Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Этика средств массовой информации


[ Радио Свобода: Программы: СМИ ]
[23-09-05]

Этика средств массовой информации

ВедущийВиктор Резунков

Виктор Резунков: Газета "Известия" опубликовала результаты опроса, проведенного социологами агентства "РАМИР-Мониторинг", по результатам которого ясно, что новости о событиях в стране и мире почти 80 процентов россиян получают, смотря центральные каналы телевидения, и лишь 12 процентов россиян узнают их, читая газеты. Причем достаточно большое количество россиян просто не доверяют средствам массовой информации. Почему? Почему россияне высказываются за введение так называемой моральной цензуры? В чем проявляется цензура политическая? У нас в гостях независимый журналист Светлана Гаврилина и главный редактор петербургских страниц "Новой газеты" Николай Донсков.

Предлагаю послушать обзор последних публикаций в газете "Известия", которые подготовил корреспондент Радио Свобода Дмитрий Казнин.

Дмитрий Казнин: Согласно опросу, проведенному компанией "РАМИР-Мониторинг" и опубликованному в газете "Известия", 79 процентов россиян получают интересующую их информацию центральных телеканалах. Второе место занимает центральное радио - 21 процент, третье - региональные телеканалы - 14 и столько же центральные газеты. Из Интернета черпают информацию 7 процентов россиян, из региональных газет - 4 процента. Генеральный директор тульской телекомпании +12 Андрей Столяров в открытом письме, опубликованном в "Известиях", дополняя цифры опроса пишет, что из тех 14 процентов, получающих информацию из программ центрального телевидения, только 7 процентов ей доверяют. Узнав это, считает Андрей Столяров, надо закрывать канал и менять работу.

"Почему так происходит? - задается вопросом автор письма. - Потому что общество из чувства самосохранения впадает в спячку. Мы прикрываем глаза, чтобы не видеть в них вопросов. Мы принимаем правила игры, в которой ни за что не отвечаем. Мы отмалчиваемся, потому что высказываться становится непопулярным. Мне кажется, все это с нами уже было", - заканчивает письмо Андрей Столяров.

По данным того же "РАМИР-Мониторинг", 60 процентов россиян, считают, что российским СМИ предоставлена полная свобода слова. Не согласны с этим 37 процентов. Для сравнения. В 2003 году в свободу слова верили меньше 50 процентов россиян. Около 70 процентов россиян выступают за введение цензуры на телевидении, причем цензурой моральной. 45 процентов опрошенных заявили, что на телевидении нужно запретить показ сцен насилия и эротики. По 24 процента набрали сторонники показа таких сцен в новостях и только в позднее время суток.

По мнению бывшего главного редактора "Огонька" Виталия Коротича, которое он высказывает в "Известиях", "российская власть снова начала опасаться правдивой информации, повторяя ошибки прежнего государства, загоняя болезнь внутрь, считая, что все как-нибудь устроиться само собой. Такое впечатление, что самые массовые СМИ все больше ориентируются на верноподданного жлоба", - пишет Виталий Коротич.

Виктор Резунков: Светлана, мы слышали обзор корреспондента Радио Свобода Дмитрия Казнина. Хотел бы выделить сразу первый момент. Что, по вашему мнению, насколько справедливо и вполне объяснимо то, что почти 80 процентов россиян получают интересующую их информацию на центральных телеканалах, лишь 12 процентов - из газет?

Светлана Гаврилина: Я попытаюсь разложить это по полочкам, как я это вижу. Для начала хочу сказать, что и в газете, где я работала "Невская", был своего рода и есть мораторий на фамилии отдельных депутатов Законодательного собрания. Действительно, это делалось не как цензура, а примерно так. Приходит главный редактор и говорит: "Хватит опять Амосова. Мы что, Амосова пиарим что ли?" Хотя его фамилия упоминалась в связи с каким-то, например, важным для города законопроектом. Никто никого не пиарил. Была просто важная для горожан информация.

Кроме того, что сейчас как на уровне каких-то городских тем, так и на уровне федеральном в условиях насаждения какой-то квазиидеологии национальной, которую мы все видим начиная с Куликовской битвы и кончая президентом Российской Федерации, происходит очень странная вещь. Например, на одной радиостанцией не продлили договор с одним журналистом, который вообще никакой политикой не занимался. Он занимался проблемами сохранения деревянного зодчества на севере России, культурами малых народов северо-запада России. С ним не продлили договор. Ему официально заявили, что он пропагандирует малый фашизм. Вот такие вещи происходят.

