Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Допустимо ли менять Конституцию для третьего срока Владимира Путина?


[ Радио Свобода: Программы: СМИ ]
[01-07-05]

Допустимо ли менять Конституцию для третьего срока Владимира Путина?

Ведущий Виктор Резунков

Виктор Резунков: 23 июня на страницах правительственной "Российской газеты" была опубликована статья главного редактора журнала "Политический класс" политолога Виталия Третьякова под заголовком "Нужен ли нам Путин после 2008 года? Если да, то какой и при каких условиях?" В последнее время подобных публикаций, авторы которых размышляют о проблеме-2008, появляется достаточно много. Однако, эта вызвала достаточно большой резонанс как в стане либералов, так и коммунистов.

О проблеме-2008 мы и поговорим сегодня. У нас в гостях политический обозреватель "Новой газеты" Борис Вишневский и политолог, доцент Европейского университета Санкт-Петербурга Владимир Гельман.

Я предлагаю также слушателям ответить на вопрос: считаете ли вы допустимым менять Конституцию для третьего срока Владимира Путина?

Я предлагаю послушать краткое изложение статьи Виталия Третьякова "Нужен ли нам Путин после 2008 года?". Оно подготовлено корреспондентом Радио Свобода Дмитрием Казниным.

Дмитрий Казнин: Виталий Третьяков, главный редактор журнала "Политический класс", в статье "Нужен ли нам Путин после 2008 года?" пишет, что, несмотря на конституционные препятствия, ответственнее и демократичнее было бы не проводить в 2008 году выборы из десяти заведомо слабых кандидатов. Владимир Путин - в целом успешный президент. Россия не имеет точных представлений о причинах тех ошибок и провалов, которые он совершал. Владимир Путин в последнем послании сформулировал все-таки свою политическую философию, намерение строить Россию, исходя из обстоятельств и условий ее истории. И главное, считает Виталий Третьяков, Россия - недореформированная страна, и сегодня нет никаких гарантий, что преемник продолжит начатые при Путине реформы или хотя бы сохранить поступательное движение. При неудачном выборе Россию ждет распад и вытекающие отсюда последствия: вымирание населения, моральный кризис, потеря суверенитета, проникновение преступности во власть. А положение страны сегодня таково, что ошибиться с выбором нельзя.

Далее Виталий Третьяков перечисляет основные, на его взгляд, ошибки политики Путина. Это, например, отсутствие стратегии национального развития и экономической программы, запредельная закрытость власти, моральный кризис нации и многое другое. Прогнозируя ближайшее будущее, Виталий Третьяков пишет, что на выборах в 2007 году в Госдуму пройдут только "Единая Россия", коммунисты и "Родина". Преемником Путина на посту президента станет выдвиженец "Единой России", премьер-министр или спикер Госдумы. Появление внесистемного лидера маловероятно. Менять Конституцию в части срока правления главы государства Путин, скорее всего, не будет, считает Виталий Третьяков. Продвижение преемника может резко дестабилизировать ситуацию, превращение России из президентской в парламентскую республику нереально. Поэтому один из двух реальных демократических вариантов остаться Владимиру Путину у власти - это создать новое государство по типу Россия-Белоруссия. Второй - все-таки изменение Конституции, а по сути, исправление дефекта нынешнего главного закона страны.

Комментируя эту статью, политолог Андрей Пионтковский в "Гранях.Ру" пишет, что как честный аналитик Виталий Третьяков начинает его с убийственного списка минусов правления Путина, а затем перечисляет десять качеств, необходимых будущему президенту. И они оказываются противоположными тому, что являет собой Владимир Путин. Но, удивляется Андрей Пионтковский, далее автор статьи пытается убедить читателей, что именно Путин станет таким идеальным президентом. Так не бывает, заканчивает Андрей Пионтковский, марионетка, пять лет верно служившая своим хозяевам, сознательно допуская катастрофические для страны провалы, никогда не станет национальным лидером.

Виктор Резунков: Я бы хотел попросить участников нашей беседы дать оценку этой статье. Владимир, пожалуйста.

