Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Новогодняя елка - 2005. Какой ей быть - естественной или искусственной?


[ Радио Свобода: Экология ]
[03-01-05]

Новогодняя елка - 2005. Какой ей быть - естественной или искусственной?

ВедущаяМарина Катыс


Марина Катыс: Рождественские праздники - самые радостные в году. Новогодняя ель символизирует начало новой жизни, и в первую очередь это означает - праздник, подарки и радость.

Трактовка дерева как символа жизни - традиция, более древняя, чем христианство. Задолго до того, как люди начали праздновать Рождество, жители Древнего Египта в декабре, в самый короткий день года, приносили зеленые пальмовые ветви в свои дома как символ победы жизни над смертью. Римляне в зимний праздник Сатурналий украшали дома зелеными листьями в честь Бога Земледелия. Жрецы-друиды вешали на дубовые ветки золотые яблоки во время празднества зимнего солнцестояния. В Средние века вечнозеленое дерево с красными яблоками было символом праздника Адама и Евы, отмечавшегося 24 декабря.

Первые наряженные рождественские елки появились именно в Германии - торговля такими елками существовала в Эльзасе уже в 1521 году и в Латвии - в 1510 году. Первое письменное упоминание о Рождественской елке также относится к 16-му столетию. В немецком городе Страсбург зимой ели украшали цветной бумагой, фруктами и конфетами. Постепенно эта традиция распространилась по всей Европе.

Популярность Рождественской елки быстро росла. В 1851 году - то есть всего 150 лет назад - Марк Карр привез в Нью-Йорк две воловьи упряжки, груженные елками, и первым в Соединенных Штатах начал продавать новогодние деревья в розницу.

В современной России - если судить по результатам опросов общественного мнения - около половины жителей готовы отказаться от приобретения живой елки, а многие уже перешли на искусственные елочки.

Об отношении россиян к символу Нового Года - живой ели - я беседую с кандидатом сельскохозяйственных наук, директором Лесной программы Всемирного Союза охраны природы Виктором Тепляковым.

Приближается Новый год, и, как всегда, начинается браконьерская рубка елей вокруг больших городов и вокруг малых городов тоже. Лесники пытаются с этим бороться, но не всегда успешно. Почему люди так относятся к окружающей природе?

Виктор Тепляков: Трудный вопрос. Испокон веков считалось, что лесов в России очень много, и можно ими пользоваться до бесконечности. А что касается крупных городов, то, конечно, это большая беда: несмотря на то, что лесники предпринимают очень много мер (и милиция привлекается, и ГАИ, и дорожно-патрульная служба) - все равно: если есть спрос, то будет и предложение. Здесь присутствует и экономическая, и культурно-воспитательная составляющие.

Марина Катыс: В странах Европы вообще немыслим такой сюжет - кто-то пошел в лес и срубил елку, чтобы поставить у себя дома. Это ведь не только признак культуры, но и организация службы охраны, и огромные штрафы. В России, насколько я знаю, штраф за срубленную елку - порядка 30 долларов, то есть 900 рублей.

Виктор Тепляков: Да. Но если учесть, что на рынке елка стоит 100 рублей метр, то штраф - довольно большой. Одним из выходов может быть предложение на рынке не елей, а, например, букетов из елового лапника. Плюс - много елей поступает от рубок ухода, как промежуточное пользование лесом. Это дает доход лесникам и в то же время позволяет хоть в какой-то степени насытить рынок. Если человек не может на рынке найти то, что ему надо - естественно, он пойдет в лес.

Материальное положение людей не надо сбрасывать со счетов, потому что при не такой высокой средней зарплате платить 300-400 рублей за новогоднюю елку для своих детей не каждая семья себе может позволить. Поэтому - топор за пояс (или ножовку) и в близлежащий лес. Или в рядовые посадки. В результате - в парке стоит ель с отпиленной макушкой. Вот это действительно преступление! За это надо вводить уголовную ответственность.

Если брать зарубежные страны, там рынок очень хорошо организован. Я видел во многих странах мира плантации елей, специально выращиваемых на продажу. Вам нужна шаровидная ель - пожалуйста. Вам нужна ель четко пирамидальная - пожалуйста. Вам нужна ярусная ель: То есть - направленная селекция, уход, подкормки, обрезка. Все говорит о том, что воспитана культура. И, естественно, человек, который поставил себе в этом году шаровидную или пирамидальную ель, на следующий год не будет думать о том, чтобы поставить какую-то неказистую елку, он лучше сэкономит и заплатит 150-200 долларов за то, что ему действительно нравится, что украсит его дом.