Теперь, что касается чтения газет. Тут есть два нюанса. С одной стороны, людей мало читают газеты. А с другой стороны, буквально вчера разговаривала с болгарским гостем одного из проходящих у нас в городе семинаров. Так он был удивлен, что в Петербурге очень мало где можно купить газету. Их очень поздно начинают продавать. Добавлю, что никто из горожан не получает свою утреннюю газету к чашке кофе, потому что мы знаем, как работает почта. Например, если сравнить со всеми постсоветскими страницами, действительно, бросается в глаза малая продажа газет, поздняя продажа, полное отсутствие на улицах зарубежной прессы, то, что является нормальной картиной для других столиц, включая даже украинских Киев. Это выглядит все очень как-то пустынно.

С другой стороны, действительно, люди не получают той информации, которую они хотят получать, которая в какой-то степени отражает реалии. В Пскове есть такой неглупый человек, директор центра социального проектирования "Возрождение" Лев Шлозберг. Дело в том, что в настоящее время власть формирует как бы для граждан, в том числе через средства массовой информации как бы ложную повестку дня. Меняет реальную повестку дня, которая стоит перед обществом, какой-то ложной повесткой. Скажем, например, в Красноярске речь шла вокруг укрупнения региона, предстоящего референдума, красноярцы прекрасно знали, что власть уже все это решила, что копья ломать не надо, а референдум - это формальная легитимизация того, что и так произойдет, того, что и так уже решено. Очень много тех вещей, которые подаются через бумажные СМИ, они представляют собой такую ложно-актуальную повестку дня, которая не имеет никакого отношения к реальной действительности.

Могу сказать еще одну вещь. Когда я перестала по трудовой книжке быть представителем определенной газеты, когда я просто разговариваю с людьми, мне стало легче. Потому что люди выкладывают такой объем информации, который бы я никогда не позволила опубликовать на страницах газеты, даже не из-за цензуры, а из соображений этики. Потому что в условиях отсутствия судебной нормальной системы, люди, которые мне доверяют какие-то очень актуальные вещи (думаю, что у многих читателей волосы бы встали дыбом), но я не могу даже анонимно назвать этих людей, потому что их могут вычислить. А в условиях отсутствия судебной системы, людям доказывать свою правоту, потеряв работу или получив какие-то большие неприятности, будет очень сложно. Поэтому информация недостаточная о жизни общества в газетах.

Виктор Резунков: У нас звонок, пожалуйста.

Слушатель: Владимир Иванович, Москва. Вы говорите о политической цензуре, об ограничениях. Во-первых, для того, чтобы иметь саму цензуру, надо сначала иметь информацию, чтобы разобраться стоит или не стоит ее давать на общее обсуждение. А если по самой сути этой информации нет, причем тогда тут цензура? Яркий такой пример - суд над Ходорковским. Это полный фарс. Нарушал он закон, не нарушал - это система бизнеса. Сама форма суда и сама форма передачи этой информации извращенная, рабская, что, извините, сидит холуй и делает так, как он хочет делать, это не входит ни в какую форму, само понятие цензуры. Цензура как форма должна нести некий элемент, я бы сказал, общей государственной направленности. Это один коридор. Тот, кто сидит ближе к начальнику, передает ту информацию, которая ближе к начальнику, а тот, кто сидит ближе к туалету, передает ту информацию, которая ближе к туалету. Только это я вижу и больше ничего. Я лично получают информацию только на Радио Свобода. Потому что здесь самая оптимальная информация без всяких государственных наворотов. Это первый вопрос.

Второй вопрос. Я был в семье, где ребенок инвалид. И вот ребенок мне говорит: "Дядя Вова, какая страшная информация идет в телевидении". Идет нагнетание страха.

Николай Донсков: Добавить можно многое, а с другой стороны, можно не сказать ничего, потому что уже практически все сказано. Кстати, радиослушатель, отвергая само понятие цензура, как я понял, и даже самое слово "цензура" не достойны. Хотя он тоже не отрицает самого понятия по сути. Во времена еще советские, когда по коридорам здания ТРК-Петербург ходили инструкторы обкома. Это была фактически самая настоящая партийная цензура. Конечно, сейчас никто не ходит. Но, тем не менее, само руководство средств массовой информации сами редакторы очень часто охотно идут навстречу даже не высказанным просьбам со стороны неких руководителей, предполагая, что эти руководители могут высказать таковые просьбы. Да, это так. Они часто перестраховываются, но вместе с тем, они выполняют социальный заказ власти. Безусловно, такой заказ существует. Как это назвать - цензура или не цензура - это неважно.

