Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Шоковая политика администрации Санкт-Петербурга


[ Радио Свобода: Программы: СМИ ]
[25-03-05]

Шоковая политика администрации Санкт-Петербурга

ВедущийВиктор Резунков

Виктор Резунков: В последнее время политика администрации Санкт-Петербурга у большинства горожан вызывает либо шок, либо возмущение. Бесцеремонно людей лишают или пытаются лишить жилья и работы, то есть последнего, что у них осталось. Проводят свои митинги владельцы торговых павильонов, которые, по решению губернатора Валентины Матвиенко, у них отбирают в массовом порядке. Пишут письма в адрес президента транспортники, теряющие возможность обслуживать петербуржцев. Устраивают акции протеста художники и издатели, представители творческих союзов, у которых намереваются отнимать путем отмены льгот или других законотворческих комбинаций их мастерские и помещения. В очередном выпуске "Новой газеты" на петербургских страницах появилась статья обозревателя Бориса Вишневского "Социально значимые лица без определенного места жительства", в которой он подробно рассказывает о том, каким хитрым путем администрация культурной столицы России будет лишать мастерских художников и помещений творческих союзов. Об этом мы и поговорим сегодня из Петербурга.

В нашей студии гости - автор публикации в "Новой газете" обозреватель Борис Вишневский и арт-критик американского информационного агентства "Блумберг-ньюс" Джон Варолли. Джон Варолли уже несколько лет работает в Санкт-Петербурге и прекрасно знает о событиях, которые происходят в этом городе.

Я предлагаю слушателям ответить на вопрос: нет ли у вас опасений, что власти скоро выгонят вас из вашего жилища?

Итак, статья Бориса Вишневского в "Новой газете" "Социально значимые лица без определенного места жительства". Корреспондент Радио Свобода Дмитрий Казнин познакомит наших слушателей в сокращенном виде с ней.

Дмитрий Казнин: На страницах "Новой газеты" обозреватель Борис Вишневский рассказывает о губернаторском законопроекте, принятом на последнем заседании петербургского парламента в первом чтении. "Суть законопроекта - лишение социально значимых организаций льгот на аренду помещений. До последнего времени ученые, художники, инвалиды, различные общественные организации платили не по драконовским коммерческим ставкам, а с учетом понижающего коэффициента социальной значимости. Теперь город хочет до 2007 года объединить все такие организации в специальный фонд, члены которого будут иметь право на льготы. При этом в фонд не будут включены помещения, аренда которых стоит больше 75 условных единиц в год, то есть все помещения в центре города. Также, если раньше в списке видов деятельности, дающих право на льготы, было 23 пункта, то теперь останется 6. Не попадает в список деятельность научных организаций, коммерческих организаций инвалидов, организаций, производящих протезы, торгующих книгами и печатной продукцией, издательств, редакций СМИ.

Следует добавить, что в итоге книжное издательство и средства массовой информации все-таки попали в перечень льготных организаций. В итоге целый ряд арендаторов, социально значимых для города, в первую очередь это относится к культуре, науке и образованию, будут вынуждены прекратить свою деятельность. Платить по полным ставкам они не смогут. Негосударственным образовательным учреждениям, например, нужно будет сделать выбор: или самоликвидироваться, или резко повысить плату за обучение.

Еще одна примечательная особенность законопроекта: КУГИ получает право в индивидуальном порядке освобождать арендаторов от арендной платы - классический пример создания условий для коррупции", - пишет Борис Вишневский.

Виктор Резунков: Борис, у меня к вам первый вопрос: почему депутаты все-таки поддержали принятие этого закона? И чем они объясняют это? Или только тем, что большинство - фракция "Единая Россия" в Законодательном собрании Санкт-Петербурга?

Борис Вишневский: У нас очень интересная ситуация в Законодательном собрании: из 49 депутатов, по-моему, уже 23 - это фракция "Единая Россия". Часть из них - это милые, симпатичные люди, с некоторыми я в прекрасных отношениях, за пределами зала заседаний они все понимают, как надо, занимают совершенно нормальную позицию. Но когда доходит до голосования в зале, то они встают по стойке "смирно" и говорят: "Мы - люди маленькие, подневольные. Как нам сказали, так мы и голосуем. И что мы можем?" Это касается не только этого законопроекта. Хорошо, конечно, что в последний момент от имени администрации поступили поправки, которые сохраняют льготы за средствами массовой информации, за теми, кто торгует книгами и печатной продукцией, и теми, кто это издает.

