согласно опросам, согласились бы вступить в эту организацию. Причин здесь много, но главная - непомерный, на несколько порядков, рост цен практически на все и на энергоносители, и на жилье, и на продукты питания.

Вступив в Евросоюз, Латвия оказалась самой бедной среди стран участниц, и с большим трудом выполняет взятые на себя обязательства.

Председатель Ассоциации производственников и торговцев: Мы к Евросоюзу абсолютно не подготовлены. Вина в этом наших чиновников. Предприниматель работает на свой риск.

Михаил Бомбин: Если же говорить о плюсах и приобретениях, то здесь чаще всего называют свободу передвижения и безопасность Латвийского государства, считает председатель парламентской комиссии по иностранным делам Александр Кирштейн.

Александр Кирштейн: Наша безопасность гарантирована не только на ближнее, но и на дальнее время. Думаю, что это самый позитивный момент.

Вилис Криштопанс: Молодое поколение, о ком мы думаем, они, конечно, долгосрочно очень выиграют. Границы открылись, не большая часть, но пользуются этим. Сотни тысяч людей зимой летят отдыхать в горы и так далее. Мы получаем кое-какие деньги для дорог, мы получаем другие деньги Европейского Союза. Мы надеемся, что рано или поздно люди будут получать больше, и жизнь станет европейской.

Михаил Бомбин: Присоединяется к своему коллеге депутат Сейма Вилис Криштопанс. Что же касается правозащитного аспекта, то, по словам председателя парламентской фракции партии Народного согласия Яниса Урбановича, Евросоюз пока не принес какой-либо конкретной пользы его в основном русскоязычным избирателям.

Янис Урбанович: Не оправдались ни моих избирателей, ни мои надежды. Ведь мы агитировали голосовать - за, в надежде, что европейские ценности и традиции придут сюда. Но как выяснилось, эгоизм европейских политиков выше той планки приличия. Я вижу, что эгоизм стран, эгоизм правозащитных организаций не переходит границы их же национальных государств. Единственная надежда сегодня остается на то, что их начнет пугать экспорт национализма, нетерпимость даже ксенофобии из Латвии, который уже начинает распространяться по Европе.

Михаил Бомбин: К этому необходимо все же добавить, что именно Евросоюз настаивает на скорейшей ратификации Латвией рамочной конвенции о правах нацменьшинств и призывает к упорядочению отношений с Российской Федерацией.

Ефим Фиштейн: Вы, наверняка, обратили внимание насколько разняться впечатления участников центральноевропейского региона и латвийцев. А что думает на этот счет наш слушатель Александр из Санкт-Петербурга?

Слушатель: Хотел бы задать вопрос по поводу Европейского Союза и его судьбы. Думаю, что надо делать прогнозы на 20-30 лет вперед. Понимаю, что для нынешнего приускорения времени это очень самонадеянно, но тем не менее. Интеграция по принципу территориальной цивилизационной парадигмы, когда есть три полюса: азиатский - Япония, Китай; Новый Свет - Америка и Европа, которая теснится, сжимается, чтобы противостоять двум остальным полюсам.

Вопрос с точки зрения экономики. Насколько европейским странам в перспективе будет экономически выгодно объединяться вокруг Европы, а не устанавливать глубокие мосты между этими двумя полюсами - Новым Светом и азиатским миром? С точки зрения, того насколько эта система старая, как выдыхается Европа, многие страны, может быть, даже предпочтут, поступившись какими-то территориальными, культурными принципами налаживать более тесные интеграционные связи именно с этими полюсами.

Ефим Фиштейн: Мне по душе ваш вопрос, вопрос глубокий, затрагивающий фундаментальные проблемы. Переадресую ваш вопрос Григорию Месежникову из Словакии.

Григорий Месежников: Вопрос сложный, вопрос интересный. Думаю, что наш слушатель прав. Действительно, интеграция Европы - это воссоединение разделенной Европы на основе культурной и цивилизационной близости. Тем не менее, мне кажется, что Евросоюз было бы ошибочно рассматривать уже сейчас как организацию, которая исчерпала все свои возможности, мы знаем это и по судьбе отдельных стран (страны принимают различные пути развития). То, что в Европейском Союзе считается уже обжитым, я думаю, что все это можно преодолеть.

