Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Менопауза


[ Радио Свобода: Программы: Наука и медицина]
[15-10-05]

Менопауза

Ведущая

Ольга Беклемищева: Сегодня мы говорим о менопаузе у женщин. Климакс в России не любят обсуждать. Может быть, в этом сказывается свойственная северным людям застенчивость, может быть, остатки патриархальных нравов. Но это приводит к тому, что катастрофически не хватает достоверной информации о том, как правильно вести себя в этот период, как к нему подготовиться, как облегчить течение климакса, и как избежать его осложнений.

Поэтому сегодня у нас в гостях Татьяна Викторовна Чеботникова, старший научный сотрудник группы Института эндокринологии Российской Академии медицинских наук. По телефону из Америки с нами, как всегда, профессор Даниил Борисович Голубев. И мы обязательно обсудим не только профилактику климактерических нарушений, но и разницу в европейских и американских подходах к заместительной гормональной терапии.

Татьяна Викторовна, для начала давайте разберемся в терминологии. Климакс, климактерий, менопауза - это одно и то же или немножко разные вещи?

Татьяна Чеботникова: Безусловно, это термины, которые характеризуют переход женщины в более старшую возрастную группу, и все те эндокринные изменения, которые происходят в женском организме, и которые вынуждена на себе ощущать женщина. И не только внутри, но и внешне она может меняться. Скорее, различия в терминах представляют интерес для специалистов. Однако менопауза - это тот возрастной период, когда заканчиваются у женщины менструации и прекращается репродуктивная функция. Климактерий - это более широкое понятие, и включает период с момента последней менструации до 65 лет.

Ольга Беклемищева: Понятно. А когда наступает вот эта последняя менструация в среднем?

Татьяна Чеботникова: В среднем в российской популяции, в московской популяции, по московским данным, наступает менопауза около 51 года. Она может наступить и раньше. Но нормальный возраст для наступления менопаузы у европейских женщин - это от 45 до 55 лет, и это является нормой. Позже чуть-чуть - это уже поздняя менопауза. И тут нужно советоваться со специалистами - норма ли это или это проблемы со здоровьем. Или если ранее 45 лет, то менопауза называется ранней. Если менопауза наступила до 45 лет - это преждевременная менопауза. И женщины, несмотря на раннее прекращение репродуктивной функции, встречаются точно так же лицом к лицу со всеми теми проблемами, которые характерны для женщин более старшего возраста.

Ольга Беклемищева: А это от чего-то зависит - от наследственности или от образа жизни женщины - когда у нее наступит менопауза?

Татьяна Чеботникова: Это собирательная, безусловно, причина. Наиболее уточненные, так скажем, подозреваемые - это генетические особенности. То есть если у вашей мамы наступила менопауза в 40 лет, то есть возможность, что у вас менопауза тоже наступит несколько раньше, чем у других женщин. Но это не гарантирует того, что вы повторите путь своей мамы, поскольку у вас еще есть наследственность, которая передается со стороны отца.

И второй момент, на который нужно обратить внимание, - это ятрогенное вмешательство, то есть различные эндокринные заболевания, не компенсированные и не леченные, которые приводят к раннему наступлению менопаузы. Например, такие как плохо компенсируемый или не контролируемый сахарный диабет первого типа, заболевания щитовидной железы. Но на этом мы сейчас останавливаться подробно не будем. А также могут быть те проблемы, которые являются важными у небольшого количества наших женщин, - это онкологические заболевания и химиотерапевтические препараты.

Ольга Беклемищева: И сейчас я хочу спросить профессора Даниила Борисовича Голубева. А есть ли какие-то особенности по наступлению менопаузы в Америке?

Даниил Голубев: По данным медицинской статистики, менопауза у американских женщин возникает в среднем в 50-летнем возрасте. Она считается преждевременной, если начинается ранее 40 лет, что может быть связано с курением, жизнью в высокогорных районах или плохим питанием. Показано, что у курящих женщин месячные заканчиваются примерно на три года раньше, чем у некурящих. За последние годы количество курящих в США существенно уменьшилось, и в целом в Америке курящих женщин намного меньше, чем в Европе, и, по-видимому, в России. Тем не менее, влияние курения на время наступления менопаузы отчетливо прослеживается, и один из первых вопросов, которые задает врач женщине при первом визите, касается этого пристрастия.

При оценке сроков возникновения менопаузы американские врачи придают важное значение также наследственному фактору, поскольку менопауза у женщины наступает примерно тогда же, когда и у ее матери, и бабушки.

Симптомы менопаузы варьируют от самых незначительных до очень серьезных, и они однотипны во всех странах. Наиболее тяжелые последствия менопаузы связаны с сердечно-сосудистой патологией, вплоть до возникновения инфарктов и инсультов. У 25 процентов женщин в постменопаузный период регистрируются острые проявления остеопороза, и нередко возникают переломы костей. Наибольшему риску в этом отношении подвержены женщины, злоупотребляющие алкоголем, курением, а также длительно принимавшие кортикостероиды. Смерть и инвалидность среди женщин в постменопаузном периоде достаточно часто становится следствием остеопороза и патологических переломов, хотя в США весьма успешно и в большом объеме осуществляется хирургическое лечение этих поражений, в частности переломов шейки бедра.

Ольга Беклемищева: Спасибо, Даниил Борисович.

Татьяна Викторовна, какие же все-таки признаки наступления климакса?

