Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Наступление российских дипломатов на литовском, катарском и черногорском медиа-фронтах


[ Радио Свобода: Программы: СМИ ]
[07-04-05]

Наступление российских дипломатов на литовском, катарском и черногорском медиа-фронтах

ВедущаяЕлена Рыковцева

Елена Рыковцева: Приходится начинать эту программу с не самой радостной новости. Лауреат нескольких телевизионных премий ТЭФИ, знаменитая Елена Масюк уволилась с телеканала "Россия". Почему это случилось, она расскажет сама. Елена с нами на связи.

Елена, вы проработали в компании почти 4 года, вроде бы успешно, премии получали за свои документальные фильмы. Что были за причины для такого радикального решения?

Елена Масюк: Я пришла на канал в мае 2000 года, почти 5 лет, что я работала. Первые годы работы были хорошими, интересными для меня, но все изменилось года полтора, наверное, назад. Конечно, есть много маленьких причин, из-за которых я ушла, но есть одна большая и главная. Мои программы на государственном канале больше не нужны. С осени прошлого года мои программы не просто не ставились в эфир, они даже не отсматривались руководством канала для принятия решения - ставить программу в сетку вещания или нет. У руководства канала в течение полугода не было времени просто посмотреть мои программы.

Тем не менее, я продолжала работать, делала одну программу за другой, но публицистика это не игровое кино, которое интересно и через год, и через 5 лет. Публицистика - это скоропортящийся продукт. Бесконечно делать программы и ставить их на полку невозможно. Уже года полтора на телеканале "Россия" не выходят ни острые публицистические программы, ни журналистские расследования. Каналу "Россия", я так понимаю, это не нужно.

Государственному телевидению сейчас нужны лишь агитки за президента, за правительство и за "Единую Россию". Журналисты, имеющие свою точку зрения, не нужны госканалу.

Елена Рыковцева: Совершенно понятна ваша позиция. Только вопрос - куда вы теперь?

Елена Масюк: Никуда. Я не искала себе места работы. Полагаю, что найти работу в этой ситуации мне будет крайне сложно. Но бесконечно терпеть то, что в последнее время происходило со мной и вокруг меня на телеканале "Россия" было уже невозможно.

Елена Рыковцева: С Еленой Масюк мы подробнее поговорим в следующей программе, а в сегодня мы обсуждаем взаимоотношения прессы и дипломатов. В последний раз российские дипломаты давали дружный отпор иностранной прессе 2,5 года назад после захвата заложников в Театральном центре на Дубровке. Тогда послы Российской Федерации в Турции, США и Германии дали решительный бой в форме открытых писем той местной прессе, которая упорно продолжала отделять мух от котлет, а именно войну России с чеченским сепаратизмом от войны США с мировым терроризмом. Таковое разделение, с точки зрения послов, было признаком двойных стандартов.

Тогда немецкая телекомпания ARD, один из объектов посольской критики, резко ответила, что "в общении между народами это не привычный шаг, напоминающий манеры авторитарного режима". Однако шаг становился все более привычным. Только за последний месяц российские дипломаты открыли сразу три фронта против прессы - литовский, катарский и черногорский.

Мы последовательно познакомим вас с каждой из ситуаций, и также последовательно представим гостей программы, которые к этим ситуациям имеют самое непосредственное отношение.

Вопрос нашим слушателям задаем сразу. Существует ли, на ваш взгляд, ситуация, в которой дипломаты должны вмешиваться в политику иностранных средств массовой информации? Что это могут быть за ситуации?

Начинаем с Литвы. Историю взаимоотношений посла Российской Федерации в Литве с литовской газетой "Летувос Ритас" излагаем по газете "Коммерсантъ".

Диктор: Литовская газета "Летувос Ритас" в марте сообщила, что послу России в Вильнюсе Борису Цепову грозит отставка. Газета писала: "Борис Цепов в течение нескольких месяце уверял МИД России, что президент Литвы Валдас Адамкус примет приглашение участвовать в торжествах по случаю 60-летия победы. Когда же президент Адамкус объявил о том, что не поедет в Москву, карьера посла повисла на волоске".

