Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

<a href="/programs/desc_russia.asp#cor">Корреспондентский час</a>


[ Радио Свобода: Программы: Россия: Корреспондентский час ]
[10-12-05]

Владимир Абарбанель: Гепатит в Нижнем Новгороде так и не побежден. Кто ответит за то, что солдат из Вятки стал инвалидом? Самарские военные пенсионеры отстаивают свое право на достойную жизнь. Пятигорцы готовы сброситься по рублю для того, чтобы помочь бездомным. Почему орловские чиновники тратят столько сил на борьбу с газетой "Орловские новости"? Челябинск: Почему на государственном заводе не платят зарплату? Ижевск: Легко ли иметь садовый участок в центре города? Подмосковье: Куда идти жителям бывших общежитий - на митинг или в суд? Белгород: Могут ли жители коммуналок рассчитывать на нормальное жилье? Республика Мордовия: Ученица 9-го класса Лена Волгина восстала против школьных поборов. Оренбург: Граф де Шамбор осваивает профессию скотника.

В эфире Нижний Новгород, Олег Родин: Четвертый месяц в городе эпидемия гепатита. По официальным данным она идет на убыль. Однако новые пациенты десятками продолжают поступать в инфекционные отделения городских и районных больниц. Причина массового заболевания жителей пока так и не установлена. На всякий случай принято решение о гиперхлорировании питьевой воды в городских водопроводах. И теперь горожане в своих квартирах вынуждены дышать воздухом вперемешку с этим агрессивным и опасным газом.

Татьяна Авдонина: Аж глаза проест. Когда умываешься холодной водой утром, неприятно.

Олег Родин: Рассказала Татьяна Авдонина. Для приготовления пищи рекомендуется эту воду отстаивать, непременно фильтровать и только потом кипятить, чем жители теперь и занимаются.

Татьяна Авдонина: Наливаю две трехлитровые банки. Они стоят сколько-то дней, потом кипячу.

Олег Родин: Главный санитарный врач области Евгений Петров считает, что эта вынужденная мера для борьбы с гепатитом, но предупреждает, что повышенная доза хлора пользы здоровью не принесет.

Евгений Петров: Та доза хлора, которую мы сейчас даем, эта мера вынужденная. Мы ее приняли как бы по необходимости. То, что в Сормовском районе идет стабильное снижение заболеваемости, я думаю, что все-таки это гиперхлорирование повлияло.

Олег Родин: Бывший заместитель главы города Владимир Горин лучше многих знаком с системами очистки и хлорирования воды. Он считает, что методика гиперхлорирования давно устарела, а имеющаяся система озонирования воды вместе с избытком хлора может дать непредсказуемые негативные последствия.

Владимир Горин: Делается очень просто - сыпется хлор (называют это гиперхлорирование), а по-простому это мешками, ведрами, лопатами бросается хлор. Где-то на глазок и совершенно, думаю, упрощенно, как это было и раньше, производится дозировка. Можно было бы увеличить концентрацию озона в совершенно невредных дозах для человека, для организма человека. Но, к сожалению, эта технология существует только у нагорной части, в заречной части очистка производится по старой технологии - по технологии очистки при помощи хлора. Надо сказать, что это устаревшая технология. Она используется уже только в странах даже не Восточной Европы, а в России, может быть, а Африке, может быть, в некоторых странах Азии.

Олег Родин: И специалисты встревожены. Татьяна Шарова, заведующая лабораторией экологии, также предупреждает о возможных тяжелых заболеваниях.

Татьяна Шарова: Прогнозы такие, что в процессе постоянного потребления воды, которая содержит хлор, есть вероятность заболеть определенными раковыми заболеваниями.

Олег Родин: Владимир Горин добавляет, что вредные вещества в городских магистралях могут сохраняться годами и нести угрозу здоровью нижегородцев.

Владимир Горин: Самое неприятное то, что хлор, находясь в воде, образует хлорорганические вещества, концерагены. Период распада их очень длительный, бывает даже десятки лет. Это очень вредные вещества. Опасность заболевания от концерагена, от хлоробразующих соединений.

Олег Родин: Эти вредные вещества могут образовываться и откладываться в многолетних наслоениях магистралей и давно проржавевших труб, которые так часто выходят из строя, требуя замены, о чем слесари ЖЭКа постоянно напоминают жителям.

Жительница: Они сняли трубу и сказали, что все гнилое. Они вчера сами обрезали, а там все ржавое.

Олег Родин: От ржавчины и износа прорываются также и трубы горячего водоснабжения, заливая кипятком подвалы жилых домов.

Жительница: Нас залило полностью кипятком. Мы в одночасье просто рухнем и все.

Жительница: Постоянно затапливается. Воздух влажный. Мы живем на первом этаже. У нас страшные испарения. Нам дышать нечем. Мы открываем, проветриваем. Это же невозможно! И ничего не делается.

Олег Родин: Чиновники считают, что они делают достаточно для исправления ситуации.

Вячеслав Путырский: Говорить о том, что там работы не велись, я этого не могу. Работы велись. Это уже требует, видимо, замены капитального характера.

Олег Родин: Так сказал журналистам Вячеслав Путырский, заместитель главы администрации центрального района города, заявивший жителям, что если им не нравится тут жить, пусть переселяются в другое место. При избытке хлора в воде нижегородцы испытывают, впрочем, дефицит йода, о чем сообщила специалист по экологическому надзору Наталья Тарасова.

Наталья Тарасова: Мы можем сказать, что йодный дефицит в Нижегородской области, йодная обеспеченность недостаточная. Дети в регионах с йодным дефицитом хуже учатся, становятся рассеянными, часто болеют.

Олег Родин: Но пока нижегородцы продолжают вдыхать ядовитый хлор, а коммунальщики заявлять, что аварии на водопроводе - это норма нашей жизни.

Жительница: Выходишь из ванной, и хлоркой пахнет по всей квартире. Такое ощущение, что хлоркой помыли полы, стены, всю квартиру.