Татьяна Чеботникова: Первое, на что должна обратить внимание каждая женщина, - это нарушение привычного интервала между менструациями. Как правило, начинаются задержки. То есть менструации не сразу прекращаются: более регулярные менструации закончились - и на этом поставлена точка. Нет. Как правило, в течение нескольких лет начинает удлиняться интервал между менструациями. И это может быть самым первым и самым верным признаком наступления менопаузы.

Климактерический синдром развивается не у всех женщин. То есть характерные, типичные для нас признаки, вот то, о чем мы прекрасно с вами знаем, - это приливы, это чувство потливости, чувство жара...

Ольга Беклемищева: Раздраженность.

Татьяна Чеботникова: Да... их испытывают около 60-70 процентов женщин европейского воспитания, то есть традиционного европейского мировоззрения.

И совершенно поразительная вещь. Когда исследователи, которые использовали заместительную гормональную терапию, проводили исследования в Японии, они столкнулись с тем, что японские женщины, в принципе, не знают слова . То есть у японской женщины традиционного воспитания климактерий ассоциировался с усталостью, болями в спине, но никаких приливов женщины не испытывали. Однако те же самые женщины японского происхождения, которые воспитывались в Америке, ощущают почти в таком же количестве... ну, чуть, может быть, поменьше распространенность приливов у женщин соответствующего возраста японского происхождения.

И совершенно поразительный факт. Например, женщины африканского племени Яруба эти приливы, связанные с наступлением менопаузы, ассоциируют с проявлением малярии, и совершенно не соотносят это с проявлениями климакса.

А, например, женщины центральноамериканского племени Майя, в принципе, не испытывают проявлений климакса и климактерического синдрома, несмотря на все те гормональные показатели, характерные для белых женщин европейского происхождения.

Ольга Беклемищева: И чем это объясняется, еще не понятно, да?

Татьяна Чеботникова: Это объясняется различием отношения к менопаузе и восприятием менопаузы. Наше традиционное европейское восприятие менопаузы... к сожалению, менопаузу воспринимают как период угасания, потерь каких-то, расставания с чем-то. И в Европе традиционное понятие о наступлении менопаузы даже связывалось с каким-то интеллектуальным угасанием.

А на самом деле это совершенно не так. Те женщины, которые ближе к природе, они менопаузу испытывают как облегчение, как уход от проблем, связанных с репродуктивным периодом, связанных с рождением детей, период свободы и открытости ощущений интимных отношений. Соответственно, и отношение будет к переходному периоду совершенно разным у разных народностей.

Ольга Беклемищева: Интересно. То, что вы сказали о каких-то национально-культурных особенностях, это, наверняка, очень верно. Потому что я встречала много женщин, которые относились к своей зрелости с энтузиазмом, и которые прекрасно выглядели и очень бодро себя чувствовали и вели, так они говорили, что , когда как раз можно заняться и карьерой, и личностным ростом, и многим-многим другим. И есть женщины, которые действительно складывают крылья, опускают их. И надо сказать, что они гораздо быстрее старели, чем те, которые сохранял вот такую динамичность в характере. Наверное, это то, что называется кортикально зависимая ситуация.

Татьяна Чеботникова: Я думаю, что те женщины, которые сохраняют интерес к жизни, они не только сохраняют внешнюю привлекательность, но они сохраняют, прежде всего, и внутреннюю привлекательность. У всех нас есть примеры перед глазами таких великих актрис, как Дайана Росс, например, Лайза Минелли, которые и в зрелом возрасте сохраняют привлекательность, жажду жизни и интерес к жизни. И они остаются кумирами для многих миллионов не только наших соотечественников, но и для всего мира.

И наша задача - помочь женщине в менопаузе ощутить прилив новых сил и сохранить привычное качество жизни, вот то, к чему женщина привыкла, помочь ей продолжать оставаться привлекательной, социально активной, сохранять интерес к жизни и радость в глазах. Это то, что совершенно реально сделать на нашем современном уровне развития медицины. Мы знаем многие вещи, которые позволят сохранить женщине тот образ жизни, к которому она адаптирована.

Ольга Беклемищева: И мы, конечно, это пристально обсудим.

Но вот я сейчас хотела бы вас попросить кратко рассказать именно о физиологической основе климакса. Что происходит внутри организма? Почему у женщины так все меняется?

Татьяна Чеботникова: Женщина - это уникальное совершенно существо. То есть это единственное существо женского пола, у которого наступает менопауза. То есть ни у одного вида животных менопауза не наступает, это характерно только для человеческого рода, исключительно для человеческого рода.

И что происходит в этот момент. Происходят разительные эндокринные перемены. Заканчивается запас... фолликулярный пул в яичниках - и женщина теряет способность становиться матерью. Но она продолжает жить и сохранять социальную активность. Происходят поразительные эндокринные перемены. Уменьшается количество женских половых гормонов в организме, и женщина, адаптированная к прежнему уровню половых гормонов, начинает ощущать их нехватку. Причем иногда эта нехватка ощущается настолько остро, что это мешает жить, мешает спать, мысли концентрируются на одном. То есть это постоянные приливы, это постоянный раздражитель в голове: .

Но это состояние - это не повод для того, чтобы опустить руки, сложить крылья и потонуть в жизненном потоке. Ни в коем случае. Это повод для того, чтобы обратиться к специалисту, который поможет решить эти проблемы.

Ольга Беклемищева: То есть все органы и системы, привыкшие жить под контролем женских половых гормонов у женщины, должны научиться обходиться без них. Логично, что когда гинекологи исследовали способы улучшения состояния переходного периода, обратились к идее ввести недостающие гормоны в женский организм. И о том, как развивались события дальше, мы и поговорим.

