Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Периферийные образовательные проекты: "Bee Line"-университет


[ Радио Свобода: Образование ]
[30-11-05]

Периферийные образовательные проекты: "Bee Line"-университет

Автор и ведущий

Александр Костинский: Сегодня мы продолжим разговор о малоизвестных, можно даже сказать, экзотических областях образования. Делаем мы это потому, что такие, казалось бы, периферийные образовательные проекты позволяют по-новому, с неожиданной стороны взглянуть на модернизацию российского образования. В нашей передаче речь пойдет о дистанционном интернет-образовании персонала внутри корпораций.

В студии Радио Свобода - руководитель группы развития обучающих технологий "Bee Line" - университета Елизавета Варламова.

У нас не так давно, месяц назад, была программа, в которой мы рассказывали о корпоративных университетах. В частности, был представитель "Bee Line"-университета Наталья Журавлева, которая рассказывала о том, как устроено образование вот в таком внутреннем корпоративном университете. Я думаю, что не все наши слушатели слышали эту программу. Поэтому я попрошу вас, Елизавета, немножко рассказать все-таки еще раз об этом университете, как он устроен. И потом мы уже перейдем к тому, что будем рассказывать о такой интересной области, как интернет-образование внутри университета. Пожалуйста, пару слов об университете.

Елизавета Варламова: "Bee Line"-университет занимается фактически всем обучением внутри компании "Вымпелком". То есть это такой единый обучающий, образовательный центр нашей компании, в котором проходят обучение практически все сотрудники нашей компании.

Александр Костинский: А сотрудников у вас сколько - 13 тысяч?

Елизавета Варламова: Около 13 тысяч.

Александр Костинский: То есть это большая образовательная программа, да?

Елизавета Варламова: Да, это действительно большая образовательная программа, которая охватывает очень разные сферы обучения - техническое обучение, обучение обслуживанию клиентов, продажам, менеджерским навыкам. То есть это очень большой спектр обучения.

Александр Костинский: И вот почему-то вы решили, что... Казалось бы, ну, обучение - понятно. Вот объясните нам причины, почему, собственно, понадобилось вводить интернет-образование? Что вас побудило? И немножко расскажите о первых шагах в вашем университете.

Елизавета Варламова: Электронное обучение появилось в "Вымпелкоме", в "Bee Line"-университете в 2003 году.

Александр Костинский: Недавно, в общем.

Елизавета Варламова: Да, не так давно. Мы выходили в регионы уже, у нас увеличивалось количество сотрудников, увеличивалось количество городов в нашей сети, и сложно было обеспечить постоянное обучение всех сотрудников...

Александр Костинский: В Москве?

Елизавета Варламова: В Москве и в этих регионах.

Александр Костинский: Даже в регионах, да?

Елизавета Варламова: Да. Потому что если в Москве все было гораздо проще, потому что здесь есть тренеры, здесь есть сотрудники, то регионов становилось все больше и больше, и тех тренеров, которые были на тот момент, не хватало для того, чтобы одновременно быть в трех-шести городах для того, чтобы проводить обучение.

Александр Костинский: Данного региона, да? Мы говорим обо всей стране, а, допустим, некий Уральский регион. Надо было обучить в разных городах этого региона. Об этом мы говорим, да?

Елизавета Варламова: Да. И конкретно в одном регионе и, в принципе, по стране. То есть один человек не может быть физически в двух разных местах. А нужно было учить, и нужно было учить много, быстро, и поэтому мы решили, что как один из способов обучения, один из методов обучения электронное обучение очень подойдет. То есть оно даст возможность обучить большое количество людей в короткое время и на всей территории страны.

Александр Костинский: То есть, если я правильно понял, главное преимущество дистанционного обучения - это все-таки широта охвата, и то, что оно дистанционное, да?

Елизавета Варламова: Да, это широта охвата, это возможность одновременного обучения большого количества людей. Ну и для человека это возможность выбора времени, когда он учится, и возможность выбора собственного темпа обучения. То есть если я прохожу электронный курс, я могу сама выбирать, в каком темпе я его прохожу. То есть могу сейчас пройти кусочек, потом пройти кусочек, могу сразу пройти все.

Александр Костинский: Понятно. То есть то, о чем мы говорим (вы сейчас немножко расскажите нам о курсах) - это классические курсы интернет-образования. То есть человек читает нечто, а потом выполняет тесты, да? Правильно или нет?

Елизавета Варламова: Не совсем. Он не только читает.

Александр Костинский: А что он еще делает?

Елизавета Варламова: Просто читать - это скучно. Он участвует в ролевых играх.

Александр Костинский: По интернету или как? Мы же говорим об интернет-образовании.

Елизавета Варламова: В электронном курсе есть ситуация, описанное условие, когда сотрудник, допустим, приходит к своему руководителю, и ему нужно донести до руководителя мысль о том, что у него есть план и нужно что-то сделать, или у него есть проблема, и нужно ее как-то решить. Ему задается ситуация. Ему даются варианты того, что он может сказать. Он выбирает один из вариантов, смотрит, как его руководитель виртуальный на это прореагировал. В курсе "зашиты" какие-то реакции руководителя, соответственно, он может посмотреть. "Ага, если я скажу, что у меня все плохо, то мне мой руководитель скажет, что я не справляюсь и не понятно, что я тут делаю. А если я скажу, что у меня все плохо, но есть варианты, то мой руководитель скажет, что нужно выбирать эти варианты".

