Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Кто должен и нужно ли контролировать российские средства массовой информации и общественные организации?


[ Радио Свобода: Программы: СМИ ]
[11-11-05]

Кто должен и нужно ли контролировать российские средства массовой информации и общественные организации?

ВедущийВиктор Резунков

Виктор Резунков: Депутаты Государственной Думы решили внести поправки в три закона: "Об общественных объединениях", "О некоммерческих организациях" и "Об Общественной палате". По мнению экспертов, если эти поправки будут приняты, то, с одной стороны, общественные организации попадут под жесткий прессинг власти, а с другой, создаваемая Общественная палата получит право осуществлять цензуру в российских средствах массовой информации. Насколько серьезными для российского общества могут быть последствия такого законотворчества? Об этом мы и поговорим сегодня в Петербургской студии Радио Свобода.

У нас в гостях директор Института развития свободы информации, адвокат Иван Павлов и политический обозреватель газеты "Невское время" Михаил Логинов.

Я предлагаю нашим радиослушателям также ответить на вопрос: кто должен и должен ли вообще контролировать российские средства массовой информации и общественные организации? А если да, то как?

Итак, начнем с поправок к закону "Об Общественной палате", которые внес президент Владимир Путин, а депутаты Госдумы его, как всегда, поддержали. Какова была реакция на эти поправки российской прессы? Давайте послушаем обзор, подготовленный корреспондентом Радио Свобода Дмитрием Казниным.

Дмитрий Казнин: "Госдума России приняла в первом чтении президентские поправки к закону "Об Общественной палате", - пишет газета "Коммерсант". - Если поправки будут приняты, Общественная палата получит право контролировать соблюдение свободы слова в СМИ. Кроме того, как пояснил представитель президента в Госдуме, Общественная палата сможет заниматься и проблемой показа сцен жестокости и насилия, а также нравственным пространством на телевидении".

В газете "Коммерсант" Алексей Венедиктов, главный редактор радиостанции "Эхо Москвы", заявил, что "свобода слова закреплена в Конституции". "И непонятно, зачем создавать какие-то дополнительные органы. Если речь идет о спорах между властью и СМИ, тогда эти вопросы надо решать журналистским организациям. Создание надСМИшного органа неконституционно, и любое решение этого неконституционного органа может быть обжаловано в Конституционном суде", - считает Алексей Венедиктов.

По мнению Александра Ткаченко, заместителя председателя российского "Пен-центра", решение президента неконституционно. "Конституция декларирует свободу слова и отсутствие цензуры. Если Общественная палата будет контролировать СМИ, то значит и цензурировать. Это искусственно сформированный сверху орган, и он будет искусственно играть роль гражданского, а на самом деле будет выполнять волю президента. Никакой самостоятельности у палаты не будет", - считает Александр Ткаченко.

Сразу после внесения поправок секретарь Союза журналистов России Михаил Федотов заявил, что президентские поправки противоречат закону "О СМИ". Он напомнил, что закон запрещает вмешательство в редакционную деятельность, - пишет информационный сайт "Грани.Ру".

"Независимая газета" приводит мнение зампреда партии "Яблоко" Алексея Митрохина, утверждающего, что законопроект этот не что иное, как фикция, призванная обеспечить пиар свободы слова в стране перед Западом.

По мнению секретаря ЦК КПРФ Олега Куликова, "независимые СМИ вряд ли будут прислушиваться к мнению Общественной палаты, а у государственных каналов есть высокие руководители в Кремле, которым вряд ли кто-то сможет диктовать условия", - приводит "Независимая газета" слова Олега Куликова.

"Газета.Ру" приводит слова правозащитника Евгения Ихлова: "Общественная палата - назначенцы, у которых сроду не может быть никаких общественных функций. "Общественная палата - никем не избранный, формируемый по модели большого фашистского совета Муссолини органа. И он ни в коем случае не

должен получать никакого права контролировать негосударственные СМИ", - заявил Евгений Ихлов.