А сейчас я хочу спросить у профессора Голубева, есть ли какие-то специфические особенности течения и лечения климакса в США?

Даниил Голубев: Как известно, все симптомы менопаузы связаны со снижением концентрации в организме женщины трех гормонов - эстрогена, прогестерона и тестостерона. Замещение недостатка гормонов не только облегчает и устраняет неприятные симптомы менопаузы, но и значительно уменьшает риск остеопороза.

С начала 80-х годов заместительная гормонотерапия заняла ведущее место в лечении тяжелых проявлений и осложнений менопаузы. Миллионы женщин широко и в течение многих лет использовали соответствующие гормональные препараты, что самым существенным образом отразилось на сроках сохранения ими активной жизнедеятельности, работоспособности и внешней привлекательности.

Однако несколько лет тому назад FDA и Американская Медицинская Ассоциация выступили с рядом официальных установлений, резко ограничивших практику применения гормональных препаратов в связи с получением данных о том, что применение эстрогенов увеличивает риск и развития рака шейки матки, и, в некоторой степени, рака молочной железы.

В настоящее время эстрогены в комбинации с прогестероном для женщин, не перенесших гистероктомию, применяются, но сугубо индивидуально, с большой осторожностью и с учетом наследственной предрасположенности к злокачественным новообразованиям. Лечение сочетается с постоянным специальным контролем над состоянием здоровья женщины с помощью маммографии и лабораторного теста Папаниколау. Если эстроген для лечения категорически противопоказан, используется препарат Клонидин.

Все эти обстоятельства обусловили интереса к натуральным веществам, содержащимся в пищевых продуктах, которые могут заменить синтетические лекарства и гормоны для предупреждения и лечения осложнений менопаузы, то есть к так называемым фитоэстрогенам. Наиболее изучены два вида фитоэстрогенов - лигнины и изофлавоны. Лигнины содержатся в зернах, льняном семени, фруктах, овощах; изофлавоны - в соевых бобах и других бобовых.

В качестве аргументов в пользу применения фитоэстрогенов при менопаузе женщин послужило наблюдение, что азиатские женщины, которые употребляют много пищи, содержащей сою, богатую фитоэстрогенами, страдают меньше от постменопаузных осложнений. Пропаганда фитоэстрогенов способствовала популяризации продуктов из сои.

Для профилактики остеопороза используют препараты кальция с витамином D. Для лечения остеопороза с 1995 года в США активно используется препарат , тормозящий деятельность остеокластов, разрушающих костную ткань, а в последние годы еще и препарат , активирующий остеобласты - клетки, синтезирующие костную ткань.

Важную роль в лечении и предупреждении осложнений менопаузы играет общее состояние здоровья женщины, контроль над уровнем кровяного давления, профилактика ожирения и диабета, отказ от курения и алкогольной интоксикации, повышение физической активности и всесторонняя профилактика стрессовых реакций. Вот это последнее совсем непросто осуществить в наше время, насыщенное войнами, угрозами террора и гриппозных пандемий, а также непрекращающимися природными катаклизмами.

Ольга Беклемищева: И вот мы подошли к ключевому вопросу: заместительная гормональная терапия - за и против. Насколько мне известно, все-таки у европейских и российских эндокринологов и гинекологов несколько другой взгляд на допустимость заместительной гормональной терапии. В чем он состоит? И чем вызвана эта разница?

Татьяна Чеботникова: Здесь есть позиция следующая. Американские исследователи используют в качестве источника эстрогенов конъюгированные эстрогены - так называемые эстрогены, которые получают из мочи жеребых кобыл, конские эстрогены. Европейская позиция в корне отличается. Европейские производители, европейские врачи используют исключительно аналоги натуральных эстрогенов, то есть не то что аналоги, а это натуральные эстрогены, которые полностью идентичны тем, которые производятся собственно в яичниках женщины. И химически они ничем не отличаются друг от друга. Безусловно, эта позиция более приемлема для меня и для европейских исследователей, поскольку более 20-ти метаболитов эстрогенов, которые попадают в организм женщины при введении конских эстрогенов, могут давать непредсказуемую реакцию, некоторые из них, пути их метаболизма не изучены. А то, что происходит с натуральными эстрогенами, мы уже достаточно хорошо изучили. Поэтому с точки зрения безопасности вывод очевиден: н атуральные эстрогены - это совершенно обосновано.

Заместительная гормональная терапия в Европе применяется достаточно широко и очень много лет. То есть синтезированы были женские половые гормоны еще в 40-х годах. И американский исследователь предложил их использовать для лечения остеопороза. Потом наши взгляды менялись с течением времени, точки зрения приходили другие, мы узнавали больше о возможностях терапии. И стали говорить не о лечении остеопороза, а о профилактике остеопороза эстрогенами.

Но последние клинические рекомендации Европейского общества по менопаузе и андропаузе говорят о том, что заместительная гормональная терапия является средством лечения остеопороза, постменопаузального остеопороза. То есть мы вернулись к тому, от чего мы уходили.

Ольга Беклемищева: Сделали круг. Точнее, спираль на некотором новом уровне.

Татьяна Чеботникова: Безусловно. Но лекарственные средства - это не единственный фактор, который может повлиять на кость. Также у нас очень широко распространен тот же самый , как и в Америке, который с успехом применяется, который относится к другому классу препаратов. Но прежде всего это лечение климактерического синдрома, и уже новое показание - качество жизни.