МИД России в тот же день опроверг это сообщение, а сам господин Цепов выступил с открытым письмом к главному редактору "Летувос Ритас". Он писал: "Ваша газета уже давно не брезгует распространением дезинформации и клеветы, и потому заслуженно воспринимается литовскими гражданами, как символ желтой прессы. Что уж тут говорить об уважении чести и достоинства граждан иностранных государств, в том числе их дипломатических представителей в Литве". Назвав публикацию в газете о себе "порцией лжи и провокационных измышлений", господин Цепов сделал вывод о том, что нет нужды строить догадки о том, чей заказ исполняло перо безымянного автора этой фальшивки. "Ответ предельно ясен - это был заказ тех литовских политических сил, которые ни в грош не ставят дальнейшее развитие добрососедских отношений между Литвой и Россией, усиленно продвигают идею русофобии и конфронтации". По мнению российского дипломата, подобные публикации вредят престижу Литвы зарубежом. "Задумайтесь, господин редактор, каким будет место страны, гражданином которой вы являетесь в единой Европе, если вы и вам подобные деятели не научились и не желаете учиться пристойно себя вести в цивилизованном международном сообществе", - заявил посол.

На это немедленно отреагировал глава МИД Литвы. Открытое письмо российского посла господин Валионис назвал некорректным. При этом он посоветовал Борису Цепову "позаботиться о свободе печати в своей стране, а не указывать, что должна писать литовская пресса".

Вчера же в полемику с российским диппредставителем с удовольствием включилась "Летувос Ритас". Как заявил в редакционной статье первый заместитель главного редактора Римвидас Валатка, распространенное накануне открытое письмо Бориса Цепова показывает, что посол потерял дипломатическое лицо. "Лично я думаю, что вся редакция гордится тем, что потерявший дипломатическое лицо российский посол опустился до базарного уровня и обвиняет нас в том, что мы являемся газетой, защищающей честь и достоинство Литвы. Это свидетельствует о том, что "Летувос Ритас" избрала правильную линию", - заявил Римвидас Валатка, по словам которого письмо является лучшей оценкой 15-летней деятельности газеты.

Елена Рыковцева: Первый заместитель главного редактора газеты "Летувос Ритас" Римвидас Валатка принимает участие в нашем сегодняшнем разговоре.

И теперь переходим ко второй истории, с которой знакомим вас по газете "Время новостей".

Диктор: Российские власти обвинили популярный арабский телеканал Аль-Джазира в создании превратного впечатления о российской политике, в том числе в Чечне. Департамент информации и печати МИД России выступил вчера с комментарием по поводу тенденциозных репортажей этой телекомпании. По версии МИДа, через Аль-Джазиру регулярно сливают заказные материалы, цель которых отравить атмосферу наших связей с арабскими странами. МИД заявил: "Определенным кругам зарубежом не по вкусу успешное развитие российско-арабских отношений, рост престижа и авторитета России в арабо-мусульманском мире. Дело представляется так, будто бы подавляющее большинство чеченцев не избрало мир, стабильность и спокойное устойчивое развитие Чеченской республики в составе Российской Федерации".

Сотрудники российского представительства телекомпании в беседе с обозревателем "Времени новостей" предположили, что резкий комментарий был вызван демонстрацией документального фильма "Грозный под лезвием меча". Права на его прокат были куплены у авторов, французских кинематографистов. Как признали в офисе компании, в фильме, действительно, рассказывается о разрухе и атмосфере страха в Чечне и ничего не говорится об успехах российских властей в налаживании там нормальной жизни.

Сотрудники Аль-Джазира, однако, сочли заявление МИДа России таким же однобоким. По их мнению, журналисты компании сделали множество по-настоящему объективных интервью и репортажей о России. Журналистов обидело и то, что французский фильм, официально закупленный на коммерческой основе, МИД обозначил термином "заказной материал". Возможно, дипломаты и журналисты этот термин понимают по-разному. Для журналистов это звучит как заказуха, джинса, тайно оплаченный материал. За такое из Аль-Джазиры, как и из Би-Би-Си, тут же увольняют.

Елена Рыковцева: Один из героев этой истории, шеф московского бюро телекомпании Аль-Джазира Акрам Хузам, у нас в гостях.

И, наконец, вчера "Коммерсантъ" рассказал о новом аналогичном скандале, который произошел в Черногории. Послушаем.