Что касается газет и центральных телеканалов. В предыдущие годы мне очень много приходилось ездить по России. Я смею вас уверить (это абсолютно достоверно), что в городах и весях России (Москва и Петербург - это еще не вся Россия) кроме Первого телеканала нет. Даже телеканала "Россия" в некоторых местах нет. А уж говорить о газете "Известия"! Некоторые просто первый раз слышали такое название! Откуда же им еще черпать информацию, если у них другого канала просто нет.

Упоминался здесь Интернет. 7 процентов населения пользуются Интернетом для получения информации. Много это или мало? В численном отношении это очень мало, но ведь это люди активные. Это как раз те, кто относятся к людям, которые влияют на принятие решений, люди, которые реально влияют на политику, экономику, бизнес и так далее. Эти люди, уверяю вас, пользуются все больше и чаще Интернетом для получения информации. Интернет - это всемирная сеть. Естественно, там уже нет никакого разделения - российские это средства массовой информации или зарубежные. Это международная информационная сеть. Естественно, она играет все большую роль среди активных людей.

К сожалению, что касается кризиса газет, кризиса телевидения. Об этом можно много говорить. Тут, с одной стороны, все плохо, но с другой стороны, есть и что-то положительное. Ведь эти тенденции происходят не только в России. В данном случае я имею в виду не цензуру, а тенденции перспектив развития средств массовой информации, в частности соотношение телевидения, газет, электронных СМИ, радио и так далее. Это переживает весь мир. Газеты в какой-то мере утрачивают былые позиции, но приобретают новые. Точно также и телевидение, соперничая с телевидением, утрачивает какие-то прежние позиции, но приобретает новые качества. Это мировые тенденции. Тоже самое происходит и у нас, правда, чуть медленнее и гораздо более уродливее, потому что на это накладывается та самая политическая цензура.

Виктор Резунков: Хотел бы обратить внимание, что 60 процентов россиян считают, что российским средствам массовой информации предоставлена полная свобода слова. Не согласны с этим 37 процентов. Но более 70 процентов россиян выступают за введение цензуры на телевидении, причем 45 процентов - необходимо вообще запретить показ насилия и эротики. Возможен ли такой вариант введения такой моральной цензуры?

Светлана Гаврилина: Честно говоря, если встать на точку зрения обычного гражданина, у которого растут несовершеннолетние дети и так далее, то действительно порой, когда включаешь телевизор и видишь какие-то сцены, хочется воскликнуть - а не запретить ли все это! Во-первых, жизнь учит, что там, где появляются запреты, под него (этот запрет) может подойти все, что угодно. Там где появляется запрет, допустим, сначала на сцены насилия, дальше появится запрет на какие-то сюжеты, которые чисто по формальным признакам, по тени формальных признаков отнести к этим сценам насилия. Дальше появится какая-нибудь борьба за национальное психическое здоровье (это я сейчас на ходу придумала). В рамках какой-нибудь разработанной концепции этого самого психического здоровья нации окажется, что нужно запретам подвергнуть еще что-то, что-то и что-то. Пойдут письма трудящихся с тем, чтобы немедленно какие-то передачи запретить. Например, запретили бы какие-то сюжеты о ценах на нефть, инфляции или еще о чем-нибудь. Мы можем все допустить, потому что мы знаем, как абсурдны иногда бывают посылки, исходящие от власти.

Виктор Резунков: И у нас звонок. Юрий из Петербурга, пожалуйста, мы вас слушаем. Здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Каждый народ имеет такие СМИ, которые он заслуживает. КПСС ставила задачу воспитать нового человека, и она эту задачу выполнила. Вот сегодня нам, "совкам", не нужна ни демократия, ни свобода, ни свободная пресса. Нам нужна колбаса по 2,20. И пока все мы не вымрем, до тех пор в России ничего путного не будет. Спасибо.

Виктор Резунков: Спасибо, Юрий.

Николай из Курска, пожалуйста, мы вас слушаем. Здравствуйте.

Слушатель: Добрый день, уважаемые господа. Пользуясь случаем, что много питерских в студии, и вообще разговор идет из Питера, я так понял, такой вопрос. Был такой вроде депутат Законодательного собрания Шутов. Я уже не помню, то ли у него украли, то ли он что-то украл. Если можно, коротко историю, перспективу дела и как его здоровье. Спасибо.

Виктор Резунков: Шутов, депутат, да. У него здоровье плохое. Он сейчас находится по-прежнему в заключении. Он депутат Законодательного собрания Санкт-Петербурга. Следствие длится, по-моему, уже больше четырех лет. И поэтому очень много выступает людей в Петербурге за его освобождение или, по крайней мере, проведение лечения. Но лечение пока не проводится.

