Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

<a href="/programs/desc_russia.asp#letters">Ваши письма</a>


[ Радио Свобода: Программы: Россия ]
[18-07-05]

ВедущийАнатолий Стреляный


Письмо из электронной почты: "Пользуясь случаем, вы в последней своей передаче привели нам довольно давнюю общеизвестную идею, как улучшить наши дела и порядки: просвещение, учение - свет, а неучение - тьма. В связи с этим я подумал: почему бы радиостанции "Свобода" не просветить русский народ, объяснив ему, наконец, что такое есть эта самая свобода? Я не шучу, Анатолий Иванович. Это ведь вещь далеко не очевидная и не простая. Настолько непростая, что за толковое освещение этого вопроса Нобелевские премии выдают - я имею в виду, конечно, Фридриха фон Хайека. Есть и другие теоретики либерализма. Вам они наверняка известны лучше, чем мне. Что касается фон Хайека, то за последнее время его имя на "Свободе" было внятно упомянуто лишь раз - в передаче с сыном Антонова-Овсеенко. На мой взгляд, это все равно, как если бы газета "Правда" не упоминала Карла Маркса. Для порядка я сделал поиск по всему электронному архиву "Свободы". Выяснилось, что философ упоминался два раза, зато около десятка раз - некая певица с той же фамилией. Вот вам и всё учение, которое, как вы нам напомнили, - свет. История показывает, что единственная реальная преграда на пути анархии и дикости - осведомленность народа. В том числе, и по философии и истории либерализма (то есть, учения о свободе). Почему бы не потратить часть денег американских налогоплательщиков на возведение этой преграды? Как сказал один неглупый человек (фамилию забыл): нет ничего практичнее хорошей теории. С пожеланием дальнейших успехов, СК". Спасибо за письмо, дорогой СК! Это высказывание принадлежит кому-то из крупных физиков - по-моему, Больцману, австрийцу. Австрийцами были и Хайек, и его учитель и соперник Мизес. Вы не можете себе представить газету "Правда", не упоминающую Карла Маркса. Она его в последние два десятка советских лет и не упоминала. Почти не упоминала. И Хайек, и Мизес были великими австрийцами и великими либералами, а в самой Австрии либеральная партия не удержалась в парламенте и выпала из политической жизни. А хорошая была партия, и возглавляла её большая умница Хайди Шмидт. В либеральном движении вообще много женщин, так что я одно время носился с теорией, что умная женщина всегда умнее умного мужчины и что как раз ей суждено поставить либерализм выше всех "измов". Учение, конечно, свет, и наука сокращает нам опыты быстротекущей жизни, но не все спешат учиться; большинство людей и человечество в целом учится бессознательно, набивая шишки. Либерализм говорит нам правду, а правды мы не любим. Мне как-то пришлось попасть в среду австрийских учителей. Было их человек двадцать. Никто не знал ни кто такой Хайек, ни кто такой Мизес. Это ваши великие соотечественники, сказал я, - они призывали не сковывать бизнес и не развращать бедных подачками. В ответ учителя рассказали мне много интересного про человеколюбие, про солидарность, про то, что "делиться надо". Либерализм сильно смущает таких прекрасных людей. Он им говорит: вы, конечно, можете заставить богатого делиться сколь угодно щедро, но это будет в ущерб производству. Либерализм ни в грош не ставит их человеколюбие. Он говорит им: если бы вы любили факты так же горячо, как бедняков, вы бы знали, что благосостояние в мире создаётся не распределением, а накоплением. Бедность существует не оттого, что существует богатство. Заботиться надо не о том, чтобы было меньше бедных, а о том, чтобы было больше богатых. Бедность может быть побеждена только просвещением, свободой и... богатством!

На просвещение, и в связи с этим - на радио "Свобода" - уповает и автор следующего письма. Оно из Белоруссии.

