Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Приближающийся праздник 8 Марта


[ Радио Свобода: Программы: Права человека ]
[05-03-05]

Ведущая Кристина Горелик

Приближающийся праздник 8 Марта

Кристина Горелик: Сегодня основное и главное событие, которое будем обсуждать в программе, приближающийся праздник 8 Марта. Для кого-то это праздник, для кого-то трата денег и повод хорошо погулять, а для нас - всерьез задуматься над положением российских женщин. Но после обсуждения самого праздника. В гостях у меня писательница Мария Арбатова и режиссер, сценарист Иван Дыховичный.

Кроме версии о выступлениях женщин нью-йоркских фабрик, которые протестовали против крайне низких зарплат и тяжелых условий труда, существует еще одна любопытная версия о том, что якобы Клара Цеткин решила связать эту дату с историей своего народа, еврейского народа. Я не могу сказать на самом деле, принадлежит она к этому народу или нет. Но существует достаточно любопытная версия, что в том же 1910 году, когда Клара Цеткин выступала в Копенгагене на Международной конференции женщин и предложила начать отмечать этот праздник, тогда же, в 1910 году, еврейский праздник Пурим тоже пришелся как раз на 8 марта. Мария, какая из версий вам кажется более достоверной?

Мария Арбатова: Знаете, несмотря на то, что мой прадедушка создатель палестинофильства, из которого потом родилась партия "Палесионы" и вообще весь сионизм, я все-таки версию такого объевреивания праздника 8 Марта не поддерживаю, потому что, насколько я помню, немецкие социал-демократки вышли на улицу, чтобы лоббировать собственные права и интересы.

Кристина Горелик: То есть вы связываете этот праздник с немецкими социал-демократками?

Мария Арбатова: С Кларой Цеткин, да. Я живу по этой версии. Концентрируется все вокруг имени Клары Цеткин. Клара Цеткин была одной из таких основополагающих фигур среди европейской революционной элиты, на которую опирались наши представители революционной элиты. Более того, даже, например, история, дискредитировавшая Александру Коллонтай, вот эта теория "стакана воды", о которой никогда ничего не говорила Александра Коллонтай, блистательная, на самом деле родилась из-за того, что Клара Цеткин, будучи уже очень пожилой, написала книжку о том, что Ленин (уже не очень хорошо помня, чего он хотел сказать), как бы ей транслировал эту историю. Она перевела ее на немецкий, оттуда ее перевели русский, таким образом, совершенно опорочили Александру Коллонтай. Все романтические истории, которые были абсолютно возвышенные, искренние, и вот уж кто любил мужчин, любил секс и никогда не поддерживал теорию "стакана воды", это как раз была Александра Коллонтай.

Кристина Горелик: Все-таки, наверное, надо пояснить, что такое теория "стакана воды". Не могу точно процитировать, но суть сводилась к следующему, звучала теория приблизительно так: "переспать с мужчиной - это как выпить стакан воды".

Иван, у меня к вам вопрос все-таки по версиям, если можно, сначала. Какая версия вам больше импонирует, более литературная (я имею в виду, естественно, версию о еврейском празднике Пурим), или все-таки более правдоподобная, о выступления социалисток в защиту своих прав?

Иван Дыховичный: Ну, конечно, первая. Она все-таки ближе к жизни, мне кажется. Мы всегда нагружаем события продуманностью, какой-то логикой. Я думаю, что потом приходят удивительные логические оправдания.

Кристина Горелик: То есть еврейская, вы считаете?

Иван Дыховичный: Конечно. ? Вообще, всего этого начало обычно: свели опять, и 8 Марта еврейский праздник.

Кристина Горелик: Вот-вот, я боюсь, что наши слушатели в какой-то момент скажут, что мы "объевреили" просто все праздники.

Иван Дыховичный: Знаете, тут есть только два пути: или скорее дойти до дна, то есть, я считаю, усугублять этот процесс, или опять скромно замолчать и делать вид, что вообще такого слова "еврей" нет на земле.

Кристина Горелик: Во многих известных мне интеллигентных семьях к празднику 8 Марта всегда относились с некоторой долей скептицизма, поскольку вообще там, где пробегает слово "социалистическое", интеллигенция будет относиться с предубеждением. Были два праздника, которые справляли, - Новый год и 9 Мая. (Естественно дни рождения мы не берем в расчет.) По вашему мнению, 8 Марта - интеллигентский праздник или нет?

Иван Дыховичный: Нет, абсолютно нет, конечно. Но я думаю, если говорить в хорошем смысле, произносить это слово "интеллигентность", то я считаю, что нужно расслабиться и получать удовольствие вместо того, чтобы все время надувать щеки или трубочкой губки вытягивать и говорить: "Фу, какая гадость". Вокруг все гуляют. Нужно, мне кажется, использовать эту ситуацию, получать огромное удовольствие. В этот день все равно все женщины немножко выпивают, они в хорошем настроении, они прекрасны. И можно включиться, вставить такого "дурака", ездить, всем жать руки, поздравлять, дарить мимозу. Это же настоящий маскарад, понимаете. А вместо этого осуждать этот праздник, с ним бороться, идти против всех по улице, против движения - абсолютный бред, по-моему.

Кристина Горелик: А в вашей семье справляли праздник 8 Марта?

