Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Президент России в роли деда Мороза. Верят ли в подарки граждане?


[ Радио Свобода: Программы: СМИ ]
[07-09-05]

Президент России в роли деда Мороза. Верят ли в подарки граждане?

Ведущая Елена Рыковцева

Елена Рыковцева: "Социальной революцией" назвали некоторые эксперты пакет предложений от президента Путина. Как известно, он посулил мощные бюджетные вливания в здравоохранение и образование, пообещал помочь решить жилищные проблемы россиян, и вообще напредлагал много хорошего, светлого и прогрессивного. Вот что обойдутся бюджету России инициативы ее президента? Насколько реально внедрить их в жизнь? И почему именно сейчас он выступил с таким громким посланием, обращенным к народу и его нуждам.

В этом нам помогает разобраться гости программы "Час прессы" - Анастасия Матвеева, обозреватель отдела политики газеты "Газета" и Александр Нагорный, первый заместитель главного редактора газеты "Завтра".

И мы задаем вам похожие вопросы, уважаемые слушатели: порадовали ли вас инициативы президента, считаете ли вы их реальными, и какой политический смысл вы видите в этом послании?

Начнем с комментария Николая Вардуля, редактора отдела экономической политики газеты "Коммерсант".

Диктор: "На первый взгляд, выбор президента безошибочен: здравоохранение, образование, зарплаты врачей, учителей, ученых, вспомоществование в решении жилищного вопроса - что может быть конкретнее и привлекательнее для избирателя? Если бы президент назвал свою речь предвыборной, впечатление было бы одно, но он назвал свои приоритеты национальными проектами. А это совсем другое. Объясню: выборы проходят, а экономика остается. И в том, что она, в отличие от избирателя, нуждается исключительно в названных национальных проектах, есть большие сомнения.

Что по существу предлагает президент? Конвертировать нефтяное благополучие бюджета в социальные расходы. В кремлевской администрации так комментируют речь президента: решили не сидеть на нефтяных деньгах, а потратить их так, чтобы они в будущем могли выстрелить. Они и выстрелят, вопрос в том - как. По-моему, инфляцией. А она, как показывает опыт последних лет, может прекрасно соседствовать с профицитным бюджетом".

Елена Рыковцева: Итак, первой реакцией журналистов, экспертов на эти предложения стал спор на тему: повлекут ли они за собой новый виток инфляции? Вообще, газета "Время новостей" считает все случившееся большой аппаратной победой помощника президента Игоря Шувалова, который отвечает за национальные проекты. Пишет газета так: "Он два года не мог пробить стену министра финансов Алексея Кудрина, блокировавшего рост государственных инвестиций под предлогом опасности раскручивания инфляции". Но вот пробили стену, убедились, что не будет инфляции. Как вы считаете, Александр Нагорный, каким образом удалось убедить именно сейчас, что такие огромные вливания в социальную сферу не повлекут за собой инфляции? Как это получилось?

Александр Нагорный: Я думаю, что инфляция, во-первых, существует, и она гораздо выше бюджетных показателей, которые утверждаются в каждом из прошедших бюджетных годов. Но что касается ситуации с данным решением, во-первых, мне представляется, что это политическое решение, прежде всего. Оно не сфокусировано на то, чтобы ускорить рост экономики, сделать ее более структурно осмысленной, оторваться от ситуации сырьевой ориентации и повышать долю наукоемких производств. Во-вторых, у меня, к сожалению, нет расчетов пока относительно того, насколько реально будет выполнено это решение, и как оно увеличит денежную массу. Это надо смотреть, это надо считать. Но, вероятно, Шувалов и его эксперты считали и доказывали. Естественно, будет инфляция, но, по моему мнению, главная причина и источник инфляции - это не повышение бюджетных выплат ограниченному количеству - врачам, Академии наук, учителям, а ситуация с энергетическими ценами. Это и мировая схема, когда в два раза увеличилась цена на нефть, ну, и алчные устремления наших структурообразующих олигархических структур, таких как "Лукойл", "Роснефть", "Газпром" и так далее. Они тянут эти цены вперед, мотивируя тем, что мировая конъюнктура меняется.

