Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Наш гость Бувайсар Сайтиев: О борьбе на ковре и в жизни, о соперниках и о себе. Александр Гусятников: новая должность, новые планы. Защита прав хоккеистов: цель очередного профсоюза


[ Радио Свобода: Программы: Прессинг ]
[02-10-05]

Наш гость Бувайсар Сайтиев: О борьбе на ковре и в жизни, о соперниках и о себе. Александр Гусятников: новая должность, новые планы. Защита прав хоккеистов: цель очередного профсоюза

ВедущиеВалерий Винокуров,Олег Винокуров, Дмитрий Морозов

Валерий Винокуров: У нас в гостях побывал поистине великий спортсмен - двукратный олимпийский чемпион и шестикратный чемпион мира по вольной борьбе Бувайсар Сайтиев. В богатейшей истории советской и российской борьбы спортсменов с такими достижениями ничтожно мало. К тому же Бувайсар оказался обаятельным и интересным собеседником, в чем вы сейчас наверняка убедитесь.

Олег Винокуров: Естественно, наш разговор нужно начать с поздравлений. Вы теперь уже шестикратный чемпион мира. В пору задумываться о рекордах.

Бувайсар Сайтиев: Спасибо за поздравления. О рекордах спортсмен должен частенько задумываться, должен ориентироваться на рекорды. А шесть раз - хорошо. Абстрагировавшись, со стороны на себя посмотрев: спортсмен хорошо поработал, в 30 лет дважды стал олимпийским чемпионом, в шестой раз стал чемпионом мира. Это все хорошо, это здорово. Есть вещи более приятные. Я был 10 лет назад чемпионом мира. Один из самых молодых - в 20 лет. Сейчас я один из самых старых чемпионов мира. Интересно, очень интересно бороться в 30 лет, и гораздо приятнее выигрывать, чем в 20.

Олег Винокуров: Как получается, когда мы говорим о многократных чемпионах мира? Значит, в какой-то момент появился талантливый спортсмен, сильный, ловкий, освоил технику. И все? И из года в год побеждает?

Бувайсар Сайтиев: То, что вы перечислили, это все обязательно. Освоить технику, навыки, иметь в наличии соответствующий характер боевой. Куча вещей. А когда ты уже хочешь выиграть снова и снова, здесь уже совсем другое дело. 10 лет назад я стал чемпионом мира. Сколько событий у человека произошло за 10 лет? Вы журналист. Вы всегда в хорошей форме?

Олег Винокуров: Мне все-таки не так приходится напрямую сталкиваться с соперниками.

Бувайсар Сайтиев: В первую очередь, дело в том, как ты живешь, как ты себя сохранишь как личность, способную сделать что-то серьезное. Ситуация экстремальная, когда ты выходишь на ковер - полный зал, соперник. Главное, чтобы ты на протяжении всего этого времени сохранил уважение к себе. Чтобы ты реально верил в то, что ты достоин выиграть эту медаль. Ты тогда ее выиграешь обязательно. Ты сможешь и работать, и выложиться, и потерпеть, где нужно. Главное, чтобы человек уважал себя, чтобы он смог стать и чемпионом мира, и какой-нибудь героический поступок совершить на благо доброго.

Олег Винокуров: Из ваших слов я могу сделать вывод, что на протяжении 10-лет вы жили хорошо, в гармонии с собой:

Бувайсар Сайтиев: Неправда.

Олег Винокуров: Были, значит, и тяжелые периоды? Но, выходит, они не мешали побеждать?

Бувайсар Сайтиев: Было очень много всего. Если бы сегодня можно было в открытую говорить молодым спортсменам о том, как прожил 10 лет Бувайсар Сайтиев, будучи одним из лучших спортсменов, я думаю, не поверили бы эти спортсмены. Всякое в жизни бывает. Я когда-то понял, что здесь все зависит от твоей философии, как ты это воспринимаешь. Люди, которые рядом с тобой, семья, друзья - они тоже очень важную роль потом начинают играть. Вот про наш футбол сегодня мое мнение, что эти люди получают просто несоответственно крупные заработки. И вот эти заработки над ними довлеют. Они могут себе позволить больше, чем они должны были бы себе позволить. Деньги - это тоже серьезная проблема, с которой не всякий человек справляется. Бытие определяет сознание. Надо жить в гармонии с самим собой и тогда ты сохранишь себя для чего-то, когда надо будет совершить поступок.