Иван Дыховичный: Нет, конечно, не справляли: Ну как не справляли? Пытались не справлять, но к вечеру все равно все выпивали, садились за стол и говорили: "Ну, сейчас я вас поздравлю". В этом была ирония, в этом была шутка. Но все равно же дарили цветы? - Дарили цветы. Дарили подарок? - Дарили подарок. Потому что если вокруг всем подарили подарки, а мы своей маме не подарили подарок - ну, мы козлы какие-то получаемся! Я даже помню, что я вышивал или какой-то стежкой, или гладью в каком-то третьем классе маме чудовищную, пошлейшую какую-то салфетку и подарил. Она дико хохотала. Я понял, что это пошлость, и дальше старался подарить ей что-нибудь приятное, например, что-то за нее сделать в этот день в доме. Я был очень приличный и хороший человек, я очень маму, вообще женщин очень любил и как-то всегда старался помогать.

Кристина Горелик: Как-то вы в прошедшем времени говорите:

Иван Дыховичный: Нет, любил - я имею в виду в детстве. Нет, я оговорился. Просто мамы моей давно нет, и поэтому, наверное, я так оговорился. А в принципе, нет, я думаю, что те, кто меня знают, даже мужчины иногда считают, что я как-то слишком к женщинам внимателен, потому что в России это вообще не очень принято. Только на 8 Марта в основном удар весь приходится, все внимание кончается 9-го.

Кристина Горелик: Так шутка эе по этому существует, помните, что 8 Марта - это женский день, а все остальные дни - это мужские.

Иван Дыховичный: Как бы так, да. В общем, есть такая тенденция, конечно.

Кристина Горелик: Вот вы сказали, что в России мало внимания получают женщины. Может быть, поэтому феминистки и борются за то, чтобы женщинам больше внимания уделялось? Вообще слово "феминистка" - термин совершенно какой-то запутанный. В одних странах под словом "феминистка" понимают одно, в России - другое, в США - третье. Мария, кому будем верить?

Мария Арбатова: Смотрите, например, демократом называется совершенно один человек в Швеции, совершенно другой человек в России и совсем третий человек, скажем, в Гонолулу, или даже не в Гонолулу, а в какой-нибудь ЮАР. И в этом смысле феминисткой сегодня женщина скандинавская себя называет только тогда, когда она работает в женских организациях. Тогда она говорит: "Я - феминистка". Потому что все остальные женщины и мужчины, весь мир, общество и государство живут уже по законам, которые пролоббированны феминистками. Когда называет себя российская женщина феминисткой - это означает: "я не хочу жить по патриархальному канону". Когда какая-нибудь женщина арабская, мусульманская называет себя феминисткой - это означает: "я не хочу, чтобы меня принудительно выдавали замуж, чтобы за меня принимали решения, чтобы меня били и чтобы мне не давали учиться". Поэтому то, что вкладывается в понятие "феминистка", является очень мощной лакмусовой бумажкой для того, чтобы понять, что происходит с обществом. И все, и никаких загадок. Понимаете, каждый год это понятие наполняется совершенно новым. Я, как человек, с которым у очень многих это слово ассоциируется больше, чем с кем бы то ни было, на себе все время испытываю как раз динамику этого слова. Потому что если сначала мне говорили: "Ой, ну, наверное, она мужененавистница или лесбиянка, или еще что-нибудь", то теперь они уже говорят: "Нет, феминистки - это просто такие наглые бабы, которые хотят все и чтобы за это не делать ничего". А уже наиболее продвинутые люди говорят, что феминистки - это просто люди, которые хотят иметь равные стартовые условия с мужчинами.

Кристина Горелик: Иван, для вас кто такая феминистка?

Иван Дыховичный: Действительно, о понятиях здесь трудно договориться. Если говорить абсолютно откровенно, в моей стране у меня напряженные отношения. При том, что и в семье, и в реальной жизни, и в том, что я делаю в искусстве, если это можно назвать так, моя позиция абсолютно ясная. Я абсолютно за полное равенство во всем том контексте, который существует в природе. Я еще к этому прибавил бы обстоятельства, которые существуют в России: культура, исторически сложные вещи. С ними обращаться брутально грубо, даже если они позитивные, очень опасно, они вызывают обратную реакцию, настаивания на таких кондовых пошлых понятиях, там "баба с возу, кобыле легче" и "за борт ее бросает", и все это могу без конца повторять. На самом деле я бы возразил таким образом.

Я видел в жизни очень много женщин, которые не то, что никто не смел с ними так обращаться или еще что-то, которые никогда не попрошайничали, не унижались, неуважительно не разговаривали. Это зависит от того, как женщина себя ставит, очень мягко, очень деликатно. Им помогали люди в их женской доли, что называется, сейчас начнем говорить: мыть посуду, помогать по дому, с детьми. Им помогали с радостью и разделяли с ними эту участь без принуждения. Не потому, что они били кулаком по столу и говорили, "нет, я буду работать, а ты будешь, как и я, выполнять свою функцию".

Кристина Горелик: Так это, может быть, мужчины такие попадались. А что делать, когда мужчины совсем другие попадаются?

Иван Дыховичный: Я думаю, что за таких мужчин этим людям не нужно выходить замуж, и тогда таких мужчин будет меньше. Вот это мое глубочайшее убеждение.

Дело в том, что в нашей стране женщины себя часто предлагают в барщину, в оброк, и это я могу сформулировать совершенно определенно. У нас попрошайничество развито. У нас абсолютно нарушено понятие, с одной стороны, действительно, я хочу быть свободной, такой, сякой и пятой и шестой, но я хочу отдыхать, кататься, носить хорошую шубу. Но это не есть свобода, это есть попрошайничество. Это есть просто: я покупаю тебя, плачу тебе деньги - и ты за эти деньги выступаешь таким образом. Надо называть вещи своими именами.

