Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Цены на газ как инструмент политики. Возможные последствия экономического давления. Сенат США рассматривает эффективность работы ФБР. Проблема смертной казни в России. Свято ли право на частную собственность в США?


[ Радио Свобода: Программы: Время и Мир ]
[04-08-05]

Цены на газ как инструмент политики. Возможные последствия экономического давления. Сенат США рассматривает эффективность работы ФБР. Проблема смертной казни в России. Свято ли право на частную собственность в США?

ВедущаяИрина Лагунина

Ирина Лагунина: Россия вновь заявила, что, возможно, повысит цены на поставки энергетического сырья в соседние государства. В интервью украинским коллегам Радио Свобода Борис Немцов - в прошлом вице-премьер России, а ныне советник украинского президента Ющенко - прокомментировал эти заявления так...

Борис Немцов: Россия продает Украине более трети потребляемого газа, и сейчас "Газпром" - я думаю, не без политических оснований - постоянно будирует тему радикального роста цен на газ, говоря о цене в 160 долларов за тысячу кубов. По сути речь идет об утроении цены, что для любой экономики тяжело, а для украинской просто катастрофично. Моя личная позиция в том, что подобного рода действия контрпродуктивны, очень похожи на политическое давление и, на самом деле, разрушительны, в том числе, и для российского экспорта в Европу. Дело в том, что Украина является крупнейшей транзитной газовой страной, без которой Россия не способна продавать газ в Европе.

Ирина Лагунина: О возможных последствиях такого шага России в экономической и политической областях для стран Балтии мой коллега Ефим Фиштейн.

Ефим Фиштейн: Россия и в прошлом не раз пользовалась своими энергоресурсами как эффективным внешнеполитическим инструментом нажима на соседние государства. К примеру, три года назад она приостановила поставки природного газа в Белоруссию, добиваясь от нее права на покупку значительной доли ее энергетического сектора. В начале этого года российские поставщики газа шантажировали правительство Молдовы угрозой пережать трубопроводы, пытаясь повлиять на парламентские и президентские выборы в этой стране.

С таким же прицелом, имея в виду парламентские выборы, предстоящие в марте следующего года, глава российской государственной компании "Газпром" Алексей Миллер поставил своих украинских партнеров в известность о намерении увеличить цены поставляемого газа втрое. Если такая мера в одностороннем порядке будет предпринята накануне зимнего отопительного сезона, у украинских властей просто не останется другого выбора, кроме как принять ультиматум. Это может произвести эффект домино и вызвать рост цен на энергетическое сырье в ряде стран Европы, так как до 90 процентов поставляемого в Европу газа перекачивается транзитом через территорию Украины, а та, разумеется, вынуждена будет повысить транзитные сборы.

Украины занимает в инфраструктуре энергетического транзита ключевое положение, однако она - не единственная страна, сталкивающаяся сейчас с подобной проблемой. В Государственной Думе России в последнее время участились депутатские запросы и предложения, направленные на целевое, нерыночное ценообразование в отношениях с балтийскими государствами. Цены российского сырья, считают некоторые депутаты Госдумы, должны диктоваться не только рынком, но и государственными интересами и использоваться для достижения политических целей. Балтийским странам уже сейчас приходится вырабатывать адекватные ответы на эту угрозу.

Как она воспринимается в Латвии - рассказывает из Риги Михаил Бомбин.

Михаил Бомбин: "Мы прекращаем кормить своих врагов. За газ прибалтам, грузинам, украинцам и молдаванам придется платить по мировым ценам" - именно так прокомментировал обращение Госдумы к правительству России депутат Владимир Овсянников. Суть документа - поднять цены на подаваемый в Латвию, Эстонию, Украину, Молдову и Грузию природный газ до общеевропейских, то есть с 50 или 85 до 160 долларов за тысячу кубометров. Реакция латвийской стороны была вполне предсказуемой. По словам советника премьер-министра по экономике Айгера Штокенберга, экономические вопросы Госдумы пытается решить политическими методами. А Москва этого на сей раз и не скрывает. Как заявил тот же Овсянников: "Почему мы должны предоставлять скидки Латвии и Эстонии, которые враждебно относятся к России и проводят явно антироссийскую политику?" Тем временем для Латвии инициатива Госдумы означает неминуемый рост инфляции, всеобщее повышение цен, а также сбой в работе природного Инчукамского газохранилища.

За комментарием на тему российской "газовой атаки" я обратился к эксперту по внешним связям предприятия "Латвиесгаза" Винсенту Макарису.

Винсент Макарис: Все это можно, конечно, назвать и смотреть с какой хотите стороны, но связано это с тем, что цены на нефтепродукты, на мазут, на бензин, на газ растут. И действительно, Латвия покупала до сих пор достаточно по низкой цене, и в течение трех лет она достигнет какого-то, можно сказать, европейского уровня.

Михаил Бомбин: Мы "потянем" или нет вот этот европейский уровень? Говорят, что сейчас уже для отопления, например, газ выходит достаточно дорогим, как вы считаете?

Винсент Макарис: Можно смотреть это по-разному. Но одно ясно: природный газ сейчас и через два года останется одним из самых дешевых энергоресурсов, если смотреть, например, для центрального отопления, для котельных, а также для индивидуального сектора, для жителей.