Евросоюз, как мне представляется, все-таки не создает особых границ для более широкого сотрудничества. Во-первых, не надо забывать, что есть здесь еще трансатлантический размер, то есть страны, которые вступили сейчас в Евросоюз, да и многие старые из так называемого Евросоюза, они поддерживают идею укрепления сотрудничества, например, с США. Было бы упрощенно подходить к тому, что сейчас происходит в Евросоюзе, как к процессу некоего обособления. Те страны, которые вступили в настоящее время в Евросоюз, они будут как раз придерживаться именно этой линии. Тот пессимизм, который может быть отчасти звучит в вопросе, мне кажется, не совсем обоснован.

Ефим Фиштейн: Спасибо. Можно, наверное, отметить и еще одно любопытное обстоятельство. Позиции различных слоев населения и их политических элит очень часто по этому вопросу расходятся по мере приближения так сказать к финансовым центрам Евросоюза - к Брюсселю, к Страсбургу и Люксембургу. Любопытна в этом смысле метаморфоза, которая произошла с польской политической элитой.

Вопрос к Ежи Редлиху о превращении, которое произошло с руководством правоцентристской партии "Демократическая платформа". Эта партия по всем опросам имеет хороший шанс победить на предстоящих парламентских выборах независимо оттого, пройдут они летом или осенью, и сформировать следующий кабинет министров Польши. Еще до прошлого года руководители партии, в частности лидер Ян Рокита, были евроскептиками и хотели заблокировать ратификацию Евроконституции. Но после того как Рокита и его товарищи попали в Европарламент, их позиция изменилась, и они стали еврооптимистами. Многие утверждают, что , когда политики попадают в Брюссель, они легко усваивают логику тамошних бюрократов и начинают защищать европейские официальные структуры. Так ли это?

Ефи Редлих: Тут нужно посмотреть вообще на польскую политическую сцену в связи с вступлением и уже годичным пребыванием Польши в Евросоюзе. Сильнее всего потеряли влияние и потеряли свои аргументы те партии, например, как "Самооборона" или "Лига польских семей", которые резко выступали против Евросюза. Теперь они вынуждены признавать, что ошибались, хотя делают это неохотно.

Что касается центристских партий, как вы назвали Рокиту, эта партия не была против вступления в Евросоюз. Они были против только по поводу проекта Конституции Евросоюза, были высказывания Рокиты. Если посмотреть на всю политическую сцену, вы назвали "Демократическую партию". Она еще только образуется, она даже не образовалась формально. Но думаю, что это как раз и будет основная политическая сила, которая будет не то, что поддерживать польское присутствие в Евросоюзе, но будет активно влиять на саму работу Евросоюза.

Ефим Фиштейн: Приветствую очередного слушателя, который к нам дозвонился. Виктор из Омска.

Слушатель: Я понимаю, что расширение чисто политически выгодно - это НАТО и так далее. А вот с точки зрения экономики? Допустим, если Германия вкладывала деньги в ГДР, это оказалось достаточно проблематично, еще неизвестно, когда они будут возвращены. Меня в этом плане интересует вопрос. А планируются какие-то инвестиции со стороны промышленно развитых стран той же Германии, Франции в Прибалтику, на Украину, или же в ближайшей перспективе нет?

Ефим Фиштейн: За себя скажу, что ситуация, которая сложилась в Восточной Германии после воссоединения страны, принципиально разнится от той ситуации, которая складывается в других государствах центральноевропейского региона, во всяком случае здесь. Не потому, что здесь больше инвестицией со стороны Запада, как раз нет. Они просто идут только в те сферы, где они реально оправданы, как правило, это частный капитал, в то время как Восточной Германии приходилось решать общенациональную задачу выравнивания уровня жизни. Это и привело, по мнению многих экономистов, к высокой безработице на востоке страны. В других странах региона в таких размерах этого не наблюдается.

Миклош Кун, как ощущают это венгры? Они рассматривают ситуацию как выгодную для себя. Был ли прилив инвестиций после этого первого года или в течение года членства в Евросоюзе?

