Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Ежегодная Международная Телерадиоярмарка в Киеве


[ Радио Свобода: Программы: СМИ ]
[02-06-05]

Ежегодная Международная Телерадиоярмарка в Киеве

ВедущаяЕлена Рыковцева

Елена Рыковцева: Сегодня мы ведем эфир из киевского бюро Украинской Службы Радио Свобода. В эти дни в Киеве большое событие - ежегодная Международная Телерадиоярмарка, крупнейший на Украине форум, который собирает всех профессионалов медиаотрасли. Эту ярмарку традиционно, уже 11-й год подряд организует компания "Телерадиокурьер" и непосредственно журнал "Телерадиокурьер" - о проблемах медиаиндустрии. У нас в гостях председатель Национального союза журналистов Украины Игорь Лубченко, и гости ярмарки - Сергей Лебедь, программный директор телекомпании "Черновцы" из города Черновцы, и директор этой же телекомпании Геннадий Сергеев. Мы говорим о том, оправдались ли в новой Украине те надежды на большую степень свободы, которые возлагали на революцию украинские журналисты. Мы также спрашиваем вас, уважаемые российские слушатели: какими вы представляли последствия украинской революции? Что из ваших личных прогнозов сбывается, а что нет? Понятно, исходя из той информации, которую вы получаете о ситуации на Украине из российской прессы. Точно также понятно, что мы с гостями говорим преимущественно о проблемах масс-медиа, а вы можете говорить значительно шире.

И для начала я хочу напомнить о некоторых событиях в украинской прессе, которые тогда, в дни революции, весьма вдохновили российских журналистов, но при этом пробудили у них чувство здоровой зависти, что в России-то такого быть не может. "Независимая газета" от 10 декабря прошлого года.

Диктор: Первой на сторону оппозиции незадолго до выборов неожиданно перешла телекомпания "Эра", которая ранее соблюдала информационный нейтралитет. Именно из студии этого канала в эфире неоднократно выступали Виктор Ющенко и Юлия Тимошенко в тот момент, когда доступ на другие каналы им был закрыт.

Накануне первого тура выборов ведущие на "1+1" стали появляться в студии в оранжевой одежде (кофтах, костюмах, галстуках). А 28 октября семь журналистов "1+1" заявили, что больше не могут дезинформировать общество, и уволились. 22 ноября из эфира "1+1" новостные выпуски просто исчезли - журналисты отказались работать по "темникам". Вместо них три дня ситуацию в стране пришлось освещать шеф-редактору службы новостей.

Несколько дней на "Интере" и "1+1" прямые репортажи из штаба Виктора Януковича вел один и тот же корреспондент. 25 ноября он тоже покинул эфир, заявив, что уволился с телеканала "Интер", так как, по его словам, "выглядел полным идиотом, как штрейкбрехер". К нему присоединились коллеги по каналу. 12 журналистов "Интера" выступили на майдане Незалежности, пообещав, что впредь эфир будет объективным. Причем сделали они это 24 ноября на Первом национальном выпуске новостей программы "Вiстi", как обычно посвященном победе Виктора Януковича. Сурдопереводчица УТ-1 Наталья Дмитрук проигнорировала текст основной ведущей Татьяны Кравченко об итогах выборов, оглашенных украинским Центризбиркомом. Вместо него Дмитрук сообщила глухим зрителям следующее: "Результаты ЦИКа являются сфальсифицированными. Не верьте. Наш президент - Ющенко. Мне очень досадно, что до этого приходилось переводить неправду. Больше я этого не буду делать. Не знаю, увидимся ли".

А 25 ноября власть окончательно потеряла контроль над "1+1". В этот день новости вернулись на канал, начавшись с официального заявления совладельца "1+1" Александра Роднянского, спешно прилетевшего из Москвы в Киев, который заявил, что "мы осознаем свою ответственность за предвзятую информацию, которую распространял канал под давлением и по директивам разных политических сил. С сегодняшнего дня за содержание информационного продукта будут отвечать только коллектив и менеджмент "1+1".

Таким образом, в настоящий момент ситуация на украинском телевидении сильно изменилась - и не в пользу власти, у которой, по сути, осталась только телерадиокомпания "Украина".

По мнению независимого украинского журналиста Алексея Науменко, говорить о необратимости телевизионной революции нельзя, однако "очевидно, что в России подобный прецедент невозможен". (Варшавчик, 10 декабря 2004)

Елена Рыковцева: Ну, вот так здорово все начиналось. И теперь я спрашиваю гостей: что теперь? Вот в какой-то момент показалось, что сбросили с себя узы "темников", цензуры и так далее. Что происходило потом, когда новая власть пришла к власти?

Игорь Лубченко: Я согласен с теми моими коллегами, которые говорят, что сегодня отсутствуют "темники", сегодня отсутствует какое-то давление на телеканалы, радиоканалы. С этим можно согласиться, но я хочу сказать, что взамен этого пришла новая власть и начала требовать, чтобы уходили с должностей руководители средств массовой информации, писали заявление об отставке. Такие факты в очень многих областях есть. Это навевает на очень серьезные размышления

Елена Рыковцева: Не все подряд, чтобы уходили, а все-таки те, наверное, кто поддержал соответствующую силу на выборах.