Михаил Бомбин: Так что ничего трагического в этом нет.

Винсент Макарис: К тому же есть обстоятельства, которые очень хороши для Латвии, то есть мы находимся рядом с Россией, у нас нет транзитных плат через другие страны. Но также все компании, если смотреть, например, на Балтии, их акционерами является "Газпром", единственный поставщик газа, можно сказать. И отношения этих компаний - "Латвиесгаза" и "Газпрома" - не только на экономических факторах основываются.

Михаил Бомбин: А что касается строительства так называемой Балтийской трубопроводной системы - по дну Балтийского моря в обход Латвии?

Винсент Макарис: Во-первых, это уже такие большие проекты, над их реализацией работают уже на самом высшем уровне, то есть межгосударственном уровне, либо даже Еврокомиссия с Россией - в таком виде. Конечно, это для Латвии было бы очень хорошо, если бы этот магистральный газопровод из России в Европу шел через Латвию. На это и работает "Латвиесгаза", чтобы в Латвии всегда был газ, чтобы он был в достаточно объеме и не было никаких перерывов в подаче.

Михаил Бомбин: Собственно говоря, "Латвиесгаза" может как-то повлиять или на правительство Латвии, или на правительство России, чтобы эти отношения улучшить?

Винсент Макарис: Отношения "Латвиесгаза" с "Газпромом", с партнерами, а также с латвийским правительством: Ни разу не было такой ситуации, чтобы кто-то нам как-то газ прекратил подавать из-за каких-то политических отношений. Но, конечно, это является фактором.

Михаил Бомбин: Это государственные отношения, и они в вашу компетенцию уже не входят.

Винсент Макарис: Мы - экономический объект. И мы так и стараемся быть.

Михаил Бомбин: О ситуации с поставками российского газа в Латвию рассказывал сотрудник предприятия "Латвиесгаза" Винсент Макарис.

Ефим Фиштейн: Сейчас цены на российский газ для стран ближнего зарубежья в среднем колеблются от 80 до 100 долларов на тысячу кубометров, и это значительно ниже мирового уровня цен. Европейский Банк реконструкции и развития считает, что слишком низкие или субсидированные цены на энергию только поощряют расточительство и неэффективное ее использование. Скажем, на той же Украине, по данным Банка, энергозатратность производства на единицу продукции втрое выше, чем в среднем по Европейскому Союзу. Но надо сказать, что и в некоторых балтийских государствах ответственные деятели относятся сравнительно спокойно к предстоящему повышению цен на российский газ и не склонны впадать в панику, как об этом свидетельствует и заметка Ирины Петерс из Вильнюса?

Ирина Петерс: Сейчас Литва за тысячу кубометров поставляемого "Газпромом" топлива платит 85 долларов, латыши - 92, эстонцы - 90. После известия о том, что россияне намерены повысить цены на газ для стран Балтии, и сами литовские представители признали: мы долго пользовались исключительными условиями при экспорте природного газа, но это не может продолжаться вечно. Между тем, министр хозяйства Литвы Даугшис считает, что столь резко повысить цены на газ, как он сказал, практически невозможно. Ведь в цену газа включаются и расходы на его транспортировку. Из 160 долларов за тысячу кубометров, которые платит России за газ, например, Германия, 50 долларов составляют расходы на доставку. Для Литвы, считает министр хозяйства, они меньше.

В свою очередь премьер-министр Литвы Альгердас Бразаускас отметил, что правительство имеет достаточное количество рычагов давления на "Газпром". По его мнению, в договоре между Литвой и "Газпромом" зафиксирована формула определения цен на газ до 2015 года. "Мы будем интенсивно работать с "Газпромом": как работали до сих пор - объяснять, убеждать, напомним о договорах о поставках газа, об акциях и другом", - таинственно пообещал премьер. По мнению газетчиков, здесь он что-то недоговаривает, ведь в мировой практике цена на газ зависит от цены на мазут - эта переменная и включена в формулу расчета и не может быть изменена. Для Литвы специального рецепта никто изобретать не будет, говорят эксперты. "Цена на природный газ с будущего года будет такой, какую сумеем выторговать у "Газпрома", - считает представитель литовской газовой компании.

Иронизируют журналисты и по поводу рычагов давления. Конечно, их больше у России, считают они, поставщика топлива, чем у европейской, но маленькой Литвы. Несмотря на оптимизм премьера Бразаускаса, который всегда пользовался для решения литовских проблем своими давними контактами с москвичами и которому теперь, после встречи с председателем правления компании "Газпром" Алексеем Миллером, кажется, что российское топливо не подорожает, прогноз экспертов неутешителен. Литве нужно быть готовой покупать российский газ по рыночной цене. И в этом нет ничего особенного, за исключением того, что, как часто это бывает в отношениях между Россией и бывшими союзными республиками, вопрос цены на энергоносители становится предметом торга совсем не экономического, нередко примешивается политика. Сейчас для России, считают эксперты, большое искушение - нажать на Литву ценами на газ и добиться вожделенного контроля над литовских нефтекомплексом "Мажейкюнафта", он управляется ЮКОСом, пока.