Марина Катыс: Я знаю, что в Германии сейчас получила очень большое развитие такая тенденция: люди берут ели в аренду. Елку пересаживают в кадку, и на две-три недели она едет в город и "живет" в квартире; а потом владелец возвращает ее обратно в лесничество, и она "живет" на природе (на следующий год он, как правило, просит ту же самую елку, уже постарше на год, к себе в квартиру). Допустим, это дороже, чем просто срубить, а потом выкинуть, но, с другой стороны, это имеет и огромное воспитательное и эстетическое значение. В доме - живая елка, которая совершенно по-другому себя ведет, которая не осыпается, с которой человека уже связывают какие-то "отношения". В Германии на выбранные елочки вешают специальные бирки, чтобы было известно, что это ель - господина такого-то и на будущий год он попросит привести это дерево к себе на рождественские праздники.

В принципе, в России тоже можно было бы ввести такое отношение к новогодним праздникам.

Виктор Тепляков: Кто этим займется? Если бизнес не приносит дохода, то им никто заниматься не будет. А с точки зрения воспитания вы абсолютно правы. У нас дома давным-давно ель не наряжают. Мы просто идем в лес, подбираем там 3-4 еловые ветки. Поставили их в вазу, повесили 3-4 шара - и нарядно, и создает атмосферу Нового года, и практически никакого ущерба для леса. Но я знаю семьи, у которых за неделю, даже за 10 дней уже появляется этот зуд, появляется эта лихорадка: скорее топор, скорее в лес пойти, выбрать, какая получше... И убеждения на них - при всем моем старании - не действуют.

Марина Катыс: Но ведь каждый год под Новый Год вырубаются миллионы елок по всей стране (я имею в виду Россию). Потом эти миллионы палок выбрасываются на помойку. При такой скорости потребления еловых деревьев они же в принципе не могут восстанавливаться. То есть это все равно ущерб, даже если ели специально высаживаются, даже если это - деревья с плантаций. При таких объемах вырубок это неизбежно ведет к тому, что количество деревьев сокращается.

Виктор Тепляков: Вопрос в том - где вырубается. Если брать подмосковные леса - да, действительно, они вытоптаны, во многих местах уже уничтожены, во многих местах и возобновления-то ели практически нет. Но основная масса елей на продажу в Москву поступает из северных областей страны. Естественно, при обильном возобновлении елей огромного ущерба нет.

Марина Катыс: У вас дома нет живой ели на Новый Год, вы используете лапник. Есть огромное количество людей (в частности и я), которые давно уже используют искусственные елки. Как вы считаете, со временем люди все-таки придут к тому, что не надо рубить живые деревья, для того чтобы неделю или 10 дней дерево постояло в квартире, а будут пользоваться или искусственной, или, может быть, действительно лапником? Или человечество будет по-прежнему требовать, чтобы на Новый Год в доме была живая ель?

Виктор Тепляков: Скорее всего, движение будет в сторону искусственных елок при, естественно, надлежащем качестве и красоте. Хорошая искусственная елка тоже стоит недешево. Чтобы она была пушистая, чтобы иголки были красивые на ней, а не так - спиралью - скручены. И на следующий год, когда из коробки ее вынимаешь, ее - тряси ни тряси, поправляй ни поправляй, а через максимум 5 лет - искусственную елку тоже надо выбрасывать.

Марина Катыс: Перед Новым Годом в стране ежегодно вырубается несколько миллионов деревьев. Вот что говорит по этому поводу руководитель Лесного проекта Гринпис Россия Алексей Ярошенко.

Алексей Ярошенко: Да, действительно, только в одной Москве каждый год используется около полмиллиона елок (если брать все настоящие елки, которые либо ввозятся из-за рубежа, или заготавливаются в лесах, или выращиваются специально).

Сама по себе традиция ставить новогодние елки, может быть, не столь плоха и не столь страшна для природы. Вопрос в том, как эти елки получаются. В принципе, можно было бы выращивать необходимое количество елей для того, чтобы обеспечивать москвичей декоративными деревьями на Новый год. Для этого нужна всего лишь сотня гектаров на всю Москву - и такие земли вполне можно было бы найти под линиями электропередач, на всевозможных пустырях, то есть там, где невозможно выращивать лес.

