Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Кому нужны книжные ярмарки


[ Радио Свобода: Наши гости: "Энциклопедия русской души" ]
[26-11-05]

Кому нужны книжные ярмарки

Ведущий Виктор Ерофеев

Виктор Ерофеев: Сегодня у нас в гостях: директор компании Василий Бычков, зам директора Ирина Бычкова, директор издательства Олег Зимарин и директор ассоциации , наш гость из Израиля Михаил Гринберг. Тема нашей передачи - кому нужны книжные ярмарки. Вот поговорим, нужны ли русской душе книжные ярмарки.

Когда входишь в книжный магазин - огромное количество книг, просто море разливанное. Где ориентиры, где маяки, что покупать, что не покупать, какие книги лишние, то есть которые не греют ни душу, ни сердце, а какие те самые книги, которые помогут молодежи, помогут людям среднего возраста найти себя и разобраться в том, что происходит у них в их русской, российской, общероссийской душе. Вот об этом мы поговорим.

Я уже сказал, что сегодня у нас в гостях человек, который проводит 8 лет проводит выставки Non/fiction в Москве. Non/fiction - такое не русское слово, но на самом деле оно не страшное, не бойтесь - это значит книги, которые являются не художественными, как бы (тут хорошее слово пригодится) не художественные произведения. На самом деле они вполне художественные - это книги, которые рассказывают нам о жизни не через образы, а через какие-то суждения по каким-то нормальным человеческим категориям.

Мой первый вопрос Василию: как так случилось, что мы здесь в России занялись делом скорее французским? Потому что эссе, очерки - это такое скорее европейско-французское дело. Неужели мы так созрели, чтобы и спокойно читать книги такого общественного, политического, и я бы даже сказал, философского содержания?

Василий Бычков: Я считаю, что созрели. Я просто хочу чуть-чуть уточнить: у нас ярмарка называется Non/fiction. Задумывалась она действительно как Non-fiction, придумал это Саша Иванов, издатель Ad Marginem, издательство, которое входит в наш экспертный совет. Это было очень правильное решение. Мы сделали такой интересный, привлекательный брэнд с таким оттенком отрицания. Всех это чуть-чуть будоражило, никто ничего не понимал. Иностранные участники до сих пор не понимают, когда им говорят, что приезжайте с книжками, в том числе и с художественной литературой на нашу ярмарку, они говорят: ну как же, это же Non-fiction, там долго объясняют, что это Non/fiction и вообще в их понимании это не совсем то, что у нас. Но как-то так случилось, все привыкли, и мы не хотим сейчас от этого отказываться. У нас есть подстрочник, которого мы чуть-чуть стесняемся - .

Виктор Ерофеев: Можно испугать этим подстрочником.

Василий Бычков: Да, можно испугать и чуть-чуть снобистски звучит. Но я больше люблю говорить, что просто ярмарка хороших книжек. И сейчас мы не хотим отказываться от этого иностранного названия. Действительно, оно провоцирует издательство в большей степени показывать, скажем так, не художественную, а такую научную, умную, в том числе и учебную, в том числе и техническую, и энциклопедическую литературу. Но буквально со второй ярмарки мы обозначили, что и художественная литература, но, скажем так, не массовая, не попса, что называется.

Виктор Ерофеев: То есть в основном для умных людей.

Василий Бычков: Не только. Хорошая литература, скажем так.

Виктор Ерофеев: Кстати, когда открывается ярмарка в этом году?

Василий Бычков: Открывается 30 числа.

Виктор Ерофеев: И где, чтобы те, которые считают себя умными, может быть не слишком умными, но интересуются умными книгами, куда бы они шли?

Ирина Бычкова: Эта ярмарка открывается 30 ноября и будет она до 4 декабря. Это ЦДХ. Ярмарка проходит в таком формате, еще там плюс большая программа конференций, презентаций и разнообразных событий, встреча с авторами иностранными, российскими. Поэтому нужно обязательно следить за программой. Нужно придти в тот день, когда будет что-то для вас интересное. И вообще ярмарка, я хочу добавить два слова, она была задумана именно как навигация для людей, сориентироваться, что, собственно говоря, происходит достойного, не случайного в литературе. Те издательства, которые там участвуют, - это и славистские издательства, по языкознанию, литературоведению, философские, религиозные, детская хорошая литература переводная и наша классика, современные наши авторы. У нее очень большой аспект образовательный как мы считаем.