Елена Рыковцева: Настя, к вам обращаюсь, вот люди нам пишут уже: "Путин как только поднимет зарплату медикам и учителям, сразу поднимутся цены. А от повышения цен пострадают пенсионеры". Следующее сообщение. "Все инициативы, все дела Путина направлены не для народа, они направлены для поддержки крупной буржуазии. Я к ней не отношусь, я стараюсь любым способом не умереть с голоду. И эти инициативы, наверняка, пройдут мимо меня", - пишет Николай.

Я обращаю, Анастасия, ваше внимание на последнюю часть: "инициативы пройдут мимо меня". То есть наверняка есть слушатели, которые считают это хорошим делом, а кто-то думает, что оно все равно пройдет мимо. Также и эксперты делятся на тех, кто считает, что последует инфляция, и на тех, кто считает, что нет. Вы работаете в парламенте, вы знаете содержание и смысл тамошних разговоров. Что вам удалось узнать по этому поводу? Как получилось, что все-таки удалось убедить президента, что не повлечет за собой инфляции вся эта система предложений?

Анастасия Матвеева: Я хотела бы напомнить предысторию, что депутаты от фракции "Единая Россия" встречались с президентом в начале июля, и тогда ими был поставлен совершенно резонный вопрос: почему у нас цены на нефть зашкаливают за 70 долларов за баррель, а в бюджет заложена цена максимальная 35 долларов за баррель, где деньги? Они совершенно справедливо этот вопрос поставили перед президентом, потому что им избиратели скажут: ну, ребята, у нас бюджет пухнет от нефтедолларов, а вы что голосуете? И тогда президентом было сказано: нет, инфляция, нельзя ее подстегивать. Депутатам пришлось этим удовлетвориться.

Так вот нужно поставить вопрос: что изменилось за эти два месяца? В июле инфляцию нельзя было подстегивать, сейчас почему-то можно. Неужели за два месяца настолько кардинально поменялись экономические прогнозы, поменялась команда экономистов, или что-то такое в мире произошло или в России необратимое?

Елена Рыковцева: Команда абсолютно та же, и более того, тот же Герман Греф вчера комментировал предложения президента. Сегодня все газеты дают его экономические выкладки, в которых говорится, что все будет хорошо, никакой инфляции, все просчитано и так далее. Команда не поменялась.

Анастасия Матвеева: Герман Греф причем говорит, что он проталкивал эту идею, он, оказывается, был за.

Елена Рыковцева: Как теперь выясняется.

Анастасия Матвеева: Да, у нас все постфактум выясняется, что он-то, оказывается, и убедил президента. Я думаю, что у победы всегда много авторов популярных, во многом популистских решений. Но мне кажется, что здесь причина все-таки политическая.

Елена Рыковцева: То есть я чувствую, что мы без этого никуда.

Анастасия Матвеева: Без этого, конечно, никуда, потому что это очевидно, что за два месяца экономическая ситуация кардинально поменяться не могла, не было таких событий, ни дефолта не было, урагана "Катрина" у нас тоже не было.

Елена Рыковцева: А установка поменялась.

Анастасия Матвеева: Два слова скажу об инфляции, о прогнозах. По оценкам экспертов, инфляция в связи с этими вливаниями в бюджет, которые затронут очень небольшое количество населения, медиков, и то не всех, а учителей вообще небольшую часть. Нельзя говорить, что это какое-то массовое вливание будет денег, которое денежную массу сделает какой-то невообразимо большой. На 0,5%, может быть, инфляция относительно прогнозов и будет больше. Но это не тот показатель, вокруг которого можно действительно спорить. Потому что у нас инфляция превышала прогнозируемую в прошлом году на несколько процентов. И как бы не было таких решений, больших миллиардных вливаний в бюджет. Тем не менее, как-то с этим мы справились. И не было комментариев, что это очень сильно подорвало нашу экономику. Я не думаю, что инфляционное вливание будет критичное для экономики. Да, оно будет, безусловно, цены поднимутся, но цены стабильно повышаются в последние полгода и довольно серьезно, и тому очень много причин существует мировых, внутриэкономических. Что касается инфляции, я не думаю, что это будет чем-то критическим.