Диктор: В Черногории разгорелся громкий политический скандал. Его спровоцировал российский консул в Подгорице Владимир Ваниев. Консул назвал Черногорию 51-м штатом США, и обвинил местные СМИ в том, что в них появляются статьи, проплаченные американцами.

Все началось с того, что Владимиру Ваниеву, который совсем недавно прибыл на должность Генконсула Подгорицы, попалось на глаза небольшое сообщение в правительственной газете "Победа". В нем содержалась информация о заседании правительства Черногории, посвященном вопросам приватизации. Из заметки консул выяснил, что в заседании участвовал бывший посол США Ричард Скляр, который является советником черногорского правительства по приватизации. Господина Ваниева это, судя по всему, возмутило. Обиженный консул позвонил в оппозиционную газету "Дан" и предложил интервью. Интервью получилось скандальным. Пикантности ему придало то, что газета "Дан" находится в жесткой оппозиции властям Черногории. Первым делом консул обвинил ряд черногорских СМИ в том, что они получают от американцев деньги за антироссийскую кампанию по проблемам приватизации. "Не знаю, какую сумму получили СМИ, но знаю, что им заплатили в долларах", - заявил консул.

Елена Рыковцева: Ну, от Черногории у нас никого нет, зато есть Дмитрий Косырев, политический обозреватель государственного агентства РИА-Новости, который, может быть, прокомментирует все эти истории с государственных позиций.

Римвидас, давайте с вас начнем. Все эти истории роднит, в общем-то, что дипломаты обвиняют прессу, что она действует по какому-то заказу. В вашем случае, как я понимаю реакцию российского МИДа, это был заказ неких политических сил, которые не хотят добрых отношений между Россией и Литвой. А как вы это трактуете?

Римвидас Валатка: Если бы Цепов за эти три года немножко поинтересовался отношением литовской прессы вообще, особенно, нашей газеты, с нашими политиками, то он бы узнал, например, что термин, что мы являемся "символом желтой прессы" как раз нам клеят правые политики, проамериканские, если можно так сказать. Здесь Цепов в своем письме, которое больше напоминает стиль Жданова и Геббельса, немножко промахнулся.

Тут письмо фактически было прочитано, но должен отметить еще две вещи. Например, это письмо нам принесли в конверте, на котором было написано от руки "главному редактору". И в письме, и на конверте была ошибка. Имя главного редактора было написано не то, которым он называется. Письмо было написано на русском языке. Те же самые американцы любую вещь приносят нам, написанную по-литовски.

С другой стороны, в литовской истории это не первый случай. Самый хрестоматийный, когда в 1940 году тогдашний посол Советского Союза увидел карикатуру в одной из газет. В карикатуре были изображены некоторые литовские писатели, и была подпись, что некоторые литовские писатели вдохновение получают от советских гениев и общения с советским посольством. После этого посол вызвал премьер-министра Литвы, которого потом учил даже товарищ Молотов.

Елена Рыковцева: Так получается, что теперь второй случай?

Римвидас Валатка: Да. А о том мы недавно напомнили.

Елена Рыковцева: Прочитаю пейджерные сообщения. Первой пришла реакция на увольнение Елены Масюк. Мы сегодня это не обсуждаем, но, тем не менее, я прочитаю от Анатолия Степановича сообщение. "Елена, я разделяю ваш мужественный поступок. Ведь лучше уйти из профессии, чем заниматься имитацией свободы слова и дискредитации ее, как это делает сейчас Соловьев".

Сообщение по теме. Клара пишет: "Разве можно серьезно говорить о роли российских дипломатов, если суть их определяется только названием диплома. По традиции КПСС дипломатами назначаются непрофессиональные люди".

"Молодцы! Наконец-то, наши дипломаты взялись за головы и стали защищать свою страну. Я это очень приветствую", - пишет Раиса Николаевна из Москвы.

"Таких ситуаций нет, когда должна вмешиваться дипломатия в прессу, - пишет Дмитрий. - Любое государство имеет суверенитет и должно разбираться само в себе". Давайте Юрия из Москвы послушаем.

Слушатель: У меня, в принципе, позиция та же самая. Посол должен заниматься своими делами в стране, и реагировать больше на высказывания официальных лиц той или иной страны, и реагировать на поведение и высказывания МИДа. Но если каждый посол в России начнет писать в газеты о том, что какая-либо газета имеет свою точку зрения, просто в посольстве придется открывать другой отдел, и они будут заниматься совсем другой работой. Думаю, что для наших посольств за границей было бы намного лучше наладить работу с гражданами своей страны. Я был в Риге, я потерял 3 часа пока попал в посольство. Получается, что на газеты время есть, а на нас нет. Это моя точка зрения. Каждый должен делать свою работу.