А рядовые потребители российского газа в Литве тем временем замерли в ожидании - как бы он, подорожавший, не заставил их сильно раскошелиться. И здесь на спасительное "Европа нам поможет" не понадеешься. Она сама зависит от российской газовой трубы.

Ефим Фиштейн: Как следует из сообщения нашего вильнюсского корреспондента Ирины Петерс, Литва в целом готова к повышению цен на российский газ. Но, принимая решения о ценах энергоносителей, законодатели должны всегда помнить о том, что рынок с его экономическими законами - это как природа со своими физическими законами. Они действуют независимо от воли людей, и плоха та политика, которая не учитывает объективные законы.

Ирина Лагунина: Как следует из заключительного доклада независимой Комиссии по расследованию терактов 11 сентября, основная вина за провал существовавшей тогда системы предотвращения терроризма на территории США лежит на Федеральном бюро расследований. В соответствии с рекомендациями комиссии ФБР реформировало свои контртеррористические структуры, а Конгресс обновил законодательную базу этой деятельности и выделил средства. На днях директор ФБР Роберт Мюллер отчитался о проделанной работе перед членами сенатской Комиссии по юридическим вопросам.

Рассказывает Владимир Абаринов.

Владимир Абаринов: Одним из главных пороков прежней контртеррористической системы независимая комиссия признала ведомственную разобщенность, при которой фрагменты важной информации теряются, потому что ведомства не привыкли делиться сведениями друг с другом. Так, например, агентурное донесение разведки об оперативном совещании "Аль-Каиды" в малазийской столице Куала-Лумпуре не достигло Иммиграционной службы США. В результате будущие угонщики 11 сентября смогли беспрепятственно въехать на американскую территорию.

Но и внутри одного ведомства сообщения с мест часто не попадались на глаза руководству, потому что начальники среднего звена не придавали им должного значения. Так произошло с рапортом из Аризоны, в котором специальный агент ФБР писал о своих подозрениях в отношении большого количества выходцев с арабского Востока, обучающихся в частных летных школах США. В штаб-квартире ФБР этому рапорту просто не придали значения. Когда отделение бюро в Миннесоте за месяц до 11 сентября арестовало Закариаса Мусауи за нарушение визового режима и запросило ордер на просмотр жесткого диска его компьютера, из Вашингтона ответили, что не видят для этого достаточных оснований. Впоследствии Мусауи был признан 20-м участником заговора. Своевременный просмотр его компьютера мог вывести ФБР на след его сообщников.

Открывая слушания в Сенате, председатель юридического комитета Арлен Спектер упомянул эти и другие случаи неверной оценки информации. По мнению сенатора, предотвращение атаки 11 сентября было сложной, но выполнимой задачей.

Арлен Спектер: Директор Мюллер, мы ценим вашу деятельность и питаем огромное доверие к вам лично. Перед вами стоит колоссальная задача, и мы хотим помочь вам, но для этого нам нужно распутать клубок проблем. Наш первостепенный долг - предотвратить новую атаку, добиться такого положения вещей, при котором вся информация собирается воедино. Будь это сделано раньше, я уверен, 11 сентября можно было бы предотвратить.

Владимир Абаринов: Роберт Мюллер не стал заверять законодателей, что террористическая угроза полностью устранена. Она отступила, - считает директор ФБР.

Роберт Мюллер: Нам по-прежнему угрожают террористические нападения. Мы сталкиваемся и с другими растущими угрозами. И мы будем стремиться соответствовать этим будущим вызовам, в то же время поддерживая гражданские свободы, которыми мы дорожим.

Владимир Абаринов: Роберт Мюллер сообщил законодателям об увеличении численного состава своего ведомства и принципиально новых подходах к подбору кадров, о техническом перевооружении ФБР, о налаживании обмена данными с ЦРУ и другими специальными службами. Вместе с тем он повторил свое известное предостережение том, что реформировать ФБР в ходе войны с террором - это все равно, что менять колеса на автомобиле, который мчится со скоростью 70 миль (110 километров) в час.

Не углубляясь в частности, сенатор Спектер задал директору ФБР вопрос, ответ на который хотят получить все американцы.

Арлен Спектер: Позвольте мне начать с основных вопросов, директор Мюллер. В какой мере наша страна защищена от террористического нападения? Иначе говоря, какова степень неотвратимости новой террористической атаки на американской земле?

Роберт Мюллер: Я бы сказал, что мы сегодня гораздо в большей безопасности, чем были до 11 сентября. По моему мнению, это произошло благодаря трем факторам. Первый состоит в том, что после 11 сентября мы ликвидировали убежище "Аль-Каиды" в Афганистане - убежище, где "Аль-Каида" имела возможность планировать теракты, тренировать новобранцев и осуществлять координацию так, как она это делала до 11 сентября. Во-вторых, ряд ведомств, особенно ЦРУ, действовали весьма успешно (эти успехи неизвестны широкой публике), работали совместно со своими партнерами за рубежом и в результате смогли вывести из строя руководство "Аль-Каиды" - арестовать или нейтрализовать их как дееспособных лидеров сети "Аль-Каиды".

Владимир Абаринов: Третий фактор успеха, по словам Мюллера, - это взаимодействие различных ведомств.