Олег Винокуров: Понятно, что победы не приедаются, поражений у вас гораздо меньше. Наверное, они-то и как-то ярче запоминаются?

Бувайсар Сайтиев: Я проиграл в 1994 году на Кубке мира. Впервые в жизни поехал во взрослой команде молодым пацаном. Я выиграл у того, кто в итоге занял первое место, проиграл другому. Вот в такой круговой борьбе я вышел на третье место. Во второй раз я проиграл в 2000 году. Шесть лет я выигрывал все подряд, никому не проигрывал. Установка на соревнованиях была такая: выиграть у всех чисто. Я помню, что я даже не задумывался о том, выиграю я или проиграю. Моя задача была выиграть на туше обязательно. Вот такое превосходство было над соперниками когда-то. Потом эти победы воспринимались совсем по-другому. Очень интересно долго жить в спорте. 10 лет прожил я в спорте, очень много всего я познал. Будучи не спортсменом, наверное, я бы не столкнулся с этим. Я очень благодарен этому виду спорта, тем людям, которые меня привели в него, которые мне встречались на пути. Это очень важно, какие тренеры. Допустим, у нас сейчас борется молодой мальчик. В 19 лет попал в сборную команду России. Это очень достойное звание - член сборной команды. Я знаю, вокруг него интриги, кто-то его хочет перетянуть туда-сюда. Все это он должен пережить, перебороть. Очень много всего.

Олег Винокуров: Вы сказали о поддержке семьи, друзей. Семья у вас большая. В спорте много чего разные члены вашей семьи добивались.

Бувайсар Сайтиев: Мой младший брат был олимпийским чемпионом в Сиднее. Кстати, о проигрыше. Я проиграл, но боролся мой младший брат. Он впервые выступал на Олимпиаде, и настолько мне было интересно, как он выступит, настолько я за него переживал. Моя медаль всем казалась уже гарантированной, и все переживание было за него. Я проиграл, он дальше боролся. Я даже не очень сильно думал о своем проигрыше. Я думал, что дальше, как на нем это все отразится. Должен сказать, что он молодец, достойно он перенес все это и выступил замечательно. Семья у меня большая. Мама, три брата, две сестры. По кавказским меркам, вроде бы, не очень большая. Нормальная, обычная кавказская у меня семья. Хорошая у меня семья. Я рад, что я родился в этой семье.

Олег Винокуров: Вы родились в Дагестане, в Хасавюрте, где очень много проживает и чеченцев. И уже давно вы живете в Красноярске. Вы в Красноярске начали заниматься?

Бувайсар Сайтиев: Нет, я начал заниматься борьбой очень рано, в 6 лет, регулярно посещал эту секцию. Я в 1992 году переехал в Красноярск. Кое-какие там были у меня проблемы с тренерами, надо было выбираться уже куда-то, нужен был человек, который бы нас вел, меня с моим другом, который бы за нами стоял и помогал. Красноярская школа в этом плане очень серьезно нам помогла. Школа уважаемая, достойная. Представители этой школы всегда были в рядах сборной команды и мы, уже будучи представителями красноярской школы, имели очень серьезное подкрепление в лице школы.

Олег Винокуров: А вы со всей семьей перебрались в Красноярск?

Бувайсар Сайтиев: Нет, я переехал со своим другом. Вместе боролись, одноклассник мой. А потом я младшего брата привез туда. Начал привозить некоторых перспективных ребятишек. А сегодня я там живу, у меня там семья своя. А братья и сестры живут там же, в Хасавюрте.

Олег Винокуров: Вы навещаете их?