Игорь Лубченко: Даже и тех, которые давали объективную информацию, хотят заменить своими, которые пришли к власти. Они говорят: "Мы выиграли выборы, мы должны расставить своих людей". Это откровенно говорят. А я говорю, что выборы выиграл один человек - Виктор Андреевич Ющенко, а вас он назначил для того, чтобы вы претворяли в жизнь его программу, с которой он пошел на выборы, которую поддержали избиратели.

Елена Рыковцева: Речь идет о руководителях государственных СМИ, наверное, да? Частным ведь они не могут предложить уйти?

Игорь Лубченко: Да, частным не могут, а муниципальные СМИ таким образом давят и требуют. В некоторых районах мы уже имеем новых цензоров, в лице глав районных администраций, которые требуют, чтобы писали только так, а не иначе. В одном районе даже требуют, чтобы приносили материалы на визирование в райадминистрацию. А ведь мы уже практически забыли об этом.

Елена Рыковцева: Эти "местные князьки", однажды вы их так назвали - они назначены уже новой властью?

Игорь Лубченко: Новой. Все это новая власть.

Елена Рыковцева: Чего они хотят? В чем смысл их требований? Как они требуют подавать информацию?

Игорь Лубченко: Один прямо сказал руководителю телекомпании: "Мы с тобой следующие выборы не выиграем. А мы должны выиграть". А выборы в следующем году парламентские и, что немаловажно, местные выборы.

Елена Рыковцева: У нас на связи Москва. Здравствуйте, говорите, пожалуйста.

Слушатель: Ведь все каналы, они кому-то принадлежат. Если брать московский вариант, то они практически все в одном кармане. А у вас насколько они независимые? Может ли просто член творчества союза выступить, как считает нужным, или ему тоже нужно к какой-то касте принадлежать?

Игорь Лубченко: Все зависит от самого канала. Каналы у нас тоже кому-то принадлежат. Есть государственные и муниципальные каналы, а есть те, которые принадлежат частным лицам. Каждый свою редакционную политику диктует. Естественно, если эта редакционная политика предполагает открытость и европейский подход, когда нужно приглашать в студию нескольких разных людей, которые имеют разную позицию, то это все так и делается. А есть зацикленность, а у наших олигархов очень часто есть зацикленность политическая, что только то, что я хочу видеть, хочу слышать, только то должно звучать в эфире. Есть две позиции - моя и неправильная. Такие тоже у нас, к сожалению, есть. Это очень большая проблема.

Елена Рыковцева: В эти дни, в начале мая, на Украине должен был состояться съезд Союза журналистов. Игорь Лубченко, насколько я знаю, предложил заменить его двухдневным семинаром на тему "Сто дней новой власти глазами журналистов", на котором журналисты могли бы рассказать не только то, что на них там давят, а о том, что вообще делается на местах.

Если представить, что сейчас вы выступаете именно на таком семинаре, что бы вы рассказали? Геннадий Сергеев, пожалуйста.

Геннадий Сергеев: Я могу сказать, что на Украине есть не только государственные и муниципальные, но есть также и коммерческие телерадиокомпании. Когда мы говорим о том, что насколько нам стало проще при новой власти или хуже, надо учитывать, что свобода слова у местных телерадикомпаний, у региональных, всегда была выше, чем у центральных каналов.

Елена Рыковцева: Независимо от принадлежности?

Геннадий Сергеев: Независимо от принадлежности. Региональная телерадиокомпания может себе позволить больше свободы слова, чем центральная. Сейчас, по большому счету, для коммерческих станций ничего не изменилось. Мы получили больше открытости власти. Нас стали приглашать на какие-то свои отчеты, семинары и так далее. Они стали приходить к нам. Наш губернатор пришел про свои сто дней рассказывать в нашем эфире.

Елена Рыковцева: Он у вас новый?

Геннадий Сергеев: Да, он новый.

Игорь Лубченко: Везде новые, кроме киевского мэра.

Геннадий Сергеев: В принципе как бы хуже не стало.

Елена Рыковцева: Хуже не стало. Это уже плюс. Игорь, я также слышала о том, что вы критиковали решение новой власти провести процесс люстрации среди журналистов. Вы сказали: "Это полная ерунда, поскольку ни в одной стране Восточной Европы после революции журналисты не подвергались люстрации". Что имелось в виду? Какой могла быть процедура люстрации?

