Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Воспоминания о временах олигархического телевидения


[ Радио Свобода: Программы: СМИ ]
[12-05-05]

Воспоминания о временах олигархического телевидения

ВедущаяЕлена Рыковцева

Елена Рыковцева: Великим достижением своей политики Владимир Путин считает освобождение российской прессы и, соответственно, всего российского народа от олигархической цензуры. Об этом он заявил в послании Федеральному Собранию. Сейчас на телевидении, конечно, тоже не все ладно. Однако нынешние издержки президент объясняет лишь нездоровым рвением отдельных чиновников.

Мысль о великом освобождении он развил в интервью немецким журналистам 6 мая. Он сказал, что "мы не можем вернуть назад под контроль олигархов средства массовой информации, ибо все это мы уже проходили". Он поделился своими воспоминаниями о том ужасном времени. "Мы проходили уже период, когда на одном из общенациональных каналов сидела вооруженная охрана конкретных людей, конкретной экономической группы и раздавала деньги всем сотрудникам общенационального телевидения в пакетах "вчерную" от своего имени", - отметил Путин. Президент России добавил, что речь идет о тысячах и десятках тысяч долларов для ведущих журналистов. Какой именно телеканала Владимир Путин имел в виду, не очень понятно, но по контексту войны тех времен можно догадаться, что речь шла либо об ОРТ, либо об НТВ.

Сегодня мы обращаемся к вам с вопросом, уважаемые слушатели: Что вы помните о временах олигархического телевидения? Действительно ли вы благодарны властям за освобождение от олигархической цензуры? В чем, на ваш взгляд, таковая проявлялась? Правда ли, что нынешняя ситуация в прессе вам кажется более здоровой?

Гости нашей сегодняшней программы - Николай Николаев, вы помните его по программе "Независимое расследование". Николай, расскажите, пожалуйста, слушателям, что было дальше с вами после НТВ, после того, как канал "переоформили"?

Николай Николаев: На тогдашнем НТВ я занимался не только программой "Независимое расследование". Я работал обозревателем для информационной программы "Сегодня" и программы "Итоги". На самом деле, история "Независимого расследования" не закончилась. Сразу после развала НТВ я ушел на Первый канал, я не пошел на ТВ-6 (был определенный выбор). Все это было сложно, сейчас, может быть, об этом не стоит полно говорить. В марте 2003 года я покинул Первый канал. Это было добровольное желание. Дважды я пытался уйти с канала. Один раз меня остановил один начальник, убедив в том, что все наладится, все будет хорошо. Но все-таки в марте 2003 года программа "Независимое расследование" в полном составе покинула Первый канал, что является, в общем, большим скандалом для нашего телесообщества. Тем не менее, скандал постарались оставить незамеченным.

Елена Рыковцева: Может быть, сразу скажете о причинах того, почему вы покинули канал?

Николай Николаев: Все очень просто. Я достаточно откровенно говорил, почему я покинул Первый канал. Я просто не хотел быть официантом на раздаче той или иной информации. У меня было очень много кураторов. Фактически за мной шпионили. За программой был какой-то особый контроль. Проговаривали списки гостей. Программа могла вообще не выйти в эфир, потому что вдруг появился, скажем, Георгий Сатаров, Юшенков. Это был приговор для передачи.

Елена Рыковцева: Сразу уточню, что это был канал уже "свободный от цензуры олигарха Березовского", да? Это уже было не при Березовском?

Николай Николаев: Да, это был канал свободный от цензуры Березовского. Но если Владимир Владимирович Путин думает, что на Первом канале после этого деньги выплачивались не "вчерную", то он глубоко заблуждается. Что касается конвертов, по-моему, это такая удобная форма хранения денег.

Елена Рыковцева: Это просто штрих, что именно он помнит. А мы будем спрашивать у слушателей, что они помнят.

Николай Николаев: На Первом канале Служба безопасности, мне даже кажется, более мощно выглядит, более экипирована нежели на тогдашнем НТВ, но это тоже такие вспышки памяти. Хочу забыть то время, потому что, когда я ушел с Первого канала, то я пришел на ТВС, я пришел как бы к родным своим людям, с которыми когда-то начинал, хотя это тоже было непросто, но первое, что я сказал, когда пришел, примерно через две недели спустя после того, как я оставил Первый канал: "Знаете, у меня такое ощущение, что я вышел из тюрьмы". Это было совершенно искренне сказано. Я действительно чувствовал, что вышел из тюрьмы.

Елена Рыковцева: У меня-то впечатление, что Владимир Владимирович, конечно, имеет в виду в большей степени НТВ. Потому что ОРТ времен Березовского и времен поддержки самого Владимира Владимировича его, видимо, устраивало больше. Об этом я хочу спросить второго нашего гостя - это Арина Бородина, телевизионный обозреватель олигархической газеты "Коммерсантъ", которая все еще принадлежит Борису Березовскому. К нашему разговору это отношения не имеет, потому что газетой, как я понимаю, Борис Абрамович не занимается так уж плотно. Да, Арина?