Но, во-первых, мне не очень понятно, что происходит внутри самой администрации города. Вдумайтесь только: сперва администрация вносит законопроект, который вызывает бурные споры, причем обсуждался он давно; потом его продавливают в жесткой борьбе с альтернативным законопроектом, где изначально эти льготы для СМИ, издательств и других сфер деятельности сохраняли, убеждая, что именно администрация права и ее законопроект надо принимать; а дальше губернатор вносит поправки к своему же законопроекту, принятому за основу. Что, с самого начала нельзя было это сделать? Думаю, что можно. То ли там правая рука не знает, что делает левая, то ли еще что-то происходит.

Но ведь от того, что исправлена одна ошибка, не меняются, к сожалению, другие. Вот читаю сегодняшние газеты, вижу, что говорят: вот успокоили тех, кто работает в творческих мастерских, с ними все будет хорошо, они со всем согласились, что все их льготы останутся. Но позвольте, ведь в законопроекте черным по белому написано, что после 2007 года в фонд, аккумулирующий помещения, где можно будет платить по льготным ставкам, не сможет попасть ни одно помещение, где арендная плата больше, чем 75 так называемые условных единиц. Это означает, что никакие творческие мастерские в центре города в этот льготный фонд уже не попадут. Никакие обещания со стороны Комитета по управлению городским имуществом не имеют никакого значения. Или в законе будет записано не то, что там записано сейчас, или после 2007 года всем художникам скажут: "Что вам обещали, мы ничего не знаем, а теперь платите по полной программе". Вот что вполне может произойти. Я привык верить не словам, а делам, а в данном случае формулировкам, которые попадут в окончательную редакцию этого закона.

Виктор Резунков: Спасибо. У нас уже звонки. Леонид Владимирович из Москвы.

Слушатель: Вопрос не технических казуистик и не стыковки, а вопрос в принципе. Конституционные права на творческий труд нарушаются. И то, что называется льготами, это совсем и отнюдь не льготы. Это те необходимости, которые позволяют существовать творческому труду. И отъем творческих студий, я считаю, это преступление против культуры, потому что, лишая рабочего места творческого работника, страна лишается творческой единицы. Художник или уезжает, или не знаю что. Но во всяком случае это дикое противоречие конституционному праву, и я бы не побоялся сказать, преступное. Сохранение творческого потенциала России необходимо для будущего России. Нет у России будущего без творческих работников. Нет культуры - нет нации.

Виктор Резунков: У меня вопрос к Джону. Джон, администрация собирается отбирать мастерские у тех художников, у которых эти мастерские используются не по назначению. Кто должен определять это? В Нью-Йорке можно представить себе, что администрация города отнимала бы мастерские художников, которые используются не по назначению?

Джон Варолли: Как вам известно, Америка - совсем другая страна, и больше 200 лет там полностью свободный рынок и для коммерсантов, и для художников. Поэтому художников никто не поддерживает, они живут на коммерческих условиях, они живут, как они смогут, как они хотят. Я делал материал года два назад о художниках в Нью-Йорке, как они живут. Был такой район - Сохо, один из самых дорогих мест Нью-Йорка. Но мало кто знает, что лет 30 назад это был брошенный район, хотя там были старые красивые здания, даже хотели снести этот район. Художники стали туда переселяться, потому что там было дешево жить, и как только художники стали там жить - это стало модно. Когда стало модно - туда переселились дети богатых людей, потому что было модно общаться с богемой. Потом цены на недвижимость в этом районе поднялись, и художники уже не могли там жить, потому что там слишком дорого стало. И они опять переселились в другой район - Челси и Бруклин. Бруклин - рабочий район, и сейчас там живет много художников, потому что там дешево. Там они могут не платить так много за аренду и все равно творить и не особенно волноваться вопросами финансового выживания.

Это американский опыт. В России пока такой подход невозможен, потому что совсем другая ситуация, другая традиция. В Нью-Йорке художники могут реализовывать свое творчество, там есть большой рынок сбыта, есть много возможностей. В Санкт-Петербурге такого нет. Практически отсутствует арт-рынок в Санкт-Петербурге. Художник не имеет возможности выжить здесь. Те, кто выживают, скорее всего продают свои вещи за границу. Городская администрация должна думать об этом: если она хочет поднять арендную плату - только при условии, что она поможет создавать арт-рынок в городе. Нельзя так бросить художников на произвол. Надо дать им возможность выжить - создать рынок сбыта искусства.