Игорь Лубченко: Это как раз то, что я говорю, что сейчас они без объявления люстрации (хотя руководители государства поддержали, что люстрации не должно быть), но вот эти "местные князьки" пытаются все равно поменять людей, потому что они должны поставить своих людей. Все. Это единый критерий для них: ходил с оранжевым бантиком - свой, не ходил с бантиком или, не дай бог, с бело-голубым - уже не свой. Хотя Виктор Ющенко в день инаугурации на Майдане сказал, что мы не будем отталкивать тех, кто голосовал за другого кандидата, а Юлия Тимошенко недавно заявила, что мы все стояли на майдане, и этот майдан был оранжево-голубым. Это новая философия украинской власти - объединять. Ведь почти 10 процентов разница между одним и другим кандидатом, это Украина пополам. Если сейчас мы будем сталкивать лбами и говорить, что ты был за того, а ты был за того, зачем же закладывать мину для будущих поколений, если мы сейчас будем расталкивать людей.

Елена Рыковцева: Сергей Лебедь, вы что-то слышали о процедуре люстрации среди черновицких журналистов, что подвергаются гонениям журналисты за то, что они поддерживают ту или иную позицию?

Сергей Лебедь: Нет. Что касается именно Черновцов, Черновицкого региона, скажем так, преследований никаких не было, и на сегодняшний день такого нет.

Елена Рыковцева: Может быть, потому что вы на выборах хорошо поработали?

Сергей Лебедь: Мы действительно хорошо работали на выборах. Анализируя ту ситуацию, которая сложилась во время выборов, было очень четко и понятно, что существующая на то время власть поделила Украину на два лагеря только по той причине, что в Восточной Украине была выключена ТРК "Эра", был выключен 5-й канал. Это те каналы, которые работали и помогали "оранжевой" революции. На Западной Украине работали абсолютно все телеканалы. Причем было заметно продвижение телеканалов, принадлежащих Восточной Украине, на Западную Украину. У нас появились прямо перед выборами несколько новых каналов - Донецкий, ТРК "Украина". Они работали нормально, никто их не закрывал. Они вещали так, как они хотели, как они умели.

Что касается сегодняшнего дня, я могу сказать, что в принципе очень четко заметно, что стали прозрачные новости, это все объективно, нормально, прозрачная власть, которая постоянно идет на диалог с людьми. Но хотелось бы отметить, что, на мой взгляд, есть все-таки давление на новости на центральных каналах, особенно на "Интере". Это видно невооруженным глазом. Они как бы стараются сохранить прозрачность, но какие-то вкрапления все-таки присутствуют, причем вкрапления эти идут не в пользу существующей власти на сегодняшний день.

Что касается власти, да, действительно, это власть, которая на сегодняшний день прозрачна. Она получила большое доверие от народа. В принципе, пока она работает нормально. Пока что делать выводы рано.

Елена Рыковцева: Мы вчера очень много разговаривали с журналистами из всех регионов Украины, которые приехали на Телерадиоярмарку, и сошлись в том, что сейчас, когда смотришь издалека на то, кто и как работал во время выборов, получается, что некоторые компании:Например, говорит мне президент Черноморской телекомпании из Симферополя: "Мы были единственная компания, которая поддерживала Ющенко, притом, что в Крыму 99 процентов были за Януковича". И когда начинаешь разбираться в чем эта поддержка выражалась, оказывается всего лишь люди давали две точки зрения, не более того. Там особой-то поддержки и не было. Правильно я понимаю, что работать на Ющенко в той ситуации значило всего лишь, условно говоря, показывать Майдан?

Игорь Лубченко: "Черноморка" немножко хочет себя преподнести больше. Например, "Крым" (это государственная телерадиокомпания) два прямых эфира с Ющенко провела. Вот там другое дело. Давление на государственные телеканалы ("Черноморка" негосударственный канал) было значительно больше. Когда говорят о люстрациях, о том, что нужно менять руководителей средств массовой информации, я говорю, что это верх цинизма. Сначала привлеките к ответственности тех, кто ломал через колено журналистов, заставляя давать ту или иную информацию и действовать не так, потому что все эти люди, набив свои мешки миллионами, они остались в политике и в бизнесе, а редактора районной газеты выбрасывают на улицу, и лишают права на профессию. Потому что в районе одна газета, где он будет работать?

Геннадий Сергеев: Игорь, думаю, что та проблема, которую вы описываете, касается государственных каналов. Потому что на частных таких проблем нет.

Игорь Лубченко: Да, конечно.

Елена Рыковцева: Кстати, о главном государственном канале страны - УТ-1.

Цитирую газету "Версии": "Смотрите ли вы Первый национальный? Если задать этот вопрос случайно снующим мимо прохожим, то тех, кто в той или иной степени ответит положительно, не наберется и трех процентов. По крайней мере, такую цифру показывают рейтинги УТ-1 (2,8%). И, кто знает, сколько бы это продолжалось, если бы не выборы, в ходе которых Первый канал проиграл, вместе с некогда единым кандидатом. После чего случился разворот - теперь на первой кнопке столь же трепетно рассказывают о новом президенте. Как говорится, "король умер, да здравствует король!".

Действительно, так получилось, как пишет газета?