Давайте послушаем, что еще пишут газеты и интернет-издания о печатных средствах массовой информации России. Обзор подготовил Дмитрий Казнин.

Дмитрий Казнин: По данным "РАМИР-Мониторинг", в течение последних двух лет от приобретения ряда ранее читаемых газет отказались 66 процентов россиян.

При этом рынок печатных СМИ развивается в последние годы достаточно динамично. Общее число периодики в стране приблизилось к 45 тысячам изданий. По сравнению с 2000 годом их число увеличилось на 19 тысяч. Растут финансовые объемы продаж прессы. Опережающими темпами развивается рынок журналов, функционирующий в основном как бизнес.

Рынок газет, по мнению начальника отдела периодической печати Федерального агентства печати и массовых коммуникаций Геннадия Кудия, которое он высказал на конференции Московского Союза печати, сильно политизирован. В результате число рыночных газетных проектов вряд ли превышает сегодня 10 процентов. Окупает же себя в России только "желтая" и развлекательная пресса. Серьезную тревогу вызывает состояние периодики для детей и юношества. Прибыльных федеральных изданий практически не осталось. При этом нет роста тиражей и продаж. Чисто читателей сокращается даже у самых известных изданий. В самом трудном положении находится рынок региональной прессы. В Архангельской области, например, из-за нерентабельности закрылись приложения к федеральным газетам "Известия", к "Комсомольской правде", "Аргументам и фактам". Среднестатистический россиянин готов отдать ежедневно за газету не больше 7 рублей. Практика показывает, считает Геннадий Кудий, что пресса в России может эффективно развиваться только как бизнес. Этот рынок должен объективно измениться. Но в ближайшее время, скорее всего, положение газет только ухудшится.

По прогнозу консалтинговой компании "IBM Business Consulting Services", к 2010 году средства массовой информации сильно изменятся. Чтобы не погибнуть в условиях жесткой конкуренции, СМИ будут вынуждены максимально компьютеризироваться. Согласно данному прогнозу в ближайшем будущем для СМИ приобретет все большее значение платный допуск потребителей к информации, содержащейся в их архивах и базах данных.

Виктор Резунков: Валерий Аркадьевич, город Королев, пожалуйста. Здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Всю информацию, очевидно, надо и можно разделить на какие-то категории. Нужная, нравственная, культурная информация, развивающая в культурном плане человека, так сказать, она нужна и полезна. А та, которая его уничтожает, приводит к деградации - насилие, алкоголь, наркомания - эта информация недопустима в средствах массовой информации. Сегодня средства массовой информации - это особый вид вооруженных сил. И нас миллионы, и мы все против подобного подхода к свободе слова. И будем требовать... пока мы не умеем, но мы научимся, и мы введем жесточайшую народную цензуру. Спасибо.

Виктор Резунков: Спасибо, Валерий Аркадьевич.

Юрий Иванович из Петербурга, пожалуйста.

Слушатель: Здравствуйте. Я бы хотел коснуться именно политической информации, потому что она краеугольная. В 90-х годах, особенно конец 90-х годов, был такой огромный негатив, особенно на телевидении, в отношении нашей истории, нашего строя, нашего будущего, и вот это так переполняло, особенно на НТВ, когда были сообщения о Чечне, что только все плохо. "Россия" и "плохо" - это близнецы-братья. И, конечно, я просто мечтал о том, что хоть кто-то придет и вот этот грязный, мутный поток остановит.

Вот сейчас это пришло - остановили. И я опять чувствую, что все опять стало однообразно. Но я понимаю, что мы сейчас перебаливаем. Потому что из одной крайности мы сейчас попадаем в другую. И вот эта другая крайность, к сожалению, появилась не потому, что она появилась, а потому, что это следствие той разнузданности и "чернухи", которая была в 90-х годах. Вот те самые демократы, которые сейчас жалуются, именно они же это и породили. И я, конечно, надеюсь, что мы это все, естественно, переболеем - и придем к какому-то более-менее демократическому знаменателю. Я в это верю.

Виктор Резунков: Да, мы слышали в обзорах мнения политологов о том, что население впадает в политическую спячку на самом деле. И это уже достаточно давно происходит, как говорят, в России. Что вы думаете, мои коллеги, по этому поводу? Николай, пожалуйста.

Николай Донсков: Политическая спячка - это свойство любого застойного режима. Поэтому это вполне естественно. Когда в массы транслируется одно генеральное мнение, то, собственно, чем ответить массам? И они впадают в апатию. Это абсолютно нормальная, здоровая реакция общества.