Владимир Гельман: Действительно, то, что изложил Виталий Третьяков в этой статье, наверное, - типичная точка зрения, которая, я думаю, будет неоднократно появляться. И вал таких публикаций будет нарастать. По мере приближения следующих выборов. Конечно, Россия здесь не является исключением. В очень многих странах, где сформировались такие президентские персоналистские режимы, у них у всех есть ахиллесова пята: это проблема преемственности власти. Такие проблемы возникают и в совсем далеких от нас странах Латинской Америки, и в географически близких для нас странах постсоветского пространства. И мы видим, что в некоторых из этих стран проблема решается так, как это советует Виталий Третьяков, то есть отменой ограничений для президентства, как, скажем в Казахстане, в странах Центральной Азии. И, собственно, в этом направлении нас призывает двигаться господин Третьяков. В тех же странах, где такие трюки не проходят, режимы терпят крах, когда пытаются предложить обществу фигуру заведомо непопулярного преемника - то, что мы наблюдали в прошлом году в соседней с нами Украине, это типичный пример такого рода.

Естественно, что российские руководители напуганы такого рода развитием событий. Понятно, что на сегодняшний день вырастить какую-то приемлемую для общества фигуру, которая могла бы гарантировать сохранение нынешнего положения дел после 2008 года, им не удается. Отсюда попытки убедить общество в том, что Владимиру Владимировичу альтернативы нет, предстоит иметь того же самого президента и после 2008 года. Количество таких публикаций будет нарастать в ближайшие год-два.

Виктор Резунков: Борис?

Борис Вишневский: Знаете, я хорошо помню 1999 год, когда всей нашей политической элитой где-то весной овладел жуткий страх перед предстоящей сменой власти. К тому времени уже было принято решение Конституционного суда, еще раз подтвердившее, что избираться еще раз Борис Ельцин не имеет права. К тому времени у Юрия Лужкова и Евгения Примакова были президентские рейтинги, значительно превышавшие тот, который и был у Ельцина, и у тех, кто предполагался в числе его возможных преемников. И почти всеобщее убеждение заключалось в том, что власть в стране должна смениться. Раз власть сменится, то, по нашей традиции, это может означать почти катастрофические последствия для всех тех, кто воспользовался всеми ее благами при предшествующем сроке правления.

Ведь, почему, скажем, в Соединенных Штатах Америки или во Франции смена президента не воспринимается элитой как национальная катастрофа? Да потому что она не означает ни передела собственности, ни передела финансовых потоков, ни судебных дел по отношению к тем, кто нагрел руки при предшествующем режиме. У нас же наоборот: политическая элита абсолютно уверена, что если произойдет кардинальная смена власти, то, выражаясь простыми словами, все, что нахапали, тут же отберут. А пример недавнего суда по ЮКОСу хорошо показывает, какими способами это делаться. Сами вырастили такую систему, при которой они абсолютно убеждены, что суд над ними будет скорым и неправым, и материальные последствия будут крайне тяжелыми. Я уже не говорю о том, что многие могут просто оказаться за решеткой, если не успеют убежать за границу.

В 1999 году результатом этого страха была операция "Наследник", когда никому неизвестный Владимир Путин был превращен в лидера национального доверия, и мы все хорошо помним, каким путем это было сделано - путем развязывания войны в Чечне и развязывания того агрессивно-милитаристского психоза, который, наверное, мы все еще хорошо помним.

Сейчас, уже за три года до предстоящих президентских выборов и возможной смены власти, начинается психоз другого рода. Статья Виталия Третьякова, который как раз в 1999 году очень показательно превратился из человек с демократическими и либеральными убеждениями в патриота и государственника, я бы хотел напомнить, что он тогда всеми фибрами души эту войну в Чечне поддержал, - это четкий показатель того, как это сейчас уже происходит. Ах, спасите нас, не уходите, Владимир Владимирович, если вы уйдете, то все рухнет. Да ничего не рухнет. Отвечая на вопрос, который задает Виталий Третьяков, нужен ли нам Путин после 2008 года, я хочу сказать, что мне лично он и до 2008 года не нужен. В моем понятии его правление несет для страны одни только отрицательные последствия. Но мне также понятно, что будет сделано все, чтобы сохранить Путина у власти и после 2008 года в соответствующей пропагандистской оболочке. Мне даже не очень интересно, как это будет сделано. Я сам могу нарисовать несколько вариантов, как это возможно. Но это будет очень плохо. И я думаю, что попытка России пойти по пути или Средней Азии, или Белоруссии, где Лукашенко тоже себе сейчас обеспечивает почти пожизненный режим правления, она ничем хорошим не закончится.

