Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Российские телесериалы и телевизионный образ мира


[ Радио Свобода: Программы: СМИ ]
[01-08-05]

Российские телесериалы и телевизионный образ мира

Автор и ведущаяАнна Качкаева

Анна Качкаева: Премьер на телевидении почти уже не осталось. Минувшая неделя прошла под знаком "Новой волны" на НТВ. Это настоящая смена культурного кода на телевидении. Когда-то на четвертой кнопке не могло появиться ничего музыкального, кроме разве что программы в "В нашу гавань заходили корабли". На канале музыка традиционно, что называется, не шла. Но вот 8 марта в этом году канал показал концерт блатного шансонье, который пел про "лярв и курв". А вот теперь гламурный конкурс молодых исполнителей поп-музыки в Юрмале под эгидой Паулса, Крутого и Примадонны. С натужным конферансом в стилистике сначала пошловатого мальчишника, потом - непритязательного девичника без претензий, что, впрочем, не мудрено. Разогревный концерт немолодых звезд-мужчин вели Басков и Кобзон, а звездных дам выводила сама Алла Пугачева. Хотя "капустники" грандов могли бы событием, но пародии не зажигали, и публика, по крайней мере, на перебивках аплодировала вяловато. Телевизионного масштаба явно не хватало и из-за зала, пожилого зала "Дзинтари", где камеры не летают и с трудом разворачиваются.

В прошлом году "Новую волну" не показывал ни один федеральный канал из-за конфликта продюсера и композитора Игоря Крутого с руководителем Первого канала. В этом году Первый канал и "Россия" объединились в новом музыкальном проекте "Пять звезд", который проходил в Сочи, а "Новая волна" перетекла на НТВ. Теперь сочинский патриотизм, по-видимому, будет противопоставляться юрмальскому интернационализму. Сам конкурс был скучноватым, исполнители похожими. Жюри, состоящее из российских музыкантов, продюсеров и Раймонда Паулса, первую премию присудило необычному, симпатичному латышу Интарсу Бусулису. А свою личную премию в 50 тысяч долларов Алла Пугачева вручила самой яркой певице юрмальского конкурса - исполнительнице с Украины Тине Кароль. И никакие репризы по поводу "оранжевой революции" не помешали. Россиянка Полина Гагарина получила бронзу. Вот так вот прошла "Новая волна" в эфире НТВ.

Но говорить сегодня мы будем вовсе не о музыкальном вещании и не о конкурсах, а о том, что составило основу и во многом славу минувшего телевизионного сезона - о сериалах. Со мной в студии президент компании "А-Медиа" Александр Акопов.

И вам, уважаемые слушатели, мы задаем простой вопрос: если бы была у вас возможность, про что или про кого вы бы сняли сериал?

Александр, я начну с того, что зрителей - мне задавали вопрос "подсевшие на "Няню" (этот сериал идет на канале "СТС") - люди. Они как-то недоумевают, почему показывают все время старые серии, вроде бы уже все близится к развязке, няня, наконец, должна выйти замуж за своего продюсера. Вы, говорят, вроде решили заканчивать сериал, как и полагается, а генеральный директор и руководитель "СТС" Александр Роднянский хочет, чтобы сериал продолжался. Что там у вас за противостояние?

Александр Акопов: У нас здесь нет никаких расхождений. Тут главное, что зрители хотят, чтобы сериал продолжался. Правда, уже есть часть зрителей, которые говорят: ну, давайте что-нибудь новенькое, с "Няней" уже все понятно. Поэтому когда критическая масса зрителей перевесит: тех, которые хотят чего-то новенького, и тех, которые хотят, чтобы "Няня" продолжалась всегда, этот момент мы, кажется, уже потихонечку вычислили. Во-первых, потому что в новом сезоне на "СТС" выйдет два новых комедийных проекта. Это произойдет уже в сентябре. Что касается самой "Няни", то здесь конструкция очень простая. Те, кто внимательно ее смотрит, разглядели. Мы выпускали "Няню" блоками по 25 премьерных серий, дальше они повторялись, и через месяц выходили новые премьерные серии. Нам предстоит снять еще один премьерный блок.

Анна Качкаева: И там, наконец, они поженятся.

Александр Акопов: И там, наконец, будет развязка.

Анна Качкаева: Психологи утверждают, что фильм - это выражение духа времени. Вы как себе феномен "Няни" объясняете?