Виктор Резунков: Иван, давайте начнем обсуждать эти поправки по поводу наделения Общественной палаты. Сразу такой первый у меня к вам вопрос: насколько само существование Общественной палаты юридически вызывает у вас вопросы как у адвоката, юриста?

Иван Павлов: На мой взгляд, палата создавалась властью как некоторый такой согласительный орган. То есть власть поняла, что существует раскол в обществе между, во-первых, представителями самой власти и общественными организациями, которые так или иначе стоят на острие тех проблем, которые пытаются решить. Но когда процесс формирования палаты заключается в том, что туда вошли сначала назначенцы, которых назначил туда президент, потом эти назначенцы выбирают других:

Виктор Резунков: Со скандалами причем глобальными.

Иван Павлов: :а потом те, которые будут выбраны в результате, выбирают остальных. Ну, получается, что туда в любом случае вошли только люди, которые представляют интересы одной стороны, скажем так, конфликта общественного. Не думаю, что такой механизм формирования Общественной палаты послужит реализации тех планов, которые строит власть на этот процесс.

Виктор Резунков: Михаил, а ваше мнение?

Михаил Логинов: Я бы хотел остановиться именно на президентских поправках. Я узнал мнение своих коллег из разных отделов газеты: и экономики, и города, и спорта, и криминала. Никто так и не понял, как Общественная палата, будь то на всероссийском уровне или уровне Санкт-Петербурга, может как-то защитить их свободу слова. Или она в газете есть, или ее нет.

Виктор Резунков: Ну, вот механизм предлагается. Как раз вот сейчас из Госдумы нам прислали: "За Общественной палатой закрепляют право давать заключения об установленных нарушениях и направлять их непосредственно учредителям и руководству средств массовой информации, которые допустили такие нарушения, а также в иные компетентные государственные органы или должностным лицам". Хорошая формулировка.

Иван Павлов: Формулировка действительно хорошая. Но здесь в самом законе очень много хороших слов типа "надо привлекать граждан, общественные объединения, представителей средств массовой информации к обсуждению вопросов, касающихся соблюдения свободы слова в средствах массовой информации, и реализации права граждан на распространение этой информации". Ну, вроде как святые цели. Да, пускай общество обсуждает. Но у нас есть буква закона, дух закона, а есть еще правоприменительная практика. Так вот эта правоприменительная практика как раз вносит некоторую специфику, которая не дает в том числе сегодня средствам массовой информации спать спокойно в отношении этой инициативы президента и быстро принятой в первом чтении Государственной Думой.

Есть к этому закону также пояснительная записка, которая показывает, откуда растут уши, где четко написано, что "установление полномочий Общественной палаты по установлению общественного контроля за средствами массовой информации". Я подчеркну, что никакой такой формулировки, что кто-то собирается контролировать средства массовой информации, в самом тексте проекта закона нет. Это все скрыто в пояснительной записке. Но вот эта вот пояснительная записка - это элемент правоприменительной практики. Как эти законы будут правоприменяться, особенно в судах, можно только догадываться. Но предположить, что они будут применяться именно во вред средствам массовой информации, я думаю, что это допустимо.

Виктор Резунков: У нас есть телефонный звонок. Здравствуйте, Сергей, вы в эфире.

Слушатель: Общественная палата составлена из назначенцев. А согласны ли вы, чтобы этих людей референдумом или выборами прямыми назначать? Потому что это все-таки Общественная палата. А назначать людей для нас в слепую - это нехорошо.

Виктор Резунков: Это механизм, который был заложен в сам закон "Об Общественной палате".

Михаил Логинов: Думаю, что проще все-таки избирать Госдуму и местную законодательную власть, потому что выборов в России хватает. Главное, проводить то, что уже есть, а не создавать новый выборный механизм.

Виктор Резунков: То есть вы считаете, что надо оставить те законы, которые были до инициативы президента после Беслана о назначении губернаторов. Или как сегодня обсуждается в Госдуме тоже закон о том, чтобы партии могли тоже выдвигать кандидатуру на губернаторских выборах.