Елена Рыковцева: Спасибо, Юрий. Акрам. В вашей истории все то же самое. МИД заявляет: "Складывается впечатление, что определенным кругам зарубежом не по вкусу успешное развитие российско-арабских отношений, рост престижа и авторитета России в арабско-мусульманском мире. Именно поэтому, как в случае с Аль-Джазирой, в ход идут явно заказные материалы, нацеленные на то, чтобы создать превратное впечатление о российской политике, в том числе в Чечне, и тем самым отравить атмосферу наших связей с арабскими странами". Итак, кто ваш непосредственный заказчик?

Акрам Хузам: Я пока не знаю кто заказчик. Все дело в том, что вот этот фильм, о котором идет речь, это французский фильм, который был показан до показа Аль-Джазирой по 14-ти телеканалам мира, в том числе и Би-Би-Си, и Си-Би-Эс, испанские, итальянские. Почему МИД решил напасть на Аль-Джазиру, забывая о том, что полтора года назад телеканал защищал его от нападок американских дипломатов? Для этого, наверное, была другая причина.

Елена Рыковцева: Но вот то, что МИД имеет в виду фильм, это ведь ваша версия. В самом заявлении МИДа говорится о ваших репортажах, которые регулярно проходят по вашему каналу. Там нет ни слова о французском фильме.

Акрам Хузам: Могу сказать, 100 процентов уверен, что здесь МИД ошибся, потому что мы не находимся в Чечне. МИД не дает нам возможности поехать туда свободно. Бывают приглашения, но там в сопровождении с офицерами ФСБ, МВД и так далее. Поэтому я лично отказываюсь от таких поездок, потому что нечего делать там. Я не хочу показывать только одну сторону, я имею в виду линию Алханова или линию ФСБ. Я попросил МИД показать или доказать, что у нас есть репортажи, которые дают только одну сторону, то есть то ли сторону разрухи или сторону боевиков, или людей, которые страдают, здесь явно, что идет копирование американских дипломатов. Раз они могут так обращаться со СМИ, почему мы не можем это сделать.

Второе. Кто не с нами, кто не с нашей политикой, мы можем его наказать таким образом, что он не может свободно работать. После такого заявления МИДа, если я иду к какому-то российскому начальнику, он скажет - извините, вы работаете по заказу, я отказываюсь встречаться с вами. Формально мы существуем здесь, но после такого рода заявлений без всяких доказательств, без объяснений, мы не можем свободно работать. Это самое страшное, что происходит в последнее время в России.

Елена Рыковцева: Причем, совершенно точно, что МИД не дает последующих пояснений по этому поводу. У меня был эфир по поводу комментария МИД, этот комментарий касался статьи Анны Политковской. Я пыталась уговорить представителя МИДа прийти в наш эфир, но они сказали, что не ходят они в эфиры, а только дают комментарии.

Акрам Хузам: Жаль, что здесь нет представителя МИДа.

Елена Рыковцева: И не будет. А сотрудник этого департамента, не помню его фамилии, она указана в газете "Время новостей", когда "Время новостей" попросила комментарий по вашей ситуации, сказал, что МИД это не справочное бюро. Вот, собственно говоря, и вся позиция.

Алена, здравствуйте. Что вы думаете обо всем это?

Слушатель: Я из Санкт-Петербурга. Я по поводу вопроса - стоит ли дипломату пользоваться такими путями для выражения своих эмоций? Я считаю, что это просто нехорошо. Есть система протоколов, система взаимоотношений и так далее. Обращаться в прессу, которую ты к тому же и не уважаешь, по-моему, это наивно. В этом выражается очень много непрофессионализма, что исходит от нашего правительства.

И у меня вопрос. Скажите, Римвидас, ваша газета образована на базе какой-то газеты, или заново создана после перестройки нашей, переделки? Просто я хочу передать привет всем журналистам, работавшим в советское время в Литве, я сама работала в редакции.