Александр Акопов: Лично для меня никаких загадок не было. Мы уже лет пятнадцать получаем при всех опросах зрителей огромный интерес к комедийному жанру. То есть то, что люди хотят смотреть комедию, это было во все времена при всех режимах, в благополучной стране, неблагополучной, сейчас опять вроде в благополучной. Люди любят комедию, хотят ее смотреть, и спрос на этот жанр огромный. Она стоит выше в зрительских предпочтениях, чем боевик, чем даже мелодрама. Поэтому, в общем, здесь никакого секрета нет. Все всегда хотели сделать нечто подобное. Просто никто не знал, как это делается в телевизионном многосерийном формате. Вот поэтому мы прибегли к помощи наших американских коллег и постарались сделать для нашего зрителя нашу российскую комедию, основанную на американской пьесе. Слава Богу, это удалось. Оставляем за скобками полтора года подготовки. В общем, получилось.

Анна Качкаева: Правильно созданные сериалы, в общем, предоставляют публике пространство для эмоций. И японская публика должна реагировать в тех же самых местах, что индийская или российская. И нет в этом смысле никакой разницы. Как вы полагаете, может ли, и сложилось ли уже в индустрии такое состояние, когда российский сериал будет так же востребован, как, скажем, форматы американские?

Александр Акопов: Ну, российский сериал всегда был востребован. Волна российских сериалов началась с оригинальных наших, российских сценариев. Форматы - это то, что появилось совсем недавно, когда, с одной стороны, спрос привел к тому, что стал ощущаться дефицит материала, с другой стороны, хотелось прорваться в какие-то новые жанры, которые не освоены были нами. Именно поэтому мы воспользовались форматом в случае "Няни". Хотелось понять, как делается именно многосерийная ситуационная комедия. Так что здесь перспектива самих форматов достаточно стабильная. Это будет появляться на экране. Уже 22 августа в эфире "СТС" выйдет другой формат. Это тоже новый жанр. Это лирическая комедия.

Анна Качкаева: То есть жанр не новый, конечно.

Александр Акопов: Новый для многосерийного телевидения. Который будет называться "Не родись красивой". Почему этот формат? Ну, казалось бы, достаточно и у нас, в нашей кинокультуре материала и замечательных фильмов Рязанова, Данелия. Взяли и сделали. Все не так просто. Вот колумбийский писатель написал замечательную историю о девушке, которая считает себя не красавицей и поступает работать при этом в большую компанию, которая занимается производством одежды. Ее окружают там всякого рода модели, всякого рода модные мужчины - плейбои. И девушка чувствует себя, мягко говоря, неуютно в этой атмосфере. Такая вот история гадкого утенка. Вдруг она оказалась совершенно международной.

Анна Качкаева: Собственно, в этом мой вопрос: почему берем колумбийского писателя, американские форматы как сюжеты, не в смысле технологий? Почему мало сюжетов российских?

Александр Акопов: Есть универсальные вещи. Ваш вопрос не логичен. Почему наши театры до сих пор ставят Шекспира? Почему ставят современных американских драматургов? Что, наших нет? Согласитесь, что в театре или в пространстве литературном такой вопрос выглядит смешно. Есть общемировой литературный, сюжетный, драматургический процесс. И наш зритель достоин видеть все лучшее и воспринимать все лучшее, что создано в любой точке Земного шара.

Анна Качкаева: Это замечательно. Я пытаюсь просто понять. Значит, российский сюжет не может стать поводом для того, чтобы быть интересным мировой аудитории?

Александр Акопов: Так это российский сюжет. У нас "Бедная Настя" прошла в 30 странах. Из них 16 - очень дальних. Она прошла во Вьетнаме, она прошла в Финляндии. Она прошла в Южной Африке, она прошла в Китае. Она прошла в Эквадоре, она прошла в Польше. Вот, пожалуйста, это российский сюжет. И, слава Богу, на следующие наши работы в этих и других странах есть интерес. Тот же пример "Ночного дозора". Так что я думаю, что этот процесс абсолютно симметричный. Россия как источник идей драматургических, безусловно, на карте мира есть в телевизионном пространстве. Это совершенно нормальный процесс, он будет идти в обоих направлениях. Сегодня мир, не мне вам объяснять, устроен так, что одно нажатие кнопочки на компьютере, и вы в другом конце Земли и общаетесь с кем угодно.

Анна Качкаева: Тогда давайте не только про ваши сериалы, то есть сериалы вашего производства, а про сериалы и на других каналах, которые стали телевизионным событием. Хотя, может быть, не все из них имели те рейтинги, на которые рассчитывали продюсеры. Вот, например, "Гибель империи" на Первом канале. И смелый по содержанию, с хорошими характерами, режиссурой. А был очень невысокий рейтинг у этого сериала. А, скажем, на этом же канале у "Звезды эпохи" - абсолютно "развесистой клюквы" - был запредельный рейтинг. Как производителю и каналу соблюсти этот баланс между имиджем и качеством и необходимостью иметь высокие рейтинги?