Есть другие люди, которые себя продвинули, настояли на том, что они деловые женщины. И действительно, постепенно у них плечи растут, грудь исчезает и, в общем, скоро будет расти борода. Но это их личное дело, понимаете. Они разговаривают таким тоном, каким не разговаривают милиционеры на улицах, и мы таких женщин с вами знаем. Да, есть и изумительные примеры, но их не так много, согласитесь.

Я работаю, надо сказать, чтобы было понятно, в моем коллективе в основном одни женщины, я прекрасно с ними работаю. Это достойные, умные, надежные, абсолютные сотоварищи в труде. Не знаю, я вообще-то об этом как-то по-настоящему никогда не думал. Есть такая хорошая фраза у Коровина (хотя он художник), у него есть одна очень хорошая фраза, он говорит про какого-то человечка, который стал очень увлекаться революционными идеями. Он сказал: "Хороший человек, мораль заела". Вы знаете, что-то заедает там у феминисток наших, что-то там в голове заедает - и поэтому они вызывают такую неприязнь даже у вполне пристойных людей. Вот есть такой момент, говорю честно.

Кристина Горелик: Может быть, это как раз от того, что слишком много проблем существует сейчас у российских женщин, поэтому они ведут себя, скажем так, не более агрессивно, а более настойчиво по сравнению с другими женщинами, допустим, в западных странах, где уже подобных проблем нет.

Иван Дыховичный: Я абсолютно с вами согласен, только давайте говорить так. Мы все взаимно виноваты. Я вам пример приведу. Вот есть Грузия, и в этой стране считают, что все вот такие мачо, вай-мужчины. Я вам скажу, что это матриархат. В этой стране женщина невероятно уважаема, почитаема, "мать" - это вообще святое слово и так далее. Вы мне сразу можете возразить и сказать: а за стол женщины как-то не всегда садятся. Ну, это традиция, и в этой традиции ровно ничего унижающего женщину нет. В Англии тоже есть мужской клуб.

Кристина Горелик: В Грузии не садятся за стол, в Англии есть мужские клубы. А в России?

Иван Дыховичный: В России на женщин смотрят как на товар. Почему так получилось? Думаю, что нужно всем думать - и тем, и другим. Мы должны относиться друг к другу с абсолютным уважением, скажем так, разделять друг друга по проблемам и понимать, что мы должным помогать друг другу. Если мы помогаем друг другу, если мы любим друг друга (я извиняюсь, что я такие простые вещи говорю), то вы найдете всегда выход из положения, вам человек ответит тем же. Все хотят, чтобы жена ходила как лошадь в цирке, понимаете. Но тогда это будет неинтересная, пошлая, глупая дура. А если вы берете себе в жены человека или живете с человеком, у которого есть личность, индивидуальность, он хочет себя проявить, вы должны считаться с тем, что это натура, это персонаж и это интересно. С таким человеком вы можете интересно прожить всю жизнь. Если в обществе не принято, например, хамски обращаться друг с другом, какая разница, с мужчиной или с женщиной: Ладно, оставим, 8 Марта близко. Поговорим о прекрасном лучше.

Кристина Горелик: Мария, все-таки, чем вы объясняете тот факт, что Международный женский день отмечают по сути лишь в России и в странах СНГ?

Мария Арбатова: Нет, не только. Мои подружки, европейские феминистки, как правило, меня поздравляют с этим праздником. Другой вопрос, что он у них не так мощно обставлен на государственном уровне. Но ведь у нас тоже День Святого Валентина появился недавно, и он вполне может вытеснить этот праздник. Потому что там летом и так все радуются, зимой есть Новый год, а весной нет ничего. И эти праздники как бы держат такой эмоциональный баланс, и мы их ждем на самом деле. Весь этот антураж. Своим любимым, мужьям, сыновьям мы готовимся сделать этот день праздником 23-го и в ответ на это ждем, чтобы нам тоже платили взаимностью. В общем, я считаю, что этот праздник надо поддерживать. И вообще, праздников у нас мало. Я помню, что в сравнении, по-моему, с японцами у нас в 10 раз меньше праздников вообще в календаре и это очень плохо.

Кристина Горелик: Мало праздников? Недавно Государственная Дума приняла закон о том, что мы после Нового года должны 10 дней отдыхать, по-моему, или сколько там у нас получилось?!

Мария Арбатова: Много, да. Но вы знаете, ведь праздник, он очень мощно своей энергетикой завязан на какой-то красивый ритуал. У нас нет ритуала. Например, день Конституции - это же вам не взятие Бастилии, когда все французы пьют и танцуют, независимо от того, сколько там миллионов лет прошло со дня взятия Бастилии. И в этом смысле, я думаю, надо очень бережно относится к этим праздникам и не искать в них никакой социалистической подоплеки. Можно же найти языческую подоплеку в елке в Новом году, от этого же она не станет для нас менее радостной.

Кристина Горелик: А есть еще и языческий Бог Солнца на Пасху:

Мария Арбатова: Да.

Кристина Горелик: Иван, как, вы согласны с Марией в том, что не надо находить никакую социалистическую подоплеку в этом празднике и праздновать все-таки нужно?

Иван Дыховичный: Я единственное считаю, что вообще праздников у человека должно быть как можно больше, я согласен с этим. Что это абсолютно социалистический праздник - стопроцентно социалистический, безусловно. То, что я сказал, что никогда не надо сопротивляться и вот так в позе стоять против него, абсолютно бессмысленно и не нужно. Лучше еще раз проявить внимание. Я думаю, что часть людей, которые говорят: "Я не праздную 8 Марта", - просто не хотят в этот день потерять деньги, потратиться на подарки и прийти и поздравить своих очаровательных соработниц или еще как это называется. Вот, мне кажется, так. А в принципе все искусственные праздники все равно потом отомрут, а если они живые, то они сохранятся. Примеров у нас с вами много. Сколько елку не убивали, а люди тайно, даже садясь за это в тюрьму, все равно ее наряжали. Как это было страшно, елку нельзя было просто занести в дом! А она выстояла. А этот праздник - не знаю.