Арина Бородина: Думаю, это лучше оценить нашим слушателям и коллегам, которые читают ежедневно "Коммерсантъ". Бывают, конечно, его выступления "на правах рекламы", или мнения, как по случаю послания президента Федеральному Собранию. Там Березовский тоже выступил, но, тем не менее, на своей лично работе могу сказать, я это не ощущаю.

Елена Рыковцева: Арина, обращаюсь к вам, как к человеку, который писал тогда в те времена 5 лет назад (вы тоже будете нам помогать вспоминать времена "олигархической цензуры") о тогдашней войне. Хочу сразу попросить вас развести эти две ситуации НТВ и ОРТ. Согласитесь, что были разные две истории?

Арина Бородина: Да, Лена, конечно, я с вами абсолютно соглашусь. Но как сказал Николай, действительно, вспышки такие. Потому что время берет свое, что-то в памяти стирается.

Елена Рыковцева: 5 лет прошло, а президент помнит!

Арина Бородина: Кстати, я все-таки начну с конца, по поводу черных денег и зарплат. Думаю, что и нынешние телевизионные журналисты, работающие на двух госканалах, получают не маленькие деньги, не являются бессребрениками. Более того, они действительно получают не белые зарплаты. Но, Бог с ними, мы не будем считать чужие деньги.

Что касается какого-то внешнего восприятия, то, что говорить, НТВ и информационная служба канала была на десять голов выше всех остальных информационных служб. Даже если это было (мы сейчас понимаем, что могла быть какая-то заказная кампания, которая шла в сюжетах, и которая так или иначе устраивала владельца канала) это было сделано изящнее, тоньше, профессиональнее. Недаром там работала такая высокопрофессиональная команда. На Первом канале Борис Абрамович не пытался сделать даже попытки сбалансированности. Это была такая лобовая атака. Лицом ее был в основном Сергей Доренко, в меньшей степени был Павел Шеремет и другие корреспонденты.

Елена Рыковцева: Это была атака в защиту Путина, в его продвижение.

Арина Бородина: Конечно, если мы говорим о последних годах. Больше того, мы помним, что в 1999 году просто интересы Березовского и Гусинского резко расходятся. На НТВ делается ставка на блок Примакова и Лужкова "Отечество - Вся Россия", а на Первом канале (тогда ОРТ) делается ставка на поддержку "Единства" тогда еще, соответственно, на Владимира Путина. Поэтому здесь резко расходятся интересы и владельцев-олигархов и политики государства.

Елена Рыковцева: Давайте историю с ОРТ доведем до конца, потому что потом мы больше будем говорить об НТВ, поскольку НТВ больше тревожило Владимира Владимировича.

Арина Бородина: Конечно, и до сих пор эта рана, видимо, не зарастает.

Елена Рыковцева: Не зарастает, в том-то и дело. Если говорить об ОРТ, тоглько тогда, насколько я помню, когда Доренко, как отвязавшаяся корабельная пушка, начал говорить о "Курске", и начались неприятности у канала.

Арина Бородина: Это был сентябрь 2001 года после трагедии подводной лодки "Курск". Поскольку я сейчас делала большой материал о 10-летии ОРТ, восстанавливала эту хронику, тут все хорошо помню. Прошел сюжет с вдовами моряков, погибших на "Курске", и родственникам и тех моряков, которые не погибли, но там были. Довольно резко они говорили о том, что власть им все время врет. Этот сюжет стал последней каплей преткновения. Уже 9 сентября не вышла программа Доренко в эфир. Этот сюжет, говорят, просто привел в ярость Путина. Хотя сама история была чуть более многоступенчатая. Уже летом критиковал Доренко и историю с федеральными округами, деление страны на федеральные округа. Он говорил и о том, что все не стабильно в Чечне, а власть говорить, что в Чечне все стабильно. Там была цепочка всяких разных событий, но "Курск" - это была кульминация, кстати сказать, как и на НТВ. Для ОРТ с "Курском" история Березовского заканчивается.

Елена Рыковцева: Тут есть один любопытный момент, что та же самая команда - просто списком - которая тогда работала в пользу Путина и по указке Березовского, она ведь и сейчас занимается тем же самым. Те же люди - поименно и пофамильно - та же информационная служба занимается тем, что называется пропагандой.

Арина Бородина: Авангард информационной службы всегда был Антон Верницкий, который, как мы помним, начал делать свою карьеру, громя МЕДИА-МОСТ Владимира Гусинского тогда по указу Березовского, и тогда это устраивало Путина. Сейчас это авангард сюжетов про Путина.

Елена Рыковцева: В этом смысле все сохранилось на Первом канале.

Арина Бородина: Так или иначе - да.

Елена Рыковцева: Поэтому мы говорим сегодня скорее об НТВ. Давайте послушаем, что помнят наши слушатели. Ирина из Москвы.