Римвидас Валатка: Наша газета создана в 1990 году. Ее создали журналисты бывшей "Литовской комсомолки", но она создана на их деньгах, все акции находятся в самой редакции. У нас собственника со стороны нет. По поводу того, что нас покупают политические силы, тоже не так.

Елена Рыковцева: Дмитрий, на ваш взгляд, этот синхронный всплеск заявлений российских дипломатов - совпадение, или это некая кампания по урезониванию иностранной прессы?

Дмитрий Косырев: В последнее время я бываю на стихийно возникающих в Москве дискуссиях, клубах, сейчас идет мощная волна со стороны электората, большинства его. Почему МИД нас не защищает? Почему он не борется с враньем? Нужно видеть эту сторону нашей жизни, чтобы понимать, сколь мощное давление в последнее время.

Елена Рыковцева: Не защищают, я так понимаю, российских граждан зарубежом?

Дмитрий Косырев: Не только граждан. Дело вот в чем, дипломатия обязана по всем нормам международного права, уставам, конвенциям и так далее, распространять информацию о своей стране, протестовать против ее искажения. Это их прямая обязанность, причем, любой дипломат в любой стране. Это защита нас от дифамации, чтобы мы спокойно могли выйти на улицу, и на нас волками не смотрели, условно говоря, и защита нашего бизнеса в том числе. Вопрос в том - насколько красиво это нужно уметь делать, это искусство.

Я знал многих наших послов, которые настоящими артистами были и остаются в этом отношении. Может быть, вопрос в том - как это делается, какими фразами?

Елена Рыковцева: Красиво это было сделано в марте и апреле этого года в трех случаях с Литвой, с Аль-Джазирой и Черногорией? Вы слышали красоту этих текстов.

Дмитрий Косырев: Мне интересен пример Черногории. Нужно было смотреть, на кого наш консул рассчитывал. Если он обращался к аудитории оппозиционной - это одно. У меня ощущение, что МИД пока что не умеет свою точку зрения, которая у него есть, которая отражает позицию большинства россиян, доводить до зарубежной публики достаточно мягко и изящно. Потому что с прессой спорить нельзя, она всегда права все равно.

Елена Рыковцева: Вы считаете, что он должен доводить свою позицию, но как-то более оптекаемо?

Дмитрий Косырев: Да. Мне не нравятся обвинения в том, что кто-то, как с Аль-Джазирой, размещает заказные материалы. Я знаю массу людей, которые высказывают точку зрения свою, причем явно неправильную, но это их точка зрения, нужно доказать, что они действительно получили деньги. Это очень сложно.

Елена Рыковцева: Отвечу сейчас Сергею Владимировичу. Он пишет мне: "Обычно, когда вы делаете попытки пригласить представителя официальных российских органов, говорите, что они отказались. В данном случае приглашали ли вы представителей МИДа?"

Сергей Владимирович, мне в предыдущей ситуации было совершенно точно и ясно сказано, что не будем мы ходить в эфир комментировать наши заявления. Совершенно нет смысла приглашать дальше представителей МИДа. Поэтому я приглашаю Дмитрия Косырева, как представителя государственного агентства, может быть, он как-то это точку зрения попытается не то что донести, но объяснить хотя бы.

Римвидас Валатка: Хочу добавить две вещи. Скажем, если бы литовский посол в Москве Шидлаускас написал бы такое письмо в какие-нибудь "Известия" или "Московские новости", чтобы творилось в России! Такой скандал разразился бы, что трудно было бы услышать какой-нибудь другой голос. Так что, это я думаю, невозможно.

Вторая вещь. Борис Цепов на этом не остановился. Это была как бы разминка. Через неделю он дал интервью другой литовской газете "Республика". В ней он то, что говорил про "Летувос Ритас", говорил про весь литовский народ и про все государство. Цитирую: "Литва - это даже не государство, а какой-то клубок скандалов, где все грызутся между собой, обливая друг друга грязью, и потом еще радуются". Мог бы посол Литвы такое сказать про Россию?

Елена Рыковцева: Вы определили мой вопрос. Я хотела вас спросить - известны ли вам аналогичные письма литовского посла России в адрес российских изданий? Как я понимаю, никогда ничего подобного не было?

Римвидас Валатка: Если бы литовский посол в какой-нибудь стране будь то Россия, Украина или Белоруссия подобное бы сделал, и наш МИД, и наша газета в тот же день, я думаю, потребовала, чтобы он был отозван из этой страны. Стыдно за такого посла нам было бы.

