Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Чего не хватало, чтобы остановить 30-летнюю войну; Что принесут Чечне парламентские выборы; Новый глайдер в помощь синоптикам. Неужели ошибок будет меньше? Если вы хотите усыновить ребенка. Рассказ о новой книге издательства "Питер"


[ Радио Свобода: Программы: Время и Мир ]
[16-08-05]

Чего не хватало, чтобы остановить 30-летнюю войну; Что принесут Чечне парламентские выборы; Новый глайдер в помощь синоптикам. Неужели ошибок будет меньше? Если вы хотите усыновить ребенка. Рассказ о новой книге издательства "Питер"

ВедущаяИрина Лагунина

Мартти Ахтисаари: Перед нами стояла задача дать людям в Ачехе возможность начать новую жизнь в мирном, справедливом и демократическом обществе. Подписав соглашение, стороны обязались, среди прочего, соблюдать права человека. В Ачехе будет создан специальный суд по правам человека и комиссия по примирению.

Ирина Лагунина: Эти слова произнес в понедельник в столице Финляндии бывший президент страны Мартти Ахтисаари после того, как правительство Индонезии и повстанцы в провинции Ачех подписали соглашение, которое должно прекратить 30-летний вооруженный конфликт. Глава индонезийской делегации, министр юстиции и прав человека Хамид Авалуддин:

Хамид Авалуддин: История не движется сама по себе, ее создают. Мы собрались здесь, чтобы создать новую историю, историю мира. Мир - это не просто отсутствие насилия, это жизнь вместе, это взаимная поддержка и понимание.

Ирина Лагунина: А вот и заявление главы делегации повстанцев Малика Махмуда:

Малик Махмуд: Целью борьбы, которую мы вели столько лет, - добиться справедливости для народа Ачеха. Там не было мира, потому что не было справедливости. И теперь мы надеемся, что, подписав мирное соглашение, мы дали начало процессу, который приведет к восстановлению справедливости.

Ирина Лагунина: 22 апреля 1873 года лондонская "Таймс" написала: "Удивительный инцидент в современной колониальной истории произошел в восточно-индийском архипелаге. Значительные силы европейцев потерпели поражение и попали в плен к армии местного государства -Ачех. Ачехцы одержали убедительную победу. Их противник не только разбит, но и вынужден отвести войска".

Ирина Лагунина: 6 мая, 1873 года, газета "Нью-Йорк Таймс". "Кровопролитная битва произошла в Ачехе, местном королевстве, которое занимает северную часть острова Суматра. Голландцы повели наступление, и теперь мы знаем, с каким результатом. Атака была отбита ценой больших человеческих потерь. Убит голландский генерал, а его армия обращена в позорное бегство".

Ирина Лагунина: Затем голландцы все-таки завоевали Ачех. А уходя из региона после второй мировой войны передали народ Ачеха и остров Суматра в подчинение острову Ява, то есть Индонезии. Так что, как говорится в декларации о независимости народа Ачех, подписанной 4 декабря 1976 года, этому конфликту между Ачехом и Джакартой даже не тридцать лет, а более ста. "Мы, народ Ачеха, Суматры, пользуясь своим правом на самоопределение и историческим правом владеть нашей родиной, провозглашаем себя свободными и независимыми от любого политического контроля иностранного режима Джакарты и связанных с ним народов острова Ява".