Слушатель: Конечно, любая цензура, наверное, это не очень хорошо - государственная цензура или олигархическая. Но очень хорошо помню, что во времена олигархической цензуры в 1996 году, когда шла избирательная кампания за Ельцина, именно НТВ, именно Киселев очень и очень расхваливал Ельцина. Там была такая широкомасштабная кампания за то, чтобы выбрали обязательно Ельцина. Кроме того, он сделал два таких льстивых фильма про Ельцина, а уровень этого журналиста не очень высокий. Вот сейчас у него опять неприятности в "Московских новостях". Он очень субъективен, очень много в его информации субъективного, а человек он недалекий. Так что, олигархическая цензура меня не устраивает.

Елена Рыковцева: Итак, вы вспомнили эпизод 96-го года. Напомню, мы говорим о тех годах пятилетней давности, когда война с "олигархической цензурой" завершилась полной победой Кремля. Предлагаю вспомнить прессу тех лет. Обычно в нашей программе мы цитируем сегодняшние публикации, но поскольку сегодня ретроспективный выпуск, будем говорить о прессе тех лет - 2000-2001 года. На самом деле, не так уж она защищала НТВ, как сейчас может быть кажется. На мой взгляд, именно из прессы Владимир Путин во многом черпал уверенность в справедливости своей борьбы с этим каналом. Предлагаю послушать анализ политолога Александра Ципко одного из выпусков программы "Итоги", который он сделал в "Независимой газете" в январе 2001 года, за четыре месяца до разгрома НТВ.

Диктор: "Вне всякого сомнения, НТВ остается субъектом враждебной интересам России политики. Последние воскресные "Итоги" Евгения Киселева ярчайшее тому подтверждение. Еще раз о Путине говорили, как об узурпаторе свободы слова, строителе полицейского государства.

А вот репортаж о бюджетных народных деньгах, которые якобы пропадают в Чечне, как вода в пустыне. Исходная мысль старая. Если бы не развязанная Путиным новая война в Чечне, то мы бы жили богато и исправно платили по своим внешним долгам. Здесь мы видим продолжение попыток НТВ погасить, нейтрализовать патриотические настроения населения, вызванные успешным началом второй чеченской войны, склонить его к мысли, что пора уходить по-доброму, не только из Чечни, но и со всего Северного Кавказа.

Репортаж о походе кораблей Тихоокеанского флота в Индию, сопровождаемый иронической улыбкой ведущего. Куда нам, нищим, до военного могущества? Внушается мысль о бессмысленности всех этих демонстраций силы и былой военной мощи, что было бы лучше мазут, собранный по сусекам и спаленный во время похода, отдать в котельные замерзающего Приморья.

В репортаже с Украины вся та же моральная поддержка прозападной антирусской оппозиции Кучме, в частности, заключенной под стражу Юлии Тимошенко, и одновременно западный совет премьеру Ющенко как можно быстрее рвать с президентом и лично возглавить Комитет национального спасения.

Как мы наблюдаем каждое воскресенье, Евгений Киселев откровенно, без всякого стеснения отстаивает интересы США и НАТО на своем телеканале и, самое главное, пытается представить их как интересы демократии".

Елена Рыковцева: Вот с точки зрения этого политолога, даже не столько Владимир Гусинский рулил процессом, сколько США и НАТО. За четыре дня до захвата НТВ в апреле 2001 года, газета "Известия" опубликовала открытое письмо Олега Добродеева, тогдашнего и нынешнего председателя ВГТРК, где он разоблачал подлинную суть свободы на НТВ, Евгению Киселеву.

Диктор: "Главной линией защиты ты избрал независимость НТВ. Уж мы-то с тобой знаем, что с самого начала кампания была не только гусинской, но и кремлевской. Лицензию на вещание нам пробивали Бородин и Тарпищев. Я представлял кампанию на всех узких посиделках в администрации. Многие пиаровские ходы ельцинской команды во время и после выборов 1996 года рождались в Останкино. Да что ходы! Многие достопамятные радиообращения Бориса Ельцина летом 1997 года сочинялись журналистами НТВ. Хорошо помню изумление Володи Кулистикова, которого мы осенью 1996 года взяли с тобой с Радио Свобода. "Ну, вы даете, ребята. Спасские ворота ногой открываете".

Мы были при власти. Но Гусинскому в какой-то момент показалось, что он сама власть. И тут-то начались проблемы, которые всегда решались одним и тем же способом - при помощи информационной заточки. Первая кровь брызнула в августе 1997 года, когда Гусинский потребовал от нас информационно разобраться с теми, кто не дал ему вкусить казавшегося безумно сладким пирога "Связьинвеста". Но самое тяжелое - это вторая чеченская война. А было так. Сначала требования акционеров резко ужесточить нейтральную позицию, а потом, как обычно, договориться с властью. Разменять эту позицию на пролонгацию кредитов. Это случалось. Но теперь за этим стояли не интересы олигархов, а жизни людей. Каждый из нас сделал свой выбор, в результате которого я ушел, а ты остался".