Миклош Кун: Особого прилива инвестиций, пожалуй, не было, но как ни странно для венгров очень интересен теперь вопрос, представителей крупного венгерского капитала, что Евросоюз, как считают, это еще не пружина, которая полностью расширилась, и она опять сужается. Во-первых, есть еще неиспользованные возможности, рынки большие вне Евросоюза, но в таких странах, которые может быть скоро вступят или приближаются к Евросоюзу - это Румыния, Болгария, часть бывшей Югославии, Украина и Молдавия, отчасти даже это и Северная Африка и страны энергоносители на Ближнем Востоке.

Венгерский капитал, с одной стороны, он ждет инвестиций западного капитала, чтобы объединиться и развивать определенные виды промышленности. Ведь в Венгрии очень хорошая рабочая сила и в то же время есть недостаток капитала. А с другой стороны, венгры хотят производить инвестиции сами на Украине, в Румынии, Болгария, отчасти Хорватия, Словения. Венгерский капитал перспективно вскоре появится в качестве инвестиций на Украине.

Украина - это огромный рынок для всего Европейского Союза. Это очень важный рынок, несмотря на "оранжевую" революцию, этот вопрос еще во многом детально не решен. Это стоит как-нибудь обсудить отдельно. Для Евросоюза это очень крупный рынок в будущем.

Ефим Фиштейн: Думаю, что за украинский рынок еще поборются экономики всех центральноевропейских стран. Миклош, у вас в парламенте вообще нет евроскептиков. Значит ли это, что их нет и в стране? Если они есть, то против чего выступают, что хотели бы изменить?

Миклош Кун: Евроскептики у нас есть в парламенте, причем не только в одной партии, но в некоторых партиях, но они говорят между собой, мол, Евросоюз - это меньшее зло, это вынужденное зло. Мы должны были вступить, другого пути у нас, но... И начинаются перечисления, отчасти здесь много правды, что, например, венгерские аграрии очень много потеряли. Государство Венгрии, к сожалению, это не вина Европейского Союза, это вина Венгерского государства теперешнего, правительства, парламента не поддерживает в достаточной мере венгерских аграриев. Нет серьезных государственных дотаций в первую часть присоединения Венгрии в Европейский Союз. Кроме того, утечка мозгов очень сильная в Венгрии. В провинции недостаточно врачей, в то же время на Западе - в Англии, во Франции в Германии - венгерский врач может зарабатывать в 10-20 раз больше. Многие венгерские врачу уезжают на 4 дня дежурств даже и возвращаются, заработав в 4-5 раз больше.

Ефим Фиштейн: Это явление, наверняка, типичное для других стран. Уезжают врачи из Чехии. Заменяют их, как правило, врачи из Словакии.

Григорий Месежников, слышны ли в Словакии нарекания на то, что некоторые области европейской интеграции остаются на бумаге? Например, свободное перемещение людей, идей и товаров, а это один из столпов, на которых стоит Европейский Союз. Ведь большинство старых членов Евросоюзов оговорили для себя различные переходные периоды, чтобы ограничить прилив рабочих сил с Востока. Григорий?

Григорий Месежников: Да, эти нарекания, естественно, раздаются. Словакия еще в тот период, когда вела переговоры о вступлении в Евросоюз, довольно активно выступала против введения переходных периодов. С некоторыми странами Словакии удалось заключить соглашение или о сокращении или отмене этих переходных периодов, но мы знаем, что Словакия пока еще не является частью Шенгенской зоны. Поэтому этот вопрос, хоть он и довольно важен, тем не менее, словацкий граждане имеют возможность относительно беспрепятственно путешествовать по Европе. Сейчас на восточной границе Словакии строится специальная система, которая позволит стране вступить в Шенгенскую зону. В этом отношении, мне кажется, что тема не является очень уж такой горячей.

Есть в Словакии евроскептики? Да, в Словакии есть евроскептике не только в парламенте, но и даже в правительстве. Христианско-демократическое движение радикально выступает против нынешней Европейской Конституции, которая должна быть сейчас одобрена, причем выступают вообще против. Не просто, чтобы был организован референдум, и население отвергло, но даже в парламенте грозятся провалить этот документ, хотя у них, наверняка, не будет достаточно силы, чтобы это сделать.

В чем они упрекают Евросоюз? Они упрекают Евросоюз в том, что Евросоюз чересчур либерален, что из Евросоюза в направлении восточной части Европы движутся тенденции, которые вразрез расходятся с традиционными представлениями об органическом развитии общества. Это, прежде всего, культурно-этические упреки.