Создание плантаций новогодних елей - это вклад в будущее, хоть и не очень далекое. Нужно 4-5 лет для того, чтобы из стандартного двухлетнего сеянца вырастить новогоднюю ель. А лесхозы не уверены в своем существовании. Как началась перестройка органов управления лесами четыре года назад, так до сих пор никакой ясности и нет. Поэтому с каждым годом количество выращиваемых новогодних елей под Москвой не увеличивается, а, наоборот, сокращается. Потому что лесничие не очень хотят вкладывать силы неизвестно во что.

Марина Катыс: Но если сокращаются посадки новогодних елей в пригородах, а города в принципе растут, и Москва тоже увеличивается, население растет, количество елей, которые граждане хотели бы поставить в квартирах, увеличивается, - значит, этот дефицит компенсируется за счет незаконных рубок?

Алексей Ярошенко: Совершенно верно. Причем, есть как незаконные рубки просто гражданами для себя, так и случаи, когда лесхозы (то есть те, кто должен охранять леса) отводят в рубку те или иные участки леса по принципу - есть ли там подрост елей, которые можно использовать на продажу в качестве новогодних деревьев. Такое тоже бывает, хотя не столь массово.

Марина Катыс: В Западной Европе никаких лесхозов не существует. И проблемы с Рождественскими елями и соснами тоже не существует, потому что налажен бизнес, есть плантации, выращиваются, привозятся, даже - в кадках. Может быть, не лесничие должны этим заниматься, а должен этим заниматься средний бизнес - брать эти земли в аренду, высаживать, быть уверенными в своем будущем, потому что они - не лесхозы и им ничто не угрожает. Просто делать на этом деньги, как это делается в других странах?

Алексей Ярошенко: В принципе, так и должно быть. Я думаю, что со временем все к этому придет. Но пока не складывается. Знаете, я, наверное, не открою Америку, если скажу, что среднему и малому бизнесу в России существовать не очень легко.

Выращивание новогодних деревьев - дело технологически сложное. Для того, чтобы за это браться, нужно быть специалистом в этом деле, надо знать - как, надо иметь какую-то техническую базу. На данный момент все это имеется у органов лесного хозяйства - пока проще всего было бы решить этот вопрос через них. Конечно, в будущем не они должны этим заниматься. Все-таки каждому должно быть свое: лесная охрана должна охранять лес, лесная служба в целом должна распоряжаться лесными ресурсами, а вот выращивать потребительские товары (новогодние деревья) должны частные предприятия. Но пока этого у нас нет, и я не думаю, что в ближайшие годы появится.

Марина Катыс: И, тем не менее, в некоторых российских регионах новогодние ели уже продаются в кадках. Кроме того, многие - в основном это молодые и преуспевающие люди - уже перешли на искусственные новогодние елочки. Об этом - материал нашего корреспондента в Ставропольском крае Лады Леденевой.

Лада Леденева: В преддверии Нового года молодая пятигорская семья - Элина и Александр - сделала немаловажную покупку. "Ель зеленая, колючая" - так называется их полутораметровое приобретение, высаженное в небольшой вазон.

Элина: В этом году мы решили купить елочку, но - живую, именно с землей, чтобы можно было ее поставить, чтобы она потом, на следующий год, а может быть, даже еще и два года нам послужила.

Если ты живешь в квартире - очень удобно: на балкон поставил - и она у тебя где-то три года может сохраниться совершенно спокойно. И ты можешь каждый год уже не думать о том, чтобы перед Новым годом бегать и искать себе елку.

Кстати, за границей даже есть такой способ аренды елочек в лесничестве, чтобы человек знал, что у него на каждый Новый год есть уже своя собственная, именная елка. У нас это еще не распространено, хотя очень нужная вещь. Потому что жалко - сколько выбрасывается деревьев.

Лада Леденева: Однако этот пример для Пятигорска скорее исключение, чем правило. Из двух предприятий, выращивающих сосны и ели на продажу, только одно и только в этом году объявило о продаже елей в кадках. Стоит такой удовольствие по пятигорским меркам недешево: от 650 рублей -метровое дерево до 1000 рублей - полутораметровое дерево. Тогда как срубленная сосна идет по 200 рублей, елка - по 300 рублей за метр.

Зато такую ель можно высадить во дворе частного дома или продержать 1,5-2 года на балконе, а затем пересадить в земляной ком большего объема.

Тогда как в Москве и Московской области все большее количество людей предпочитают елки искусственные, в Пятигорске и в других городах Кавказских Минеральных Вод растет число елок срубленных. Растет в основном за счет деревьев, привозимых на продажу из Волгоградской и Ростовской областей и соседней Карачаево-Черкесии, где незаконно рубят редкую пихту. В городах-курортах вырубки хвойных ежегодно сокращаются. К примеру, 5 лет назад Биштаугорский лесхоз реализовал в предновогоднюю неделю 15 тысяч штук, в этом году готовит к продаже лишь 2 тысячи деревьев сосны крымской. Столько же подготовило к продаже и другое предприятие - совхоз "Декоративные культуры".