Виктор Резунков: Спасибо, Джон. У меня вопрос к Борису. Вот Павел Вощанов, ваш коллега из "Новой газеты", уже печатает третью статью из цикла, которая посвящена деятельности Путина. И он обращает внимание на то, что администрация президента, управделами, в частности, занимается приобретением огромного количества недвижимости сейчас. В частности, в Санкт-Петербурге. Вот Павел Вощанов пишет: "Резиденция на Крестовском острове, Константиновский дворец, усадьба Михайловка, здание бывшего Сената и Синода, санаторий "Белые ночи" в заповедном Комарове, бывшая обкомовская Больница номер 1, знаменитая Свердловка, усадьба Лобанова-Ростовского:" Этот список можно перечислять очень долго. Я хочу спросить вас, Борис, как вы считаете, не кажется ли вам, что администрация Санкт-Петербурга действует в том же направлении, но по мелочам она просто ворует, скажем так?

Борис Вишневский: Я бы не стал говорить, кто ворует, а кто нет. Если говорить о президентской администрации, то она ведет себя как крупнейшая коммерческая структура. Это вообще, на мой взгляд, просто противоречит самой сути любого органа государственной власти. Ведь что есть администрация президента? - Это есть его личная канцелярия, не более того. У нас она каким-то странным путем превратилась в такую структуру, которая обладает огромным имуществом, огромными финансами, она никому не подотчетна, не подконтрольна, ни перед кем не отчитывается, никому не известно, что у нее на самом деле есть и куда она тратит те доходы, которые получает от использования этой недвижимости. Причем недвижимость она же не покупает на свободном рынке, она ее просто берет и присваивает себе.

Виктор Резунков: Но это нельзя назвать воровством?

Борис Вишневский: Я бы был поаккуратнее в формулировках. Но однозначно в данном случае идет речь о том, что если до того, скажем, тот же особняк Лобанова-Ростовского и здание Сената и Синода в Санкт-Петербурге считались федеральной собственностью (а федеральная собственность - это собственность, которая принадлежит обществу), теперь это все передается в распоряжение президентской администрации, и дальше уже она будет извлекать из этого доход.

Что касается администрации Санкт-Петербурга, здесь все сложнее. Ведь почему уже не первый год идут такие споры вокруг аренды, вокруг использования городской недвижимости? Понятно, что недвижимость в таком городе, как Санкт-Петербург, это очень лакомый кусочек. От использования помещений можно получать очень большие деньги. И, конечно же, очень бы хотелось этих денег выжать, что называется, побольше. А что не станет художников или скульпторов, или писателей, или издателей - ну, подумаешь, на самом деле, ну, и не станет. От них, в конце концов, администрации ни тепло, ни холодно. Зато если подумать, сколько денег может принести в бюджет то помещение, которое раньше было творческой мастерской где-нибудь в центре города, а завтра там будет магазин, который торгует ювелирными изделиями и еще чем-нибудь, то сравнения, конечно же, окажутся не в пользу художников. Вот такая чисто фискальная политика проводится совершенно последовательно, совершенно осознанно.

Виктор Резунков: Михаил из Санкт-Петербурга, пожалуйста.

Слушатель: Я хотел бы обратить внимание еще на один аспект. Ларьки у станции метро мешают - надо уничтожить. Художники, видимо, тоже мешают - тоже надо извести. Зато такой явный, видимый след бурной деятельности нынешнего руководства города: весь Санкт-Петербург превращается в одно гигантское казино - на каждом углу, у каждой станции метро натыканы вот эти игровые автоматы. Я это связываю именно с приходом Матвиенко, потому что раньше такого не было. Более того, насколько я читал, это не вполне законно, но вот это происходит.

Борис Вишневский: Дело в том, то, что связано с ларьками и с торговлей на остановках, - на мой взгляд, это одна из самых возмутительных акций, которые проводятся сейчас администрацией. Я сам живу в новом районе на Васильевском острове, у метро "Приморская". Мне очень удобно, что на остановках автобусов есть ларьки, где есть торговля какими-то продуктами первой необходимости, что всегда можно купить по дороге к дому. Удобно это не только мне, удобно еще очень многим людям. Дальше нам сообщают, что Валентина Ивановна проехала по городу, и ее эстетические чувства были оскорблены не очень аккуратным видом этих ларьков на остановках. Она хочет, чтобы у нас был европейский город, поэтому давайте всю торговлю оттуда уберем, пусть все идут в большие магазины и там все покупают. Во-первых, совершенно понятно, что больших магазинов меньше, чем ларьков. Нашим старикам будет идти до них значительно дальше, чем до ларька. Во-вторых, если нам начинают говорить про европейские стандарты, то пусть нам сперва обеспечат европейские стандарты по зарплате, по пенсиям, по уровню образования, по уровню здравоохранения, социальной защиты. А когда со всем этим все уже будет хорошо, вот тогда можно подумать и о торговле на остановках. Но понятно, что взять и снести все эти ларьки значительно легче, чем нормально наладить работу поликлиник, школ, детских садов и системы социального обеспечения. Идут по легкому пути.