Александр Акопов: На мой взгляд, никакого противоречия в этом процессе нет. Тот же "Диверсант", тот же "Штрафбат", я специально беру серьезные вещи, где было и признание критики, и зрительский интерес, и максимальные цифры. Возьмем те же фильмы Гайдая, Рязанова, мы прекрасно знаем, что народная любовь вполне совместима с высоким художественным качеством. И как раз в нашей российской практике это явление достаточно массовое. Поэтому ясно, что здесь никакого противоречия нет. Это некоторые художники себя могут утешать тем, что мы сделали сложно, поэтому нас не поняли, на самом деле, это шедевр. Это все ерунда. Что касается конкретных вещей, "Гибель империи" или мой проект, который не очень пошел, "Грехи отцов" и так далее:

Анна Качкаева: Это о Серебряном веке. И, казалось бы, тоже красивый, костюмиированный.

Александр Акопов: Красивый, костюмированный, серьезный. Было бы слишком просто утверждать, что проект не пошел, потому что он серьезен. Это не совсем так. Что-то здесь было не так.

Анна Качкаева: Не так что? Вот Марина нам говорит, что "надо показывать познавательные, необходимые для развития души сериалы, а не тупые". Опять же темы никто не предлагает. Я поэтому, уважаемые слушатели, вам и говорю: вот была тема "Гибель империи", 1914 год, редко осмысливаемая, с хорошими актерами, с неоднозначной трактовкой. И, пожалуйста, ее смотрели хуже.

Александр Акопов: Значит, здесь надо вспомнить главный принцип, который один великий теоретик голливудской жизни в свое время провозгласил: "Никто и ничего не знает". Речь идет о Голливуде. Nobody knows anything. В нашем мире телевидения и кино никто ничего не знает до момента, пока эта вещь не вышла в эфир или на экраны кинотеатров. Никто не может сказать, как она пойдет.

Анна Качкаева: Ну, вы тогда уже как онтопсихолог размышляете. Есть такое направление в науке. Антонио Монегетти, который написал книгу "Кино, театр и бессознательное", там препарирует кино и телевидение с точки зрения психоаналитика. И получаются довольно странные вещи. И вот это коллективное бессознательное является на экраны. Я понимаю, пощупать - почему пошло или нет - нельзя. Но, кстати, тот же Монегетти пишет довольно любопытную вещь, что кино, "театр и современное искусство чаще всего, это не в плохом смысле, выражает шизофреническую свободу псевдовзрослых людей. А относительная семантика картин порождает лишь шизофрению, несмотря на видимость катарсиса. Произведение искусства, способствующее росту самосознания, способны создавать только здоровые и зрелые люди". Это я к тому, что никто ничего не знает.

Александр Акопов: Вы знаете, я очень много слышал теорий, которые объясняют процесс до того, и еще больше теорий, которые объясняют после, почему так произошло. Но я хочу еще раз подчеркнуть: поверьте, я почти 30 лет на телевидении участвовал в запуске энного количества проектов. Были случаи, когда мы говорим: "Это победа", и это, действительно, победа. Были случаи, когда мы говорим: "Это провалится", и оно проваливалось. Но еще больше случаев, когда мы говорим: "Это победа", а оно проваливается. Или, когда мы говорим: "Это провал", а оно оказывается шедевром. Поэтому никто ничего не знает. Не говорите мне, что существуют люди, с каким угодно опытом, с каким угодно талантом, какой угодно сопутствующей им удачей, которые могут предсказать успех нашего продукта. Ничего в этой сфере предсказать нельзя. Известен только один закон: сделай 20 проектов, из них два окажутся приличными. Это единственно возможный способ деятельности в этом мире. Дальше выясняется, что кто-то есть хороший продюсер, у которого из двадцати проектов удаются четыре. Очень хороший, может быть, из двадцати ему удаются шесть. Но людей, у которых нет провалов, извините, нет.

Анна Качкаева: Вот Борис говорит: "Я бы снял сериал о консервативной, самой агрессивной части православных верующих - о тех, кто громили художественные выставки".

Некоторые предлагают снять сериал о себе. Понятное дело.

Александр Акопов: Кстати, интересно было бы послушать сюжеты.

Анна Качкаева: "Наши триста выпускников-режиссеров заняты только дешевками-сериалами и губят на корню звание русского режиссера. Ситуацию нужно менять, как и правительство. Нужна идеология православного патриота". Ну, вот совершенно другая точка зрения.

Александр Акопов: На самом деле, у меня есть полное ощущение, что практически 100 процентов того, что у нас на телевидении сегодня выходит, делают православные патриоты. У меня в этом нет никаких сомнений, потому что я сам православный патриот. И все, что я делаю, сделано так. Все, кого я знаю, работают также.

Анна Качкаева: Ну, сейчас вы получите ответ себе.

Александр Акопов: Готов ответить.

Анна Качкаева: Петр Дмитриевич из Петропавловска-Камчатского.