Сергей Лебедь: Думаю, что политика Первого канала поменялась. Сейчас Первый канал стал показывать больше новостей, но проблема о том, что "король умер, да здравствует король", да, такая проблема все равно существует. Дело в том, что станции должны все-таки давать объективную картину. Вся предыдущая власть поломала журналистов настолько, что они уже привыкли шарахаться. Сейчас проблема заключается в том, что надо возродить журналистику, как профессию. Когда вы в подводке говорили о том, что собственно происходило, как отказывались журналисты от такой работы - просто предыдущая власть довела, это был верх цинизма. Когда уже журналисты поняли, что так больше работать нельзя, вот в этом есть очень положительный момент революции, что они все-таки ощутили себя журналистами и начали объективно рассказывать и что-то показывать.

Другой вопрос, что теперь надо привести тот же УТ-1 и все остальные каналы к тому, чтобы они показывали объективную картину. Мы говорим, что компания поддерживала того кандидата только тем, что давала о нем информацию. Это была проблема. Сейчас нужно просто давать полностью всю картину, которая есть.

Елена Рыковцева: Нам дозвонилась из Санкт-Петербурга Нина Петровна, здравствуйте.

Слушатель: Скажите, пожалуйста, как обстоят дела с вопросом обещания татарам земли? Не кажется ли вам, что будет очень большое напряжение в этом плане?

Игорь Лубченко: Что касается земли татарам в Крыму. Проблема существует. Приехало очень много татар. Земли не так много. Там все эти наделы переделы. Есть проблемы, там очень серьезно этим занимаются. Сейчас большая комиссия поехала в Крым.

Елена Рыковцева: Перед программой мы обсуждали, как же все-таки мало информации получают российские слушатели, российские телезрители об Украине, а здесь, вроде бы, получают информации о России больше.

Геннадий Сергеев: У нас просто на Украине мы видим российские каналы, то же НТВ, РЕН-ТВ и все остальные. И точно так же слушаем российские радиостанции. Поэтому мы о России имеем больше информации, и знаем, как в России подают информацию об Украине. И эта информация не всегда корректная. Как во время той же "оранжевой" революции, когда канал ОРТ показывал Майдан, на котором нет никого, всего три человека, а реально на Майдане находилось очень большое количество людей, то есть это было явное... ну, не хочу говорить зомбирование, но это была явная ложь.

Игорь Лубченко: Дезинформация.

Геннадий Сергеев: Дезинформация, да.

Сергей Лебедь: Я, кстати, хотел бы добавить, что на нашем канале идут "Новости" РЕН-ТВ, российские "Новости", в прямом эфире. Но я не думаю, что где-то в России идут "Новости" с Украины, даже на региональном уровне.

Елена Рыковцева: Да, это правда. Нам звонит Евгений из Домодедово. Евгений, здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Я хотел бы ответить на вопрос ведущей о том, в какой части оправдались надежды, а в какой - нет, с помощью двух комментариев следующего рода. Вот по российской прессе очень трудно судить. Мне кажется, она имеет явно тенденциозную антиукраинскую направленность. Это из того, что я читал, я сделал такой вывод.

А второй комментарий - то, что я верю в серьезность намерений Виктора Ющенко в то, чтобы Украина стала членом евросообщества, Евросоюза. А для того, чтобы это произошло, в Украине должна быть большая, чем сейчас, свобода слова. И я думаю, что в этом направлении Украина и будет двигаться. И когда она войдет в Евросоюз, это будет очень хорошо для России, которая совершенно не хочет быть членом Евросоюза, но имея у себя под боком такую страну, что-то в этом плане должно в России также происходить.

Елена Рыковцева: Спасибо, Евгений, вам за этот добрый прогноз.

Мы продолжим то, о чем вы говорили, все-таки на примерах телевизионных, журналистских. Насколько я поняла по сообщениям вашей прессы, сразу после революции, в январе, была идея создать на базе телеканала УТ-1, о котором мы уже поговорили немножко, общественное телевидение. Эта идея нашла широкую поддержку, она обсуждалась, обсуждалась...А потом показалось, что идея как-то заглохла. И у меня создалось ощущение (может быть, я ошибаюсь, вы меня поправите), что канал развернулся уже так здорово, что новая власть уже и не хочет с ним расставаться, с таким хорошим, таким правильным и позитивным для себя. И зачем ей превращать его в общественное телевидение, когда он ей вполне удобен вот таким? Игорь, что вы думаете? Может быть, я ошибаюсь.

Игорь Лубченко: Да, тут немножечко не так. 13 апреля были парламентские слушания по проблемам общественного телевидения...

Елена Рыковцева: На базе УТ-1?

Игорь Лубченко: На базе УТ-1. Там было несколько... почему широко обсуждалось, потому что были разные варианты, вот эти варианты и обсуждались. Сейчас просто нарабатываются уже те предложения, которые высказаны и на парламентских слушаниях, и вне парламентских слушаний. Там нужно очень большую работу просто проделать подготовительную. Так что, работа эта идет. Я думаю, что какой-то тайм-аут на лето, как всегда, будет взять. А с осени дальше пойдут разговоры уже более конкретные.

