Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

180 лет со дня восстания декабристов


[ Радио Свобода: Программы: Культура ]
[25-11-05]

180 лет со дня восстания декабристов

Редактор и ведущая Лиля Пальвелева


Лиля Пальвелева: Страницы истории, связанные с декабристами, покрыты стойким хрестоматийным глянцем. Еще бы, цитату из статьи Ленина заучивали наизусть поколения школьников.

КПСС числила в своих прародителях участников неудавшегося восстания на Сенатской площади. Такое слишком прямолинейное понимание событий остроумцы Наум Коржавин и Александр Дулов высмеяли в "Балладе об историческом недосыпе":

"Любовь к Добру сынам дворян жгла сердце в снах,
А Герцен спал, не ведая про зло:
Но декабристы разбудили Герцена,
Он недоспал, отсюда все пошло".

Лиля Пальвелева: Выставка "Первенцы свободы" в Историческом музее сделана с большим тактом. В центре внимания - не тираноборчество, а судьбы блестящих представителей блестящего поколения.

Автор экспозиции Вера Бокова подчеркивает: выставка камерная, ее не случайно разместили в небольших залах.

Вера Бокова: Потому что вещи, в основном, небольшие. Даже вот эти акварели работы Бестужева писались в маленькой комнате. Они рассматривались, буквально поднося к глазам. Соответственно, чем они ближе расположены... Те же самые карандашные рисунки. Сами понимаете, что если их повесить в большом зале, можно считать, что их нет. Их никто не увидит. Здесь вы можете подойти, буквально уставившись носом, и все подробности мельчайшие рассмотреть. Тот же самый план Читы со всеми обозначениями. Для большого музейного зала, эта вещь, считайте, тоже потеряна. Ее надо сильно увеличивать. А если рассматривать подлинник, то, конечно, его надо рассматривать вплотную.

Лиля Пальвелева: Здесь всё подлинное и всё - из собрания Исторического музея. Личные вещи свидетельствуют не только об их владельцах, но и об эпохе в целом.

Вера Бокова: Вот этот альбом, владельца которого мы пока не можем вычислить, кто-то из сосланных в Сибирь. Была ли это женщина или мужчина, мы даже в точности не можем сказать. Но альбом открыт на странице, где есть запись о смерти Никиты Михайловича Муравьева, и помещена под стеклышком прядь его волос в духе сентиментальной традиции XIX столетия.

Из вещей, которых не видела наша широкая публика: это крестик, сделанный из кандалов Ивана Дмитриевича Якушкина. Это от потомков Якушкиных пришло лет примерно 15-20 тому назад. Я думаю, что он его не носил. Скорее это память о периоде, когда они были в тюрьме, когда они были в заточении, когда носили оковы. Железо, как и чугун, символизировало верность. А это могла быть дружеская верность, любовная верность или верность какой-то идее, то есть, тут вот такое многосложное символическое значение, потому что вообще эпоха была богата именно таким символическим пониманием самых разных явлений.

Лиля Пальвелева: Особое внимание Вера Бокова обращает на экспонат, который нигде и никогда раньше не воспроизводился, да и в Историческом музее для открытого обозрения выставлен впервые.

Вера Бокова: Это план Читинского острога, где обозначены все дома жен декабристов. Это работа Петра Фаленберга, одного из сосланных тоже в Сибирь декабристов. Здесь есть его подпись. Он был профессиональный квартирмейстер, то есть занимался военными планами и картами. Это старый план Читы, что уже тоже интересно, потому что город уже очень сильно изменился по сравнению с этим. Здесь отмечен и сам острог в центре, и по сторонам все домики, где улицы проходили. На них подробная выкопировка адресов, где находились дома жен декабристов. Эта вещь довольно давно у нас хранится, но как-то все обходили ее вниманием специалисты. Поэтому фактически это наша такая премьера.