Слушатель: Спасибо, что предоставили возможность промолвить несколько слов по поводу сразу же православного патриота, пусть он не обижается. В связи с этим я вспомнил стихотворение Алексея Константиновича Толстого. Там есть такие слова: "Нет ничего более слюнявого и плюгавого, чем русское безбожье и православие". Теперь по поводу сериала, если нас слушают американские товарищи, особенно меня интересует Лига спартаковцев. В 1992 году в Москве была убита Марта Филиппс, она преподавала русский язык. Кстати, в связи с тем, что был убит Пол Хлебников, была поднята невероятная шумиха.

Александр Акопов: Я так понял, что тема была о том, чтобы снять сериал по одной из рассказанных историй.

Анна Качкаева: Да, например, о драматической истории кого-то погибшего из известных либо журналистов, либо людей, которые приехали в страну из иной страны.

Александр Акопов: Идея понятна.

Анна Качкаева: Георгий из Санкт-Петербурга.

Слушатель: Как говорят, о вкусах не спорят. Поскольку мне удавалось путешествовать только по территории Советского Союза, то мне хотелось бы (по всем странам это невозможно), но по многим странам с сюжетом, с режиссурой, со сценарием, с приключениями и злоключениями, с бытом, с религиями и так далее.

Анна Качкаева: Понятно. Между прочим, это к вопросу о том, что:

Александр Акопов: :это о летчиках можно сделать.

Анна Качкаева: Или, например, почему бы не интернациональная семья? Это к разговору о том, какой смысл или образ:

Александр Акопов: Зритель попросил другого. Если семья - это будет всего две страны. А летчики - это люди, которые летают везде. А здесь история явно такая. Это Джеймс Бонд практически. Это все время должно происходить в разной экзотической атмосфере.

Анна Качкаева: Или дипломаты. Был замечательный роман, который в свое время, по-моему, на кино переложили, а вот сериал никто не попытался снять. Из Екатеринбурга Владимир Геннадьевич, мы вас слушаем.

Слушатель: Я бы хотел предложить больше снимать фантастики. Это наиболее востребованный жанр среди молодых, достаточно обеспеченных потребителей рекламного рынка. В основном телевидение рассчитано у нас на контингент с низким уровнем и с низким уровнем доходов. То есть рекламный рынок расходуется не на тех, на кого он рассчитан. А фантастика, судя по рейтингам на Западе и у нас, на первом месте. Можно снимать и Стругацких, и Звягинцев есть "Одиссей покидает Итаку". Просто наши режиссеры это ничего не читали. Куча литературы есть, не нужно свои сценарии выдумывать.

Александр Акопов: Да, все правильно. Вы угадали. Я спешу вас обрадовать. Не я, но некоторые мои коллеги-продюсеры как раз в течение следующего, ближайшего телевизионного сезона выпустят пару фантастических сериалов. И я думаю, что это новый жанр, который будет осваивать наше телевидение. Так что вы угадали, они скоро придут.

Анна Качкаева: Любопытное пришло сообщение. Владимир нам написал: "Интересен был бы сериал с интригой, про теплый семейный, правительственный паханат, с искушением внедрившегося чужака, не желающего заглотить "наживку с крючком". Это, видимо, такой "Свой среди чужих, чужой среди своих" в варианте сериала.

Александр Акопов: "Западное крыло" - есть такой американский сериал про "теплый паханат" Белого дома.

Анна Качкаева: Между прочим, в этом сезоне почти ушли все эти околобандитские, пробандитские, во всяком случае в прайм-тайме, разборки из сериалов. И очень изменилась жанровая палитра. Если говорить о "мужском сериале", то он тоже видоизменился. Во-первых, ваши "Холостяки", которые выходили на "Ren-TV", "Солдаты" - трудно сказать, что это мужской сериал.

Александр Акопов: Кстати, пример, вот вы говорите: а где наше? Вот "Солдаты" - замечательный совершенно комедийный:

Анна Качкаева: :да, про российскую армию:

Александр Акопов: :который написан нашими.

Анна Качкаева: Но вряд ли где-нибудь в американской армии или в какой-нибудь пакистанской это будет интересно. Там все-таки есть детали, связанные со стилистикой, природой, взаимоотношениями, языком.

Александр Акопов: Ну, наверное.

Анна Качкаева: И вот еще один любопытный проект, который я даже не знаю, как назвать. Мне кажется, что, и сами продюсеры его не знают, как назвать, - "Кулагин и партнеры".

Александр Акопов: Это документальная сериальная драма судебная. Тоже достаточно известный жанр. Он как раз познавательный. Я считаю, что он играет очень позитивную роль, прежде всего, как просветительская программа, сделанная в жанре сериала, конечно, но думаю, что главная польза от него все-таки совершенно практическая. То есть это фактически реалити, только сделанное полностью художественными формами, приемами. Это совершенно нормально. И я надеюсь, что дальше будут очень близкие к реальности сериалы, взятые из реальной жизни. Это хорошее очень направление, которое, наверняка, будет развиваться.