Виктор Резунков: Я бы хотел зачитать некоторые сообщения, который пришли по пейджинговой связи. Дима пишет: "Виталий Третьяков - человек толпы, иначе бы он не испытывал такое холуйское отношение к вождям и их реформам в ущерб гражданам".

Марина пишет: "Конституцию нельзя менять. В будущем предпочла бы Чубайса или Ходорковского. Поклон "Новой газете", читаем от корки до корки".

Дима пишет: "Если Путин и нужен России после 2008 года, то желательно в качестве обвиняемого за халатность. Жалко, по закону его не привлечь, так как закон плох у нас".

Я бы хотел остановиться на тех вариантах, которые опубликованы в статье Виталия Третьякова. Их всего четыре. Первый подразумевает изменение сроков правления нынешнего главы государства через изменение Конституции. Второй сценарий продвижения в президенты преемника Путина при назначении последнего главой правительства как формального или неформального лидера победившей на думских выборах "Единой России". Третий - это превращение России из президентской республики в парламентскую, которое, как считает Виталий Третьяков, совершенно невозможно, потому что это не отвечает специфике России. И четвертый - это наиболее реальный вариант, это сценарий создания нового государства Россия-Белоруссия. Здесь уже очень многое зависит от позиции Лукашенко.

Итак, Владимир, вот все эти четыре сценария как бы достаточно известны. Но все-таки могли бы вы дать комментарий по каждому из них?

Владимир Гельман: Что касается варианта, связанного с изменением Конституции или принятием новой Конституции, или отмены Конституции вообще, скорее всего, он наиболее реальный. У нас в стране может что-нибудь такое случиться, это не обязательно может стать провокацией, которую специально готовит Кремль, а может случиться любой повод, который используется для отказа от тех или иных демократических завоеваний. Как было с Бесланом, который стал поводом для отказа от всеобщих губернаторских выборов, после чего нам Первый канал телевидения объяснит, что Конституция препятствует нашей безопасности, и надо ее отменить, или новую принять, или отказаться.

Однако, с точки зрения долгосрочных перспектив выживания политического режима, конечно, опора на доминирующую партию, каковой претендует быть "Единая Россия", она более безопасна. Режимы однопартийные в сравнительной перспективе более долго живущие, чем режимы персоналистские. Срок их жизни не превышает срока жизни правителя. Поэтому в принципе наша администрация президентская и Государственная Дума делают сейчас очень многое для того, чтобы создать условия для такого однопартийного правления. На это направлены и поправки в избирательный закон, в закон о выборах, которые совсем недавно приняла Государственная Дума. И этому же способствует отказ и от всеобщих губернаторских выборов, и многие другие шаги. Поэтому в принципе нельзя исключить и того, что администрация президента сделает ставку на такой однопартийный режим, видимо, имея за образец, скажем, Мексику, где правящая партия находилась у власти более 6 десятилетий, да и недавний советский опыт, где тоже правящая партия находилась у власти более 70 лет. Я думаю, что скорее более реалистичные варианты для Кремля эти, ну а какой из них будет выбран, трудно сказать.

Виктор Резунков: Борис, ваша точка зрения.

Борис Вишневский: Я считаю как раз наиболее вероятным не вариант создания нового государства, хотя это тоже нельзя исключить, а именно вариант легкого изменения Конституции или со снятием ограничений на третий срок, или с перераспределением полномочий между президентом и парламентом, так что действительно Владимира Путина можно будет сделать лидером той самой единственной руководящей и направляющей партии. Ведь надо понимать, что с технической точки зрения, при сегодняшнем составе Государственной Думы и Совета Федерации, и организации власти в регионах, изменение Конституции не представляет никаких проблем. Вот просто никаких. Ничего не стоит в течение месяца, двух провести все необходимые законодательные акты для этого. Это не посягательство на основу конституционного строя, для этого не надо собирать Конституционное собрание, принимать новую Конституцию, проводить референдумы, отменять старую - ничего этого не надо. Поэтому если такая задача будет поставлена, ее решат быстро. Если что-то надо будет объяснить населению, я с Володей совершенно согласен, опыт отработан. Если очень страшного, ужасного, но все-таки одного террористического акта в Беслане было достаточно для масштабнейшего изменения власти в регионах, то для того, чтобы оправдать такое изменение Конституции, может быть, понадобятся несколько более масштабные действия. Нет никаких сомнений, что ради сохранения своей власти в Кремле на это пойдут. Если уже пошли в 1999 году на то, чтобы организовать взрывы жилых домов в Москве, я до сих пор абсолютно уверен, что к этому спецслужбы наши имели самое непосредственное отношение, то сейчас для сохранения власти могут пойти вполне на то же самое.