Ирина Лагунина: Декларацию и движение сопротивления создавал потомок последнего султана Суматры Хасан ди Тиро. Армия сопротивления получила название Свободное движение Ачеха, сокращенно ГАМ. Война шла с переменным успехом, в какой-то момент в конце 80-х правительство Индонезии заявило, что с ГАМ покончено. Потом выяснилось, что нет, и в начале 90-х Джакарта ввела в регион воинский контингент - приблизительно 35 тысяч военнослужащих. Сокрушить движение независимости армии не удалось. По самым скромным подсчетам война унесла жизни почти 10 тысяч мирных жителей Ачеха. Попытки заключить мир делались неоднократно. В последний раз - в 2002 - 2003 годах. Тогда правительство готово было предоставить Ачеху статус автономии и контроль над 70 процентами доходов от нефти, добываемой в провинции. Лидеров сопротивления это не устроило. И вот, наконец, через 2 года в Хельсинки подписан мирный договор. Причем не при посредничестве ООН или каких-то других организаций. Брокером мирных переговоров выступила основанная бывшим президентом Финляндии Мартти Ахтисаари неправительственная организация Инициатива регулирования кризисов - Crisis Management Initiative - сокращенно CMI. Директор программы государственного строительства и демократии в CMI Меери-Мария Йаарва. Именно ее можно было видеть в репортажах в понедельник из финской столицы. Она сидела между представителями двух сторон рядом с бывшим президентом страны. Что значит привести стороны к миру после 30 лет кровопролития и взаимной вражды. С чего вы начали этот мирный процесс в январе нынешнего года.

Меери-Мария Йаарва: Конечно, это был очень длинный путь, который мы проделали в очень короткое время. Я сама удивлена, что мы пришли к мирному соглашению. Главное, вероятно, состоит в том, что обе стороны готовы были пойти на мир, хотели найти решение. Так что удавалось преодолевать очень сложные проблемы очень быстро. Но, конечно, для обеих сторон сейчас наступает самый сложный момент - им предстоит претворить в жизнь это соглашение.

Ирина Лагунина: Финский бизнесмен Юхо Кристансен, у которого возникли контакты с обеими сторонами конфликта, предложил заняться мирными переговорами неправительственной организации. Вы, таким образом, получили сигнал, что переговоры возможны. С чего вы начали? Что легло в основу переговоров?

Меери-Мария Йаарва: Не думаю, что можно говорить о каком-то одном краеугольном камне переговоров. Но, по-моему, основу их заложило то, что ГАМ был готов вести диалог, не выдвигая непременным условием полную независимость Ачеха. А это, в свою очередь, породило определенное доверие у правительства Индонезии, готовность тоже пойти на компромисс. Это было очень большим шагом вперед со стороны Движения сопротивления. Второй момент - цунами. Именно эта трагедия показала обеим сторонам, что конфликт не должен продолжаться.

Ирина Лагунина: В меморандуме, который был подписан в Хельсинки, говорится о том, что Движение сопротивления должно сдать оружие, а правительство параллельно с этим процессом будет выводить войска и полицию из провинции. Это - тот момент, на котором спотыкались многие мирные переговоры. Как вам удалось этого добиться? Как вы установили доверие между сторонами?

Меери-Мария Йаарва: По-моему, это очевидно, что если вы на самом деле хотите закончить конфликт, то оружие вам уже ни к чему. Ни движению сопротивления не нужны ружья и винтовки, ни правительству не надо сохранять такое военное присутствие в регионе. Но доверие может быть восстановлено только через дела. Так что обеим сторонам сейчас надо выполнять свои обещания, взятые в рамках меморандума. Доверие - особенно после такого длительного и жестокого конфликта - будет приходить постепенно, со временем. Так что восстановление доверия начнется только сейчас, когда последуют дела, а не слова.

Ирина Лагунина: Меня поразило то, что наряду с чисто военными вопросами - вывод войск и полиции, разоружение сопротивления, амнистия бойцам ГАМа, и так далее, в меморандуме предусмотрен целый комплекс мер - основы государственного строительства: создание комиссии по примирению, создание суда по правам человека, свобода политических партий и образований. То есть это не просто соглашение о перемирии или примирении. Это основы будущего общества провинции Ачех. Кто вышел с этими предложениями?

Меери-Мария Йаарва: Сейчас уже очень сложно сказать, кто с какими предложениями выступал и кто чего хотел. Обе стороны выступали с предложениями. Какие-то идеи принимались, какие-то отвергались. Но цель оставалась неизменной - достичь всеобъемлющего мирного соглашения, а не просто перемирия. А для настоящего мирного соглашения просто договориться о прекращении насилия недостаточно. Надо включить механизмы государственного строительства, восстановления экономики и общества, реабилитации и привлечения к жизни бывших бойцов сопротивления. И, по-моему, соглашение, которое было подписано, отвечает этим критериям и включает в себя эти элементы.

