Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Виктор Живов: Из истории византийской культуры


[ Радио Свобода: Программы: Россия ]
[Архив]

Виктор Живов: Из истории византийской культуры

Автор и ведущаяЕлена Ольшанская
РедакторАлексей Цветков

Новая эра. Передача седьмая Благодарность Михаилу СУББОТИНУ, США

"Эллины, чтобы обучиться словесным наукам, едут за море и расспрашивают чужеземных учителей о пустых учениях, нам же вовсе не нужно переходить из одной страны в другую или переплывать море, ища царства небесного, так как Самим Господом нашим Иисусом Христом сказано: "Царство Божие внутри вас есть", - учил один из христианских святых, знаменитый отшельник, Антоний Великий. Феномен ухода в пустыню возник в начале IV века одновременно в Египте, Сирии и Палестине. Египет стал образцом классического опыта: монашество развилось там в трех своих основных формах: отшельничество, скитское житие и общежитие.

Елена Ольшанская: "Чудесная в мире страна - Египет. По обеим сторонам ее, с востока и запада, расстилаются страшные песчаные пустыни, лишенные всякой растительности и жизни. Однообразие и глубокое, царствующее там молчание производят сильное впечатление на душу: Нигде нет такой противоположности яркого света и тени, жизни и смерти, как в Египте, нигде :поэтому столь строго не задумывались люди о загробном существовании", - писал один из историков церкви. Непрерывный поток посетителей из самых отдаленных частей Римской империи тянулся в пустыню, чтобы увидеть отшельников. Во второй половине 1У века там шесть лет провел Руфин, пресвитер Аквилейский, составивший затем книгу "Жизнь пустынных отцев". "Они обитают в пустыне, рассеянные и разделенные по кельям, но соединенные любовью, - писал Руфин. - : Собравши ум, каждый в своем месте, ожидают пришествия Христа как благоносного Отца или, как воины в лагере - прибытия императора, или, как рабы - прихода господина, обещавшего дать им свободу и награду. Все они нисколько не заботятся о пище или об одежде и тому подобном: Одни из них живут вблизи городов, другие в селениях, многие рассеяны по пустыне как бы некое небесное воинство, :сражаясь оружием молитв и защищаясь от ударов врага щитом веры, стараются стяжать себе небесное царство: Они состязаются друг с другом только в стремлении к совершенству: Если из них кто-нибудь мудрее, то он так прост со всеми, что, по заповеди Господа, кажется меньшим всех и слугою всех".

Виктор Маркович Живов - заместитель директора Института русского языка имени академика В.В.Виноградова и профессор Университета Беркли (США). Вашему вниманию предлагается седьмая его лекция из цикла "Новая эра" (из истории византийской культуры).

Виктор Живов: Что такое монашество? Связь аскезы, то есть, различных добровольно принимаемых решений о воздержании от еды, от сна, от сексуальных отношений, с особым духовным статусом человека, вообще говоря, чуть ли не универсальна. Во всяком случае, она присутствовала и в иудейской традиции ( можно указать на библейских пророков, можно указать на Иоанна Крестителя), и она присутствовала в традиции классической, там были стоики. Так что христианству было откуда ее унаследовать. Но происхождение, как всегда, - это только малая часть истории. Монашество появляется, когда аскеза превращается в важный социальный институт. Это происходит в Египте в конце 3-го века, там выделяются два традиционно рассматриваемые основателя монашества. Это святой Антоний - основатель анахоретического монашества, отшельничества, и святой Пахомий, основатель общежительного монашества.

Сначала скажу об Антонии и об отшельничестве. Антоний совершил решительный шаг, когда он ушел из своей деревни - не так далеко, поначалу в пустую гробницу и лишь потом - в пустыню. Переход из своей деревни, собственно, это и называется анахорезис, был, в общем, достаточно частым явлением во 2-3 веке после Рождества Христова. В некоторых случаях, вероятно, это было связано с тем, что человек не мог жить на своем месте в силу того, что он беднел и так далее. Это не относится к Антонию. Антоний был богатым фермером, и он добровольно раздал все, чем он владел. Антоний уходит в пустыню, то есть, покидает свою деревню около 270 года. В Египте - там, где есть орошение, живут люди, там идет цивилизованная жизнь. Ты проходишь километр и оказываешься в пустыне. 15 лет Антоний живет рядом со своей деревней в гробницах, а после 285 года перемещается в оставленную крепость за Нилом, и оттуда он появляется еще через 20 лет. Антоний жил очень долго - 105 лет. Вокруг него собираются его ученики. После 313 года он снова отправляется в путь в восточную пустыню - в направлении Красного моря. И там он остается вплоть до своей смерти в 356 году. Это совсем суровая пустыня. И, как сказано в житии, в этой пустыни он живет "в полном великолепии, как царь в своем дворце". Речь идет, конечно, о духовном великолепии, потому что материальные условия этого существования были ужасны.