Виктор Ерофеев: Ира, скажите мне, пожалуйста, я бывал на этой ярмарке не один раз и действительно очень много народу приходит. Это значит, оптимистический фактор, значит можно порадоваться, что есть и умные люди, и те, которые интересуются книгами, что у нас в общем-то в стране нормально с книгами, раз такая большая толпа туда является?

Василий Бычков: 15-20-25 тысяч человек по-разному в разные годы.

Виктор Ерофеев: Из Москвы или приезжают?

Василий Бычков: Из регионов тоже приезжают. Сейчас она уже достаточно большая ярмарка стала. Сначала была совсем маленькая, буквально у нас первые ярмарки, по-моему, 40 издательств участвовало, сейчас около двухсот.

Виктор Ерофеев: У нас Вадим пишет на сайт: . Увы, ярмарки функционируют, издательства российские выбрасывают на рынок много литературы, но раскупаемость книг слишком малая>. Это правда малая, Ирина?

Ирина Бычкова: Вы знаете, мы испытали сами культурный шок. Когда мы начали делать ярмарку, и сначала первый год она пошла очень тяжело, потому что мы сразу отнеслись к этому, как к процессу какого-то отбора. Нам очень хотелось представить основные маленькие издательства, которые представляют золотой запас новой российской культуры, то есть только либо переизданные, хорошо отобранные классические серии, либо какие-то действительно интересные авторы современной российской прозы, иногда это скандальные. И когда первую ярмарку было делать настолько тяжело, что мы приглашали хорошие издательства буквально на любых льготных условиях. И вдруг был как взрыв, бум какого-то страшного нечеловеческого интереса. И мы просто поверили в нашу страну.

Василий Бычков: Покупают очень много. Приходят с большими сумками.

Виктор Ерофеев: А воруют?

Василий Бычков: Вообще то, что вы сейчас прочитали, это письмо, оно очень правильное, но чуть-чуть из далекого прошлого. Почему такой колоссальный интерес был к ярмаркам тогда? Вы помните ярмарки на ВДНХ, сначала были в Сокольниках, международная книжная ярмарка. Ведь огромный был интерес - ничего нельзя было купить тогда. Теперь можно все можно купить.

Виктор Ерофеев: Радиослушатели, имейте в виду, если пойдете на ярмарку Non/fiction, берите деньги - можно купить.

Нам звонит Александр из Петербурга. Наверное, это наш постоянный слушатель.

Слушатель: Да, Виктор. Ярмарки меня радуют как артефакт, как само понятие ярмарки, то есть пиршество красок, пиршество миров и так далее. Но я хотел бы задать тот самый традиционный вопрос, который набил оскомину, в частности, Александру Иванову, Ad Marginem издание, - это одна парадигма. Но Александр Иванов прекрасно знает, что Бодрияр еще в 60 годы заявлял, что капитализм будет вытеснять интеллектуалов, стариков, детей из своего поля. И вторая - это рыночная парадигма. Рыночная парадигма, вашим гостям хотел задать. Знают ли они по поводу - пожирателей времени? Макулатура, которая отнимает время у читателя на то, чтобы прочитать что-то более существенное. Как это лезвие, извечная проблема разрешается между, с одной стороны, парадигмой рынка капитализма, где критерий прибыли и критерий того, что бы вам хотелось, чтобы читал читатель. Что в этом смысле в плане ярмарки можно сделать?

Виктор Ерофеев: Александр, спасибо за вопрос. Напомню, что у нас директор издательства Олег Зимарин, вот мы его и спросим.