После этих относительно оптимистических заявлений пришло время затронуть более конкретные темы. Сенаторов, в частности, интересовала судьба проекта модернизации компьютерной системы ФБР. На эти цели Конгресс еще три года назад ассигновал 170 миллионов долларов, однако система так и не вступила в строй. Фактически проект провалился, и теперь руководство ФБР обещает ввести систему в действие в 2009 году - при условии новых финансовых вливаний. Отсутствие единой компьютерной базы данных приводит к многочисленным ошибкам и сбоям. Как рассказал на слушаниях сенатор Патрик Лихи, у различных федеральных ведомств имеется 12 разных списков лиц, подозреваемых в терроризме. Десятки людей внесены в них ошибочно - они имели несчастье оказаться однофамильцами подозреваемых, - в результате их жизнь превратилась в сплошное оправдание перед властями. Участились случаи, когда авиарейсу из Европы или Азии отказывают в посадке в США, потому что среди пассажиров значатся фигуранты списков. Несколько раз на основании этих списков снимался с рейса сенатор Эдвард Кеннеди - человек, известный всей Америке.

Еще одна насущная проблема - служба переводов ФБР. Как явствует из отчета генерального инспектора Министерства юстиции, в состав которого входит ФБР, вследствие нехватки специалистов-лингвистов в настоящее время объем перехваченных и никем так и не прослушанных переговоров между подозреваемыми в террористической деятельности удвоился по сравнению с апрелем прошлого года и составляет около 8,5 тысячи часов.

Но и у директора Мюллера есть претензии к законодателям. Он обратился к Сенату с особенной просьбой - позволить использовать в расследованиях дел о терроризме так называемую административную повестку, то есть ордер, не требующий санкции суда. Сенатор Дайан Файнстайн выступила резко против.

Дайан Файнстайн: Я голосовала против закона о реформе разведки из-за слишком расплывчато написанного раздела об административной повестке. Для получения такой повестки не требуется подтверждение срочности. Она не требует даже подписи министра юстиции, достаточно, чтобы расписался специальный агент, ведущий дело. И ставить в известность подозреваемого необязательно. Чем отличается административная повестка от аналогичных документов? Тем, что подозреваемое лицо о ней не знает, и может никогда не узнать, что правительство собирает о нем сведения. Как следует из текста закона, это может происходить годами.

Владимир Абаринов: Сенатор Файнстайн привела пример ситуации, когда лицо, внушающее ФБР подозрения, может ничего не узнать об этом.

Дайан Файнстайн: Предположим, вы приходите в гостиницу и говорите: "Мне нужны данные на всех, кто живет здесь". На мой взгляд, вы должны представить основания, аналогичные тем, какие вы представляете судье, когда просите ордер на обыск.

Владимир Абаринов: Роберт Мюллер заявил, что будет возражать против этого предложения. По его словам, судебный ордер не в состоянии обеспечить оперативность, жизненно необходимую в борьбе с терроризмом.

Роберт Мюллер: Приведу пример, который имел место две недели назад, после взрывов в Соединенном Королевстве. Нам потребовалось найти человека, который мог быть причастным к этим взрывам, человека, знающего химию, который, по нашим сведениям, учится в одном из американских университетов. Мы обратились в университет, но нам было отказано в информации. Мы должны были ходатайствовать перед большим жюри о повестке. Мое мнение: в таких обстоятельствах мы должны иметь право получать информацию немедленно.

Владимир Абаринов: На это сенатор Файнстайн возразила, что в тех случаях, когда это требуется, американского судью ради ордера поднимают среди ночи с постели.

Однопартиец Дайан Файнстайн, сенатор-демократ Джозеф Байден, высказался в пользу значительного повышения расходов на борьбу с терроризмом.

Джозеф Байден: Мой отец говорил: "Если тебе одинаково важно все - значит, неважно ничего". Мы должны существенно увеличить расходы на ФБР, на безопасность транспорта, на финансирование местных органов правопорядка. Когда президент говорит мне, что его приоритет - сокращение налогов, что-то еще, я считаю это безответственным. Если мы не чувствуем себя в безопасности, не можем спокойно ходить по улицам, - тогда все наши прочие свободы, от права на образование до свободы передвижения не имеют никакого смысла.

Владимир Абаринов: Расширение полномочий правоохранительных органов в целях борьбы с терроризмом многие в США воспринимают как ущемление прав граждан. Правоохранительные же органы говорят, что не могут продемонстрировать публике свои успехи во всем блеске, потому что эта информация остается секретной.

Ирина Лагунина: В 1996 году Россия была принята в Совет Европы, а 5 мая 1998 года ратифицировала европейскую конвенцию по защите прав человека и признала тем самым право российских граждан обращаться в Европейский суд по правам человека. Однако Россия до сих пор не ратифицировала протокол номер 6 Европейской конвенции. Протокол предусматривает полный запрет на смертную казнь - в мирное время. Кстати, этот запрет распространялся бы и на Чечню, поскольку война там хоть и длится с небольшим перерывом 10 лет, официально войной никогда не называлась. Россия, тем не менее, взяла на себя обязательство исключить смертную казнь. Но ограничилась полумерой - ввела мораторий на исполнение смертных приговоров. Принять окончательное решение Дума пока не решилась, отчасти потому, что и опросы общественного мнения показывают, что большинство россиян все еще не говоры последовать примеру Европы. Со своей стороны, прокуратура ищет способы обойти мораторий; предлагается, например, ввести смертную казнь для террористов.