По поводу наших традиций, которые якобы не позволяют парламентскую республику, я тут с Виталием Третьяковым абсолютно не согласен. У нас была уже в стране парламентская республика, и не в советские, а в постсоветские. И была она с 1990 по 1991 год, как, я думаю, все еще помнят. Между прочим, она работала значительно лучше, чем та организация власти, которая воцарилась в стране после этого.

Виктор Резунков: У нас звонок, Валерия из Подмосковья, пожалуйста, мы вас слушаем.

Слушатель: Вы знаете, я много раз задавала этот вопрос, сейчас очень тяжело в России, ничего не получается. Почему бы России на современном этапе не перенять западную модель развития общества у цивилизованных стран, все точь в точь? Это первое. А второе, меня возмущает, сейчас в стране много проблем насущных, очень сложных, касающихся широких сфер жизнедеятельности людей, и медицина, и образование, почему власть занимается какими-то технологиями, Конституциями?

Виктор Резунков: Валерия, а вы как считаете, можно вносить изменения в Конституцию для того, чтобы Владимир Путин на третий срок остался?

Слушатель: Власти нужно заниматься делами насущными. Ведь просто жуть кругом, что творится, начиная с гепатитов, кончая мазутами разлитыми, дальневосточными проблемами, демографией. Перечислять это очень долго.

Борис Вишневский: Знаете, ведь именно для того, на мой взгляд, были отменены все губернаторские выборы в регионах, чтобы власть там перестала бы зависеть от граждан, а тем самым и избавилась бы от обязанности решать их проблемы. Ведь назначенному губернатору совершенно наплевать, как будут решаться вопросы образования, здравоохранения, социальной защиты. Его интересует мнение только одного "избирателя" - это президента, который его назначает.

Владимир Гельман: Что касается западной модели развития общества, то действительно, почему бы ее не перенять? Есть одно важное ограничение: западная модель развития общества предполагает, что там происходит смена власти на выборах. Вот этого как раз и стремятся не допустить руководители нашей страны.

Виктор Резунков: Буквально вчера глава администрации президента Дмитрий Медведев, выступая на семинаре руководителей региональных избиркомов, сказал следующую фразу: "России необходима эффективная, сбалансированная партийная система. Без нее институт выборов просто не может раскрыть свой потенциал. Общенародные выборы могут дестабилизировать Российскую Федерацию. Обществу следует максимально серьезно отнестись к новым переменам и подготовиться к крайне ответственному этапу в политической жизни нашей страны. Он как раз имел в виду, что необходимо заниматься партийным строительством. И как раз на партийном строительстве построена сейчас вся деятельность администрации, судя по всему.

Я хотел бы задать Владимиру вопрос: а не существует такого варианта, что в перспективе к 2007 году, Виталий Третьяков тоже об этом пишет, он говорит о том, что в Государственную Думу 7-процентный барьер преодолеют всего три партии - "Единая Россия", КПРФ и "Родина", даже ЛДПР не сможет пройти в Госдуму. Соответственно, вот эти три партии, которые будут, они будут представлены в Госдуме, Госдума при изменении Конституции может уже принимать закон о выборах президента депутатами Госдумы. Возможен такой вариант? Насколько он плох или хорош?