Михаил Логинов: Это, конечно, несколько иной случай. Что же касается Общественной палаты, как, наверное, многие обратили внимание, сейчас очень модны на телевидении постановочные процессы, вместо реальных процессов, с которых не ведутся телерепортажи. То же самое, Общественная палата - это постановочный парламент, который имитирует реальный орган.

Виктор Резунков: Да, последний скандал был на Урале. Там вообще избрали целым списком представителей Общественной палаты, который был подготовлен полпредом местным.

Георгий из Санкт-Петербурга, пожалуйста, мы вас слушаем.

Слушатель: Вы знаете, контролировать, конечно, нужно. Сложнее сказать - как. Если на личность уповать - это очень опасно, даже на личность президента. Там, возможно, будут всякого рода выверты личные, может быть, даже в возрасте иногда бывают люди, тоже нельзя им полностью доверять, хотя у них опыт колоссальный. Видимо, правильно сказал ваш собеседник, что уже есть. Например, есть же закон против разжигания расовой вражды. Вот что-то вроде этого, собрать какой-то свод и выполнять его. А живым людям это опасно доверять.

Виктор Резунков: У меня к Ивану вопрос. У нас представитель Союза журналистов Федотов отметил, что на самом деле внесение этих поправок "Об Общественной палате" нарушает закон "О средствах массовой информации". В принципе у нас в России хороший закон "О средствах массовой информации".

Иван Павлов: У нас вообще законодательство, я считаю, которое было принято во времена Бориса Николаевича Ельцина, очень прогрессивное. Оно в отдельных случаях даже превосходит хорошее законодательство Европы, Соединенных Штатов Америки. Но у нас большая проблема с правоприменительной практикой. У нас эти законы либо не работают, либо они работают во вред тем правам и свободам, которые призваны защищать. И если бы была моя воля, я бы, вообще, честно говоря, сегодня законодательный процесс весь заморозил, потому что любые законы, которые сейчас принимаются, - мне просто страшно становится, когда сейчас начинают новый закон "О средствах массовой информации" рассматривать в Государственной Думе или закон "Об информации, информатизации, защите информации" или поправки к другим информационным законам. В любом случае я усматриваю в них некоторый откат от тех принципов, которые защищались в старых законах. И нам бы сначала надо научиться соблюдать те законы, которые мы напринимали в прошлые годы. Хорошие законы ведь напринимали. Так вот надо их научиться исполнять, а в этом большая проблема.

Виктор Резунков: Да, по статистике, всего лишь 10% принятых Госдумой законов работают.

Михаил, я бы вам хотел такой вопрос задать: как вы считаете, если Общественная палата обнаружит в вашей газете статью, например, которая вызовет какие-то критические замечания в адрес вашей газеты или автора этой статьи, и пришлет в вашу газеты бумагу о том, что вот эта статья вызывает у них гнев и возмущение, главный редактор вашей газеты вынужден будет прислушаться и напечатать либо опровержение, либо как-то отреагировать на это? Как вы считаете?

Михаил Логинов: Я допускаю такую гипотетическую ситуацию, но считаю, что руководство газеты отреагирует на это гораздо быстрее, оперативнее и лучше, чем Общественная палата. В конце концов, для того, чтобы убрать Парфенова с НТВ, Общественная палата была не нужна. Поэтому это будет скорее даже "не пятое колесо, а пятая нога в телеге".

Виктор Резунков: Владимир Иванович из Москвы, мы вас слушаем.

Слушатель: Я хочу сказать свою точку зрения по поводу формирования Общественной палаты. Выключен из списков такой интересный подкласс, как Герои России. Это элита общества, они не задействованы во властных структурах, и как элита общества они могли бы существенно влиять на власть. У нас также не работает и институт денег как системы платежей. И создание Общественной палаты отодвигает граждан от института денег.

Виктор Резунков: Что вы имеете в виду? Поясните, что такое институт денег как средство платежа?

