Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Борьба за читателей и подписчиков в российских регионах


[ Радио Свобода: Программы: СМИ ]
[16-08-05]

Борьба за читателей и подписчиков в российских регионах

ВедущаяЕвгения Назарец

Евгения Назарец: Тема программы - борьба за читателей и подписчиков в российских регионах. Есть факты, что в Свердловской и Орловской областях она перешла в борьбу с конкурентами, что тоже было бы неплохо и закономерно, если бы СМИ соперничали на уровне содержания своих полос, а не финансового содержания за счет бюджетов и административного ресурса.

Вместе со мной в Екатеринбургской студии находится председатель Большого жюри Свердловского творческого Союза журналистов, декан факультета журналистики Уральского государственного университета Борис Лозовский и главный редактор газеты "Ревдинские вести" из Свердловской области Валерий Безпятых.

Первый вопрос к Борису Лозовскому. Сейчас, в последние годы заметно, что, по крайней мере, электронные СМИ, телеканалы и отчасти радиостанции по осени, в сентябре заводят разговоры со своими зрителями и слушателями о новинках следующего сезона, представляют новые проекты. Но не припомню, чтобы хоть одна газета или журнал, по крайней мере в провинции, заявили бы в период подписки и борьбы за читателя о том новом и интересном, чем они собираются заняться в будущем году. И это притом, что печатные СМИ переживают не лучшие времена в России. Конкуренция и борьба за выживание все жестче, но на содержании это не сказывается, или сказывается, но не в первую очередь. Региональные газеты зачастую неинтересны. Почему, как вы думаете?

Борис Лозовский: Мне кажется, это не совсем так. Потому что есть регионы, в которых нет никакой конкуренции, а есть соответствующие средства массовой информации, которые относятся к администрации или к каким-то органам местного самоуправления. А есть населенные пункты, где при наличии вот таких средств массовой информации есть частного характера эти издания. И они довольно-таки успешно работают на этом рынке. Поэтому говорить о том, что конкуренции сегодня нет, особенно в местной прессе, мне кажется, это будет не совсем точно. А сама по себе она, на мой взгляд, являет собой совершенно положительное явление, если можно выразиться таким образом. Потому что в значительной мере разнообразие в содержании и тех, и других, и тому примеров можно привести довольно-таки много.

Евгения Назарец: Я как раз признавала наличие конкуренции. Более того, чем дальше, тем более острой конкуренции за читателя среди печатных СМИ. Но я подвергла сомнению, что эта конкуренция сказывается положительно на содержании газет, особенно на содержании тех, которые имеют какие-либо дотации или какие-либо преференции от властей.

Борис Лозовский: Когда средства массовой информации имеют эти преференции, то за это нужно платить соответствующим содержанием - оно в каком-то смысле обедняется. А с другой стороны, конкурирующие издания, они в значительной мере восполняют этот тематический срез, который не затрагивает средства массовой информации, находящиеся под администрацией.

Евгения Назарец: То есть количество средств массовой информации разных и всяких, оно искупает недостатки содержания какого-то отдельного?

Борис Лозовский: Не думаю, что это стопроцентно верный вывод. Потому что, ну, вот возьмем город Екатеринбург, у нас 9 каналов и 9 новостных программ. Отвлечемся от периодической печати. Так вот, трудность для меня, как зрителя, заключается в том, как выбрать программу, которую смотреть. Потому что информационные поводы одни и те же, стендапы примерно так же исполняются, а события те же. Ну и выбираешь более-менее симпатичного тебе ведущего или ведущую. Вот это один из критериев. А на содержание новостных программ вот эта конкуренция, на мой взгляд, влияет в незначительной мере, хотя я могу ошибаться.

Евгения Назарец: Что ж, следующий вопрос к Валерию Безпятых. Месяц назад вы, Валерий, и еще два редактора малых газет из Свердловской области опубликовали открытое письмо с критикой сложившейся практики государственной поддержки муниципальных и государственных средств массовой информации за счет региональных бюджетов. Вы нашли понимание у многих коллег по России, которые согласны с вами, что бюджетные дотации - это недобросовестная конкуренция на рынке массовой информации. Ваша частная газета "Ревдинские вести" успешная. Так чем вам так мешает такая конкуренция с муниципальными газетами, которая вам как бы и не мешает?

Валерий Безпятых: Это наш случай, что она нам как бы не мешает, потому что мы довольно плотно заняли свой рынок, и большой проблемы в этом плане я не вижу. Но, в любом случае, если появляется какое-то средство массовой информации в городе Ревда, и оно вдруг начинает пользоваться какими-то серьезными вложениями со стороны власти, муниципалитета области или государства, у меня, скорее всего, возникнут проблемы в том плане, что они могут хотя бы не в содержательном плане, если не в содержательном плане, то в экономическом плане довольно серьезно повлиять на рынок.

Евгения Назарец: Об этом мы обязательно еще поговорим - об экономической составляющей конкуренции.

А пока все-таки о содержании. С Борисом Лозовским мы только что довольно продуктивно обменивались мнениями на этот счет. Так вот, вы как думаете, конкуренция среди средств массовой информации в провинции положительно сказывается на их содержании?

Валерий Безпятых: В любом случае, если есть с кем конкурировать, то в любом случае.

Евгения Назарец: Итак, сегодня в Екатеринбургской студии Радио Свобода в программе "Час прессы" разговор о конкуренции между средствами массовой информации, в первую очередь печатными средствами массовой информации, на региональном информационном рынке. Представитель Союза журналистов Борис Лозовский и редактор провинциальной газеты Валерий Безпятых, они в Екатеринбургской студии. Будут и другие участники программы "Час прессы". Начнем с тех, кто дал свежий повод - это орловские журналисты.