Кристина Горелик: О празднике 8 Марта я беседовала с писательницей Марией Арбатовой и режиссером, сценаристом Иваном Дыховичным.

На очереди рубрика Алексея Симонова. В эти дни в Италии проходит судебный процесс по делу об убийстве новороссийского подростка итальянским моряком. Перед отлетом в Италию представители российской стороны зашли к Алексею Симонову в Фонд защиты гласности.

Алексей Симонов: В сентябре 2001 года на рейд Новороссийска встал итальянский крейсер. Это был первый визит военных итальянских моряков в российские воды. Его торжественно встречали, его приход отмечался во всех газетах, было большое начальство, высокие чины. Все было замечательно, кроме того, что накануне отхода этого итальянского крейсера из Новороссийского порта группа итальянских моряков избила двух подростков, 16-летних ребят, и один из моряков всадил нож в спину Саше Розенбаху. Следственную бригаду на борт не пустили, крейсер поднял швартовый и отбыл в свои итальянские воды. У меня сидит редактор новороссийской газеты "Малая земля" Валерий Волков, человек, который с того самого дня поставил себе задачу найти убийцу и не оставить его безнаказанным. Валерий вместе с Александром Осташевским, юристом и профессором Кубанского государственного университета, в качестве представителей потерпевших едут на суд в Италию.

Валерий, что мешало правосудию свершиться раньше?

Валерий Волков: Во-первых, очень вялая позиция итальянской стороны, сложная бюрократическая обстановка в отношениях между государствами. Первую информацию мы получили только через 8 месяцев и то после многочисленных запросов в разные инстанции: Генеральную прокуратуру, Министерство иностранных дел, Госдуму и прочее, прочее.

Алексей Симонов: А то, что 11 сентября случилась катастрофа с нью-йоркскими башнями, это тоже, вероятно, оказало свое влияние.

Валерий Волков: Да, это относительно сократило наши возможности, поскольку весь телеэфир и радиоэфир был заполнен ощущением этих событий. Мы со своей трагедией в Новороссийске не могли пробиться ни на центральные каналы, ни в какие-то телеканалы другие. И, тем не менее, все же удалось. За истекшее время было опубликовано около 70 статей в разных средствах массовой информации, включая и центральные: "Российская газета", "Аргументы и факты", "Парламентская газета", - ну и без счета в местных, конечно, средствах массовой информации.

Алексей Симонов: Чего вы добивались? Что было целью этих публикаций?

Валерий Волков: Мы добивались, прежде всего, правосудия. Правосудие так и не состоялось, прошло три с половиной года. И самое главное, мы расценивали это событие, как плевок в российскую сторону. Потому что накануне перед этим на корабль могли попасть кто угодно, а когда произошло убийство, никого не пустили, в том числе и следственную бригаду.

Далее. На вход этого корабля, этого крейсера, по процедуре сыграли "Прощание славянки". Как известно, для каждого человека, который служил или имел отношение, скажем, это гимн определенный. Это было такой публицистической нотой, которая придала этому всему событию такую горечь и желание довести дело до конца.

Мы получили информацию через 8 месяцев, было возбуждено уголовное дело.

Алексей Симонов: Нашли там убийцу?

Валерий Волков: По их утверждению, они назвали даже фамилию, якобы он дал признательные показания.

Алексей Симонов: Саша, скажите, пожалуйста, какие перспективы, по вашему ощущению, у этого дела?

Александр Осташевский: После консультаций с итальянскими адвокатами, которые будут работать с нашей стороной, перспективы не печальные, то есть, есть у нас основания для оптимизма, что справедливость восторжествует. А юстиция в переводе с латинского языка означает справедливость. Поэтому мы полагаем, что справедливость и правосудие с итальянской стороны будут как бы не на нашей стороне, а удовлетворят те необходимые запросы, которые мы готовили, чтобы помочь матери, и, естественное, осуждение преступников, наказание преступников за совершенное ими убийство на российской земле.

Алексей Симонов: То есть, есть надежда еще и, кроме всего прочего, просто хотя бы на компенсацию минимального морального вреда, который был нанесен семье.

Александр Осташевский: По 110-й статье Уголовного кодекса Италии предусмотрена и компенсация морального вреда. Но это уже гражданское дело. Мы надеемся, что итальянская сторона отнесется с пониманием к компенсации семье потерпевших, матери и брату. О сумме пока сейчас не говорим, поскольку это не тот вопрос, который заранее обсуждается. То есть там мы рассчитываем, что вопросы с компенсацией тоже будут решены.

Алексей Симонов беседовал с журналистом Валерием Волковым и юристом Александром Осташевским.

Можно лишь сожалеть, что день 8 Марта еще сильнее приковывает внимание к проблемам, с которыми сталкиваются сегодня российские женщины. Традиционно патриархальный тип отношений, который складывался в России веками между мужчиной и женщиной, в современных условиях оборачивается множеством нарушений прав женщин. Мужчины-работодатели не хотят видеть в женщине полноценного работника, мужья не понимают, почему нельзя избивать своих жен, а власти не спешат впускать в свои ряды представительниц прекрасного пола. Законов, защищающих женщин, написано много, однако они плохо работают. Чтобы научить других уважать ее права, женщине придется потратить немало денег (если они есть), свободного времени (опять же, если есть), и усилий, чтобы попытаться в суде доказать свои права. И очень бывают кстати организации, которые помогают женщинам бесплатной юридической помощью, как, например, в Сыктывкаре, где при общественной организации "Женская палата" работает отделение социальной адвокатуры. С подробностями Николай Зюзев.