Слушатель: Институт денег - это когда все имеет свою цену. Не может гражданин выполнить свои обязанности на 800 рублей физиологически. Это минимальная планка, цена этому есть. Если общество находится на стадии не человека и не гражданина, потому что у человека нет возможности выполнить функции гражданина с позиции денег, это называется система платежа.

Виктор Резунков: Иван, может, прокомментируете?

Иван Павлов: Честно говоря, я не совсем понял эту ремарку в отношении института денег, институт есть, денег - нету.

Виктор Резунков: Да, но как он связан с Общественной палатой?

Иван Павлов: Как он связан с Общественной палатой? Непонятно. Есть конфликт в обществе, две стороны: власть и общество. Конфликт вошел в серьезную фазу. Все помним, как принимался этот закон, в связи с чем он принимался. После бесланских событий, когда президент решил поиграть словами "Конституция", "выборы", "избрание руководящих органов субъектов Федерации" и решил, что можно не выбирать их, а избирать президенту из тех кандидатур, которые ему предложены, и считать, что это в полной мере соответствует духу Конституции. Но для того, чтобы общество не особенно волновалось, в качестве такой (кость - не кость), но вот этот закон был брошен как раз обществу для того, чтобы мы восприняли это как некоторый шаг в нашу сторону. Был он воспринят так? Думаю, что нет, не был, поскольку механизм формирования этой Общественной палаты не предусматривает никакой возможности для второй стороны конфликта войти в этот орган таким образом, чтобы согласительный орган действительно представлял обе стороны.

Виктор Резунков: У нас есть телефонный звонок. Здравствуйте, Сергей из Санкт-Петербурга, вы в эфире.

Слушатель: На мой взгляд, обсуждаемая проблема содержит два аспекта. С одной стороны, действительно, независимой в полном смысле слова прессы в России не было и, скажем, пять лет назад. С другой, российская власть, видимо, осознает, что потерпела морально-политический ущерб, ликвидировав неподконтрольное ей телевидение, ее за это постоянно критикуют политический истеблишмент стран цивилизованного мира, мировое общественное мнение. С последней же этой инициативой решается также двуединая задача. С одной стороны, при создании Общественной палаты создается видимость появление цивилизованного, демократического института гражданского общества. С другой стороны, институт этот тоже нагружается функцией контроля за прессой, избавляя таким образом от этой головной боли власть, выводя ее из-под потока критики по поводу редукции свободы слова и скатывания к тоталитаризму. Вот это мнение могли бы вы прокомментировать?

Виктор Резунков: А как вы считаете, в случае если Общественная палата получит полномочия контролировать средства массовой информации, Кремль перестанет контролировать средства массовой информации?

Слушатель: Через Общественную палату найдет механизмы, чтобы делать это опосредованно и таким образом оставаться в стороне и выйти из-под потока критики, которая сейчас непосредственно в его адрес направлена.

Виктор Резунков: Спасибо. Иван, попробуйте ответить нашему слушателю.

Иван Павлов: Я абсолютно согласен, что создали этот орган, вроде как в лице международного сообщества, можно даже с ним позаигрывать, сказать: вот посмотрите, у нас есть Общественная палата, куда входят представители общественных организаций. Но то, что входят туда спортсмены и артисты, это не значит, что туда войдут представители правозащитных организаций.

Согласен с тем, что нельзя наделять согласительный орган, который призван в общем-то конформистскую деятельность нести, общество объединять, а не разъединять, наделять еще какой-то контрольной функцией. Это вредная функция, и не думаю, что она послужит той цели, на которую ориентирует закон "Об Общественной палате" этот орган.

И последнее, что я бы хотел на этот счет отметить, что сам закон "О внесении изменений в закон "Об Общественной палате", мне кажется, что это предпосылка к чему-то большему. Поскольку здесь есть возможность писать какие-то рекомендации средствам массовой информации, давать какие-то экспертные заключения, которые посылать в том числе в правоохранительные органы. Но здесь не прописаны последствия их. Я думаю, что скоро будут внесены другие изменения и в другие законы, где будут прописаны как раз последствия того, как вот надо рассматривать подобные экспертные заключения Общественной палаты. Что они рассматриваются в установленный срок, по ним выносится, например, вплоть до постановления о возбуждении уголовного дела, ну и так далее. По моему мнению, эта предпосылка к чему-то большему.