Елена Рыковцева: Дополню, что когда 2,5 года назад, когда произошли ситуации, о которых я рассказала в начале программы, я тоже обзванивала иностранные посольства в Москве с просьбой рассказать, в каких случаях они высказываются по поводу выступлений в российской прессе. В частности, оказалось, что посольству США не пришло в голову писать протест по поводу статьи в одной известной московской газете, где теракты 11 сентабря назывались "грандиозной провокацией, организованной самими же американскими властями". Дипломаты, как мне объяснили, скорее, обращаются в прессу по частным поводам - публикация неверных сведений, непроверенных слухов. К примеру, посольство США, как мне рассказали, отреагировало на информацию в Московской газете "Москоу Таймс" об отказе в американской визе лидеру партии ЛДПР, разъяснив газете (кстати, в частном порядке), что таковой партийный лидер в посольство за визой не обращался вообще.

И вот Дмитрий, может быть, я о чем-то не знаю? Может, случались открытые письма иностранных послов с оценкой позиции того или иного российского СМИ? Может быть, вам известно об этом?

Дмитрий Косырев: Да еще как известно. Например, Александр Вершбоу, американский посол, который имеет среди своего русского штата кличку "птица-говорун", одно время печатался в "Известиях" чуть ли не еженедельно. Вот там он перешел некоторые грани, потому что посол не имеет права критиковать правительство страны, в которой находится, и лучше бы ему воздерживаться от оскорблений нации в целом.

Елена Рыковцева: Что именно он критиковал?

Дмитрий Косырев: Критиковал правительство, Путина. Это было чрезмерно. Если историю сократить, то так часто он теперь об этом не пишет. Американцы часто переходят границы.

Акрам Хузам: А помните, как МИД реагировал на заявление Вершбоу?

Дмитрий Косырев: Не помню.

Акрам Хузам: А никак.

Дмитрий Косырев: Насколько я знаю, он не реагировал открыто, но протестовал, видимо, уже по своим каналам. Потому что, повторяю, писательство пошло на спад.

Елена Рыковцева: Акрам, а почему вы считаете, МИД тогда не отреагировал на позицию Вершбоу, выраженную в русской прессе?

Акрам Хузам: У меня нет никаких объяснений, но для меня было странно, что тот открыто критикует, говорит, пишет именно в российской прессе, видимо, Дмитрий правильно говорит...

Елена Рыковцева: Так ведь он критиковал политику российского правительства, не газеты самой.

Дмитрий Косырев: Да, и на это он не имеет права.

Елена Рыковцева: Но я-то спрашиваю вас о другом. Когда и в каких случаях иностранные дипломаты критиковали позицию конкретной газеты, как это произошло с "Летоус Ритас", Аль-Джазирой, черногорской газетой? Когда это было и было ли такое?

Дмитрий Косырев: Это обыкновенная вещь. Как раз с газетой можно. Дипломат как раз старается сделать это мягко, изящно подсказывая, что газета была не права.

Елена Рыковцева: И не в форме открытого письма?

Дмитрий Косырев: Нет, почему? Можно в любой форме.

Елена Рыковцева: Так вот я и спрашиваю - было такое на вашей памяти?

Дмитрий Косырев: На моей памяти нет. Скорее вызывают людей на разговоры, объясняют, что, ребята, вы допустили ошибку.

Елена Рыковцева: В этом смысле российские дипломаты, как я понимаю, выступают с новым словом дипломатической практики, когда пишут открытые письма.

Дмитрий Косырев: Нет, можно и это. Я наблюдал всякое. Я помню ситуацию на Филиппинах в 1988 году, когда вся элита поднялась на рога против Советского Союза, потому что мы поддерживали прежнего президента. А новая команда была очень злобно настроена. Приехал очаровательный посол Олег Михайлович Соколов. Он ходил по всем газетам, приглашал журналистов на чай, улыбался, очаровывал, через год его обожала вся филиппинская пресса, все телевидение. Это, я считаю, более красивый вариант, потому что ошибки все равно будут, какие-то мелкие пакости будут, справиться невозможно. Поэтому более продуктивно - очаровывать.

Елена Рыковцева: Слово слушателям. Бронислав из Москвы, пожалуйста.