Виктор Резунков: Спасибо, Борис. У меня вопрос к Джону. Существует некая регламентация, когда, например, в Нью-Йорке власти хотят принять решение построить дом на площади, они обсуждают с жильцами соседних домов непосредственно этот вопрос или сами строят, совершенно не задумываясь?

Джон Варолли: Я не эксперт в этом вопросе. Но я немножко знаю, что без разрешения соседей нельзя что-то строить, особенно в Манхэттене. Есть очень интересная специфика Нью-Йорка. На Манхэттене есть католическая церковь конца XIX века. Девелопер по недвижимости хотел строить жилой дом в 30 этажей. Первое, они должны были получить разрешение от церкви, и потом они должны были выплатить компенсацию за ущерб, по-английски это называется "покупать права на воздух". Это очень странная специфика Нью-Йорка. И они выплатили достаточно большую сумму.

Виктор Резунков: А вот еще другой вопрос. Когда я был в Нью-Йорке, я не видел ни одного игрового автомата. Если, допустим, городская власть решит поставить игровые автоматы везде, какой это резонанс может произвести?

Джон Варолли: Как часто шутят в России, Америка - такая протестантская, пуританская страна. Но в отношении казино закон очень строг. Разрешено только в городе Лас-Вегас, Атлантик-Сити, в резервациях индейцев. Кроме этого, не разрешается. Я думаю, что было бы достаточно сильное сопротивление.

Виктор Резунков: Борис, скажите, в свое время, существует такая информация, мэр Санкт-Петербурга Анатолий Собчак сказал такую фразу, что в историческом центре Санкт-Петербурга должны жить только богатые люди. Я не знаю, насколько это соответствует действительности. У меня складывается впечатление, что все к этому идет. Или нет?

Борис Вишневский: Это возможная гипотеза. Анатолий Александрович говорил не только об историческом центре, он вообще говорил, что Санкт-Петербург должен быть городом для богатых, а кто не может - тот пусть продает свою квартиру и уезжает в место подешевле. Это послужило одной из причин, по которым он проиграл выборы 1996 года, потому что такие вещи люди запоминают и оценивают их по достоинству.

Что касается исторического центра и богатых сегодня, то сейчас очень широко обсуждается еще одна инициатива нашей администрации - это резкое сокращение охранной зоны исторического центра, то есть той зоны, в которой запрещено любое новое строительство. В то же время понятно, что наши строители сегодня воспринимают каждый свободный кусочек как личное оскорбление. И очень хочется, особенно в центре, возвести какой-нибудь очередной элитный жилой комплекс. Можно себе представить, сколько там стоит недвижимость. Насколько я знаю, элитное жилье в центре города можно продавать от 5 до 10 тысяч долларов за квадратный метр - это так раз в пять больше, чем его себестоимость, даже с учетом всех условий. И если охранная зона центра будет сокращена, то в центре начнут такое строительство! И, конечно же, квартиры там будут покупать только очень обеспеченные люди. Вот так и будут постепенно выдавливаться петербуржцы из центра города.

Виктор Резунков: Часто бывают, что журналисты сгущают краски, и поэтому я попросил корреспондента Радио Свобода Дмитрия Казнина узнать мнение тех людей, представителей творческих союзов, издателей, которых в первую очередь коснется новая законодательная инициатива администрации Санкт-Петербурга. Давайте послушаем, что они отвечали.

Дмитрий Казнин: Свое мнение по поводу возникшей ситуации высказал Игорь Сафонов, редактор международного художественно-публицистического и эколого-просветительского альманаха "Зеленая ветка".

Игорь Сафонов: Это геноцид культуры. Просто мы все рассыпались, как крупа, в первую очередь, так называемые деятели культуры. Потому что все действительно по своим скворечникам сейчас разбежались. Вот позиция. Где Церетели, где Чаркин, где Гранин - где эта публика вся, когда решается вопрос - быть или не быть питерской культуре?

Дмитрий Казнин: Согласен с ним и председатель Петербургского творческого Союза художников Наталья Дока.

Наталья Дока: Этот вопрос касается всего нашего народа, потому что если у нас Петербург будет лишен организаций культуры, издательств, книжных магазинов, булочных и так далее, те, кто имел налоговые льготы, - спасибо ведь никто не скажет. Мало того, что такие организации, как галереи, точно вылетят из центра города, а на окраине они никому не нужны. Вот художники сейчас страдают вдвойне. Если сейчас Фонд творческих мастерских в большей степени полетит (потому что центр города - это все-таки мастерские, которые в достаточном количестве имеют такую цену), если эти мастерские будут вымыты из Фонда творческих мастерских, художникам негде будет работать. Центр города нельзя предоставить только для ресторанов, кафе и казино.