Елена Рыковцева: Кстати сказать, сам Владимир Гусинский уверял, что его позиция по Чечне носит глубоко личный характер. В феврале того же 2001 года он говорил газете "Коммерсантъ":

Диктор: "Я, кстати, пытался еще раз поговорить с Путиным о Чечне, перед тем как начали бомбить Грозный. Не удалось. Вот и все. То, что сделали с Чечней, это военное преступление, это то же, что сделал с ней Сталин. Сталин - военный преступник, монстр. Тот, кто отдал приказ бомбить Грозный, где оставались тысячи мирных жителей, рано или поздно будет назван военным преступником. Рано или поздно - это моя позиция. Она, конечно, известна Путину".

Елена Рыковцева: Еще раз подчеркну, что тогдашняя пресса, пресса 2000-2001 годов, очень по-разному трактовала конфликт власти и НТВ. Одни называли его спором кидал и рэкетиров, не имеющим никакого отношения к реальной свободе слова, другие писали, что при всех ошибках, допущенных Гусинским, это все же была независимая кампания. Вот как зимой 2001-го года оценивал ситуацию публицист Дмитрий Фурман в своей статье "Судьба НТВ и наша судьба".

Диктор: "НТВ, как и вообще наши либералы, пожинают то, что посеяли сами. НТВ внесло свой вклад в 1993 году в фактическую ликвидацию российского парламентаризма. В 1996 году оно сделало все, чтобы превратить президентские выборы в комедию. Но то, что происходило в 1999-2000 годах - это просто логическое следствие событий 1991, 1993 и 1996 годов. В некотором роде судьба НТВ похожа на судьбу тех интеллигентных большевиков, которые сначала приветствовали казни и ссылки всяких белых и меньшевиков, а потом ничего не могли понять и апеллировали к внутрипартийной демократии, когда пришли уже и за ними. Необходимая оговорка заключается в том, что каков бы ни был генезис оппозиционности НТВ, сейчас это независимая и оппозиционная компания. В наших условиях, в нашей конкретной ситуации НТВ - оплот и символ свободы слова.

Судьба НТВ, очевидно, решена. Но чем дольше оно будет сопротивляться, тем лучше. Сопротивление НТВ создает прецедент, действительно, независимого телеканала, отстаивающего свободу слова, прецедент отстаивания собственно человеческого достоинства. Оно ослабляет авторитарную власть и ослабляет страх перед ней. Уже то, что первый год правления Путина пошел на борьбу с Гусинским, и победы еще нет, это громадный исторический успех и гарантия того, что слишком далеко в своем наведении порядка зайти не получится. Власть, в конце концов, наверняка победит, но такие победы не надолго. Через какое-то время те, кто сейчас от НТВ отворачиваются, будут рассказывать, как они дружили с Гусинским и как они его поддерживали".

Елена Рыковцева: Можно считать, что это еще более или менее оптимистичный прогноз, потому что еще в сентябре 2000 года Леонид Радзиховский писал в газете "Сегодня" куда более мрачно: "Как бы ни называли НТВ - необъективное, злое, словом, очень плохое, но пока оно есть, в России одна ситуация со свободой слова. Когда оно превратится в ЗТВ (Зависимое ТВ) ситуация станет иной. Наступит тишина (несколько оставшихся независимыми телеканалов и газеты не в счет - они просто не имеют политического веса). Свобода слова останется строчкой в Конституции - и все".

Вот, Николай, пять лет прошло. Можно ли сказать, что сбылся именно этот прогноз Леонида Радзиховского? Как вы оцениваете все это сегодня?

Николай Николаев: Я, слушая сейчас все эти красивые слова, вспоминаю ту ситуацию, которая совсем была некрасивой. Совсем не таких красивых слов требовала ситуация, не таких анализов. Вот прозвучало выражение "прецедент отстаивания свободы слова". А сейчас-то что? Тогда был прецедент отстаивания свободы слова, а сейчас что мы видим?..

А тем аналитикам, критикам, обозревателям, которые пытались понять, как же вообще устроено НТВ, кто же им рулит, кукловодит, карабасит-барабасит, назовите как угодно, им бы я посоветовал остаться в каком-то определенном мире, законсервироваться году в 1993 и кроме программы "Время" ничего не смотреть. Посмотрел бы я на них на теперешних, если бы они 12 лет прожили бы без НТВ. Я бы просто посмотрел на них, на такой как бы парниковый эффект. Поместил бы их в парничок с телевизором фирмы, предположим, "Темп" и включил программу "Время". Каждый раз в 21:00 под призывные знакомые нам с детства мелодии я бы наблюдал за ними. Это была бы программа "За стеклом". Думаю, что это был бы очень интересный эффект.

А вот другой вопрос зададим из разряда - а что было бы, если:? А что было бы, если бы не было НТВ? Какой бы была страна? Каким бы было телевидение? Какими бы вообще были средства массовой информации? Какими мы бы с вами были бы, если бы не было НТВ? Вот этот вопрос почему-то никто сейчас не задает. Все начинают копаться в том, что кто кому сказал, кто что кому написал, кто кому за что заплатил. Если это вспышки памяти достойные, то, пожалуйста.

Елена Рыковцева: Что помнят наши слушатели? Алла из Москвы.