Что касается средств массовой информации. Кстати, не могу пройти мимо. Здесь прозвучало в вопросе, что тиражи падают. Между прочим, не у всех. Не хочется делать саморекламу, но у нашей газеты растут тиражи. Они растут, конечно, не гигантскими масштабами.

Но, к сожалению, в этом явлении есть очень плохая составляющая. В том смысле, что растут они просто по той причине, что так называемых независимых или, как их иногда называют, оппозиционных изданий становится все меньше. А аудитория, безусловно, есть. Аудитория, она не 90 процентов населения, но какая есть... то есть это критически мыслящая интеллигенция, она востребует такого рода информацию, такого рода прессу. Так что не все так безнадежно.

Теперь что касается того, что переболеем - не переболеем. Безусловно, мы болеем. Безусловно, мы больны. Когда мы выздоровеем и к чему мы придем - я не знаю. Тем более что мнения радиослушателей совершенно разные: от народной цензуры, собственно говоря... понятно, чем это отдает, еще 30-ми годами. Я бы отослал этих людей, которые ратуют за народную цензуру, в публичную библиотеку, в газетный фонд. Это очень показательно. Вот почитайте газеты 30-х годов - и все становится понятно. Аромат этого времени жестокий и мрачный, мракобесие этого времени становится понятно просто из подшивок этих газет. Не дай Бог, чтобы это снова пришло.

Но я уверен, что этого не будет. Потому что очень часто приходится общаться с молодежью, со студентами, в частности со студентами-журналистами, - это совершенно другая генерация. Это те люди, которые далеки вот от этих понятий - народной цензуры, засилья "чернухи" и так далее. Еще раз повторяю, они черпают информацию со всего мира. Они пользуются интернетом, они общаются со сверстниками на разных языках мира, на которых они свободно говорят. У них нет барьеров в этом смысле. Они гораздо шире смотрят на мир. И в этом будущее, именно в этом.

Виктор Резунков: Это обнадеживает, конечно.

Николай Донсков: Но когда это будет в нашей стране - это вопрос.

Виктор Резунков: Олег из Петербурга, пожалуйста.

Слушатель: Здравствуйте. Я хотел бы такой вопрос задать. Конечно, в острые политические моменты, будь то Украина, например, или внутрироссийское какое-то событие, наши информагентства крайне необъективны бывают. Это касается и телевидения, конечно, российского, касается и Радио Свобода. Вспомнить только, как Самодурова обеляли, и Ходорковского постоянно.

Но вопрос такой. Как ни включу Радио Свобода - постоянно информация против Путина. Скажите, пожалуйста, а вот вы сейчас можете вспомнить за эти пять лет, сделано ли что-нибудь доброе, и перечислите эти дела? Не все же у него плохо. Ведь все-таки его выбирают постоянно, два раза выбрали уже. И большинство народа голосует. Ну что, он такой злодей что ли? Перечислите, пожалуйста, добрые дела за пять лет, с вашей точки зрения, что он сделал. Спасибо.

Виктор Резунков: Вот я бы хотел как раз вас попросить те добрые дела, которые он сделал за пять лет правления, перечислить. Я пытался ответить на этот вопрос один раз, но я так и не смог.

Слушатель: Если сравнивать время Путина и время Ельцина, я думаю, что при Путине все-таки, с моей точки зрения, стало гораздо лучше и спокойнее. Потому что при Ельцине я включал, допустим, телевизор и видел такую картину. Кобыла грязная, допустим, изображается, под хвост к ней кто-то заглядывает. И там написано "Путешествие в глубь России". Или свинью какую-нибудь на подносе, и написано "Россия". Такого при Путине не стало. Хотя бы не оскорбляют национальные чувства русского человека. Это касается средств массовой информации. Постоянно при Ельцине, все эти восемь лет оскорбляли национальное достоинство России. И сейчас это еще продолжается на Радио Свобода. И я это чувствую каждый раз. Каждый раз только поток грязи на Путина и его окружение, что бы он ни сделал буквально. Это же какая-то бешеная оппозиция. Нельзя же так тоже. Спасибо.

Виктор Резунков: Спасибо вам за вопрос. На самом деле Николай Донсков хочет вам ответить.

Николай Донсков: Да, я, безусловно, хочу ответить. Могу сказать о тех добрых делах, которые олицетворяет президент Путин и его окружение.