Дмитрий Казнин: Виктор Боковня, генеральный директор издательства "Аврора", рад, что в законопроект все-таки внесли поправку, благодаря которой книгоиздатели вошли в перечень организаций, имеющих право на льготную аренду помещений в центре города.

Виктор Боковня: Мы фактически от администрации получили эту поправку, в которой издательства и книготорговые организации вошли в те льготные организации, которые имеют право на эти льготы. Пострадают в первую очередь те, которые находятся в определенной степени в центре города, где арендная плата свыше 75 у.е. Если предыдущий договор они исполняли не надлежащим образом, то новый договор с ними по льготной ставке уже не заключают. Вот здесь действительно проблема.

Виктор Резунков: У нас звонки. Марина из Москвы, пожалуйста.

Слушатель: Я не так давно видела анекдот времен Хрущева: "В позапрошлом году посеяли 200 тонн конопли, ее съела тля, потом в прошлом - 300, ее съела тля. В этом посеем 500, пусть эта тварь подавится". Мне кажется, абсолютно то же самое: пусть уже эта тварь, которая все хочет сожрать - и от художников, и от детей, и от детских садов - пусть уже она подавится. Потому что даже такой пример недавний политический, как события в Киргизии, могут нас чему-то научить. Президент, который знал ситуацию, которая происходит, люди следят, ОБСЕ следит, правоохранители следят за подтасовкой, - он не только подтасовывает, он идет дальше, он всю свою родню просовывает в парламент. То есть он шел на обострение ситуации, на вызов нестабильной ситуации в стране. Так и у нас все это делается, чтобы вызвать нестабильную ситуацию в стране, и чтобы провести какие-то непопулярные законопроекты, например, биометрические паспорта.

Виктор Резунков: По-моему, власти готовятся. Буквально в эти дни в Ленинградской области прошли учения представителей спецназа и других военных по разгону демонстраций и прекращению беспорядков в Санкт-Петербурге.

Я бы хотел зачитать пейджинговые сообщения. "Просим присоединить к вопросу об арендной плате для учреждений культуры также вопрос о незаконной отмене администрацией Санкт-Петербурга льготной оплаты 20 творческих метров для работников науки и культуры. Это произвол и нарушение Конституции. Группа ученых".

"Сегодняшние власти совершенно не беспокоит положение людей. Во главе их деятельности не человеческая жизнь, а реформирование, которое совершается самым безнравственным образом, поэтому принимаются злодейские законы, которые несовместимы с конституционным правом человека на жизнь. Савельева из Москвы".

"Обстановка складывается так, что опасаться за свое жилище и жизнь придется богатым. Нищие исправят ошибки депутатов и президента. Александр Добрый, Санкт-Петербург".

"К вопросу об уничтожении мастерских художников относится вопрос об отнятии творческих метров у сотрудников творческих союзов и ученых. Отнятие 20 метров и решение считать их излишками также лишает творческих работников возможности заниматься трудом".

"Кому проданы "Невские бани" по улице Марата? На каком основании продавала мэрия? Почему такие большие цены в банях? Это все делается в ущерб населению города. Елена".

"Когда я заявил возмущение заведующему игровых автоматов на Пионерской, мне сказали, что все автоматы с разрешения Матвиенко, и она регулирует их количество. Николай".

Как бы вы все это прокомментировали?

Борис Вишневский: Я не думаю, что Матвиенко регулирует количество игровых автоматов. Что касается того, что их уже непропорционально много, я сам не очень понимаю, зачем и есть ли у них столько клиентов. Единственная гипотеза, которая приходит мне в голову, что часть наших игорных заведений служит просто для отмывания денег, для легализации той наличности, которую получают из рук в руки, и нужно как-то отчитаться перед налоговыми органами. Потому что я не думаю, что у нас настолько больше, чем в мире, любителей посетить казино или пообщаться с игровыми автоматами.

Кому "Невские бани" продали, я не знаю, и когда, и почему там такие цены. Но я знаю другое, я послушал, как говорил директор издательства и радовался, как все "хорошо". Я бы не сильно радовался, ведь на самом деле, если в законе так и останется норма про то, что пользоваться льготами можно будет только в том случае, если за помещение берут не больше, чем 75 условных единиц за квадратный метр в год, то это означает, что все редакции СМИ тоже будут вынуждены из исторического центра город куда-то эвакуироваться, и редакции, и издательства, и книготорговые организации. Насколько я знаю, большая часть питерских СМИ все-таки сегодня располагается в центре города, часть уже переехала на окраину, большая часть - в центре. Не такое простое дело - им найти себе новые помещения и налаживать в другом месте деятельность. Я думаю, что еще есть время на принятие поправок к этому закону и их внесение, и надо очень тщательно подумать, какая должна быть окончательная его редакция.