Александр Костинский: Понятно. То есть вы фактически перед человеком ставите такие ситуативные задачи, то есть это задачи не жесткие, да? Ну, в том смысле не жесткие, что человек же может по-разному реагировать. Одну и ту же задачу, если мы говорим о задаче взаимодействия с начальником, в частности, он может по-разному решать, да?

Елизавета Варламова: Да.

Александр Костинский: А вдруг человек нашел вообще какое-то оригинальное решение, которое не нашли вы, составляя курс, как вы это оцените?

Елизавета Варламова: Предполагается, что всегда есть место творчеству в обычной жизни. Но здесь чем хорошо, тем, что продуманы какие-то наиболее стандартные варианты ответов. Курс составляют профессиональные методисты, психологи, которые знают, как может человек прореагировать, знают наиболее часто употребляемые фразы, которые может сказать человек, наиболее частые модели поведения.

Александр Костинский: Скажите, пожалуйста, а вы сами эти курсы выдумываете, условно говоря, или вы их покупаете? Расскажите о методике разработки этих курсов.

Елизавета Варламова: Методика разработки курсов у нас есть своя. Мы ее сами составляли на основе мирового опыта, на основе того, что сами видели, что сами пробовали, как реагировали наши сотрудники на это. У нас есть методика. А выбираем курсы мы по-разному. Если мы видим какой-то курс из списка курсов кого-то из разработчиков и понимаем, что нам нужен этот курс, мы его просто покупаем.

Александр Костинский: То есть вы берете у какой-то коммерческой компании, которая разрабатывает курс, покупаете курс для своей компании, да?

Елизавета Варламова: Да.

Александр Костинский: Понятно. Адаптируете его как-то немножко, наверное, да, или нет? Просто переводите, потому что иногда это же иностранные курсы, да?

Елизавета Варламова: Иностранные курсы, естественно, переводим, адаптируем. Часто участвуем в процессе перевода и редактуры, вносим какие-то свои комментарии. Как правило, наши комментарии ценятся.

Александр Костинский: То есть все-таки для вас это не просто перевод, а вы все-таки тоже вносите какой-то вклад. Потому что, понятно, курс не может быть общим курсом, он должен быть как-то адаптирован. Да?

Елизавета Варламова: Да. Допустим, если есть какие-то стандартные курсы, предположим, если это курс по деловой переписке, который мы сейчас делаем, то мы не углубляемся в какие-то детали того, что там должно быть.

Александр Костинский: А что такое "курс по деловой переписке"? Чему там учат? Как заголовок написать? Пример приведите.

Елизавета Варламова: Как правильно писать письма, как писать письма таким образом, чтобы на них реагировали, на них отвечали.

Александр Костинский: Понятно. Это очень ценно. И есть такой курс, да?

Елизавета Варламова: Будет. Он сейчас делается внешней компанией для нашей компании.

Александр Костинский: И сколько людей в вашей компании, по вашему мнению, должны пройти это обучение?

Елизавета Варламова: Мы курс ставим в общий доступ, то есть любой сотрудник нашей компании может зарегистрироваться на этот курс и пройти обучение.

Александр Костинский: А, то есть он может написать заявку: "Вот я хочу научиться писать письма", - да?

Елизавета Варламова: Даже не совсем так. У нас есть система электронного обучения, куда человек заходит и где видит полный список курсов, которые есть в этой системе. Курсы разбиты по тематикам. Он может выбрать соответствующую тематику, зайти туда, зарегистрироваться самостоятельно на этот курс и самостоятельно его пройти.

Александр Костинский: А, то есть вообще даже не спрашивая начальника, просто взял и прошел, да?

Елизавета Варламова: В общем, да.

Александр Костинский: Потому что это внутренняя сеть вашей компании, да?

Елизавета Варламова: Да.

Александр Костинский: Скажите, пожалуйста, Елизавета, а какие вообще курсы основные? Вот вы охватываете много людей. Вы говорите, что у вас очень много программ. А какие основные? Чему в основном вы учите людей?

Елизавета Варламова: Мы разделяем все курсы по нескольким направлениям - это обучение компьютерным программам, работа с "Word", "Exsel", "Power Point", с какими-то нашими внутренними системами. Обучение навыкам межличностных коммуникаций, фиктивные презентации, фиктивные переговоры, управление временем - такого рода курсы. Курсы по менеджерским навыкам, курсы по финансам, курсы обзорные по нашей компании.

Александр Костинский: Понятно. Вот как-то меня удивило - "Word", "Exsel". Ну, извините, как бы всех их знают. Этому и в школе учат, и так далее. Чему вы учите? Или что, все-таки людей плохо учат в школе, в университете?

Елизавета Варламова: Ну, не все люди успели научиться в школе "Word" и "Exsel". Потому что не все люди заканчивали школы не так давно.

Александр Костинский: А, точно, ведь есть сотрудники, которые достаточно давно учились, которые вообще просто могли не проходить компьютерные дисциплины.

Елизавета Варламова: Да. И вот эти курсы, они в первую очередь направлены на то, чтобы люди максимально удобно использовали эти средства. То есть понятно, что мы можем открыть "Word" и набить туда текст. Но не всегда понятно и прозрачно, как сделать таблицу в "Word", допустим, как построить график в "Exsel", как сделать сводную таблицу в "Exsel". А часто это удобно, понятно. И когда мы используем такой инструмент, как "Exsel", эффективно, то это гораздо лучше, чем если мы его используем просто как печатную машинку.