Олег Зимарин: Любопытно, Александр, вы говорите. Вы знаете, два года назад мы на ярмарке Non/fiction, на которой мы участвуем, начиная со второй, мы представляли книгу в переводе с норвежского, очень любопытная книга. Это о той самой , о которой вы говорите. Чтобы каким-то образом сориентироваться, как раз ярмарки и нужны. У нас на самом деле огромная проблема существует в российском книжном деле и в книжной торговле, в частности - это проблема выбора, проблема разборчивости, если хотите. У нас, к сожалению, читатели еще плохо распознают издательства, они начинают распознавать и прежде всего распознают автора. Отсюда огромные сиквелы под именем, я не хочу упоминать имена тех людей, которые уже сотни названий насчитывают, под одним и тем же именем выходят. А вот издательства часто не распознают. Видите, вы знаете Ad Marginem - это издательство, имеющее очень четкий облик. Мне кажется, что как раз те издательства, которые свою философию издательскую проводят, они как раз на Non/fiction прежде всего и представлены. Но увидеть их в книжных магазинах очень трудно. В книжных магазинах, тем более, что большинство их них принадлежит нашим крупнейшим книжным концернам. Как любое крупное предприятие они малоразборчивы, они выдают тысячи названий. Скажем, там три тысячи, две тысячи названий - вот ассортимент крупнейших. И сориентироваться очень трудно. Естественно, там всякой твари по паре и известный хаос присутствует. Для издательств средних и тех, что поменьше, более выстроенные концепции характерны. Но как их увидеть?

Как раз книжная выставка Non/fiction - изумительное изобретение. Мы страшно любим, она у нас в числе тех трех, которые мы любим. Точнее: среди двух, которые мы любим, и среди трех или четырех, в которых мы участвуем. Я имею в виду Франкфуртскую и Non/fiction московскую, которая является международной по-настоящему. Поэтому, с точки зрения читателя, читатель ходит на ярмарку, на российскую во всяком случае, конечно, чтобы книжку купить. И на ярмарке можно это сделать и, естественно, продают издатели, они продают дешевле. Второе: читатель приходит для того, чтобы увидеть какие-то известные ему имена, увидеть, что будет, встретиться с издателями. Это дает возможность ярмарка Non/fiction. И с авторами прежде всего. Поэтому мы ценим ярмарки за возможность встречи с читателями. Ведь издатель, он же не книготорговец, он не стоит за прилавком. Мы любим постоять за прилавком и увидеть тех, кому нужны наши книги. Страшно приятно видеть человека, который собирает какую-то серию, скажем, нашу серию национальные истории, истории разных стран мира.

Виктор Ерофеев: Чудесная серия.

Олег Зимарин: Так что читатели, я думаю, преследуют две таких цели - попытаться разобраться и купить хорошую книжку. А издателю, в частности, тому классу издателей, который я представляю, Михаил к этому же классу относится - это издатели крепкие и средние, профессиональные издатели, это не издательство одной-двух книжек, но не стремящиеся выйти в монстры, может быть и не можем выйти, да и не надо, но имеющие свой какой-то стиль и разборчиво относящихся к своей программе. Вот это можно увидеть на ярмарке. В книжном магазине увидеть это трудно.

Виктор Ерофеев: У нас сегодня все звонят из Петербурга. Владимир.

Слушатель: Здравствуйте. Все прекрасно насчет выставки. У меня три вопроса. Во-первых, вы не даете никакого телефона. Вот я в Петербурге, что я там буду узнавать, стоит ли мне ехать к вам на выставку.

Виктор Ерофеев: А мы сейчас дадим телефон. Василий, можете дать какой-то телефон?

Василий Бычков: 238-45-00.

Слушатель: Вы эту выставку делаете ежегодно?

Василий Бычков: Это ежегодная ярмарка, которая проходит в конце ноября.

Слушатель: Ваша организация ? Не собираетесь ли вы, например, на будущий год эту выставку сделать в Петербурге?

Василий Бычков: Нет, вы знаете, пока не собираемся. Потому что это достаточно сложный и, честно вам скажу, убыточный проект, поэтому тиражировать его мы пока не можем. Потом для издательств достаточно тяжело, особенно небольших издательств, которых у нас много, достаточно тяжело выставляться больше, чем один раз в год. Пока это только московский проект.

Виктор Ерофеев: Владимир, у вас еще есть вопрос?

Слушатель: Вы все время говорите об издательствах. Если вам человек привез книгу, изданную за свой счет, но которая интересна, вы можете одного человека выставить?

Василий Бычков: Я думаю, что, наверное, нет. Потому что, во-первых, это делается не бесплатно, есть цена участия. Во-вторых, все-таки это выставочная площадка, рекламная площадка для издательств, то есть не для авторов, а именно для издательств. У нас есть очень интересный, например, проект, который проходит параллельно в этом году. Мы сделали такой фестиваль, который организовал альманах и наша галерея-магазин , называется Первый международный московский фестиваль . То есть это авторские книги, которые издаются, может быть чуть-чуть не о том, но в принципе там авторы показываются. Там порядка двухсот изданий, сделанных вручную, первый раз показывается, очень интересно. Я думаю, что там будет миллион всяких встреч и презентаций. Там показываются отдельные авторы.