Владимир Гельман: Такой вариант не исключен. Я не берусь судить, какие именно партии могут преодолеть этот довольно высокий 7-процентный барьер, но на сегодняшний день, действительно, позиции "Единой России" достаточно сильны, и, конечно, те поправки в закон "О выборах", которые были приняты Государственной Думой, они еще более призваны усилить позиции "Единой России" с тем, чтобы сохранить большинство, которым она еа сегодняшний день обладает. Я не исключаю, что тут могут быть и изменения в Конституцию, и принятие новой Конституции. Действительно, президентская администрация обнаружила довольно быстро, что такая Дума, где подавляющее большинство мест принадлежит пропрезидентской партии, конечно, очень для нее удобна. И, видимо, в этом смысле господин Медведев говорил о сбалансированной партийной системе. Это когда существует одна доминирующая партия и какие-то маленькие невлиятельные партии, которые создают иллюзию многопартийной системы. Но такой сценарий развития событий вполне может привести к тому, что просто граждане перестанут ходить на выборы. Зачем ходить на выборы, если их результат хорошо известен? И, видимо, для этого господин Медведев говорит, что всеобщие выборы могут дестабилизировать ситуацию в стране, всячески запугивая граждан теперь уже угрозой того, что не конкуренция на выборах может привести к нежелательным для Кремля результатам, а даже уже сами выборы как таковые опасны.

Виктор Резунков: У нас звонок, пожалуйста.

Слушатель: Я хочу обратить ваше внимание, что не надо никаких изменений в Конституцию. В 2008 году совершенно законно, без малейшего изменения законов Путин снова может избраться на два срока. Расскажу как. Побеждает преемник, допустим, Фрадков, и, произнося присягу на Конституции, он после десятисекундной паузы произносит фразу: "Вообще-то, я передумал и ухожу в отставку". Десятисекундный срок правления президента Фрадкова кончается, и начинаются новые сроки нового старого президента Путина, причем в этот же день, в эту же минуту, потому что если Вешняков огласит протоколы избирательной комиссии, что он уже избран, этого достаточно, чтобы произносить присягу. А обжаловать уже можно будет потом, что якобы не было выборов, якобы не было голосования, якобы народ не участвовал. Нынешний избирательный закон таков, что самая сильная бумага - это протокол Центризбиркома. Всем остальным можно пожертвовать, потому что в законе написано, что Верховный суд имеет право признать правоту Центризбиркома против воли народа, а может не признать. Это его право, это норма закона. Посмотрите закон о гарантиях и все избирательные законы.

Виктор Резунков: Спасибо. Борис.

Борис Вишневский: Я подобный сценарий обсуждал еще в 1998 году, тогда применительно к президенту Ельцину, когда были споры о том, имеет ли он право избираться на еще один срок или не имеет. И в феврале 1998 года я опубликовал статью в "Независимой газете", которая называлась "Борис Ельцин должен уйти в декабре 1999 года". Тогда еще не было понятно, что это название будет пророческим, ибо именно в этом декабре Борис Ельцин действительно ушел. Но смысл в том, что в Конституции записано, что больше двух сроков подряд занимать должность нельзя. И написал, что стоит Ельцину уйти в отставку и прервать тем самым два срока своего правления, и дальше, через некоторое время он может избираться опять. Но сейчас подобный механизм, даже если Михаил Фрадков, предположим, избранный президентом, через 10 секунд, как нам сообщил наш слушатель, сложит свои полномочия, вовсе не будет означать то, что Путин будет продолжать править страной. В этом случае будут новые президентские выборы. Это во-первых.

Во-вторых, еще далеко не факт, что человек, избранный президентом, принеся присягу, так легко согласится через 10 секунд от этого отречься. Вот гораздо большая вероятность, что тот, кого могут избрать, как предполагают разные аналитики, техническим или фиктивным президентом при Путине, который на самом деле будет править страной как лидер парламентского большинства, вовсе не откажется так легко от этой власти и не захочет быть этой технической фигурой. Ведь именно поэтому, на мой взгляд, этот вариант и вызывает опасения у президентской администрации, и они ищут какие-то иные способы.

Что мы можем получить на самом деле? Мы можем получить вариант в 2008 году, когда или изменят Конституцию и снимут ограничения, или если будет реализована та самая поправка, которая сейчас не прошла в Государственной Думе. Это на самом деле тоже очень несложный вариант. В чем ее смысл? Когда наши губернаторы начали в массовом порядке досрочно складывать свои полномочия и проводить досрочные выборы так, чтобы не дать раскрутиться никому из возможных конкурентов, в законе предусмотрели, что тот, кто сложил полномочия раньше срока, баллотироваться на выборах, назначенных в связи с этим, не имеет права, в том числе и президент. Стоит снять это ограничение, и Владимир Владимирович, опять же подавший в отставку, может потом избираться вновь. Единственный минус этого варианта, что и.о. президента становится тот премьер, который будет в этот момент, и не факт, что он не захочет начать вести собственную игру и не захочет тоже участвовать в этих досрочных президентских выборах.