И подумать надо еще над одним вопросом. Ведь смотрите, что происходит, имеется в виду именно городская недвижимость - это не частное имущество губернатора, городского правительства, а это собственность, которая принадлежит жителям города. Поэтому нужно, чтобы учитывалось общественное мнение относительно того, как надлежит использовать эту недвижимость. Что нам нужно? Чтобы в центре были одни рестораны, бутики, казино, игровые автоматы, модные магазины? Или чтобы в центре были наука, образование, культура? От ответа на такие вопросы зависит, каким должен быть такой закон.

Виктор Резунков: У меня вопрос к Джону. Джон, вы уже не первый год живете в Санкт-Петербурге, и вы видите, что происходит. Что вас больше всего поражает в деятельности администрации в этой ситуации, чисто как американца? Что вас удивляет, что вы не можете понять?

Джон Варолли: У меня американский склад ума, поэтому я действительно понимаю, что администрация делает. Потому что без оптимизации использования недвижимости в центре города центр города умрет. Я вижу, что происходит в Европе, Америке, где в центре города становится очень дорого, коренные жители действительно уезжают оттуда. В центре Нью-Йорка живут очень много богатых иностранцев, между прочим, самих американцев не так много. В Лондоне тоже так. Мне легче смириться с этим, потому что я вырос с этим, для меня это привычно. К сожалению или к счастью, это то, что называется глобализация на основании свободного рынка. Я думаю, что особенно опасаться и бояться этого не надо. Потому что самое главное, может быть, спасти сам город Санкт-Петербург как архитектурно-исторический памятник. И чтобы в тоже время он был живой город, не просто музей под открытым небом.

Но как человек, который живет здесь, я тоже считаю, что то, что происходит, безобразие. Так просто выселить людей на улицы нельзя, надо найти компромисс. Городская администрация себя ведет как воинствующие капиталисты, нельзя так делать в России. Потихонечку, в течение 30 лет можно к этому идти. Действительно, как было сказано, обеспечить людей достойной зарплатой, достойной пенсией. Пожалуйста, проводите монетизацию, но дайте людям достойную пенсию, дайте им возможность самим платить за свое проживание. Надо найти компромисс. Как раз городская администрация не особенно готова идти на компромисс пока.

Виктор Резунков: Я попросил перед тем, как готовился к программе, корреспондента Радио Свобода Александр Дядина выйти на улицы Санкт-Петербурга и провести опрос. Он задал горожанам такой сложный вопрос: правильно ли, на ваш взгляд, городские власти Санкт-Петербурга ведут политику по распределению жилищного фонда, в том числе с учетом интересов представителей творческих союзов? Давайте послушаем, что ему отвечали петербуржцы.

- Мне кажется, что правильно. Раньше у нас были жилищные агентства, теперь создали АО. Действительно, если есть конкуренция, значит, будет лучше качество выполнения работ. Насчет художников, конечно, сложнее. Мне кажется, творческие люди должны иметь свои мастерские. Это их вдохновит на более творческие работы, потому что наш город - сплошной музей.

- Думаю, что вполне в силах государство предоставить свободные площади бесплатно художникам, вообще всем, кто творит, занимается искусством. Думаю, надо находить какие-то общие контакты с коммерческими организациями, которые будут это все оплачивать, например. Я в театре сам работаю, поэтому эти проблемы понимаю прекрасно. Мы тоже бюджетная организация, нам не хватает денег ни на что.

- Менять надо все в корне, по пунктам - это очень долго. На самом деле, ее нет как таковой - политики.

- Я думаю, что они очень мало что делают для меня. Я - человек, связанный с искусством, поэтому, когда я вижу, что вот эти мастерские, которые были у художников, отдается неизвестно куда, я с этим просто не согласен, потому что а как по-другому то? Я не верю, что скоро будут какие-то изменения. Если это будет, то дай бог, что это будет хоть когда-то. Потому что без творческих людей именно этот город будет ничто.

- Дело в том, что городские власти выполняют указания власти, которая в нашем государстве. У них реформа жилищно-коммунальная: все платите по полной программе. Вместо того, чтобы сначала делать достойные зарплаты, пенсии, вопрос решается по-другому - сначала все по полной программе платите, а кто выживет, потом, может быть, добавит. А художники - это люди, не имеющие постоянного заработка, так же как и ученые. Естественно, для них можно было сделать какие-то льготы.