Ель в Пятигорске не рубят вовсе, а если и рубят, то лишь прореживая основные ряды. Кроме того, в городе уже более двух десятилетий не рубят дикий лес, под топор идут только специальные посадки. Здешним елям и соснам редко меньше 40 лет, и 15-метровые деревья ни к чему даже браконьерам. В этом сезоне пострадало лишь одно такое дерево - хулиган отпилил у него макушку.

Согласно опросам, из-за дороговизны натуральных елей старшее поколение пятигорчан предпочитает искусственные елки, купленные еще в советские времена.

Жительница Пятигорска: Искусственная, потому что не хватает на натуральную. У нас она вековая, многолетняя.

Лада Леденева: По той же причине среднее поколение покупает срубленные деревья: современная искусственная елка в Пятигорске стоит от 3,5 до 15 тысяч рублей.

Житель Пятигорска: Сосна. Искать будем, продают же. Подешевле, конечно. Новый год должен быть Новым годом.

Жительница Пятигорска: Голубая ель. Ребенок у меня любит. Мне-то, в принципе, все равно, а ребенку нравится, хоть она уже большая, 18 лет. Ну, а что делать - ради ребеночка. Главное, что я не вижу, где их рубят и как рубят.

Лада Леденева: Продвинутая молодежь, мелкий и средний бизнес покупают красные, желтые, синие и зеленые имитации лесных красавиц. Это и гуманно по отношению к живой природе, и необычно, и модно, и вполне по карману.

Жительница Пятигорска: У меня - искусственная. Ну, ее украсил, на несколько дней поставил и убрал. Мы - за охрану природы. Жалко, конечно. Представьте, сколько в Новый год вырубается елок. Скоро у нас не останется вообще леса, у нас скоро будет пластиковое все.

Жительница Пятигорска: У нас рядом Перкальский питомник, и просто видя это все, что творится: Они ведь очень красивые, когда растут - там необыкновенная красота. Когда выходишь на Машук и видишь эту прелесть живую:

Лада Леденева: Синтетическую альтернативу предпочли даже главные елки Ставропольского края. Раньше 10-метровое пушистое дерево ежегодно рубили в Карачаево-Черкесии, в горнолыжном поселке Домбай, а затем на лафете везли за сотню километров, в Ставрополь. Год назад купили елку искусственную, но уже в этом году она сломалась при установке от порывов ветра. И местные власти распорядились срубить взамен многолетнее дерево около здания музыкального училища, объяснив журналистам, что оно мешало занятиям, загораживая свет.

Марина Катыс: Срубить многолетнее, здоровое дерево в центре города - вещь немыслимая ни в одной из европейских стран. Штраф за такое деяние предусмотрен просто фантастический. Если же такое решение принимается на уровне городского муниципалитета, то этому должно - как минимум - предшествовать обязательное обсуждение этого вопроса с жителями города. Впрочем, заграница России не указ.

А вот о том, как обстоят дела в другом, гораздо более северном регионе России - Карелии, - рассказывает наш корреспондент в Петрозаводске Сергей Коробов.

Сергей Коробов: Живая елка на Новый год никогда здесь не считалась роскошью. Ежегодно к празднику в республике вырубаются десятки тысяч елей, точную цифру назвать не может ни одно ведомство, разве что только милиция - число задержанных за незаконную рубку. Штрафные санкции за такое правонарушение составляют около 3 тысяч рублей. Приобрести елку на законных основаниях много дешевле - 100 рублей за метр. Искусственное дерево обойдется дороже, но и служить будет дольше.

Как жители Петрозаводска решают для себя вопрос, какую елку поставить в доме?

Жительница Петрозаводска: Предпочитаем мы искусственную елку, поскольку считаем, что вырубка этих маленьких елочек каждый год наносит большой вред природе. И, честно говоря, мне очень жалко, когда после Нового года видишь возле мусорных контейнеров эти облезлые палки.

Житель Петрозаводска: Мы ставим обычно искусственную елку, во-первых, чтобы не рубить молодые деревья. Лес - наше богатство, его надо беречь. Во-вторых, это просто удобно: достал из шкафа, поставил, не надо никуда бежать.