Николай Шумилков: Аварийная ситуация - это наша жизнь, неотъемлемая часть. Она существует всегда.

Олег Родин: Заявил Николай Шумилков, директор ДЕЗа Сормовского района.

В эфире Вятка, Екатерина Лушникова:

Вячеслав Косолапов: Просто отказывали ноги. Было невозможно ходить, была постоянная боль.

Екатерина Лушникова: О боли Вячеслав Косолапов рассказывает с какой-то детской улыбкой. Юноша стесняется говорить о болезни, ведь он еще совсем молодой. В двадцать лет стал Вячеслав инвалидом и теперь на всю жизнь обречен терпеть страдания.

Вячеслав Косолапов: Сейчас идет разложение костей конечностей ног. Хронический остеомиелит.

Екатерина Лушникова: Это страшное заболевание Вячеслав получил во время службы в армии. А служить ему довелось в пограничной части Дагестана.

Вячеслав Косолапов: В течение полутора лет своей службы, я ни разу не обращался в санчасть. Но случилось так, что у меня неожиданно появилась резкая боль, после чего я обратился в санчасть.

Екатерина Лушникова: В санчасти Вячеслава обвинили в симуляции, дали в руки таблетку анальгина и отправили обратно в казарму, пригрозив, что если будет жаловаться - дослужить спокойно ему не дадут.

Вячеслав Косолапов: Пригрозили, попросили сказать, что если я хочу уволиться, нормально получить военный билет и все остальное, я должен молчать. Сколько я попыток делал, все бесполезно. За стенки держался, так ходил 8 месяцев. А им наплевать, они считают, что это просто симуляция. Благодаря той женщине, которая там работает в санчасти, тем людям, которые мне отказывали, которые меня обвиняли в симуляции, теперь я стал инвалидом.

Екатерина Лушникова: В 20 лет Вячеслав стал инвалидом второй группы, и чуть не лишился обеих ног.

Вячеслав Косолапов: Хотели отнять конечности. Мы повременили, сначала уточнили диагноз. Отказались от последних двух операций, которые предлагали, которые несли за собой последствия - либо прирастают кости, либо лишения конечностей. Мне теперь нельзя ни простывать, ничего. Лишнего движения, можно сказать, не сделаешь, никаких нагрузок, ничего.

Екатерина Лушникова: Об обычной жизни, которую ведут его сверстники, ему пришлось забыть.

Вячеслав Косолапов: Потому что как форма хроническая... Если будет болеть, пожалуйста, приходите, сделаем операцию. Вся операция заключается только в том, чтобы вскрыть, выпустить всю гадость из ног и все. Больше ничего не остается. Хроническая форма на всю жизнь.

Екатерина Лушникова: Вячеслав научился сам себе делать операции, доставая отслоившиеся косточки.

Вячеслав Косолапов: Вскрываю, там где-то она лежит, только найти ее надо. Кости просто-напросто выходят.

Екатерина Лушникова: Ты с улыбкой об этом говоришь...

Вячеслав Косолапов: Сначала было как-то неприятно, а потом как само собой разумеющееся.

Екатерина Лушникова: Кусочки собственных костей в целлофановом пакете принес Вячеслав в качестве доказательства в районный суд. Он заявил иск против пограничной части.

Вячеслав Косолапов: Потому что я хочу добиться правды. Пусть они понесут ответственность, ответят перед законом, потому что они меня сломали физически. Поэтому они будут отвечать полностью по букве закона.

Екатерина Лушникова: Вячеслав Косолапов, бывший солдат пограничных войск, и его мать Валентина требуют миллион рублей в качестве компенсации за погубленное здоровье.

Валентина: Почему решили судиться? Чтобы наказали, чтобы они отвечали за солдат. Призвали здоровых, верните здоровых. Сейчас на всю жизнь его сделали инвалидом! Мы помощи ни от кого не видим, хотя мы стоим в региональном центре соцзащиты на получение путевки. Но уже год прошел, и никаких подвижек. Звоню, а они грубо отвечают, что не дошла еще очередь.

Вячеслав Косолапов: Грубо говоря, просто закрывали дверь перед нами. Мы не могли даже встретиться с новым комиссаром городского района - либо говорили, что его нет, либо ему некогда.

Екатерина Лушникова: Предварительные слушания районного вятского суда по поиску солдата против пограничной части ничем пока не закончились. Представители войскового соединения просто не приехали на заседание. Вятский районный суд принял решение дело Вячеслава Косолапова приостановить до получения всех необходимых сведений из Дагестана. Правда, когда именно они будут получены - никто не знает. Похоже, солдату придется запастись терпением.

В эфире Самара, Сергей Хазов:

Митингующий: Но уже если взорвется вулкан, никому не покажется мало. Так что, в умном раскладе доктрин, роль запаса отнюдь не для часа. Он на век. Он с народом един. Господа, не шутите с запасом!

Сергей Хазов: 6 декабря в Самаре прошла акция протеста ветеранов военной службы. На площадь Чапаева пришли более полутора тысяч военных пенсионеров. Главные требования собравшихся: погасить долги по выплатам, восстановить льготы и изменить существующую сегодня в Самарской области систему выдачи жилищных сертификатов военным. Сегодня власти - федеральные и местные - забыли о военных пенсионерах, рассказала Эльвира Долгова. Всю жизнь женщина проработала в военной типографии.

Эльвира Долгова: Пенсия у меня 2033 рубля. 1,5 тысячи отдаю за коммунальные услуги. Что там остается? 47 лет проработала в типографии "Солдат отечества", в военной организации. Забыли, совсем забыли нас. Пока еще, слава богу, меня с работы не увольняют. Я продолжаю работать. Я вот уже 9 лет дорабатываю после пенсии на своем, на старом месте. Помогите людям жить нормально. Что можно сказать еще?!