Слушатель: Хочу сказать, НТВ - это моя боль, которая не проходит до сегодняшнего дня. Я была на митингах на Пушкинской площади. Я под дождем стояла в Останкино. Я очень хорошо помню, я была из тех, кто подавал в суд на закрытие ТВ-6.

Елена Рыковцева: Вас что-то смущало в политике канала? Вы что-то считали олигархической цензурой?

Слушатель: Я не чувствовала олигархической цензуры. Единственный раз, когда это было явно, это перед выборами Ельцина в 1996 году программа "Итоги" (вел Киселев) накануне выборов полтора часа - он полпрограммы показывал, как плохо в Болгарии, поскольку там к власти пришли коммунисты, и вторую половину он восхвалял Ельцина.

Елена Рыковцева: Спасибо. Вот опять 1996 год вспомнили. Евгений из Воронежа, здравствуйте.

Слушатель: Раньше на телевидении можно было говорить о чем угодно. Ельцина обвиняли во всем. Даже если в доме лопнула труба, виноват Ельцин. А сейчас про Путина - что бы ни случилось в стране - и подводная лодка, и расстрел наших в Беслане и на Дубровке - Путин ни при чем.

Елена Рыковцева: Пишет Леонид из Санкт-Петербурга: "Я могу о себе сказать, что с приходом кремлевской цензуры, я как будто второй раз в жизни осиротел. Мне 72 года".

Николай из Санкт-Петербурга, здравствуйте.

Слушатель: Когда я слышу о субъективности тех или иных представителей СМИ, так только это мне и интересно. Мне интересны именно субъективные взгляды представителей СМИ на те или иные наши жизненные ситуации.

Елена Рыковцева: Спасибо, Николай из Москвы, вам слово.

Слушатель: Я понимаю слова президента непосредственно, я с ним согласен. Те воспоминания об НТВ времен его расцвета, у меня вызывают дрожь. Это была, безусловно, ярко пропагандистская, очень далекая от объективности кампания.

Елена Рыковцева: Николай, а вы помните, от чего именно вы дрожали?

Слушатель: От репортажей из Чечни, которые меня возмущали. От поведения НТВ во время предвыборных кампаний, это, безусловно, преступление против демократии.

Елена Рыковцева: Каких именно кампаний?

Слушатель: 1996 года. Кроме того, вы только что сказали, как вы понимаете свободу слова. Это должны быть не просто независимые телекомпании, радиостанции, газеты, а те, которые позволяют манипулировать обстановкой в стране своим хозяевам, между прочим, лицам, не избранным народом.

Елена Рыковцева: А лица, избранные народом, могут манипулировать?

Слушатель: Да, безусловно, потому что они избраны народом. Не манипулировать, а управлять, это их непосредственная обязанность.

Елена Рыковцева: Спасибо, ваше мнение понятно.

Николай, что из того, что писали, говорили, думали о влиянии Владимира Гусинского на политику канала было верным, а что нет? Приведу фразу из статьи в "Известиях" 2001-го года Валерия Кичина: "В команде НТВ работало (в апреле 2001 года) много отличных профессионалов, но за их новостными репортажами всегда стояла рука кукловода". Вы работали в новостных программах, в информационных. Что это была за "рука"? В чем проявлялось влияние?

Николай Николаев: Не буду ничем клясться, это моя собственная правда, но за все время работы на НТВ, а это было со дня основания старого НТВ и до конца старого НТВ, я видел Владимира Александровича Гусинского раз пять, может быть. Это были такие встречи - "здравствуйте" и минут через пять "до свидания". О работе в эти короткие встречи практически никто никогда не говорил. Поэтому как можно было мне выдать задание?

Единственное задание, которое получали корреспонденты, обозреватели НТВ, это сделать достойный, добротный, интересный репортаж, соответствующий тому или иному информационному поводу. Вот и все. А наиболее активные зрители, которые вспоминают самое негативное из того, что было, как им кажется, на НТВ:

Елена Рыковцева: Я предлагаю из нашего разговора 1996 год уже выводить. Почему? Потому что Гусинский давно уже покаялся по поводу 1996 года.

Николай Николаев: Но я все же отвечу самым разным людям, которые сочувствуют тому, что не случилось у коммунистов. А случилось бы у коммунистов? Мы бы сейчас точно об НТВ уже не говорили. Думаю, что и вас-то здесь бы уже не было, и программы бы этой не было. Давайте просто объективно посмотрим на определенные вещи.

Вы опять сказали - давайте вспомним олигархический период, управленческий - телевидения того периода. А что сейчас? Разве не олигархическая команда руководит телевидением? Только называется она по-другому. Это тоже олигархи, которые руководят телевидением.

Елена Рыковцева: Так в этом-то и смысл сегодняшнего разговора, что нам говорит президент, первое лицо государства, что тогда был ужас, от которого нынче вы избавлены:

Николай Николаев: Тогда давайте этот смысл и обозначим. Может быть, радиослушатели не очень понимают о чем идет речь. Давайте обратимся ко дню сегодняшнему.

Елена Рыковцева: Вот об этом и идет речь: был ли такой уж ужас в сравнении с нынешним временем.