"К сожалению, Анатолий Иванович, есть множество людей, готовых вас застрелить. Контингент такой публики можно значительно сократить, если довести до их сведения некоторые исторические факты. Такие, как, например, тот факт, что национальное имя белорусов - литва, литвины. Это имя употреблялось от тринадцатого века до конца девятнадцатого. Что же произошло потом? Откуда взялось название "белорусы"? Вот вам отрывок из манифеста Екатерины Второй в переводе с литовского на русский. Этот манифест был выпущен в 1796 году в связи с насильственным присоединением к России земель Великого княжества Литовского. "Отныне, - наказывает Екатерина, - Великое княжество Литовское, Русское и Жамойтское именовать только Белой Русью, а народ её белорусами, чем на века привяжем её до России". Позже сообразили, для более крепкой и обоснованной привязки, объявить белорусов единокровными русским, а их язык - испорченным русским, хотя язык литвинов по отношению к языку русских - типичная "лингва франка". К чему я это рассказываю? - продолжает автор. - Посмотрите на нынешний политический режим в Белоруссии. Что он делает? Он рьяно выполняет завещание Екатерины, вытравляя на подвластной ему территории всё национальное".

К этим словам автора письма можно добавить, что искоренение национального происходит (или уже завершается?) под рукоплескание народного большинства, которое понятия не имеет, что было когда-то. "Лингва франка" значит язык-посредник, смешанный язык межнационального общения. Всё-таки поразительно, как долго продержалась эта "лингва франка". Двести лет прошло, а всё ещё по крайней мере миллион потомков литвинов считает её родной и не спешит окончательно русифицироваться. Манифест Екатерины 1796 года автор письма называет завещанием, наверное, потому, что в том же году она скончалась.

Следующее письмо служит продолжением предыдущего: "Здравствуйте, Анатолий Иванович! Я - ваш давний и постоянный слушатель Лисовин Михаил из Ставрополя. В связи с передачей "Ваши письма" мне пришло на ум следующее, на мой взгляд, удачное сравнение. В природе существуют собаки и волки как один биологический вид. Они прекрасно скрещиваются между собой. Но по складу мышления (насколько это применимо к животным) отличаются, как западники и "совки". Волк никогда не променяет свободу на сытную еду и тёплую будку, даже если он немощный и больной. Он всегда оправдывает известную поговорку: "Сколько волка ни корми, он в лес смотрит". А собака, оказавшись без хозяина и вдали от человеческого жилья, почти всегда обречена на гибель, поскольку не приучена ни логово себе сделать, ни пищу добыть, ни постоять за себя самостоятельно. Жалко, что человеческий материал представлен процентов на восемьдесят "собаками". При социализме в чести такие понятия, как верность, преданность Родине (читай: текущему правительству), а законы капитализма не зря называют волчьими. Что до меня, то я лучше подохну под забором свободным человеком, чем буду сыт, в тёплой будке, но с ошейником! Это всё на генном уровне заложено в каждом, как мне думается. С уважением Михаил".

Спасибо за письмо, Михаил. Вы сказали про восемьдесят процентов, а социологи называют цифру "семьдесят пять": любой коллектив на семьдесят пять процентов состоит из приспособленцев - из "собак" по-вашему. Но не стоит, наверное, жалеть об этом. Когда из коллектива убирают "волков", то их место тут же автоматически заполняется оставшимися "собаками". Эти "собаки" сразу становятся "волками". Соотношение восстанавливается: семьдесят пять "собак" на двадцать пять "волков". Таков, стало быть, закон существования коллектива. Семьдесят пять на двадцать пять. Спокойное большинство обеспечивает необходимую устойчивость коллектива, а беспокойное меньшинство не позволяет ему костенеть.

"Здравствуйте, Анатолий Иванович! Вам один слушатель написал, что нельзя навязывать людям коммунизм, фашизм, демократию. Частично соглашусь, коммунизм с фашизмом навязывать нельзя, потому что это к плохому приводит. А демократию навязывать нужно, потому что при демократии народ живет хорошо и свободно. Поэтому цветные революции, а также война Америки с Ираком - это огромная польза. А кто ругает демократию - это как старуха Шапокляк говорила: "Хорошими делами прославиться нельзя-с!".