Ефим Фиштейн: Еще один Георгий на проводе из Санкт-Петербурга.

Слушатель: По мере присоединения новых членов, эти новые члены, государства, оказывают какое-то влияние на сам Союз, или он их поглощает просто, как некая черная дыра во Вселенной?

Ефим Фиштейн: Каждый из новых членов имеет своего комиссара в Европейской комиссии, естественно, по новой Конституции, да и в соответствии с предыдущими договорами, имеет какой-то вес при принятии решений.

Однако я переадресую этот вопрос Ежи Редлиху. Ежи, есть ли у поляков чувство, что они не могут реализовать свой политический вес на брюссельских форумах?

Ежи Редлих: Ничего такого нет. Потому что среди людей, занимающих высокие посты в Евросоюзе, находится достаточно много поляков, польских представителей. Но дело не в этом. Основное - это влияние на то, чтобы не было в Евросоюзе разделения на старые, богатые страны и новые, чтобы тактического этого разделения не было. Главное направление влияния представителей Польши, евродепутатов Польши, да и не только Польши, но и других новых стран, в том, чтобы именно этот принцип солидарности, который был когда-то основой при возникновении Европейского Союза, чтобы этот принцип оставался все-таки живым.

Ефим Фиштейн: Дозвонился к нам и слушатель из Москвы по имени Николай.

Слушатель: Я тоже хотел вас спросить о влиянии новых членов ЕС, его политики по отношению к России. Меня судьба ЕС мало интересует. Поскольку я живу в России, я хочу знать, что мне от этого ждать. Совершенно ясно, что новые члены ЕС пытаются сделать эту организацию открыто враждебной по отношению к России, выдвижением совершенно невыполнимых и оскорбительных требований, в частности, связанных со Второй мировой войной. Не приведет ли это к внутреннему противоречию внутри ЕС? Например, Польша пытается шантажировать своим транзитным положением Германию при прокладке трубопроводов, и препятствует трубопроводу по дну Балтики и так далее. Я надеюсь, что внутренние противоречия разрушат эту милую организацию.

Ефим Фиштейн: Григорий, этот вопрос переадресую вам, но добавлю, что не только Николай, но и многие другие в России, действительно, считают, что органы Евросоюза в отношении России ведут себя даже жестче, чем республиканская администрация США. Так ли это? Если так, то чем это объясняется?

Григорий Месежников: Если говорить о Словакии, то Словакия не стремится к тому, чтобы у Евросоюза осложнились отношения с Россией, хотя, естественно, по некоторым позициям политика словацкого правительства совпадает с общим направлением политики Евросоюза в отношении России.

Что касается влияния Словакии, допустим, новых, относительно небольших стран на общие политики, если так можно выразиться, Евросоюза, то об одном направлении я уже упомянул. Здесь отношение стран, вступивших недавно в Евросоюз, к Трансатлантическому сотрудничеству довольно однозначное; этом направлении, мне кажется, эти страны будут и действовать.

И вот еще один конкретный пример, правда, он не касается России, а касается Хорватии. Несколько недель назад Евросоюз занимался вопросом принятия Хорватии в Евросоюз. Как раз Словакии, несмотря на то, что это маленькая страна, удалось изменить ход всей дискуссии о Хорватии. Там были проблемы с оценкой меры сотрудничества Хорватии с Международным трибуналом. Благодаря Словакии была создана особая комиссия, которая будет решать вопрос все-таки в несколько иных рамках.

Ефим Фиштейн: Ежи Редлих, наш слушатель упомянул название вашей страны. Как вы думаете, действительно ли Польша пытается придать внешнеполитическому курсу Брюсселя какое-то антироссийское направление?

Ежи Редлих: Я не думаю, чтобы это было так. Правда, некоторые считают, например, что Польша поддерживает и старается повлиять на Евросоюз, чтобы он поддерживал новые власти Украины. Это считают некоторым антироссийским действием, но я так не думаю. Все-таки таких явных каких-то выступлений против России на форуме Евросоюза нет.

А что касается экономических отношений, то я должен сказать, что наряду с тем, что увеличился экспорт польский в страны Евросоюза, то в то же время на 80 процентов также увеличился экспорт в Россию. Потому что польские предприятия, которые входят на этот рынок, они входят уже не только как польские, но как евросоюзные предприятия. Это облегчает вход.