Николай Зюзев: Отделение "Социальной адвокатуры" открылось, чтобы помочь тем женщинам, которые не могут воспользоваться платными услугами адвокатов. Таких женщин в Сыктывкаре очень много. Говорит председатель "Женской палаты" Республики Коми Ольга Савастьянова.

Ольга Савастьянова: Давайте будем оплачивать труд людей, которые работают. Ведь у нас большинство людей получают ту заработную плату, которая: какие услуги адвоката, она даже иногда минимальные потребности обеспечить не может.

Николай Зюзев: Проблемы, с которыми женщины приходят в социальную адвокатуру, в большинстве случаев касаются тоже денежных отношений, но уже работодателя с работником. Екатерина Анфимова судилась год со своим нанимателем.

Екатерина Анфимова: Все молчали, не платили, а я кричала, чтобы больничные оплачивали, праздничные дни чтобы вдвойне оплачивали. Им все это надоело, они решили сделать со мной такое, я не знаю даже, как это назвать, у меня нет слов.

Николай Зюзев: Ей не дали ничего: ни зарплаты, ни отпускных. Не заплатили и по больничному листу. К тому же вдруг у нее непонятным образом оказалась "недостача" в кассе. Катю уволили. Тогда она пришла в "Женскую палату" к социальному адвокату Елене Струтинской.

Елена Струтинская: То, что мы просили, мы все получили, хотя рассматривали сначала одни судьи, потом другие, та сторона всячески затягивала дело. Но, тем не менее, Катя все получила.

Николай Зюзев: В итоге Катя отсудила положенные ей 30 тысяч рублей. Как говорит Елена Струтинская, это очень типичное дело.

А вот еще одна характерная история.

Елена Струтинская: Работала девушка без оформления какое-то время, потом они его оформили. В период испытательного срока выяснилось, что она в положении, и предприниматель ее уволила в связи с тем, что она не прошла испытательный срок. Девушку восстановили в должности. Она, в принципе, получила все - и родовые, и послеродовые, и пособие по рождению ребенка.

Николай Зюзев: С Ириной, так зовут девушку, история завершилась достаточно благополучно. Труднее, когда работодатель включает в трудовой договор специальный пункт о том, что пока женщина работает у него - "никакой беременности!" Впрочем, в "Женской палате" научились выигрывать такие дела.

За четыре года работы социальные адвокаты выиграли сотни судебных исков. Однако дел об ущемлении прав женщин не становится меньше. Поэтому "Женская палата" планирует в скором времени открыть пункты социальной адвокатуры во всех городах и районах республики Коми.

Кристина Горелик: Если российские федеральные законы недвусмысленно говорят о защите прав женщин (другое дело, их применение не распространено), то местные законодательные намерения, пусть даже самые добрые, приводят к прямо противоположному результату.

В Мордовии решили наказывать бытовых дебоширов рублем. Депутаты Госсобрания республики приняли поправки к административному закону, согласно которым граждане могут обращаться с жалобами на крайне буйных и шумных родственников в милицию, а затем в суд, - их оштрафуют. То, что в первую очередь от этого закона пострадают женщины, местные депутаты предугадать не смогли. Из Саранска передает Игорь Телин.

Игорь Телин: Ранее ничего подобного в Мордовии не было. До сих пор закон об административной ответственности не допускал нецензурной брани и нарушения покоя других лиц только в общественных местах. Но после анализа ситуации и консультаций с правоохранительными органами мордовские депутаты решили восполнить этот пробел и приняли поправки к административному закону, по которому семейных дебоширов теперь в Мордовии можно штрафовать. Однако саранский юрист Михаил Романов сомневается в том, что эта инициатива законодателей отвечает интересам семьи.

Михаил Романов: Получается, что зачинщик семейного скандала, которым, как правило, является муж-алкоголик, не только оскорбит жену, но и лишит еще ее денег, уплатив государству штраф. Бюджет-то у семьи один.

Игорь Телин: Чем руководствовались мордовские парламентарии, принимая такое положение Административного Кодекса, предположить трудно. И хотя было сделано заявление, что сумма штрафов невелика, а основная роль нововведения - профилактика, но депутаты не учли того обстоятельства, что во многих семьях даже 100 рублей редко бывают лишними и их потеря отражается не только на устроители скандала, но и на пострадавших членах семьи.

- Приходим мы несколько дней назад на работу, сидит наша вахтерша Тамара Александровна, вся такая грустна, печальная. Мы сначала даже не решились спросить, что у нее произошло. А потом она разговорилась, как говорится, душу излила. Оказалось, у нее обычная семейная драма, которая приняла такой несколько неожиданный оборот. Муж у нее выпивает. Приходит она после работы, муж уже в хорошем, веселом настроении, слово за слово, стали ругаться, она, естественно, вызвала милицию. Приехал наряд, успокоил его, привел в чувства, и он улегся спать, и она, в общем-то, успокоилась и, собственно, забыла об этой сцене, потому что такие сцены у них нередко бывают, раз, а то и два в месяц точно. И каково же было удивление ее и, наверное, уже ее трезвого мужа, когда на его имя пришло извещение, что он за нарушение порядка оштрафован на 300 рублей. Зарплата у нее небольшая, чуть больше тысячи рублей, он сам тоже непонятно где работает, случайными заработками, как говорится, перебивается. И вот она теперь сидит и вздыхает, говорит: "Наказала сама себя, уж лучше бы потерпела мужа, его выходки, чем 300 рублей платить". В следующий раз, конечно же, уже такого, наверное, не будет.