Анна Качкаева: Я вот слышала, что на НТВ, например, будут пытаться что-то такое про Рублевку снимать в этом же ключе.

Александр Акопов: Про Рублевку - не знаю. Это то, что я слышал об этом проекте, это явно будет иметь отпечаток совсем уже "желтой" прессы и "желтого" телевидения. Поэтому насколько это будет реально и реалистично, не знаю. Проверить сложно.

Анна Качкаева: А вот что может стать основой для такой документальной драмы?

Александр Акопов: Если говорить о мировой практике, то, безусловно, документальные драмы - это прежде всего судебные драмы. Палитра судебной драмы тоже очень широкая: может быть от уголовной до гражданской, это разводы, споры об имуществе и так далее. Здесь всякое разное. Мы запускаем очень серьезный проект, который основан тоже на реальных материалах. Это тоже американский формат, который будет называться "Закон и порядок".

Анна Качкаева: Собственно, видели россияне его в американском варианте.

Александр Акопов: Да, в оригинале он был. Точно так же есть сериалы, которые построены на самых разных сферах человеческой жизни - на пожарных, на МЧС, на спортсменах, на бизнесе и так далее. Есть вещи, основанные просто на соседях, которые живут в одном дворе. Уже вопрос, на самом деле, художественного приема. То есть где-то в каких-то фильмах авторы стараются достаточно отойти от действительности, работать с архетипами, работать даже с декорациями, интерьерами, костюмами, которые как бы реальны, на самом деле - нет, то есть куда-то уезжают в придуманный немножко мир. А есть противоположные художественные течения, синемаверитека, которые максимально близко находятся от действительности и работают прежде всего на узнаваемости стопроцентной: вот мы так разговариваем, мы так живем. Это вообще вот я на экране. Слава Богу, и такое течение тоже всегда будет существовать.

Анна Качкаева: Да, только иногда это бывает довольно забавно. В "Няне" вспоминаю:

Александр Акопов: :а дальше, кто как себя видит.

Анна Качкаева: Это разумеется. Но в "Няне" очень забавно, когда российские граждане все сплошняком бегают к психоаналитику. Это такой "привет из Америки", который здесь еще плохо приживается.

Александр Акопов: Он не очень хорошо приживается, к сожалению, потому что:

Анна Качкаева: Это вообще-то полагающаяся история в динамичном, стрессовом и очень быстро живущем обществе.

Александр Акопов: Но, к сожалению или к счастью, эта наука не работает, поэтому люди очень быстро понимают, что надо рассчитывать на собственные силы. И отношение к психоанализу в той же "Няне" как бы серьезное, но дальше видно, что это не работает.

Анна Качкаева: Не работает, да.

Скажите, но если говорить о жанровой палитре сериальных форматов, я так понимаю, что теперь их, по меньшей мере, уже не три? Вы можете перечислить каковы тенденции следующего сезона? Я так понимаю, что в этом году ваша производящая компания будет работать с несколькими каналами?

Александр Акопов: Да, в основном партнером для нас остается "СТС". Буквально в ближайшие полтора месяца выйдет три новых проекта для "СТС". Мы готовим ряд проектов и для других каналов. Но об этом позже, потому что они выйдут позже.

Что касается жанровой палитры, то ясно, что она расширяется в сторону комедий. Она будет расширяться в сторону качественного продукта. И я очень надеюсь, что сериалы будут становиться дороже, потому что ситуация приходит к тому, что зритель имеет право требовать от телевидения примерно тех же усилий, которые в кино прокатном тратятся на час экранного времени. В данном случае "Гибель империи" - это как раз пример того, куда все равно будет двигаться телевидение.

Анна Качкаева: Все-таки с точки зрения картинки, зрелища, характеров будет другим.

Александр Акопов: Абсолютно. И Первый канал пошел по этому пути не просто, потому что захотелось, а потому что за этим видно целое направление. И именно туда и будет двигаться то, что будет идти в прайм-тайм. Это однозначно. Помимо этого, конечно, будет существовать облегченный, с точки зрения производственной мощности, продукт - те же самые ситкомы студийные. Но самое интересное - это, конечно, вот эта верхняя планка качества и то, что в ней будет происходить.

Анна Качкаева: Борис Михайлович из Краснодарского края, мы вас слушаем.

Слушатель: Конечно, "Гибель империи" - это хороший исторический материал, но все-таки это прошлый век. Что если снять сегодня эту "гибель империи"?

Анна Качкаева: Вы имеете в виду, что? Союз?

Слушатель: Развал Союза. И снять без симпатий к той или иной стороне.

