Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Права человека в российской глубинке - беззаконие в квадрате


[ Радио Свобода: Программы: Права человека ]
[04-01-05]

ВедущийКарэн Агамиров

"Все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах. Они наделены разумом и совестью и должны поступать в отношении друг друга в духе братства". Статья 1 Всеобщей декларации прав человека.


Карэн Агамиров: Наша сегодняшняя тема - "Права человека в российской глубинке - беззаконие в квадрате?"

Участники передачи: в студии - исполнительный директор общероссийского движения "За права человека" Лев Пономарев, адвокат Михаил Федоров и эксперт в области межнациональных отношений Алексей Невский; по телефону из Санкт-Петербурга - председатель Санкт-Петербургского отделения правозащитной благотворительной организации "Комитет за гражданские права" Борис Пантелеев.

Великий философ, энциклопедист Востока Аль-Араби абу Наср писал: "Истинным правителем является тот, кто в искусстве, посредством которого он управляет городами, ставит целью и предметом стремление создание для себя и для остальных подлинного счастья, которое является пределом и целью искусства правления. С логической необходимостью следует, что правитель добродетельных городов должен быть самым счастливым, ибо он есть причина того, что счастье обретают жители города".

В какой мере это относится, Лев Александрович, к сегодняшним правителям России?

Лев Пономарев: Тогда они, если следовать этому выражению, должны быть самые несчастные люди в России. Но вот не замечаю я на их челе, не замечаю в выступлениях гаранта прав человека, президента Российской Федерации, в его новогоднем послании, вот этого следа несчастья, отпечатка несчастья. Мне кажется, что он должен страдать вместе с населением России, страдать, чтобы мы видели, что страдания как-то доходят до высшего руководства России, до чиновничества. А мы видим совсем другое. Мы видим, как демонстративно на наших глазах по телевизору показывают: один из руководителей, министр правительства устраивает свадьбу. Да, собственно, можно его назвать - Греф устраивает показательную свадьбу, и не где-нибудь, а в Смольном. И потом мы узнаем, что это стоило миллион рублей. А когда его в этом обвиняют, он говорит: "Да нет, это все было бесплатно".

Карэн Агамиров: Миллион долларов, насколько известно.

Лев Пономарев: Прошу прощения, да, миллион долларов, я оговорился. Вот они счастливы.

Карэн Агамиров: А несчастья, действительно, продолжаются, и такая же ситуация с правами человека. Международные правозащитные организации продолжают критиковать Россию, и эта критика усиливается. В конце прошлого года Россия была внесена в список "несвободных стран". Особо тяжелое положение - в российских глубинках, и это наша сегодняшняя тема - о грубейших нарушениях законности в глубинках.

У нас сегодня в гостях люди, которые хорошо знакомы с жизнью российской глубинки, имеют массу конкретных примеров, по каким направлениям и как нарушаются права человека в российской глубинке. Лев Александрович Пономарев возглавляет, как известно, общероссийское движение "За права человека", и 12 мая прошлого года была проведена экспедиция правозащитников города Екатеринбурга, месяц почти они ездили по Свердловской области, Курганской области, Тюменской области. И цель это экспедиции как раз была - выяснить ситуацию с правами человека в этих глубинках и обобщить этот опыт. Чем закончилась эта экспедиция, Лев Александрович?

Лев Пономарев: Они проехали по Южно-Уральскому федеральному округу. К ним на консультации обрались около 100 человек.

Город Ревда, у Кашафутдиновой сын служил в армии в Ленинградской области и "исчез по неустановленной причине" - это из официального документа, который получили родители. Это было в 2001 году. Министерство обороны и правоохранительные органы не дают исчерпывающий ответ по бесследному исчезновению сына и выдаче соответствующих документов для матери, которая воспитывает еще несовершеннолетнего сына - инвалида детства. Если бы была причина, если бы он погиб при исполнении обязанностей, за него платили бы пенсию, а государство не хочет платить пенсию. А потом всегда в армии хотят скрыть, если это произошло по вине армейского начальства.

Или вот другой случай. Супруги Метаповы, пенсионеры, родившиеся и работавшие ранее в городе Ревда, то есть в России, затем проживали несколько лет в Казахстане, более двух лет не могут получить документы по оформлению гражданства России и пенсии в установленном порядке. Они бедствуют.