Репортер газеты "Орловские новости", представившись индивидуальным предпринимателем, смог получить разрешение на розничную торговлю газетами в городе Орле только при условии подписки на пять экземпляров "Орловской правды". О том, что заставило "Орловские новости" пойти на акцию с провокацией против конкурентов, рассказывает заместитель главного редактора газеты "Орловские новости" Татьяна Кузьмина.

Татьяна Кузьмина: Наша газета - это единственная оппозиционная газета в Орловском регионе ныне действующей власти и тем порядкам в области, которые установил губернатор Строев.

С самого первого номера на нас началось давление. Во-первых, нас отказывались продавать сразу две структуры. Это именно политическое и административное решение, потому что с точки зрения экономики продажа нашей газеты очень выгодна. Мы распространителям оставляем 1 рубль 70 от цены. Нам стали читатели сообщать, что в районах области не разрешают ее даже выставлять на прилавки, в киосках. И когда люди ее хотят купить, им просто говорят, что "газета к нам не поступает".

Глав поселковых администраций вызывали на ковер к главе администрации, где он сказал: "Выявить всех подписчиков газеты "Орловские новости", провести с ними профилактические беседы, чтобы они больше на эту газету не подписывались". Сейчас всем распространителям в Орле ставят условие о продлении договора на аренду места только при условии, что они не будут продавать газету "Орловские новости".

Когда мы эту всю информацию собрали, мы решили провести такую акцию с провокацией. Наш журналист, представившись частным предпринимателем, который желает открыть в городе несколько точек по продаже вообще всей периодики, начал обходить администрации, чтобы получить разрешение. В результате появилась публикация в нашей газете, где он расписал, как с ним разговаривали в администрациях чиновники. Одним из условий было: или он должен был подписаться сразу на несколько номеров "Орловской правды" - это официальная газета областной администрации; или должен был оплатить какие-то счета районной администрации. И условие, в том числе, ставилось и такое, что он не будет продавать "Орловские новости".

До этой публикации мы написали заявление в прокуратуру. Прокуратура начала проверку. Мы так понимаем, что дело уголовное возбуждено не будет. Но вызывали некоторых глав администраций, что, вы знаете, для Орла - это уже сенсация.

Евгения Назарец: Заместитель редактора газеты "Орловские новости" Татьяна Кузьмина рассказала о непростых отношениях с коллегами и конкурентами.

А нашим слушателям мы предлагаем ответить на вопрос: чем должна брать читателей местная пресса?

А пока в связи с вопросом, который мы адресовали слушателям, у меня вопрос и к одному из гостей в Екатеринбургской студии - к Валерию Безпятых. Повторю не без удовольствия, что ваша газета "Ревдинские вести" успешная и конкурентоспособная. Признаюсь, что эта мысль меня греет, и сам факт радует. За что вас любят ваши читатели? Ну, не надо скромничать, потому что если бы вы этого не знали, за что вас любят, вы бы не были успешной газетой. Чем вы держите читателей, чем берете?

Валерий Безпятых: Тут много очень факторов, на мой взгляд.

Евгения Назарец: И самый любимый, самый основной фактор?

Валерий Безпятых: Самый основной фактор - это то, что наши читатели, скажем так, большой процент наших читателей уверены в том, что мы не работаем ни на какую из конфликтующих сторон города. То есть мы не подчиняемся в информационном плане ни администрации, ни какому-либо холдингу, ни какой-либо другой организации. То есть мы можем давать информацию о том, что мы видим. А уже сам читатель, он чувствует уважение к себе, и он сам может сделать выводы, так это или не так, что ему нравится, что ему не нравится. Это, пожалуй, основное. То есть независимость.

Евгения Назарец: Но эта независимость выливается в какие-то журналистские расследования, разоблачительные материалы интересные, или вы каким-то другим путем идете?

Валерий Безпятых: У нас нет запретных тем. То есть мы можем писать по любой теме, которая волнует жителей города. Эта тема может не нравиться одному, другому, третьему, но мы об этом напишем в любом случае.

Евгения Назарец: Что ж, это очень приятно, что вам это удается делать. Как удается, я спрошу об этом чуть позже.

А пока к председателю Большого жюри Свердловского Союза журналистов Борису Лозовскому вопрос. Вот это самое жюри некоторое время назад рассматривало случай, аналогичный тому, что описан в Орле. Расскажите коротко о сути обращения, о том, какое решение было предложено. И скажу, забегая вперед, это будет одновременно представлением следующего участника сегодняшнего "Часа прессы". Итак, что там была за жалоба?

Борис Лозовский: Это был интересный документ. "Комитет-101", объединяющий ряд предпринимателей нашего города, столкнулся с несколькими фактами, когда представители районных администраций города Екатеринбурга в разных формах предлагали ему оформить подписку на соответствующие издания. Мы заслушали представителей этого "Комитета-101", высказались все члены Большого жюри. И, в конечном итоге, мы принципиально осудили вот такую практику принудительной подписки на периодические издания. Поскольку это вносит соответствующую неразбериху в части... скажем так, это не позволяет работать экономическим закономерностям, существующим на медиарынке. Это сразу преференции, это сразу преимущества. Ну а на самом деле получает ли читатель от этого что-нибудь, добавляет ли это ему что-то - трудно сказать. Хотя можно ответить, что в такого рода газетах мы можем увидеть определенный политический знак.

Так что, в конечном итоге, в результате обсуждения на Большом жюри мы пришли к выводу, что надо поговорить внутри корпораций и поговорить с редакторами газет. И в результате таких разговоров состоялось принятие такого письма, в котором редакторы газет приняли на себя в той или иной мере обязательства противодействовать такой форме подписки.