А то, что вы говорите, конечно, в политическом отношении, в исторических вопросах есть некоторые разногласия, даже довольно сильные, но я не думаю, что это как-то перекладывалось прямо на работу Европейского Союза.

Ефим Фиштейн: На этом закончим обсуждение и поблагодарим наших экспертов. Мы же перейдем к другим темам, благо их немало.

В Британии на следующей неделе состоятся всеобщие выборы, от которых многое зависит. От низ зависит останется ли лейбористский премьер Тони Блэр на третий срок, или его место займет консерватор Майкл Хауард. Картину накануне битвы нам опишет лондонский корреспондент Наталья Голицына.

Наталья Голицына: Предвыборная кампания в Великобритании вышла на финишную прямую, и со всей очевидностью определились ее приоритеты. Более всего сейчас дебатируются проблемы иммиграции, образования и налогообложения, борьбы с преступностью и война в Ираке. В отличие от прошлых выборов проблемы единой Европы, окружающей среды, перехода на единую европейскую валюту отошли на второй план.

У каждой из трех главных партий - лейбористской, консервативной и либерал-демократической - свои приоритетные темы в предвыборной агитации. Лейбористы сосредоточились на здравоохранении и экономических достижениях за время их восьмилетнего правления; тори обещают радикальные реформы налогообложения и иммиграционного законодательства; либерал-демократы сконцентрировались на пенсионной реформе. И хотя комментаторы предсказывают победу лейбористам, партия Тони Блэра вовсе не доминирует в предвыборной кампании. Голоса оппозиционных партий звучат, пожалуй, даже громче.

Впрочем, если судить по последним опросам избирателей, завершающаяся предвыборная кампания мало что изменила в первоначальном раскладе политических сил. Из восемнадцати опубликованных за последнюю неделю опросов в четырнадцати рейтинг консервативной партии не превышал тридцати трех процентов и отставал от рейтинга правящей лейбористской партии на два-три пункта. Либерал-демократы в нынешней предвыборной кампании выглядят партией, гордо стоящей над схваткой тори и лейбористов, и ожидающей, когда к ним перейдут голоса избирателей, разочарованных в политике двух главных партий. И, по мнению большинства наблюдателей, они вполне могут дождаться рекордного за последние 20 лет электорального урожая.

Сейчас главная головная боль стратегов лейбористской партии - возможная низкая явка избирателей, которая может оказаться на руку консерваторам. Опросы показывают, что 80 процентов сторонников тори твердо намерены явиться на избирательные участки, в то время как всего 65 процентов традиционно лейбористских избирателей уверенно заявили об участии в голосовании. Почувствовав серьезную возможность улучшить свое нынешнее парламентское положение, тори перешли к более агрессивной стратегии на последнем этапе предвыборной борьбы, сосредоточившись на проблеме доверия Тони Блэру и его партии. Лидер консерваторов Майкл Хауард несколько раз публично назвал Блэра лжецом. Стратегия тори заключается в том, чтобы убедить избирателей в том, что, если британский премьер говорил неправду о причинах войны в Ираке, то ему и его партии нельзя доверять и во внутренней политике - в обещаниях улучшить системы здравоохранения и образования, покончить с ростом преступности и ограничить иммиграцию.

И тем не менее традиционная честность и демократичность выборов в старейший европейский парламент не вызывает сомнения у британских избирателей независимо от их политической и партийной ориентации.

Ефим Фиштейн: Испания под нынешним социалистическим руководством впереди планеты всей, во всяком случае, в том, что касается узаконения однополых браков. На днях мадридский парламент принял соответствующий закон, но вот беда - выполнять его отказываются мэры испанских городов, которые обычно совершают светский обряд бракосочетания. Из Мадрида сообщает Виктор Черецкий.

Виктор Черецкий: Новое законодательство критикуют испанские консерваторы из оппозиционной Народной партии и католическая церковь. Консерваторы, в принципе, не возражают против официальной регистрации однополых связей. Они согласны, что геи и лесбиянки должны, к примеру, иметь право наследовать имущество своих сожителей. Однако испанские правые против придания этим связям статуса традиционного брака с предоставлением возможности усыновлять детей.