Бувайсар Сайтиев: Частенько бываю.

Олег Винокуров: Вы в своей карьере все объединили. Дагестан вообще издавна давал многих славных борцов. И Красноярская школа сейчас, может, даже сильнейшая в России по подготовке.

Бувайсар Сайтиев: Очень хорошая школа. Объединительного получилось во мне очень много. Я родился в Дагестане. По национальности я чеченец, живу в Красноярске. И те, и те, и те, все они меня считают своим. Я знаю хорошо Дагестан, обычаи, традиции. То есть, я, в какой-то мере, и дагестанец. В большей части, я, естественно, чеченец. А 13 лет я уже и сибиряк.

Олег Винокуров: Настоящий россиянин.

Бувайсар Сайтиев: Я типичный россиянин.

Олег Винокуров: Да, житель необъятной многонациональной страны.

Валерий Винокуров: Вот таким оказался наш гость, один из самых выдающихся действующих российских спортсменов Бувайсар Сайтиев. В следующем выпуске "Прессинга" слушайте продолжение разговора, а пока - короткая, но очень важная ремарка, которая, кстати, поможет вам еще лучше узнать этого человека. После победы Бувайсара на чемпионате мира в Будапеште, в российских СМИ появилось несколько интервью с ним. Заголовки были, прямо скажем, кричащие: "Я делал с соперниками все, что хотел", "Я лучший в мире", и тому подобное. Эти слова звучали будто бы из уст самого Сайтиева. В студии Бувайсар не захотел выводить нас на нелицеприятный разговор о наших коллегах, но позже признался, что ему стыдно за все эти заголовки. Он попросил нас передать слушателям, что подобных заявлений по отношению к соперникам никогда себе не позволял, а также извиниться - и перед слушателями, и перед соперниками - за слова, приписанные ему некоторыми борзописцами. Что мы и делаем с радостью, потому что всегда были уверены: скромность - лучшее украшение каждого великого чемпиона.

Дмитрий Морозов: Весьма важным итогом чемпионата мира по шоссейным велогонкам оказалось для российского спорта то, что президента Федерации велоспорта страны, известного в прошлом гонщика Александра Гусятникова избрали на руководящую должность в Международном союзе велосипедистов, о чем он и рассказал нашему автору Елене Приходько.

Александр Гусятников: Меня избрали в руководящий комитет UCI. Когда принимаются решения провести в нашем виде спорта какие-либо изменения или реформы, то все это проходит зачастую без какой-либо информации или согласования с национальными федерациями. Поэтому, конечно, намного лучше, когда придется стоять в начале этой информации, в начале какой-либо реформы, участвовать непосредственно, вносить свою лепту и отстаивать интересны нашей федерации и федераций восточных стран. Потому что мы немножко по-разному видим развитие спорта, и есть различия в финансировании видов спорта. Поэтому, когда мы начинаем говорить о каких-либо записях, даже в техническом регламенте, то на нас, бывает, смотрят непонимающим взглядом и говорят: "А зачем? Вроде и так понятно". Но когда начинаешь разговаривать с нашими финансистами, с нашими руководителями, то они требуют таких записей. Поэтому участие представителя восточно-европейских стран, да и не восточных даже, Средней Азии, в этой организации необходимо. И вот мне довелось быть первопроходцем и попасть в эту организацию. Хотя, если вспоминать историю велосипедного спорта, то у нас были членами руководящего комитета UCI Куприянов и Сысоев. Но в постсоветское время 12 лет никого не было, и мне сейчас удалось пробиться. Конечно, это не так просто. Конкуренция очень большая, все континенты хотели провести своих кандидатов, но Европе это удалось в большей мере.

Елена Приходько: Неверное, тогда от ваших коллег тут же поступили какие-то просьбы протолкнуть то или другое решение? Какие первоочередные задачи вы сейчас пред собой ставите?