О международном опыте в решении этой проблемы рассказывает Людмила Алексеева.

Людмила Алексеева: В мире все более явно просматривается тенденция к отказу от смертной казни, по крайней мере в мирное время. После окончания Второй мировой войны человеческое сообщество все более ясно стало осознавать необходимость отказа от смертной казни. Начиная с 1948 года международные организации разработали и приняли ряд международно-правовых норм, ограничивающих применение смертной казни, ведущих постепенно к ее отмене. Проследим основные вехи этого процесса.

Всеобщая Декларация прав человека, принятая Генеральной Ассамблеей Организации объединенной наций в 1948 году, провозгласила ценность и неприкасаемость человеческой жизни. В Декларации утверждается:

"Каждый человек имеет право на жизнь, на свободу и на личную неприкосновенность. Никто не должен подвергаться пыткам или жестоким, бесчеловечным или унижающим его достоинство обращению и наказанию".

Людмила Алексеева: Следующий шаг в этом направлении был сделан в Международном Пакте о гражданских и политических правах. Этот Пакт, принятый Генеральной Ассамблеей ООН 16 декабря 1966 года, не обязывал государства отменять смертную казнь, но существенно ограничивал ее применение.

Согласно статье 6-ой Пакта, смертная казнь допускается только за совершение особо тяжких преступлений и не может быть применена к лицам младше 18 лет и к беременным женщинам. Пакт устанавливает, что каждый приговоренный имеет право на амнистию, помилование или смягчение приговора.

Людмила Алексеева: Все государства, ратифицировавшие этот пакт, обязывались пересмотреть свое законодательство в соответствии с этими остановками. А второй, факультативный протокол к этому Пакту, принятый в декабре 1989 года, уже гласит со всей определенностью:

"Ни одно лицо, находящееся под юрисдикцией государства - участника настоящего протокола не подвергается смертной казни. И каждое государство-участник принимает все необходимые меры для отмены смертной казни в рамках своей юрисдикции".

Людмила Алексеева: Параллельно с этими документами Организации объединенных наций проблема смертной казни отражалась и в документах Совета Европы. Европейская Конвенция о защите прав человека и основных свобод была принята в 1950 году и вступила в силу в 1953-ем. В этом документе применение смертной казни тоже ограничивалось.

"Право каждого на жизнь защищается законом. Никто не может быть умышленно лишен жизни, иначе как во исполнение приговора, вынесенного судом за совершение преступления, за которое законом предусмотрено такое наказание".

Людмила Алексеева: 22 апреля 1980 года Парламентская Ассамблея Совета Европы предложила государства - членам этой организации исключить из своих законодательств смертную казнь за преступления, совершенные в мирное время.

На пути к отмене смертной казни Европа продвинулась дальше всех континентов. Но в этом же направлении движутся и Америка и Африка. Американская Конвенция по правам человека была принята Организацией американских государств в 1969 году и вступила в силу в 1978 году. В статье 4-ой этой Конвенции утверждается право человека на жизнь, что гарантируется законом. Что касается смертной казни, то, согласно этой Конвенции:

"В странах, где еще не отменена смертная казнь, она может назначаться лишь за тяжкие преступления и не может быть введена в тех государствах, где она уже была отменена ранее. Смертные приговоры не могут выноситься лицам моложе 18 лет или старше 70 лет, а также беременным женщинам".

Людмила Алексеева: В Африке полностью отменили смертную казнь Ангола, Кот д'Ивуар, Маврикий, Мозамбик и Южно-Африканская республика. Африканская Хартия прав человека и народов, принятая Организацией африканского единства 27 июня 1981 года, вступила в силу 21 октября 1986 года. Хартия не содержит положений о смертной казни, но в ней декларируется:

"Человеческая жизнь неприкосновенна. И каждый имеет право на уважение к его жизни и целостности его личности".

Людмила Алексеева: Таким образом, мир в целом движется в направлении к отмене смертной казни. И лидирует в этом процессе Европа. Это можно сказать не только о законодательстве. С каждым годом в мире сокращается число смертных казней, все реже выносятся смертные приговоры, и все чаще их вынесение не исполняется в результате помилования. Сужается круг преступлений, за которые карой является смертная казнь. Это сужение происходит благодаря законодательной отмене смертной казни за ряд преступлений, прежде так наказывавшихся. Сейчас смертный приговор практически применяется лишь за умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах. И при этом расширяется круг лиц, по отношению к которым смертная казнь не может быть применена. Так смертная казнь для лиц моложе 18 лет запрещается целым рядом международных документов и законодательством многих стран, в которых смертная казнь еще не отменена полностью. Тот же самый запрет существует для беременных женщин и женщин с маленькими детьми. Число стран, полностью отказавшихся от смертной казни, постоянно растет.