Александр Костинский: Я понял. То есть вы учите, вообще-то, тем функциям, не простейшим функциям, а многие функции, безусловно, если у вас связь многих документов в "Exsel", когда у вас вычисления какие-то сложные, разные типы таблиц, то этому все-таки надо учить, и вы этому учите. А люди вообще мотивированы, они хотят учиться? Или все-таки начальник говорит: "Мария Ивановна, вот вы не выучились, идите, пожалуйста, учитесь"?

Елизавета Варламова: Когда как. На самом деле бывают разные, конечно, ситуации. Но вообще люди очень мотивированы учиться. Потому что это возможность получить какие-то знания, возможность сделать свою работу эффективнее, быстрее. Допустим, если я знаю, что мне нужно строить график, то лучше, если я узнаю, как строить график, прежде чем начну это делать, потому что я понимаю, что так будет быстрее.

Александр Костинский: И люди учатся, да?

Елизавета Варламова: Да.

Александр Костинский: И мне понравился у вас "курс управления временем". Это что, это тех сотрудников, которые просто не успевают, их учат, как лучше организовать свой рабочий день? Это же начальники в основном, наверное, посылают, да?

Елизавета Варламова: Вы знаете, я бы не сказала, что их учат, а они сами учатся. Потому что все электронное обучение - это в большей степени добровольное обучение. Тем более, по управлению временем, по управлению стрессом...

Александр Костинский: А еще "управление стрессом" есть?

Елизавета Варламова: Да, есть. Просто если человек чувствует, что он вроде бы делает, вроде бы объем большой, но как-то не очень эффективно. И часто люди сами хотят пойти на курс по управлению временем или как-то научиться управлять своим собственным временем. И есть возможность научиться это делать.

Александр Костинский: Понятно. Скажите, пожалуйста, вот мы говорим об интернет-образовании, а какое место оно занимает в общем образовании? Я вам объясню свой вопрос. Проблема в том, что многие преподаватели скажут, что "понимаете, вот если нет контакта между людьми, то и нет нормального обучения. Серьезным вещам вы по интернету не обучите". Вот что бы вы могли на это ответить?

Елизавета Варламова: Во-первых, я хочу сказать, что мы ни в коем случае никогда не говорили о том, что электронное обучение - это замена очному обучению. Это не замена. Это как дополнительный вариант, дополнительная возможность получить знания. Это не отменяет очное обучение, а оно дополняет его и помогает ему. Например, если человек приезжает на очный тренинг, то основная задача человека на очном тренинге - это отработка навыков. А получение знаний - это тоже задача, но на нее остается меньше времени. А электронное обучение дает возможность получить знания человеку до того, как он приедет на этот очный тренинг. А на очном тренинге уже отрабатывают навыки. То есть отрабатывать уже то, что ты уже знаешь.

Александр Костинский: Понятно. То есть вы не говорите, что интернет-образование - это некая панацея, что им можно заменить вообще образование. То есть это некий инструмент, который вы в вашей общей системе образования, внутри корпорации используете. Так?

Елизавета Варламова: Да.

Александр Костинский: Скажите, пожалуйста, а как идет проверка знаний? Это классическое тестирование, да?

Елизавета Варламова: Опять же есть разные варианты. Есть, конечно, вариант тестирования, если это курс по компьютерной программе. Есть симуляция, грубо говоря. Вначале ставится задача - вам нужно отформатировать таблицу. И человек должен отформатировать таблицу в экране электронного курса с помощью... Это абсолютная имитация той же программы "Word", только в электронном курсе. И электронный курс считает, сколько раз он не туда нажал, сколько раз он правильно сделал. Иногда он может считать, за какое время он это сделал. И, таким образом, формируется оценка - из галочек, из таких симуляций. А часто оцениваются ролевые игры (о чем я уже рассказывала), когда сотрудник и руководитель или сотрудник и клиент...

Александр Костинский: Это очень важно. Но вот ролевые игры... как-то не очень верится. Все-таки это взаимодействие людей. Вот вы в интернете что-то описали... Ведь этому очень трудно научиться. И культура поведения, к сожалению, культура уважения к клиенту... Ну, так сложилось, у нас не было рыночной экономики 75 лет, и поэтому, в общем, все было построено на том, что главный - это продавец, а не покупатель. И огромное количество людей выросли в такой традиции. Вот можно ли, используя интернет-технологии, изменить... а это ведь все-таки где-то уже внутри у человека, вот его отношения, можно ли их изменить?

Елизавета Варламова: Мне кажется, можно. Потому что, как минимум, чем больше мы о чем-то говорим, тем больше человек над этим задумывается. И если мы везде - в наших очных курсах, в электронных курсах, в каких-то других средствах коммуникации внутри компании - говорим, что "клиент - это самое важное...

Александр Костинский: А вы так считаете, что клиент - это самое важное?

Елизавета Варламова: Да... то, рано или поздно, человек сам начинает думать, что клиент - это самое важное. И мы не просто говорим, что "клиент - это самое важное", а мы приводим какие-то доказательства этому. Мы объясняем это, мы приводим человека к мысли о том, что он сам это понимает. Ведь человек никогда не научится чему-то, если ему просто скажут, что "вот это так". Человек пока сам не поймет, что это так, ничего не случится. И поэтому электронные курсы - это еще один способ привести человека к мысли о том, что это так.