"Я литовец. Прочёл вашу передачу в Интернете. Даже удивительно, как долго не сходит с уст тема Прибалтики, как болезненно воспринимают в России нашу свободу. К этому случаю я вспомнил маленький анекдотик. Вполне может быть, что он не первой свежести, но я его впервые услышал в начале мая 2005-го. Учительница, рассказав о Второй мировой войне, проверяет, как дети усвоили урок:

- Ну, детки, теперь скажите, кто во Второй мировой войне были хорошие?

- Русские!

- А почему?

- Потому что они нас освободили!

- А кто были плохие?

- Немцы!

- Почему?

- Потому, что они нас не освободили!

Искренне ваш Римантас".

Спасибо за письмо, Римантас. Конечно, слушать такие анекдоты обидно не только дожившему до наших дней тыловику или "смершевцу", который теперь уверен, что бросался на амбразуру. Слушать такие анекдоты обидно и настоящему окопнику. Но такова уж их судьба, таковы пути истории. Вас удивляет, как болезненно воспринимают в России вашу свободу. Мне кажется, это от уныния и зависти. Людям тяжело сознавать, что годы идут, а у них как не было, так и нет своей свободы. А через дорогу - чужая, как-то незаметно вылупилась и - оглянуться не успели - созрела. Глаза б на неё не смотрели! Потому что близок плод, да не дотянешься.

"Прошу вас, - пишет господин Коновалов из Москвы, - не обращать внимания на то, что показывают российские СМИ. Я неоднократно обсуждал эту тему со знакомыми. Это разные люди: и простые работяги, и с высшим образованием. Все уверены, что Америка на международной арене действует правильно. Но все считают, что действовать нужно более твёрдо, жёстко, решительно и не втягиваться во всевозможные обсуждения правомерности этих действий".

Пишет неизвестный; человек, как сейчас увидите, философского склада, обстоятельный: "То, что соглашениями в Хасавьюрте десять лет назад Чечне была предоставлена фактическая независимость, говорит доказательно о том, что независимость Чечни изначально не была делом принципиально недопустимым, но наоборот, независимость Чечни с самого начала была делом и допустимым, и возможным, и даже более того - делом необходимым, потому что справедливость требует, чтобы всякая нация имела собственную государственность. И если мне возразят, что реалии этого мира делают это делом невозможным, то это вовсе не будет означать, что все реалии этого мира соответствуют правде, что неправда на деле означает правду. Нет. Правда и реалии этого мира не есть одно и то же. Это - вещи разные. Даже с учётом того, что достижение правды в этом мире дело не всегда возможное. Иначе не было бы понятия лжи вообще. Справедливость и правда подразумевают государственную независимость любой нации, возжелавшей себе независимости своей. Не сила, а правда должна определять поступки людей в современном мире. Мы все осуждаем дедовщину в армии, потому что она представляет собой насилие и, следовательно, неправду. Правда и справедливость требуют не только прекращения войны в Чечне, но и возмещения - обязательного - убытков, причинённых Россией Чечне. Эта несправедливая война умножает в самой России безнравственность в народе и рост преступности - бесконечно. Если правительство, совершив крупную ошибку, не уходит в отставку, оно неизбежно в дальнейшем несёт наказание", - вот в таком духе всё письмо.