- Говорят, что сейчас начинается реформа ЖКХ, но пока почувствовать что-то очень сложно. У меня такое ощущение, что в настоящий момент вынуждены самостоятельно все заниматься обустройством своего жилья, то есть практически все сводится к покупке. По поводу помощи конкретной городских властей я ничего не слышала.

- У нас вопрос, касающийся уплотнительной застройки. К сожалению, мы поняли, что власти города к нам не поворачиваются лицом. Потому что строительные фирмы абсолютно игнорируют мнения живущих рядом людей, делают свои дела и объясняют, что власти города им разрешают это делать. Наши городские власти должны нас всячески поддерживать и способствовать тому, чтобы те же художники имели возможность творить. Это же делается для всех нас - для властей и для граждан. Там, где большие деньги, граждане могут свои интересы оставить где-то в другом месте.

- Нужно к каждому определенному случаю подходить индивидуально, потому что действительно всех под одну гребенку - это не выход. И я бы каждый определенный случай рассматривала отдельно. Допустим, от какого-то общества выделить человека, чтобы он шел в Думу и в правительство, и интересы вот этих вот людей он представлял в правительстве, потому что депутаты ничего не делают, они только делают все для себя.

Виктор Резунков: Вот так отвечали петербуржцы.

Борис, я бы хотел спросить, вы постоянно отслеживаете, разумеется, принимаете участие в работе Законодательного собрания Санкт-Петербурга. Какие еще замечательные законопроекты могут ожидать петербуржцев в контексте инициатив законодательной власти, администрации Санкт-Петербурга?

Борис Вишневский: Сейчас внесен в Законодательное собрание закон, который касается организации работы общественного транспорта, администрацией. Судя по тому, что я в нем прочел, ничего хорошего он не обещает. Только что возник серьезный скандал, который был связан с переделом как раз вот этого рынка перевозок пассажиров. Наш Комитет по транспорту, видимо, поставил себе задачу взять и избавить нашего главного монополиста под названием "Пассажиравтотранс" от конкурентов в лице маршруток, которыми все слушатели нашей программы периодически пользуются. Под предлогом обеспечения нужной безопасности хотят все микроавтобусы с наших улиц убрать, их заменить на большие автобусы, которые гораздо менее маневренны, ходить будут реже, и добраться в нужное место будет сложнее. И самое главное, тот конкурс, который только что был проведен, проводился так, что в нем могли участвовать только самые крупные перевозчики. Большую часть перевозок при этом конкурсе получил тот самый "Пассажиравтотранс". Насколько я знаю, уже результаты этого конкурса обжалованы в Антимонопольной службе.

Но совершенно нечему удивляться, если учесть такой простенький факт, возможно, неизвестный нашей широкой общественности. Есть Комитет по транспорту, и этот комитет возглавляет Александр Макарович Дацук, а есть "Пассажиравтотранс", где заместителем генерального директора, отвечающим за коммерцию, является его родной сын. Если это не коррупция, то найдите какое-то другое слово. Совершенно понятно, что если весь городской транспорт у нас взят на семейный подряд, то ничего хорошего для наших жителей из этого не произойдет.

Только что мы говорили, что как хорошо: были жилищные агентства, их переименовали в ОАО, теперь будет конкуренция. Боюсь, что наша слушательница не очень понимает, что бывший ЖЭС переименовали в ОАО - обслуживать от этого лучше не станут. Подняли тарифы, но не очень заметно, чтобы лучше содержались наши дома, - никакой конкуренции от этого просто не возникнет. А конкуренцию реальную просто запустить не хотят, поскольку конкурсы на обслуживание жилого фонда стараются проводить так, чтобы опять же в них могли участвовать только те, кто может сразу обслуживать огромные кварталы. Понятно, что частные организации этим условиям заведомо не удовлетворяют. То есть создается недобросовестная конкуренция, и фактически сохраняется прежняя монополия.

Виктор Резунков: Спасибо, Борис. У нас звонок. Сергей из Москвы.

Слушатель: Я бы хотел остановиться на таком вопросе, что в основе советской власти был положен тезис отмены денег. Оказывается, что нельзя отменить эту единицу. Так же как нельзя отменить секунды, миллиметры, килограммы и километры. То есть любой труд можно измерить только в денежных единицах. Мы это еще не осознали. Второй вопрос, Маркс сказал - "продукт - деньги", американцы говорят - "время - деньги", Россия - это "пространство - деньги". То есть если мы этого не осознаем, что пространство тоже стоит деньги, мы никогда ни к чему не придем конкретному. Я бы хотел, чтобы Борис Вишневский ответил.