Евгения Назарец: И вот сейчас с нами на телефонной связи лидер того самого "Комитета-101" Дмитрий Головин. Напомню, этот комитет обратился в Свердловский Союз журналистов с письмом о том, что несколько газет в Екатеринбурге практикуют принудительную подписку, назовем это так.

Дмитрий, с приятием решения, с тем самым разбирательством, которое было весной, к концу лета, к осени что-то изменилось, прекратилась эта практика, что говорят вам предприниматели, члены "Комитета-101"?

Дмитрий Головин: Тут следует отметить, что к членам "Комитета-101" после этого, конечно, все вопросы отпали у административных органов о подписке. Но практика эта продолжается. И в "Комитет-101" поступают обращения от учителей и работников детских садов о том, что их принуждают все-таки подписываться. В то же время можно отметить, что если раньше принуждали, например, с каждого детского садика по 6 экземпляров подписки на "Уральский рабочий" и "Вечерний Екатеринбург" - это, видимо, необходимо для воспитания подрастающего поколения, то сейчас, в общем-то, администрация удовлетворяется двумя-тремя этими подписками. То есть требования снизились по количеству.

Евгения Назарец: А почему тогда, когда вы решили затеять это разбирательство, вы обратились именно в Союз журналистов, а не в прокуратуру, как это сделали орловские журналисты?

Дмитрий Головин: Потому что в прокуратуре нам сделали разъяснение о том, что это не подпадает под уголовную статью о "принуждении к совершению сделки". Здесь можно рассматривать, что нарушен Гражданский кодекс в части добровольности заключения договоров и нарушено антимонопольное законодательство. Вот в Антимонопольный комитет мы обратились, об этом был информирован даже московский Антимонопольный комитет, но каких-то действий... они как бы посчитали, что "вы и так вроде хорошо сработали, вроде дополнительных действий с нашей стороны не требуется. Вот если практика будет продолжаться (а она пока продолжается), мы будем работать над тем, чтобы подвести все эти действия под нарушение антимонопольного законодательства и под "принуждение к совершению сделки".

Евгения Назарец: В предварительной беседе вы говорил, что намерены пойти на контакты с депутатами Городской Думы. Как это, по вашему мнению, будет происходить?

Дмитрий Головин: Вообще все депутаты Городской Думы нами проинформированы о том, что в городе такая ситуация. Большинство депутатов активно как бы или не очень активно, но они против принуждения читателей к подписке. И они за честную подписную кампанию. Вот депутаты многие говорили о том, что им надо какого-то одного храброго человека, который бы взял и записал это. Вот как было у нас в "Комитете-101" - у нас была аудиозапись этого разговора. Вот учителей и тех, кто работает в детских садах, нужна запись разговора. Вот мы сейчас над этим работаем.

Евгения Назарец: И последний, наверное, вопрос. Скажите, Дмитрий, у вас претензии по сути, по самой форме того, что происходит - зачем людей насильно на что-то подписывать или вынуждать предпринимателей кого-то подписывать? Или есть и претензии к содержанию тех газет, относительно которых разгорелся сыр-бор?

Дмитрий Головин: Ну, у меня претензий нет. Мне кажется, что любая газета может писать то, о чем ей заблагорассудится. Только пусть она пишет о том, что никого не интересует, кроме городской администрации, и у нее будет число подписчиков ровно такое, сколько есть чиновников в городской администрации. Вот это будет справедливо. И не надо насиловать мозг читателей и ждать за это любви со стороны читателей.

Евгения Назарец: Я так расцениваю вашу фразу, как намек на то, что газеты, которые занимались принудительной подпиской, близки к администрации Екатеринбурга.

Дмитрий Головин: Да, близки.

Евгения Назарец: Ну что ж, спасибо за участие в нашем эфире лидеру "Комитета-101" Дмитрию Головину. Напомню, с их подачи весной в Екатеринбурге началось разбирательство по поводу того, что две газеты в Екатеринбурге пользовались преференциями городских властей для организации принудительной подписки.

И мы просили наших слушателей дать совет, чем должны местные газеты держать читателей. И у нас есть первый телефонный звонок. Послушаем, возможно, нам уже сейчас дадут совет. Здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Николай Ломов из Санкт-Петербурга. Лично меня всегда интересовало две вещи в печатных СМИ. Во-первых, это интерес к анализу законодательных основ, в которых мы существуем, и сравнительные характеристики с тем, как работают законодательные основы, скажем, в цивилизованных странах. И второй вопрос - это информация, правда, и правда именно о том, что у нас происходит. Те же ситуации с провокацией польского вопроса, с убийством губернатора Евдокимова. Просто нужна чистая правда и больше ничего.

Евгения Назарец: Напомню, это было мнение Николая Ломова из Санкт-Петербурга. Такие темы он хотел бы видеть в местной прессе, очевидно.

Раз уж прозвучало мнение радиослушателя, хотелось бы попросить прокомментировать его практикующего журналиста, редактора газеты "Ревдинские васти" Валерия Безпятых. Валерий, что вы думаете по поводу вот этих тем? Насколько они отражены в вашей газете? Насколько они популярны у ваших читателей, по вашим наблюдениям? Ну, если не эти именно, то сходные.

Валерий Безпятых: В нашей газете они практически не отражены. И я считаю, что это наш пробел, скажем так. Мы изначально акцентировали внимание на местных проблемах, то есть все полосы были заняты местными материалами. Сейчас уже подошел такой момент, когда читатели уже действительно требуют информацию, которая более глобального плана - областную, российскую, мирового масштаба. Скорее всего, мы в ближайшие, скажем так, два-три месяца создадим... у нас будет отдельная полоса, на которой будут рассматриваться вот именно эти вопросы.