В 1981 году в мире насчитывалось 27 стран, в которых смертная казнь была отменена полностью. В 1991 году число таких стран выросло до 58, то есть более чем вдвое. Сейчас таких стран 80. Кроме того, в 15 государствах смертную казнь применяют лишь в исключительных случаях, например - за военные преступления. И еще в 23 странах смертная казнь хоть и не отменена законодательно, но фактически не применялась в последние 10 лет. Лидирует в этом отношении Европа, поскольку все страны Западной Европы уже отказались от применения смертной казни полностью.

Людмила Алексеева: Таким образом, человечество постепенно отказывается от убийств, санкционированных государством. Хотя во многих странах численность сторонников смертной казни все еще превышает численность ее противников.

Какие доводы приводятся в защиту сохранения смертной казни? Во-первых, что угроза смертной казни остановит потенциального преступника от совершения преступления, за которое он может поплатиться жизнью, и таким образом сохранение смертной казни способствует сокращению преступности. Во-вторых, это апелляция к чувствам близких жертвы преступления. Как объяснить матери убитого, почему сохраняется жизнь убийцы? На оба этих довода есть неопровержимые возражения, а именно: за последние полвека накопилась огромная библиотека исследований, проводившихся в разных странах на тему "Как влияет на статистику преступлений применение смертной казни и отказ от нее".

Сравнение частоты тяжких преступлений в странах, в которых применяется смертная казнь, и в странах, отказавшихся от нее, доказывает, что нет взаимозависимости между числом тяжких преступлений и применением смертной казни. Нет и данных о том, что применение смертной казни способствовало сокращению числа таких преступлений и, наоборот, что отмена смертной казни увеличила их число. В многочисленных изданиях Организации объединенных наций, посвященных этой проблеме, на материалах из многих стран современного мира констатируется, что после полной отмены смертной казни или значительного сокращения ее применения нигде не происходило существенного увеличения числа преступлений, за которые прежде полагалась смертная казнь. Нет и данных о том, что введение смертной казни способствовало снижению числа таких преступлений.

Людмила Алексеева: Таковы же данные отечественной статистики.

В СССР с 1947 года по 1954 год, когда смертная казнь была отменена, роста тяжких преступлений не наблюдалось. А после 1954 года, когда вновь стали применять смертную казнь, число таких преступлений даже несколько увеличилось.

Людмила Алексеева: Таким образом, соображения о сдерживающем влиянии смертной казни на потенциальных преступников не имеет под собой почвы.

Что касается апелляции к чувствам близких убитого человека, конечно, их горе не может не вызвать самого горячего сочувствия. Но столь же справедлива и такая постановка вопроса: как утешить мать, сына которой казнили как убийцу, а потом выяснилось, что он был невиновен? Ведь судебной системы, не допускающей ошибок, просто не существует. Потому что судьи - люди, а людям свойственно ошибаться.

В Соединенных Штатах Америки с 1900 по 1985 год 350 человек, присужденных к смертной казни, были при последующем рассмотрении их дел признаны невиновными. Невиновность 23 из них была установлена после их казни.

Людмила Алексеева: В России все социологические опросы показывают высокую степень недоверия граждан к нашей судебной системе. Коррумпированность суда, юридическая неграмотность значительной части судей, инквизиционный характер правосудия, отсутствие должной квалификации следователей, применение запугивания, а то и пыток во время следствия, отсутствие качественной защиты у большой части осужденных - все эти обстоятельства широко известны. Как же можно такому суду давать возможность выносить смертные приговоры?..

Ирина Лагунина: "Никто не может быть лишен жизни, свободы или собственности без надлежащей правовой процедуры; частная собственность не должна изыматься для общественного пользования без справедливого возмещения", - гласит пятая поправка к Конституции США. Она ратифицирована 15 декабря 1791 года. Никаких других статей и поправок, защищающих частную собственность, в американской Конституции нет. Почему же считается, что частная собственность в США священна? И так ли это на самом деле?

Я передаю микрофон Марине Ефимовой.

Марина Ефимова: За войной в Ираке и за другими важными американским новостями иностранные наблюдатели вряд ли заметили одно частное судебное дело, решавшееся недавно в Верховном суде США. Кило против города Нью-Лондон штата Коннектикут. Между тем, это дело всколыхнуло всю страну, потому что решение Верховного суда пошатнуло самое незыблемое право американца - его право на частную собственность. Читаем в отчете общественной организации "Institute for Justice".

Диктор: Сюзет Кило всю жизнь мечтала жить у воды. В 1997 году, накопив денег долгим трудом, она купила маленький домик на окраине Нью-Лондона в штате Коннектикут, на берегу залива. И с тех пор, по ее словам, получала наслаждение от каждого взгляда в окно. Соседи Сюзет - целый клан Дери, который ведет свою историю от прапрадеда, купившего два дома на берегу залива в 1895 году, во время правления президента Мак-Кинли. И Сюзет, и ее соседи, надеялись дожить на этом берегу до глубокой старости. Но в 2000-м году власти Нью-Лондона решили использовать побережье с большей выгодой для города. А для этого продать прибрежные земли частной строительной корпорации с тем, чтобы она построила там курортный отель, дорогой жилой комплекс и набережную. А чтобы вынудить местных жителей продать свои дома и участки, город воспользовался правом "eminent domain" - правом государства на отчуждение частной собственности для общественных нужд.

Марина Ефимова: Что это за право? О нем экономист, сотрудник штатного коннектикутского отделения Американской ассоциации городского планирования Джим Гиббон.