Сергей Хазов: Самый актуальный для самарских военных пенсионеров вопрос - как решить проблему с жильем. , - поделился Владимир Орлов.

Владимир Орлов: Конечно, я ожидал, что дослужу, буду иметь и квартиру, и обеспеченную, нормальную пенсию. Но когда дело дошло до пенсии... Сейчас на мою пенсию я почти с трудом могу заплатить за квартиру и содержать свою семью.

Сергей Хазов: Военные пенсионеры из Тольятти прислали на митинг в Самару специальную делегацию. , - рассказал Юрий Пешков, член совета ветеранов Тольятти.

Юрий Пешков: Государство, когда мы служили, согласно статусу офицера, обязалось в течение 3 месяцев обеспечить нас жильем. Потом выдумали этот жилищный сертификат. В конечном итоге, нас бросили вообще.

Сергей Хазов: Алексей Дорошин по возрасту еще не может считаться военным пенсионером, но тоже пришел на митинг. Сейчас Алексей работает вольнонаемным в одной из самарских воинских частей.

Алексей Дорошин: Очень маленькая у них заработные платы, льготы им нужны и необходимы. У меня есть друзья военные пенсионеры. Жалуются на недостаток финансирования. Если брать конкретно моих друзей, то они живут достаточно неплохо, но только за счет того, что им повезло, они устроились на другую работу. А если брать субсидии и все остальное, что они сейчас получают от государства, то это очень маленькие средства, особенно, если есть дети несовершеннолетние, то на эти средства прожить практически невозможно.

Сергей Хазов: Если требования военных не будут услышаны правительством, военные пенсионеры пообещали в январе будущего года выйти на федеральную трассу М5 и отправиться с шествием на Москву. По мнению военного пенсионера Эльвиры Долговой

Эльвира Долгова: Мне кажется, правительству наплевать на нас на всех.

Сергей Хазов: По итогам самарского митинга протеста военных пенсионеров его участники направили обращение к депутатам Государственной Думы России. , - написано в обращении, под которым поставили свои подписи более двадцати тысяч самарских военных пенсионеров.

В эфире Пятигорск, Лада Леденева: Из своих неполных 22 лет шестой год пятигорчанин Артем живет под открытым небом. 15-летним мальчиком его выгнал на улицу родной дядя, который сейчас, по словам Артема, живет припеваючи.

Артем: Дядя живет. Была "копейка", а теперь на "семерке" ездит. Живет припеваючи.

Лада Леденева: С наступлением холодов Артем перебрался с улицы в маленькую, заброшенную сторожку, больше похожую на трамвайную остановку. В будке размером не больше 2-х квадратных метров только три стены, зато есть крыша над головой, а рядом - солидная помойка, где всегда можно найти самое необходимое. Лежа, в сторожке едва помещается один человек. Поэтому подруга Артема 40-летняя Татьяна все время сидит на куче тряпья. Встать и самостоятельно выйти не позволяют больные ноги. При этом семейная пара не жалуется на судьбу. По большому счету, у Артема есть лишь одно желание: чтобы во всем Пятигорске открыли люки теплоцентралей, а со входов в подвалы сняли решетки. Тогда им с Татьяной будет где встретить Новый год.

А вот что думают по этому поводу пятигорчане.

Жительница: Жалко. У людей всякое бывает в жизни. Так получилось, что они остались без дома.

Жительница: Мы заботимся о кошках, о собаках, делаем маникюр, педикюр собакам и кошкам. Да, это несчастные люди. Конечно, жалко, конечно, плохо, конечно, безобразие. Надо о них позаботиться, надо их лечить, кормить, поить, создавать какие-то минимальные человеческие условия. В этом смысле есть даже мировая практика. Поэтому надо этим воспользоваться. Они люди.

Лада Леденева: Случай Артема и Татьяны для Ставрополья далеко не единичный. По самым примерным подсчетам, в крае проживают не менее 2 тысяч бродяг. Чаще всего о них узнают уже после смерти.

Сотрудник УВД: Статистики нет. В основном, они фигурируют в сводках, как трупы, особенно в зимнее время.

Лада Леденева: При жизни же их, как правило, отслеживают, документируют, и отпускают восвояси, говорят в УВД.

Сотрудник УВД: Многие из них состоят у нас на учете, просто для того, чтобы знать, что он Сидоров Иван Петрович.

Лада Леденева: Минус такого подхода - большой процент криминала на улицах города. Плюс - бесплатная агентурная сеть, которую бомжи представляют собой для правоохранительных органов края.

Бывший приемник-распределитель в Минеральных Водах давно стал центром временной изоляции несовершеннолетних правонарушителей. Сюда принимают бездомных детей, но не всех, а только нарушивших закон. Вскоре это учреждение и вовсе перепрофилируют во временный приют незаконных мигрантов. В социальной гостинице под Ставрополем, в селе Свистуха, всего 500 мест, а значит, чтобы попасть туда, каждому из бродяг нужно ждать, как минимум, 4 года.

Сегодня забота о бомжах лежит исключительно на плечах участковых уполномоченных милиции. Вернее сказать, забота о защите от них общественного порядка. Тем временем, грядут холода, и милицейские сводки пополняются новыми эпизодами.

Участковый: В основном, если обнаруживаются трупы погибших бомжей, лиц без определенного места жительства, в основном их диагноз смерти - алкогольная кардимиопатия. От переохлаждения, на моей памяти, за последние два года я не помню такого. В основном, это злоупотребление спиртными напитками.

Лада Леденева: Пока этот материал готовился к эфиру, пятигорские пенсионеры предложили собрать в пользу бездомных по одному рублю.

Пенсионерка: Я считаю, что мы, в конце концов, можем добавить свой рубль на то, чтобы их где-то содержали, чтобы они не ходили такими толпами.

Пенсионерка: Конечно, нате рубль сейчас.

Лада Леденева: Кто знает, быть может, эта идея когда-нибудь осуществится, и у наших героев наконец-то появится крыша над головой.