Виктор Резунков: Да, я с вами соглашусь, абсолютно точно. У меня такое ощущение, что строится некая конструкция, которая, вполне возможно, будет потом законодательно всячески скреплена. Это очень чувствуется.

Я хотел бы зачитать. "Общественная палата, - пишет Владимир Иванович, - это очередной кремлевский проект, как всегда, провокационный. После того, как ее сформируют, по телевидению покажут два-три заседания, покажут, что там никакого согласия нет, идут сплошные споры, скажут, что хотели как лучше, а получилось наоборот, и она прекратит свое существование". По-моему, маловероятно, потому что согласие там, по-моему, уже обеспечено.

Добрый пишет: "Если контролировать средства массовой информации будут общественники, то действовать они будут в интересах Кремля, так как им и посажены в палату для того, а отношение Кремля к свободе слова известно. У средств массовой информации туманное будущее".

Галина Иосифовна, мы вас слушаем.

Слушатель: Я читаю очень много газет, и у меня складывается в последнее время такое впечатление, что почти все СМИ работают как бы против России. Нет конструктивной критики, нет доказательств, перестаешь верить журналистам. Вообще, СМИ в последнее время похожи на коммунальную кухню. Может быть, им свое какое-то общество создать, чтобы они сами себя контролировали. Конечно, Общественная палата - это не выход, я думаю. И, по-моему, из этой Общественной палаты ничего не получится. Но все-таки журналистам надо подумать, что их читают люди, верят им, хотят верить. И надо что-то менять в их публикациях.

Виктор Резунков: А что вас не удовлетворяет, что конкретно?

Слушатель: Больше надо ответственности за свои слова. Такое впечатление, что они сидят на коммунальной кухне: кто-то что-то сказал, я написал. Нет журналистской ответственности за те слова, которые журналист пишет. То ли они для кого-то пишут по заказу, очень неприятное создается впечатление. А хочется верить журналистам. В общем-то, у нас они одни и остались. Самая усредненная газета, более-менее - это "Аргументы и факты". "Новая газета" очень много пишет, но даже противно читать.

Виктор Резунков: Я хотел бы перейти к двум другим законам, поправки в которые вносятся сейчас в Государственной Думе. Один называется "Об общественных объединениях", другой называется "О некоммерческих организациях". Эти поправки уж совсем вызвали огромный резонанс. Давайте послушаем обзор корреспондента Радио Свобода Дмитрия Казнина.

Дмитрий Казнин: "Депутаты Госдумы внесли на рассмотрение поправки к законам "Об общественных объединениях" и "О некоммерческих организациях". Если поправки будут приняты, учредить общественную или некоммерческую организацию в России станет намного сложнее, а уже существующие объединения подпадут под жесткий контроль федеральной власти", - пишет "Коммерсант". Авторы поправок хотят обязать зарегистрироваться все 400 тысяч общественных организаций России, направив в регистрирующие органы не только сведения о деятельности, но и финансово-хозяйственные документы. Также, согласно поправкам, организацию могут теперь не зарегистрировать из-за фигуры учредителя, деятельность которого, например, связана с отмыванием денег или экстремистской деятельностью.

По мнению правозащитника Александра Аузана, слова которого приводит газета, это контрреволюционный законопроект, связанный с фобиями против "оранжевой революции" и с представлениями о том, что общественные организации и есть та сила, через которую организуются и финансируются такие революции.