Елена Рыковцева: Ирина из Москвы пишет: "Конечно, это чисто предвыборная политика. Вчера была в поликлинике, врачи смеются и не очень цензурно выражаются. Кстати, почему никогда не упоминается слово "инфляция", когда в геометрической прогрессии растут доходы думцев, правительства и прочих чиновников?" Кстати сказать, Ирина, сегодня во "Времени новостей" под объяснениями Грефа публикуется заметка, в которой достаточно критически действительно врачи высказываются по поводу вот этих повышений зарплат обещанных, там пишется о том, что все очень сложно, нужно разрабатывать тарифные сетки и так далее. В самом деле нет такой бурной радости, на которую, может быть, кто-то рассчитывал. Мы слушаем звонки. Николай из Московской области, здравствуйте.

Слушатель: Президент Путин упомянул вчера всех: врачей, учителей, ученых. Я с ним согласен, повышать им нужно зарплату. Но почему-то он не упомянул о тружениках тыла, ведь тыл и фронт были едины. Участникам войны прибавили значительно, а про тружеников тыла вообще ничего не говорится, ведь они же тоже ковали победу.

Александр Нагорный: Можно согласиться с вашим слушателем, который радеет и за тружеников тыла. Но дело в том, что это все не решает базовые проблемы, к сожалению. Можно немножко увеличить тем, иным, офицерам, но, например, что такое инфляция? Это рост цен прежде всего в корзине. А уже объявлено, что электричество вырастет в начале следующего года на 25-30% по разным областям. Это что означает? Это означает, что инфляция будет очень высокая.

Елена Рыковцева: И 100% ЖКХ с 1 января 2006 года, сегодня газеты об этом пишут, газета "Известия", в частности, очень подробно.

Александр Нагорный: Я еще раз хочу вернуться к тому, что это, скорее всего, такой пропагандистский, пиаровский шаг, потому что реально большие группы населения это не затронет, а мы находимся в преддверии достаточно большого подъема цен и на ЖКХ, и на электричество, и так далее. Естественно, власть стремится каким-то образом компенсировать вот то недовольство, которое возникнет в этой связи и устраивает такое шоу, как мне представляется. Кто-то со мной не согласится, потому что в принципе я поддерживаю любое увеличение зарплаты и для бюджетников, и для врачей, и для офицеров - для всего спектра населения. Но в данном случае мне представляется, что это прежде всего пропагандистский ход, связанный с преемственностью власти.

Елена Рыковцева: Вот пишет нам Татьяна: "Ну почему даже самое лучшее, что делает президент, колоссальные выплаты, которые государство будет делать врачам, ученым, превращается у вас в зло?". Татьяна, в зло сознательно никто ничего не превращает. Идет обсуждение. Мнения высказываются самые разные. Цензуры нет. Давайте послушаем, что думают люди по поводу этих инициатив. Может быть, они рады. Я ведь так и спрашиваю, может быть, вы рады, может быть, вы верите, что все это коснется каждого из вас?

Анатолий из Тамбова, здравствуйте. Поделитесь своими чувствами, эмоциями по поводу президентских инициатив.

Слушатель: Предыдущий товарищ высказал свое мнение. Я с ним на 100% согласен.

Елена Рыковцева: В чем согласны?

Слушатель: Что мы, пенсионеры и низшие классы, понесем убытки огромные. Уже сейчас нас обрадовали, что мы с нового года будем 100% платить по ЖХК, и еще будут. Поэтому я считаю, что нужно бы начать не с этого, а нужно начать строить дороги, то есть производство поднимать, чтобы люди у нас имели работу, имели возможность проехать нормально по городу.

Елена Рыковцева: Владимир Иванович из Москвы, здравствуйте.

Слушатель: Я бы хотел, чтобы все стало на свои места. Во-первых, медицинский работник должен иметь статус государственного чиновника как основу государственного бытия. Мертвый человек не может ничего получать, мертвый человек не может работать. А основа жизни заложена, во-первых, медицинским обеспечением. И второе. Стабилизационный фонд есть достояние нации, каждого из нас. Эти деньги отдавать некой части населения было бы аморально. Вот тут предыдущий товарищ правильно сказал, что эти деньги должны работать на экономику, а из них с экономики мы должны поднимать производство. В какой форме это должно осуществляться? Мы бы взяли, поделили этот фонд четко на 145 миллионов частей и выдали каждому гражданину Российской Федерации некий документ, скажем финансовый паспорт. Он бы не мог забирать эти деньги, эти деньги были бы Стабилизационным фондом. Но персонально каждый из нас контролировал бы ход этих денег.