Елена Рыковцева: А вы, уважаемые коллеги из Черновцов, верите в то, что власть отдаст УТ-1 и превратит его в общественный, обществу отдаст? Вот как вам эта светлая идея?

Сергей Лебедь: Насколько я понимаю, в принципе, эта идея достаточно актуальна. И мне кажется, что она будет внедрена в жизнь, потому что она имеет право на жизнь. И насколько я знаю, эта идея исходит от господина Зинченко (кстати, это наш земляк), и это человек, который...

Елена Рыковцева: Только вы его должность сразу назовите.

Игорь Лубченко: Государственный секретарь.

Сергей Лебедь: Государственный секретарь, да, на сегодняшний день.Это человек, который умеет делать телевидение, он это доказал. То есть я думаю, что это дело будет сделано.

Елена Рыковцева: Геннадий, вы в это верите, что будет у вас на Украине общественное телевидение? В общем, такое ощущение, что в России-то никогда не будет.

Геннадий Сергеев: На Украине, я думаю... Понимаете, основная проблема заключается в том, что чем больше политика включится в создание этого общественного телевидения, тем больше вероятности, что это дело будет загублено.

Елена Рыковцева: Вот так?

Сергей Лебедь: Да.

Геннадий Сергеев: Да. И когда есть определенная группа специалистов, которые этим занимаются, и они могут что-то сделать, эта идея действительно будет воплощена. Но чем больше политиков будет пытаться прилипнуть к этой идее, тем больше шансов ее утопить.

Елена Рыковцева: То есть будет такое общественно-депутатское, например, телевидение?

Геннадий Сергеев: Конечно. Но очень хотелось бы, чтобы все-таки действительно по осени эта дискуссия продолжилась, и действительно было создано общественное телевидение. И у меня есть такая надежда, что все-таки до этого дойдет. Но опасения тоже есть.

Елена Рыковцева: Хорошо. Но больше надежд, чем опасений?

Геннадий Сергеев: Конечно.

Игорь Лубченко: Кстати, я скажу, что 7 июня у нас будет семинар опять-таки республиканский, всеукраинский, и там одна из тем - это общественное телевидение. Будет выступать и председатель Национального Совета по телевидению и радиовещанию (есть такой у нас орган, у вас такого нет), и председатель Госкомтелерадио будет выступать. Так что дискуссия идет. Но, может быть, не так бурно. Потому что вначале никак не могли определиться, что такое "общественное телевидение". Правильно говорят и о политиках, потому что из кого должен наблюдательный совет формироваться, по какому принципу...

Елена Рыковцева: Ну, и по вашей идее, и по тем проектам украинским, что я читала, имеются в виду самые авторитетные люди в медиасообществе. Это не депутаты, не политики, а все-таки медийщики сами.

Игорь Лубченко: А вот другие говорят, что нет, не должны быть медийщики прежде всего, а это должны быть самые авторитетные люди в обществе, которые могли бы сказать свое весомое слово.

Елена Рыковцева: Ну, хорошо. Словом, здесь у нас прогноз положительный.

И мы дадим слово слушателю из Москвы. Здравствуйте, Владимир Ильич.

Слушатель: Здравствуйте. Вот была передача на НТВ, которую вел Савик Шустер, называлась она "Свобода слова". Причем принимали ее и в бывших советских республиках. Планируется ли что-нибудь на Украине, и именно телемост, чтобы мы в эфире могли видеть аналогичные передачи из Киева?

Елена Рыковцева: Качество звука было очень плохое. Может быть, слушатель спрашивает, планируются ли телемосты между республиками? Это очень правильный вопрос, потому что это поможет получать информацию людям друг о друге. Что вы думаете об этой идее на уровне, скажем, национальных каналов, или даже региональных? Вот вы можете в Черновцах совместно с РЕН-ТВ провести вот такой телемост, например, с вашими партнерами?

Геннадий Сергеев: Абсолютно без проблем можем все это провести. Но мы сейчас планируем первые телемосты, которые мы будем делать, - это между Западной и Восточной Украиной, для того чтобы просто объединить для начала саму Украину. Потому что все равно вот это разделение, оно осталось, и непонимание. И нам нужны как телемосты с другими государствами, так и телемосты внутри самой Украины, для того чтобы сделать единую, нормальную Украину. И точно так же мы хотели бы, конечно, больше информировать телезрителей и слушателей в России. Потому что когда мы получаем из России информацию, мы видим полное отсутствие другой точки зрения, есть только та, которую подают центральные российские каналы про Украину, и она не всегда объективна.