А по подаче, звонящий из Санкт-Петербурга сказал, что ему нужна правдивая информация, и вот эту правдивую информацию, каким образом наша местная пресса будет добывать, это уже, скажем так, и наши проблемы, и наша боль. Потому что правдивую информацию действительно очень сложно добыть. А собкора на место аварии Евдокимова, например, мы послать просто не можем из-за финансовых вопросов.

Евгения Назарец: Очевидно, убийством Евдокимова должна заниматься алтайская пресса, я так полагаю, вот применительно к теме нашего сегодняшнего разговора именно про местную прессу.

Вопрос Борису Лозовскому. Вы знаете, мнение Николая Ломова из Санкт-Петербурга несколько опровергает расхожее мнение самих журналистов, по крайней мере большой части из них, о том, что людей серьезные вещи интересуют мало, и им нужно давать что-нибудь с более "желтым" оттенком. Что вы думаете по этому поводу?

Борис Лозовский: Вы понимаете, это версия, которую надо подтверждать хорошим фактическим материалом, и не всегда ее можно подтвердить. Дело в том, что сегодня обозначается тенденция, и в разговорах со многими редакторами приходишь к выводу, что качественная информация, информация всесторонняя, информация сбалансированная, она все больше и больше пользуется спросом. Причин здесь много. Одна из главных причин заключается в том, что вот эти потоки, которые управляются со стороны властей разных мастей, они уже перестают удовлетворять. Вот это одна правда.

Вторую часть правды, иную часть правды хотят знать многие. Вы знаете, я приведу пример из "Челябинского рабочего". Киршин Борис Николаевич, редактор "Челябинского рабочего", как-то рассказал такую историю. Вы знаете о конфликте между Уральской горно-металлургической компанией и Карабашским медеплавильным комбинатом. В прессе было довольно-таки много материалов по этому поводу. "Челябинский рабочий" по этому поводу выступал. И вот читатели его стали задавать вопросы: "А почему вы представляете точку зрения только Карабашского медеплавильного комбината?". А очень просто, потому что они были доступнее как источники информации. И после того, как такие замечания они получили, "челябинцы" организовали встречу с УГМК, дали слово всем представителям, в том числе и Муцоеву, он никогда с журналистами не разговаривал, а тут дал им большое интервью. И пришли к выводу в "Челябинском рабочем", что даже в одном материале должны быть представлены различные, в том числе, и противоположные точки зрения. И вот такую информацию сегодня, мне кажется, все большее и большее количество населения начинает ждать от средств массовой информации.

Евгения Назарец: У нас есть еще один телефонный звонок от нашего слушателя. Здравствуйте.

Слушатель: Добрый день. Николай Петрович, Екатеринбург. Как раз я поддержу последнее высказывание вашего гостя, что, действительно, нужна правда и нужны противоположные точки зрения на какую-то из проблем.

И вот что я еще хотел бы сказать. Во-первых, кадры журналистские... я вообще удивлен, что вы пригласили Лозовского, который является апологетом любой власти, какая бы она ни была, он всегда им был и будет в дальнейшем. И хотел бы сказать, что журналистские кадры готовятся сейчас из рук вон плохо. Это во-первых.

Второе. Проблема еще в другом. Может быть, она не относится к вашей теме, но это касается тех людей, которые хотели бы выписать газету. Но вы же посмотрите, стоимость газеты... допустим, я выписываю "Российскую газету" и "Вечерний Екатеринбург". "Российскую газету" выписываю потому, что там все законы и так далее. И газета сама стоит в разы дешевле, чем ее доставка. Я плачу 500 рублей за то, чтобы от улицы Тургенева до моего почтового отделения довезли...

Евгения Назарец: Понятно, Николай Петрович. Спасибо.

Борису Николаевичу Лозовскому была высказана претензия о том, что он плохих журналистов готовит, и, насколько я понимаю, апологет власти. Наварное, я должна вам дать возможность ответить на это высказывание.

Борис Лозовский: Я не очень понимаю, какой смысл Николай Петрович вкладывает в термин "апологет", поскольку мы в своей работе на факультете журналистики как раз исходим из принципа дистанцирования от любой политической заявленной линии, пристрастности и так далее. Дело в том, что мы исходим из посыла, что качественная журналистика, она предполагает, прежде всего, представление всего спектра мнений по существующим вопросам. И Николай Петрович в этом фрагменте согласился со мной.

Другое дело, когда они с этими установками приходят в действующие средства массовой информации, и там происходит переподготовка или, если можно так выразиться, переквалификации. И в соответствии с тем знаком политическим и с той политической установкой, которая принята в редакции, или моделью этой газеты, или средства массовой информации, они начинают переучиваться и работать так, как работают именно здесь.

А что касается подготовки журналистских кадров. Ну, не все выпускники факультета журналистики работают в средствах массовой информации - их значительно больше. Мы не можем покрыть потребности всех средств массовой информации. Поэтому надо выбрать конкретные... если у Николая Петровича есть конкретные имена, фамилии и средства массовой информации, я готов с ним поговорить на эту тему более конкретно.

Евгения Назарец: Раз уж зашел разговор об этом, к Валерию Безпятых аналогичный вопрос. Как в вашей газете осуществляется подбор кадров, по каким качествам человек оказывается среди ведущих журналистов? Обязательно журналистское образование? Немножко о том, кто у вас работает.

Валерий Безпятых: Нет, на сегодняшний день обязательного журналистского образования у нас в требованиях нет. У нас есть два человека, которые окончили журфак, два человека, которые учатся в настоящий момент на заочном отделении. Но обязательного требования об окончании журфака у нас не имеется.

А подбор кадров происходит... как я начинал несколько лет назад, я нашел одного человека, потом мы нашли второго, третьего, четвертого. Просто приходит человек, он месяц работает в редакции, и мы уже смотрим, наш это журналист или не наш, как он подходит к материалам. Те же самые точки зрения. Если он высказывает свою точку зрения, только свою точку зрения в материале, значит, это уже не наш журналист, он у нас не будет работать.