Нападает на правительство социалистов, инициатора закона, и Католическая церковь. Отвечая критикам заместитель председателя испанского правительства Мария Тереса Фернандес де ла Вега заявила.

Мария Тереса Ференандес де ла Вега: Правительство уважает церковь, но оно уважает и граждан, а посему обязано выполнить свои предвыборные обещания. Речь идет о расширении прав некоторых категорий граждан. При этом ни в коей мере не страдают права других членов общества.

Виктор Черецкий: Легализация связей геев и лесбиянок, действительно, фигурировала в предвыборных обещаниях соцпартии. И этим она, безусловно, привлекла на свою сторону весьма активный электорат сексуальных меньшинств.

Между тем, кардинал Альфонсо Лопес Трухильо призвал испанских муниципальных чиновников, считающих себя практикующими католиками, отказываться оформлять однополые браки. До этого церковь неоднократно заявляла, что союзы гомосексуалистов нельзя называть браком. Недовольны деятели церкви и другими мерами испанских властей, как-то упрощением процедуры развода, легализацией абортов, исключением Закона Божьего из числа обязательных школьных предметов и так далее.

Призыв кардинала к саботажу вызвал резкую реакцию испанского правительства. Министр юстиции Хуан Фернандо Лопес Агилар заявил, что испанское государство никогда не подчинится диктату какой-либо конфессии. Ну а ведущие профсоюзы, которым новое положение в отношении браков гомосексуалистов пришлось по душе, уточнили, что по действующему законодательству, за отказ выполнять свои обязанности государственные чиновники могут быть отстранены от должности сроком до 6 месяцев или навсегда.

Досталось правым и церкви и от различных общественных организаций сексуальных меньшинств. Они в целом довольны новым законодательством, однако боятся саботажа со стороны чиновников на местах. Председатель Национальной федерации геев и лесбиянок Беатрис Химено заявила в адрес испанских правых.

Беатрис Химено: Они лишь доказывают, что являются человеконенавистниками. Их аргументы базируются на старых франкистских понятиях.

Виктор Черецкий: Сексуальные меньшинства, получив право оформлять законным браком свои связи, выдвигают еще одно требование - делать операции транссексуалам по перемене пола бесплатно, за счет государства.

Ефим Фиштейн: В мае французы привыкли практически не работать. Обычно календарные праздники приплюсовываются к уикендами и всяк кто может берет еще день-два за свой счет. Французы называют такую практику "перекидыванием мостика". В этом году за такие мостики им придется бороться. Продолжает наш парижский корреспондент Дмитрий Савицкий.

Дмитрий Савицкий: В конце апреля и в мае французы привыкли не работать. Обычно календарные праздники совпадают с уикендами, и всяк кто может берет еще день-два за свой счет, и весенние дни становятся третьим вполне легальным отпускным месяцем.

В этом году к огромному огорчению французов календарь так раскидал праздники, что приличного моста из них не устроишь. Остается разве что Троица, но если до прошлого года праздничным был и понедельник на Троицу, то нынче Законом, введенным правительством Раффарана, понедельник 16 мая превращен в рабочий день - в День Солидарности с престарелыми... Национальная Ассамблея решила отменить один из многочисленных религиозных праздников и сделать его рабочим днем, причем днем солидарности - деньги, вырученные в этот день, должный пойти в кассу помощи престарелым. Приблизительно 2 миллиарда евро. Выбор пал на понедельник Троицы. Скорее всего, потому что неизбежные уикендные мосты, обычно позволяют французам более чем удовлетворительно отдохнуть в мае.

И вот теперь сектор за сектором, фирма за фирмой, точнее профсоюз за профсоюзом французы отказываются от Дня Солидарности. Они не собираются выходить на работу 16 мая. В церквях их не будет, но не будет их и на рабочих местах. Вырванные у государства привилегии никто не отдаст.

Жан-Пьер Раффаран не собирается отступать. Он только что выступил с недвусмысленным заявлением о том, что Закон будет применен на деле.

Жан-Пьер Раффаран: Я прошу всех соблюсти новый закон. Это - республиканская традиция.

Дмитрий Савицкий: 16 мая все государственные учреждения будут открыты; все правительственные - будут работать. Поступило предложение попросить Жака Ширака в понедельник 16 провести общеправительственное совещание.