В эфире Орел, Екатерины Рычкина: Как только в Орле появилась независимая газета , а это произошло более полутора лет назад, местные чиновники сразу дали понять коллективу редакции, что не потерпят на вверенной им территории никакой свободы слова. Уже после третьего номера власть обнаружила, что ей приятно читать на страницах еженедельника о собственных махинациях с землей, о присваивании бюджетных денег и сомнительных связях с криминальным миром. После чего орловские типографии дружно отказались печатать это издание. С тех пор почти полтора года печатались в Брянске.

Тем временем, ввели административные запреты на рекламу газеты и ее распространение. Основные продавцы печатной продукции в Орле - Роспечать и Орловская печать - расторгли договора на реализацию . Многие частные распространители вынуждены продавать газету из-под полы и только тому, кто сам попросит, чтобы избежать неприятностей с милицией.

Неудачей закончились и попытки прорекламировать себя. Руководители рекламных отделов телевидения и радио, ссылаясь на поступившие свыше указания, отказываться от заключения договоров. Сняли даже рекламу с общественного транспорта. Говорит Марина Ивашина, учредитель газеты.

Марина Ивашина: Меня пригласили на беседу к губернатору области Егору Строеву. Он предложил мен на выбор - либо заняться бизнесом, в котором администрация мне поможет, либо поработать в самой администрации. Я отказалась.

Екатерина Рычкина: Дальше было, как в дурном кино. Ивашиной разбили голову в подъезде собственного дома, сотрудников редакции пугают по телефону поджогами квартир и убийствами. На форумах в Интернете появились намеки на возможное заминирование редакции. Сегодня прокуратура Железнодорожного района города Орла ищет хулиганов, проводит проверку по факту угроз, выясняет, кто и зачем в Интернете призывал к насильственным действиям в отношении . Говорит прокурор Железнодорожного района города Орла Василий Сорокин.

Василий Сорокин: Прокуратурой района была проведена проверка, было возбуждено уголовное дело по признакам преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 144 Уголовного кодекса Российской Федерации - . В ходе расследования был проверен ряд обстоятельств с учетом публикаций, которые имелись в газете. Они носили острый характер, многим не нравились. Был ряд людей, которые заинтересованы в том, чтобы данная редакция не публиковала статей против людей, которые занимали определенные посты в органах власти.

Лиц, причастных к совершению данного уголовного дела, установить не удалось. Те факты, которые указывала Ивашина в своем заявлении о том, что ее приглашали некоторые руководители областной администрации и советовали прекратить критику в адрес конкретных должностных лиц, подтвердили, что действительно они просили сменить тональность публикаций, но отрицали факт организации совершенного на нее нападения.

Екатерина Рычкина: Коллектив редакции, а это журналисты, за полтора года получившие признание в профессиональных конкурсах имени Андрея Сахарова, Артема Боровика, Ларисы Юдиной, пережили и отключение Интернета, и атаки компьютерных вирусов в дни сдачи газеты, и откровенную слежку. В сентябре на предпринимателя, решившего издать книгу по публикациям , было заведено уголовное дело, нити которого привели следствие в типографию, печатавшую газету. На Брянское областное типографическое объединение обрушились обыски, ревизии, проверки. Как говорят полиграфисты, на беседу с их директором приезжали даже губернатор Брянской области Николай Денин и губернатор Орловской области Егор Строев, после чего и эта типография отказалась печатать газету. Говорит Марина Ивашина.

Марина Ивашина: Для нас даже удивительно, что Брянск так долго продержался. В принципе, к таким активным действиям власти в настоящий момент мы подготовились, поскольку имеет резервные договора с типографиями еще как минимум в 5-6 регионах. С другой стороны, все препятствие оказывает на население другое воздействие. Чем больше запрещают ее печатать, тем больше растет у нас тираж.

Екатерина Рычкина: Вот как комментирует ситуацию директор общественной организации Институт общественный проблем Единая Европа общественной организации Институт общественный проблем Дмитрий Краюхин.

Дмитрий Краюхин: Орловская пресса находится, извините за каламбур, под прессом. Один из самых ярких примеров - это . Проблемы связаны с их позицией.

Екатерина Рычкина: Помнится, в середине 80-х годов пели песенку о свободе слова, заканчивающуюся следующими строками:


Ты можешь жить буквально без забот,
А коль тебе свобода надоест -
Ты вправе молча выразить протест!..>

Прошло уже 20 лет, а слова эти до сих пор не потеряли своей актуальности. Увы, тот, кто выражает протест вслух, все еще сильно рискует.

В эфире Челябинск, Александр Валиев: 1 декабря в Челябинске прошел митинг работников Автоматно-механического завода, требующих от руководства погашения долгов по зарплате. Генеральный директор к митингующим так и не вышел. По словам сотрудников предприятия, первый раз им задержали зарплату в октябре прошлого года. С тех пор они получают только часть оклада (по 40 процентов), причем нерегулярно. Долги перед рабочими на сегодняшний день составляют около 40 миллионов рублей. В отношении бывшего директора предприятия Евгения Пастушкова прокуратура уже возбудила уголовное дело статьи 145 Уголовного кодекса России - "Невыплата заработной платы". Говорит Виктор Юшин, председатель профсоюза работников оборонной промышленности Челябинской области.

Виктор Юшин: Возбудили дело в связи с невыплатой заработной платы больше чем два месяца, но проверка идет. Прокуратура высматривает - не было ли в его действиях преднамеренных невыплат. А это надо доказать, что получали деньги, а на зарплату не отдали, а в это время купили машину дорогую. Вот это смотрит. Есть ли прецедент - директор допустил злоупотребление.

Александр Валиев: Прокуратура ищет состав преступления в действиях прежнего директора, но с приходом нового руководителя ситуация на заводе не улучшилась. Вот что говорит одна из сотрудниц предприятия, пожелавшая сохранить инкогнито.