Джим Гиббон: Право "eminent domain" строится на традиционном американском установлении, что общественное важнее индивидуального. Этот принцип восходит к первым английским поселенцам здесь, в Новой Англии, которые понимали, что для того, чтобы выжить, надо прежде всего соблюдать интересы группы в целом. Когда нападают волки, когда нападают индейцы, когда неурожай, когда пожар. И этот принцип отразился, в частности, на традиционных установлениях, касающихся владения недвижимостью.

Марина Ефимова: Вот вам и сказки об индивидуалистической сущности Америки. Причем, насколько я понимаю, право государства на отчуждение частной собственности - это настолько важная и традиционная функция государства, что ее упоминание даже внесено в Конституцию. В нашей передаче участвует Фрэд Андерсон, сотрудник общественной правозащитной организации "Институт справедливости".

Фрэд Андерсон: Не совсем так. Правительство безо всякой Конституции имеет суверенное право отчуждать частную собственность. В Конституцию, в пятую поправку, были как раз внесены ограничения этого права. А именно: правительство, федеральное или местное, может вынудить владельца продать его землю, но только для общественных нужд и только после компенсации, которая удовлетворит владельца.

Марина Ефимова: Расшифруйте, пожалуйста, что это значит - общественные нужды?

Фрэд Андерсон: Исторически, эта акция применялась только для общественных проектов, для строительства школ, мостов, судебных и почтовых зданий, для проведения шоссейных и железных дорог, канализационных систем, водохранилищ, электростанций. Но за последние 50 лет этот принцип стал нарушаться. Городские и штатные власти начали вынуждать владельцев продавать их землю для того, чтобы передать ее другому частному лицу или фирме. Власти объясняют это обычно двумя причинами. Или необходимостью расчистить трущобы, преобразовать запущенные городские районы или даже просто экономической выгодой для всего города, имея в виду, что новое строительство принесет городу гораздо большую сумму налогов или даст работу местным жителям.

Марина Ефимова: Итак, город Нью-Лондон во имя общественной пользы наложил руку на собственность Сюзет Кило, Тома Дери и еще 15-ти владельцев, которые наотрез отказались продавать свои дома. Те подали в суд. За пять лет тяжбы дело дошло, наконец, до Верховного суда, который на днях, большинством в один голос, решил дело в пользу города Нью-Лондона. Тут американцы испугались. Каждый из десятков миллионов домовладельцев думал: "А что если и меня силой заставят продать мой дом, мою крепость? Ведь какой-нибудь строитель-преобразователь наверняка может убедить городской совет, что его постройки будут выгодней для города". Мистер Гиббон, вы работаете в штатной администрации, но не кажется ли и вам, что такая ситуация опасна для самого института частной собственности?

Джим Гиббон: Мой сорокалетний опыт показывает, что, по крайней мере, в Новой Англии, eminent domain использовали минимально, и каждый раз долго договаривались с владельцами о компенсации. Это всегда было настолько хлопотно, что местным руководством эта мера применялась только в крайних случаях. Решение судей, я думаю, было продиктовано тем, что город представил конкретный план, который может превратить этот полумертвый городок в дорогой курорт, и судьи досконально разобрались в деталях.

Марина Ефимова: Тем не менее, ясно, что такая практика открывает двери коррупции и злоупотреблению?

Джим Гиббон: Да, конечно. В этом и есть причина нынешнего беспокойства и прессы, и всей Америки. Большинство американцев никогда лично не сталкивались с практикой eminent domain, а между тем, в 50-х, 60-х, 70-х это делалось сплошь и рядом. Это был период урбанизации страны. Штат или город планировал перестройку, но заказ давал частным фирмам.

Марина Ефимова: Где гарантия, что новый проект действительно принесет городу выгоду? Тем более вероятно, что эта выгода не станет доступной всем его жителям.

Фрэд Андерсон: Да, в том то и дело. Теперь, для того, чтобы иметь право отчуждения частной собственности на землю, городским властям достаточно иметь проект. При этом новое строительство даже не должно реально принести выгоду. Достаточно вероятности такой выгоды.

Марина Ефимова: Проект в Нью-Лондоне бесспорно принесет городу больше налоговых денег, но квартиры в новом жилом комплексе будут стоить по $550,000 - цена недоступная для самих жителей городка, и даже набережная будет находиться так далеко от центра, что немногие жители смогут по ней прогуливаться. Тем не менее, мистер Андерсон, может быть пока что не стоит экстраполировать эту ситуацию на всю Америку, ведь Верховный суд принял решение только по одному делу?

Фрэд Андерсон: Решение суда даже по одному делу всегда является общим, потому что этот суд трактует Конституцию, и нынешним своим решением Верховный суд признал, что действия властей в городе Нью-Лондон в штате Коннектикут не противоречат конституции. Соответственно, принципы, которыми судьи руководствовались, теперь будут применяться юристами во всех подобных делах, что близко касается всех владельцев недвижимости в Америке.