Николай Николаев: Да, сейчас есть некий невидимый управленец, который, как только что сказал наш телезритель, якобы от лица народа рулит телеканалом, причем не одним. Ну и что? Давайте просто скажем друг другу - хорошо это или плохо. Да или нет? Давайте сравним это с тем временем.

Елена Рыковцева: Арина, можете ли вы сравнить то время с этим?

Арина Бородина: И там были проблемы, но сейчас уж совсем стало плохо. Потому что, если говорить об олигархическом телевидении, ведь не зря наши слушатели звонят и вспоминают 1996 год, можно еще вспомнить 1997 год. Я просто очень хорошо помню, когда я отдыхала с мужем в Сочи, и мы смотрели программу "Итоги", комментарий Киселева Евгения Алексеевича о "насквозь прогнившей клике воинствующих демагогов и кремлевской камарилье" (я дословно помню этот текст). Я не хочу давать оценку тому периоду. Все было.

Но то, что происходит сейчас: Ведь поскольку телевидение оказалось в руках одной какой-то конкретной группировки - кремлевской, околокремлевской, силовиков ли - альтернативной информации мы практически в эфире вообще не видим на общенациональных каналах. Да, НТВ как-то соблюдает марку, но по каким-то ключевым позициям и там уже этого не слышно. И хотя очень сложно провести эту грань, но то, что происходит сейчас в телевизионном информационном эфире, мне кажется, что уже ниже падать просто некуда. Просто забыты какие-то профессиональные критерии в принципе.

Елена Рыковцева: Почему я и прошу вспомнить вас и слушателей то время. Ведь пока, все, что мы слышим, что вспоминается, это считанные эпизоды. 1996 год - большой, огромный эпизод, но он осмыслен уже много раз. Еще раз хочу напомнить, что сам Гусинский говорит, что считает метод ведения той кампании огромной ошибкой. Я сама слышала это покаяние. Это было на одном международном форуме в МГУ. Журналисты помнят "Связьинвест". Да, там тоже постыдная история. Но вот больше что-то я не слышу никаких других особенных воспоминаний зрителей о той "самой страшной олигархической цензуре", каких-то других ярких примеров.

Арина Бородина: Хочу еще одну вещь сказать, это очень принципиально. Мало того, что сейчас мы политическую цензуру наблюдаем в эфире откровенную, мы еще наблюдаем просто нижайший профессиональный уровень людей, которые сейчас работают в информационном эфире. Может быть, по пальцам можно пересчитать людей, которые работают на госканалах, но при этом остаются в профессии. А период НТВ - это все-таки был высокий профессионализм людей. Может быть, потому история канала так трагично и воспринимается нашими слушателями, что делали его очень талантливые люди. Так что профессионализм того времени по сравнению с этим тоже очень сильно отличается.

Елена Рыковцева: Мы слушаем Марию Александровну из Москвы.

Слушатель: Я хочу сказать, для того чтобы слушать и понимать то, что слышишь, надо ничего особенного не иметь, кроме головы на плечах. Но когда я имею возможность выслушать разные мнения, разные умозаключения, анализ разный, я из этого могу составить себе полноценную картину. А когда мне талдычат, извините, я другого слова не могу подобрать, по всем каналам, кроме одного единственного REN-ТВ, одно и тоже, то мне неинтересно это слушать. Я переключаю только на радио.

Елена Рыковцева: Мария Александровна, можно ли сказать, что тогда 5 лет назад у вас была возможность получить разные точки зрения, а сейчас вы ее лишились?

Слушатель: Да, именно так.

Елена Рыковцева: Спасибо. Александр из Москвы.

Слушатель: Я тоже, лишившись НТВ, вообще перешел на другие источники информации, получаю информацию в основном из Интернета. А насчет олигархов я бы сказал так, что, конечно, олигархи, которые были, они стали простыми миллиардерами, а настоящий олигарх у нас, по-моему, появился только один. Олигарх в полном смысле слова, который управляет и финансовыми потоками и владеет колоссальной властью. Это было видно по делу Ходорковского. Откуда-то берутся офшорные фирмы, которые 10 миллиардов выкидывают за "Юганскнефтегаз", которые владеют контрольными пакетами акций "Газпрома", за которыми стоят непонятно какие-то люди: Вот если бы их там расследовать, посмотреть, что за этим стоит.

Мое мнение такое, что у нас сегодня тишь и гладь, никаких проблем, все замечательно, а куда катимся неизвестно.

Арина Бородина: Есть еще одно принципиальное соображение. Сейчас не просто цензура в эфире. Это пропаганда и манипуляция, причем идет такая прицельная долбежка. Все-таки на НТВ, если мы даже говорим об олигархическом телевидении, впаривание в мозги, вдалбливание - такого метода даже близко не было. Это все-таки была альтернативно представленная точка зрения всех сторон. А сейчас просто идет пропаганда и манипуляция общественным мнением.

Елена Рыковцева: Очень много пишут на пейджер. Начинаю читать сообщения. Ирина: "Даже не верится, что было гусинское НТВ, ТВ-6. Сейчас очень редко включаю ящик, в основном, Культуру и REN-ТВ".