Сотрудница завода: Задержки года два начались. Мы не получили еще за август прошлого года. Пообещали еще в конце ноября начать выдавать, а уже декабрь начался, только за август выдали.

Александр Валиев: Еще одна из работниц челябинского автоматно-механического завода, тоже попросившая не называть ее имени, так рассуждает о причинах кризиса на предприятии.

Сотрудница завода: Мы же не частное предприятие, а государственное. Значит, виноват верхний эшелон нашей власти. Если не нужен тот вид работы, что мы выполняем, значит, надо перепрофилировать его целенаправленно. У нас же очень маленькие оклады. Я вот 40 лет дорабатываю на заводе. На сегодняшний день у меня оклад 1020 рублей плюс уральские премиальные 40 процентов и минус подоходный. Как выживать? Надо жилье оплатить. За газ не заплатили вовремя, на каждом доме вентиль стоит. Приезжают, снимают. Тоже самое и телефона касается - не заплатил вовремя, отключают, а потом еще за подключением надо поездить.

Александр Валиев: Основная часть работников Автоматно-механического завода живет в так называемом поселке АМЗ, пригороде Челябинска. На днях сотрудникам объявили, что ввиду бедственного положения предприятия, завод вынужден продать несколько детских культурно-досуговых учреждений, находящихся на его балансе. Вот что о жизни в поселке говорит одна из моих собеседниц.

Сотрудница завода: Сегодня сказали, что запланировано продать стадион и школу искусств. У меня внучке 6 лет. Она у меня второй год ходит в этот , занимается подготовкой к школе. По соседству у нас школа искусств. Кто-то водит детей на хор, кто-то на танцы водит, кто-то еще куда-то. Наш поселок останется без всех очагов культуры. Я одно время как-то подрабатывала - убирала подъезды, потому что вообще не на что было жить. Что находила в подъездах? Шприцы, бутылки.

Александр Валиев: Митинг, состоявшийся 1 декабря, - уже второй за последний месяц на АМЗ. В прошлый раз рабочие разошлись, договорившись дать руководству время на погашение долгов до конца ноября. На втором митинге они решили продлить этот срок до 15 декабря. В случае бездействия они пообещали объявить забастовку и не выходить на работу. О том, что предпринимают власти, говорит начальник отдела оборонной промышленности Министерства промышленности Челябинской области Александр Адрианов.

Александр Адрианов: Они выплатили текущую заработную плату и погасили в таком же объеме предшествующую заработную плату. Поставлена задача директору завода, чтобы к 1 января он вышел на тот рубеж, к которому он пришел, вступая на эту должность, то есть 16 миллионов рублей нужно найти.

Александр Валиев: Местные власти предлагают ввести на АМЗ внешнее наблюдение. Тогда по закону деньги предприятия в первую очередь идут на социальные нужды, а только затем на уплату налогов. Но эта идея почему-то не находит понимания в Москве.

Александр Адрианов: Если вводится внешнее наблюдение, то в первую очередь это выплата за увечья и прочее, второе - заработная плата, а остальное уже в следующую очередь. Мы уже дважды пытались эту процедуру предложить, но Москва нас в этом отношении не поддерживает. По формальным признакам находят причины, чтобы это дело или оспорить в кассационных судах, или еще какие-то причины. Позиция Федерального агентства по промышленности для нас вообще непонятна. Сколько раз мы их приглашали для приезда сюда, никто не едет.

Александр Валиев: По словам руководителя Главного управления Федеральной службы судебных приставов по Челябинской области Александра Новокрещенова, наибольшие проблемы с взысканием задолженности по зарплате связаны с предприятиями, выполняющими федеральные заказы. В середине сентября долги челябинского завода составляли 700 миллионов рублей, на заводе - 500 миллионов. На сегодняшний день главы профсоюзов этих предприятий уверили меня, что на фоне АМЗ их ситуация выглядит вполне благополучно, и сейчас они задолжали своим сотрудникам не больше, чем за полмесяца.

В эфире Ижевск, Надежда Гладыш: До полутора десятков садово-огородных массивов сегодня оказались в городской черте Ижевска. Когда их нарезали работникам предприятий (а это происходило в конце 40-х - начале 50-х годов), город был в три раза меньше, чем теперь. А промышленный бум и связанный с ним стремительный рост столицы Удмуртии пришелся на конец 60-х - 70-е годы. Так садоводы оказались в окружении многоэтажных домов. Жилые микрорайоны просто перешагнули через них.

И вот спустя двадцать лет от начала перестройки дошла очередь и до них. Сначала по местному каналу телевидения выступил мэр, который сказал, что все садоогороды, находящиеся в черте города, будут убирать. Уже тогда садоводы заволновались, провели собрания на своих массивах, избрали комитет защиты своих прав.

Валентин Блинов: Я бы, знаете, молчал как обычно, как все обыватели. Но когда касается конкретно тебя: В принципе, и так было видно, что что-то непонятное в нашем государстве Российском. Когда по телевизору прошло это все, нас собралось где-то процентов 80 огородников на собрание. Выбрали людей в инициативную группу по защите прав.

Надежда Гладыш: Валентин Блинов купил свой участок только в прошлом году, капитально отремонтировал дом, серьезно потратился, и уступать кому бы то ни было свою частную собственность, да еще находящуюся в двух шагах от дома, не намерен.

Валентин Блинов: Их намерение было - скупить у нас землю, только землю, не постройки, ничего. У нас же все приватизировано. По Гражданскому кодексу они обязаны нам это все оплатить - и землю, и постройки - по рыночной цене. Они пришли и говорят - мы вам предложим, а там хотите или не хотите, постройки ваши не нужны, но мы вам советуем продать. Они сказали, что они как бы будут являться застройщиками. Слушаний не было. Генплан не принят. Разбираемся в этом немножко. Они посчитали, что мы не понимаем. Тендера не было. На каком основании господин Ушаков, это менеджер наш, дал разрешение им проводить, как они сказали, слушания, то есть они хотели обмануть людей и провести слушания.