Вот по зарплате дело: Фаизову с 2002 года отказывают в выплате зарплаты в 20 тысяч рублей по судебно-исполнительному производству. То есть уже он выиграл дело, уже исполнительное производство вступило в действие, - и два года ему не дают деньги.

Вы знаете, и таких более сотни обращений. Я и наши коллеги, уральский правозащитники, делаем все, чтобы все эти нарушения были устранены. Но здесь я хочу еще вот на что обратить внимание, что права сельских жителей в России, я бы сказал, дискриминируются, то есть системно нарушаются. Если взять права горожанина, несмотря на все те проблемы, с которыми горожане сталкиваются, совершенно определенно можно сказать, что существует системная проблема - нарушение прав сельских жителей. У них просто нет права на доступное образование, потому что сейчас школы закрываются, а дальше уже, с новым законом - так называемым пакетом по монетизации льгот, будут и дальше закрываться эти школы, и будет невозможно учить детей. Закрываются медицинские участки, районируются, то есть только в крупных городах будет теперь медицинское обслуживание. Поэтому ситуация ухудшается для сельских жителей. Я бы сказал, что это выживание, существование. Это голод, это ранняя смерть. И неслучайно именно в сельской местности средняя продолжительность жизни намного меньше, чем в городе.

Карэн Агамиров: У нас есть звонок. Александр из Санкт-Петербурга, здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Я слышал, что Солдатские матери хотят провести референдум по поводу отсрочек от армии. Насколько это реально сделать у нас и не ущемляются ли в этом мои права?

Карэн Агамиров: В принципе, к теме относится, да, Лев Александрович?

Лев Пономарев: К теме напрямую относится, потому что, если опять говорить о сельских жителях, известно, что в армии служат в основном сельские жители, дети сельских жителей. Мне кажется, это реальная вещь, я поддерживаю эту идею референдума, и надо просто сплотиться и провести этот референдум.

Карэн Агамиров: У нас еще звонок от Георгия, тоже из Санкт-Петербурга. Здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Конечно, у вас работы всегда будет непочатый край. Мне интересно, ведется ли какой-нибудь учет, скольким людям вам удалось реально помочь - сотням, десяткам или, может быть, больше?

Лев Пономарев: Масштаб, конечно, на тысячи и десятки тысяч по всей России.

Карэн Агамиров: Письмо пришло на днях к нам на Радио Свобода: "Здравствуйте, уважаемые работники Радио Свобода. Пишет вам житель города Новокуйбышевска Самарской области. В ноябре этого года со мной произошел курьезный случай, который я хочу рассказать вам, чтобы вы передали на весь мир, как в России производство преступников постановлено на поток. Я даже придумал название случившемуся со мной - "Троянский конь в салоне моего автомобиля".

Если коротко, ситуация такая. Человек поехал на машине на дачу, у него уже был до этого тяжелый гипертонический криз, и пока он ехал, ему стало плохо. И он отдал управление автомобилем гражданскому мужу своей дочери, который сидел рядом. Ну, и так как гражданский муж ведет машину, он вписал в страховку фамилию этого человека. Его остановила Госавтоинспекция, проверила страховой полис, сказала, что он вписал его незаконно, что это подделка документов. А он и говорить-то не может, он лежит, в салоне его жена и ведет машину этот гражданский муж. Фактически он умирает почти, то есть его в больницу везут. А госавтоинспектор говорит, что "вы подделали документы, мы вас арестовываем". Завели дело судебное, и сейчас грозит до 3 лет лишения свободы этому человеку.

Михаил Федоров: Вам нужно обратить внимание на следующее обстоятельство, необходимо привлечь внимание суда и правоохранительных органов, и стоит в письменном виде ходатайство подать: "Прошу прекратить дело, так как я действовал в состоянии крайней необходимости". Есть такое обстоятельство, исключающее уголовную ответственность, как "крайняя необходимость", то есть когда человек якобы совершает правонарушение, но вред причиненный меньше вреда предотвращенного. Если бы вы не вписали, вас бы остановил этот гаишник, долго мучил и так далее, и могли бы возникнуть тяжелейшие последствия - например, смерть ваша. Естественно, вред причиненный - вписание в ваш полис чужой фамилии, и вред предотвращенный, когда на кону ваша жизнь, - конечно, это несоразмерные вещи. И на это обстоятельство надо давить. Я думаю, это крайняя необходимость, которая исключает уголовную ответственность.

Карэн Агамиров: Дело вообще выеденного яйца не стоит, да, Михаил?