Анна Качкаева: Да, в общем, сделать персонажа неоднозначным.

Слушатель: Включить туда все, начиная от Горбачева, который дважды с глазу на глаз беседовал с Рейганом, однажды на авианосце, а другой раз в Ирландии, в Дублине, даже без наших переводчиков. Это было очень подозрительно еще тогда.

Анна Качкаева: А вы откуда знаете про это, Борис Михайлович?

Слушатель: Вот это как раз освещали. Надо достоверно привести всю эту так называемую приватизацию по семейно-клановому признаку. Сегодня это у нас закрытая тема. По телевизору показывают передачу "Как это было" и сказки рассказывают.

Анна Качкаева: А вы думаете, что в сериале, не сказка? Там ведь тоже будет художественное обобщение.

Слушатель: Ну, можно все-таки придерживаться исторических фактов, а не симпатий.

Александр Акопов: Я думаю, что это действительно интересная идея. И это будет сделано, может быть, даже в самое ближайшее время.

Анна Качкаева: То есть вы не знаете, у вас не делаются такого рода сериалы о близкой истории. Но это ведь проблема. Который год мы уже говорим, что нет сериалов, которые бы пытались (как тот же "Белый дом") либо технологию околокремлевскую, политическую кухню показать, или бы о недавнем историческом прошлом повествовали.

Александр Акопов: Мы приближаемся к этому. У нас сейчас в разработке очень большой проект, который я надеюсь реализовать достаточно скоро, называется "Байконур". Это конец 50-х - начало 60-х годов.

Анна Качкаева: Ну, опять 40-50 лет назад.

Александр Акопов: Мы приближаемся оттуда.

Анна Качкаева: Сергей, вы в эфире.

Слушатель: Любя телевидение как предмет искусства, как предмет информации, я давно за ним наблюдаю. Но, ведя бездарную жизнь и имея огромное количество свободного времени, не хочу я убивать свое драгоценное, хоть и бездарное, время на сериалы.

Анна Качкаева: Ну, так и на здоровье, не смотрите. Просто вы зачем-то позвонили, значит, у вас есть идея, про что бы можно было снять?

Слушатель: Я абсолютно в теме, могу рассуждать про ваших "Нянь", "Кулагиных", про что угодно, но когда сюжет завершенный, когда сквозной сюжет на 100 серий - невозможно. Через 10 серий я забуду, что в первой, а жена будет у меня спрашивать: а что было в предыдущей серии?

Анна Качкаева: То есть вас раздражает сам сериальный подход?

Слушатель: Абсолютно. Неужели нельзя завершить сюжет в одну серию, две серии, в 2-3 часа?

Анна Качкаева: Сергей, такие сериалы тоже снимаются. Они с законченным сюжетом. Например, вся "Няня" - в каждой серии - законченная история. Так у вас то какая идея?

Слушатель: Ну, не отказаться от сериалов, а делать завершенные сюжеты, по крайней мере. Не сквозные на 100-200 серий, так что убивают мозги и свободное время.

Александр Акопов: Я думаю, что есть миллионы людей, которые с вами не согласятся.

Анна Качкаева: Тем не менее, это еще и вопрос восприятия.

Александр Акопов: Есть люди, которые читают рассказы, есть люди, которые читают романы. И приходилось слышать очень часто: ну, нет у меня возможности осилить толстую книгу.

Анна Качкаева: Савельева нам пишет: "Никогда бы не снимала сериалы на сюжеты новоиспеченных авторов, которых трудно назвать писателями. Сняла бы сериал по произведениям любого русского писателя, например Салтыкова-Щедрина. Это очень актуально".

Александр Акопов: То есть все современные писатели объявлены нерусскими.

Анна Качкаева: Булгаков, Толстой и Достоевский (Достоевский был в производстве сериальном).

Александр Акопов: Булгаков в производстве.

Анна Качкаева: Толстой тоже. Но вот Щедрин. Щедрина на сериальном потоке я как-то себе плохо представляю.

Александр Акопов: Сложно, да. Но он в таком формате и не работал , большом.

Анна Качкаева: Это хорошо звучит: Салтыков-Щедрин не работал в сериальном формате.

Александр Акопов: А Достоевский работал.

Анна Качкаева: Виктория Духина из Москвы, мы вас слушаем.

Слушатель: На меня в последнее время оказывали впечатление именно документальные сериалы, может быть, это не сериалы, а какие-то длинные передачи, вот Жженова, когда он рассказывал о своем лагерном времени. И мне кажется, что если бы сейчас снят сериал по "Архипелагу ГУЛАГу", который уже как бы забылся, стерся. А ведь раньше его появление, одно название, которое раньше сквозь глушилки в деревне где-то я услышала, каким потрясением это было! А сейчас молодые люди уже и не знают этого, и они не озабочены этими проблемами. И мне кажется, что пока еще живы те люди, которые там были, как Жженов. И потом там не только политические истории, а какая любовная история с врачом лагерным. Мне кажется, что это очень актуально. И я очень признательна телевидению за последние исторические документальные передачи.

