Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

<a href="/programs/desc_russia.asp#letters">Ваши письма</a>


[ Радио Свобода: Программы: Россия ]
[09-05-05]

ВедущийАнатолий Стреляный


"Моё письмо - о русском фашизме, - пишет инвалид войны Сергей Николаевич Смирнов из Петербурга. - Мне стыдно, что к шестидесятилетию Победы наши фашисты стали большой силой. И ведь вы это знаете. "Скинхедов" собирают в так называемый Русский клуб на Аэродромной улице, 4, где им дают указания бить иноверцев, китайцев, кавказцев, евреев. Фашисты собираются также в Парке Победы. Тут раздаются гитлеровские книги, известные фашистские газеты. Обидно и стыдно нам, ветеранам, сознавать, что у нас в России, при полном попустительстве и даже опеке со стороны власти, пышным цветом расцвёл русский фашизм. Я не скрою, что виню и Путина. Ведь не может же он не знать, что делается в стране. Ведь не может же он не видеть, что в Государственную думу прошла и набирает всё большую силу самая крупная из русских фашистских партий. Она пока маскируется, но так, чтобы её узнавали. И её, Анатолий Иванович, узнают. Путин её пытается использовать в своих целях, но задумывается ли он, что она сделает с ним, когда придёт к власти?"

К сожалению, автор этого письма сильно преувеличивает, когда говорит: "Нам, ветеранам, обидно и стыдно, что русский фашизм расцвёл пышным цветом". Правда состоит в том, что обидно и стыдно немногим, очень немногим ветеранам всех войн. По-настоящему обидно и стыдно не очень многим и в других слоях населения. Большинству людей, не равнодушных к общественным делам, обидно и стыдно за другое: за то, что их страна утратила то, что они считают величием. На этом чувстве и расцветает фашизм. Это его обычная почва. Не все забыли, не все хотят забыть, что танков в Советском Союзе, как пишет один их них, было больше, чем во всех остальных странах мира вместе взятых, - и как они гордились этим.

Письмо из Троицка: "Я не пророк и не предсказатель, но и мне ясно, что добром в России не кончится. Быть "берёзовой революции", Анатолий Иванович! Да и как ей не быть, когда над Россией издевается трёхкратно увеличившееся по сравнению с периодом Советского Союза чиновничество. Из-за него и рухнет существующий режим. По моему личному мнению, в России правительства нет, а есть временщики и враги народа".

"Уважаемый Анатолий Иванович! - читаю следующее письмо. - Не буду описывать, как я поражена цинизмом нашей власти, а особенно руководителей думы и совета федерации (хоть здесь этих придурков напишу с маленькой буквы). Покажу это на одном примере, о котором ни одна живая душа в России почему-то не говорит. Мы давно уже платим налог на недвижимость, то есть, на приватизированные квартиры. В этой собственности есть и доли несовершеннолетних. Продать такую квартиру без участия органов опеки нельзя - они защищают права детей. Но налог на недвижимость с семи-восьмилетних, как у меня, брать можно! Теперь, когда налог будет начисляться с рыночной стоимости квартиры, где же малышам взять такие деньги? Всё обучение стало платным, в школах ничему не учат, программы сокращают. Что ни возьми, притесняют, обкрадывают даже тех, у кого взять нечего. Читала как-то мемуары декабриста Лунина. Запомнила его слова: "Если народ молчит, это не значит, что он ни о чём не думает". А молчит он у нас до поры, и по всему видно, скоро эта пора придёт. Благодарю, Анатолий Иванович, что вы озвучиваете наши письма. Пусть они послушают, что мы о них думаем и ещё больше - знаем. Валентина Ивановна. Москва".

Невесело мне получать такие письма, как ваше, Валентина Ивановна, и предыдущее. К счастью, знаете вы о тех, кого называете придурками, мало. Если бы знали больше, то "пора" уже пришла бы, отчего первыми пострадали бы вы, простые люди. "Пора", которую приближает такой гнев - это бунт. В нынешней России бунтарским зарядом могут воспользоваться только крикуны. Для тех, кто привык к исконному русскому слову "популизм", скажу, что под "крикунами" имею в виду популистов. Я получил ваше письмо на Пасху, и может быть, поэтому подумал о Том, Кто лучше всех знал, что такое народная ненависть к власти - о Христе. Не случайно он решился объявить, что всякая власть - от Бога. Так он надеялся хоть некоторых из человеков удержать от самой большой из глупостей, на какие они способны.