Евгения Назарец: Все-таки вернемся к теме сегодняшней беседы поближе, мы от нее несколько отдалились благодаря звонку нашего радиослушателя. Итак, в Екатеринбурге и Орле предана гласности информация о том, что издания, близкие к властям, пользуются административным ресурсом для увеличения тиража, и на эти издания проводится принудительная подписка. Этот факт довольно сложно доказать в юридическом смысле. Но сомневается ли кто-то, что такие методы практикуются? По крайней мере, двух человек сомневающихся нам удалось найти. Сначала говорит главный редактор газеты "Орловская правда" Александр Тихонов.

Александр Тихонов: Ниже достоинства журналиста вступать в полемику с журналистом. Журналисты должны заниматься, наверное, обеспечением информацией людей, граждан о жизни в стране, и меньше заниматься дрязгами. И я считаю, что это просто некрасиво и не соответствует кодексу чести журналиста. Я как член Союза журналистов России считаю, что это неправильно.

Но дело в том, что газета, которая обвиняет нас в этом, ее главный журналист, она даже не является членом Союза журналистов. Она предприниматель. Поэтому я считаю, что тут Союзу журналистов, в общем-то, и разбираться не с чем особенно.

Евгения Назарец: Вот мнение главного редактора... весной, по крайней мере, на момент разбирательства, главного редактора газет "Вечерний Екатеринбург" и "Уральский рабочий" Льва Кощеева. Эти газеты также обвиняли в принудительной подписке.

Лев Кощеев: Мы как медиахолдинг, предприятие, которое занимается выпуском и той, и другой упомянутых в этом сообщении газет, в подобной деятельности никогда не участвовали. И нам о таких случаях ничего не известно. "Комитет-101" или какие-либо другие организации, они никогда к нам с какой-то предупредительной информацией, или с какими-то запросами, или с какими-то протестами не обращали. В принципе, это не первый случай, а о каких-то таких вещах мы узнаем, что называется, "о своей смерти узнал из газет".

Евгения Назарец: Вот прозвучали два мнения, собственно, обвиняемых, если так можно выразиться в этой ситуации. Вопрос Борису Лозовскому, как председателю Большого жюри Союза журналистов. Как вы думаете, такая борьба внутри журналистского сообщества, когда одни коллеги обвиняют других в каких-то действиях, которые с журналистской этикой не согласуются, с экономикой никак не сопрягаются, так вот, такая борьба, похоже, не оставляет никаких иллюзий по поводу существования в России даже подобия журналистской солидарности. И этим пользуется всякая власть, которая не четвертая. Можно ли что-то изменить, и как скоро?

Борис Лозовский: Во-первых, это действительно так, поскольку... Я даже скажу больше, пожалуй, нет ни одной профессии, в которой бы коллеги лупили так друг друга, как у нас. Возьмите, например, милиционеры, они когда-нибудь публично говорят друг о друге плохо? Возьмите врачей или даже учителей. То есть какую профессию ни возьмешь, то там мы найдем некое корпоративное понимание того, что это неприлично выносить свои споры, дрязги на суд общественности. А поскольку у нас есть возможность всегда выйти в эфир либо выйти на газетную полосу, мы свои беды, мы свои недовольства, мы свое раздражение коллегами выносим на страницы газет. Ничего хорошего ни сообществу, ни, тем более, аудитории средств массовой информации это никогда не приносило и не принесет.

Что касается того, что делать по этому поводу, то здесь нужен очень большой, серьезный, многоплановый комплекс мероприятий. Он связан с тем, что, во-первых, мы до сих пор не имеем законодательного статуса журналиста, как в ряде стран. Во-вторых, мы не имеем нескольких законодательных актов, например, закона о телевидении, без которого возможно манипулировать этим средством массовой информации. Мы не имеем общепринятых в качественной журналистике... общепринятых всем журналистским сообществом стандартов правильного профессионального поведения. Они, в сущности, есть, мировая практика их выработала. Другое дело, что важно, чтобы эти стандарты были приняты журналистами как таковыми, каждым журналистом. И в таком случае, только после этого можно будет говорить о некой солидарности, в том числе и профессиональной.

Евгения Назарец: У нас есть телефонный звонок. Здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Меня зовут Нина, я из Москвы. Я, безусловно, согласна с последним высказыванием, оно очень правильное.

Но вот в настоящий момент, о чем должны писать газеты, местные особенно? Мне кажется, что, прежде всего, о реформе ЖКХ, о новом законе, который вот-вот войдет в силу, а многие граждане нашей страны просто не представляют реальные последствия того, что может с ними быть, если они сейчас детально не изучат этот закон и не примут меры, которые бы их оградили от повторного ограбления. Потому что выясняется, что даже приватизированные квартиры не обеспечены никакой защитой до той поры, если жители не организуют товарищество собственников жилья. Многие боятся этого ТСО, потому что боятся, как положено, ответственности, которую придется брать на себя. Но без того, чтобы взять на себя ответственность, мы не сможем удержать нашу собственность, и она вновь окажется в нечестных руках. Вот сейчас, летом, идет активнейшая подпольная, подковерная борьба фактически за собственность, за дома в Москве. Создаются ручные домовые комитеты, которые, в общем-то, передадут эту власть в домах, то есть собственность, не как таковую, а вот, скажем, управление коммуникациями под домами, соответственно, и все, что связано с назначением квартплаты, бывшим РЭО, ЖЭКам и так далее. И граждане могут очнуться уже тогда, когда будет поздно. Вот о чем надо писать газетам. Спасибо большое.

Евгения Назарец: Спасибо вам, Нина.