Александр Гусятников: Уже кое-какие движения нам удалось протолкнуть. Увеличить количество дисциплин в европейском чемпионате, сейчас работаем над тем, чтобы вернуть некоторые традиционные дисциплины в велосипедном спорте. Например, ведется разговор о командной гонке, которая очень красиво смотрелась, но которую довольно-таки непросто тренировать. В странах, где очень сильно развит профессиональный спорт, не совсем приемлема подготовка к командной гонке. Потому что нужно собирать командных гонщиков в одну команду, недели 3-4 проводить подготовку. Это неприемлемо, ведь большинство профессионалов едут перед чемпионатом, по теперешнему календарю, после тура Испании. Через 4 дня стартуют в гонке на время, а через 6 дней стартуют в групповой гонке. Если готовиться к командной гонке, значит, не нужно стартовать тур Испании. А это серьезная гонка, от которой не каждый будет в силах отказаться.

Елена Приходько: Но тут выход видится только один. Это создание собственной российской команды. Соответственно, для этого нужны какие-то очень большие спонсоры, которые готовы любить велоспорт и выделять на это деньги.

Александр Гусятников: Или идти таким путем, что именно какая-то команда должна быть базовая. Если касаться российского спорта, то, в любом случае, для того, чтобы нам развиваться дальше и развиваться на уровне ведущих держав велосипедного спорта, то, конечно, нам необходимы свои профессиональные команды и, естественно, команда Про-тура. Это вновь организованная структура. Идея перерасти в такую структуру, как НХЛ. Эту структуру организовал Хайнс Вербрюгген. Это человек, который долгое время был президентом международной федерации велоспорта. Теперь он оставил этот спорт, и президентом избран Патрик Маквейт.

Елена Приходько: Кстати, вы нам рассказывали, что этим выборам предшествовал большой скандал, и все-таки Маквейт победил. Я так понимаю, что именно для российского спорта и для вашей позиции это, наверное, наилучший исход.

Александр Гусятников: Если говорить о кандидатах, которые претендовали на пост президента, то, наверное, это так. Хотя я ничего не имею против организатора Вуэльты Морено. Но там был бы перекос в сторону профессионального спорта. Маквейт больше любитель, чем профессионал, и его больше интересует развитие молодежного спорта как фундамента, на котором потом строится дом. Зачастую те люди, которые вращаются в лучших профессиональных командах, скептически смотрят на все это. Когда начинаешь говорить о том, что необходимо проводить соревнования для детей, для любителей, то спрашивают: "Зачем тратить деньги на это? Вырастут, возьмем несколько, одного-другого из той, из другой страны". Такая позиция для нас неприемлема. А если учесть, что в восточных странах в основе развития спорта лежит поддержка государства, то нам необходим четкий, стабильный календарь, с четко прописанными интересами именно наших стран.

Елена Приходько: В связи с этим будет ли международная федерация делать какие-то финансовые вливания в развитие детского спорта? Понятно, что в России финансовый вопрос, все-таки, основной.

Александр Гусятников: Думаю, что в ближайшее время этого не будет потому, что федерация на такая богатая, как федерация футбола, баскетбола или даже легкой атлетики. Но направление по информационной поддержке наблюдается. И направление по открытию национально-технических центров в странах Востока. Над этим работает Андрей Чмиль, это бывший наш соотечественник, который сейчас в UCI руководит этим направлением. Он уже открыл такие центры в Литве, Молдавии, Украине, Белоруссии, в России, в городе Воткинске. Это проводится при поддержке руководителей уровня губернаторов, президентов. Потом планируется открыть информационный центр у нас в Москве. Так как очень много документов идет на английском и французском языках, а не каждая федерация имеет возможность все перевести. Например, те же федерации Закавказья, Средней Азии. Здесь уже берется не только интерес европейских федераций, а федераций республик бывшего Советского Союза, в первую очередь. Я планирую создать такой центр, естественно, при поддержке UCI, чтобы мы информировали всех наших бывших соотечественников о тех изменениях, которые происходят в мире велоспорта.