Слушатель: Меня беспокоят не просто формальные отношения дипломатии и прессы, а полезность действий той и другой стороны. Меня очень беспокоит, когда в отношениях с Прибалтикой мы очень резкие, что не дает возможности на других общественных началах строить нормальные отношения. Меня еще беспокоят вопросы, что вся эта проблематика носит комплексный характер, потому что за последнее время прошло несколько очень важных переоценок лицами высокого уровня, в том числе и внешнеполитического курса. А действия дипломатов не очень точны. От этой сферы следует ожидать более корректных, более четких, более умелых действий, которые устраивают государство и, естественно, граждан России.

Акрам Хузам: Знаете, в чем разница между западными и российскими дипломатами? Там на Западе ищут журналистов, постоянно их ловят, потому что они знают, что такое пресса - это формирование общественного мнения, это донесение своей позиции и так далее. А здесь, наоборот, то есть мы бегаем за дипломатами, умоляем объяснить, вот вам эфир, даем вам сколько угодно для того, чтобы разъяснили позицию своей страны. Никак. Вот в чем корень этой проблемы.

Елена Рыковцева: Римвидас, спрошу у вас ровно о том же. У вас в Литве вам в газете достаточно просто общаться с представителями российского посольства, когда нужно что-то прокомментировать, узнать позицию России?

Римвидас Валатка: Очень хорошая тема. Могу сравнить. Например, из всех российских послов за 15 лет попросил прийти в нашу редакцию и встретиться с редакторатом один лишь Зубаков. Остальные нас считают за врагов, с которыми надо бороться. А из Франции, Великобритании сразу после ротации новый посол звонит в наш офис и просит их принять, то есть поговорить. Обычно такие дипломатические вещи не очень интересно слушать, они красиво упакованы, но это для сравнения. Все послы считают честью прийти в газету, поговорить. Они потом присылают разные материалы и так далее.

Елена Рыковцева: Но вот я просила короткий комментарий по оценке ситуации, вам дают такие комментарии представители российского посольства, когда вам нужно по работе?

Римвидас Валатка: В принципе, я не могу сказать, что они не дают. Я бы не назвал такого случая, когда бы они отказали. Но пользы, конечно, иногда от этого бывает мало. Наша газета критически относится и к другим посольствам. Например, мы критиковали и США, и политику США, и политику Франции. Но самое большое наказание было, что какое-то время нас не приглашали на приемы по поводу национальных праздников.

Дмитрий Косырев: Просто не далее как вчера вечером я был на приеме посла Казахстана среди группы журналистов, пишущих по азиатским проблемам и прочее, он очень аккуратно, изящно нам рассказывал про ситуацию в Казахстане. Там много было информации, но он при этом хорошо знал, что часть тех, кто там сидит, это, скажем так, идейные противники или с ним не согласные, и этой информацией, возможно, не воспользуются, но он все равно их пригласил, хорошо кормил, с ними обращался как с партнерами по диалогу. Это грамотная работа, хотя школа казахской дипломатии имеет корни те же, что и наша. Но у нас в какой-то степени, не только дипломаты, но и чиновники с детства, как американцы и англичане, не учатся выступать, не учатся писать и легко, изящно общаться с людьми, которые заранее настроены враждебно. Вот такое несчастье национальное.

Елена Рыковцева: Послушаем звонки. Александр Петрович из Калининграда.

Слушатель: Я бы хотел сказать, что искусство дипломатии, в первую очередь, должно иметь место быть, а наука дипломатия - это уже наука. Поэтому, конечно, не должны дипломаты вмешиваться в средства массовой информации, с моей точки зрения, но в то же время сотрудничать со средствами массовой информации просто себе же лучше. Это общая фраза.

А конкретно хочу рассказать вам про Калининградскую область. Жители, например, с 16 марта обязаны покупать страховки для проезда через Литву даже в поезде, который останавливается в Вильнюсе, из которого нас не выпускают, потому что якобы мы можем бежать в красивую и сытую Литву, имея при этом все документы. Почему средства массовой информации об этом не пишут? Почему не пишут о простых людях? Как им стало лучше или хуже оттого, что вы стали независимыми и гордыми?

Елена Рыковцева: Александр Петрович, пишут об этом в России, безусловно. Римвидас, то, что люди еще и страховку должны покупать, проезжая транзитом, вы это освещаете в своей газете как-то критически?