Александр Костинский: Понятно. То есть интернет-курс является таким, как я понимаю, подспорьем во всей этой системе образования. Но вот у вас ведь большие колцентры - главная ваша, так сказать, пехота, те люди, которые на переднем крае - это те люди, которые общаются с клиентами. А общаются там, где они продают телефоны, получают деньги и так далее. Есть какая-то обратная связь между проверками этих людей, что они правильно... Ведь, наверное, есть люди, которые поступают к вам на обучение, ну, допустим, они плохо справляются с этим. Какая-то есть связь, что какой-то человек плохо отвечает? У вас какой-нибудь проверяющий звонит и делает вид, что он клиент, а человек ему грубит, условно говоря. Как-то это связано?

Елизавета Варламова: У нас в Центре поддержки клиентов есть программы обучения сотрудников. И человек, попадая в Центр поддержки клиентов, он, в принципе, может предположить, чему он будет учиться, ну, если не он, то его руководитель, по крайней мере, точно. Программа состоит из очных, из электронных курсов. И фактически на протяжении всей работы в колцентре человек постоянно чему-то учится. Есть группы, которые отслеживают качество того, как люди общаются с клиентами, и они дают обратную связь.

Александр Костинский: То есть такие специальные люди у вас есть, да?

Елизавета Варламова: Да.

Александр Костинский: И эти люди приходят к вам учиться? То есть они чем-то отличаются от тех, кто сам учится, или нет, или вам трудно это определить? Вот смотрите, есть человек, который сам говорит, что "я хочу учиться некой схеме". Он посмотрел ваш курс, записался и учится. А есть человек, которому начальство или ваша группа проверки говорит: "Плохо ты общаешься. Учись". У вас где-то написано, что вот этот человек грубит клиентам, и его надо учить?

Елизавета Варламова: У нас на самом деле сотрудники Центра поддержки клиентов, они всегда учатся. То есть они не выбирают - учиться им или не учиться. У них такого выбора нет.

Александр Костинский: То есть это обязательно?

Елизавета Варламова: Да, они обязательно учатся. И они обязательно учатся по определенной программе. Поэтому индивидуально работает с каждым человеком его руководитель или сотрудник группы мониторинга, но каждый человек обязательно проходит серию курсов.

Александр Костинский: Даже несмотря на то, что он может иметь образование в этой сфере и имеет опыт, допустим, работы в другой компании?

Елизавета Варламова: Это обязательно.

Александр Костинский: Понятно. И такая программа, она рассчитывается вами, то есть вашим университетом, или это рассчитывает руководство, допустим, данного подразделения? Как вообще идет подготовка к этому?

Елизавета Варламова: Совместно. То есть мы не можем сказать, что мы сами все делаем. Потому что для того, чтобы сделать что-то эффективно, нужно сначала поговорить с заказчиком, с тем же Центром поддержки клиентов, который определяет какие-то критерии того, что нам нужно, что им нужно. И в результате мы готовим программу по их запросу. То есть мы сами проводим какой-то анализ, мы слушаем то, что они говорят - в результате получается программа, которая действительно нужна бизнесу, нужна компании.

Александр Костинский: Вот вы говорили о том, что... казалось бы, такие утилитарные вещи - надо научить работать в "Word", в "Exsel", но вы говорили и о том, что один из принципов вашей системы образования - это чтобы тому, кто учится, было интересно, чтобы эти программы были какими-то увлекательными. Почему вы это делаете? И что вы делаете в этом направлении?

Елизавета Варламова: Во-первых, потому что если человеку будет не интересно учиться, то он не будет учиться. Если человек понимает, что тут очень много слов, которые он видит первый раз, он не полезет в интернет искать расшифровку этих слов, а он просто закроет курс и выйдет.

Александр Костинский: То есть он очень сложный, да? Я так понимаю, вы редактируете тексты, которые вам пишут, чтобы они были более-менее интересными?

Елизавета Варламова: Да. Скорее, даже более интересные, чем менее. Потому что хочется, чтобы если человек зашел в курс, то он бы прошел его до конца. Потому что в курсах, действительно, содержится нужная, важная и полезная информация.

Что касается того, как мы это делаем. Мы стараемся, во-первых, включать в курсы примеры, стараемся строить курсы по тем же принципам, по которым строится очный курс. То есть сначала делается так, чтобы человек сам пришел к этому выводу, а потом подводится резюме. Сейчас мы стараемся переводить электронные курсы для некоторых видов обучения в вид ролевых игр. То есть компьютерная игра. Когда человек заходит, ему задаются какие-то условия, и он должен что-то сделать. И за это он получает либо мед в банку, либо баллы, либо еще что-то.

Александр Костинский: А вот когда вы говорите об играх, это вообще игры, которые не имеют отношения к работе, или это все-таки в рамках самого обучения игра возникает?

Елизавета Варламова: Скорее, в рамках обучения. Тот курс, который у нас уже работает... Мы недавно делали курс по Этическому кодексу. Этический кодекс - вещь сухая, как и любой кодекс.

Александр Костинский: Этический кодекс вашей компании?