Ольга Беклемищева: Качество жизни - это действительно несколько новый подход. В принципе, я о нем услышала лет 10 назад, а как-то активно он стал обсуждаться совсем недавно, когда люди сделали открытие, что совершенно не обязательно мучиться там, где можно этого избежать. Но все равно можно понять людей, которые побаиваются гормональной терапии, подозревают, что это может спровоцировать какие-то другие заболевания. Тем более, к сожалению, результаты американских исследований стали широко известны в немедицинской среде.

То есть что можно возразить тем людям, которые побаиваются гормональной терапии?

Татьяна Чеботникова: Мы говорим о заместительной гормональной терапии не как о полной имитации функций яичников, мы говорим о минимальной дозировке женских половых гормонов, которые позволяют добиваться эффекта и не создавать проблем при этом. Содержание в препаратах женских половых гормонов гораздо ниже, чем то, которое создается при работе яичников в ходе репродуктивного цикла, в репродуктивном периоде у женщин.

Что касается онкологических заболеваний, то есть то, что нам нужно с вами знать. Если бы эстрогены были причиной развития раков разнообразной локализации, то четко была бы видна взаимосвязь. Девушка вступила в пубертат, у нее началось половое развитие, начали работать яичники - и кривая заболеваемости разнообразными онкологическими заболеваниями пошла вверх, гормональная зависимость рисков должна была бы увеличиться.

Ольга Беклемищева: Но это не так.

Татьяна Чеботникова: Но что мы видим в реальности? Это прямо противоположная картина. Заканчиваются менструации, наступает менопауза, проходит 15-20 лет - и вот тогда-то мы и видим рост заболеваемости онкологическими заболеваниями. То есть парадокс: эстрогенов нет, а рак возрастает.

Ольга Беклемищева: И значит, эстрогены, в принципе, не виноваты, да?

Татьяна Чеботникова: Эстрогены - это не причина развития онкологических заболеваний. Они могут участвовать в качестве наиболее востребованного или очень востребованного гормона, который присутствует в крови наших женщин, и присутствует и в менопаузе, в том числе...

Ольга Беклемищева: Так же как и многие другие гормоны, да?

Татьяна Чеботникова: Безусловно, они принимают на определенных этапах участие, но они не являются первопричиной развития заболевания. Как и у женщин, которые получают заместительную гормональную терапию, у какого-то небольшого числа могут быть злокачественные заболевания, безусловно, так и у тех женщин, которые не получают ничего, но также имеют злокачественные заболевания.

Ольга Беклемищева: А сейчас с медицинскими новостями от Евгения Муслина вас познакомит Марк Крутов.

Что важнее для укрепления сердца и сосудов и для предотвращения кардиологических болезней - продолжительность или интенсивность физических упражнений? Такой вопрос поставили себе исследователи во главе с доктором Брайаном Дусча из Медицинского центра Университета Дюка в Северной Каролине. Чтобы найти ответ на этот вопрос, доктор Дусча и его коллеги отобрали примерно 150 мужчин и женщин с повышенным уровнем холестерина в крови, ведущих сидячий образ жизни, и разбили их на подгруппы. Одна подгруппа продолжала жить, как обычно, другая совершала пешеходные прогулки суммарной протяженностью 20 километров в неделю, третья подгруппа - суммарной протяженностью 30 километров, и четвертая подгруппа бегала трусцой по 20 километров в неделю. Такие тренировки продолжались в течение 9 месяцев. Проверка показала, что у всех активных участников физическая форма улучшилась: они стали выносливее, и пик потребления кислорода у них повысился. При этом 30 километров в неделю дали лучшие результаты, чем 20 километров, но бег трусцой к ним уже ничего не прибавил. .

Раннее обнаружение и лучшие методы лечения рака груди позволяют сегодня двум третям больных во Франции, Швейцарии и скандинавских странах оставаться в живых спустя более 20 лет после первоначальной постановки диагноза. Сейчас к этому списку прибавилась и Великобритания. , - заявил лондонский онколог профессор Майкл Колман. Профессор Тони Хауэлл из манчестерской больницы назвал подобные данные . А новые методы лечения с использованием, например, ароматических ингибиторов, подавляющих синтез эстрогена, обещают повысить выживаемость больных еще больше.

Рыбные блюда хотя бы раз в неделю замедляют негативные возрастные изменения мозга, тогда как ожирение в среднем возрасте удваивает риск старческого слабоумия. К таким выводам пришли американские и шведские исследователи. Шестилетние наблюдения, проведенные Мартой Клэр Моррис и ее сотрудниками из Медицинского центра в Чикаго, показали, что жирные кислоты Омега-3, содержащиеся в рыбе, улучшают работу мозга и снижает риск инсультов. , замедляют старение мозга на 10-13 процентов, что эквивалентно его омоложению на 3-4 года>. В другом исследовании, опубликованном в том же журнале, шведские медики из Каролинского института в Стокгольме, пишут, что такие факторы, как ожирение, гипертония и высокое содержание холестерина в среднем возрасте, удваивают риск слабоумия в старости. Наличие всех трех факторов повышает риск шестикратным образом. Подобные выводы исследователи подтвердили обработкой историй болезней 1,5 тысяч человек, наблюдения за которыми велись более 30 лет, начиная с 1972 года.

Ольга Беклемищева: И мы возвращаемся к нашей теме. Я напомню нашим слушателям, что разница американского и европейско-российского подхода к заместительной гормональной терапии состоит в том, что европейские и российские медики пользуются другими видами гормонов для заместительной гормональной терапии, полученными синтетическим путем из сырья растительного происхождения.