В газете "Коммерсант" директор Фонда "Индем" Георгий Сатаров заявил, что общая политика Кремля последние пять лет направлена на усиление контроля над всеми важными сферами. Единственный сектор, который до сих пор оставался вне этого контроля, - общественные организации. Кроме того, Кремль не скрывает, что боится финансирования "оранжевых революций" из-за рубежа. Эти поправки призваны не допустить этого, - считает Георгий Сатаров. Там же правозащитник Евгений Ихлов говорит, комментируя новый законопроект: "Эта разработка президентской администрации полностью порабощает гражданское общество в России. Это бюрократический, полицейский закон тоталитарного государства. Этот проект полностью ликвидирует самостоятельные общественные организации, они оказываются на крючке".

В газете "Ведомости" Роберт Скидельский, профессор Уорвикского университета Великобритании пишет, что "в Британии доля некоммерческих и общественных организаций составляет 7% ВВП, в России - 1,2%". "Причина этого, - считает автор статьи, - неразвитость законодательства в России. Неясен на практике статус общественных организаций, поэтому велик простор для чиновничьего произвола". "При этом, - пишет Роберт Скидельский, - гражданское общество это и есть все общественные и некоммерческие объединения страны, находящиеся между государством и семьей".

Виктор Резунков: У нас есть телефонный звонок. Здравствуйте, Владимир Иванович из Москвы, вы в эфире.

Слушатель: Я звоню второй раз. Вы не поняли вопрос постановки о деньгах. Мы как люди делегировали свои права обществу. Мы не добываем нефть, не пилим деревья, социум все это распределяет. Но когда добываются невозвратные природные богатства в виде нефти, газа, и нам, гражданам, не попадает ничего, мы остаемся на уровне человека, не гражданина, потому что у нас нет финансовых возможностей исполнить свои обязанности гражданина. Мы заключили некое соглашение в виде Конституции: человек и социум. А когда не работает механизм денег как таковых, он опускает нас всех до уровня примитива. Яркий пример - вот эта полицейская страна. Если бы работал механизм денег как инструмент мотивации, этого бы не было. И не нужно было бы создавать все эти палаты. Была бы четкая государственная структура, которая контролировала некие силовые обязанности.

Виктор Резунков: Иван, у меня к вам вопрос относительно закона об этих поправках в два закона. Известно заключение экспертов. Один из них - эксперт Института прав человека Лев Левинсон. Он так прямо в своем заключении на этот проект пишет, здесь отмечается сразу несколько нарушений Конституции России. Что вы можете сказать?

Иван Павлов: Готов подписаться под каждым словом Левинсона, потому что меня как руководителя одной из некоммерческих организаций этот закон коснется в первую очередь, особенно при том подходе, который у нас используется. Мы спорим иногда в судах общей юрисдикции с органами государственной власти. И если эти органы государственной власти меня еще и будут контролировать и будут иметь возможность закрыть нашу организацию, то они непременно, почему-то мне так кажется, этой возможность воспользуются. И я думаю, что мы будем в первых рядах тех организаций, которые будут закрыты в связи с внесениями этих изменений в законы "Об общественных объединениях" и "О некоммерческих организациях".

Виктор Резунков: Михаил, а что вы думаете по этому поводу? Вообще, зачем надо было вносить такие поправки? Кто в этом заинтересован?

Михаил Логинов: Я считаю, что эти поправки в законы - это братья-близнецы закона "О политических партиях". Каков смысл закона? Во-первых, сократить число партий, ныне существующих, до 1-2, одна партия власти и два спарринг-партнера, побиваемые на каждых выборах. И вторая задача - не допустить создания новых партий. Скорее всего, новый закон преследует ту же самую цель. Во-первых, сделать так, чтобы от 400 тысяч организаций осталось тысяч 100, может быть, еще меньше. И второе, чтобы не появились бы новые. При этом меня особенно заинтересовал тот момент, что организацию могут не зарегистрировать из-за учредителя, деятельность которого связана с отмыванием денег. Не трудно догадаться, что тот, кто захочет спонсировать какую-то новую общественную организацию, может узнать, что в этом случае он превратится в "отмывателя денег". Примеры известны. Это не только "ЮКОС".

Виктор Резунков: Спасибо. Николай из Курска, мы вас слушаем.