Нина предлагает писать больше о проблемах ЖКХ. Наверное, на заметку той части наших слушателей, кто сами журналисты.

Валерию Безпятых вопрос в связи с тем, о чем мы уже некоторое время назад поговорили с Борисом Лозовским, - дрязги внутри журналистского сообщества, вот по поводу них. Вот "письмо трех", в котором вы противопоставляете муниципальные и государственные СМИ всем, которые от властей ничего не получают, вы не считаете, что это то же самое проявление скандалов внутри журналистского сообщества, которые не очень хорошо сказываются на имидже прессы вообще?

Валерий Безпятых: На имидже прессы в последнее время вообще мало что хорошо сказывается. Слово "продажный журналист" - это уже очень распространенное слово в обиходе.

Евгения Назарец: Позволю себе поспорить. У нас есть еще "милиционеры-взяточники", "врачи-убийцы" - штампов полно, но с ними как-то жить надо.

Валерий Безпятых: Вот мы, собственно говоря, и живем. Но что, собственно, имеется в виду под словом "продажный журналист". Человек, который продает свою профессию. Это человек, который пишет материалы, которые ему заказаны. На сегодняшний день средства массовой информации, которые я знаю, вот ближайшее окружение в Свердловской области, подавляющее большинство газет, они принадлежат кому-то. То есть там работают журналисты, которые знают, что в любой момент им могут сказать, что "вот это нельзя, а об этом лучше написать", хотя он и не хочет. То есть они соглашаются с самоцензурой, точнее, с внешней цензурой. По большому счету, как бы нет проблем, только это немножко не журналистика. Соответственно, на сегодняшний день как такового сообщества журналистов, я думаю, даже... может быть, только рождается.

Евгения Назарец: А раз нет сообщества, значит, собственно говоря, ничьи моральные законы вы этим письмом, и еще два редактора, собственно, и не потрясли, и не подорвали?

Валерий Безпятых: Да мы, может быть, просто хотели встряхнуть эту ситуацию с тем, чтобы быстрее все произошло. Рынок идет, и рано или поздно создастся и нормальное журналистское сообщество, и нормальный рынок СМИ.

Борис Лозовский: А я думаю, что это не просто сотрясание воздуха. Открытое и публичное заявление о собственной позиции - это журналистская работа. И она может сыграть, в конечном итоге, в какой-то отдаленной перспективе.

Евгения Назарец: Сейчас всех научили в России, что есть пиарщик, а есть журналист. И получается так, что продажный журналист - это нонсенс. Потому что если продажный, то уже не журналист.

Валерий Безпятых: Это пиарщик.

Борис Лозовский: Согласен.

Евгения Назарец: У нас есть еще один телефонный звонок. Здравствуйте.

Слушатель: Скажите, пожалуйста, вот как можно относиться к таким журналистам? Мы живем в районном городе. У нас замерзает детский сад уже три года. Мы вызываем журналистов. Мы все работаем в валенках, дети спят в одежде всю зиму. А она приходит, беседует с заведующей, пишет такую гладенькую, такую прекрасную статью, вы понимаете, что уже потом возмутились все родители. И уже написали родители. Ну как же можно так относиться?! Ведь журналистов вызывают в районах уже в самых экстремальных случаях. Когда человек пришел, и не пройдя по группам, поговорив только с заведующей в кабинете, не посмотрев температурный режим, и пишет такую статью прямо благостную...

Евгения Назарец: Спасибо вам за звонок.

Отвечает Валерий Безпятых, редактор как раз небольшой газеты, откуда, наверное, тоже часто пытаются вызвать журналистов, подчеркиваю интонационно слово "вызвать".

Валерий Безпятых: Совершенно верно, так и происходит. Вы знаете, мы недавно хохотали в редакции - нас назвали так: "вы то же самое, что раньше был Горком партии". То есть мы последняя инстанция, которая все решает. Если мы не возьмемся, то тема так и будет в зависшем состоянии.

По поводу подхода к информации, вот журналист, который пришел и все благостно написал, скорее всего, работники муниципальных средств массовой информации не имеют возможности критиковать власть, только и всего. Подошел бы он и взял комментарий у администрации, у директора детского сада, у работников - и все было бы нормально, была бы нормальная, взвешенная и конструктивная информация, объективная.

Борис Лозовский: Да, я поддержал бы эту часть разговора. Это просто неквалифицированный и непрофессиональный журналист. Поскольку в этой проблеме задействованы многие, скажем, та же администрация, то как ее миновать? Ей нужно, следовательно, задать вопрос: "Что делать? Кто будет делать?".

Я вот помню хорошо, однажды в Пермской области мы разбирали материал по поводу митинга на тему своевременной выплаты зарплаты бюджетникам. Так вот, все в газете сделали - фотографию дали, подборочку мнений разных людей, репортаж с места событий. И сказали о том, что там поддержал всех и глава администрации. Но на главный вопрос ответа нет. А вопрос такой: "Где деньги, Зин?", - как поется в песне у Владимира Семеновича Высоцкого.

Евгения Назарец: Все-таки не знаю, почему меня так зацепило слово "вызвали журналиста". Возможно, потому, что я все-таки не вижу сама лично (это мое личное мнение, позволю себе его высказать) миссию журналиста в том, чтобы быть вызванным на какие-то разбирательства.

Борис Лозовский: Мне кажется, просто эта женщина подобрала то слово, которое пришло ей на ум. На самом деле в этом есть много смыслов: как "скорую помощь", как милицию, как МЧС, как "911". Ну что ж, это лестно вообще для профессии-то.

Евгения Назарец: Ну ладно, примем вашу точку зрения. Убедили.