Ирина Лагунина: Многие, включая ООН, пытались привести Индонезию и Ачех к миру, но не получалось. А вы - неправительственная организация - смогли это сделать. У вас есть какие-то преимущества перед формальными организациями и правительствами? Почему вы одержали победу там, где государства провалились?

Меери-Мария Йаарва: Ну, а почему бы нет? Есть много областей, где неправительственные и частные организации могут быть полезны во многих областях, они по своей природе имеют полезные неформальные контакты.

Ирина Лагунина: Меери-Мария Йаарва, директор программы государственного строительства и демократии в неправительственной финской организации Crisis Management Initiative, которую, уходя с поста президента страны создал Мартти Ахтисаари. На протяжении многих лет провинция Ачех была закрыта для внешнего мира. Правительство Индонезии не допускало туда ни журналистов, ни гуманитарных работников. Волна цунами изменила все. Перед лицом такого бедствия территорию пришлось открыть для внешнего мира, а открытость уничтожила возможность лживой пропаганды и искажения реальности, которыми так часто полны вооруженные конфликты на этнической почве.

Дополнительный материал по теме)

Согласно указу президента России Владимира Путина, парламентские выборы в Чечне должны пройти в последнее воскресенье ноября сего года. Официальные источники сообщают, что за места в парламенте намерены повести борьбу 24 партии. Однако большинство наблюдателей склоны считать, что предвыборная кампания будет носить формальный характер, а в итоге места в чеченском парламенте займут в основном представители "Единой России". Рассказывает наш корреспондент Олег Кусов.

Олег Кусов: Подготовка к выборам в парламент Чечни уже началась. Законодательный орган власти в республике будет состоять из двух палат. Это - Совет республики, в который войдут 21 депутат, и Народное собрание, состоящее из 40 депутатов, из которых половина избираются по одномандатным округам и половина - по партийным спискам.

Несколько лет функции парламента в Чечне выполнял Государственный совет. Его глава Таус Джабраилов считает, что ноябрьские выборы завершат процедуру демократизации политической жизни Чечни. "С избранием парламента республика полностью переходит в конституционное правовое поле", - заявил Таус Джабраилов на одной из пресс-конференции в Москве.

У директора Института проблем глобализации Михаила Делягина на этот счёт противоположное мнение.

Михаил Делягин: Никакого отношения к парламенту в классическом смысле слова он иметь не будет. В Чечне случилась социальная катастрофа усилиями тех, кто делал там войну и зарабатывал на этой войне. Там абсолютно клановое общество. И на мой взгляд, чеченский парламент - это инструмент, который позволит допустить к разворовыванию федеральных денег, можно сказать, к использованию, там нет никакого бюджетного контроля, к грабежу федеральных денег не один клан, а большинство существующих там кланов. Соответственно, часть этих кланов будет менее враждебно относиться к правящему клану, потому что получит свою "Волгу", может быть даже с мигалкой, получит свои посты и так далее. Это продолжение то же самой политики, по которой туркменские баи в царской России нашивали себе на стеганые халаты полковничьи погоны.

Олег Кусов: "Единая Россия" в Чечне, по прогнозам экспертов, ставит задачу удержать ключевые позиции во властной иерархии Чечни. Контроль над парламент обеспечивает контроль над бюджетом республики, отсюда вытекают и задачи представителей "Единой России" в Чечне. Говорит глава Центра национальной политики Тимур Музаев.

Тимур Музаев: Отделение "Единой России" в Чеченской республике является организацией чиновников у власти, куда входят не только те, кто возглавляют власть, но и те группировки, которые участвуют в дележе власти. Этих группировок несколько, они известны. Те люди, которые стоят за Рамзаном Кадыровым, это группа, которая ориентируется на нынешнего президента Алу Алханову, это группа Тауса Джабраилова, председателя Государственного совета, это группа братьев Ямадаевых и еще несколько группировок финансовых, экономических, которые менее известны в политическом плане, но, скажем, имеют экономический вес в республиканских структурах. Говорят, что у "Единой России" нет программы, нет цели - это не так. На самом деле у них есть совершенно четкая программа и четкая цель - удержаться у власти. Этой задаче, естественно, подчинены все действия. Есть вторая задача, которая непосредственно связана с первой - это удержать в своих руках контроль за распределением бюджетных средств. Поскольку бюджетные средства - это основной источник доходов в республике, то естественно те, кто находятся у власти, контролируют бюджетные средства, они и определяют судьба в республике.