Из Петербурга пишет господин Иванов: "Вы знаете, по мировому статусу я должен быть очень обеспеченным человеком. Я врач с восемнадцатилетним стажем. Но какие-то сволочи, мы их знаем, устроили мир по типу лагеря, где есть воровской кагал разбойничьих стран, и есть страны-изгои, которым место у параши. Мировой воровской кагал отвёл России место у параши, и даже врачи стали нищими. Если бы сейчас был социализм, у меня была бы квартира и машина, дача, мы жили бы замечательно".

Не жили бы вы, господин Иванов, замечательно. Как показал тот же брежневский опыт, невозможно иметь больше танков, чем остальной мир (и атомных подводных лодок, каждая из которых - большой непостроенный город) - и жить не то что замечательно, а хотя бы есть собственный хлеб - не закупаться у американцев во избежание голода.

"Но мы всегда оказываемся в сфере американских интересов, - продолжает Иванов. - Нужно было им сломать зубы где-нибудь в 1975-1978 годах, когда я служил в армии. Мир был бы намного лучше".

Как видим, доктор уверен, что мир не только не был бы взорван, а стал бы намного лучше. Вторая половина семидесятых - как раз те годы, когда эта мысль потихоньку внедрялась в головы рядового и младшего командного состава Советской Армии. Иванов, судя по всему, был отличником боевой, а главное - политической подготовки. И в те же годы Советский Союз окончательно перешёл на американское хлебное довольствие.

"Они, - пишет Иванов об американцах, - пригрели кучку негодяев в нашей стране, и мы, русские, в своей стране стали изгоями. Я не за социализм 20-30-50-х годов, когда те же кагановичи со сталиными мочили миллионы русских крестьян, интеллигенцию, и по плану Троцкого довели русский народ до животного состояния. Я за социализм Брежнева. Я учился при нём в ГПТУ. Отличные общежития, обмундирование, нас кормили три раза в день так, как сейчас и не снится. Ублюдки ликвидировали ГПТУ, и сотни тысяч ребят не могут получить профессию, им предлагают улицу и наркотики. Был Иуда, вы знаете, чем всё кончилось, поэтому иудам в нашей стране вместо миллиардов долларов нужно предоставить осину. Мы будем молиться, чтобы Господь всё расставил на свои места. Первые станут последними. В США снова будут очереди за миской супа".

Доктор Иванов из Петербурга, как видим, никак не решит, что ему нужнее: дача и машина в брежневском социализме третьего тысячелетия или чтобы американцы стояли в очередях за супом. Он знать не хочет, что брежневский социализм, повторю, невозможен без американского хлеба. И то - до тех пор, пока есть за что его покупать - пока не подешевеет нефть. Я меньше всего хочу насмехаться над этим человеком. Говорю резко только для большей ясности. Мне кажется, он не сразу остановился на американцах, когда задумался, кто же виноват, что он получает не столько, сколько платят своим врачам они. Ожесточение нарастало по мере того, как таяла надежда. Для человека, который ценит себя очень высоко, нет ничего хуже, как потерять надежду. Ожесточение оказывается беспредельным, рассудок скукоживается до обслуживания кулаков. Такие и становятся добычей фашизма.

Вот ещё один пишет, тоже из Петербурга, и тоже из той толпы, что собирается там в Парке Победы вокруг продавцов фашистской литературы:

"Ну, здравствуй, Анатолий Иванович! Я слушаю иногда твою передачу. Ничего передачка, конечно, - немножко отличается от "Радио России" и "Маяка". Но всё это фигня, ваши передачи. Тёмный ты, и говоришь печально. Наверное, оттого, что тёмный. Ты нарушаешь мои права как славянина. Ты пропагандируешь интернационализм - чем ты лучше коммунистов? Вот я хочу жить среди своего славянского этноса, вот мне просто нравится так, и я этого хочу страстно. А ты мне суёшь азиатов, кавказцев, негров и т.д. Ты хоть древнюю мифологию читал? А я вот читал. Причём, всю, от египетской до кельтской. В кельтской так и повествуется, что когда-то существовала единая Арийская держава, от Ирландии до Индии. Ещё никаких евреев не было на шарике и в помине. Не учите нас жить, не обкрадывайте нас, не обманывайте - мы сами знаем, что нам нужно!"