Слушатель: У нас никто не учит ни Конституцию, ни гимн, потому что все это может в любую секунду измениться, переделаться, и законы тоже, тем более они не выполняются. В Уставе кинематографистов записано: нужно 75% для утверждения председателя, но достаточно и 66 по суду, как вчера было. Это очередная "фабрика звезд", Алла Пугачева раскручивает свои лица, у нас раскручиваются в палате свои лица. Нужно только наблюдать, смогут ли они правильно открывать рот под фонограмму, будут ли они вполне управляемы, и нужно их просто раскрутить. Скамейка запасных очень коротка, мала. Вот, допустим, президент сказал: пока не будет воды, не назначу губернатором. Воды нет, но он все равно - губернатор.

Виктор Резунков: Я зачитаю некоторые сообщения. Валерий пишет: "Господа, удивляет возня вокруг Общественной палаты. Ничего она не решает, никому не нужна. Это вам повод для обсуждения. А личности, которые вам звонят, готовы обсуждать даже длину хвостов у крыс. И все равно не занимайтесь замшелыми темами". Я с вами не соглашусь, Валерий.

Валерия пишет: "Общественная палата не может быть не зависимой. Пример тому - за какие заслуги включен в палату адвокат Кучерена? Он является защитником Рохлиной, Квачкова. Мы же от Кучерены не услышим никакой правды".

Дима пишет: "Свобода слова всегда есть, но она никому не нужна. А все борются за монополию слова, и власть в этом преуспевает. А другие, недовольные, жалуются".

Дмитрий пишет: "Будут у граждан права, свободу слова некуда будет девать. Другие жалобы начнутся, а сейчас в России даже права на жизнь нет. И о свободе слова говорить - пустое. Откуда она появится?" Какие мрачные все-таки прогнозы у наших слушателей.

Еще хотелось бы обратить внимание на некоммерческие иностранные организации. Иван, что вы думаете? Там, насколько мне известно, осуществляется запрет на деятельность некоммерческих иностранных организаций на территории России.

Иван Павлов: Да, во-первых, согласно этим поправкам, деятельность иностранных некоммерческих организаций на территории закрытых административно-территориальных образований становится недопустимой. Это первое новшество. Кстати, это внесение изменений в закон "О закрытых административно-территориальных образованиях". И второе, то что иностранные граждане, которые не постоянно проживают в России, это те, кто не имеет здесь вида на жительство, не имеют права быть членами и участниками общественных организаций и некоммерческих организаций. Это основные ограничения, которые связаны с иностранным элементом.

Виктор Резунков: Для чего это все делается? Я не понимаю одного, то есть в принципе говорится о посыле, что борьба с "оранжевой революцией". Вы как считаете? Это по-прежнему попытка решить конфликт между властью и обществом?

Иван Павлов: Отчасти так. Разумеется, власть думает сейчас о 2008 годе и о выборах, которые будут в том году. Это, разумеется, общественные организации, в которых власть, между прочим, видит серьезную силу, станут неким препятствием для того, чтобы передать полномочия президента, если он захочет это сделать, тому лицу, которому он посчитает нужным передать. Общественные организации могут стать серьезным препятствием на этом пути. И поэтому сейчас уже готовится некоторая почва для того, чтобы ослабить деятельность этих организаций.

Вот вводится, кроме контроля за фактической деятельностью организаций, еще некий финансовый контроль со стороны регистрирующего органа. А это Федеральная регистрационная служба, которая находится в составе Министерства юстиции. Сейчас эта служба будет регистрировать вообще все некоммерческие организации, не только общественные объединения, но еще и некоммерческие партнерства, некоммерческие учреждения, фонды и так далее. Они будут иметь возможность контролировать финансовую деятельность любой некоммерческой организации, запрашивать любые финансовые документы.