Елена Приходько: Хочется вам пожелать удачи во всех ваших начинаниях. Наверное, у вас в связи с новой должностью времени вообще ни на что не остается?

Александр Гусятников: Времени, наверное, всегда будет мало у тех людей, которые что-то хотят сделать на земле. Надеюсь, что послезавтра уеду на несколько дней в Эстонию, где пройдет совещание. Есть идея организации совместной гонки с прибалтийскими республиками в 2007 году. Если что-то делать, то уже нужно обсуждать сейчас.

Валерий Винокуров: Переключаемся на хоккей. О нем пойдет речь в беседе с нашим экономическим экспертом Робертом Воскеричяном.

Дмитрий Морозов: Наблюдая за тем, что происходит в российском хоккее, я совершенно сбиваюсь с толку. Конфликтные ситуации, которые возникают с переходами игроков из клуба в клуб, с трансфертами, с контрактами этих хоккеистов. Постоянные тяжбы между клубами, тяжбы между Федерацией хоккея и между клубами. Тяжбы между Национальной Хоккейной Лигой и Федерацией хоккея России. А вот совсем недавно я узнал, что был создан Независимый профсоюз хоккеистов. Чем он будет заниматься, и будет ли он способствовать тому, что в будущем те ситуации, о которых я сказал ранее, будут исключены?

Роберт Воскеричян: Я думаю, что они не могут быть исключены, потому что тогда придется исключить саму жизнь. Ибо конфликт заложен в сути развития любого процесса, в том числе и хоккейного. Если отойти от философских моментов к жизненным, надо признать, что вы совершенно правы. Такое ощущение, что в связи с тем, что соревновательная интрига, по существу, пропала - выходит в плей оф 16 команд из 18-ти - основной интерес, основная интрига заключается в том, кто с кем ругается, кто с кем спорит, по поводу какого игрока, по поводу какого контракта. А если говорить о Независимом профсоюзе игроков, то это, действительно, очень интересное явление, на мой взгляд, которое говорит о том, что наш хоккейный процесс, в широком смысле слова, цивилизуется, становится более понятным и более похожим на то, каким мы его видим, скажем, в Северной Америке. Хотя до тех параметров ему далеко, но дорогу осилит идущий. Немаловажно, что этот независимый профсоюз игроков возглавил весьма известный в хоккейных кругах человек, который достаточно длительное время работал в самых разных сферах российского хоккея, в частности, в сборной России и зарекомендовал себя, я бы сказал, с очень неплохой стороны. И, судя по тому, с каким пылом и с каким рвением он взялся за новое дело, складывается впечатление, что, скорее всего, Независимый профсоюз игроков под его руководством ожидает успех. Профсоюз молодой и, в то же время, он уже успел несколько раз достаточно громко заявить о себе. В частности, нашумевшее в предсезонное время дело Михаила Грабовского. Мы как-то даже затронули эту тему. Профсоюз резко и жестко выступил в защиту хоккеиста, и, не без поддержки профсоюза, удалось найти, может быть, паллиативное, компромиссное решение, но, самое главное, что молодой, талантливый хоккеист не остался за бортом игры. А ведь мог, потому что он сделал несколько достаточно серьезных ошибок, которые, если бы не вовремя оказанная ему поддержка, могли бы привести, как минимум, к годичной, а то и двухгодичной дисквалификации.

Дмитрий Морозов: А Федерация хоккея признала полномочия этого профсоюза?

Роберт Воскеричян: Федерация хоккея может признавать или не признавать полномочия профсоюза, потому что профсоюз - это общественная организация. Профсоюзу официальное признание хоккея не нужно. Конечно же, хорошие отношения, в смысле партнерские, конструктивные отношения нужны. Профсоюз не является структурным подразделением Федерации хоккея России, поэтому, в данном случае, об этом и не говорится. Но, совершенно очевидно, что Бардин - это человек не с улицы пришедший, и надо понимать, что у него весьма и весьма неплохие отношения выстроены с самыми высокими инстанциями в российской хоккейной иерархии.