Елена Рыковцева: Это очень, наверное, интересная идея. Просто у нас нет сейчас специалистов, экономистов в студии, которые готовы и способны с вами ее тут же обсудить. Может быть, вы направите в Минэкономразвития эту мысль?

Борис из Санкт-Петербурга пишет: "Под чутким руководством ВВП российские педагоги, медики, ученые в последние годы буквально доведены до ручки. Теперь наш президент прозрел что ли? Не верю. Благими намерениями дорога в ад вымощена, говорят в народе".

"Все разговоры о повышении инфляции, которое произойдет от помощи малоимущим, бездоказательны. Это дымовая завеса, которой хотя прикрыть сильный разгон инфляции от хищных цен на топливо внутри России, повышения цен на ЖКХ", - пишет Николай.

"Повышения зарплат не помогут. Торговая мафия, не бизнесмены от торговли, а спекулянты взвинтят цены на продукты и одежду. Выход один - организация в каждом микрорайоне магазинов-складов и талоны для пенсионеров и малоимущих", - Мария Александровна. Вот как-то сегодня очень конструктивно наши слушатели мыслят, предлагают, что нужно на самом деле делать.

"Раньше мы догоняли США по росту цен, сейчас цены на бензин и электричество у нас гораздо выше, чем в Америке. За ЖКХ мы уже давно платим 100% или 150 или 200. Это не путь решения проблем", - пишет Николай. Ну, сколько мы платим за ЖКХ? С 1 января - 100, но на самом деле 100 это или 200, Николай, действительно, толком никто не знает.

"Прошу не путать следствие с причиной. Повышение зарплат, если оно состоится, это не просто пиар, это отвлекающий маневр антироссийского правительства, которые являются доками в уничтожении нашей экономики в течение 20 лет. Они предпримут сознательный виток инфляции, который подавит повышение зарплат и ввергнет этих людей в нищету наподобие 1998 года", - так пишет Марина.

Мы на этом переходим к политической части обсуждения этого послания президента, этих предложений. В чем состоит политический смысл, пыталась разобраться газета "Известия". Предлагаю послушать сегодняшний редакционный комментарий.

Диктор: "Начав день 5 сентября с провозглашения о намерении резко увеличить расходы на здравоохранение, образование, жилье и сельское хозяйство, президент Путин закончил его важными политическими заявлениями, напоминающими программу до 2008 года. На встрече с иностранными аналитиками и политологами он сказал, что не намерен вносить изменения в Конституцию и не собирается баллотироваться на третий срок. В его планы при этом входить рекомендовать преемника. Получается, что если и есть в увеличении социальных расходов какой-то политический, предвыборный смысл, то он будет работать не столько на Путина, сколько на преемственность его власти".

Елена Рыковцева: Вот такая версия газеты "Известия", что если есть смысл во всех этих инициативах, то работать он будет не на самого Путина, а на его преемника. Александр Нагорный, пожалуйста, ваш комментарий к этой версии.

Александр Нагорный: Вы знаете, мне кажется, что эта версия логичная, но она логична в рамках формальной логики. Первое возражение, которое можно выдвинуть. Сегодня глава выражает одну формулу, а потом по просьбе многочисленных трудящихся, регионов, эту линию всегда можно пересмотреть. Второе, представляются возможным и другие способы продления власти нынешнего главнокомандующего. Одна из возможностей, о которой достаточно широко говорят, это создание нового государства, новой государственной системы, структуры Россия - Белоруссия. Там тоже заложены очень значительные возможности. И, наконец, Конституция тоже может быть подвергнута изменениям. Кроме всего прочего, есть возможность возглавить правящую партию, которая будет доминировать по примеру КПСС, и глава этой партии будет фактически дергать за струны и держать в узде и правительство, и парламент, ну, и, соответственно, главу исполнительной власти. Поэтому здесь возможны разные варианты.

Елена Рыковцева: Александр, то есть все-таки вы считаете, что не мытьем, так катаньем будет Путин пытаться как-то зацепиться, остаться у власти. Вы в этом уверены?

Александр Нагорный: Я в этом уверен.