Елена Ольшанская: "Душевные силы, - говорил Антоний, - тогда бывают крепки, когда ослабевают телесные удовольствия". По церковному преданию, св.Антоний Великий "каждый день постился до захода солнца и все ночи проводил в молитве: принимал пищу только через два дня и лишь на четвертую ночь забывался сном: Одежду нижнюю, волосяную, и верхнюю, кожаную, соблюдал до самой кончины, не смывал водою нечистот с тела, никогда не обмывал себе ног, даже просто не погружал их в воду, кроме крайней необходимости. Никто не видел его раздетым".

Виктор Живов: Антоний был великим подвижником и в этом смысле он, конечно, исключителен. Но само это движение в пустыню, конечно, одним Антонием не ограничилось. Мы знаем, например, историю Амуна, который был фермером в дельте Нила. Он рано женился, и он уговорил свою жену жить в воздержании. Это случается в 297 году. Брак без сексуальных отношений был достаточно обычным аскетическим явлением, мы его знаем и по более ранним документам. Вот так они живут в течение 18 лет, и через 18 лет жена этого Амуна ему говорит: "Это неправильно, чтобы ты скрывал такую добродетель, которой ты обладаешь". Он набрался такого высокого духа, что теперь ему пора становиться публичной фигурой. А что для этого надо сделать? Для этого нужно уйти из обитаемых земель и перейти в пустыню. Пустыня рядом, конечно. И вот он туда переходит. Большие общины ушедших образуются в Нитрии, потом еще подальше чуть-чуть - в Келлии, еще полтора дня езды и ты попадаешь в Скит, современная пустыня Вади-Натрум. Именно про отшельников, проживавших в этой страшной пустыне, говорится в различной литературе об отцах-пустынниках. К 400-му году в одной только Нитрии обитало пять тысяч монахов, и еще много тысяч были разбросаны по всей длине Нила и даже в той страшной пустыне, которая примыкала к Красному морю. Эти отшельники образовали, если угодно, новое человечество. И, как говорится в житии Антония, "Антоний и его последователи превратили пустыню в город", то есть сделали из этого непригодного для человеческого жития пространства новое пространство человечества.

Елена Ольшанская: "Не столь светло небо, испещренное сонмом звезд, - говорил Иоанн Златоуст, - как пустыня египетская, являющая повсюду иноческие кущи. :Египетская пустыня лучше рая; там увидим в образе человеческом бесчисленные лики ангелов, сонмы мучеников, собрание дев; увидим, что все тиранство диавольское ниспровергнуто, а царство Христово сияет: "

Виктор Живов: Почти одновременно с отшельническим монашеством Антония возникает общежительное монашество Пахомия Великого. Пахомий Великий родился около 292 года и умер около 346 года. Первоначально Пахомий был солдатом в императорской армии, он стал христианином в 314 году, то есть, когда ему было около 22 лет. Покинув службу, он стал послушником у одного из анахоретов, он прошел путь аскезы в течение трех или четырех лет и после этого стал обрастать учениками и последователями. И их он решил организовать по знакомой ему военной модели, и по этой модели устроил общежительные монастыри. Согласно его житию, ему явился ангел, который и велел ему завести монастырскую жизнь. Монахи жили в больших домах, группировались в них по своим занятиям, над ними стоял старший, которому они должны были безусловно подчиняться, и это послушание составляло существенную часть аскезы. У монахов не было никакой собственности, кроме подстилки для спанья и одежды, которая им выдавалась. Аскетические подвиги не были слишком тяжелыми -сравнительно с аскезой анахоретов, но зато анахорет владел своей пещерой и тем немногим, что в этой пещере находилось: миской, ложкой и так далее.

Ко времени смерти Пахомия его монашеская организация включала 9 мужских монастырей с тремя тысячами монахов и женский монастырь. Монахи должны были знать священное писание хотя бы в общих чертах и обладать элементарной грамотностью. Те, которые при поступлении в монастырь ею не обладали, там учились. Большего, собственно говоря, им и не требовалось, и никакого особого престижа знание (пайдея, о которой мы раньше говорили) в монастырях не имело. Собственно говоря, Пахомий создавал, если говорить современными словами, альтернативную социальную структуру. Его монастыри были (в кавычках) особого типа деревнями, окруженными стенами и жившими по своему порядку. Мы довольно много знаем про египетское монашество из сборников изречений отцов-пустынников, из жития Пахомия и его последователей и их уставов. И мы можем почувствовать, чем они жили. Во всех тех рассказах, которые содержатся в этих текстах - они поражают современного читателя своими, я бы сказал, физическими деталями. И это создает впечатление, что основной целью этих отцов-пустынников было прежде всего расправиться со своей материальностью, что отчасти правильно, но только отчасти.