Но контроль еще к тому же имеет некоторую цель, зачем контролировать? А для того, чтобы давать оценку: насколько вот эта вот финансовая деятельность организации соответствует уставным целям? То есть какой-то чиновник в Министерстве юстиции будет решать, соответствует ли целям, которые прописаны в моем уставе, покупка одного или двух компьютеров для организации. И именно он будет решать, насколько это было обоснованно сделано. Думаю, что в любом случае здесь будет предвзятый подход, особенно к организациям, которые мы традиционно называем правозащитными. И у этих организаций будут очень большие проблемы.

Но вот я до сих пор так и не разобрался, кто является автором этого законопроекта. Потому что любой законопроект имеет своего автора. Здесь все усиленно скрывается от общественности, поскольку на многих сайтах я уже видел текст этого законопроекта, но нигде так его никто и не подписал.

Виктор Резунков: Может быть, они боятся, что в случае принятия этих поправок, этого законопроекта можно будет подать в Конституционный суд или вообще в суд, хотя бы из-за того, что здесь нарушаются части Конституции?

Иван Павлов: Мне бы хотелось верить, что все-таки этот анонимный законопроект не будет принят. Ну, а если он все-таки будет принят, я думаю, что последует сразу несколько обращений в Конституционный суд, и возможно, дело и до Европейского суда дойдет. Но мы то живем сегодня, а Европейский суд - это очень далеко и не быстро. А уничтожать институты гражданского общества, к коим относятся правозащитные организации, будут уже сегодня. Я имею в виду после того, как этот закон будет принят. Потому что здесь есть месячный срок для устранения тех якобы нарушений, которые будут выявляться в деятельности той или иной некоммерческой организации Министерством юстиции, и вот месяц будет дан на устранение. Если не устранили, Министерство юстиции имеет возможность обратиться, в соответствии с законом, в суд и ликвидировать ту или иную некоммерческую организацию.

Слушатель: У нас есть телефонный звонок. Здравствуйте, Александр Васильевич из Ленинградской области, вы в эфире.

Слушатель: Я считаю, что передача контроля над средствами массовой информации этой палате, кроме вреда, ничего не принесет по той причине, что если взять, как формировалась эта палата, то получится, что палата будет контролировать только оппозицию. То есть мы будем знать одну точку зрения. Ну, а к чему это привело - мы отлично знаем. Нужно, наоборот, обеспечить конкуренцию между идеологиями. Но для того, чтобы не было лжи, обмана, а как раз палата, по-моему, создана для того, чтобы пустить пыль в глаза, доказать, что как будто бы кто-то что-то контролирует. Для того, чтобы все это обеспечить, нужно, чтобы Госдума приняла закон, который обеспечивал бы правду. Если, например, выносится ложь, должны за это нести ответственность, кто эту ложь выдал. Если, например, в средствах массовой информации какая-то информация выдана, то обязаны должны быть правоохранительные органы принять меры. Если не приняли меры, тоже нести должны ответственность. Только в этом случае мы сможем пойти по правильному пути. А сейчас нас запутали до такой степени, что никто вообще не представляет даже, где правда, где ложь, куда надо идти. Россия - передовой класс, которая должна показать всему миру направление развития. Больше никто этого сделать не сможет.

Виктор Резунков: Давайте коротко подведем итоги.

Михаил Логинов: Я согласен с радиослушателем, что действительно, все, что касается нарушений законов в СМИ, должен решать суд, а не какая-то Общественная палата. Для меня это главное.

Иван Павлов: Я думаю, что есть такая возможность в практике международных отношений: когда назревает конфликт, взять паузу, тайм-аут для консультаций. Мне тоже кажется, что Общественная палата - это некоторая поспешность. Сейчас нам всем надо взять тайм-аут, подумать, проконсультироваться и сообща потом, может быть, предложить какие-то пути выхода из этого конфликта.

А что касается правды, так я думаю, что никакая Общественная палата не сделает эту правду громче. Вот чем больше средств массовой информации, тем легче эту правду найти. Вот это вот истина. И вы помните, когда было НТВ еще прежнее, мы смотрели НТВ и ОРТ, а потом искали правду, которая где-то посередине. Сегодня у нас этой возможности нет.

XS
SM
MD
LG