Игорь Телин: Получается так, что проучить или хотя бы на время испугать таким способом дебошира вряд ли получается, это больше профилактика жене, чтобы впредь не заявляла на супруга.

Кристина Горелик: Устроиться на работу женщине бывает труднее, чем мужчине, ведь работодатель, хочет он этого или нет, все равно будет смотреть, есть ли у нее дети, а если детей нет, то собирается ли она скоро выйти замуж. Не найдя работы дома, российская женщина едет попытать счастья за рубеж. О том, как попадают в сексуальное рабство, рассказывает Григорий Бочкарев, Ростов-на-Дону.

Григорий Бочкарев: Ростовская область является одним из наиболее рискованных регионов, через который торговцы современным живым товаром пытаются наладить секс-трафик. Как известно, Ростов - это ворота Кавказа, а развитые транспортные коммуникации позволяют достаточно быстро оказаться и в Турции, и в других странах Средиземноморья, и в Объединенных Арабских Эмиратах.

Недавно завершились два громких судебных процесса, связанных с продажей женщин в сексуальное рабство за границу. Несколько ростовчанок стали жертвами международных преступных групп, организовавших, если можно так сказать, свой прибыльный бизнес в этой сфере услуг. Пострадавшие девушки до сих пор не могут в полной мере вернуться к нормальной жизни. Более подробно об этом рассказывает руководитель женской общественной организации "Афина" Нина Курасова.

Нина Курасова: Бывшая ростовчанка, выйдя замуж за сутенера на Мальте, пригласила работать официантками, как она сказала, в собственный ресторан, своих подруг, и как только девушки оказались на Мальте, их сразу же попытались принудить заниматься проституцией. Второй случай - когда в Новочеркасске несовершеннолетняя девушка попала в Объединенные Арабские Эмираты и в течение некоторого времени вынуждена была, под нажимом, заниматься проституцией.

Григорий Бочкарев: О том, насколько серьезные опасности подстерегают российских женщин, пытающихся устроиться на работу или уехать на постоянное место жительства за границу, Нина Курасова знает не понаслышке.

Нина Курасова: Оказавшись в ситуации, когда женщина не может найти достойную работу, она предполагает, что сделать в других странах это проще. Последние два с половиной года наша организация, совместно с Ассоциацией журналистов "Аксинья" в Новочеркасске, занимается профилактикой секс-трафика из Ростовской области.

За это время на телефонную "горячую линию" поступило более тысячи звонков. Когда женщины собираются уезжать за границу или вернулись оттуда, или собираются замуж за иностранца, то есть женщины, которые любым образом пытаются выехать за границу.

Григорий Бочкарев: В ростовской "Афине" видят свою главную миссию в информировании, то есть предупреждении возможных трагедий. Сейчас члены организации готовят к изданию брошюру, которая так и называется: "Секс-трафик". Она будет бесплатно распространяться среди так называемых групп риска - молодых, незамужних, не имеющих достойной работы женщин.

Кристина Горелик: Три главные проблемы, с которыми сталкиваются сегодня российские женщины, - это избиение мужем, сексуальное насилие и невозможность получить алименты с отца ребенка, считает писательница Мария Арбатова.

Мария Арбатова: Сегодня у нас три четвертых детей вырастает в неполных семьях. Как правило, неполные семьи - это мама и ребенок. То есть государство не защищает своих граждан, которые являются детьми, в разведенных семьях.

Вторая проблема - это бытовое насилие. До сих пор в России от домашних избиений погибает примерно 14 тысяч женщин. Это сведения МВД России и эта цифра, что самое страшное, с тех пор, как ее начали публиковать с началом перестройки, она не уменьшается. Потому что в России нет убежищ, нет социальных программ, связанных с построением кризисных центров, нет самой по себе практики борьбы общества с мужским насилием. Россия живет еще в патриархальном мифе, который называется "бьет - значит любит". Даже в Москве, по опросам, каждая вторая женщина хотя бы однажды была жертвой насилия физического в собственном доме.

К сожалению, патриархальные стереотипы, они командуют и в семье, и в обществе, и в государстве. Вопрос в том, что правозащитники должны ежедневно, ежечасно говорить, что с человеком можно делать, что с человеком делать нельзя.

Такая же точно проблема у нас в ситуации с сексуальным насилием. У нас на тестах практически все женщины дают картину о том, что хоть однажды в жизни была попытка изнасилования, необязательно доведенная до конца или нет. И если у одной ее не было, значит, у другой их было четыре. То есть это размазывается абсолютно по обществу. И трагедия в том, что только 2 процента дел этих доводится до суда. Почему? Потому что наше судопроизводство устроено так в этом вопросе, что оно защищает по сути дела насильника от жертвы. Когда женщина приходит после изнасилования, она находится в состоянии посттравматического стресса. Напротив нее садится милиционер, который говорит, "у самой юбка короткая, опиши, какой номер машины". Она ничего не может помнить. В этот момент ей говорят, "ну и пошла, до свидания". Но если даже дело открыто, то без патронажа психолога ей приходиться в течение десяти раз рассказать в ситуации судопроизводства травмирующую историю. Поэтому есть ужасная статистика, что среди несовершеннолетних изнасилованных девочек 8 из 10 пытаются покончить с собой именно в ходе следствия, а не сразу после изнасилования. Потому что они не выдерживают психологической нагрузки.