Елена Ольшанская: "В Пахомиевом общежитии был один инок, пораженный проказою, по имени Афинодор: Живя вдали от других, как прокаженный, Афинодор питался только хлебом и солью, да и то через два дня к вечеру. Подобно всем монахам общежития он ежедневно плел по рогоже, хотя руки его, поврежденные проказою, от работы обагрялись кровью. Днем он никогда не позволял себе лечь отдохнуть. Понемногу он выучивал на память отделы Священного Писания. Пред отходом ко сну он долго молился, а в полночь шел на общую братскую молитву:Святой Пахомий нередко посылал его в различные монастыри, уверенный в том, что один вид этого инока пробудит благочестивую ревность во многих. Как-то к нему в келию вошел один добрый инок. Он был очень растроган терпением и болезненным видом аввы Афинодора:Сердобольный брат советовал ему: растирать руки маслом, чтобы они несколько смягчились и перестали трескаться. Афинодор последовал этому совету. Но руки его от масла сделались нежнее; он во время работы чувствовал уже еще большую боль. Пахомий заметил, что этот брат прибегает к помощи масла. Авва с братским укором сказал Афинодору, что он не должен возлагать надежды на масло, а всецело отдать себя на волю Божию, так как не без промысла Божия, не без пользы для него и для других эта болезнь постигла его. Афинодор признал себя виновным и просил у Пахомия прощения. Он целый год потом оплакивал этот грех. Так строги были к себе иноки Пахомиева общежития:"

Виктор Живов: Тело для аскета - это не предмет только умерщвления, но предмет переделки. Преображение тела, на самом деле, предвосхищает ту его трансформацию, которая должна произойти при воскресении, когда, как мы знаем, воскресение будет совершаться во плоти, и это будет некая новая преображенная плоть. Так вот, монахи не столько отвергают тело, сколько они хотят из своего тела сотворить предвосхищение этой преображенной плоти грядущего века. Трудно не придать смысла тому факту, что начальный расцвет монашества приходится на то время, когда империя становится христианской. Гонения прекращаются, мученичество - этот самый верный путь к святости иссякает - просто больше не осталось мучителей. Церковная власть взаимодействует со светской властью и, на взгляд радикалов, обмирщается. Менялся, конечно же, жизненный уклад христианина, менялся характер христианской общины, она теряла свою, если угодно, замкнутую интимность. Для кого-то это оказывается по душе неприемлемо, они чувствуют себя от этой жизни испорченными.

В этом своем радикализме монашество представляло собою угрозу для институциональной церкви. Отшельник, который 30 лет сидел в своей пещере, безмолвствовал и никого не видел, вообще говоря, не видел ни священника, ни церковной службы. Монахи могли спасаться без помощи священнослужителей и Таинства могли быть для них вторичными. Это один момент. А другой момент состоит в том, что монашество было громадным ресурсом церкви. Монахи были активными верующими, на которых могла опираться христианизация имперской жизни. И новая христианская образованная элита не могла этим не воспользоваться. Василий Великий, один из самых образованных людей своего времени, учреждает монашескую общину и создает свой монашеский устав.

Елена Ольшанская: Святой Василий Великом - один из трех Вселенских учителей - философ, подвижник и богослов. О нем, о его брате св. Григории Нисском и их друге Григории Богослове говорилось в наших предыдущих передачах. Все трое получили блестящее образование в одной из лучших афинских школ.