Хорошо сказал этот человек: "Тёмный ты, и говоришь печально". Прямо как герой Андрея Платонова. Даже чуток жалко, что фашист, а так хорошо "прибирает словцо". "Прибирает словцо" - это из Гоголя. Сам ты не светлее, скажу ему. Прочитал, пишешь и то, и это, а не знаешь, чудак, что едва ли не большинство славян отнюдь не горят желанием признать в тебе своего, и потому как раз, светлая твоя голова, что уж больно страстно ты "базаришь" про свои "права славянина". Поляки, чехи, словаки, украинцы, южные славяне - все они очень хорошо знают, что стоит за этим "базаром" - твоим и твоих братьев по разуму в минувших столетиях. Кто заявляет свои "права славянина", тот просто хочет господствовать над мировым славянством (сначала его собрав, согнав под один колпак). Было время, так прямо и говорили: да будет славянский мир одно целое под нашим водительством.

Вернусь, пожалуй, к доктору Иванову. Очень уж интересная картина получилась, когда он как скорлупу ореха раскрыл перед нами свою голову, и стало видно, что там делается. Каждое колёсико вращается отдельно. В одном закоулке мозга варится мысль, что во всём виноваты американцы, в другом - евреи, "мировой кагал". В одном закоулке затвердевает уверенность, что этот "кагал" терзал Россию всегда, в другом - что взялся за неё только после Брежнева. Хотя и это не совсем так. До Брежнева тоже терзал - при Троцком, Кагановиче и Сталине. При Троцком, Кагановиче и Сталине - их руками - терзал, да так, что русский народ впал в животное состояние, при Брежневе - перестал, и русский народ тут же вышел из животного состояния, потом - опять. И тут же выясняется, что не столько на Россию ополчились, сколько на брежневский социализм, ублюдки! Только для одной мысли нет местечка в этой голове, для одного вопроса. Где кто видел вора, который больше всех работает? Я говорю об Америке, которую наш доктор поместил в центр "мирового воровского кагала", о Соединённых Штатах Америки, где, согласно статистике, все, кто работает - работает больше всех в мире (и больше всех вырабатывает): от токаря и скотника до учёного и артиста.

Из Мариуполя прислал письмо господин Хандельды: "Хочу вам сказать, что если Запад и российские дерьмократы видят в украинском оранжевом цвете демократию, то половина Украины ощущает, что это оранжевая чума с националистическим душком. Как иначе сказать о многотысячной толпе, которая бесчинствует на площадях Киева? Да, толпа, руководимая хорошо подготовленными "нашистами", чётко выполняла их указания о блокировании работы госучреждений, из-за чего страна выведена из стабильного состояния, что повлияло на экономику. Но толпа, она и есть толпа, загадив площади и учреждения, где она находилась. А народ в это время работал на заводах, фабриках, шахтах, фермах сельхозпредприятий, чтобы экономика не была разрушена и не вернулось начало девяностых годов".

Напраслину написали, господин Хандельды. Самое печальное в том, что если бы я сам, своими глазами, не видел её, киевскую толпу, на Майдане Незалежности, не ощущал её своими плечами, не любовался спокойными, весело миролюбивыми людьми, не видел, как они хлопотали, чтобы оставить после себя чистоту, если бы я точно не знал, что в дни "оранжевой революции" преступность в Киеве резко упала, и куда-то делось хулиганство, а заодно и простуженных стало меньше - я бы мог вам поверить. Я подумал бы: человек пишет с места событий, пусть не из самого Киева, но Мариуполь - тоже Украина. Всё дело в слове "толпа". Слышишь "толпа" - и ничего хорошего не ждёшь. И обычно бываешь прав. Толпа всегда и везде умеет превзойти худшие ожидания. Но вот приходится сказать: ПОЧТИ всегда, ПОЧТИ везде. Майдан в Украине был с первой минуты выше, чище, умнее своих вождей. Так это и сейчас. И как бы ни опростоволосились вожди, как бы низко ни пали, они задним числом не бросят тени на Майдан - во всяком случае, в моих глазах он останется таким, каким я его видел. А сидел бы в те дни в Мариуполе - и кто знает, с кем бы в моём лице имел сегодня дело слушатель радио "Свобода". С "теоретиком" из Мариуполя.