Кроме того, исследование, которое насторожило эндокринологов и гинекологов по части заместительной гормональной терапии, проведенное в Америке, оно касалось женщин высокого возраста. Средний возраст, как мне сказали, был 67,5 лет. То есть это уже далеко не климакс. А заместительная гормональная терапия имеет отношение, прежде всего, как сказала Татьяна Викторовна, к женщинам от 45 до 55 лет.

И сейчас показания к ней и правильный подход к заместительной гормональной терапии мы с Татьяной Викторовной и обсудим. Но от себя могу сказать, что женщины, которые к ней прибегают, выглядят, конечно, гораздо лучше.

Итак, Татьяна Викторовна, у вас в Центре достаточно много пациентов, которые лечат тяжелый климактерический синдром. Как вы подбираете им терапию? Какие им нужно проходить анализы? Какое должно быть наблюдение за такими пациентами?

Татьяна Чеботникова: Безусловно, первое, что мы обсуждаем с пациенткой, - это то, какие именно проблемы ее беспокоят. По меткому выражению известного русского доктора Боткина, который говорил, что , есть очень образное выражение: . Все женщины, которые к нам приходят, они имеют разные проблемы, хотя эти все проблемы могут быть обусловлены дефицитом женских половых гормонов.

Итак, первое - мы должны определиться, что именно приоритетно для данной женщины, что именно приоритетно для той женщины, которая сидит перед нами. И вторая часть нашего общения заключается в том, чтобы порекомендовать необходимый минимум исследований для того, чтобы убедиться, что у нее нет противопоказаний к данному виду терапии.

Ольга Беклемищева: И какие это виды исследований?

Татьяна Чеботникова: Прежде всего - это ультразвуковое исследование органов малого таза. То есть это стандартно, и мы должны исключить ту или иную гинекологическую патологию, которая может оказаться лимитом для назначения заместительной гормональной терапии.

Ольга Беклемищева: Это, прежде всего, миомы?

Татьяна Чеботникова: Скорее, это не миомы, а скорее, это опухоль или онкологические заболевания, которые уже могут существовать у данной пациентки, и о которых она может не подозревать. Мы должны быть уверены в том, что женщина здорова, что заместительная гормональная терапия здесь будет приносить исключительно пользу и эффект, который мы ожидаем от женских половых гормонов.

Второе исследование - это маммография. То есть мы тоже должны убедиться в отсутствии заболеваний, которые являются противопоказаниями, молочной железы у женщины, которая к нам обратилась по поводу заместительной гормональной терапии.

Ольга Беклемищева: Это только узелки рака молочной железы или, может быть, фиброаденомы тоже являются...

Татьяна Чеботникова: Скорее, и узловые формы - это фиброаденомы, то есть те опухоли, которые обладают способностью к росту. И женские половые гомоны здесь могут этот рост потенцировать.

Ольга Беклемищева: Я обращаю внимание наших слушателей на то, что на самом деле, по критериям Всемирной организации здравоохранения, после 50 лет любой женщине желательно, крайне желательно раз в год проходить обследование на маммографе для того, чтобы провести первичную диагностику каких-то раковых изменений. И если вы пройдете эту диагностику при назначении заместительной гормональной терапии - это только плюс. Потому что все это может быть обнаружено в любой момент.

Татьяна Чеботникова: Безусловно. Если есть желание и вы занимаетесь самопальпацией, то есть это тот метод, который должен, безусловно, использоваться каждой женщиной дома, и сравнить результаты с маммографией, то если есть какое-то образование, то при маммографии размер образования, которое мы увидим, он будет менее сантиметра. Образование, которое вы можете обнаружить в груди самостоятельно, превышает 2 сантиметра. То есть вывод очевиден: самопальпация не исключает маммографию. Раз в год или раз в два года при отсутствии заместительной гормональной терапии абсолютно нормальной молочной железе она абсолютно необходима. Это мощнейший фактор, который позволяет сохранить наше здоровье и увеличить продолжительность жизни - своевременная маммография и обнаружение образования в молочной железе.

Ольга Беклемищева: А если человек живет не в городе-миллионнике, с ограниченным доступом к маммографу, какие-то альтернативные методы могут позволить провести раннюю диагностику рака молочной железы?

Татьяна Чеботникова: Маммография, наверное, здесь будет . И все-таки мы достаточно уже развитая страна для того, чтобы в любом, даже небольшом районном городке иметь специальное рентгеновское оборудование для проведения маммографии. Это не уникальное исследование, оно вошло прочно в наш быт. И можно быть уверенным в том, что вы всегда сможете получить направление на это исследование и всегда сможете его провести.

Ольга Беклемищева: Ищите - и обрящете, уважаемые женщины. В конце концов, о себе нужно заботиться.

Итак, вот человек прошел эти первичные исследования - УЗИ, маммографию...

Татьяна Чеботникова: Это еще не все. А также нам необходим биохимический анализ крови - это функции печени, насколько адекватно работает печень, то есть нет ли тяжелых нарушений функций печени, например, острых гепатитов. Также коагулограмма - то есть это показатель свертывающейся системы крови. Поскольку женские половые гормоны в период инициации приема могут повлиять на свертывающуюся систему, мы должны быть уверены в том, что здесь все в порядке, что женщина может начать спокойно, свободно и уверенно заместительную гормональную терапию. И в результате мы будем иметь только положительные эффекты.