Виктор Ерофеев: У нас, кстати говоря, есть в студии один гость, который приехал из Израиля и будет участвовать на ярмарке. Вы участвуете?

Михаил Гринберг: Со второй ярмарки мы участвуем.

Виктор Ерофеев: Вы издаете книги в основном для детей на русском языке в Израиле. Расскажите о вашей деятельности. У вас издательство, вы эти книги распространяете только в Израиле или в Москве тоже?

Михаил Гринберг: Наша ассоциация называется . И одно отделение в Иерусалиме, другое отделение в Москве в центре города. Мы уже существуем больше 15 лет и специализируемся на еврейской теме на русском языке. Это и академическая литература, это и художественная литература, и сейчас детская серия, которую мы в первую очередь и хотим в этом году на Non/fiction выставить. И уже около четырехсот книг.

Мне хотелось бы продолжить то, что сказал сейчас Олег о том, что Non/fiction предоставляет возможность показать деятельность издательства. Меня немножко смущает слово маленькое или среднее. По значимости, я думаю, что мы делаем большое дело, и ваше издательство и подобные им, которые выставляются именно на Non/fiction. Когда-то при начале деятельности дин из членов академического совета всемирно известный математик, может быть один из первых математиков мира профессор Гарварда и Иерусалимского университета Давид Каждан сказал, что самое важное в издательстве не то, что оно издает, а то, что оно не издает. То есть нужно держать марку. И по-моему, Олег именно об этом говорил, о том, что мы стараемся делать именно качественную продукцию.

Виктор Ерофеев: Почему издаются книги для детей?

Михаил Гринберг: Сейчас мы издаем книги для детей, потому что мы хотим раскрыть еще один мир мировой культуры, который, к сожалению, очень долго отсутствовал на российском читательском рынке, на российском книжном рынке, покупательном рынке. Это мир еврейской культуры через детское мировоззрение. И здесь тоже интересный факт. Всей читающей публике, читателям вашей ярмарки Non/fiction известно древнерусское произведение . Мы буквально сейчас к этой ярмарке издали книгу под названием . Это израильский писатель на основе талмудической сказки пересказал ее для детей. Это на самом деле то же самое, что сотни лет назад было пересказано на русском языке для русского читателя. Вот этот Китоврас и есть тот самый Асмадей. И поэтому раскрываем, например, талмудическое, что такое талмуд, который в русском языке представление - это что-то громадное, большое. Или, например, из того же талмуда или сказки, легенды, притчи, художники, которые рисовали детские книги. И вот это мы сейчас хотим принести на Non/fiction и показать. Именно детская книга. Ира здесь упомянула, что последний 4 числа, именно 4 числа русские, российские писатели, опять же вне зависимости от национальности, будут представлять нашу серию на ярмарке Non/fiction в 12 часов.

Виктор Ерофеев: У нас звонок от Николая из Санкт-Петербурга. Николай, здравствуйте. Расскажите, пожалуйста, о ваших отношениях с книжными ярмарками.

Слушатель: У меня очень большие проблемы. У меня довольно специфический вопрос. Я занимаюсь и мне нужна правовая литература. Но постоянно на 90% приобретаемых законов или их сборников на момент приобретения, они уже отменены или изменены. И мало того, когда сталкиваешься, смотришь на момент издания и видишь, что, например, 10 января этот закон отменен 2003 года, а в сентябре 2003 года издают сборник, написано , и в этом сборнике тоже в этот же момент этот сборник, написано, что он подан, подписан в печать. И получается, что кардинально изменены и отменены, например, закон о выборах президента и закон о занятости и многие. Это просто я по одному сборнику, а у меня множество таких сборников.

Виктор Ерофеев: Николай, ваш вопрос, что делать с этим?

Слушатель: Нельзя ли как-то установить какие-то запреты, если приняты новые законы или изменения, чтобы эти законы не продавались?

Виктор Ерофеев: Давайте мы директора издательства . Олег, что в таком случае делается, если вдруг печатается книга, а выясняется, что она уже устарела? Что бы вы посоветовали издательствам, а также читателям с этой книгой сделать?