Елизавета Варламова: Да, Этический кодекс нашей компании. И мы делали курс в виде игры, когда главный герой - пчела - должен был собрать определенное количество меда. И за каждый правильный шаг он получает какое-то количество меда в его баночку. В результате, если он получил полную баночку, у него в конце фанфары, его все приветствуют, ему все рады. И он получает свои баллы.

Александр Костинский: Ну, понятно, почему пчела - у вас же сотовая связь, и поэтому пчелы, мед. Это действительно так или это случайность?

Елизавета Варламова: Ну, да, пчела - это один из символов компании.

Александр Костинский: Но у вас компания очень быстро расширяется. То есть, как я понимаю, у вас, видимо, количество людей, которые обучаются, увеличивается. Или нет? Вот со временем как это происходит?

Елизавета Варламова: Увеличивается, да. То есть если изначально у нас... даже, в принципе, из тех людей, которые работают в компании, заходили в систему процентов 10-20, то сейчас уже 76 процентов сотрудников...

Александр Костинский: 76 процентов из 13 тысяч, да?

Елизавета Варламова: Да... в систему электронного обучения заходили хотя бы один раз.

Александр Костинский: А обучалось сколько?

Елизавета Варламова: Я назову процент, сколько закончили. Заканчивают около 40 процентов сотрудников, которые начали учиться, они оканчивают электронные курсы. Надо сказать, что, по мировой статистике, это очень хороший показатель. Потому что даже в западных компаниях хорошим показателем считается 15-20 процентов завершение электронных курсов - это хорошо. А у нас 40 процентов.

Александр Костинский: То есть у вас компания обучаемая или обучающаяся, да?

Елизавета Варламова: Обучающаяся.

Александр Костинский: Нам дозвонился Георгий из Санкт-Петербурга. Здравствуйте, Георгий.

Слушатель: Здравствуйте. Мне интересно, правильный ли я вывод сделал или не совсем. Я вижу, что, вероятно, таким образом, организм компании или корпорации становится самодостаточным, и они могут не менять своих сотрудников как бы до пенсии. Это что ли как вечное самообновление? Или все-таки нельзя полностью замкнуться в этой системе? Спасибо.

Александр Костинский: Вы поняли вопрос, Елизавета? То есть вопрос, как я понимаю, в том, что вы можете привлекать людей со стороны обучающих или все-таки внутри компании...

Елизавета Варламова: Мы привлекаем обучающих людей как со стороны, так и внутри компании.

Мне просто показалось, что вопрос немножко в другом - можем ли мы быть уверенными, что человек в нашей компании может проработать от 20 лет до пенсии?

Александр Костинский: А вы можете быть уверены в этом? Или так, вы этого хотите? Это цель вашего обучения?

Елизавета Варламова: Вы знаете, я думаю, что может. Просто, честно говоря, я никогда не задумывалась над нашим обучением с этой точки зрения. Но работая в нашей компании, сотрудник постоянно имеет возможность получать новые знания и быть на волне, как говорится.

Александр Костинский: Понятно. Вот на примере вашей компании мы показываем, как устроены вообще большие корпорации, которые развиваются. То есть обучение не является чем-то уникальным. Ваша компания в этом смысле, она, может быть, одна из первых российских компаний или, может быть, даже первая, но с другой стороны, в нормальной, большой корпорации обучение - это обязательно. И поэтому вы, наверное, этим и занялись. Или нет?

Елизавета Варламова: Да.

Александр Костинский: Ольга из Москвы, пожалуйста. Здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. У меня вопрос е Елизавете. Я преподаватель московского вуза государственного. Когда вы принимаете сотрудников, скорее всего, вы их принимаете с базовым высшим образованием. Скажите, пожалуйста, есть ли у вас какие-то, скажем так, пожелания, как должны были бы готовить студентов преподаватели высшей школы, чтобы вам приходилось меньше переучивать ваших сотрудников?

Елизавета Варламова: Может быть, я о себе скажу. Мне бы хотелось больше практики получить, больше каких-то новых, современных, актуальных знаний.

Александр Костинский: Чтобы в университетах давали больше практики.

Елизавета Варламова: Чтобы в университетах давали больше актуальных знаний. Потому что когда я пришла после университета в компанию, мне было немножко тяжело, потому что вроде бы нас в институте учили одному...

Александр Костинский: А в каком институте вы учились?

Елизавета Варламова: Я училась в Российском государственном гуманитарном университете. Нам дали хорошее образование базовое, я нисколько не жалуюсь, просто мне бы хотелось, чтобы там еще было что-то из мирового опыта больше...

Александр Костинский: И больше практики, да?

Елизавета Варламова: И больше практики, больше каких-то реальных примеров, реальных действий.

Александр Костинский: Скажите, а вот если сравнить ваше образование... То есть вы фактически компенсируете отчасти недостатки общего образования или нет?

Елизавета Варламова: Я бы так не сказала. Я бы не сказала, что мы компенсируем недостатки общего образования. Я бы сказала, что мы помогаем людям держаться на гребне волны, получать все новое, что появляется с тех пор, как они получили это высшее образование. И мы даем что-то актуальное именно для нашего бизнеса, для нашей компании, для того, как мы бы хотели, чтобы наша компания работала.

Александр Костинский: А как вы считаете, если точку зрения практичности довести до конца, может быть, вообще не нужно базовое образование? Пусть человек приходит после школы к вам в "Bee Line"-университет и работает в "Bee Line", и не нужно ему базовое образование. Или нужно?