"Одну цензуру заменили другой. Как всегда Путин лицемерит. Любое СМИ - это крупное предприятие. У него должен быть владелец, владелец должен быть полновластным. Таких владельцев должна быть добрая сотня, а я уже как зритель буду выбирать", - так пишет Валерий Чудов.

"Наше ТВ исключительно для умственно отсталых, приятное исключение канал Культура", - пишут Киселева и Кузнецова.

"Нынешнее телевидение уже не так влияет на мнение людей. Они теперь сами с усами, и анализируют то, что происходит в стране. Это самый неприятный ветер для власти", - так думает Александр Добрый.

"На государственном телевидении очевиден информационный фильтр администрации. Ни один канал не сообщил о встрече Буша с правозащитниками", - пишет Леонид Константинович. Это чистая правда.

Николай Николаев: Хотел бы дополнить, что если бы все-таки люди, которые управляли НТВ тогда, действительно хотели сделать какой-то источник огромной прибыли для себя, то, разумеется, они бы не стали так много вкладывать денег в развитие телевидения. Это 100 процентов. То, что НТВ все-таки к 2001 году предстало мощнейшей телевизионной индустрией, которая была очень конкурентоспособна по отношению к ведущим мировым телеканалам, это абсолютный факт. То, что позволяло себе и могло позволить себе НТВ, - не потому что это были какие-то нелепые щедроты, а потому что это был профессиональный ход. Тогда в 2000 году, в 2001 году - это очень достойно той профессии, которую избрали для себя те, кто находился на этом канале.

Кстати говоря, мы сейчас в принципе обсуждаем некие вспышки памяти господина Путина...

Елена Рыковцева: И пытаемся эти вспышки соотнести со своими и наших слушателей.

Николай Николаев: Есть такое послание президента. Я как человек, доверяющий больше своим глазам, чем ушам, предпочел бы не услышать это, а предпочел бы увидеть как-то. Он говорит: свобода слова, другая политика в области телеканалов и вообще в развитии телевидения. Здорово. Давайте проявим это как-то. Прошел уже со дня послания, с 25 апреля, определенный срок. Давайте вернем хотя бы Леню Парфенова на экран в таком случае. Вы сказали, мы тут же сделали, воплотили. Вы говорите, что необходима независимая судебная система. Замечательно. Давайте в тот же день освободим Ходорковского.

Вот это все вещи, которые никак не увязываются с делами. Поэтому если мы в очередной раз поведемся, если в очередной раз мы этому поверим, тогда нам такие каналы как НТВ через года три просто вообще не будут нужны. Мы будем жить в ощущении необходимости таких программ о сказках, о былинах. Мы будем сами их слагать, сами их будем слушать, мечтать о каких-то управленцах, назначенцах и так далее. Вот это наше будущее в таком случае.

Елена Рыковцева: Нина из Рязани пишет вот такую вещь: "Достаточно трусливо все это выглядит. В гостях программы присутствуют те кто вместе с ведущей придерживаются одних взглядов. Это хорошо проплаченная заказуха". По поводу заказухи не комментирую, это просто смешно.

Николай Николаев: А почему бы и нет. Мне очень интересен этот вопрос - сколько я получу.

(смех в студии)

Елена Рыковцева: Все-таки хочу серьезно ответить на первую часть вашего вопроса, Нина, по поводу журналистов, придерживающихся одних взглядов. Вчера у меня было очень серьезные разговоры с журналистами, которые тогда в 2000-2001 годах придерживались совершенно других взглядов на НТВ. Я очень хотела пригласить их в эфир. Я их просила повторить всего лишь то, что они писали. Я подняла весь свой архив, посмотрела, кто и что писал, нашла, позвонила и попросила всего лишь повторить то, что они говорили, что это олигархическое телевидение, что ничего общего со свободой слова нет. И что, вы думаете, они мне отвечали? Они говорили: "Тогда мы писали, да, но сегодня повторить это - значит лить воду на мельницу Кремля, а мы не хотим". Арина, почему изменилось отношение этих людей к ситуации - тогда можно было лить, а сейчас нет?

Николай Николаев: Они уже мечтают приноровиться к новой ситуации. Они чувствуют ее приближение.

Арина Бородина: Знаете, Лена, когда я слушала комментарии, которые были в начале, Ципко и других и думала (может быть это нескромно) - боже мой, какое же это все-таки счастье, в том числе профессиональное быть последовательным и не изменять себе с точки зрения освещения информационного процесса. Потому что я очень хорошо помню события 1999-2003 года. Если поднять мои заметки в разных изданиях, я подпишусь под каждым своим предложением и сейчас. Это не реклама себе, просто я это слушаю, и не представляю, чтобы эти люди пришли сюда. Потому что нынешняя ситуация во стократ жестче, хуже:

Елена Рыковцева: Они не изменили взгляд на ту ситуацию, но они в сравнении с нынешней ситуацией уже не хотят ту классифицировать как раньше.