Олег Кусов: Но за места в парламенте с "Единой Россией" будут соперничать и ряд других политических объединений. Продолжает Тимур Музаев.

Тимур Музаев: Серьезно говорят в Чеченской республике об активности "Яблока". Последние месяцы, во всяком случае, организация "Яблоко" проявляет заметную политическую активность, она официально зарегистрирована и собирается участвовать в парламентских выборах. Есть определенная популярность у организации Союза правых сил, однако, насколько я знаю, эта организация в настоящее время находится в состоянии некоторого дисбаланса. Во всяком случае там нет единого лидера, и руководитель организации должен избираться в течение двух месяцев. Пока, естественно, в связи с разбродом активность СПС несколько снизилась, хотя эта партия имеет значительные перспективы в Чеченской республике.

Кроме того весьма заметную активность в республике проявляет отделение Народной партии России, они примыкают к "Единой России", но у них отдельный центр, скажем, партия власти, но с несколько смещенным центром. И Евразийская партия России, которая в Москве малозаметна, в Чечне она проявляет активность, и уже о ней говорят как о возможном видном участнике предстоящих парламентских выборов.

Олег Кусов: Демократы Чечни приняли решение объединиться с тем, чтобы выдвинуть на предстоящих выборах единый список на базе Республиканской партии России. Создан координационный совет демократических сил Чечни, который возглавил предприниматель и общественный деятель Муса Садаев. Об этом рассказали на пресс-конференции в Москве сопредседатель Республиканской партии России Владимир Рыжков и лидер создающейся партии "Новый выбор" Ирина Хакамада. Лидеры российской демократической партии "Яблоко" сомневаются в возможностях Республиканской партии на предстоящих выборах. Говорит заместитель председателя "Яблоко" Сергей Митрохин.

Сергей Митрохин: Есть желание отдельных людей заявить о себе, получить известность за счет того, что вдруг они стали объединителями всех и вся. Но этих людей в Чечне никто не знает. Таким человеком является представитель то ли Республиканской партии, то ли партии Хакамады, который недавно в Москве вместе с Ириной Хакамадой и Владимиром Рыжковым дал пресс-конференцию. За этим человеком нет никого, у него нет ни реальной организации, у него нет в принципе даже людей, которые могут выдвигаться на этих выборах. Просто в данном случае Ирина Хакамада и Владимир Рыжков стали жертвами определенной дезинформации. Это бывает в политике, мы к этому относимся спокойно.

Олег Кусов: У партии "Яблоко" большие планы на выборы.

Сергей Митрохин: У нас из 18 районов в 12 районах существуют местные отделения в Чечне, и мы собираемся выставить кандидатов по всем одномандатным округам и выставить свой список. "Яблоко" в настоящее время самая сильная, самая крупная организация из демократических партий. Вторая по численности демократическая организация - это СПС. "Яблоко" готово договариваться с СПС о разведении кандидатов по округам и о сотрудничестве на этих выборах. Наши представители в Чечне признают, что их авторитет в республике в основном связан с той позицией, которую последовательно занимало "Яблоко" по поводу войны в Чечне. Именно поэтому сегодня, по некоторым неофициальным данным, "Яблоко" может рассчитывать примерно на 15-20% голосов электората, населения Чечни. Но в том случае, конечно, если выборы не будут сфальсифицированы.

Олег Кусов: Наблюдатели прочат победу в ходе парламентских выборов партии "Единая Россия". Но в состоянии ли эта партия предложить миротворческую программу для Чеченской Республики? Говорит лидер "Демократического союза" Валерия Новодворская.