Трудно приходится России на Кавказе, так трудно, судя по почте радио "Свобода", как, наверное, никогда. Почему - как никогда? И в царское, и в советское время Россия ни в какой мере не связывала себя той самой правдой, о которой пишет наш слушатель-философ. Торжествовало одно право - право силы. Делайте что скажем. За шаг вправо, за шаг влево - огонь на поражение. Теперь Россия вынуждена объявлять, что она считается с демократическими правилами, оглядывается на мир и на своих граждан, на свою конституцию. "Россия" в этом разговоре значит "государство", все казённые учреждения страны. Но все казённые учреждения в России служат не столько стране, сколько частным интересам их начальников. Государство поставлено на службу лицам, которые его, по существу, приватизировали. Это и есть то, что называется такими словами, как "коррупция", "слабое государство". Наука знает и другие названия. Они отсылают нас к европейской старине. Если в России в целом государство очень слабое, то на Кавказе оно слабое бесконечно. Если бы наш философ там побывал, он понял бы, что ломится в открытую дверь, когда выступает за чеченскую независимость. Не только Чечня, но и весь Кавказ давно независимы. Кавказ давно живёт своей жизнью - такой, какая у него получается. С Россией его связывают совсем не те отношения, о которых рассказывает российское телевидение. И даже не те отношения, о которых рассказывают российские и западные правозащитники. Суть подлинных отношений - частная преступная взаимовыгодная торговля. Ключевое слово здесь "взаимовыгодная". Оно-то и позволяет говорить, пусть и с понятной натяжкой, о независимости Кавказа вообще и Чечни в частности. Хозяева Кавказа, хозяева Чечни и хозяева главных российских ведомств сообща грабят российскую казну, во-первых, и кавказских предпринимателей с их работниками - во-вторых. Не обходится без трений, но общий язык в конце концов находят. Конечно, награбленное так или иначе попадает в экономику и работает в ней. Но - без той отдачи, какая могла бы быть в свободном хозяйстве при честной конкуренции.

Российские, а тем более - кавказские, порядки, российские, а тем более - кавказские, нравы и привычки не конкурентоспособны на мировом рынке товаров и услуг. Многих людей это сильно уязвляет. В отчаянии они, как всегда и везде в таких случаях, начинают говорить, что они не больно-то и хотят поспевать за прогрессом. У них-де свой путь, своя гордость, своё славное прошлое. Так и возник путинизм, так и возникла нынешняя российская пропаганда. Она утешает "троечников", которым в глубине души очень обидно, что они никак не могут выбиться хотя бы в "хорошисты".

Читаю из следующего письма. Оно не подписано, прислано, судя по содержанию, из одного из малых городов России. Автор считает, что радио "Свобода" не придаёт значения тому, что российская глубинка окончательно вернулась в руки коммунистов, ставших "единоросцами". По-моему, это красноречивое слово. Будущему историку оно покажет, как население России относилось к "партиям", которые создавались высшей бюрократией.

Читаю: "Среднее поколение коммунистических чиновников примкнуло к партии власти и опять оказалось у руля. Ругают Горбачёва и Ельцина за развал Союза, а сами творят беззаконие и произвол, прикрываясь теперь "Единой Россией". Тем самым они тормозят всё прогрессивное. Опыт у них в этом деле большой. Придут к власти фашисты - и "единоросцы" в один миг примкнут к ним, лишь бы остаться у кормушки. У них нет ни капли чувства вины, а общество их по-настоящему не осуждает. Более того, в идеологии путинизма уже твёрдо закрепилось восхваление прошлого, и общество довольно, как будто давно этого ожидало", - говорится в этом письме.

Ожидало оно, конечно, другого, лучшего, а не дождавшись, довольствуется восхвалением прошлого. И пусть довольствуется! Говорю это серьёзно. Если людей не объединяет настоящее, пусть объединяет хотя бы прошлое, иначе распадётся, распылится нация, растворится в пространстве и времени народ. Было бы жалко. Это ведь народ, языку которого один из его поэтов конца прошлого века предрёк ещё тысячу лет жизни.

"Почему-то вспомнилось мне, Анатолий Иванович, - говорится в следующем письме, - как обозреватель Православного радио Санкт-Петрбурга утверждал, что украинцы - не нация, а Россию призывал присоединиться к Болгарии. Какой-то капитан Бодьянов, захлёбываясь от восторга, живописал, как его отец убивал западных украинцев. А сколько моих знакомых, таких же русаков, как и я, ненавидели русского Горбачёва только за его украинский выговор. Россия на троне будет терпеть немок, немцев, грузин, только не украинцев. Россия ненавидит Украину и кричит: "Давайте будем вместе!" Так поступают психически ненормальные. Они страдают раздвоением личности. Игнатьев И.В. Санкт-Петербург".