Борис Вишневский: Я не очень понимаю, на что тут надо отвечать. По-моему, никто деньги отменять при советской власти не предлагал. Предполагалось, что их при коммунизме не будет. У нас получается какой-то односторонний рынок, односторонний вот в каком смысле. Нам все время говорят: "За все вы должны платить. Вы должны платить 100% за жилье и коммунальные услуги, вы должны платить по полной программе за аренду помещений, за все, за все, за все". Но при этом за то, что делаем мы, нам почему-то никто не платит так, как мы это, возможно, заслуживаем. Вот вчера видел данные, по которым, например, заработная плата в России в час, как минимум, раз в 20 меньше, чем в развитых странах Европы и Америки. О чем тут можно говорить? О чем можно говорить, если наше государство весь труд прошлый наших стариков оценивает в сумму 50 или 60 долларов в месяц. Это что, все, что они заслужили своим трудом на общество за всю свою долгую жизнь?

Вот пусть сперва здесь будет налажен нормальный рынок, пусть люди будут получать и рыночную зарплату, и рыночную пенсию, если можно так выразиться. А потом уже от них будут требовать, чтобы они платили по рыночным ценам за все, что их окружает. Но вот у нас рынок только наполовину. С точки зрения наших граждан, они должны жить при полном капитализме. А с точки зрения нашего государства, оно может свои обязательства перед гражданами совершенно не выполнять и не собирается этого делать. Какой это рынок, если ту самую пресловутую монетизацию льгот, которая уже несколько месяцев обсуждается, так замечательно провели, что людям вместо льгот дали сумму, которая в 5-6 раз меньше их денежного выражения. Для того чтобы это посчитать, нужно было иметь знания на уровне 3-4 класса нашей средней школы. Вполне бы хватило познаний для этого сопоставления. То есть или у нас министры такого даже образования не получили, или просто затеян грандиозный обман граждан. Подумайте сами, какая гипотеза более справедлива.

Виктор Резунков: У нас звонки. Галина Иосифовна из Санкт-Петербурга.

Слушатель: Я, во-первых, хотела бы сказать насчет мелких ларьков, сейчас их убирают. Я думаю, что это в угоду большим компаниям - "Пятерочке", "Ленте". Насчет маршруток, до них давно докапываются. Я не считаю, что они более подвержены авариям, чем любой другой транспорт, потому что у нас на дорогах не поймешь что. Это тоже опять же в угоду большим компаниям. У нас правительство Санкт-Петербурга действует в угоду большим компаниям, то есть им наплевать на людей. Власть закрыта, мы ничего абсолютно не знаем, что они хотят, что они там думают. Второй канал петербургский - это вообще не телевидение, нам ничего не объясняют, не говорят, что делается в Заксобрании. То есть власть абсолютно закрыта, они делают что хотят. Что вы насчет этого думаете?

Виктор Резунков: Джон, можете ответить?

Джон Варолли: Как я понимаю, горадминистрация поступает в пользу своих близких, знакомых, друзей из большого бизнеса, потому что им это удобно - вести бизнес с маленьким кругом людей. Мне это понятно. Другой вопрос - хорошо ли это для города? Скорее всего, это нехорошо для города, потому что экономика развитых стран основана как раз на малом и среднем бизнесе. Если правительство будет принимать решения всегда в пользу большого бизнеса, это не помогает ни населению, ни экономике страны.

Виктор Резунков: Сергей из Санкт-Петербурга, пожалуйста.

Слушатель: Я тут читаю Солженицына "Август 14-го" и хотел подвести итог вашей беседы. Как в 1914 году, так и сейчас, в России нет социально значимой силы, которая бы хотела демократизации общества. Вот пока она не сложится, любого Столыпина в России умеют взрывать.

Виктор Резунков: Еще несколько сообщений пришло по пейджинговой связи. "В городе 1500 остановочных павильонов, в каждом работает 3-4 человека. Это 6 тысяч людей, которых губернатор Матвиенко хочет оставить без работы. Закон гласит, что нужно предоставить им работу, но на самом деле люди просто выгоняются на улицу. Это произвол. Николай из Санкт-Петербурга".

Крылова, тоже из Санкт-Петербурга: "О выселении бедных из центра Санкт-Петербурга. Хочется напомнить, что в Германии и многих странах существует закон, запрещающий выселять людей после 60 лет, даже если они живут в чужом доме. Для старых это смерть. Хотя бы после 70-ти запретили выселять, тем более участников Великой Отечественной войны. Нынешние законы ужасающи".

XS
SM
MD
LG