Стабильность - это тот миф, который пытаются сейчас активно и все больше и больше транслировать в массы российского народа - вот миф о стабильности. Президент Путин олицетворяет эту самую стабильность, неуклонный рост России, продвижение ее и, в частности, нашего города к неким европейским или даже, может быть, мировым стандартам. Но, увы, это миф. И это становится понятно, когда начинаешь анализировать более подробно, когда берешь в руки цифры, когда анализируешь мировую прессу. И становится понятно, что это всего лишь миф. Ну, верить в этот миф или не верить - это уже право выбора каждого отдельно взятого гражданина. Если данному слушателю нравится такого рода информация, это его право.

Что касается информации, скажем, Радио Свобода или других средств массовой информации, которые, как сейчас было сказано, оголтело критикуют несчастного президента. То ведь задача средств массовой информации отнюдь не в том, чтобы лить елей и покрывать шоколадом и мармеладом действующих руководителей партии и правительства. Задача прессы противоположная - вскрывать проблемы и обсуждать их, с тем, чтобы способствовать их разрешению. А отнюдь не для того, чтобы запугать народ или за счет этой самой "чернухи" сделать какие-то свои грязные дела. Для того чтобы решить проблему, надо ее понять и проанализировать - вот это задача средств массовой информации. А не пропеть осанну руководителям, как, к сожалению, делает большинство официозных средств массовой информации.

Виктор Резунков: Спасибо, Николай.

Я зачитаю несколько сообщений. "Сегодня на "ТРК-Петербург" Комитет по печати Смольного контролирует все информационные программы. Вычитываются и правятся информационные сюжеты зачастую в кабинете Фокиной". Это сообщение без подписи.

Михаил из Москвы пишет: "Мы более чем сыты дезинформацией советского типа, которая идет почти со всех программ нынешнего телевидения. Мы черпаем общественно-политическую информацию из программ Радио Свобода, "Euronews", программы Марианны Максимовской. А научную, историческую и искусствоведческую информацию - из программ канала "Культура", а отчасти и других программ".

Ирина из Москвы пишет: "Интернет недоступен. Выписывают "Новую газету", практически круглосуточно слушаю "Эхо Москвы" и Радио Свобода. Телевидение почти не смотрю. А новости узнаю только от Романовой и Максимовской".

Жанна пишет: "Я слушаю "Эхо Москвы", вашу станцию, и абсолютно доверяю и вам, и им".

Людмила из Петербурга, пожалуйста, мы вас слушаем.

Слушатель: Добрый день. Я бы хотела немножечко поспорить с вашей гостьей, которая сказала, что цензура на "чернуху", "порнуху" и так далее, в принципе, может повлечь за собой и цензуру на какие-то политические, моральные свободы и так далее. Но, таким образом, она сама себе противоречит. Потому что все уже установили, что цензура как раз на политические и другие вещи уже существует. Тем не менее, запрет на "порнуху" и "чернуху" почему-то недопустим. Ну а цензура, поскольку она существует, она существует везде. Она, по-моему, существует и на вашем радио, и во всех вообще видах информации.

Виктор Резунков: Светлана Гаврилина, пожалуйста.

Светлана Гаврилина: Речь, наверное, идет все-таки не о цензуре, а о каком-то комплексе каких-то морально-этических ограничений. Я так понимаю, что слушательница имеет в виду именно это.

Противоречия нет ни малейшего. Потому что это просто, значит, механизм такой. И если его запустить, то немногие оставшиеся средства массовой информации, где, скажем, будет изображена по какому-то поводу какая-нибудь "Мисс Вселенная" или девушка в купальнике, смогут запросто попасть под дамоклов меч борьбы с порнографией, если будет такой закон принят.

Я вот уже только что рассказывала о борьбе с фашизмом в радийном варианте. Фашисты могут беспрепятственно издавать литературу, а человека, который рассказывал просто о малых народах и об их культуре, получил ярлык фашиста. Мы знаем, как это делается в нашей стране.

И я еще хотела бы пару слов сказать о подборе информации, о том, о чем говорилось во многих звонках и сообщениях. Я, например, могу сказать, что даже простые новостные колонки сейчас в газетах, обычно, знаете, где одной строчкой сообщаются вроде бы бесстрастные новости страны и мира, они рассматриваются в газетах, таких уже полуофициозных, практически под лупой: на каком месте поставить новость о Путине, как сформулировать, информацию какого агентства использовать. То есть цензура идет даже на обычно кажущиеся новостными и объективными колонки. То есть эта ситуация уже становится все жестче.