Надежда Гладыш: Прошедшее в конце октября собрание в 32-й ижевской школе стало поворотным пунктом в истории противостояния ижевских садоводов и местных властей. О предстоящем собрании садоводов известили объявлениями, расклеенными на воротах массивов. Статус собрания не был оговорен. А уже на месте, куда пришло несколько сот человек, им было объявлено, что некое общество с ограниченной ответственностью намерено здесь и сейчас провести публичные слушания о предстоящем сносе огородов, оказавшихся в городской черте. Но садоводы сообразили, что им приготовили ловушку. Говорит Людмила Ермакова, хозяйка капитального дома с погребом на тех же трех сотках.

Людмила Ермакова: Не отдавала эти списки, которые начала, когда мы попросили отдать нам эти списки, что это собрание незаконно, и что эти списки могут быть использованы против нас, что будто бы слушания прошли, а слушания, на самом деле, не состоялись.

Надежда Гладыш: Активисты протестного движения ижевских садоводов изучают законодательство и оперируют статьями Земельного и Гражданского кодексов. Они знают, что местные власти должны соблюсти определенный порядок при выделении участков под будущую застройку, что среди застройщиков должен быть проведен тендер. Суть конфликта сегодня выглядит так: нынешних собственников, в основном малоимущих и стариков, хотят вытеснить с этих очень удобно расположенных городских земель и выгодно продать их богатым и влиятельным. Но нынешние владельцы и сами хотели бы обрести статус не огородников, а жителей. Говорит Валентина Ломатина, председатель массива .

Валентина Ломатина: Дело в том, что мы хотим это все оставить будущим поколениям, а не просто так. У меня внук.

Надежда Гладыш: Ей вторит Людмила Ермакова.

Людмила Ермакова: В частности, моя внучка готова выйти замуж, ей негде жить.

Надежда Гладыш: Представители назвали и цену, по которой они намерены выкупить участки - по 35 тысяч рублей за сотку (о строениях речи не идет в принципе). Сами же владельцы уверены, что рыночная цена, как минимум, раза в три больше.

В эфире Подмосковье, Вера Володина: Общежитие, жилье социального найма, специализированный фонд или все-таки потенциальная частная собственность? Как правильно назвать 5 домов, в которых сегодня проживают полторы тысячи климовчан? Вопрос не филологический. Заявить о своем праве на приватизацию жилья на митинг пока собралась лишь десятая часть проживающих в общежитиях. Тексты на плакатах: , . Одна из участниц митинга Валентина попала в общежитие еще молодым специалистом 17 лет назад. При банкротстве завода общежитие законопослушно передали в муниципальную собственность в 2000 году. От статуса , считает Валентина, остался лишь штамп .

Валентина: Нас приняли - людей и здание. Ни мебели, ничего. Все было распродано. Комендант убран. Приняли полностью, как жилой дом. По фактическому месту проживания уже выдавали ордера на занимаемые квадратные метры. В паспорте, согласно ордеру, написано , а в ордере указаны квадратные метры.

Вера Володина: Юрист Николай Ерохин, местный правозащитник, тоже считает, что признаки общежития, по сути, отсутствуют.

Николай Ерохин: Формально у людей еще в паспорте стоит, что это общежитие. Как раньше было, так и осталось. Этим просто никто не занимался. Речь идет о том, чтобы это слово убрали из прописки, еще где-то и все. Люди могли бы приватизировать свое жилье, кто хочет, а кто не хочет, могли бы просто нанимать его.

Вера Володина: Но только найм предлагают власти города. Желающие приватизировать показывают чиновникам 7-ю статью одного закона, который ввел в действие новый Жилищный кодекс, а те гражданам предъявляют 4-ю статью совсем другого закона от 1991 года про то, что общежития предприятий приватизации не подлежат, что общежития будут специализированным фондом, на проживание в котором и предлагают гражданам договор.

Ольга Балабанова: Не подписывайте договор найма специализированного фонда, который действительно готовится в администрации.

Вера Володина: Это совет председателя молодежной организации Ольги Балабановой.

Ольга Балабанова: Как только будет подписан этот документ, эти граждане потеряют право на приватизацию жилья. Администрация пользуется тем, что не все знают закон, не все имеют возможность обратиться к юристу. Таким образом, они могут вас обмануть.

Вера Володина: Валентина тоже не верит городской администрации, пугает ее и слова .

Валентина: Договор найма специализированного жилья. Мы не знаем. Совет депутатов принял положение о проживании в общежитиях и специализированном жилье. Я попросила показать это положение. Положение есть, но нет времени. А если такая умная, то идите в суд, если вы считаете, что это ваша статья. Душа болит невероятно. Очень много одиноких женщин. С какими деньгами идти в суд?

Вера Володина: Позицию Климовской администрации в отношении проживающих в общежитиях, очевидно, выразили в муниципальной печати - на митинг никто из чиновников не пришел, так же как и через неделю не вышел к гражданам, хоть и обещал, председатель городского совета. Газета от 30 ноября пишет, что .

Ну а на митинге Ольга Балабанова убеждала граждан, что закон на их стороне, и не через суд должна власть общаться с гражданами в этой ситуации.

Ольга Балабанова: Когда власти говорят, что ваше жилье приватизировать нельзя, они вас обманывают. Жилье, которое раньше принадлежало государственным предприятиям, а сейчас находится в собственности муниципалитета, не является общежитием. Самый главный документ, который об этом сказал, - это Федеральный закон. Подписан этот документ самым главным чиновником страны - президентом.

Вера Володина: Участники митинга подписались под требованием - признать факт потери жилыми помещениями статуса общежития по статье 7-й Федерального Закона без необходимости принятия дополнительных нормативных актов. Резолюцию направили президенту России, Генеральному прокурору, прокурору области, губернатору и городскому главе от имени жителей климовских общежитий.