Александр Акопов: Кстати, я готов присоединиться к голосу нашей слушательницы, потому что документальные сериалы, вообще документальное телевидение на сегодняшний день, на мой взгляд, просто доведено уже до состояния вполне себе совершенства. Это очень интересно, это делают разные каналы. Просто хочется смотреть каждый день.

Анна Качкаева: Опять же не знаю, как "Архипелаг ГУЛАГ" переложить в сериальный формат, потому что "Живаго" пробовали, но не все получалось.

Александр Акопов: Теоретически это возможно.

Анна Качкаева: Теоретически все-таки возможно. "Предлагаю показать сериал о судьбе девушки, которая родилась в период гражданской войны, отец погиб после войны и так далее". Ну, возможно, это судьба поколения нынешних семидесятилетних.

Александр Акопов: Даже больше.

Анна Качкаева: "Снимите сериал о жизни подростков во время Великой отечественной войны, приурочив к временам, когда приходилось трудиться. О голоде, холоде, плохом отношении государства к детям, у которых отец пропал без вести", - Михаил Иванович. Кстати, тема отношений с детьми, тема беспризорников, сирот в разные трагические времена развития страны. В общем, детская тема.

Александр Акопов: Она и сегодня очень актуальна. Сегодня тоже много беспризорников.

Анна Качкаева: И сирот. И вот бы сериал снять о том, как, например, усыновляют, поговорим, в том числе, о международном и российском усыновлении. Это же возможно.

Александр Акопов: Ну, международное усыновление - это такая попсовая сейчас тема. А вообще, реально внутренний мир сегодняшнего ребенка, который оказался в силу обстоятельств без родителей, на улице, без образования, то есть без будущего и так далее - это тема, конечно, очень серьезная.

Анна Качкаева: "Надо сериалы снимать о деревне. Деревня сегодня рушится. Земля - это самое большое богатство России. Столыпинская реформа, крестьянская семья и дальше. Это и есть основное направление для правительства". Производственная, деревенская тема. Видите, сколько заказов. Но как-то все это не реализуется.

Александр Акопов: Сложно все сразу. Я уверен, что на самом деле мы получим в ближайшем будущем большое эпическое произведение о деревне, причем современной.

Анна Качкаева: Это кто-нибудь снимает или у вас есть такие идеи?

Александр Акопов: У меня есть подозрение, что это будет сделано.

Анна Качкаева: А кто ж там будет героем?

Александр Акопов: Увидим.

Анна Качкаева: Фермер? Ну, кто может быть героем деревенского сериала?

Александр Акопов: На самом деле, Матвеев делал это совсем недавно. "Любить по-русски" - это про это. Чуть-чуть там лубок, но это можно сделать и глубже. На самом деле Шолохов исчерпал тему, на мой взгляд. Там про все уже было написано.

Анна Качкаева: То есть можно и Шолохова сейчас переложить:

Александр Акопов: Легко. Это все про то же.

Анна Качкаева: :и сделать сериал.

Александр Акопов: Да. Шолохов - просто легко. Это телевизионный роман.

Анна Качкаева: Но никто не заказывает.

Александр Акопов: Дело не в том, что не заказывает. Все понимают, насколько это сложно. Это вам даже не "Война и мир". Это вчера все было.

Анна Качкаева: Я помню, что вы, не шутя, говорили, амбициозно, что будете перекладывать в сериал "Войну и мир".

Александр Акопов: Да.

Анна Качкаева: Но это уже который год вы говорите, но не приступаете. Это значит, что все-таки нет заказа.

Александр Акопов: Нет, дело не в заказе. Мы, к счастью, сейчас имеем возможность работать уже без заказа, своими собственными средствами начинать проекты. Я же говорил первый раз о "Войне и мир" два года назад и обещал ее через пять лет, значит, осталось три года.

Анна Качкаева: Понятно. Федор Давыдович, мы вас слушаем, здравствуйте.

Слушатель: Можно ли снять сериал, хотя бы 2-3 серии, документальный о пенсионерах? И почему бы не создать сериалы о коррумпированных правоохранительных органах? Документы есть и судебных инстанций, и КГБ, и МВД.

Александр Акопов: Мы готовим сейчас на самом деле два комедийных сериала из жизни пенсионеров.

Анна Качкаева: Комедийных? Это очень любопытно в контексте минувшей монетизации и реформы ЖКХ.

Александр Акопов: Есть люди, не потерявшие вкус к жизни.

Анна Качкаева: Понятно, то есть пенсионеры - это что, семья? В чем суть?