Елизавета Варламова: Нужно, базовое образование нужно, конечно. Потому что оно во многом потом помогает не потеряться. Это какая-то база, какая-то основа...

Александр Костинский: То есть это нужно, да?

Елизавета Варламова: Нужно, конечно. На которую потом можно еще что-то добавлять.

Александр Костинский: То есть можно ли сказать, исходя из опыта вашего "Bee Line"-университета, что в действительности немножко сейчас в образовании тех людей, которые потом будут работать в бизнесе, работать в корпорациях, немножко не хватает такой практической направленности? Это не значит, что надо выкинуть некоторые курсы фундаментальные и заменить их практиками общения. А что бы вы посоветовали?

Елизавета Варламова: Я бы сказала не о том, что заменить, а о том, что еще добавить.

Александр Костинский: А что добавить, действительно?

Елизавета Варламова: Может быть, какие-то мастер-классы людей из бизнеса. То есть если это бизнес-образование, то действительно людей, которые сейчас занимаются этим, которые достигли каких-то успехов.

Александр Костинский: То есть чтобы они приходили в обычный университет и обычным студентам преподавали, да?

Елизавета Варламова: Да.

Александр Костинский: Ну, это, наверное, на старших курсах, где спецкурсы идут, да?

Елизавета Варламова: Да.

Александр Костинский: Вот, допустим, то, что происходит в вашем университете, или люди, которые к вам приходят, что, этого не достаточно, на ваш взгляд, да?

Елизавета Варламова: В нашем университете это есть, но хотелось бы, чтобы было еще больше. Я не могу сказать, что чего-то не хватает. Нет предела у совершенства. Хотелось бы, может быть, чтобы было что-то больше, что-то еще.

Александр Костинский: Понятно. А вот если мы говорим о вашей большой корпорации, скажите, пожалуйста, вы как-то влияете, вот ваш университет, ваши интернет-программы, они как-то влияют на общую политику компании? Вы можете, поняв какие-то образовательные пробелы, ну, может быть, у большого количества людей... потому что если мы говорим о пробелах в российской образовательной системе, то вы как раз и можете ее обнаружить. Вы как-то можете говорить о том, что надо делать не только в образовании, но и в работе вашей корпорации? Такое бывает или нет? Или все-таки у вас немножко узкая, утилитарная, в общем, функция?

Елизавета Варламова: Наверное, я не могу сказать, что мы прямо делаем какие-то курсы, которые сами видим, что не хватает. Но мы выбираем курсы по принципу того, что, "да, наверное, возможно, этого не хватает". Мы обсуждаем это с людьми. Единолично мы не принимаем решения о том, что нашей компании не хватает такого-то качества. То есть это не может быть нашим единоличным решением. Тем не менее, у нас есть очень много курсов, которые поддерживают стратегию компании, которые поддерживают... у нас все обучение поддерживает стратегию компании, и как бы все направлено на то, чтобы мы, как компания, двигались в едином направлении.

Александр Костинский: Понятно. Скажите, пожалуйста, а как вы измеряете эффективность образования? Как вы выясняете, что ваше образование стало успешным? Например, люди что-то запомнили. А если он не запомнил, получил "двойку", ему что, заново на этот курс идти или как?

Елизавета Варламова: Курс действительно можно проходить до тех пор, пока не получишь тот результат, который тебя устраивает. На самом деле это не совсем критерий. Как я оцениваю, насколько эффективен курс, - по реакции людей, которые его прошли, по тем комментариям, которые они дают, потому что часто они пишут. Ну и очень простой критерий: если руководитель сотрудника попросил меня зарегистрировать сначала часть его подразделения на какой-то курс, а потом к нему пришли еще люди, и он просит зарегистрировать оставшихся людей на этот же курс. Наверное, он считает его небесполезным.

Александр Костинский: Понятно. То есть как бы обратная связь в том, что вы видите, что некоторые подразделения постоянно отправляют людей учиться, но это не обязательное образование.

Елизавета Варламова: Да.

Александр Костинский: Скажите, пожалуйста, а разрабатываете ли вы программу, ну, не только для низового уровня корпорации, но и для высших менеджеров? Потому что если мы говорим об обучении, то наиболее динамично изменяющиеся области, они касаются, так сказать, топ-менеджеров. Что для этого делается?

Елизавета Варламова: В электронном виде мы учим средний менеджмент. У нас есть Программа развития управленческих компетенций, в которой очень много используется электронных курсов. И новые версии программы, по крайней мере, первая ступень будет построена на электронных курсах. То есть люди будут проходить их, делать какие-то задания, эти задания будут проверяться, анализироваться, и будут даваться какие-то комментарии этим людям. То есть это уже будет электронное обучение как знания, которые они получают, и потом уже индивидуальная работа в какой-то степени.

Александр Костинский: Вот сейчас ваша компания идет активно в регионы. Вот мы говорили о том, что вы учите "Word" и "Exsel". А интернету приходится учить? Ну, чтобы получать интернет-образование, вообще-то, немножко надо знать, что это такое. Или нет?

Елизавета Варламова: Честно говоря, такого курса у нас нет. И я с таким запросом не сталкивалась.