Олег Зимарин: Вообще, что касается правовой литературы, мы ее издаем редко. Хотя кое-что издаем, но фундаментальное, не столь быстро меняющееся. Но, конечно, вам я порекомендую, хоть я издатель и книжник, все-таки вещи в Интернете.

Виктор Ерофеев: Николай, купите себе маленький компьютер, чтобы он включался в Интернет, и Олег скажет, что надо делать.

Олег Зимарин: Там отслеживается очень быстро, есть база данных. Но это не совсем тема нашего разговора. Я хотел бы ответить на вопрос, стоит ли запрещать продавать старые книги? Вы знаете, нельзя запрещать продавать книжку, на которой стоит год какой-нибудь другой. Во-первых, для хорошей литературы, не правовой, а хорошей, особенно серьезной срок реализации в несколько месяцев или год - это не срок. Она должна продаваться и должна быть доступна долго. К сожалению, наши книжные магазины часто снимают или, во всяком случае, ограничивают продажи книг, на обложке которых указан, скажем, год, два года спустя того времени, как книга продается. Это не очень хорошая традиция, но у нас есть проблемы в книжной торговле, книжных магазинов просто натурально не хватает. Поэтому опять же ходите на книжные ярмарки.

Виктор Ерофеев: Давайте вернемся к Non/fiction и немножко займемся структурой ярмарки, потому что москвичей вот-вот ждет. И очень рад, что к нам пришел человек, который 8 лет организует. Кстати говоря, все московские издатели, вообще люди, которые разбираются в литературе, очень рады, что Василий Бычков взялся за это дело. Вы приходите на выставку и чувствуете, что там все в порядке, там все продумано, там все организовано интересные мероприятия, народ знает, куда идти, за чем встать в очередь, что купить и так далее. Нам не хватает в России людей, которые берутся за дело в плане, в области наших книг и делают это успешно. Василий, в этом году кто главный гость? Я так понял, в прошлом году была Венгрия?

Василий Бычков: В прошлом году Венгрия, в этом году Польша. Мы все ближе придвигаемся к нашим границам. Начинали мы Франция, Германия, Скандинавия, Япония. В следующем году будет Швейцария, потому что это год Швейцарии в России. А через год, если я не ошибаюсь, будет Канада. То есть такая легкая очередь стоит.

Виктор Ерофеев: Что касается поляков, приедет так называемая делегация поляков? Что они нам расскажут?

Василий Бычков: Обычно мы делаем несколько точек проникновения культур, литературы страны на нашей ярмарке. Это специальная экспозиция, обычно носящая вид выставки. В данном случае это будут, русские и польские плакаты по поводу книжек.

Виктор Ерофеев: А у Польши очень большая традиция плакатов, очень красивые плакаты.

Василий Бычков: Они большие специалисты в области плакаты. Это специальный день, польский день, где и презентация книг, встреча с писателями. И вот в этом году будет круглый стол под таким названием . Я думаю, это будет очень интересно. Участники: Ирина Прохорова - модератор, Беата Стасинска, Борис Дубин и так далее.

Виктор Ерофеев: Если Прохорова и Дубин с нашей стороны, кстати, они, как вы знаете, участники наших программ , значит можете быть спокойны за это мероприятие - оно будет интересное.

Василий Бычков: Возвращаясь к основному вопросу, кому нужны ярмарки, я бы хотел еще сказать, мы говорили о том, насколько они нужны читателям, но во многом и в очень значительной степени - это, конечно, такое профессиональное событие. То есть основная задача ярмарки, кроме того, чтобы привлечь покупателей и читателей, основная - это работа между профессионалами, продажа литературных прав. С этим у нас, пока литагентсв не так много.

Виктор Ерофеев: Может быть надо объяснить, что такое литагентство, потому что наши слушатели притихли и не знают, что такое литагентство. Ирина, объясните, нужно ли это или только на диком Западе такое полагается?

Михаил Гринберг: Уже нужно.

Ирина Бычкова: Я не настолько профессионал, насколько здесь есть издатели. Мне это представляется так, что если у человека есть или должен быть свой врач, свой архитектор, то у каждого издательства должен быть свой литагент.

Виктор Ерофеев: И у писателя тоже.