Поэтому проведя данные исследования, мы можем в дальнейшем уже обсуждать, что делать дальше и какие препараты из того огромнейшего арсенала, который у нас есть на рынке, который, к счастью, сейчас может быть использован для лечения климактерических расстройств, он имеется у наших докторов.

Ольга Беклемищева: То есть на самом деле спектр выбора этих препаратов очень широк. А от чего сам выбор зависит? Почему одной женщине показано то, а другой - другое? Какие группы женщин можно выделить и соотнести с группами препаратов?

Татьяна Чеботникова: Я бы хотела сначала еще сказать о том, что существуют вообще три группы женщин в менопаузе. Первая группа женщин - это те женщины, которым показана заместительная терапия, да, мы уверены в этом. Вторая группа - где есть абсолютное показание. Например, это преждевременная менопауза, это ранний климакс, это все те изменения, которые наступают у женщин более молодого возраста, чем в среднем наступает менопауза.

Ольга Беклемищева: И в этом случае обязательно должна быть проведена заместительная гормональная терапия?

Татьяна Чеботникова: Безусловно. Иначе риски заболеваний, связанных со старением, будут у этих женщин крайне высоки. То есть раннее наступление менопаузы без заместительной гормональной терапии будет увеличивать, например, риск развития сердечно-сосудистых заболеваний на 1,05 процента. То есть это может быть тем пунктом, который заставит обратиться нашу леди с преждевременным выключением функции яичников к врачу для того, чтобы обсудить - а что же мне делать дальше, как мне быть с собой?

Ольга Беклемищева: Потому что, еще раз обращаю внимание наших слушательниц, сердце и сосуды - это тоже те органы, которые привыкли в течение нашей жизни работать под контролем женских половых гормонов. И когда их становится мало, естественно, риск нарушения сердечно-сосудистой деятельности растет, пока они не привыкнут обходиться без них.

Татьяна Чеботникова: Вторым моментом, на который нужно обратить внимание, будет то, что женщина более молодого возраста с меньшим стажем менопаузы будет получать большую дозировку гормональных препаратов, то есть, может быть, 2 миллиграмма. Если же женщина имеет достаточно длительный стаж употребления заместительной гормональной терапии, она имеет право, и врач обязан ей предложить снижение дозировки заместительной гормональной терапии, например, с 2 миллиграммов переходим на 1 миллиграмм эстрогена, и это вполне адекватная дозировка, которая позволяет решить те же самые проблемы. То есть тем старше женщина, тем меньше дозировка препаратов эстрогенов в той упаковке, которую она носит с собой.

Ольга Беклемищева: То есть фактически гинекологи-эндокринологи идут следом за природой, только они несколько растягивают этот период привыкания к уменьшению дозы гормонов внутри организма.

Татьяна Чеботникова: Безусловно. Мы адаптируем женщину к переходному периоду, и не позволяем резким изменениям жестко менять какие-то позиции в жизни женщины. То есть мы не меняем привычный образ жизни женщины и позволяем ей оставаться самой собой в этой ситуации.

Ольга Беклемищева: И у нас слушатель на линии - это Елена из Петербурга. Здравствуйте, Елена.

Слушатель: Добрый день. Я с 1936 года рождения. В 1964 году мне удалили щитовидку. А в 1971 году удалили матку и придатки. Сейчас мне почти 70 лет. Единственное мое мучение - это приливы, приливы в жару просто невыносимые. А когда холодно, я их не замечаю обычно, ну, чуть-чуть, особенно потливость лица. И я вам должна сказать, что если бы не это, то я себя прекрасно чувствую. И я бегаю легко, и давление 180 на 120, но я его не чувствую, и не унываю по этому поводу. Правда, не лечусь и к врачу не обращаюсь. Поругайте меня. И скажите, что мне делать.

Ольга Беклемищева: Спасибо, Елена. Я не думаю, что наша задача вас ругать. Каждый сам решает для себя...

Татьяна Викторовна, на ваш взгляд, при таком анамнезе, чем может быть вызвана повышенная потливость и приливы?

Татьяна Чеботникова: Здесь может быть два фактора, безусловно. Во-первых, это сам дефицит женских половых гормонов. Но здесь нужно было бы спросить у самой Елены, когда возникли приливы - либо сразу после операции, либо чуть позже.

Ольга Беклемищева: Сразу после операции.

Татьяна Чеботникова: Тогда это связано с дефицитом половых гормонов. И надо сказать ей следующее, что она не одинока. Почти 17 процентов женщин будут испытывать долгие годы тяжелый климактерический синдром. То есть не факт, что он пройдет через несколько лет после прекращения менструаций. 17 процентов женщин будут испытывать все климактерического синдрома долгие годы своей жизни.

Ольга Беклемищева: Бог мой, какая несправедливость!

Татьяна Чеботникова: Да, женщины и здесь тоже ощущают себя не обойденными природой. Дело в том, что если не назначена своевременно заместительная гормональная терапия, то в 70 лет я, безусловно, не буду рисковать и рекомендовать заместительную гормональную терапию. Здесь свою роль могут сыграть селективные ингибиторы обратного захвата серотонина - вот то, о чем говорил наш коллега из Америки. Это тот же самый Клонидин. Это может помочь решить все наши проблемы.

Но Елена сказала нам, что у нее была удалена щитовидная железа. И здесь вопрос об адекватности компенсации гипотиреоза, развившегося после самой операции. Если доза слишком велика, пациентка может испытывать точно такие же комплексы, точно такие же проявления избыточного количества тиреоидных гормонов, принимаемых в таблетках, как и при климаксе.