Александр Костинский: То есть, в принципе, те люди, которые к вам попадают в компанию, они, в общем, с интернетом умеют обращаться, да?

Елизавета Варламова: Либо они уже умеют с ним обращаться, либо, наверное, им сразу об этом рассказывают. Потому что для того, чтобы зайти в систему электронного обучения, нужно уже как-то знать, куда идти.

Александр Костинский: Виктор Егорович из Москвы. Пожалуйста, Виктор Егорович.

Слушатель: Здравствуйте. Очень интересно слушать вашу собеседницу. Но я думаю, что большинству людей абсолютно не понятно, кого же они готовят, кто является их заказчиками, каких специалистов они готовят, для чего они это делают. И потом, судя по всему, она вообще-то сама выпускница Историко-архивного института в недалеком прошлом, да?

Александр Костинский: Да.

Слушатель: Вы знаете, у меня были родственники, окончившие этот институт. Я диву даюсь, в какой области она специалист? Так она лихо говорит. И вообще разговор идет как-то слишком в общем. А время-то прагматиков.

Александр Костинский: Хорошо, сейчас мы ответим на ваш вопрос. Тут много вопросов было. Но и я могу сказать, что РГГУ вырос из Историко-архивного университета. Конечно, это гораздо больше, чем было 20 лет назад.

Елизавета, ответьте еще раз, пожалуйста, кого вы учите, для чего и так далее?

Елизавета Варламова: Мы учим наших сотрудников, которые работают в Центре поддержки клиентов и которые непосредственно работают с нашими клиентами на линии. Мы учим сотрудников открытых офисов, офисов продаж, к которым приходят наши клиенты. Мы учим всех сотрудников нашей компании таким навыкам, как "Word", "Exsel". У нас есть программы по обучению узконаправленному. Например, у нас есть в подразделениях сотрудники, которые разрабатывают электронные курсы для этого конкретного подразделения. То есть они туда вкладывают те знания, которые нужны конкретно этому подразделению, и их коллеги будут учиться по этому курсу.

Александр Костинский: То есть можно сказать, что это курсы повышения квалификации. Можно так сказать, условно, что человек повышает квалификацию? Это как бы дополнительное образование, только не снаружи, а внутри, да?

Елизавета Варламова: Да.

Александр Костинский: Вот я думаю, что это действительно курсы повышения квалификации. И поэтому, конечно, человек должен, по идее, вот нормальная идеология, как я понимаю, в любой компании современной и развивающейся из-за того, что очень быстро развивается среда, все остальные должны учиться. И вы придумываете какие-то инструменты для этого?

Елизавета Варламова: Да. То есть мы стараемся использовать все возможности для того, чтобы наши сотрудники получали новые знания. И электронное обучение - это одно из них.

Александр Костинский: Елизавета, скажите, пожалуйста, а сами вы учитесь на своих курсах? Вы их проходите сами или нет?

Елизавета Варламова: Да.

Александр Костинский: А это обязательно или нет? Или вам это просто интересно?

Елизавета Варламова: Мне интересно. То есть мне действительно интересна та информация, которая там написана. Я прохожу очень много курсов, которые мы выбираем.

Александр Костинский: А, до того. То есть вы являетесь неким подопытным кроликом для того, чтобы их давать всем, или нет?

Елизавета Варламова: Ну, не только я, но я в том числе. То есть у нас многие сотрудники "Bee Line"-университета принимают участие в выборе этих курсов. И я в том числе их выбираю. И мне интересно учиться на этих курсах. Я считаю, что если у человека есть мотивация к тому, чтобы получить какие-то знания, то он их получит. И это очень хороший способ для того, чтобы их получить.

Александр Костинский: Понятно. Скажите, пожалуйста, а вы привлекаете для диагностики, анализа, выбора курсов, допустим, из какой-нибудь Педагогической академии каких-то профессионалов, которые занимаются собственно педагогикой? Потому что, по идее, ну, бизнес-курсы, какими бы они ни были, это все-таки курсы обучения. Это не может быть просто текст, то есть тут нужны какие-то педагогические навыки, какая-то педагогическая наука и так далее.

Елизавета Варламова: Просто технологии обучения в бизнесе и в классическом образовании, они немножко разные. И то, что хорошо для классического образования, бизнес-образованию не всегда подходит.

Александр Костинский: А что хорошо? Лекции, семинар - вот это вы имеете в виду?

Елизавета Варламова: Да, лекция, семинар. Ну, классическое образование, оно более глобальное, более масштабное. То есть человек пять лет учится в институте, и не просто так - он там получает очень много знаний. У нас в компании нет пяти лет для того, чтобы просто научить чему-то человека. Поэтому все технологии, они как бы сжимаются и пытаются уложиться с тем же набором... ну, не с тем же набором, с другим набором знаний в меньшее время.

Александр Костинский: То есть можно сказать, что у вас гораздо более интенсивное образование, да?

Елизавета Варламова: Наверное, да.

Александр Костинский: То есть в единицу времени вы пытаетесь вложить больше? Вот если мы говорим про динамику образования.

Елизавета Варламова: В единицу времени мы стараемся вложить наибольшее количество полезных знаний, прикладных знаний. То есть если университетское образование - это образование фундаментальное, то наше образование - это больше прикладное образование, что нужно сделать в такой-то ситуации, что нужно сделать в такой-то ситуации. Часто объясняется, почему так, почему по-другому. Но это конкретный инструмент, который человек может использовать в своей повседневной деятельности, в своей работе.