Елена Рыковцева: Хотя он, в свою очередь, уверял, что да нет, да я не буду Конституцию менять. В России останусь, но кем останусь в России, он не уточнил.

Александр Нагорный: На встрече с иностранными политологами он сказал, что в политической жизни он останется. Это как раз соотносится и коррелируется с тем, что я сказал в конце. Но главное, с чем связана вся эта ситуация, это невозможность найти такого преемника, который удовлетворит все группы, существующие в окружении Путина. Там существует, по крайней мере, пять групп, которые противостоят друг другу. И поэтому единственная возможность для них сохранения статус-кво - это упросить главнокомандующего, нашего уважаемого президента под каким-то соусом продлить свои полномочия с тем, чтобы всю эту систему, которая позволяет им, как мы увидели на примере Михаила Михайловича Касьянова, получать значительные выгоды от своих должностей, и еще четыре, а может быть, и больше лет наслаждаться всеми прелестями жизни.

Елена Рыковцева: Анастасия Матвеева, теперь ваше мнение. Кстати сказать, после того, как прозвучали эти предложения президента, многие сразу сходу назвали это предвыборной программой. А после его вчерашних уже заявлений, что не будет он избираться и точно не будет менять Конституцию, как-то немножечко отмотали назад, если можно так выразиться, и теперь уже говорят о том, что скорее всего, эти предложения будут в пользу его преемника. Но стоит ли так стараться ради преемника? Что вы думаете обо всех этих версиях?

Анастасия Матвеева: Во-первых, я хочу напомнить о том, что Путин ни раз делал заявления о том, что что-то будет вот так, а не иначе, а политическая ситуация развивалась с точностью до наоборот. Он ни раз говорил, напомню, о том, что назначения губернаторов не будет. То, что мы имеем теперь, мы все знаем. Какой вывод из этого можно сделать?

Елена Рыковцева: А он может сказать, что был форс-мажор.

Анастасия Матвеева: А это был только повод.

Елена Рыковцева: То есть не было бы Беслана, нашелся бы другой.

Анастасия Матвеева: Конечно. Это абсолютно очевидно. Утечек из администрации президента была масса насчет того, что готовится такая политическая реформа.

Елена Рыковцева: Еще до Беслана.

Анастасия Матвеева: Задолго до Беслана был масса таких утечек, были какие-то озвучивания на уровне губернаторов, разного уровня чиновников. Путин всегда выступал: нет, никогда мы ничего, у нас демократическое государство, и публично озвучивал свою позицию. Тем не менее, мы знаем, к чему это привело, мы знаем, что мы теперь имеем. Я не говорю, что надо не верить Путину, говорить, что он все лжет, это не так. Но, по крайней мере, у нас есть основания, по меньшей мере, не доверять таким заявлениям на 100% уж во всяком случае. Ближе к 2008 году может масса форс-мажоров появиться и оправданий благих. Тем более, что, по проведенным исследованиям социологическим, 60% россиян готовы выбрать президента на третий срок.

Елена Рыковцева: И все же то, что вы сказали, можно выразить одним словом: верить нельзя.

Анастасия Матвеева: На 100%, безусловно, нет. Во всяком случае, такого вывода, что это он все готовит для преемника. Ну, что можно точно сказать за 2,5 года до 2008 года?! Ничего точно нельзя сказать. У нас политическая ситуация меняется за два месяца, у нас за два месяца Путину рейтинг раскрутили с 2% или с нуля. Что мы сейчас можем сказать?

Я хочу еще сказать о том, почему именно теперь появилась такая инициатива, почему не два месяца назад, почему тогда "Единая Россия" не могла добиться увеличения доходной части бюджета, а теперь это как бы им упало на голову. Понятно, что президент тут сделал такой ход интересный. То есть это было подано не как достижение депутатов, народных избранников, а как милость свыше. Это тоже такой важный момент. Но я хотела бы не об этом сказать, а о том, что за эти два месяца летом многие аналитики и политологи говорили о неизбежности левого поворота в России. Само слово "левый поворот", таким образом была озаглавлена статья Ходорковского известная, когда он прогнозирует приход к власти левых сил в России, если выборы 2007-2008 годов будут честными. И он это доказывает очень основательно, и с ним многие соглашались.