Виктор Резунков: Что же говорят о проблеме-2008 другие политологи и политики сегодня? Я предлагаю послушать обзор корреспондента Радио Свобода Дмитрия Казнина.

Дмитрий Казнин: Государственная Дума России отклонила поправку, внесенную на рассмотрение депутатом от "Единой России" Александром Москальцом, дававшую возможность президенту России баллотироваться на третий срок. Суть поправки заключалась в том, что ушедший в отставку чиновник, в данном случае президент, может баллотироваться еще раз, если досрочные выборы будут признаны несостоявшимися. Как пишет в газете "Ведомости" Владимир Милов, президент Института энергетической политики, любой сценарий передачи власти в 2008 году будет для большинства россиян заведомо нелигитимным: будь то продление полномочий или передача власти преемнику. Если что-то подобное случится, граждане могут выйти на улицы. Единственный способ избежать этого - провести абсолютно открытые и честные президентские и парламентские выборы. Однако, пишет Владимир Милов, Кремль ничего подобного делать не собирается, что не сулит России ничего хорошего. Угрозы политической нестабильности таким образом исходят не от мифических врагов внешних и внутренних, а от политической системы, сформированной Кремлем, - считает Владимир Милов.

"Общенациональные выборы в России могут стать причиной дестабилизации обстановки в стране", - заявил, по информации радиостанции "Эхо Москвы", глава администрации президента России Дмитрий Медведев.

По мнению Юлии Латыниной, обозревателя "Новой газеты", операции "Преемник" в 2008 году не будет, так как любой проект, предусматривающий, что после 2008 года президентом будет не Владимир Путин, противоречит основному инстинкту политической психологии. Авторитарную власть не выпускают из рук, тем более, живя, как Владимир Путин, в атмосфере заговора.

"Московский комсомолец" приводит так называемый "список Путина" возможных претендентов на президентское кресло в 2008 году. Это Михаил Фрадков, Николай Патрушев, Сергей Миронов. Их газета считает слабыми кандидатами. Недавно появился еще один - новый главный железнодорожник России Владимир Якунин. Основными же претендентами "МК" считает ставленника Владимира Путина министра обороны Сергея Иванова и его оппонента - ставленника заместителя главы президентской администрации Игоря Сечина Генпрокурора Владимира Устинова.

По мнению лидера партии "Патриоты России" Геннадия Семигина, в выборах 2008 года примет участие много кандидатов, из-за чего выборы будут странными и плохими для страны.

Виктор Резунков: Николай Александрович Ломов из Санкт-Петербурга, пожалуйста.

Слушатель: Уже много лет я выступал и в радио, и в газетах, что у нас мафиозно-клановая структура заложена в Конституции. И нам не нужны даже досрочные выборы или сложение полномочий президента. Ему просто нужно провести выборы через выборы, он может полностью на законных основаниях выставлять свою кандидатуру еще на два срока. В "Новой газете" у меня была публикация о том, что эта схема отрабатывается сейчас в Санкт-Петербурге. И совсем не потому, что там до срока ушел Яковлев или нет. Просто нужно было провести выборы. Ту же Матвиенко провели, посадили нам на город. Через какое-то время, даже если полностью срок она отсидит, после этого Яковлеву сюда можно было бы опять избираться полностью на два срока. То есть слово "подряд" самое преступное. Так у нас Конституция чисто мафиозная с первой до последней статьи.

Владимир Гельман: Я бы согласился с тем, что Конституция, которая в России существует, она действительно содержит чрезвычайно большое количество изъянов, она дает огромную, практически мало чем ограниченную власть президенту, то есть по сути единственным ограничением власти президента служит то самое ограничение двух сроков. Однако, главная проблема здесь состоит в том, что на сегодняшний день, мне кажется, суть дела в другом. В Кремле принято принципиальное решение: власть после 2008 года не отдавать любой ценой. И какова бы ни была эта цена, платить ее придется, видимо, не те людям, которые находятся в Кремле, а нам с вами, гражданам России. Наиболее опасная сторона этого дела - это то, что сохраняется монополия на власть со стороны одной и той же группы. Какие конкретно будут предприняты шаги, здесь, в конце концов, не так уж важно. Важна суть дела, то что принято решение, что Путин остается во главе государства после 2008 года. И та статья, которую мы сегодня обсуждали, - как раз свидетельство того, что ведется соответствующая пропагандистская подготовка.