Пишет Дмитрий Воробьёвский из Воронежа, он там человек известный, давно докучает властям - издаёт крошечную, но зубастую газету под названием "Крамола". "1 марта сего года вы упомянули в своей передаче о письмах насчёт некоего "самарского декрета" 1918 года. Вы вроде бы согласились с выводом, что в реальности такого декрета, изданного Самарским губернским советом народных комиссаров, не было, а сочинили его в том же году некие продвинутые самарские комсомольцы в порядке насмешки над обывателями, которые верили тогдашней антисоветской пропаганде. В той пропаганде важное место занимало "общее одеяло", под которое коммунисты собирались, мол, уложить всё население. Не знаю, идёт ли речь о разных декретах, или просто перепутали города, но почти десять лет назад в России был опубликован аналогичный саратовский документ, причём никакими шутками он не пахнет, поскольку обнаружен был в одном из архивных уголовных дел. Прилагаю 5-й номер нашей "Крамолы", где перепечатан и этот декрет, и пояснения к нему".

Спасибо, Дмитрий. Я уже запутался с этим декретом, и всё недосуг разобраться самому. В первом письме, к которому он был приложен, говорилось, что документ подлинный. Потом мне написал один молодой коммунист из Сум, что то была шутка комсомольцев - то ли саратовских, то ли самарских, я не знаю, кто из нас перепутал, Может быть, и я невнимательно прочитал: Ваше "пояснение" к этому декрету более чем убедительно для всякого, кто считает - и совершенно, на мой, взгляд, правильно - истиной в последней инстанции слово большого художника. Таким художником был Андрей Платонов. Второй раз сегодня его упоминаю. В качестве "пояснения" вы взяли высказывание одного из его бессмертных героев: "У нас супруг нету: одни сподвижницы остались". Я уж не говорю о лозунге "Долой стыд", под которым оба пола снаряжались в "светлое будущее" (до него, по прикидкам Ленина, оставалось, считая с восемнадцатого года, десять лет). Саратовским декретом отменялось "частное владение женщинами". В нём двенадцать пунктов. В шестом, например, сказано: "Каждый мужчина, желающий воспользоваться экземпляром народного достояния, должен представить от рабоче-заводского комитета или профессионального союза удостоверение о принадлежности своей к трудовому классу". Выписку из архивного уголовного дела сделал ведущий специалист Орловской областной комиссии по реабилитации Краюхин. Надо будет всё-таки узнать, что это было за дело.

Раз уж мы вспомнили об Андрее Платонове: Вот письмо, о котором можно сказать, что оно прислано одним из его героев, доживших до наших дней: "Загадка царской птички или путь выхода из нищеты, страданий и терроризма в России. Уважаемая редакция радио "Свобода"! Письмо моё - плод многолетних размышлений - написано на машинке, прислан первый экземпляр, - попытка осмыслить и развить знаки судьбы и событий, происходящих в мире. Я уверен, что моё открытие есть нить входа в разгадку смысла, зашифрованного в Библии. Моё открытие заключается в слове Поток. Практически все процессы в мире описываются двумя потоками: Зла и Добра. Все страны мира попадают в один из этих потоков".

Вам это ничего не напоминает, уважаемые слушатели? Мне это напоминает соображение доктора Иванова из Петербурга о том, что существует "мировой кагал воровских стран" и стран, в числе их и Россия, которым отведено этим "кагалом" место у параши. Всё дело, по мнению платоновского долгожителя, в "царской птичке" - в двуглавом гербе России. Это она, хитрая птичка, виновата, что - читаю - "начиная от Ивана Грозного и кончая Владимиром Путиным, хоть расшибись, никто не пошевельнул пальцем, чтобы двинуться по течению, а не разбивать голову о камни против течения".

Это пишет не самый здоровый из русаков - соглашусь с теми, кто так скажет. Но как быть тогда с доктором Ивановым или с Владимиром Путиным и его главным пропагандистом Сурковым (зрительно - почти Сусловым)? По какому ведомству пустить их высказывания о силах, которые норовят отрывать от России кусок за куском, и вообще?