Дальше они не гарантированы от того, что информация об этом не выплывет. И тогда насильник приходит и говорит ей: "За изнасилование мне дадут 10 лет (если это групповое, то 15), а если я тебя прибью, то мне дадут тот же самый срок", - и женщина забирает заявление. То есть понимаете, общество абсолютно не оборудовано для того, чтобы женщина была защищена от насилия в любой ситуации, как от сексуального насилия на работе, так и от бытового насилия дома или от сексуального насилия на улице.

Кристина Горелик: Защита прав женщин - одна из основных задач любой уважающей себя демократической партии. Но сегодня именно наступление на общие, конституционные права человека создали предпосылки к объединению демократической оппозиции. Об этом в рубрике Людмилы Алексеевой.

Людмила Алексеева: Проблемы объединения демократической оппозиции обсуждаются не один год. Долгое время речь шла главным образом об объединении "Союза правых сил" и "Яблока". Остальные партии в расчет не принимались. Однако СПС с "Яблоком" договориться ни разу не смогли, во всяком случае, в Москве. В некоторых регионах сотрудничество налаживалось, несмотря на нежелание руководства обеих партий его поддерживать. С осени прошлого года идея объединения оппозиционных сил стала приобретать все большую популярность, и речь пошла уже не об объединении СПС и "Яблока", но о защите попираемых федеральным центром конституционных прав самых разных оппозиционных сил, включая коммунистов, социал-демократов, анархистов, национал-большевиков. И в этих дискуссиях очень слышимо зазвучали голоса правозащитников, которые прежде подчеркнуто ни в каких политических акциях не участвовали. Совершенно понятно, почему правозащитники здесь обозначили свою позицию. Ведь речь идет не об отстаивании идеологических целей какой бы то ни было политической партии, а о защите конституционных прав граждан. То есть получается, что речь идет о широком объединении под лозунгами правозащитного движения, так это логично трактовать.

Правозащитное объединение "Коалиция за право выбора" заявило о своем намерении провести гражданский Конгресс для выработки условий самого широкого объединения в защиту наших гражданских прав. Собралось около 1,5 тысяч человек. Половину участников составляли активисты неполитических общественных организаций, в основном правозащитных, но не только. Были представители экологов, молодежных организаций, женских организаций, независимых профсоюзов, средств массовой информации.

Другую половину участников конгресса составили представители политических партий. Шире всего были представлены "Яблоко" и СПС, но были и представители коммунистов, партии "Наш выбор", недавно созданной Ириной Хакамадой, Партии солдатских матерей, Комитета-2008, в который входят сторонники разных демократических партий.

В декларации о совместных действиях участников Всероссийского гражданского Конгресса записано:

"Мы очень разные. У нас различные, иногда противоположные взгляды на историю России, на многие экономические, социальные и культурные вопросы. Но есть и то, что нас объединяет. Нас объединяет Конституция России, закрепившая основы государственного строя: народовластие, приоритет прав и свобод человека и гражданина, верховенство закона, многопартийность и разнообразие форм собственности, федерализм, разделение властей. Нас объединяет уверенность в том, что народ России имеет неотъемлемое право на прямые выборы властных органов и может самостоятельно и разумно распоряжаться своим выбором.

Нас объединяет неприятие политики, ведущей к уничтожению независимых СМИ, развалу эффективных экономических структур, замене правосудия государственной целесообразностью и произволом. Нас объединяет понимание того, что, даже захватив всю политическую власть и подавив оппозицию, кремлевская бюрократия не сможет решить проблемы, стоящие перед страной, - преодолеть бедность, победить терроризм, сохранить единство страны, обеспечить устойчивый и независящий от мировой конъюнктуры рост экономики".

Людмила Алексеева: Осознанная участниками Всероссийского гражданского конгресса необходимость совместных выступлений разных политических и общественных сил в защиту прав граждан подтвердилась очень скоро, уже в январе нынешнего года, когда начались выступления протеста против монетизации льгот. Рядовые граждане осуществили то, о чем различные политические партии только начали договариваться. Вот что пишет об этой ситуации в Санкт-Петербурге в "Новой газете" Борис Вишневский.

"Январская монетизация обернулась шквалом телефонных звонков в штаб-квартирах оппозиционных партий. Ветераны требовали и от "Яблока", и от коммунистов организовать их и вывести на митинги. Организовать не успели. Пока партии подавали заявки и придумывали лозунги, в городе начались стихийные акции протеста. А дальше различным организациям, поддерживавшим требования пенсионеров, уже пришлось договариваться и объединяться: ну не организовывать же, в самом деле, разные митинги в разных концах города с одними и теми же требованиями. Как бы отнесся к такой конкуренции народ? Понятно. Скорее всего, по достоинству оценил бы глупость партийных лидеров и послал бы их подальше".

Людмила Алексеева: Эти события подтолкнули к объединению, о котором лишь начали договариваться на Гражданском Конгрессе. В Санкт-Петербурге было создано Петербургское гражданское сопротивление, в котором задействованы все оппозиционные политические партии и неполитические организации. Требования, выдвинутые этим объединением, вышли далеко за пределы справедливых компенсаций для льготников. Петербургское гражданское сопротивление включило в свои требования:

"Прекращение наступления городской власти на малый бизнес. Пресечение милицейского произвола в отношении участников акций протеста. Отказ от политической цензуры на городском телевидении. Предоставление возможности обсуждать в прямом эфире важнейшие городские проблемы".

Людмила Алексеева: А, кроме того, вы только послушайте:

"Отставка президента и правительства, роспуск Государственной Думы, как не отвечающих интересам граждан".