Михаил Федоров: Дело в том, что у нас сейчас очень распространены такие именно дела в системе МВД. Просто у меня волосы уже становятся дыбом, когда они для статистики дела, которые подлежат прекращению, отправляют в суд. У нас Конституция, статья 46-ая Конституции говорит о судебной защите. У каждого человека должна быть судебная защита, а тут получается, извините, что суд используется совсем с другой стороны.

Мы сейчас затронули с вами тему прав именно наших провинциальных жителей, и в самом деле, мой коллега уже сказал, что необразованность их, неспособность... Я приведу простейший пример. Недавно ко мне обращается одна клиентка, у которой сбили корову. Так вот, водитель ей "счетчик включил", она уже и двор собралась продавать, и дом, все - лишь бы он отцепился. Но после вмешательства квалифицированной помощи мы все взыскали с этого водителя. А представьте этого сельского жителя, который уже все продал.

Лев Пономарев: То есть чтобы компенсировать повреждение автомобиля?

Михаил Федоров: Да, но мы все-таки потом взыскали с него самого. Но я бы хотел еще что сказать. Дело в том, что наша судебная система - это нечто. Недавно прошел съезд судей, и у меня, скажу честно, тоже волосы зашевелились на голове. Я слышу (жена позвала) - буря оваций, хлопают. Я думаю: президент зашел. А, оказывается, они хлопают, потому что он объявил о том, что им подняли в 2-3 раза зарплату, и еще в 3 раза поднимут. Вы знаете, у меня такая возникла ассоциация. Я сам сотрудник МВД в прошлом, и если к нам, предположим, приходил прокурор, и если бы УВД все хлопало ему, - что это за прокурор тогда? Прокурор заходит, а все милиционеры вздрагивают, потому что это контрольный орган пришел. На съезде судей говорят, что, якобы, столько-то вакансий судей. Извините, пойдите в Воронежскую область и устройтесь в суд - да вы туда не попадете, вас за километр не подпустят. Я знаю многих сотрудников судов, которые секретарями работают по три срока, по четыре, чтобы их взяли судьями, - бесполезно. Либо по звонку, либо "дядя" в областном суде, либо в Верховном суде и так далее. То есть какой-то "конкурс блата" или еще чего-то возможен.

Карэн Агамиров: Что еще? Кроме блата, что еще может быть?

Михаил Федоров: Никаких доказательств конкретных нет, но я допускаю, что конкурс может и понятно чего быть.

Карэн Агамиров: Конкурс кошельков - так еще называют.

Михаил Федоров: Да. Как, например, в ГАИ тоже. Говорят: в ГАИ некому работать. Да устройтесь в Воронеже в ГАИ - я посмотрю на вас! Это просто бесполезно.

Карэн Агамиров: Но это нарушение права на труд!

Алексей Невский: Воронеж у нас - не исключение. Вот посмотрите, ведь права людей нарушаются в глубинке, в маленьких городах. Представляете, как страшно нарушаются экономические права в небольших райцентрах, где есть одно градообразующее предприятие и где все жители этого райцентра, все без исключения практически, зависят от руководителя этого предприятия. Я бы хотел поговорить о республиках, в частности - о республиках Северного Кавказа. Это тоже глубинка, это тоже провинция наша, это часть Российской Федерации, нашего единого государства. То, что случилось в Беслане, в Северной Осетии, - это как раз вскрылся тот нарыв. Длительный срок правления президента Дзасохова, бывшего члена Политбюро. При ревностных усилиях таких людей как Дзасохов в свое время развалилась страна, многие люди оказались не у дел, без домов, какие-то границы пролегли. Сейчас президент Дзасохов ездит на бронированном автомобиле, его кабинет забронирован, что можно видеть, если вы посмотрите на здание правительства республики, то есть он как бы достаточно защищен от внешних обстоятельств, защищен от своего народа. А народ что? Одна из самых высоких безработиц в России - это республики Северного Кавказа, реально самые низкие зарплаты - это республики Северного Кавказа (1000 рублей - зарплата у людей и подобные зарплаты). Не страшно ли это?

И ведь есть еще один немаловажный показатель: именно в республиках Северного Кавказа, периферийных, была значительно разрушена при содействии местной бюрократии промышленность. Тот же самый Владикавказ в республики Северная Осетия-Алания - это был крупный промышленный центр с электронной промышленностью, там были передовые производства. Не более 15 процентов мощностей сохранилось. Переориентация республиканской промышленности прошла по водочному сценарию, то есть это водочная промышленность.