Валерия Новодворская: Какие там миротворческие планы? Миротворческих планов нет ни у кого, кто сейчас профессионально занимается политикой. Власти шевелят усами и скрежещут зубами. Если это считать миротворческим планом, то я, конечно, молчу. Демократы статусные, те, которые хотят куда-то избираться, произносят что-то абсолютно невнятное. Но, слава богу, произносят "не надо было начинать". Поскольку уже начали, а как кончить никто из них не предлагает. Знаменитая фраза о том, что давайте вести переговоры - это уже смех сплошной. Потому что с кем вести переговоры? С Алхановым? С Ямадаевым? С Шамилем Басаевым? О чем с ним можно поговорить культурно? Это просто полный смех. Ясное дело, что не вести переговоры, надо уходить из этого региона, представлять его лечение, коррекцию мировым демократиям - Штатам, Великобритании, пусть уж как сумеют, так и штопают эту дырку. По крайней мере, у России будет меньше грехов и проблем. Мы эту дырку уже заштопать не можем. Они заштопают потихоньку, накормят, отстроят, привезут Закаева, Ахмадова, интеллигенция вернется, помогут конституцию написать.

Олег Кусов: Сегодня в Чечне работает большое число активистов "Единой России". Еще больше здесь числятся членами этой партии - свыше 10 тысяч человек. Но это не говорит о прочности её рядов, партия может полностью растаять, как только в Москве сменится властная элита. Так считает глава Центра национальной политики Тимур Музаев.

Тимур Музаев: Руководители республики верны заветам "Единой России" до тех пор, пока это партия обеспечивает им доступ к власти, доступ к бюджетным средствам. Как только ее место займет другая организация, естественно - это очевидно - руководители республики перейдут под крыло этой организации. Это не будет измена, поскольку они будут верны своей главной основной цели - удержаться у власти. Как "Наш дом Россия", "Единство", теперь "Единая Россия". Я бы сказал, что это политическая цепь звена бюрократической власти, то есть политическое оформление такое. Но это, конечно, не классическая политическая партия в европейском смысле - это партия в восточном смысле, на Востоке партии создаются именно для этого.

Олег Кусов: У чеченских избирателей партия "Единая Россия" ассоциируется с президентом Путиным, и с началом второй военной кампании. Такая партия не может рассчитывать на популярность людей, но на формальные результаты выборов это не повлияет. Продолжает Тимур Музаев.

Тимур Музаев: Жители Чечни, разумеется, не могут не осознавать, что "Единая Россия" является звеном той власти, которая крайне непопулярна в республике, и поэтому вряд ли "Единая Россия" может рассчитывать на реальную популярность, на реальные голоса избирателей. Но специфика проведения политических процессов и, в частности, избирательных кампаний в Чеченской республике такова, что избирательная кампания строится в расчете именно на "Единую Россию". "Единая Россия" всегда получит свой существенный процент голосов. Что же касается ее популярности в массах, как говорят, то, мне кажется, что этот вопрос не стоит. Все понимают, что это партия чиновников, все возмущаются коррупцией, произволом чиновничества. Естественно, что о популярности речи быть не может. Разумеется, на "Единую Россию" накладывается и репутация Владимира путина, как человека, начавшего вторую чеченскую кампанию и активно поддерживающего крыло "ястребов" в российском руководстве, и репутация других лидеров "Единой России", которые, очевидно, выступают за продолжение силовых действий в Чечне и против политических форм урегулирования.

Олег Кусов: Лидер "Демократического союза" Валерия Новодворская считает, что партия "Единая Россия" в Чечне имеет сугубо формальные признаки.

Валерия Новодворская: Бандиты, которые записываются в российскую партию власти прямо при исполнении служебных обязанностей. Да нет там никакой и не может "Единой России", я думаю, никто не понимает, что это такое и зачем нужно, но это воспринимается чем-то вроде национальной гвардии при Путине. На Кавказе вообще, именно в этом регионе партии воспринимаются с большой натяжкой. Там не было принято делиться на партии, там время от времени кто-то из политиков докладывает, что он наловил себе контингент. Одно время даже СПС считали, что у них есть там члены, то "Единая Россия", то ЛДПР кого-то туда записали, видимо, прямо на месте у полевой кухни вооруженная демократия, такая военная. Поэтому "Единая Россия" воспринимается как преторианцы правящего в России режима и туда записываются, как записались бы к какому-то полевому командиру. То есть Путин воспринимается как самый главный полевой командир.