Александр Костинский: Владимир из Москвы, пожалуйста. Добрый день.

Слушатель: Добрый день. Я хотел бы задать вопрос. Сам ли "Bee Line"-университет разрабатывает такие курсы? И привлекают ли они кого-то для разработки курсов? И это только специальные курсы или общие тоже, скажем, языковые курсы или курсы экономистов?

Александр Костинский: Елизавета, пожалуйста.

Елизавета Варламова: "Bee Line"-университет как сам разрабатывает электронные курсы, так и привлекает компании-разработчики электронных курсов к тому, чтобы создавать эти курсы. Могу сказать, что все курсы, которые создаются на заказ для "Bee Line"-университета, "Bee Line"-университетом просматриваются, корректируются, редактируются. То есть "Bee Line"-университет активно участвует в разработке. Но, тем не менее, мы привлекаем компании внешние. Потому что процесс разработки электронного курса - это очень сложный процесс, который затрагивает психологов, дизайнеров, методистов. Для того чтобы разработать один электронный курс, нужна большая команда.

Александр Костинский: А сколько в среднем уходит времени на подготовку курса? Вы же не можете курс пять лет разрабатывать.

Елизавета Варламова: Не можем.

Александр Костинский: А сколько?

Елизавета Варламова: Разработка курса под заказ, как правило, занимает где-то около полугода - такого хорошего, очень хорошего курса, с детальной вычиткой сценариев, с редактурой.

Александр Костинский: То есть полгода. Скажите, пожалуйста, а как вы работаете с иностранными компаниями? То есть они представлены на российском рынке или вы запрос посылаете, допустим, в Англию? Какие вы курсы покупаете?

Елизавета Варламова: Первые электронные курсы, которые мы купили, они были как раз иностранного производителя. И мы взаимодействовали с ним через польское представительство. То есть в России была компания, которая делала перевод и редактуру, а польская компания собирала все в один курс.

Александр Костинский: То есть это сложный процесс, да?

Елизавета Варламова: Да. Сейчас мировые лидеры разработки электронных курсов представлены на российском рынке партнерами по локализации. Поэтому сейчас проще.

Александр Костинский: То есть локализация - это фактически перевод на русский язык и некая адаптация к российским условиям.

Скажите, а сейчас появились российские компании, российские педагоги, которые делают вот такие узкоспециализированные курсы?

Елизавета Варламова: К счастью, да.

Александр Костинский: Давно?

Елизавета Варламова: В течение года, по крайней мере, точно работают компании, которые разрабатывают электронные курсы, и хорошо это делают.

Александр Костинский: Для российских компаний, да?

Елизавета Варламова: Для России, да.

Александр Костинский: И не только для вас, да?

Елизавета Варламова: Конечно. Сейчас электронное обучение, оно уже не только в нашей компании. Поэтому это становится хорошим бизнесом - разрабатывать электронный курс под заказ компании, потому что спрос на это есть. И, к сожалению, даже сейчас есть небольшой дефицит электронных курсов. Допустим, тот же курс по деловой переписке. Когда у нас сформировался запрос на этот курс, мне казалось, что он точно должен быть у кого-то.

Александр Костинский: И что, не было? Казалось бы, деловая переписка - сколько книжечек по деловой переписке.

Елизавета Варламова: Да. А оказалось, что электронного курса не было. И сейчас делают этот курс.

Александр Костинский: Для вас. Вы специально его заказали, да?

Елизавета Варламова: Да. Но он потом будет также в свободной продаже. Но, тем не менее, по нашему запросу его делают.

Александр Костинский: Понятно. То есть мы можем сказать, что то, о чем мы сейчас рассказываем, - это, в общем, некий такой, ну, если не передний край, то, во всяком случае, новая область формирующегося вот такого обучения. И вы одна из компаний, которые просто участвуют в формировании и этого рынка, и этих форм обучения.

А где вы находили вот этих людей? Вы говорите, что этих людей не было. Как вы их находили, если их нет?

Елизавета Варламова: Вы знаете, как правило, они появлялись сами.

Александр Костинский: А, они к вам приходили с предложениями, да?

Елизавета Варламова: Да, они к нам приходили с предложениями. Мы проводили тендер среди разработчиков электронных курсов. Мы его открыто объявляли.

Александр Костинский: Вы его объявляли в какой-то специализированной литературе, в журналах, да?

Елизавета Варламова: Да. И проходил тендер, и мы выбирали тех людей, результаты работы которых нас устраивают, с которыми нам комфортно работать.

Александр Костинский: Понятно. И вы просили этих людей, если у вас нет этого курса, вы говорили: "Ребята, а вы можете такое сделать?". И они вам писали.

Елизавета Варламова: Да.

Александр Костинский: Скажите, пожалуйста... ну, не знаю, может быть, это секрет, а вообще-то, дорогие эти курсы, сами программы? Порядок величин можно сказать или нет, или это секрет?

Елизавета Варламова: Это зависит от курса, зависит от того, что вы хотите в него вложить. Хотите ли вы сделать игру или хотите ли вы сделать курс, который гораздо проще устроен.

Александр Костинский: Я благодарю за участие в нашей программе руководителя группы развития обучающих технологий "Bee Line"-университета Елизавету Варламову.

XS
SM
MD
LG