Вернемся снова к проявлениям конкуренции не на содержательном уровне между средствами массовой информации в регионах. Упомянутая неоднократно сегодня газета "Орловские новости", не будучи близкой к властям, испытывает проблемы с распространением. Валерий, переживают ли "Городские вести" в Ревде что-то подобное? И, может быть, вам известны такие случаи в соседних регионах?

Валерий Безпятых: На сегодняшний день, нет, мы не переживаем такую проблему. И я не вижу в ближайшее время возможности возникновения такой проблемы, хотя бы потому, что мы ее сразу же осветим.

Евгения Назарец: Вы осветите, а вас не продадут.

Валерий Безпятых: Нас не продадут?

Евгения Назарец: Газету я имею в виду, в розницу.

Валерий Безпятых: Мы розницу сами продаем. То есть у нас есть бабушки, у нас есть ребята, так что никакие структуры у нас не завязаны между нашими читателями и нами. Не имеются какие-то чиновничьи структуры.

А по поводу того, как в других городах, да, такое есть, такое существует. Причем это не то что повсеместно, но где-то в половине случаев такое существует. На сегодняшний день (я свое мнение выскажу) сами чиновники немножко поумнели все-таки. Раньше они были вообще умные, а сейчас еще немножко поумнели. Если раньше они считали, что у них есть средство массовой информации, так называемая зона влияния, то теперь они догадались, что этому средству массовой информации нужен тираж. И, соответственно, пошли так называемые принудительные подписки.

Другое дело, что они еще немножко поумнеют и догадаются, что эта принудительная подписка, в принципе, не дает того, что они хотят. Это же деньги, собственно говоря, не очень большие, эта подписка. Они хотят влияния этой газеты. Когда предприниматели стали подписывать по пять экземпляров этой газеты, они что, читать их будут? Они будут раздавать своим соседям? То есть влияние не увеличивается. Смысл какой в этом? Нулевой КПД буквально.

Евгения Назарец: У нас есть еще один телефонный звонок. Дадим слово нашему радиослушателю. Здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Меня зовут Евгения Иосифовна, я из Санкт-Петербурга. Я бы хотела высказать свое мнение о работе Агентства по журналистским расследованиям, которое находится в Санкт-Петербурге на улице Росси. Возглавляет это агентство Константинов. Я вынуждена была обратиться в это агентство потому, что все инстанции власти мною были пройдены, и я нигде не получила помощи. И после этого обращения я долго-долго болела. В том смысле, что там работают не те журналисты, которые спешат помочь людям, а я бы их просто назвала так - "холуи матвиенковские". Потому что надо было поднять вопрос о действиях нашего губернатора, и они настолько меня (извините, пожалуйста, за это слово, может быть, неприличное и некорректно) "облаяли", что я просто в шоке была от этих журналистов. Там есть такая журналистка Леонтьева, ну, это просто, знаете, сорвавшаяся с цепи собачка. Простите меня за такие, может быть, некорректные выражения.

Евгения Назарец: Евгения Иосифовна, в любом случае спасибо вам за звонок. Мы понимаем, что вам принесло стресс общение с журналистами. Такое тоже бывает, к сожалению.

И, тем не менее, продолжим общение о конкуренции среди средств массовой информации. Она развивается не только по содержанию, но и в экономической плоскости или в плоскости взаимоотношений с властями.

Вопрос Борису Лозовскому. Способно ли Большое жюри эффективно решать проблемы, возникающие в журналистском сообществе? Вот соглашение о недопущении принудительной подписки и использования административного ресурса не подписали как раз те газеты, в адрес которых были выдвинуты эти обвинения. Получается, что под вопросом эти меры.

Борис Лозовский: Вы понимаете, можно ответить кратко: нет, не способно. А с другой стороны, можно ответить по-другому. Когда Большое жюри российское, которое находится в городе Москве, в столице нашей Родины, или местные отделения Большого жюри начнут работать в полной мере, наработают опыт, приучат к этой форме оценки журналистского труда собственно журналистское сообщество, тогда это будет, в конечном итоге, иметь какой-то положительный эффект. Пока же все это в развитии. Мы только провели три заседания, три слушания. И, тем не менее, по результатам этих слушаний мы понимаем, что происходит некий сдвиг в сознании людей относительно того, что можно обратиться в какую-то организацию - и появится возможность получить ответ, удовлетворяющий или не удовлетворяющий, но квалифицированную оценку того, что сделали журналисты. Мне кажется, надо какое-то время подождать, как будет развиваться вот эта внутрицеховая саморегуляция. И, в конечном итоге, я верю в то, что она будет давать результаты.

Евгения Назарец: У нас есть еще один телефонный звонок. Здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. У меня тоже небольшой опыт общения с прессой. И я пришел к главному редактору газеты городской со своим вопиющим случаем. Она сказала: "Ни в коем случае не напечатаем, потому что это создаст плохое мнение о нашем городе". Ну, я ей сказал, что "не повезло газете с главным редактором". И я считаю, что главное в работе газеты - это главный редактор. Многие журналисты просто пишут одно, а их главный редактор заставляет переделывать на другое. Спасибо.

Евгения Назарец: Спасибо вам.

Вопрос как раз к главному редактору газеты "Городские вести" из Ревды. Заставляете ли вы переделывать что-нибудь своих журналистов?

Валерий Безпятых: Да, заставляем.

Евгения Назарец: С какой целью?

Валерий Безпятых: Сейчас объясню. Про журналистов очень много говорится, про некачественную журналистику и так далее. У меня большое уважение к Большому жюри, то есть идея сама по себе очень хорошая. То есть это как раз те самые этические нормы вырабатываются и проговариваются вслух, что важно. Наше письмо - это тоже проговаривание вслух проблемы существующей.