Жительница: Как правило, это люди незащищенные социально, работающие в муниципальных организациях. У нас очень много одиноких родителей. Так сложилась жизнь.

Вера Володина: Всем им городские власти советуют, ожидая решений на федеральном уровне, сегодня подавать коллективные либо индивидуальные исковые заявления по поводу отказа в приватизации, ссылаясь на все ту же 7-ю статью. Пока суд да дело, они уже не опоздают с приватизацией до 1 января 2007 года.

Совсем свежие новости из Серпухова. Там уже удовлетворены два из 14 исков на приватизацию жилья в муниципальном общежитии. На днях городской суд рассматривал их вторично, после того, как Московский областной суд отменил принятое ранее первое решение серпуховского суда об отказе в праве на приватизацию. Так что, у проживающих в общежитии есть выбор - кто на митинг, а кто в суд.

В эфире Белгород, Оксана Быкова: В нынешнем году в семь раз увеличилась плата за социальный найм жилья белгородцев, которые проживают в старых коммунальных квартирах. Это не устраивает жильцов пяти домов послевоенной постройки, расположенных в центре Белгорода. Горожане звонили по данному поводу в мэрию, обращались к депутатам. Говорит Тамара Варахобина.

Тамара Варахобина: В старых, послевоенных домах двухэтажных живет много семей в коммунальных квартирах. В нашем городе никогда мы не слышали, чтобы вообще говорилось о жильцах коммунальных квартир, хотя такие существуют. Многие люди (даже к депутатам мы обращались) не верят и не понимают, что еще есть такое жилье.

Оксана Быкова: Галина Поварова в такой коммунальной квартире по улице Попова живет уже 50 лет.

Галина Поварова: Ремонта никакого не делается у нас уже 30 с лишним лет. Мы живем с подселением. У нас старые дома. Идет, например, дождь весной, у нас в квартирах вода.

Оксана Быкова: Несмотря на то, что в коммунальных квартирах не делали ремонт, не меняли полы и сантехнику, тарифы за социальный найм увеличили в семь раз.

Тамара Варахобина: Для нас, жильцов коммунальных квартир, до этого повышения (до января 2005 года) был установлен тариф - 14 копеек за квадратный метр. После увеличения этот тариф довели до 99 копеек за квадратный метр. Это увеличение в семь раз. Мы не можем понять, почему такое увеличение? В связи с чем? Парадокс в том, что этот единый тариф сделали как для жильцов коммунальных квартир, так и для жильцов в отдельных квартирах, хотя условия проживания нельзя сравнивать. Похоже, администрация решила вопрос условно расселить нас, установив единый тариф.

Тариф за найм, мы думаем, должен быть разработан в зависимости от характеристики занимаемого жилья и условий проживания в нем. Получается такая вещь, что наши 60-летние дома с каждым годом ветшают, так как в них не вкладываются деньги. Нет денег в РЭУ, в администрации. Но все рушится, не делается ремонт, а тариф за найм почему-то с каждым годом увеличивается. Мы не можем понять, почему.

Оксана Быкова: Заместитель начальника управления экономического развития администрации Белгорода Людмила Бронникова пояснила.

Людмила Бронникова: По решению городского совета там не выделены для коммунальных квартир платежи ниже. Поэтому им и предъявляют платежи в соответствии с решением городского совета депутатов.

Оксана Быкова: Депутаты городского совета поставили знак равенства между условиями проживания в отдельных квартирах и коммунальных. Видимо, депутаты просто забыли об особенностях проживания в коммуналках, где несколько семей или жильцов имеют общую кухню.

Тамара Варахобина: Здесь стена. Нас никто не понимает, потому что они не понимают, как это можно жить в таких условиях. Почему в городе наряду с расселением общежитий, не разрабатывается какая-то программа расселения людей в коммунальных квартирах. Люди прожили 20, 30, 40, 50 лет в таких квартирах, потому что нет средств купить новое жилье и разъехаться. Понятно, что жилья бесплатного не будет, но хотя бы как в общежитиях сделали - 50-процентные какие-то условия, чтобы можно было расселиться, разъехаться, чтобы людям не мучиться. Это скандалы, это нервотрепки.

Оксана Быкова: О жильцах коммунальных квартир Белгорода напрочь забыли. Даже статистики, которые обычно знают все обо всем. В не ведут учет такого жилья, и не в курсе, сколько человек сегодня мучается, проживая в старых, послевоенных коммуналках.

В эфире Мордовия, Игорь Телин: В селе Левжо Рузаевского района 14-летняя ученица местной школы выступила с протестом против ставшей обычной здесь практики сбора денег. Ученицу 9-го класса Лену Волгину не устраивает то, что ежемесячно надо отдавать какую-то сумму на так называемые школьные нужды.

Семья Волгиных переехала в село из столицы Мордовии Саранска три года назад. Устроив в школу свою дочь, родители узнали, что они должны ежемесячно из семейного бюджета выделять средства на нужды учебного заведения - на ремонт класса или учебники. Первое время регулярно они сдавали деньги, но потом прекратили. Причем, инициатором отказа от школьных поборов выступила именно их дочь, не по годам независимая и самостоятельная.

Зинаида Сураева: У меня, например, от этой девочки на всю жизнь останется воспоминание. Я работаю в школе 23-й год. У меня такого ученика еще не было.

Игорь Телин: Так охарактеризовала свою ученицу завуч Зинаида Сураева. В год в левженской школе каждый ученик должен заплатить более 600 рублей. Это ежемесячно 10 рублей на школьные нужды, 100 рублей на ремонт класса, еще деньги за пользование книгами и учебниками из школьной библиотеки, на покупку мела, веников для уборщиц, цветной бумаги и так далее. На последнем родительском собрании директор школы Любовь Кузьмина объявила, что в течение года нужно собрать еще 40 тысяч рублей на покупку двух холодильников, электроплиты и инвентаря для школьной столовой. После отказа Волгиных платить деньги, на их дочь Лену обрушились репрессии.