Олег Кусов: Голосование 27 ноября в Чечне, по мнению экспертов, по своему характеру мало, чем будет отличаться от прежних выборов, в результате которых в республике появились Конституция и президент.

Ирина Лагунина: Кто из нас не жаловался на ошибки синоптиков! Но мы редко задумываемся о том, что они работают в условиях постоянной нехватки данных. Особенно недостает информации о процессах происходящих в океанах. Недавно океанографическими институтами "Скриппс" и "Вудс Холл" создан новый тип самодвижущихся аппаратов для мониторинга состояния моря на глубинах до тысячи метров. Эти аппараты, получившие название подводных глайдеров, приводятся в движение силой Архимеда. Рассказывают Александр Сергеев и Александр Костинский.

Александр Костинский: Сегодня мы поговорим об удивительном приборе, точнее надо было бы сказать - об удивительном корабле подводном. Эти аппараты требуют пребывания в море очень долго без людей и с минимумом потребления энергии. Такие аппараты назвали глайдерами.

Александр Сергеев: Какие мы знаем системы самодвижущихся судов? Есть приводящиеся в движение винтом, есть водометные, есть турбинные, но все они требуют достаточно серьезного двигателя, который потребляет топливо или потребляет электрическую энергию в больших количествах на вращение винта. Сама по себе идея подводных глайдеров появилась, надо сказать, не так давно, всего несколько лет назад, предложена американским океанографом Генри Стоммелом. Он предложил особый способ приведения в движение подводного аппарата. Вместо того, чтобы оснащать его винтами или какими-то водометными двигателями, он предложил использовать силу плавучести, по сути дела силу Архимеда.

Александр Костинский: Это удивительная вещь, поскольку сила Архимеда зависит от того, что если ваша плотность чуть меньше плотности воды, то вы начинаете двигаться вниз и вверх, а надо вперед.

Александр Сергеев: А надо ехать вперед. Но если у нас есть аппарат, который, например, всплывает, то можно добавить к нему что-то вроде крыльев или плавников и превратить его движение вверх в движение вперед. В данном случае это скорее эффект планера. Планер - это самолет без двигателя, который запущен либо с другого самолета, либо с помощью катапульты и дальше он летит, исключительно опираясь на подъемную силу крыльев. Так вот в данном случае подъемной силой используется в обратном направлении. Если у планера используется движение вперед, чтобы получить силу действующую вверх и удерживающую его от падения, то здесь движение вверх-вниз используется для того, чтобы преобразовать в движение вперед.

Александр Костинский: Вообще это удивительно, ведь это нас только простой эффект на уровне детском, какого-то кружка водного моделизма. И у вас обязательно будет движение по горизонтали, но с погружением или с поднятием. И двигаться он будет по таким синусоидам, понимаясь, опускаясь синусоидами.

Александр Сергеев: В штатном режиме глайдер, их создано несколько разных моделей, но наибольшим ресурсом автономности обладает глайдер под названием "Спрей", он может в штатном режиме опускаться под углом от 19 до 25 градусов под воду. Для того, чтобы начать спуск, он делает два движения. Первое движение заключается в том, что внутрь напускается вода, некоторое количество, чтобы его плавучесть стала отрицательной, чтобы он начал тонуть, чтобы он стал тяжелее воды и начал тонуть. Второе, что делается: внутри самого глайдера, а он представляет по форме что-то вроде небольшой торпеды длиной два метра, внутри него перемещается груз, представляющий собой блок аккумуляторных батарей. Этот груз перемещается на несколько сантиметров к носу, чтобы создать перевес на носу. В результате он опускает нос и начинает тонуть. Примерно за три-четыре-пять часов он достигает глубины в один километр.

Александр Костинский: А какой путь он проходит?

Александр Сергеев: При этом он проходит несколько километров вперед, то есть он опускается примерно на километр в глубину и проходит три-четыре километра вперед.

Александр Костинский: Это скорость горизонтальная километр в час?