Виктор Резунков: Георгий из Санкт-Петербурга, пожалуйста.

Слушатель: Я слушал вас внимательно, однако один кандидат у меня не вызывает лично страха вообще никакого. Это Михаил Касьянов, бывший соратник Путина, серьезный человек, с достаточно высокими качествами, не местечковыми.

Виктор Резунков: Борис, пожалуйста.

Борис Вишневский: Если говорить о Михаиле Касьянове, может быть, он страха то и не вызывает, но только он вряд ли будет входить в число тех, кого в Кремле сегодня захотят видеть президентом в 2008 году. То, что сказал Володя, это абсолютно правильно. Действительно, в Кремле принято принципиальное решение, что власть не отдадут. В свое время и Борис Николаевич Ельцин тоже ставил перед собой и своей администрацией такую же задачу. В 1996 году эта задача была поставлена: власть не отдать, любой ценой. В 1999 году тоже эту задачу поставили и тоже решили.

Но от чего все это зависит? Я бы хотел напомнить, что выступление Дмитрия Медведева далеко не первое. Если мне не изменяет память, то где-то месяца три назад он дал интервью, где как раз впервые заговорил о том, что в 2008 году может начаться эпоха нестабильности, что выборы опасны для страны и что надо бы как-то всем консолидироваться и не допустить смены власти. Было сказано абсолютно открытым текстом. Уже после этого начался вал публикаций, в том числе и публикация Виталия Третьякова.

Но вот интересная вещь. Да, опросы показывают, у "Единой России" какой-то довольно высокий рейтинг. Я не очень в это верю, и не только потому, что после истории с законом 122 и монетизации очень многим гражданам страны стало понятно, кто несет за это ответственность. Есть конкретные вещи. По крайней мере, в Санкт-Петербурге на муниципальных выборах, которые проходили за последние полгода, там, где выборы проходили более-менее честно, "Единая Россия" их проигрывала. Причем проигрывала совершенно катастрофически. Она побеждала только за счет фальсификаций, за счет подкупа избирателей при досрочном голосовании. Более того, кандидаты от "Единой России" у нас в Санкт-Петербурге в последнее время на выборах всеми силами стараются скрыть свою политическую принадлежность. Это тоже очень характерно. Поэтому если будет обеспечен общественный контроль за парламентскими выборами 2007 года, я еще посмотрю, какой на самом деле рейтинг будет у той же "Единой России" и какой будет у ее оппонентов.

Виктор Резунков: "Страна идет к гибели, поэтому Путин должен немедленно уйти, должны быть назначены честные выборы".

Ярослав из Москвы пишет: "Мир не видел более дебильной элиты, чем наша, ненавидимая и презираемая армией и народом. Если появится решительный политик национал-сталинистского толка и возглавит эти настроения, то нынешний строй проживет меньше, чем демократия и социализм в Чили, свергнутый униженной и оскорбленной армией".

Владимир из Санкт-Петербурга пишет: "Путин - это пятое колесо в телеге для нашей страны".

Сергей пишет: "Путин не только сейчас не нужен, но лучше бы побыстрее убрался с поля России".

Владимир: "Вы властей не признаете. Откуда же может возникнуть внутренняя дисциплина?". То есть ищи в себе.

Дмитрий пишет: "Конституцию менять надо, но не при Путине. При нем консенсуса для принятия новой Конституции не получим. При нем все насилием решается. Граждане разделены, и ненависть витает в воздухе".

Николай Иванович пишет: "Во Франции Конституция менялась 5 раз. А почему у нас для пользы страны нельзя изменить одну статью о третьем сроке президента?"

Когда я готовился к нашей передаче, я попросил корреспондента Радио Свобода Ольгу Капустину выйти на улицы Санкт-Петербурга и задать горожанам вопрос: допускаете ли вы внесение изменений в Конституцию России для того, чтобы Владимир Путин получил возможность в третий раз стать президентом страны? Давайте послушаем, что ему отвечали петербуржцы:

- Я абсолютно уверен, что нет. Если мы сегодня поменяем Конституцию для Владимира Владимировича Путина, завтра мы поменяем еще для кого-то. Соответственно, это будет не Конституция, а неизвестно что. Глубочайшее заблуждение тех людей, что незаменимых людей у нас нет, что у нас нет замены Владимиру Владимировичу Путину, он один единственный. Найдется очень много достойных людей, и нормальный будет президент. Нам надо научиться передавать власть, а не выбирать царя. И пока он не умрет, ему преклоняться.