Ольга Беклемищева: То есть на самом деле ее приливы могут быть как из-за того, что у нее удалена железа, так и из-за того, что у нее постклимактерический период?

Татьяна Чеботникова: Из-за того, что она может принимать избыточное количество гормонов в качестве заместительной терапии. И не из-за того, что удалена железа, а из-за того, что она может принимать избыточное количество гормонов в качестве заместительной терапии. Но это решается очень легко - делается простое гормональное исследование тиреотропного гормона гипофиза, с которым, наверняка, Елена знакома. И не лишним будет у женщины в переходном периоде, после 50 лет, иногда все-таки проводить такое исследование, хотя бы раз.

Ольга Беклемищева: Ну что ж, Елена, мы вам от души сочувствуем, и советуем все-таки как следует пообщаться с вашим эндокринологом, который, конечно, вас лучше знает.

И мы возвращаемся к нашей теме. Вы сказали, что есть три группы женщин. Одни - это те, которым гормональная заместительная терапия показана. Другие - это те, которым крайне показана - с ранним началом менопаузы. А третьи, очевидно, - это те, которым она противопоказана.

Татьяна Чеботникова: Есть группа женщин, безусловно, которым она абсолютно показана. Те, у которых есть и . То есть мы должны каждый раз взвешивать существующие показания или существующие нюансы, которые нас могут ограничить в выборе заместительной гормональной терапии, как метода лечения.

И третья группа женщин, которым она абсолютно противопоказана. То есть это, например, те больные, у которых были инфаркты, например, в анамнезе, или же те больные, у которых были тромбоэмболии или гормонально зависимые раки. То есть это те больные, которым стоит избегать назначения заместительной гормональной терапии.

Исходя из того, что мы всех женщин принципиально делим на эти три группы, в дальнейшем мы можем проще уже смотреть. Пациентка, которая сидит перед нами, имеет право сказать, какие основные позиции ее беспокоят, что ее беспокоит в состоянии своего здоровья, и что бы она хотела, прежде всего, на какие точки она бы хотела обратить внимание врача.

Ольга Беклемищева: А в основном у ваших пациентов какая именно основная жалоба?

Татьяна Чеботникова: Основных жалобы две - это климактерические расстройства...

Ольга Беклемищева: Какие именно?

Татьяна Чеботникова: Это приливы, прежде всего.

Ольга Беклемищева: Это самое мучительное в этом случае.

Татьяна Чеботникова: Это то, что не оставляет пациентку ни на секунду, и она нуждается абсолютно в помощи врача.

И вторая причина - это нежелание меняться с возрастом. То есть это привычное качество жизни и желание сохранить себя молодой и очаровательной.

Ольга Беклемищева: А это возможно.

И у нас следующий слушатель - это Лидия Александровна из Москвы. Здравствуйте, Лидия Александровна.

Слушатель: Доброе утро. У меня вопрос, который касается моей внучки. У нее еще не климакс, ей только 18 лет. Но у нее до сих пор отсутствует менструация. Это очень опасно?

Ольга Беклемищева: Спасибо.

Татьяна Чеботникова: Я думаю, Лидия Александровна, ваша внучка... 18 лет - это уже тот случай, когда девушка должна иметь самостоятельные менструации, регулярный менструальный цикл, безусловно. Вам нужно взять свою внучку за руку и привести ее к гинекологу-эндокринологу. Например, в Эндокринологический научный Центр, где существует мощнейшее отделение репродукции. И это, безусловно, основание для серьезного обследования вашей девочки.

Ольга Беклемищева: Так что, Лидия Александровна, не теряйте время.

И возвращаясь к основным жалобам. Вот нежелание менять привычный образ жизни - очень хорошо понимаю. Мучительные переживания по поводу самого климакса. И что же нам даст вот эта заместительная гормональная терапия, правильно подобранная, конечно?

Татьяна Чеботникова: Безусловно, если женщина согласна принимать препараты, прием достаточно длительный, и нужно сразу ориентировать женщину...

Ольга Беклемищева: Насколько длительный?

Татьяна Чеботникова: Как правило, это несколько лет. Причем визиты должны быть повторные ежегодно к врачу, для того чтобы убедиться в том, что все протекает нормально, ситуация контролируется, все под контролем, и врач, и сама женщина могут быть спокойны до следующего визита.

Ольга Беклемищева: А в чем заключается этот контроль?

Татьяна Чеботникова: Это очень хороший вопрос. Ежегодно мы должны делать мазок на онкоцитологию, о котором я забыла упомянуть изначально, ультразвуковое исследование органов малого таза, маммографию и биохимический анализ крови. Вот это все то, что необходимо для того, чтобы убедиться, что все протекает хорошо, и мы можем быть спокойны в отношении женщины, получающей заместительную гормональную терапию.

Затраты временные и ощущения женщины, которая чувствует себя сохранно, привлекательно, очаровательно, они совершенно несоизмеримы.

Ольга Беклемищева: Но вот то, что вы перечислили, это входит, условно говоря, в государственную программу гарантий? То есть это можно получить в обычной женской консультации?

Татьяна Чеботникова: Безусловно, можно получить в женской консультации. Однако врачи женской консультации с большей осторожностью относятся к назначению заместительной гормональной терапии. То есть они не привыкли работать с этим методом лечения. Безусловно, не все. Но если вы не находите понимания у врача в женской консультации, всегда есть специалисты диспансерного уровня или же специалисты городского уровня. Можно обратиться в наш Эндокринологический научный Центр, например, в Школу , где мы работаем с пациентками, проводя обучающие программы, для того чтобы получить максимально доступную информацию.