Римвидас Валатка: Мы много критикуем нашу власть, но этот случай из тех, которые попадают под законодательство Европейского Союза. Мы уже больше года являемся членами Евросоюза. Мы не можем выйти за рамки европейского законодательства. Так что, здесь можно критиковать Литву, но...

Елена Рыковцева: Сделать ничего нельзя.

Римвидас Валатка: Наши законы уже как бы синхронно принимаются с Брюсселем.

Елена Рыковцева: Василий из Троицка, здравствуйте.

Слушатель: Конечно, на мой взгляд, дипломатия должна вмешиваться в вопиющие факты отражения прессой, скажем, образа другой страны. Например, я был в Прибалтике с 1984 по 1991 год, когда там выходили журналы сатирические типа, "Ежик". Там русские изображались в ватнике, ушанке, небритые, с бутылкой водки с подписями "оккупанты" и так далее, то есть в самой оскорбительной форме.

Елена Рыковцева: В таких случаях, вы считаете, должны дипломаты вмешиваться?

Слушатель: Я считаю, что это недобрососедские отношения. Это уже выходит в ранг государственных отношений, формирование недобрососедских отношений в нескольких государствах, ничего хорошего в этом нет. В конечном итоге это сказывается.

Елена Рыковцева: Понятна ваша точка зрения, что должны дипломаты вмешиваться. Но весь вопрос в формах этого вмешательства. Прочитаю пейджер.

"Что толку, что наши дипломаты учат иностранную прессу, что писать. Не на ту педаль опять жмем. Надавить надо экономически. Глядишь и пресса запоет нужную нам песню, но наши правители работают против нас", - пишет Александр Добрый.

"Пожалуйста, передайте замредактора литовской газеты привет и благодарность за то, что они внимательно следят за делом Ходорковского, надеясь на помощь литовских демократов", - передает вам привет Лариса Дмитриевна.

"Вся наша внешнеполитическая деятельность направлена на негативное отношение с внешним миром - поиски врагов, упреки, недовольство и прочие проявления. Дипломаты должны прислушиваться к волчьей, кремлевской стае. Их поведение точно отражает направленность нашей политики. Они не виноваты - это разруха в голове", - пишет Олег Борисович.

"Заявления наших мидовских сотрудников находятся в контексте мнения Шувалова", - пишет Василий Николаевич. Известно заявление Шувалова по делу "ЮКОСа". Не буду напоминать, это другая история.

Акрам Хузам: А с другой стороны, я искренне говорю, что в МИДе очень высокопоставленные дипломаты, но им не разрешено выступать в средствах массовой информации. Я за то, чтобы дипломаты комментировали, участвовали, и так далее, но Кремль не дает такой возможности.

Елена Рыковцева: Спасибо, продолжаю читать пейджер.

"Поддерживаю действия наших дипломатов по защите чести и достоинства нашей страны в мире", - пишет Сергей Владимирович.

"Российские дипломаты подобные Цепову в Литве позорят наш МИД и наше государство. Таких следовало бы немедленно отзывать и гнать со службы", - пишет Борис из Санкт-Петербурга. Надо же, прямо встык!

Дмитрий Косырев: Просто хочу напомнить. Тут многие говорили о том, можно или нельзя влиять на газеты или станции как Аль-Джазира. Невозможно. Повлиять на них можно только убеждением. Допустим, Москва Акрама вышлет. Приедет другой, еще более злобный, или закроют Аль-Джазиру в Москве. И что? Будет меньше информации и все.

Елена Рыковцева: Я вспоминаю Акрама Хузама, который приходил в офис Радио Свобода с портретом "Я и Путин" после своей встречи с президентом, в рамку его поставил и гордился.

Дмитрий Косырев: Самое главное, что не может наш посол где-то воздействовать в насильственном порядке на какую-то газету. Он может только стараться всеми силами, мягко или жестко сказать свое мнение. Старается каждый как умеет.

Елена Рыковцева: Римвидас, ваша точка.

Римвидас Валатка: Она, может быть, будет не традиционной, но я хочу поблагодарить Бориса Цепова за то, что он выступил с нападками в сторону нашей газеты, потому что наш авторитет в целом по стране вырос. Так что, мы рады.

XS
SM
MD
LG