И, между прочим, я хочу сказать, что, возможно, в Москве как-то иначе, но особенно жестко это все происходит в регионах России. Даже не в Петербурге. Потому что там цензуры и самоцензуры намного больше, и люди должны действительно понимать с полунамека, что от них требуется, каков социальный заказ власти.

Виктор Резунков: Спасибо, Светлана.

Николай из Петербурга, пожалуйста.

Слушатель: Добрый день. Я отвечаю на ваш вопрос. Информацию получаю только от радиостанций и телевидения. Причем для того, чтобы пытаться создать свое собственное мнение, слушаю и Радио Свобода, и "Эхо Москвы", естественно, "Эхо Петербурга", смотрю каналы как официальные государственные, так и те, о которых говорили. И в таком случае можно составить единую картину. Мне приходилось и с Радио Свобода когда-то в определенной степени сотрудничать. Тоже существует, так сказать, внутренняя, как вы говорите, ну, не цензура, а этика. По некоторым вопросам вы наводили свои определенные моменты. И если человек действительно хочет создать свое мнение.

А в отношении печатной прессы могу ответить только одно. Упускается главное - это материальное состояние основной массы тех, кто раньше мог покупать прессу. В настоящее время это просто очень многим недоступно материально.

Виктор Резунков: Спасибо, Николай.

Когда я готовился к нашей передаче, я попросил корреспондента Радио Свобода Александра Дядина выйти на улицы города и спросить у прохожих: из каких средств массовой информации вы узнаете новости и получаете нужную вам информацию? (Извините за каламбур)

- Нет возможности из-за нехватки времени и телевизор много смотреть, а газеты не люблю просто читать. Потому что не уверена в достоверности информации, в газетах которую пишут. Потому что часто одно я читаю в газетах, и совершенно другое говорят по телевизору. А вообще я больше верю... я учусь, и нам преподаватели говорят о событиях в мире, и это более достоверная информация, чем, наверное, по телевизору. И они нам не привирают, а говорят правду.

- По телевизору смотрю в основном программу "Время" и "Вести" по "Второму" каналу. "Новая газета", "Российская газета", "Санкт-Петербургские Ведомости". Пожалуй, все. Я смотрю несколько передач, и поэтому делаю свой собственный вывод на основании всего. Просто квинтэссенция всего, что увидел.

- Если честно, очень редко читаю газеты - не хватает времени. Если бы была какая-нибудь газета, которой можно было бы доверять, тогда, может быть, и читала.

- Телевидение. А все остальное не успеваю. Я только просматриваю нашу ленинградскую "Вечерку", "Смену". В газетах, нет, не интересно. Все о катастрофах или негатив сплошной. Люди же все живут, знаете, у каждого свои беды, но и радости тоже есть. Мне кажется, побольше вот этого бы.

- Со слухов в основном. Я стараюсь ни читать, ни смотреть. Я не верю никому.

- Те новости, которые дают по телевизору, мне не очень нравятся. Мне легче почитать новости во время работы из интернета. А вечером уже к телевизору неохота подходить. И уже привыкла, что по телевизору ничего интересного не увидишь. А газеты... Много макулатуры, и поэтому в основном, конечно, интернет - там поразнообразнее, и просто ты уже знаешь, куда войти, что посмотреть. И там поживее и побыстрее информация дается.

- Есть несколько газет серьезных, которые я читаю. "Военно-промышленный курьер". Ну, специфический, но там серьезная информация - положение в России, враги, недруги и будущее России. Я слушаю канал ТВЦ. А у них события даются довольно регулярно. То, что в регионе у нас происходит, меня не очень интересует. Меня интересуют вопросы, связанные с глобальными процессами. Ну, это события, которые если идут, то уж я их не пропущу.

- Радио, наверное, удобнее, чем телевизор. Редко бываю дома. Чаще слушаю где-то радио. Одну газету выписываю - это "Санкт-Петербургские Ведомости". У меня просто так повелось дома, что вот эта газета - и все. Доверие сомнительное, конечно. Просто информационно использовать, но отсеивать часть.

- Во-первых, я каждый день слушаю "Новости" и смотрю "Новости". И читаю газету "Смена", наша питерская. У нас смолоду с мужем повелось - мы любим газету "Смена", и предпочтение отдаем ей. Вот уже мужа нет в живых, но я предпочитаю газету "Смена".

- В первую очередь телевидение, а потом интернет. Ну, газеты почему-то у меня ушли на какой-то дальний план. Я их фактически не читаю. Во-первых, оперативно все узнается из других источников, а в газетах, наверное, какая-то есть тенденциозность. Нужно выбирать такое издание, которое подходит под твой взгляд на мир, но такого пока не получается.