Людмила Алексеева: По такому же сценарию, как в Петербурге, идет объединение оппозиционных сил в других городах, даже в Москве, в которой, как известно, льготы сохранены и поэтому на этой почве выступлений не было.

Все это, конечно, не означает создание единой партии, которая будет противостоять на будущих выборах в Думу "Единой России". Идеологические и политические разногласия между, скажем, коммунистами и яблочниками, нисколько не уменьшились, и они не собираются сливаться. Это не организационное, а тактическое объединение, для отстаивания общей цели - остановить наступление власти на права граждан.

Нечто подобное уже случалось у нас в 1989-1990 годах, когда отмену 6-й статьи Конституции о руководящей роли КПСС граждане требовали, объединившись в народные фронты, в которые входили и демократы, и умеренные коммунисты, и социал-демократы, и анархисты, и стачечные комитеты шахтеров, и правозащитники. Потом все разбежались по своим углам и даже стали враждовать между собой, но не будь этого совместного натиска, устояла бы тогда старушка КПСС. И сегодняшняя ситуация требует общего натиска. Тот же Борис Вишневский пишет в "Новой газете":

"Сегодня водораздел проходит не между демократами и коммунистами, не между правыми и левыми, либералами и консерваторами, он проходит между серыми, олицетворяющими правящую номенклатуру, и всеми остальными цветами политической иерархии".

Людмила Алексеева: Конечно, совместные усилия нужны не только для организации митингов. Сформированный на Гражданском Конгрессе комитет действий уже ведет несколько проектов в защиту прав граждан, имеющих принципиальное значение. Эти проекты осуществляют разные неполитические организации с поддержкой политических партий. Вот один из этих проектов - группа быстрого реагирования на особо возмутительное нарушение прав человека в разных регионах Российской Федерации.

Речь идет о том, чтобы в случае такой ситуации участники этой группы оперативно оказывались на месте событий и, убедившись в необходимости вмешательства для восстановления нарушенных прав граждан, могли бы немедленно придать эти события гласности и обеспечить помощь гражданам в восстановлении их прав.

Одновременно на другой переговорной площадке, в Комитете-2008, идут интенсивные переговоры по сближению позиций "Яблока" и СПС о создании объединенной демократической партии. Эти переговоры еще не подошли к стадии завершения, но они сдвинулись с мертвой точки. Вот, что пишет об этих переговорах Евгений Киселев в газете "Московские новости":

"Теперь практически нет споров по нескольким ключевым вопросам. Надо ли сохранять старые названия партий? Нет. Старые бренды не работают, как бы дороги они не были в памяти.

Нужны ли новые лозунги? Безусловно. Особенно позитивного свойства. Не о том, против чего выступает оппозиция, но о том, что она хочет создать взамен.

Нужны ли новые лица в объединенной оппозиции? И даже на эту болезненную, деликатную тему нет особых разногласий. Старые лица и фигуры вызывают отторжение. Они должны отойти на второй план".

Людмила Алексеева: В общем, не было бы счастья, так несчастье помогло. Широкое наступление на конституционные права граждан, проводимое федеральной властью, вызвало ответную волну в защиту этих прав, всколыхнувшую и народ, и оппозицию - политическую и неполитическую.

Кристина Горелик: Возвращаясь к главной теме сегодняшней программы - проблемам российских женщин - хочется сказать пару слов в защиту 8 Марта.

Конечно, можно морщиться, вспоминая социалистическую подоплеку праздника, можно говорить о том, что женщин следует любить не только один день в году и уж тем более не меньше, чем бывших вождей пролетариата, но праздновать нужно. Петр Вайль согласился и написал эссе о нелегкой женской доле, долгих праздниках и тяжелых последствиях.

Петр Вайль: Считается, что уровень развития современного общества определяется количеством досуга и активностью его проведения. Если так, то Россия - в авангарде планеты. Праздников много, их все больше: чего стоит возникшая в нынешнем году пьяная новогодняя цепочка из десяти дней. Прежние советские праздники разве что переименованы, к ним добавились возвращенные церковные и новозаимствованные западные. Валентинов день неудачно пришелся между катастрофически опустошительными новогодними гуляниями и традиционно расходным 8 Марта. Но, скрепя сердце и заняв денег, праздновать Женский день надо.

Русский Интернет переполнен вариантами тостов, поздравительных открыток, шуток и анекдотов к 8 Марта. Стихи впечатляющие:

Быть мужу воздухом весенним,
Не знать нужды, не знать лишений.
Быть незабудкой средь друзей,
Быть солнцем летним для детей.

Обратим внимание: функция женщины служебная - выступать помощницей и украшением. На соседнем сайте - анекдот: "Мужчина в ресторане говорит женщине: "Выпивка вас очень красит". "Но я ж еще не пила". "Зато я уже выпил".

При всем внешнем различии текстов, они, по сути, одинаковы - понятно, кто главный в компании, в семье, в обществе, в стране. Поглядеть хоть на президента и первую леди, всегда идущую на два шага позади, когда ее вообще берут. В России давно есть шутка о 8 Марта: если это женский день, то остальные 364 в году - мужские.

Времена меняются, но о сохранении неравновесия между полами (теперь бы сказали красиво - "гендерного дисбаланса"), ярко свидетельствуют общепринятые насмешки над западной политкорректностью, а уж особенно над феминистками. Смеяться над этим в России хороший тон, хотя основы феминизма, который еще так не назывался, первыми заложили как раз российские женщины в конце XIX века. С тех пор движение шло неуклонно назад, и настоящее 8 Марта в России - еще нескоро.

Кристина Горелик: На этом мы завершаем программу "Дорога Свободы". Всего вам доброго.

XS
SM
MD
LG