Ольга Беклемищева: То есть, уважаемые женщины, в принципе, все, что от нас требуется, - это немножко больше, чем мы привыкли, ценить собственное здоровье и собственную привлекательность и не жалеть времени, в общем. Как говорит Татьяна Викторовна, это же не так много времени занимает.

Но вот вы говорили о том, что 17 процентов женщин все равно будут испытывать вот эти приливы. Это на фоне гормональной терапии?

Татьяна Чеботникова: Безусловно, заместительная гормональная терапия является оптимальным средством для лечения климактерических расстройств, в первую очередь это приливы. И 17 процентов женщин...это если мы не даем заместительную гормональную терапию, они только в этом случае могут испытывать подобные расстройства.

Ольга Беклемищева: То есть можно сказать так, что заместительная гормональная терапия, правильно подобранная, гарантирует прекращение вот этих приливов?

Татьяна Чеботникова: Если же женщина продолжает испытывать расстройства, то это является поводом для обращения к врачу-эндокринологу для исключения эндокринных заболеваний. То есть это может быть сочетание и климактерического периода, и климактерических расстройств, и, например, заболеваний щитовидной железы. У нас не все так просто. Все неоднозначно.

Ольга Беклемищева: Понятно. Ну, женщина - это загадка во многих отношениях, и, наверное, в медицинских тоже.

А какие-то есть необходимые элементы дополнительные для того, чтобы проводить профилактику дальнейших расстройств во время климактерического периода? Ну, я имею в виду остеопороз, нарушение сердечно-сосудистой деятельности и так далее.

Татьяна Чеботникова: Оптимальный вариант для того, чтобы решить проблемы с костной системой, - это достаточная физическая нагрузка, правильный образ жизни (я не буду на нем останавливаться, поскольку мы прекрасно знаем, что включается в это понятие), и достаточный прием препаратов кальция. То есть мы должны получать его либо с молочными продуктами, либо принимать препараты кальция. Оптимальный вариант - в комбинации с витамином D3. То есть поскольку основным строительным веществом для костей является именно кальций, если мы будем принимать недостаточное его количество с продуктами питания, то результатом будет мобилизация кальция из костей, который нам абсолютно необходим для ежедневной жизнедеятельности, то есть каждый час, каждый миг, каждую секунду нашего существования. И, естественно, будут страдать от этого кости.

Ольга Беклемищева: То есть заместительная гормональная терапия сочетается, скажем, с профилактикой остеопороза в виде препаратов кальция?

Татьяна Чеботникова: Это прекрасное сочетание. И это необходимо делать, потому что не каждая женщина является любительницей, например, молочных продуктов.

Ольга Беклемищева: А вот с другими заболеваниями как сочетается заместительная гормональная терапия? Я имею в виду, прежде всего, конечно, диабет.

Татьяна Чеботникова: Диабет является заболеванием, которое может ограничить выбор препарата для заместительной гормональной терапии. Но типов диабета у нас как минимум два: диабет первого типа - с абсолютной нехваткой инсулина; диабет второго типа, который связан с нечувствительностью периферических тканей к инсулину, - и, соответственно, совершенно разные механизмы развития этих заболеваний. И в том, и в другом случае применять заместительную терапию для лечения климактерических расстройств можно и нужно, если в этом есть необходимость. Может быть, выбор препаратов будет более жестким, но это мы уже будем разбирать в следующих вариантах.

Ольга Беклемищева: И еще есть вопрос, поступивший по пейджеру, связанный с полными женщинами. Вот можно ли подобрать такой препарат, который не будет нести в себе риск увеличения веса?

Татьяна Чеботникова: Препараты женских половых гормонов, они не приводят к увеличению веса. Исследования, которые были проведены, а очень много исследований посвящены увеличению массы тела у женщин, и оказывается, что прибавка массы тела начинается вовсе не в 50 лет и с наступлением климакса, а начинается именно с 30 лет. Т есть тогда, когда женщина достигает определенного социального положения, она становится физически менее активной, она больше времени проводит за сидячей работой, или же это связано с семьей, если это домохозяйка. То есть у нее меньше времени остается на физические упражнения. И вот тогда начинается увеличение веса. Ну, какой уважающий себя начальник поедет на городском транспорте или пойдет пешком, если у него есть машина? Или же, например, пойдет пешком по лестнице, когда для этого существует лифт. Ни в коем случае. И вот эти все маленькие детали, которые связаны с социальным статусом, они приводят к тому, что снижается физическая активность. Из-за нашей загруженности снижается физическая активность. Но режим питания остается прежним, не сокращается количество потребляемых калорий. И в результате увеличивается постепенно вес, происходит медленное нарастание веса. Наша задача, заметив увеличение веса, вовремя перестроить свой рацион, свой режим питания для того, чтобы оставаться стройной и очаровательной.

Если же у женщины происходит увеличение веса в менопаузе, механизм тот же - несоответствие количества потребляемых калорий той физической нагрузке, которую ежедневно испытывает женщина.

Ольга Беклемищева: Уважаемые женщины, наша программа подходит к концу. И я обращаю внимание на основные моменты, прежде всего, на то, что вам может быть показана заместительная гормональная терапия в менопаузе, не надо ее бояться, просто надо найти хорошего врача и сделать хорошие анализы.

Всего доброго! Постарайтесь не болеть.

XS
SM
MD
LG