Карэн Агамиров: А отсюда и безработица, естественно, да?

Алексей Невский: Да. На водочных предприятиях незначительное количество людей занято, которые разливают, заняты неквалифицированным трудом. А все квалифицированные люди, все грамотные люди уезжают из этих республик.

Карэн Агамиров: А подбор кадров как производится?

Алексей Невский: Сейчас появился новый термин, Карэн Владимирович, - "одноущельцы". Это касается не только республики Осетия, но и других республик наших. Посмотрите, что произошло с родственником президента Батыева, - ведь он совершил преступление уголовное, тягчайшее, совсем недавно, и это вызвало массовые волнения в республике. И вот эти правители, которые, как какие-то уездные князья, ханы, которые там сидят, - их не переносит народ, уже все от них устали давно. Народ молит в той же Осетии Дзасохова, чтобы он ушел, - он снимает правительство и все равно пытается остаться. Это вызовет очередной всплеск социальной напряженности, и уже просто нужно благодарить народ, который имеет такое большое, огромное терпение - при таком давлении, при такой нищете, при такой наркомании как-то держаться, сдерживаться.

Михаил Федоров: Сейчас начинает нарушаться важнейший принцип - принцип гласности. Вот я преподаю, читаю курс адвокатуры студентам, и обычно говорю: "Молодые люди, сходите в суд, послушайте, как дела рассматриваются". Они приходят и говорят: "Михаил Иванович, нас не пустили?" - "Кто?" - "Дядя в черной одежде" (судебный пристав). Нельзя ключевые принципы нарушать, а именно - касающиеся гласности. Потому что дело открытое, любой человек вправе прийти. В наше время уже до того доходит, что судьи рассматривают дела у себя в кабинетах; и, естественно, кто там еще зайдет - прокурор, адвокат и, может быть, обвиняемый поместятся.

Карэн Агамиров: Не проводятся заседания уже?

Михаил Федоров: Нет, заседания проводятся, но уже не в зале, куда любой человек может прийти. И я вообще, скажу честно, уже не помню, когда последний раз видел судью в мантии.

Лев Пономарев: Прежде всего решение Европейского суда по правам человека и Комитета ООН по правам человека, конечно, касается руководства России. И конечно, здесь прежде всего претензии не просто к каким-то анонимным чиновникам, а конкретно к президенту Путину. Он - гарант прав человека, и это его работа. Если Путин допускает выражения, типа "дяди в пробковых шлемах", которые якобы навязывают стране чуждые ценности (а права человека тоже, видимо, подпадают под чуждые ценности), то тогда возникает вот эта вот внеправовая ситуация и возможность не выполнять решения. Конечно, надежда на "творчество масс", скажем так. Надо больше писать, больше обращаться в Европейский суд, больше обращаться к правозащитникам, и мы будем обучать этим технологиям.

Карэн Агамиров: Правильно, надежду терять никогда нельзя, и люди в глубинках бьются все-таки за свои права, и очень многие добиваются. Например, суд удовлетворил иск пермяка Сергея Зверева, который потребовал компенсацию за незаконное привлечение к административной ответственности. Там суть была в том, что Зверева задержали якобы в нетрезвом состоянии с девушкой, затем препроводили в вытрезвитель, оштрафовали. Ему удалось доказать, что он ни грамма не пил в тот день, что все это было сделано незаконно. Это дело продолжалось год, вот такое маленькое дело - год! И при помощи правозащитного центра все-таки дело дошло до суда, и Ленинский районный суд города Перми вынес решение о выплате Звереву 5 тысяч рублей компенсации.

Борис Еремеевич из Санкт-Петербурга, вы большой специалист, эксперт в пенитенциарной области. Вы объездили всю страну, наверное, все эти зоны, колонии, тюрьмы, в глубинках особенно. Как там ситуация в целом обстоит? И какие регионы, какие места в глубинках наиболее неблагополучны с точки зрения соблюдения прав заключенных?

Борис Пантелеев: Наиболее неблагополучная - это Челябинская область: Например, там есть фонд "Уральская амнистия", возглавляет его Антонина Соколова, в отношении которой тоже допускаются неправомерные действия, то есть за ней открыто шпионят. По отношению к самим подчиненным по-прежнему к нам поступает информация о том, что заключенных избивают, издеваются. Пермская область, например - дело нацболов: молодым пацанам дали по 5 лет лишения свободы за то, что они... ну, вы знаете подробности.