Из Калининградской области пишет Юрий Шатохин: "В своём выступлении по телевидению президент Путин, объясняя причину отмены льгот, сказал, что за время правления Ельцина льготниками стали больше половины населения, а депутат Слизка потом уточнила: две трети. Если я по всем тарифам платил за себя, да ещё за двух льготников, то такие льготы абсурдны, и правильно сделали, что их отменили, тем более, что они ещё и противоречили сразу трём статьям конституции. Так-то оно так, но за этим справедливым решением должны следовать другие действия по восстановлению справедливости: упорядочение всех тарифов, то есть, уменьшение их в три раза. Ведь теперь платить будут все. Цепляться за льготы - это анахронизм. Анатолий Иванович, почему бы авторитетным, умным политикам, таким, как Болдырев, не организовать сбор подписей за упорядочение тарифов? Думаю, больших проблем не будет: льготы уже отменены, а за аргументированный пересмотр тарифов подпишутся и старые, и молодые, и бедные, и богатые, и коммунисты, и либералы. Дело правое, дело справедливое!"

По-моему, вы правы, Юрий, за приятные или "справедливые", что одно и то же, тарифы подпишутся все в России. Всё ещё все. Не появился ещё на свет человек, который восстал бы против тройного снижения. И это самое печальное, потому что приятные, "справедливые" тарифы, цены и расценки могут быть только рукотворными - не от Бога, а от людей с их гордыней и аппетитом. А рукотворные тарифы, цены и расценки ведут к нищете, к разрухе, из которой Россия никак не выберется, и как раз потому никак не выберется, что всё ещё слишком много в ней рукотворных тарифов, цен и расценок, вообще - всего рукотворного там, где ничего не должно быть рукотворного, где должна царить стихия, творческая стихия, которую так не любит "регулярное", патриархально-бюрократическое сознание, не знавшее свободы.

"Там дела неважны, лишь места продажны, - читаю в следующем письме. - Все почти министры на руку не чисты. Главный их правитель - первый плут, грабитель. Но царёв любимец - этот лихоимец. Вот дела какие в матушке-России! Вот какого рода наш отец народа". Это стишок неизвестного автора. Одна тысяча восемьсот пятидесятый год. Россия только что управилась с очередной революцией на Западе, крепостное состояние её кажется незыблемым, но на подходе - Крымская война, Севастопольская страда, поражение, которое положит конец царствованию Николая Первого и откроет путь к демократическим реформам, которые, впрочем, скоро захлебнутся. Слушатель, из чьего письма я взял этот стишок, кое-что добавляет от себя. Ему не нравится, что Россия, как он думает, склонна прощать долги иностранцам. "Прощение иностранных долгов, - пишет он, - это антиславянская деятельность". Ссылается на Писание, на Второзаконие, в котором сказано: "С иноземца взыскивай, а что будет у брата твоего, прости". Я так понимаю, господин Селезнёв (это автор письма), что в число тех, кому надо простить долги, вы включаете и украинцев с поляками, и чехов со словаками, и болгар, и сербов - в общем, всех, кого всё ещё кому-то мечтается слить в одно славянское море. Надо лаской их брать, великодушием - ходит такое мнение по кремлёвским коридорам после Оранжевой революции.

"Дорогой человек! - так обращается ко мне автор последнего на сегодня письма, из которого прочитаю только начало. - В детстве я с родителями находился в советском концлагере. Когда мне исполнилось четыре года жизни, меня перевели в мужскую половину лагеря. Там, по милости Его, мне открылся Вечный Бог. Он в сновидениях показывал мне, кого и как будут расстреливать, а я открывал это арестантам. Я открывал людям свои сны, кого будут расстреливать, а они не верили. А их расстреливали. Через год меня отправили в детский дом, и там я узнал, что моя мать лишена родительских прав, потому что она питает враждебность к социалистическому строю. По милости Господа, мы не исчезли, ибо милосердие Его не истощилось. Молись Ему, и Он приведёт тебя в Евангельскую церковь".

Да, это слог протестанта. Православные пишут иначе.

XS
SM
MD
LG