Ирина Бычкова: То есть это та самая институция, которая обеспечивает нам демократическое общество, соблюдение авторских прав и правильную адекватную продажу.

Виктор Ерофеев: Надо знать, куда он идет, с кем он имеет дело, чтобы его не обманули, не подвели, не кинули, наконец, чтобы он получил гонорар.

Ирина Бычкова: Литагентство является для писателя гарантом его правильных отношений с издательством, издательство тоже гарантировано, что оно имеет с автором правильный договор - это будет переиздаваться или, наоборот, никогда не будет. Я думаю, издательства лучше меня объяснять.

Василий Бычков: Каждый должен заниматься своим делом: писатель должен писать, а не бегать, читать договоры и так далее.

Михаил Гринберг: Вы меня извините, но есть классическая фраза по этому поводу: не продается вдохновенье, но надо ж рукопись продать. Именно об этом речь, и агент должен этим заниматься.

Виктор Ерофеев: У Пушкина тоже, видимо, был свой агент.

Василий Бычков: И основная задача ярмарки, собственно говоря, наладить профессиональные взаимоотношения, создать правильную структуру. Именно поэтому ярмарка - это площадка прежде всего встречи профессионалов. И мы тешим себя иллюзией, что Non/fiction постепенно становится в чем-то похожа на ярмарку ярмарок. Как все считают, главное событие литературное, главная ярмарка в мире Франкфуртская, и неслучайно и у нас всегда представители работают на нашей Non/fiction. Это очень сложное на самом деле событие - это, конечно, и сама ярмарка, где стенды издательств стоят, это обильная, расписанная на многих листах рамочная программа, в нескольких точках на ярмарке происходят встречи, дискуссии, обсуждения. Это вручение литературных премий, это чтение, это и сопутствующие некоммерческие программы. У нас есть несколько выставок, которые мы показываем, в том числе перфоменсы Дмитрия Александровича Пригова, встреча с Рубинштейном и так далее.

Виктор Ерофеев: А Рубинштейн запел, говорят, так что будет петь на выставке русские народные песни.

Василий Бычков: Все харизматические фигуры литературного небосклона будут у нас. И это такие сопутствующие, уже совсем отдельные, я говорил о фестивале авторской книги, и целая серия выставок иллюстраторов книг. То есть это точка в пространстве и во времени в течение года, где собираются все. Вот это очень важно.

Виктор Ерофеев: Действительно, надо пожелать успеха, потому что если думать о том, что наша ярмарка может достичь небес Франкфуртской ярмарки, огромная ярмарка, на которой представлены самые лучшие издательства мира, то это действительно было бы большое и важное достижение для нашей страны.

Олег Зимарин: Это иллюзия. В мире одна такая ярмарка.

Виктор Ерофеев: Хотя бы у нас будет своя в плане интеллектуального значения ярмарка.

Ирина Бычкова: У нас была задача, наоборот, мы пошли с обратной стороны. Нам нужно было уменьшить формат всех существующих ярмарок, чтобы свести его к какому-то концентрату, сделать банку с эссенцией. Представить маленькие, средние и потом уже крупные издательства, которые следуют определенным литературным стратегиям, если можно так сказать, то есть заявляют о своей программе даже не в связи с Non/fiction, а сами по себе. Они выстраивают очень четкую позицию в своей жизни, мы же должны просто предъявить дальше более широким слоям населения, объяснить, почему это издательство так делает, и что они могут получить и не искать этого в другом месте, например. И самое главное, что интересно получилось, что крупные издательства, которые не соответствовали такой позиции, они пошли к нам и даже согласились, что на этой ярмарке они представляют только такие серии, которые в эти рамки умещаются Non/fiction, не художественная литература или художественная, но с вполне понятными авторами или какой-то позицией, какой-то стратегией развития, например, классика, если нет современной литературы интересной. А на других ярмарках они могут показывать что угодно.

Виктор Ерофеев: У нас звонки. У нас сегодня Петербург, умные люди живут в Петербурге. Борис, здравствуйте, какие у вас вопросы, связанные с таким культурным мероприятием, как книжная ярмарка?

Слушатель: Добрый вечер. У меня может быть даже не столько к ярмарке вопрос. У вас есть человек из Израиля, я хотел вот чего спросить: я как-то читал в отрывок из книги Натана Щаранского. Мне показалась очень интересная книга, я бы ее с удовольствием почитал. Я думаю, что не только я. Не знаю, дождусь ли я ее издания в России. Может быть он ее в Интернете опубликовал? Кто-то передаст Щаранскому?