Елена Рыковцева: Вот теперь по поводу информации в самой Украине. Эксперты Академии украинской прессы и Института социологии Академии наук в мае отметили следующие тенденции в теленовостях, положительные тенденции: сокращение сообщений без называния источника информации - теперь их только 7% у вас, сокращение комментариев журналистов до 46% то есть, как я понимаю, наполовину уменьшились число журналистских комментариев, что хорошо, считается. Кроме того, стало больше сообщений с двумя точками зрения - их теперь целых 19%. Вот "Деловая неделя" приводит такие цифры. То есть, вроде бы, это позитивные тенденции. С другой стороны, еще в марте президент Академии украинской прессы Валерий Иванов в целом ситуацию на телевидении обозначал как "странная". Он сказал так: "Состоялась революция, но каналы очень мало изменили формат своего вещания. Был лишь один месяц, когда мы видели на ведущих украинских каналах в прайм-тайм другую журналистику - декабрь", - вот так он сказал. "Все другие месяцы, последующие, журналистика у нас та же, то есть события подают большей частью с одной точки зрения, нет сбалансированности. Есть набор тем, где подают разные видения, но обычно это идет лишь с одной политической позиции". Просто раньше, видимо, шло с одной политической позиции, а теперь - с другой, так можно его понять?

Игорь Лубченко: Я бы так не сказал. Ну, возьмем тот же "Пятый" канал, который после съезда объединенных социал-демократов в прямом эфире дал пресс-конференцию руководителей партий, которые явно не разделяют позиции "Пятого" канала. "Пятый" канал тогда же показывал, как Виктор Янукович уже после всяких провалов на выборах ходит в Донецке по базарам, смотрит цены. То есть информация есть, и разная информация. Хотя, и тут я с Валерием согласен, проблем там достаточно.

Елена Рыковцева: И я еще вычленяю ту странность, о которой он сказал. Странно то, что если раньше власть давила на журналистов с помощью цензуры, темников, и поэтому они освещали только одну точку зрения, то сейчас власть, - он говорит, - не давит на них, нет ни темников, ни цензуры, а пресса все равно освещает только одну точку зрения".

Игорь Лубченко: Геннадий правильно сказал, что столько уже за это десятилетие великое у нас журналистов ломали, и так их гнули, что сейчас им из себя выдавить раба не так просто.

Елена Рыковцева: То есть уже не столько власть виновата, сколько сами журналисты не способны перестроиться.

Игорь Лубченко: Самоцензура, она же осталась в душах людей. И это самое страшное.

Елена Рыковцева: Надо же, до какой степени...

Из Рязани звонок от Валентина. Валентин, здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Я бы хотел сказать, что меня радует, что между Украиной и нами нет боевых действий, нет крови. И я рад тому, что Украина идет своим путем, выбрала его, наконец. Но, тем не менее, мне вспоминается выступление Кравченко, по-моему, он был первым президентом...

Елена Рыковцева: Леонид Макарович Кравчук.

Слушатель: То есть Кравчук, да. Помнится, было его выступление - он такой вальяжный по телевидению выступал. В том смысле, что ласковый теляти двух маток сосет. Откровенно говоря, уже это выступление в прошлом. И Россию сейчас сосут все, кому не лень, начиная от своих чиновников разной национальности, и окружающих государств, тоже разной национальности. Ну, тем не менее, дай Бог Украине всего хорошего.

Игорь Лубченко: Спасибо.

Елена Рыковцева: Понятно. Все вас благодарят. В феврале российские средства массовой информации сообщили об открытом письме кабинета министров к украинским средствам массовой информации, в котором руководители правительства попросили журналистов воздержаться от "информационного киллерства". И я прошу коллег объяснить, что имелось в виду, и был ли услышан этот призыв журналистами, всеми, к кому он был обращен?

Геннадий Сергеев: Ну, имелось в виду то, что имело место и в России в свое время с Доренко. То же самое у нас происходило и на Украине. То есть вот есть журналисты, которые просто... это правильно называется "киллерство", пытаются убить своих оппонентов, противников в информационном поле. И я считаю, что абсолютно правильно было сделано это письмо. Другой вопрос: насколько оно было эффективно? То есть насколько каналы к нему прислушались, насколько они стали объективнее давать информацию. Ничего этого не произошло, на самом деле. И как оно было, так оно и осталось. И только потом уже, собственно сама революция, которая дала возможность убрать рычаги давления на средства массовой информации, что дало больше свободы. С другой стороны, вот то, о чем говорил Игорь, что надо действительно потихонечку теперь из журналистов выдавить этих рабов. И тогда не будет "киллерства", тогда будут объективные "Новости" и тогда все будут прекрасно понимать, о чем идет речь.

Елена Рыковцева: Ну, к вашей компании, Сергей Лебедь, этот призыв не относился, вы считаете? То есть вы его на себя лично не проецировали?

Сергей Лебедь: В принципе, наша телекомпания... я могу гордиться "Новостями" нашей телекомпании, честно говоря, потому что они абсолютно прозрачны и абсолютно объективны. Любой практически сюжет новостийный, он всегда освещает две точки зрения, прямо противоположные, диаметрально противоположные. И не происходило никаких изменений ни до революции, ни после революции в плане "Новостей". Но никто не застрахован от действий местных князьков. И это не зависит ни от "оранжевой" революции или какой-нибудь другой революции. То есть князьки были, есть и будут. И есть люди, которые будут пытаться это делать всегда...