А по поводу газеты, конкретных журналистов и конкретных редакторов, по-моему, в ближайшее время, может быть, пять-десять лет качественная журналистка все равно выдавит эту "пиарщину". Выдавит постепенно, медленно, но она ее выдавит. В результате получится так, что будут успешными и прибыльными те газеты, в которых журналисты не будут "лаять", в которых журналисты будут собирать все точки зрения. Это просто выгодно. Мы сейчас учимся работать, делать качественную журналистику. Мы зарабатываем на этом деньги.

Евгения Назарец: Вы упомянули про письмо, и снова я спрошу. Вот это письмо, в котором вы критиковали практику государственной поддержки за счет бюджетов муниципальных и государственных СМИ, оно было также адресовано властям и структурам влияния на медиасообщество. Что ответили и кто ответил? От кого еще ждете ответа? Они тоже согласны с тем, что это недобросовестная конкуренция, те, кому адресовано письмо?

Валерий Безпятых: Такого согласия мы еще не получили. Мы получили три извещения о том, что в правительстве Свердловской области получили, направили по инстанциям. Федеральная антимонопольная служба переправила в Свердловскую область, в местную Федеральную антимонопольную службу. И более-менее развернутый ответ нам дало Федеральное агентство по печати и массовым коммуникациям.

Евгения Назарец: В чем суть, если возможно?

Валерий Безпятых: Глухая защита, и это уже не наша компетенция.

Евгения Назарец: Но все-таки письмо пошло по инстанциям, там его хотя бы прочитают.

А вообще, вот рынок - не рынок, СМИ в условиях рынка, социальное служение каких-то газет, а у каких-то "желтизна" - все это сегодня, так или иначе, возникает в нашем разговоре. А вообще, может быть, просто не вмешиваться, не пытаться это все регулировать, а оставить это все на откуп того самого рынка, о котором мы сегодня неоднократно говорили? Борис, пожалуйста.

Борис Лозовский: Вы знаете, это, по-моему, неправильная точка зрения - не вмешиваться. Потому что рынок, он ведь действует по своим законам, и там очень много неуправляемого. Как-то, по-моему, Сергей Доренко, опальный наш журналист, сказал... ну, его некоторые не считают журналистом, сказал о том, что "для коммерческого предприятия дорога в село, где 10 домов, не выгодна, для нации она обязательна". Поэтому когда на медиарынке господствуют только рыночные механизмы, исчезает очень многое из того, что вообще людям нужно. Вот почему эта женщина обратилась в Агентство журналистских расследований? Потому что она хотела найти защиту. Коммерческие средства массовой информации в большей своей части занимаются этим только тогда, когда видят в этом информационный повод, в своем толковании, и видят, что из этого получится классный материал на первую полосу.

Евгения Назарец: У нас есть еще один телефонный звонок. Здравствуйте.

Слушатель: Добрый день. Я звоню из Москвы. Что касается конкурентоспособности средств массовой информации. По-моему, когда идет обсуждение, затрагивается не с той стороны эта проблема. На сегодняшний день конкурентоспособность, как это ни парадоксально, не зависит даже от количества распространяемых экземпляров газеты, а зависит именно от количества тех рекламодателей, которые дают свою рекламу именно на страницах того или иного печатного издания. И поэтому, между прочим, обратите внимание, если, например, у нас большие газеты, как "Ведомости", условно говоря, "Известия", "Новые известия", они в основном финансируются за счет очень крупных холдинговых объединений, то уже газеты на городском уровне, а тем более на районном, практически их тиражность и их жизнеспособность зависит только от количества рекламы, которую они помещают на страницах своего издания. Только и всего. Так что проблема здесь именно зависит только от рекламодателей, но ни в коем случае не от подписчиков и не от покупателей газеты.

Евгения Назарец: Спасибо.

Валерий Безпятых комментирует. По-моему, у вас все хорошо с рекламодателями.

Валерий Безпятых: Я соглашусь и возражу одновременно. Во-первых, то, что реклама, да, несет основные деньги - это, действительно, так. Но звонящий немножко забыл саму цепочку. Мы делаем качественную информацию, она востребована, читатель покупает нашу газету - и растет тираж. Рекламодатель приходит на тираж. Именно поэтому он несет нам деньги. Изначально - информация, а реклама - это уже следствие. Если мы сделали качественную информацию, мы заработали больше денег на рекламе - прямая завязка. Вот и рынок.

Евгения Назарец: Борису Лозовскому вопрос по поводу того, что те, кто защищают систему, как мы ее сегодня называем, принудительной подписки, они говорят, что это социальная миссия, что люди, у которых мало денег (один из наших слушателей говорил, что подписка очень дорогая), они должны, в любом случае, иметь информацию, уж какую предложат за бесплатно. Вы согласны с тем, что это такая социальная ответственность медиабизнеса, вот с этой точкой зрения согласны? Распространение газет при помощи властей...

Борис Лозовский: Нет, я не думаю, что это так. Вернемся к разговору о том, что обращались в Орловской области, по-моему, в прокуратуру. Мне кажется, прокуратура не посмотрела еще на одну статью. В Уголовном кодексе есть 144-ая статья "Злостное воспрепятствование профессиональной журналистской деятельности". Там два воспрепятствования - это принуждение к распространению или принуждение к нераспространению. И тут мы можем квалифицировать это как принуждение. Другое дело, чтобы нашелся специалист в области законодательной практики и встал на эту точку зрения.

Евгения Назарец: Что ж, на этом я хочу завершить обмен мнениями сегодня. Те вещи, о которых шла сегодня речь в программе, не добавляют престижа российской прессе, однако для читателя по-прежнему все не так уж плохо. Газету, которую интересно читать, покупаешь сам, а еще парочку тех, что издаются или создаются для других целей, дадут бесплатно.

XS
SM
MD
LG