Самым удивительным образом профсоюзники, советующие не работать в День Солидарности с Престарелыми, призывают устроить в этот день забастовку и выйти на улицы. Найти какой-либо здравый смысл в этой системе протестов невозможно. По сути дела фрондирующая правительство Франция хочет, чтобы Раффаран отыскал где-нибудь в забытом сейфе 2 миллиарда для престарелых и не мешал людям отдыхать.

Хитрый ход придумало руководство управления железных дорог, SNCF, самых активных забастовщиков. Дирекция решила, что 16 мая останется днем отдыха для тех, кто имеет право отдыхать, а сам рабочий день Солидарности будет превращен в полторы минуты бесплатной работы в день, в течении года. Кто и как будет с секундомером подсчитывать приток этих драгоценных минут - неизвестно.

Ефим Фиштейн: Россия - правопреемница Советского Союза, и кроме великодержавного статуса это право оборачивается рядом менее приятных обязанностей, например, платить по старым счетам, возвращать долги. Есть такой многомиллиардный должок и по отношению к Чехии. Вместо нефти и газа, как было предусмотрено при заключении сделок, Россия намерена гасить старый долг поставками оружия. Послушайте нашего пражского корреспондента Нелли Павласкову:

Нелли Павласкова: С распадом Советского Союза Россия, хотя и взяла на себя долговые обязательства СССР, но отказалась погашать их удорожавшимися поставками стратегического сырья - нефтью и газом. Между тем, распалась и Чехословакия. Чехия требовала уплаты 3,5 миллиардов долларов, тогда как Словакия сразу договорилась с Россией о поставках в счет долга истребителей МИГ-29 и современной системы оружия. И только в 2001 году правительство Чехии договорилось с Москвой о погашении долга тремя гигантскими самолетами, способными перевозить 50 тонн груза или 350 военных, а также несколькими транспортными и боевыми вертолетами. Объем российских поставок чешской армии составил бы сумму от 300 до 400 миллионов долларов. Но командование чешской армии вскоре отказалось от поставки "илюшиных" и "антоновых" и договорилось о поставке 26 боевых и транспортных вертолетов. Кроме военной техники, Россия обязалась поставлять топливо для атомной электростанции Дукованы на сумму 200 миллионов долларов.

Первая поставка российских вертолетов в счет долга была неудачной, так как поступили вертолеты с дефектом. Некоторые агрегаты были уже на первый взгляд старыми и заржавевшими. О том, как обстоит дело с погашением русского долга в настоящее время я спросила пресс-секретаря Министерства обороны Чешской республики Андрея Чиртека.

Андрей Чиртек: Армии Чешской республики должны быть поставлены 16 вертолетов МИ-171 и 10 МИ-35. Таким образом, мы отчасти разрешим вопрос модернизации нашей армии, поскольку имеющиеся у нас русские вертолеты МИ-17 закончат свое существование между 2007 и 2010 годом. Вертолеты на сумму 184 миллиона долларов должны быть поставлены до середины 2006 года. В апреле мы уже получили от России три разобранных вертолета. Их дотавил транспортный самолет "Руслан".

Нелли Павласкова: Но это были вертолеты взамен ранее поставленных машин с дефектами.

Андрей Чиртек: Что касается этих дефектов, то они были в старых поставках МИ-24. В новой партии 26 вертолетов никаких проблем нет. У нас нет и никаких сомнений в том, что поставки будут выполнены в намеченный срок.

С нашей стороны усилен контроль над производством вертолетов прямо в России. Наши представители регулярно ездят на российские заводы и наблюдают за производством этих машин.

Нелли Павласкова: Получением вертолетов дело не закончится. Вы ведь должны будете их еще дополнительно оснастить суперсовременными авиаприборами.

Андрей Чиртек: Российские вертолеты очень современные. Тем не менее, для использования их в рамках система охраны чешского воздушного пространства и пространства НАТО их надо дополнительно оснастить суперсистемами, которых, понятно, нет в России - спутниковыми навигационными приборами, камуфляжем по стандарту НАТО, приборами ночного видения, мультифункциональным дисплеем. Эта модернизация будет проходить постепенно, по мере исключения из эксплуатации старых русских вертолетов.

Нелли Павласкова: Об оставшейся большей части российского долга Чехия и Россия ведут переговоры.

XS
SM
MD
LG