Лена Волгина: Мне стали занижать оценки, какие-то постоянные были недовольства ответами. Все это привело к тому, что мне поставили два по русскому языку. Это прямое последствие моей неуплаты школьного налога.

Игорь Телин: Левжинская школа проходила аттестацию. Приезжали специалисты из районного управления образования, проводили тесты по русскому языку, биологии, алгебре. Если по биологии и алгебре оценки сообщили почти сразу, то по русскому - с большой заминкой. Оказалось, что Лена получила двойку. И это притом, что до этого у нее были только отличные оценки.

По словам директора школы, Лене вряд ли стоит рассчитывать на золотую медаль после окончания учебы.

Любовь Кузьмина: Девочка у нас идет на 4 и 5. В основном - 5, а 4 бывает очень редко, а им нужны сплошные 5.

Игорь Телин: Как это обычно бывает, педагоги сумели сформировать общественное мнение среди родителей и учеников. .

Учительница: Если я в сентябре купила в класс ведро за 30 рублей, я никогда это не посчитаю. Все зависит от родителей.

Родитель: Мы сдаем по 10 рублей в месяц. Нас никто не заставляет. Мы по собственной инициативе, потому что мы понимаем, что не хватает денег. Нужно покупать мел, бумагу.

Игорь Телин: А директор школы Любовь Кузьмина говорит, что без финансовых сборов (она называет это добровольной помощью) ее школа просто не выживет.

Любовь Кузьмина: Вот именно такая помощь идет от родителей. Без нее мы просто не сможем, потому что наш бюджет дефицитный. У нас заложен мизер по сравнению с тем, что нужно нам.

Игорь Телин: , - так комментирует вышесказанное учитель с 30-летним стажем Сергей Леушев.

Сергей Леушев: Закон запрещает собирать какие-либо деньги на какие-либо нужды вообще. Собирают, например, на ремонт кабинета. Эти деньги выделяются на общий ремонт школы в полном объеме, в том числе и на ремонт кабинетов, и на закупку любого оборудования. Никогда никто этих денег, естественно, не видел, кроме директора и завхоза. Выпросить эти деньги всегда было очень сложно. Говорю со знанием дела, потому что работал завучем, знаю эту систему и видел все это прекрасно. Я пытался что-то изменить, что ничего никогда не получалось.

Игорь Телин: Пытаются изменить и Волгины. Вот что говорит отец девятиклассницы Виктор.

Виктор Волгин: Мы хотим добиться, чтобы не было больше школьных поборов. Конечно, желательно, чтобы к нам присоединились родители не только нашей школы, но еще и других школ. Только вместе мы можем победить эту систему.

Игорь Телин: Волгины обратились в прокуратуру Мордовии, требуя проверки правомочности администрации школы заниматься поборами с родителей учеников, а в Министерство образование республики - за помощью, просят оградить их дочь от предвзятости местных учителей.

В эфире Оренбург, Елена Стрельникова: Основанное в конце XVIII века село Путятино Шарлыкского района своим появлением обязано роду князей Путятиных. Абрам Путятин в те годы был губернатором Оренбуржья. Его заслугой историки считают упорядочение земельных владений в крае. С тех пор, считают путятинские мужики, эта земля и манит к себе людей знатного происхождения. Ведь явно не зарплата скотника (1200 рублей летом, а 800 рублей - зимой) привлекает на скотном дворе молодого француза, потомственного графа Стефана де Шамбор.

Стефан де Шамбор: Для меня интересно понять жизнь в России, фермерскую жизнь. Вот поэтому я и здесь.

Елена Стрельникова: Изучение других стран - некая традиция в семье де Шамбор. Старший брат и сестра Стефана стажировались в Великобритании, Исландии и Африке. Стефан закончил во Франции университет по специальности менеджер сельского хозяйства и считает, что ему повезло больше всех. Теперь он познает Россию.

Стефан де Шамбор: Мой рабочий день на ферме начинается в 9 утра, заканчиваю в 12. Я даю пищу коровам, присматриваю за ними, чтобы у них было все в порядке.

Елена Стрельникова: По мнению бригадира Юрия Бурмистрова, со своей работой Стефан справляется неплохо.

Как француз у вас работает?

Юрий Бурмистров: Отлично.

Елена Стрельникова: Справляется?

Юрий Бурмистров: Со всеми своими обязанностями.

Елена Стрельникова: Главное отличие российского животноводства от французского - это механизация последнего. То, что делают 12-ть русских за весь день, француз успевает за несколько часов. Зато выращивание мясных бычков в России обходится гораздо дешевле, объясняет Стефан де Шамбор корреспонденту по-английски. Русский язык он осваивает в процессе производства с помощью коллеги-скотника Ивана Лыкова.

Иван Лыков: Если где-то чего-то не понимаем, по словарю разговариваем. Примерно я ему объясняю - это вилы, это лопата. Когда едем за сеном, он говорит: . Хороший он товарищ, мне нравится. Мы с ним здесь сдружились.

Елена Стрельникова: В Путятино Стефан де Шамбор научился не только раздавать скотине сено вилами и убирать навоз, но и приобщился к русской кухне. Его любимое блюдо - вареники с земляникой. А вот к острым яствам на русском столе он пока не привык.

Стефан де Шамбор: Я не люблю перец. Он очень острый. И у вас нет сыра. Мы, французы, все время пьем вино. Здесь принято пить только на ужин водку. Водка мне нравится.

Елена Стрельникова: И еще одна русская традиция, которая пришлась по душе французу - баня. , - говорит Стефан.

Стефан де Шамбор: В России очень холодно и много снега, но мне эта погода нравится.

Елена Стрельникова: Католическое Рождество Стефан де Шамбор будет встречать во Франции. В Россию планирует вернуться в феврале-апреле будущего года. - вопрошает Стефан.

XS
SM
MD
LG