Ничего, господин Игнатьев. Эта разновидность шизофрении поддаётся лечению. Её лечит время. Англичане, например, точно так болели Ирландией, когда она от них отложилась. Время их вылечило. Шизо значит "расщепление" - расщепление сознания. Ещё лет тридцать-сорок - и оно восстановится.

В Украине, между тем, продолжается то, что некоторые слушатели радио "Свобода" называют "предательством революции". Новый президент, новое правительство, двадцать тысяч назначенных ими новых чиновников скандально не справляются с работой. У них нет того опыта, что у прежних, той хватки, той трезвости, той работоспособности. Нет, наконец, того "хозяина в доме". "Потрясающе! - говорится в одном из писем. - Они ничего не умеют - ни президент Ющенко, ни премьер-министр Тимошенко, ни их министры-социалисты, ни их губернаторы, ни их генералы. А то, что они умеют, ни на хрен не нужно стране. Потому что всё, что они умеют - это собачиться друг с другом, устраивать личные дела, врать людям и убалтывать самих себя. Неужели такими и должны быть все предатели всех революций, Анатолий Иванович?"

Словами "предательство революции" бросаются даже довольно серьёзные западные газеты. Один из самых легкомысленных и потому самых известных западных специалистов по России и Украине ещё в мае вынес эти слова в заголовок своей статьи. На митинге или с парламентской трибуны можно выкрикивать такие слова. Но для обозначения того, что происходит в действительности, они не годятся по самой своей крикливой природе. Вожди "оранжевой революции" не предали её. Они просто переоценили свои нравственные силы и управленческие таланты. Они не были святее тех, кого свергали. Но они сами себя убедили, что в ходе революции переродятся, явятся стране и миру чистыми, яко младенцы, и будут честно и толково служить Украине и только ей. Но не смогли. Не смогли переродиться, не получилось. Таких чудес не бывает. Но такие чудеса, как Майдан прошлой зимы, бывают, и не проходят бесследно. Следы остались, а это значит, что
Другие по живому следу
Пройдут твой путь за пядью пядь,
Но пораженья от победы
Ты сам не должен отличать.
Не знаю, насколько к месту, но вот вспомнились эти строки.

Занятное письмо из города Кропоткина Краснодарского края. Под ним есть фамилия, имя и отчество, полный адрес. Автор пишет о нынешней милиции, которая, как он уверен, ничем не отличается от советской, а советскую он, оказывается, знает изнутри. После "многолетней работы в колхозе, совхозе, на предприятиях я был оформлен на службу постовым милиционером. После многолетнего служения в милиции мне стало известно о наличии у каждого офицера тайных агентов из воров, бандитов, пьяниц. Я обратился по этому факту с письмом к министру внутренних дел СССР Н.Н.Щёлокову. За это обращение меня постарались уволить со службы в милиции".

Самое интересное для меня в этом письме то, что о существовании тайной милицейской агентуры человек узнал, по его словам, "после многолетнего служения в милиции". Значит, в городе Кропоткине офицеры советской милиции умели держать языки за зубами даже среди своих. Я, впрочем, думаю, что было иначе. Существование агентуры - это была их пища, воздух, которым они дышали. Им не приходило в головы об этом говорить. Если бы каждый из обитателей мест заключения, прежде чем совершить правонарушение, знал, что у каждого офицера милиции (а в других странах - полиции) есть тайные осведомители в уголовной и, как они выражаются, криминогенной среде (например, на таможне), преступлений было бы меньше. Первый послесоветский руководитель КГБ, известный "перестройщик" Вадим Бакатин сразу же дал понять, если кто помнит, что в новой России госбезопасность будет работать "по-честному", то есть, не заводить тайных осведомителей. Это заявление войдёт в историю как образец прекраснодушного непрофессионализма. По образованию Бакатин строитель, до назначения в КГБ был первым секретарём Кемеровского обкома партии, по-нынешнему - губернатором.

XS
SM
MD
LG