- Радиостанции в основном, иногда телевизор, но редко. Потому что я сейчас работаю, и могу смотреть только вечерние "Новости", и то не всегда. Я газеты не читаю. У меня лично такое мнение, что там очень много неправды пишут. И я вообще не знаю, кто среди моего поколения читает газеты.

Виктор Резунков: И у нас звонок. Сергей из Москвы, пожалуйста. Здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Весьма актуальная тема, которую вы сейчас подняли. Конечно же, цензурные рамки, они нужны, и в условиях даже развитой демократии. Но, к сожалению, даже ваши слушатели звонят насчет демократии: довели демократы... У нас люди даже не понимают, что такое демократия, что у нас ее еще не было. И в любом случае, конечно, надо только пожелать того, чтобы у нас в условиях демократических свобод так же люди жили хорошо, например, в Рязани, как и в Париже. Но у нас, к сожалению, этого не будет. Потому что у нас люди даже не читают "Известия" (слушатель звонил), даже в Сибири не знают, что такая газета есть.

Ну а в отношении насилия на экране, естественно, надо немножко его при нашем легковозбудимом населении показывать поменьше. Потому что анархия на телевидении и вообще в программах телевизионных, она никому не нужна, хотя показывают каждый день то бой, то драка, то мордобой, и все больше ногой, так сказать. И особенно для молодежи ни к чему это показывать. У нас люди не понимают, что насилие, прежде всего, рождает ответственность. А в чисто общественном плане, конечно же, у нас идет откат от демократических норм. И это может закончиться весьма печально. И не только журналисты это видят, но и даже рядовые зрители, которые изучали политэкономию в институте раньше. И стоит давно уже задуматься. Но мне кажется, Россия просто сломалась в ХХ веке не только биологически, но и морально. Благодарю.

Виктор Резунков: Спасибо, Сергей.

Виталий Валентинович из Москвы, пожалуйста.

Слушатель: Добрый день. Мне 68 лет, значительную часть своей жизни, наверное лет 50, с 17 лет я слушаю Радио Свобода, и безоговорочно доверяю той информации, которая поступает. Даже меня ужасала в молодости та информация, я даже сомневался, насколько она справедлива. Но затем, во времена перестройки, в новый период все факты, приводимые радиостанцией, оказались совершенно истинными и добросовестными. Я уверен, что полноту информации, честной информации мы, россияне, сможем получать только тогда, когда Россия пройдет очень важные циклы. А именно, когда пройдет дебольшевизация всей страны, дефашизация всей страны, и самое главное, люстрация, то есть отстранение всех бывших и действующих гэбистов от власти во всех буквально органах управления, правосудия и службах информации. Благодарю.

Виктор Резунков: Спасибо, Виталий Валентинович.

Наша передача подходит уже к концу. И я бы хотел, чтобы мы подвели итоги. Но у меня еще такой вопрос. Не кажется ли вам, возвращаясь к газетам, что внутренняя политика нынешних властей российских приводит все-таки, в конечном итоге, к уничтожению печатной прессы как таковой в России? Вот в свете того, о чем мы говорили, и того, что мы слышали.

Светлана, пожалуйста.

Светлана Гаврилина: Я очень люблю повторять слова одного из крупных российских бизнесменов. Он говорил: "Я не верю в исключительность русского народа. Русский народ не глупее, не пассивнее и не хуже всех других народов - англичан, поляков, французов, итальянцев и так далее". То есть при определенных условиях, может быть, еще как-то время впереди, хотя, конечно, все очень грустно.

Я считаю, что народ не глуп. Не то что он не читает газеты, потому что он хочет читать "желтуху", "порнуху" и не хочет читать что-то серьезное. По какой-то причине, в силу ряда сложных общественных процессов, действительно, идет спад интереса к печатной той же продукции. А когда будет пресса, которая даст что-то людям, и когда будут другие общественные условия, все будет нормально, и бумажная продукция, газетная будет тоже в должном количестве, так, как нужно обществу.

Виктор Резунков: Спасибо, Светлана. Николай, пожалуйста.

Николай Донсков: Что касается политики власти в отношении средств массовой информации, эта политика, на мой взгляд, очевидна - речь идет о создании единомыслия в стране. И под это подпадают абсолютно все средства массовой информации, в первую очередь, естественно, телевидение, а во вторую очередь газеты. До интернета пока не добрались. Тем не менее, остаются какие-то ниши, где еще работают те средства массовой информации, которые имеют право, смелость и возможность высказывать свое мнение.

XS
SM
MD
LG