Елена Рыковцева: То есть вы хотите сказать, то, что сейчас произошло, - это опережающий левый поворот?

Анастасия Матвеева: Я хочу сказать, что президент не мог стоять в стороне от этой дискуссии. Во всяком случае, в окружении президента те силы, которые, как тот же самый Герман Греф говорит, что они еще и до того проталкивали подобные инициативы, не могли не указать на это президенту. Что если мы будем продолжать ту политику, которая есть, то левый поворот будет неизбежен. Поэтому можно это расценивать как упреждающий удар, то есть он действительно вырвал какие-то аргументы, какие-то козыри из рук левых.

Елена Рыковцева: Александр Нагорный, поскольку газета у вас "Завтра" называется, вот вам и комментировать то, что говорит Анастасия.

Александр Нагорный: Я очень согласен с предыдущим оратором, как говорят, и сам собирался сказать относительно левого поворота. Причем живописная деталь всего заключается в том, что вот этот псевдолевый поворот администрация президента и сам президент предполагали разыграть именно в те сроки, в которые мы их сейчас видим. И то, что Ходорковский из своего узилища, из своей темницы неожиданно выступил с подобным заявлением, он как бы отобрал пальму первенства со всеми этими разговорами, которые последовали практически в тот же или на следующий день после заявления Ходорковского. И мне представляется, что реакция власти, которая тут же его лишила каких-то привилегий, посадила его в какую-то общую камеру с огромным количеством людей, такие репрессивные вещи, которые нам кажутся мелочными, но чрезвычайно неприятны для человека, который находится в заключении, мне представляется самым ярким подтверждением, что Ходорковский каким-то образом испортил вот эту готовящуюся игру. А вся эта готовящаяся игра, конечно, сориентирована для того, чтобы сохранить статус-кво, для того, чтобы те группы, которые контролируют сектора экономики и получают с этого огромные баши, также безболезненно сидели. Они сами боятся друг друга больше, чем внешней угрозы каких-нибудь национал-большевиков или Басаева. У них внутривидовые противоречия настолько остры, и они настолько боятся друг друга, что выдвижение преемника из одной группы убивает интересы других.

Смотрите, что происходит на Украине, они же все это видят, поэтому им надо сохранить то, что есть. А это единственная вещь - сохранение Владимира Владимировича Путина под тем или иным соусом.

Елена Рыковцева: Владимир из Саратовской области, здравствуйте.

Слушатель: Вот версия. Все происходит по сценарию Бориса Годунова: открыта житница и казна для части народа, в данном случае интеллигенции, для того, чтобы заполучить гарантированный электорат, бюллетени которых не надо будет подделывать. Это раз. Во-вторых, есть князь Курбский, правда, он не успел бежать в Литву, а сидит в "Матросской тишине".

Елена Рыковцева: Извините, не надо будет подделывать этот электорат, потому что он будет...

Слушатель: ...голосовать без всяких подделок, ведомый районными администрациями за эту зарплату. Есть князь Курбский, который строчит свои послания царю, правда, не из Литвы, а из узилища, он не успел удрать. Что осталось сказать? Есть еще мятежная Украина, в которой 400 лет назад родился заново царевич убиенный, здесь я не знаю, кто в роли царевича, а Украина есть. И мне кажется, что происходят какие-то события закулисные, которые, может быть, нам не все ведомы, в результате которых Кремль понял, что Украина отпала бесповоротно, и путь экстенсивного развития заменяется на некоторые потуги интенсивного внутреннего развития. Но это все симуляция этими методами, этими пакетами провозглашенными.

Елена Рыковцева: Не верите вы в пакеты. Наталья Михайловна, здравствуйте, из Москвы.

Слушатель: Профессиональные экономисты тщательно формируют бюджет страны, и вдруг одним росчерком пера непрофессионал все это переиначивает. Считаю, что это просто предвыборный мыльный пузырь Путина. Не будет этих 6-10-кратных выплат. Реформы-то у нас не идут. И главная цель, по-моему, это увести образованную часть общества от проблем Чечни, Беслана, проблем экологии. И ничего хорошего не будет, я считаю.