Виктор Живов: В 357 году молодой Василий, которого к монашеской жизни привлекали его богочестивые мать и сестра, предпринял путешествие в Месопотамию, Сирию, Палестину и Египет, чтобы посмотреть на разные типы аскезы и приглядеться к тому, что подходит ему. Он посмотрел на монашескую традицию, идущую от святого Антония Великого, конечно, восхитился ею, как приносящей чрезвычайные духовные плоды, но в то же время дистанцировался от нее. Потому что, с его точки зрения, она не давала возможности соблюдать все заповеди Господни. Отшельник никого не видит, и любовь к ближнему, которого нет на виду, который, может быть, где-то за несколько километров в другой пещере сидит, превращается в этом случае в нечто абстрактное. Как считал Василий, каждый человек, какой бы высокой духовности он ни был, все-таки остается человеком и поэтому ему нужно, чтобы его кто-то поправлял, кто-то ему советовал и кто-то его наставлял. А этого, конечно, не может быть, если человек живет в уединении. И поэтому Василий предпочитает общежительное монашество. Но опять же не такое, как было установлено Пахомием. Потому что эти громадные монастыри, которые устраивал Пахомий, казались Василию слишком большими для того, чтобы там могли складываться правильные отношения наставничества старших по отношению к младшим. И Василий устанавливает, учреждает свою общину в Анезе, Понтийской провинции, в своих наследственных местах, и это общежительный монастырь умеренных размеров - то, что становится в конце концов обычным для всего византийского периода. Здесь есть еще важный момент: такие монастыре, в отличие от анахоретов и в отличие от громадных общежительных монастырей Пахомия, могли быть поставлены под наблюдение местного епископа. Но хотя акты, которые вводили такой контроль епископа над монастырем, неоднократно принимались, на практике продолжало оставаться достаточно независимым институтом, соперничавшим с иерархией, и это порождало многочисленные конфликты. Конечно, они затихали, когда сами иерархи были из монахов и сохраняли престиж и влияние в монашеской среде. И они усиливались, когда религиозная и культурная политика иерархии входила по разным причинам в противоречия с монашескими ценностями: иногда в силу того, что иерархия была в большей степени зависима от светской власти, а иногда это было в силу того, что культурные ценности иерархии, как правило, больше ценившей образованность и связанные с ней политико-культурные условия, например, процветание империи, отличались от культурных ценностей большинства монашества.

Елена Ольшанская: Проблема церкви и покровительствующей ей государственной власти возникла в самые первые годы этого союза. "Антония заочно пламенно полюбили император Константин и его сыновья Констанс и Констанций Августы, - говорится в житии. - :В письмах своих они просили придти повидаться с ними. Антоний созвал монахов и сказал: "Не удивляйтесь, что нам пишет император, потому что и он человек, но удивляйтесь тому, что Бог написал людям закон и говорил им через Сына Своего": Я не умею отвечать на такие письма". Монахи заметили, что опасно оставить послание без ответа. Потому (Антоний) разрешил им прочитать письмо, (а затем) ответил на него, восхваляя царей за то, что поклоняются Христу, и дал им справедливый совет: не высоко ценить настоящее, но более помнить о будущем суде и знать, что Христос есть единый истинный и вечный Царь", - говорится в житии.

Виктор Живов: Отшельнику для спасения никто не нужен, он живет один на один с Богом. Конечно, он может обращаться к людям, призывая их к исправлению и покаянию, но это он нужен людям, а не наоборот. Конечно, может быть, молитвами святых отшельников общество и устраивается, но в порядке социального действия они не делают ничего. У Пахомия Великого и вообще у общежительного монашества основным препятствием на пути спасения оказывается человеческое своеволие, рассогласование человеческой воли с волей Божией. Соответственно, основным средством, приводящим к спасению, оказывается отказ от собственной воли. Конечно, послушание присутствует и в скитском монашестве, в отношении между анахоретом и его учеником. Скажем, история о том, как один египетский авва велел своему ученику целый год поливать засохшее растение, из него так ничего и не выросло, и не могло вырасти. И через год авва вырвал его из земли и выбросил на глазах у своего ученика. То есть, задание было бессмысленным или, вернее, смысл этого задания состоял в чистом послушании, которое не задает вопросов о целях и о пользе. Но у Пахомия послушание, то есть, отказ от собственной воли, занимает центральное место.

И у Антония, и у Пахомия монашеский путь - это создание отдельного мира. Понятно, монахи убежали из этого мира, и пускай этот мир делает, что он хочет: пускай он гибнет и развратничает, а мы спасаемся здесь. Для устроителей христианского общества подобная идея не годилась, и именно поэтому Василий Великий ее модифицирует. Конечно, и аскетический идеал и идеал послушания остаются для него значимыми, но на первое место выходит другое - осуществление идеала братской любви, любви к ближнему, монастырь становится центром милосердия. При монастыре строятся странноприимные дома, больницы и так далее. Эти воззрения Василия Великого находят развитие у блаженного Августина, для которого монашеская община именно в силу царящих в ней любви и согласия предвосхищает Град Божий, и эти воззрения становятся основой западной монашеской традиции. Конечно, не так просто во взаимодействии и определенном противостоянии с другой традицией, ориентированной на героическую аскезу египетского типа, которая была принесена на Запад Блаженным Иеронимом и Иоанном Кассианом. К западному развитию мы еще вернемся, когда мы будет говорить о расхождениях между православной и католической духовностью.

XS
SM
MD
LG