Елена Рыковцева: Даже если они назначены самой замечательной новой властью?

Сергей Лебедь: Да, даже самой замечательной новой властью. То есть невозможно абсолютно на каждом уровне, в каждом регионе оценить человека и назначить достойного, это практически невозможно.

То есть работа ведется, а дальше - посмотрим.

Елена Рыковцева: Спасибо. Нам звонит Татьяна Яковлевна из Москвы. Здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Вы знаете, я 10 лет живу в Москве, но прожила 45 лет в Луганской области. И не понаслышке на данном этапе знаю, что там делается. Дело в том, что убирают врачей, учителей с постов, главных врачей. Дело в том, что там никто не смотрит информационные телепередачи. Я там бываю часто, и по году живу иногда. И вот Восточная Украина затаилась. Дело в том, что очень просто обидно за свою Украину, которая... Вы знаете, там к перевороту готовы. Они затаились, они боятся слово сказать. Говорят: "Живем как в 1937 году - просто боимся слово сказать, иначе нас тут всех пересажают". Пожалуйста, прокомментируйте.

Елена Рыковцева: Да, сейчас будем комментировать обязательно.

Игорь Лубченко: Ну, я не знаю, кто там уже так напугался. А то, что есть идиоты, которые снимают главных врачей, так вчера на сессии Верховного Совета об этом тоже говорили, что "вот они поддерживали другого кандидата, давайте менять главных врачей". Ну, знаете, когда Сталину принесли список кого-то из выдающихся врачей, когда "дело врачей" возникло в 1953 году, он посмотрел на список и говорит: "А кто же нас лечить будет, если мы их расстреляем?". Так что и тут должны люди думать, что они делают вообще.

Елена Рыковцева: Уважаемые коллеги с Западной Украины, все-таки есть у вас ощущение, что плохо на востоке, что затаились, что боятся, вот такая атмосфера существует, вы знаете о ней?

Игорь Лубченко: Я бы не сказал этого.

Сергей Лебедь: В принципе, насколько я могу судить, что они затаились - это вряд ли. То есть не может этого быть. Это обыкновенные люди. Я уже говорил, что во время "оранжевой" революции был на Восточной Украине информационный голод. То есть там был существенный прессинг на средства массовой информации, на газеты, на телевидение и так далее. Поэтому люди, находясь в информационном голоде, естественно, не могли объективно оценивать ситуацию. И этот информационный голод, он только сейчас восполняется. То есть люди потихонечку начинают объективно или не объективно, я не знаю, у каждого свои точки зрения, но они имеют возможность оценить существующую ситуацию.

Игорь Лубченко: Ну, я бы сказал, что во время революции собрались журналисты у нас в Союзе, и мы оценили все эти события, как рождение украинской политической нации. И я вам скажу, что мы же сами были свидетелями того, как во время "оранжевой" революции ходили с оранжевыми бантиками и с бело-голубыми. Которые приехали с Восточной Украины поддерживать Януковича в Киев, они ходили и обнимались, делились бутербродами, чаем, кофе - потому что это единый народ. Вот мы и увидели в этом рождение нации. Они выступали против фальсификации выборов. И Степан Курпиль, редактор газеты "Высокий замок" и руководитель львовской организации Союза, на этом "круглом столе" говорил, что "мы бы приняли победу Януковича, со скрипом, не нравится, потому что нам Ющенко нравится, конечно, если бы это была честная победа".

Геннадий Сергеев: Я согласен с Игорем, проблема заключалась не в том, что люди шли за Ющенко или за Януковича, люди вышли против фальсификаций.

Елена Рыковцева: Это понятно. Мне, по крайней мере, это понятно, я не знаю, насколько это понятно всем. Но сейчас мы просто не сможем проверить то, о чем вы сказали. А вы сказали о том, что люди на востоке успокаиваются, и они сейчас получают более независимую информацию. Просто один участник с востока у нас должен был присутствовать, но вы видите пустой стул и пустой микрофон. Это представительница телерадиокомпании Днепродзержинска. Может быть, она, конечно, рассказала бы лучше о настроениях на востоке, и, может быть, даже не согласилась с вами, кто знает...

Геннадий Сергеев: Вы знаете, мы со многими общались на телерадиорынке, и все наше общение... поскольку наши коллеги есть везде, во всех регионах Украины, мы общались: нет никакого страха, нет никакой боязни. То есть люди нормально живут. А это все - вот то, о чем мы говорим, что люди могут там чего-то бояться, - это искусственно нагнетается просто. Там нет ничего такого. Это такие же люди. И точно так же они спокойно живут и общаются.

Елена Рыковцева: Спасибо. Слушаем Юрия Николаевича из Москвы. Здравствуйте, Юрий Николаевич.