Елена Рыковцева: Наталья Михайловна, спасибо. Я попрошу Анастасию Матвееву, которая профессионально сидит в Думе, прокомментировать вот это ваше суждение. Вот есть предложения президента, которые стоят, по-моему, 115 миллиардов рублей, и вы сейчас начнете ходить на обсуждение бюджета, который должен учесть все это учесть.

Анастасия Матвеева: Как сказал вчера председатель Госдумы Грызлов для этого нужно 100 миллиардов, он все-таки не совсем верно посчитал, уже говорят 115. На самом деле, по мнению экспертов, еще больше, но, как подчеркнул Грызлов, в основные параметры бюджета поправки вносить не будут. Это коснется доходной части. В общем, это техническая работа. На основные параметры бюджета, заложенные в проект, это не должно повлиять. Депутаты, я думаю, готовились к долгой борьбе за увеличение доходной части бюджета, но они не были готовы к этому упреждающему удару, что им не придется ничего доказывать и потом говорить своим избирателям, что это они добились. Президент эту роль взял на себя. То есть мне кажется, сама структура бюджета уже была готова к тому, что он будет расширен. Это, в общем-то, этапы обычной работы над бюджетом осенней сессии Госдумы. Изначально вносятся определенные цифры, потом правительство с депутатами...

Елена Рыковцева: Итак, здесь вы можете успокоить нашу слушательницу Наталью Михайловну, что нет тут шокирующих изменений. Вот она говорит, что люди работали, специалисты старались, выстраивали этот бюджет...

Анастасия Матвеева: Нет, весь бюджет переписывать не придется.

Елена Рыковцева: Из Москвы Сергей Николаевич.

Слушатель: Здравствуйте. Трехметровый рублевский забор, репортаж веду оттуда.

Елена Рыковцева: Ух ты!

Слушатель: Да, вы знаете, нельзя категорически трогать Стабилизационный фонд. Он должен работать только на экономику, и дележ вот этого Стабилизационного фонда это есть не что иное, как личные мотивации каждого из чиновников, но не народа.

Елена Рыковцева: Сергей Николаевич, вы сами признались, что вы из-за рублевского забора. Вам сейчас народ скажет: ага, вам-то это не нужно, вас это не касается, вы не бюджетник.

Слушатель: Весь парадокс, что я не живу здесь, а репортаж веду с трехметрового забора. Человеку достаточно полтора метра, а не три метра. А за этим забором прячется бюджет страны, и вот эти все деньги, которые за этим забором. И когда слуга живет богаче, нежели хозяин, - это абсурд, это нонсенс.

Елена Рыковцева: "Экономические беды богатейшей страны мира в- преступном подборе министров не по уму, а по приятельским отношениям". Так видит причину бед слушатель Гаранин из Москвы.

"Повышение зарплат - это пиар-кампания перед выборами, а военным пенсионерам уже три года не повышают пенсии, инфляция все съедает", - пишет нам Надежда.

"Порадовать могут не подачки от временно распухшей нефтяной бочки, а реальная программа восстановления всего производственного сектора, и прежде всего создание рабочих мест. Даже вокруг Москвы люди ищут работы за сотни километров. Сельское хозяйство не может работать при таких ценах на топливо. Кому нужен такой рынок?" - спрашивает Дмитрий.

"Мне кажется, что Путин один хочет жить хорошо. Ему пора в отставку", - Елена. Я думаю, что, Елена, с вами поспорят некоторые наши слушатели.

"Если сыплется золотой дождь от нефти, почему же бензин такой дорогой? Отсюда вся инфляция, продукты дорожают. И те деньги, которые обещают пенсионерам, учителям, медикам, сгорят в одночасье. Что это за политика? Нужно построить нефтеперерабатывающие заводы", - пишет Тамара Николаевна.

"Помню речи президента в начале его срока. Катастрофическая ситуация в демографической плоскости. Прошло пять лет, ситуация еще больше усугубилась", - пишет Добрый.

Георгий Борисович из Москвы, завершайте, пожалуйста, нашу программу.

Слушатель: Я по поводу повышения зарплаты медикам. Я считаю, что это пропагандистский шаг, потому как никаких новых эффективных методик мы не освоили. Критериев оценки эффективности лечения, которые должны быть выработаны страховыми компаниями, нет. Так что это вряд ли приведет к улучшению положения в медицине.

XS
SM
MD
LG