Виктор Ерофеев: Вот Михаил сидит передо мной и может быть действительно хорошая идея, которую предлагает Борис?

Михаил Гринберг: Эта идея уже реализуется. И буквально неделю десять дней назад я беседовал со Щаранским. Это прогремевшая на Западе книга о демократии, действительно сейчас готовится к изданию в одном из крупнейших издательств в России.

Виктор Ерофеев: Михаил, может быть вы скажете для наших слушателей, кто такой Щаранский, может быть не все сразу вспомнят.

Михаил Гринберг: Щаранский - это диссидент, сионист, боровшийся в 70 годы за право выезда, за демократизацию. Именно как демократ в первую очередь был осужден на длительный срок, отсидел, по-моему, 9 лет и только накануне, в самом начале перестройки был обменен на какого-то арестованного разведчика на Западе. Это человек, который, приехав в Израиль, создал русскоязычную партию, прошел в Кнессет, несколько каденций был министром государства Израиль. И в настоящий момент, состоя в партии , возглавляет одну из крупнейших фракций этой партии.

И он написал одна из последних его книг - это книга о демократии, которую Буш назвал лучшей книгой последнего времени, всячески ее лично рекламирует, и она уже выходит на многих языках одновременно, вышла на испанском, на немецком, на французском. На русском, по моим сведениям, это будет в следующем году, даже в первой половине следующего года в издательстве. Буквально сейчас она в работе, я просто боюсь, это не моя тайна, может быть это коммерческая тайна, одного из крупнейших российских издательств.

Виктор Ерофеев: У нас наконец позвонила и дама. Значит женщины у нас тоже интересуются книгами. Людмила из Подмосковья.

Слушательница: Доброй вечер. На последней московской книжной ярмарке Марина Влади представляла свои книги и . Может быть из присутствующих кто-то знает, будут они каким-то издательством изданы?

Виктор Ерофеев: Людмила, трудно сказать. Я думаю, это надо узнать, какое издательство выпускало эту книгу и представить себе будет оно на Non/fiction. Но в любом случае, Людмила, приходите. По вашему серьезному голосу видно, что если даже не будет Марины Влади, найдете себе что-то интересное.

А вот у нас Александра Александровна из города Пушкин, тоже недалеко от Петербурга.

Слушательница: У меня тоже вопрос, как у предыдущего человека, к представителю из Израиля. Я видела книжку, будучи преподавателем иврита, была в Израиле. И там ассоциация алия выпустила книгу . Хорошо бы было, если бы можно переиздать эту книжку в России, чтобы можно было ее купить здесь.

Михаил Гринберг: Эту книгу мы готовили на русском языке, именно мы ее делали, мы ее сделали, но она в основном и напечатана была в Израиле и расходилась в Израиле, сюда она не доходила. Но смотрите сейчас Нетаньяху рвется к власти, и вполне возможно, что эта книга тоже появится теперь и в России.

Виктор Ерофеев: Олег, вы сказали, что это иллюзия, что не будет Франкфуртской ярмарки, может быть это и не надо. А какие у вас есть свои претензии к Non/fiction? Если бы вы сказали: что-то мне нравится, Василий. Есть у вас какие-то замечания к такой замечательной ярмарке?

Олег Зимарин: Вы знаете, у меня нет претензий, я очень люблю Non/fiction, хорошо она сделана. Книжный мир так устроен, что такая ярмарка большая, как Франкфуртская, она одна должна быть. Это не потому, что у нас в России плохо. Российский случай - это отдельная тема. Поэтому Non/fiction растет, она действительно оказывает влияние на издательское сообщество, она вошла в издательском сообществе как элемент нашей корпоративной жизни, кроме отношения с читателями непосредственно. Она выполняет очень важную функцию. Я хочу подчеркнуть, что ее международный характер пока, к сожалению, только в том, что там едут только агенты по продаже издательств. Вот у нас с ними интенсивные встречи. Но это только те, кто продают права, приезжают.

Виктор Ерофеев: В сами иностранные издательства не едут?