Лиля Пальвелева: Ранние портреты декабристов - живописные, поздние - это уже фотоснимки тех немногих, кто дожил до амнистии и вернулся в Центральную Россию.

Вера Бокова: Когда декабристы вернулись из Сибири, они очень интенсивно начали фотографироваться, потому что был большой спрос на подобные снимки. Помимо того, что все их знакомые и новообразованные, и старые, начинают просить у них фотографии, к тому же это была еще тогда сравнительно новая вещь, это вошло в моду, это было интересно, они усиленно фотографировались.

Более того, какое-то время спустя, а именно после реформы 1861 года появляется общественная мода собирать у себя коллекции портретов декабристов. И вот такие маленькие снимочки фотографы помимо того, что давали заказчику какое-то количество экземпляров, они их еще пускали в продажу, причем, пускали под полой. Это не открыто продавалось, но можно было практически в любом фотомагазине приобрести подобные коллекции. Такие коллекции в большом количестве существовали. Были такие не только у революционеров типа Герцена, но и у обычных смертных. У самих, кстати, самих декабристов тоже. Они собирали такие вещи.

Лиля Пальвелева: Еще на выставке много документов, в том числе, имевших нелегальное хождение рукописных списков запрещенных литературных произведений. Самиздат возник отнюдь не в 20 столетии.

Экспозиция "Первенцы свободы" входит в цикл патриотических выставок Государственного исторического музея. Это негромкая и упрямая попытка интеллигентных людей вернуть дискредитированному слову "патриотизм" его нормальную окраску.

Историк Илья Смирнов размышляет.

Илья Смирнов: Предполагая, что тема декабристов избитая, мы исходим из опыта того тоталитарного режима, при котором книги Натана Яковлевича Эйдельмана выходили 100-тысячными тиражами. А кто не читал и на уроках играл в "морской бой", тот все равно смотрел фильм "Звезда пленительного счастья". И вовсе оппозиционный Галич пел "Петербургский романс" про площадь, где "стоят по квадрату в ожиданье полки, от Синода к Сенату, как четыре строки". То есть в оценке декабристов, как героев, "первенцев свободы", он с официальной историографией не расходился.

Но ведь выросли новые поколения. Они учатся по концентрической системе, сдают вместо экзаменов угадайку - единое Г. Поэтому у меня нет полной уверенности, что средний абитуриент информирован про Великую Отечественную войну: кто ее выиграл и под каким знаменем. Какие уж там декабристы! Если самая уважаемая профессия мирчиндайзер по франчайзингу, смысл жизни состоит в бесконечном самоублажении, то чему могут научить люди, от богатства и почестей добровольно шагнувшие в нищету? А для тех, кто историей все-таки интересуется, трактовка постепенно выворачивается наизнанку, по сценарию, который профессор Кобрин Владимир Борисович называл "перевернутые стереотипы". Если раньше говорили "белое", то надо сказать "черное". Если Рылеев был героем, надо изобразить его погубителем России, а патриотами пусть будут мракобесы, придворные лизоблюды.

В одном из пособий по отечественной истории, которое я имел несчастье рецензировать, восстание декабристов подано так: "Новый царь предпринял попытку с помощью духовенства и военачальников мирным путем ликвидировать выступление. После того, как мирные переговоры не принесли положительного результата, Николай приказал принесшим присягу войскам открыть огонь по Московскому полку. Уже после второго выстрела восставшие дрогнули и побежали". То есть, с одной стороны, миротворец Николай вроде Горбачева, а с другой - шайка хулиганов, которые разбежались после того, как милиционер произвел два выстрела.

Вот от этого регрессанса Исторический музей в очередной раз пытается вернуть нас к норме - научной и нравственной. Показывает декабристов как людей, которыми должна гордиться Россия. Может быть, попытка безнадежная, но в любом случае достойная уважения.

Лиля Пальвелева: Подчеркивает Илья Смирнов.

XS
SM
MD
LG