Жительница Петрозаводска: Мы - за искусственную елку. А ставим букет из настоящей - три-четыре веточки украшаем игрушками. Для запаха, чтобы настоящий запах был, а так - искусственная елка у нас.

Сергей Коробов: Компромиссный вариант - искусственная елочка плюс пара настоящих хвойных веточек в вазе - устраивает многих. И природа не обижена, и еловый дух в доме присутствует, а без него праздник - не праздник. Поклонники живых новогодних елей на этом тезисе настаивают.

Жительница Петрозаводска: Я, конечно, всегда предпочитаю живую елку. Во-первых, это запах - просто приятно, воспоминания из детства, как ты со всего разгона под эту елку залезаешь, ищешь подарки. Все-таки живая елка - это всегда что-то такое природное и сказочное.

Жительница Петрозаводска: На Новый год, мне кажется, не страшно, если каждый срубит себе по елочке. Ведь вы же сами знаете, что у нас больший вред приносится другими рубщиками. Дети выросли, и я уже давно не ставлю елку, а детям маленьким, я считаю, надо ставить живые елки. У всех детство должно быть как детство.

Сергей Коробов: Между двух полярных точек зрения жителей города Петрозаводска есть и третья, увы, не всем доступная.

Жительница Петрозаводска: Я предпочитаю живые елки, но чтобы не было ущерба лесу, из любого положения есть выход. В городских квартирах, например, можно выращивать елочки на балконе. А у нас свой дом - мы выращиваем на огороде, каждый год по одной снимаем.

Житель Петрозаводска: Я уже давно не ставлю елку, потому что искусственную не люблю, а естественную мне не хочется рубить. И я просто хожу в лес на ночь - и передо мной тысячи прекрасных елок. Вот мой выбор. Мы собираемся ночью в лесу, на полянке, празднуем у костра. Мы не рубим елок. Ведь это елка не новогодняя, на самом деле, а рождественская - древо мира, древо любви. Люди собираются, радуются, но почему радость оборачивается смертью живого - мне это непонятно.

Марина Катыс: Так может быть, действительно, искусственные елки - это лучший выход из положения?

Мой следующий собеседник - эксперт Международного Социально-Экологического союза Алексей Григорьев.

Алексей Григорьев: Тут очень многоплановая проблема. Синтетические елки - это же одновременно и химия, это, соответственно, какие-то достаточно вредные производства. Хорошо, если елка - качественная, потому что могут туда не очень хорошую синтетику засунуть. Непонятно, что она испаряет.

Теперь, с точки зрения экологии. Дело в том, что в природе естественным образом гибнет гораздо большее количество елок. И я не думаю, чтобы новогоднее изъятие составляло заметную величину. У нас действительно реально остро стоит проблема, когда елки рубят просто-напросто в пригородных лесах и парках.

Картина мерзкая: сплошь и рядом рубят достаточно большие деревья, просто сносят верхушку - она красивая, у нее охвоение мощнее, иногда еще и шишки. Иногда попадают под топор или пилу редкие виды: голубые ели очень любят. Посадили, долго растили, гордились; прошли праздники, пришли - ух ты, боже мой, какой-то гад верхушки елок поспиливал. В основном это либо лица, имеющие проблемы с алкоголем, либо лица без определенного места жительства. Срубил, продал, напился - живем дальше.

Марина Катыс: Я неоднократно была в Германии на Рождественских елочных базарах. Там продаются новогодние ели и сосны очень пушистые, ровные, красивые, просто - одна к одной, калиброванные. Если зайти на московские елочные базары, то там продаются в основном не елки, а палки - какие-то совершенно дистрофичные растения, с малым количеством ветвей, неровные, с одной стороны пышнее, с другой вообще веток нет.

Почему, в чем проблема? Если выращивается дерево на продажу, почему оно не выращивается в нормальных условиях, чтобы крона сформировалась равномерно со всех сторон?

Алексей Григорьев: Это первый опыт, когда наши лесники, наконец, занялись этим бизнесом. То, что сейчас продается, было посажено лет 10-12 назад. И второй момент, в Германии - это частные производители, они прекрасно знают, что такое конкуренция.

В России мы живем очень короткими промежутками времени. Кто сейчас думает о качестве той продукции, которая получится через 10 лет?

Марина Катыс: Все это так, но, согласитесь, странно, когда в огромную страну, обладающую самыми большими естественными запасами леса, - я имею в виду Россию - привозят на продажу новогодние ели из маленькой Дании, где естественные леса практически отсутствуют:

XS
SM
MD
LG