Арина Бородина: Лена, они и тогда понимали. Нормальный думающий человек не мог не понимать, что творится просто беспредел. Мы не говорим о том, кто прав, кто виноват. И у той и у другой стороны были ошибки, если мы говорим о конфликте Гусинского и Путина. Но в целом ситуация - закрывали крупнейший, независимый, развитый канал, на котором работали десятки талантливейших журналистов. Миллионы зрителей лишались этой информации. Там ведь не только новости были, но и другие программы, не имеющие отношение к политике. Эти люди не могли этого не понимать. Просто сейчас стыдно. Если говорить пафосно и эмоционально - стыдно.

Елена Рыковцева: Вы думаете?

Арина Бородина: Думаю, да, потому что вот эти нынешние времена не вечны, они тоже закончатся.

Елена Рыковцева: Это то, что писал Фурман, что настанут времена, когда люди, которые отворачивались от Гусинского, будут гордиться тем, что дружили с ним:

Арина Бородина: Да, они, видимо, предпочитают сейчас пока лучше отмолчаться, потому что иначе сейчас бы пришлось им задавать все эти вопросы по их статьям.

Елена Рыковцева: Смотрите, что пишет cлушатель: "Мне сегодняшнее телевидение нравится больше, потому что я его практически не включаю. Смотрю только познавательные передачи. Так что больше стало свободного времени на другие дела".

Николай Николаев: А лучше читать. Возьмите томик Чехова любую вещь и прочитайте, гораздо полезнее.

Елена Рыковцева: "Моя благодарная память подсказывает, что большое значение имели программы "Куклы" и "Итого". Сюжет "Крошка Цахес" был последней каплей раздражения для Путина".

"Николай, особенная благодарность за сюжеты про Меня и "Курск". На НТВ сейчас скучно", - пишет Наталья.

"Доктрина Путина об информационной безопасности страны успешно внедрена. Беречь его от олигархической цензуры на ТВ - это наглое лицемерие", - так пишет Анна.

Бабушкина из Санкт-Петербурга пишет: "Меня не устраивает как прежнее олигархическое телевидение, так и нынешнее, поскольку и то и другое не предоставляет эфир альтернативным точкам зрения. Предоставляется эфир только неолиберальным политикам".

"Когда я встану утром и не услышу Радио Свобода, я буду на вашей стороне, а пока я на стороне Путина".

"Во-первых, процветает историческая и политическая ложь. Нет в СМИ правды - это катастрофа".

"Празднование великой Победы показало, что Путин хороший парень, чтит историю, любит свой народ, уважает другие народы. Ему надо помочь средствами массовой информации, а не ностальгировать по олигархическому телевидению. Всем не угодишь", - так пишет Варвара из Санкт-Петербурга.

Николай Николаев: Ему попытались помочь. Эстонская журналистка попыталась ему помочь. Однако он достаточно грубо ей ответил. Кстати говоря, если мы говорим о свободе слова на телевидении, этот фрагмент ведь тоже был вырезан, тот фрагмент международного хамства, когда Владимир Владимирович передразнил эстонскую журналистку.

Елена Рыковцева: Я, кстати, об этом прочитала только в газете "Коммерсантъ".

Николай Николаев: Очень показательный момент. Эта любовь Владимира Владимировича к журналистам, она имеет определенную историю. Одному журналисту было сказано: "Мы вам сделаем обрезание".

Елена Рыковцева: Это показали.

Николай Николаев: Это показали, слава тебе Господи. Думали, что эта шутка пройдет, шутка не прошла, потому что она была слишком тонкой. Теперь вот этот эпизод с эстонской журналистской. Все в развитии. Будем ждать дальше. Кто следующий?

Елена Рыковцева: Александр из Москвы, здравствуйте.

Слушатель: Все-таки довольно удивительно было услышать фразу о покаянии Гусинского. Это все равно, что сказать, что Геббельс покаялся на каком-либо конгрессе в Лиге наций относительного того, что они мерили черепа евреям. Я хочу сказать о том, что НТВ, журналистское сообщество в России сделало все для того, чтобы уничтожить конституционную демократию в стране и институтализирующееся гражданское общество. После 1996 года их вклад был решающим в создание хунты латиноамериканского образца, которая просто перешла из рук нескольких олигархов в руки ФСБ.

Николай Николаев: Хочется спросить, а где же было общество? Там тысяча человек, работавших на НТВ, совершили фактически в стране переворот, создали предпосылки для создания определенного режима, о котором нам сейчас рассказывает слушатель. А где же было общество? То самое общество, которое активно смотрело НТВ, что подтверждалось хорошими рейтинговыми показателями? Получается, что общество было не с нами что ли?

Арина Бородина: А где сейчас общество, когда ему забивают пропаганду в мозги?

Николай Николаев: Видимо, общество нынешнее готовит колья, оглобли, чтобы бороться с теми, о ком было сказано.

Елена Рыковцева: "Телевидение было живое. Сегодня оно мертвое. Многие мои знакомые вообще не смотрят телевидение". На этом сообщении мы завершаем программу "Час прессы".

XS
SM
MD
LG