Слушатель: Здравствуйте. Вы знаете, мне не совсем понятно, почему вот эти события на Украине называются революцией. Потому что я считаю, что революция - это смена какого-то общественного строя. А тут, как мне кажется, власть и собственность от одного буржуазного клана перешла к другому буржуазному клану, а народ, в общем-то, ничего и не получил, в сущности. Спасибо.

Елена Рыковцева: Вот так увидел Юрий Николаевич революцию на Украине. Пожалуйста, ваш комментарий, Игорь.

Игорь Лубченко: Это каждый видит по-своему. Революция это или не революция... То, что она всколыхнула массы, - это, мне кажется, уже и есть революция. Революция в сознании, революция...

Елена Рыковцева: Революция, наверное, в том смысле, что выбор народа был, наконец-то, учтен - вот и вся революция.

Игорь Лубченко: Да. Но это и самое главное, я считаю. А то, что от одного клана к другому... что там не бедные, и там не бедные, я тут совершенно согласен.

Сергей Лебедь: И об этом можно говорить бесконечно.

Игорь Лубченко: Да, бесконечно.

Елена Рыковцева: Когда я уезжала в Киев, я обратилась к слушателям с просьбой прислать на пейджер вопросы к участникам украинского эфира. Вы знаете, сколько было вопросов, все в основном об одном: не столько пресса интересует, сколько отношения Виктора Ющенко и Юлии Тимошенко. И я прошу вас пойти навстречу нашим слушателям и рассказать все, что вы об этом знаете. Испортились - не испортились, как у них там между собой?

Игорь Лубченко: Ну, как всегда, люди начинают работать - и возникают какие-то проблемы, какие-то несогласованности, притирка, так скажем. Потому что одно дело, когда они были в оппозиции и выступали единым фронтом, а другое дело теперь, когда они оба отвечают за все, что происходит в стране. И у каждого из них уже разное видение, как это делать. Другое дело, что я не выносил бы это все на...

Геннадий Сергеев: То есть нормальная рабочая атмосфера.

Елена Рыковцева: Ваша газета "Зеркало недели" вынесла это на всеобщее обсуждение, и это была самая популярная заметка на всех российских государственных каналах.

Игорь Лубченко: Понятно, конечно. Главное, чтобы они сами не выносили. Газеты должны выносить, если оно есть.

Геннадий Сергеев: То есть, в принципе, абсолютно нормальная ситуация, я считаю. То есть если живут два соседа, которые видятся раз в день, они просто улыбаются и здороваются. Но если это работа вместе, то обязательно будут какие-то спорные, рабочие моменты, разные точки зрения на одну и ту же проблему. Это нормальная ситуация.

Игорь Лубченко: И потом, это же люди со своими характерами, со своими эмоциями. Эти эмоции выплескиваются. И стычка характеров тоже дает какую-то искру.

Сергей Лебедь: Главное, чтобы пресса не делала из этого бульварщину, то есть, чтобы она не делала из этого сенсацию.

Елена Рыковцева: То есть я могу официально зафиксировать прогноз участников сегодняшнего эфира от 2 июня, что отставки Юлии Тимошенко не случится в ближайшее время?

Игорь Лубченко: Может быть все.

Елена Рыковцева: Ага!

Игорь Лубченко: Потому что я же не знаю, что Юля думает на эту тему, и не знаю, что Виктор Андреевич об этом думает. Но если они сейчас вот так разойдутся, это будет хуже для Украины.

Геннадий Сергеев: Им нельзя расходиться - это во-первых. Во-вторых, я думаю, что в любой организации, в любой семье всегда вот эти спорные моменты, они все решаются, и все это все равно должно приводить к единому результату. И точно так же, я думаю, у Юлии Владимировны хватит энергии, и хватит ума, и всего остального для того, чтобы идти дальше и делать это все. И точно так же Ющенко. Я думаю, он прекрасно видит и знает о том, что все действия кабинета министров предназначены для того, чтобы улучшить ситуацию на Украине. Если, не дай Бог, случится так, что действительно они каким-то образом разойдутся, будет отставка Тимошенко, я думаю Украина от этого просто проиграет.

Игорь Лубченко: Проиграет.

Елена Рыковцева: И возвращаясь к теме сегодняшнего разговора, в завершение: согласны ли участники программы с высказыванием одного из украинских политиков Игоря Шурмы: "Оранжевая революция породила общественную проблему - "сплошное поспешное и, что особенно важно, откровенно угодническое перекрашивание некоторых украинских СМИ"? Согласны - не согласны?

Игорь Лубченко: Так это всегда было, при всех властях.

Геннадий Сергеев: Согласны.

Сергей Лебедь: Абсолютно, да.

Елена Рыковцева: Согласны. На этом мы завершаем программу "Час прессы" на волнах Радио Свобода, которую мы вели из Киевского бюро Украинской службы Радио Свобода. Огромное спасибо коллегам за помощь!

XS
SM
MD
LG