Карэн Агамиров: Людмила Дмитриевна из Москвы, здравствуйте.

Слушатель: Имелись какие-то льготы у пенсионеров. Они, собственно, компенсировали тот уровень пенсий, нищенский уровень пенсий. А теперь лишили льгот - и опять рухнуло состояние.

Лев Пономарев: Вот несколько раз сказали "нацболы". Конечно, это один из вопиющих примеров репрессий. Осуждены 7 человек, им по 5 лет дали непонятно за что - за то, что они захватили... не захватили, а вошли в помещение Министерства здравоохранения. Но самое страшное то, что сейчас 40 молодым людям, которые вошли в приемную администрации президента, предъявляют обвинение по захвату власти, и обвинение там - от 12 до 20 лет. Вдумайтесь в это! Это, по сути дела, сталинские репрессии. Это впервые происходит, и я хочу объявить: 15 января в 15 часов на пушкинской площади будет митинг протеста, надо остановить эти репрессии!

Карэн Агамиров: И это происходит не в глубинке, а в Москве.

Лев Пономарев: Да, это происходит в Москве. И в Москве сейчас идет процесс над директором Центра-музея Сахарова Юрием Самодуровым и его сотрудниками, они обвиняются в том, что они музей предоставили художникам. Там была выставка, которая называлась "Осторожно, религия!", и эта выставка была разгромлена радикально настроенными православными, я бы назвал их даже "российским Талибаном". Они просто пришли и прутьями, краской все это запачкали и разбили. Так вот, против этих погромщиков не было возбуждено уголовное дело, суд отказался, поддержал прокуратуру, а против Юрия Самодурова было возбуждено уголовное дело, сейчас идет судебный процесс, и ему и его коллегам грозит судебный срок - до 5 лет. Кто выступает свидетелями обвинения? - Погромщики. В Москве идут идеологические процессы, и когда мы хотели найти аналог - это только суд над Даниэлем и Синявским, такой же идеологический процесс. Поэтому Россия вступила на путь репрессий.

Или в Башкирии - сейчас вернулись опять к республикам - там произошла впервые зачистка не на территории Северного Кавказа. Город Благовещенск, небольшой городок недалеко от Уфы, 60 километров, - там произошла стычка местной молодежи с милиционерами. Город был отдан на откуп милиции с 10 по 13 декабря. Обратите внимание, 10 декабря - Всемирный День прав человека. Туда вошли подразделения, во-первых, местной милиции, и ОМОН приехал из Уфы. И три дня там избивали всех, забирали и избивали всех молодых людей. Было задержано более тысячи человек, более 100 человек обратились с побоями, и у нас есть справки из медсанчасти. Через две недели министерство внутренних дел ничего не знало об этих событиях. Мы принесли эту информации - сейчас это максимально раскручивается. Сейчас там уже прокурор снят, но кто принес информацию? Не внутри МВД это чрезвычайное событие стали сами расследовать, а опять-таки подняли вопрос правозащитники.

Карэн Агамиров: Хотя представителей МВД в глубинке, особенно в республиках, по-моему, очень много, да?

Алексей Невский: Да, и это бросается сразу в глаза, что нигде людей в серой форме столько не увидишь, как особенно в республиках Северного Кавказа. И тем не менее, несмотря на огромное количество людей в серой форме, уровень преступности там крайне высок. Если, допустим, Финляндия - целая страна, там 5 миллионов живет, - там от 10 до 14 убийств в год совершается, во всей Финляндии, то в той же самой Осетии (не буду говорить про другие республики Кавказа) практически каждый день убийства, а там меньше миллиона населения. Значит, милиция неэффективна.

Лев Пономарев: А кто совершает преступления? Как раз эти люди в серых шинелях и совершают. Вот справки по Башкирии. "26 августа в городе Камертау сотрудник УБЭП, управляя автомашиной в пьяном виде, совершил наезд на военнослужащих российской армии; в результате наезда Анисимов скончался на месте, а Шарипов в тяжелом состоянии был доставлен в реанимацию", - все, дело закрыто. "16 сентября сотрудник милиции Башкирии Тухватулин Р.Г., управляя автомобилем, сбил 63-летнюю Головееву; вместо того чтобы оказать медицинскую помощь, скрылся с места происшествия", - опять-таки дело закрыто. И так далее. То есть эти люди опасны для общества.