Олег Зимарин: Они едут, но они представлены теми, кто продают права. Не приезжают люди, которые смотрят, а что здесь в России. В этом смысле это наш минус. В этом смысле Франкфурт для нас важнее, там мы лучше продаем права на наши книги. Я могу сказать, что всплеск интереса к нашим книгам, мы на латышском книги продаем, на сербском, кроме более развитых рынков.

Виктор Ерофеев: Слава богу, у нас Москва подключилась. Давайте мы спросим Алексея, что он думает про книжные ярмарки?

Слушатель: Добрый вечер. Алексей Булатов. Меня называют библиофилом даже. Вы знаете, я хожу на Non/fiction чуть ли не с первого раза. Сейчас я узнал, что параллельно в этом же самом здании руками этого же Бычкова будет идти ярмарка букинистической книги. Вот действительно это так? И если это так, то какова концепция ее, кто туда пойдет?

Василий Бычков: Действительно мы расширяем свою активность на книжном рынке. И в этом году первую ярмарку антикварной книги. Это немножко разные понятия. Но, конечно, там будет и букинистическая книга. Концепция такая: собственно говоря, обозначить то, что есть рынок антикварной книги, то, что по-прежнему у нас много антикварной книги. Сейчас мода на старую книгу, но при этом рынок еще не устоялся. На этой ярмарке будет более 30 магазинов и частных собраний. То есть единомоментно можно будет посмотреть порядка 35 коллекций старых книг. Это, по-моему, уникальная возможность.

Виктор Ерофеев: Вы когда мне первый раз сказали, меня тоже потрясло. Вот видите, в России есть положительные явления. А то - ничего, все плохо. Будет настоящая коллекция антикварных книг.

Василий Бычков: И как специалисты характеризуют сегодняшнюю ситуацию: цены растут на антикварные книги, но пока это ценообразование не устоялось, поэтому кое-кому может повезти. Приходите, смотрите. Некоторые коллекционеры будут только показывать, не продавать, для того, чтобы обозначить уровень своей коллекции. Буду прижизненные первые издания Пушкина. Будут показываться книги вплоть до 12 века.

Виктор Ерофеев: Теперь про сосиски и про пиво. Я знаю о том, что вы не ограничиваетесь только Non/fiction, в следующем году вы еще готовите народное мероприятие, связанное с книгами.

Василий Бычков: Это открытый книжный фестиваль, который мы делаем первый раз тоже. Чем отличается от ярмарки? Это не ярмарка. Если Non/fiction - это в традиционном понимании выставляются издательства, показывают свои книги, которые они печатают, то здесь издательства не будут выставляться, здесь будут только разговоры. Таких фестивалей в мире много, самый известный из них Эдинбургский, что-то похожее мы хотим сделать и другие чуть-чуть задачи. Если у Non/fiction была прежде всего, в ее концепции этой ярмарки была задача расчленения рынка, обозначить, что есть что, где есть хорошая книга, а это массовая книга, а это совсем другая книга, то здесь это абсолютно демократичное мероприятие. На протяжении трех дней в десяти шатрах будут происходить те самые разговоры, дискуссии. Потому что вокруг книг очень много разговоров, и на все темы, не только по поводу книг. В десяти палатках будут происходить эти разговоры. Причем программа будет делиться ровно на две половины - одна половина для взрослых и другая половина для детей. И эта образовательная функция нам представляется очень важной. Будет сопровождать благотворительная акция на протяжении года. И мы всех призываем к ней присоединиться - сдавайте книги в библиотеки. Прочитал книжку - дай прочитать другому.

Виктор Ерофеев: Для каких библиотек - для московских или вообще?

Василий Бычков: Для московских прежде всего, потому что конкретно эта программа поддерживается московским правительством. Мы будем изготавливать экслибрисы для всех желающих. Прочитал, если у тебя какая-то часть библиотеки, которой ты не пользуешься или хочешь отдать, мы делаем экслибрис и с этим упоминанием, что был такой человек, который собрал эту библиотеку, это идет.

Виктор Ерофеев: Возрождается еще и традиция экслибрисов, что очень важно. Получается совсем не так плохо. Если что-то делается с душой, как это делает Василий Бычков и его жена, то мы все здесь в студии можем аплодировать и сказать, что вы большие молодцы. Геннадий Васильевич пишет вам, Михаил: . А Василию пишет: . Я думаю, что все с этим согласны.

XS
SM
MD
LG