- Я считаю, что двоякая может быть точка зрения по этому поводу. Во-первых, может быть, и не стоит ничего менять, чтобы еще хуже не сделать. А с другой точки зрения, может быть, и улучшения какие-то пойдут.

- Допустимо. Если народ любит Путина и устраивает всех он, то почему бы нет?

- Я думаю, что это совсем недопустимо. Если Путину разрешим избираться на третий срок, то будет уже прецедент, и мы дальше, в случае если нам что-то не понравится и это будет запрещено Конституцией, по идее мы что, будем каждый раз менять Конституцию? Еще мне кажется, что сам Путин не захочет баллотироваться на третий срок. Глядя на него, у меня создается впечатление, что он очень сильно устал, что ему уже управлять страной не в радость.

- Да, возможно. Мне он симпатичен. Другого не вижу.

- Так он же сказал сам, что не хочет, так что чего ее менять, Конституцию? В принципе, чтобы он был президентом, - это другое дело. Но он сказал, что все, я не хочу.

- Сейчас, в данной ситуации, когда у нас нет достойной замены Путину, я считаю, что это действительно стоит сделать.

- Я считаю, что ее не стоит изменять. И я даже скажу больше, что ее вообще не будут изменять. Есть две версии, чем займется Путин после второго срока. Первая - он станет премьер-министром и потом, может быть, станет опять президентом. А, во-вторых, я слышал от господина Рогозина такую версию, что он может стать директором "Газпрома". Говорят, что в будущем "Газпром" будет очень крупной компанией, и его владелец будет править страной. Поэтому Путин власть президентскую утратит, но власть такую оставит в своих руках.

Слушатель: У нас звонки, Леонид из Москвы, пожалуйста, мы вас слушаем.

Слушатель: Хочу сказать, что разговоры об общественном контроле канули в прошлое. Закон написан так, что даже при наличии наблюдателей, если они были допущены, совершенно спокойно можно пересчитать на их глазах неправильно. Есть закон, позволяющий избирательной комиссии, в отсутствие наблюдателей, после того, как они уйдут с копиями протоколов, написать новый, и он по закону считается правильным, все остальные - ошибочными. При таких правилах игры никакой контроль, никакие партии не смогут противостоять в закон заложенному результату выборов. А когда партии умалчивают о таких тонкостях закона, они играют роль народоуводителей с майдана, чтобы народ пришел на выборы, проголосовал, потом сам окажется виноват, что он голосовал не достаточно активно, но должен терпеть 4 года, потом еще 4 года, и так спокойно переложить ответственность на него. А решения будут приниматься в другом месте, и они будут совершенно законны, потому что это нормы закона. И суд в Страсбурге ничего с этим поделать не сможет. Обращаться бессмысленно, ни одна норма закона не нарушена. Вот в чем прелесть нашего избирательного законодательства.

Виктор Резунков: Вот как раз Владимир по этому поводу хочет сказать.

Владимир Гельман: Леонид, вы совершенно правы. Действительно, я говорил о том, что поправки, которые сейчас приняты в избирательный закон, заметно ухудшают качество выборов и в части доступа наблюдателей на избирательные участки, и в отношении процедуры подсчета голосов, и в отношении возможности фальсификаций, в частности связанные с использованием автоматизированной системы подсчета голосов, которая полностью не прозрачная и не подконтрольна даже тем немногим наблюдателям, которых теперь, по новому закону, только политические партии вправе будут направлять на избирательные участки. И вполне возможно, что у нас может сложиться ситуация, как на недавних президентских выборах в Чечне, когда реально голосовавших избирателей днем с огнем было не сыскать, а по официальным данным, которые огласил Центризбирком республики, подавляющее большинство избирателей принимало участие в голосовании, и, конечно, они проголосовали чуть ли не в едином порыве за правильного кандидата. Такая ситуация вполне возможна. И у нас на предстоящих выборах, собственно, на это и направлены те поправки, которые сейчас приняла Государственная Дума.

XS
SM
MD
LG