Карэн Агамиров: Должны стоять на страже прав человека, а получается - опасны для общества. Но все-таки давайте внесем уточнение: не все.

Лев Пономарев: Конечно нет. Более того, в Башкирии нам помогают бывшие сотрудники милиции, без них мы так, достаточно эффективно, не сумели бы собрать сведения. Здесь очень важно еще, чтобы власть способствовала, вела диалог с обществом. То, что сейчас происходит, - власть замыкается сам на себя и отрывается от общества: она сама по себе, общество само по себе. И вот сейчас одна из самых грозных инициатив власти - это создание общественной палаты, где назначенцы будут выполнять роль общественных организаций, а нас в этом смысле будут все дальше отодвигать. Вот ищут национальную идею. Национальная идея совершенно очевидна - это защита прав конкретного гражданина. И можно страну поднять, если президент напрямую сказал бы: "Граждане России, я - гарант ваших прав. Жалуйтесь - мы будем расследовать каждый случай". Тогда страна встанет на ноги, я в этом уверен.

Карэн Агамиров: Граждане жалуются, пишут в администрацию президента:

Лев Пономарев: Да глохнет все! Потому что чиновники душат на самом корню, и никто не принимает решения.

Карэн Агамиров: Александр из Москвы.

Слушатель: Зависит ли будущее страны от того, сколько у нас людей в стране, ощущающих на себе эти права человека, имеющих чувство собственного достоинства и готовых умереть за это чувство и за свои убеждения?

Лев Пономарев: Александр, вы сказали блестящие слова! Я их не хочу повторять, но если слушатели вас слышали, это абсолютно блестящие и правильные слова. Поэтому только от этого и зависит будущее страны.

Карэн Агамиров: Давайте еще о конкретных нарушениях в глубинке поговорим. Вот у нас в гостях адвокат из Воронежа.

Михаил Федоров: Каждое лицо, находящееся под следствием, имеет право на неограниченное число свиданий с адвокатом, и по продолжительности тоже. Приведу пример. У нас адвокатов в Воронежской области порядка 400 человек, а в местном изоляторе города Воронежа всего лишь 3 комнаты для свиданий. Вы представьте себе, как мы можем по-настоящему оказать эти услуги. Приведу последний пример, недавний. Девочка работала в киоске, а у нас же трудовые отношения не оформляют с коммерсантами - это сплошь и рядом, кстати, это упущение государственных структур. И ее убили. А ведь тогда бы на ребенка работодатель пенсию выплачивал и так далее.

Лев Пономарев: На рабочем месте убили?

Михаил Федоров: Да, на рабочем месте. И изначально получается, что не было никаких договоров - ничего не поделаешь.

Алексей Невский: Очень многие люди так работают, очень многие, и в Москве.

Михаил Федоров: Так и надо узаконить, заставить. Есть трудовые инспекция, есть соответствующие службы - зайдите. Работать вам надо, а не просиживать в кабинетах.

Лев Пономарев: Кроме того, нужно создавать профсоюзы малого бизнеса.

Михаил Федоров: Меня всегда волнует вопрос, когда я смотрю на простого сельского жителя, - справедливость. Приведу простой пример. У нас убили судью - за убийство судьи дали пожизненное заключение. Убили старшего следователя - за него дали 18 лет. Убили работягу - дали 10 лет.

Карэн Агамиров: Это без комментариев. Борис Еремеевич, давайте будем подводить итоги и начнем с вас.

Борис Пантелеев: Хочу привести слова Бернарда Шоу: "Не власть портит людей, но люди, приходящие во власть, портят ее".

Алексей Невский: Будущее нашей страны в очень сильной мере зависит от тех людей, кто будет сознательно, организованно отстаивать свои права. И если нас будет много, если мы будем организованно, грамотно это делать, мы сможем тогда влиять и на власть, и в целом на общество.

Михаил Федоров: Я надеюсь и я верю, что все-таки каждый наш житель постепенно овладеет комплексом знаний, овладеет своими правами. И будем их добиваться и защищать, и биться за них. Нам надо это делать, иного пути нет. Иначе снова будет тоталитарный режим.

Лев Пономарев: Глубинка - это вся территория России. Мы говорили о правах человека в Уральском регионе. Мы говорили о Кавказе, о Башкирии и о Москве. Поэтому глубинка - вся территория России, и только мы с вами можем изменить ситуацию в России.

XS
SM
MD
LG