Марина Ефимова: С другой стороны, видели ли вы когда-нибудь полумертвые городки Пенсильвании или Техаса? Если не в жизни, то в фильме Богдановича "Последний сеанс" или в фильме Джармуша "Более странно, чем рай". Часто, не только местные власти, но и сами жители мечтают возродить свой городок любой ценой. Кстати сказать, Нью-Лондон относится к таким умирающим городкам. Число его жителей не выросло с 1920-го года.

Джим Гиббон: В этом-то все и дело. Ведь жилые районы приносят городу гроши. На их обслуживание город тратит чуть ли не больше денег, чем собирает с них налогов. Поэтому городские власти стараются как можно больше земли пустить под какие-нибудь выгодные бизнесы. Если какой-нибудь Wallmart или IKEA согласятся построить свои филиалы в провинции, тамошние власти бросятся им в ноги. Многие владельцы собственности в районе, пришедшем в упадок, с большим удовольствием продают городу свои дома и участки, и получив компенсацию, переезжают в лучшие районы. Сейчас в Нью-Лондоне 15 владельцев отказываются продавать свою землю. Обычно таких людей гораздо меньше: 1-2. Какая-нибудь фольклорная бабушка с отцовским охотничьим ружьем выходит на крыльцо защищать свой полуразвалившийся домик от злодеев, которые решили проложить шоссе через ее участок. Есть случаи, когда люди специально покупают недвижимость в таких местах, которые рано или поздно будут востребованы штатом. И тогда они надеются нажиться на этой продаже. Но так или иначе, нельзя забывать о множестве владельцев недвижимости, которые с готовностью продают штату свои обветшавшие дома. И обе стороны довольны.

Марина Ефимова: Словом, ситуация сложная. Очевидно поэтому в деле Кило против города Нью-Лондона 9 верховных судей так разделились во мнениях, что решение было вынесено большинством в одни голос. Более того, эти мнения разделились на диаметрально противоположные. Судья Сандра О'Коннор сформулировала мнение меньшинства, к которому она принадлежит:

Диктор: Теперь под знаменем экономического развития вся частная собственность может быть насильно выкуплена у одного частного владельца, и передана другому - тому, кто может ее обновить, перестроить, или эксплуатировать с большей выгодой. Правительство получило право передавать недвижимость из рук бедных владельцев в руки богатых. Отцы-основатели не могли бы и представить себе столь извращенный результат права государства.

Марина Ефимова: Разбирая проблему права государства на отчуждение частной собственности ради экономического развития, мы совершенно не коснулись эстетической стороны. Недавно я в первый раз была во Флориде, в "Солнечном штате". Когда самолет начал спускаться, я ждала увидеть субтропические заросли, но увидела асфальтовые шоссе, бетонные развязки, гигантские автостоянки и крыши многоэтажных домов. Дом, в котором мои друзья купили квартиру, выходил одной своей стороной на пляж и море, а другой - на четрыехполосное шоссе, которое ревело с шести утра до полуночи. И я вспомнила милый кадр из фильма Джона Сейлся "Солнечный штат", в котором двое пенсионеров на поле для гольфа спорят о роли американцев в преобразовании флоридской фермерской глубинки в нынешний асфальтово-бетонный курорт.

В начале не было ничего - глушь, дичь, мили болот, кишевших крокодилами. Комары съедали вас до костей. Флорида была гиблым местом.

Здесь жили индейцы, семинолы.

А знаете, что значит по-индейски слово "семинол"? Это значит "там, куда не надо ходить". Кто купит в таком месте домик на пенсионные годы?

Мы же купили эту землю у индейцев.

Мы купили, потому что знали, что из нее сделаем. Сама земля, деревья - кому это было нужно?

Фермерам было нужно.

Фермеры? Которых можно сосчитать по пальцам? Нет, во Флориде мы покупали мечту для миллионов, солнечный свет, апельсины на ветках, морской бриз в листьях пальм.

Здесь были пальмы? Ах, да, я видел их на брошюрах.

Здесь был конец земли, и почти за одну ночь мы из болот создали все это.

Поля для гольфа?

Природу на коротком поводке!

Марина Ефимова: После торжественной речи в пользу укрощения природы наш доморощенный философ бьет клюшкой по мячу, камера панорамирует, и мы видим, что старики стоят уже не на большом поле, а на крошечном зеленом пятачке, обтекаемом с обеих сторон сверкающими потоками автомобилей.

29 июня 2005 года, через день после решения Верховного суда, в новостях "Ассошиэйтед пресс" появилась заметка.

Диктор: На территории курортного городка Уэрри, штат Нью-Хэмпшир, находится маленькая скромная дача верховного судьи Соттера - одного из четырех судей, проголосовавших за отчуждение домов и участков бедных домовладельцев Нью-Лондона в пользу богатого девелопера. И вот, богатый житель городка Уэрри мистер Логан Клементс предложил местным властям вынудить судью Соттера с помощью eminent domain продать свою дачу, на месте которой он, Клементс, обязуется построить дорогой курортный отель, который он назовет "Лост либерти хотел" - отель "Утраченная свобода". Заявление Клементса сейчас растерянно рассматривает городской совет Уэрри. Полиция на всякий случай выставила у дачи судьи патрули.

Марина Ефимова: Чем кончится затея Клементса - неизвестно. Но понятно, что американцы найдут еще немало способов защитить священное право частной собственности.

XS
SM
MD
LG