Александр Акопов: Все ближе к эфиру.

Анна Качкаева: Александр, как с вами тяжело разговаривать, вы же ни про что не рассказываете.

Александр Акопов: Я очень много сегодня рассказал. Я к тому, что если говорить о проблемах пенсионеров, то они, как всегда в искусстве, могут быть решены по-разному. Они могут быть решены в драматическом ключе, а могут и в комедийном.

Анна Качкаева: Но это тоже будет 100-серийный проект или короткий сериал?

Александр Акопов: Это довольно большой проект.

Анна Качкаева: В общем, как у "Няни" и у "Бедной Насти", больше сотни серий. Это значит, так на весь сезон. Я подозреваю, что "Старики" должны пойти уж точно не на "СТС", они где-нибудь на Первом канале пойдут.

Александр Акопов: Ближе к делу мы все увидим.

Анна Качкаева: Владимир: "Можно бы экранизировать "Скотский хутор". Оруэл, наверное, имеется ввиду. Аркадий нам пишет, что "сериал с искусством ничего общего не имеет. Это одна из форм воздействия на сознание человека. Это оружие, цель которого заставить общество не думать о политике". Иногда, наоборот, - думать о политике. Смотря, какие сериалы. "И увести от реальности". "У Салтыкова-Щедрина есть объемное произведение, например "Господа Головлевы" вполне подходит для сериала", - настаивает наша слушательница Савельева.

Геннадий Трифонов, вы в эфире, здравствуйте.

Слушатель: Отгремели фанфара по поводу 60-летия Победы, и никому не пришло в голову сделать сериал по трагической, горестной, страшной и правдивой книге Астафьева "Прокляты и убиты". Мне кажется, это очень нужно, особенно молодому поколению.

Анна Качкаева: "Надо снимать сериалы учебные для детей по истории, географии, литературе". Это возможно, но это не по нашей сегодняшней теме. "Все-таки снимите сериал о повальной коррупции в стране: от взятки в ЖЭКе до правительства и администрации".

Александр Акопов: Мне кажется, сегодня в каждом сериале на современную тему коррупция так или иначе присутствует. Везде какие-то коррумпированные депутаты, министры, судьи, милиционеры. Разве нет?

Анна Качкаева: Да, тем не менее, в большинстве сериалов милицейских милые, славные, добрые, иногда - интеллигентные менты, замечательные судьи, есть, конечно, и нехорошие. Но, в целом. "Все это (реплика Аркадия) сильно расходится с жизнью".

Александр Акопов: Я бы так не сказал. Скажем так, это философский вопрос. Но в каждом явлении, взять, например, милицию или армию, есть понятные минусы, но, с другой стороны, без милиции совсем тоже плохо. Когда Ющенко пытался ГАИ ликвидировать, в первый момент народ как бы обрадовался, а с другой стороны, без организации дорожного движения тоже никак. В итоге понятно, что это был чисто пропагандистский ход. Но тем не менее, представить страну без армии и милиции, суда, сколь угодно коррумпированных, очень сложно. И как бы ни хотелось считать по-другому, время от времени в наших судах дела решаются в пользу справедливости.

Анна Качкаева: Александр, вы вслушались в то, что вы только что сказали? Время от времени у нас все-таки, то есть "кое-где у нас порой".

Александр Акопов: Я хорошо отдаю отчет себе в том, что я говорю. Попадаются честные милиционеры и солдаты, которые исполняют свой воинский долг честно.

Анна Качкаева: Наталья из Великого Новгорода, мы вас слушаем.

Слушатель: У меня такое предложение: снять сериал о том, как человек разбирается сам в себе. Не ищет виноватых вокруг, разбирается в себе: что он, кто он, начинает меняться, и жизнь его начинается меняться.

Анна Качкаева: Такой психологический сериал.

Александр Акопов: Да, автор - Шекспир, произведение называется "Гамлет".

Анна Качкаева: Но "Гамлет" в сериал никак не переложишь. Или возможно?

Александр Акопов: История развивалась слишком быстро.

Анна Качкаева: Слишком быстро развивалась история, и слишком много параллельных линий сюжетных.

Александр Акопов: Написано как рассказ.

Анна Качкаева: Антонина из Москвы, пожалуйста, вы в эфире.

Слушатель: Очень хорошо, что вы выслушали все пожелания и предложения. Но у меня будет своеобразное пожелание: каждый сериал, каждый фильм, каждое произведение, которое пойдет по телевидению для зрителей, делать с любовью. Я думаю, гость у вас в студии меня поймет.

Александр Акопов: Спасибо. Стараемся именно так и работать.

Анна Качкаева: О том, как стараются продюсеры и режиссеры, мы поговорим уже в новом сезоне.

XS
SM
MD
LG