Дмитрий Морозов: В том числе, и с владельцами клубов.

Роберт Воскеричян: Безусловно. И, тем не менее, и он, и профсоюз, который он возглавляет, четко себя позиционирует, как защитник интересов лиц наемного труда, скажем так, которые трудятся в хоккее. Причем, он говорит не только об игроках. Бардин неоднократно в своих интервью подчеркивал, что ждет в своих рядах не только игроков, но и тренеров, агентов, детских тренеров. Мы как-то затрагивали тему профсоюзного движения в спорте. Это был связано с созданием профсоюза работников физкультуры под руководством Павла Рожкова.

Дмитрий Морозов: Он был у нас в гостях.

Роберт Воскеричян: Да. Мы тогда отметили, что легкой дороги у этого нового профсоюза, который возглавляет Павел Рожков, не будет. Потому что есть конкуренция, и если одними и теми же мерками подходить к работе с массовым физкультурным движением и с конкретными профессионалами, которые зарабатывают большие деньги и у которых совершенно специфические нужды, то вот вам, пожалуйста, первая ласточка.

Дмитрий Морозов: Но ведь это не первая попытка создания профсоюза хоккеистов в России?

Роберт Воскеричян: Да. Но эта - самая успешная попытка. Я попытался проанализировать все те пункты, которые могли зацепить этих людей, большинство из которых если не миллионеры, то, по крайней мере, люди, которые зарабатывают несколько сотен тысяч долларов ежегодно. Во-первых, профсоюз - это члены. Конкретные хоккеисты, агенты и тренеры, профессионалы, которые в него вступили. Такая молодая организация, а на сегодняшний день более 150 заявлений. Это уже заявка на серьезную работу. Есть несколько иностранных игроков. В прошлом году это был Яромир Ягр, а в этом сезоне несколько иностранцев, которые играют в российской Суперлиге, подали заявление на вступление в профсоюз. Это говорит о том, что люди западного воспитания, западного менталитета - они более практичные и прагматично настроены. Они понимают, что профсоюз - это та структура, которая поможет им в случае возникновения споров с работодателем. И пример иностранцев, так называемых легионеров, я думаю, для российских игроков весьма показателен. Они будут также вступать в профсоюз. Мне, например, очень понравилась их идея, которую они лоббируют, пытаются достучаться в самые высокие кабинеты Федерации хоккея и в государственные структуры с требованием снизить пенсионный возраст хоккеиста с 60-ти лет до 35-40. Прекрасная идея. Все профессии важны, все профессии нужны. Но мы же понимаем, что тот объем сил, нервов, здоровья, которые отдал на ледовой площадке хоккеист, не сопоставим с каким-то офисным трудом. Теперь я бы хотел вернуться еще к некоторым весьма примечательным вещам, которые прослеживаются в деятельности этого профсоюза. Те взносы, которые будут платить члены профсоюза, при выходе на пенсию, а так как они говорят о том, что пенсия должны наступать в 35-40 лет, то по окончании карьеры они будут возвращаться в качестве добавки к пенсии. И, наконец, мне очень понравилась идея, высказанная в одном интервью Анатолием Бардиным, о том, что профсоюз за счет собственных средств будет помогать ветеранам российского хоккея, олимпийским чемпионам, спортсменам, которые в прошлые годы завоевывали звание чемпионов мира. Вызывает недоумение и раздражение позиция некоторых молодых дарований, которые всем обязаны этим людям, этим детским тренерам, которые их нашли, выпестовали. Когда они дают интервью или приезжают в Москву и здесь выступают на телевидении или еще где-то, как-то так вскользь отмечают заслуги своих первых тренеров и говорят: "Ну, конечно, они сыграли роль, большое им спасибо". Я так думаю, что спасибо здесь маловато будет. А вот если бы инициатива независимого профсоюза игроков прошла, то эти несколько десятков тысяч долларов, которые бы пришлись на долю первого тренера, на безбедную старость, я думаю, в самый раз.

XS
SM
MD
LG