Александр Сергеев: Горизонтальная скорость у него не более километра в час. Достигнув глубины около километра, он включает насос, выталкивает, становится легче воды, батарея аккумулятора тоже переезжает обратно ближе к хвосту, он поднимает кверху и точно так же медленно, не торопясь, начинает всплывать. Общий цикл этого от спуска до подъема занимает в зависимости от режима от четырех до семи часов. Если заставить его спускаться быстрее под углом 25 градусов, то он примерно за два часа достигает максимальной глубины и потом за два часа всплывает. Если же дать ему наклон 19 градусов минимально допустимый, то он в целом за семь часов проделывает этот же путь. При этом проходит в одном случае четыре километра, в другом шесть километров.

Александр Костинский: А зачем это нужно? Зачем нужны такие глайдеры? Понятно, что это такая симпатичная игрушка, есть такой эффект. Ясно, что плавает он медленно, далеко на нем не уплывешь, и передвигаться людям на нем нельзя.

Александр Сергеев: Это инструмент для изучения состояния океана. Задача заключается вот в чем: океан занимает две трети поверхности земли, и это основной погодообразующий, климатообразующий фактор на земле. Не зная того, как протекают процессы в океане, предсказывать погоду и климат вообще невозможно, поэтому нужно обязательно изучать океан, причем не только с поверхности, но изучать его глубины. То есть, например, структуру течений, изменение солености, температуру воды, как она меняется с глубиной. Но проблема в том, что сейчас это можно делать фактически только одним способом - плыть туда на корабле и опускать зонды с корабля. Это дорого просто потому, что нужно содержать корабль, команду, корабль не может долго находиться в дали, он должен периодически возвращаться в порт. Существуют, безусловно, исследовательские корабли, которые делают все, что нужно и сколько возможно, но нет никакой возможности сделать их массовыми. Задача заключается в том, чтобы создать автономное устройство, которое будет следить за состоянием моря. Конечно, можно выпустить буй, дрейфующий буй, прицепить к этому бую какие-то приборы, которые на канате будут подниматься и опускаться. Но тогда нет возможности исследовать тот район, который представляет интерес. Куда снесло течением, там и окажешься.

Александр Костинский: То есть буй не имеет возможности передвигаться в нужном направлении.

Александр Сергеев: Был создан прибор, который может двигаться, причем почти полностью автономно, следуя тому курсу, который ему задали.

Александр Костинский: Насколько хватает энергии, которая закачена в батареи?

Александр Сергеев: Один раз аккумуляторы заряжаются, и этой энергии хватает на шесть месяцев автономной работы. За это время он в пределе может пройти до четырех с половиной тысяч километров.

Александр Костинский: То есть такая штучка может переплыть океан.

Александр Сергеев: Конечно, возникают серьезные проблемы. Скорость движения аппарата составляет всего 25-30 сантиметров в секунду. При такой скорости он не может бороться с течением и плыть против течения. Но, тем не менее, уже были проведены эксперименты в прошлом году, и этот глайдер смог пересечь Гольфстрим. Естественно, его снесло, но он потом аккуратно вернулся обратно на свой курс. Для навигации используется система спутниковой связи.

Александр Костинский: Но тогда он должен всплывать.

Александр Сергеев: Он всплывает на поверхность. Причем на поверхности, что смешно, он поворачивается на бок, и один из его плавников становится спутниковой антенной.

Александр Костинский: И он передает данные, которые собрал.

Александр Сергеев: Он передает данные, у него медленный канал связи, всего сто байт в секунду, но этого достаточно, чтобы сбросить данные, собранные в течение одного цикла погружения.

Александр Костинский: Это вопрос о том, какую он будет собирать информацию. Как раз можно каналы посильнее.

Александр Сергеев: Вполне можно сделать и посильнее, но там вопрос опять же энергетики, более сильный канал требует больший затрат энергии. Он передает данные через систему спутников "Иридиум", которые обеспечивают полный охват всей поверхности земли телефонной связью и Интернетом. Через систему "Иридиум" ему может быть дана команда, которая укажет ему, куда дальше двигаться, повернуться и начать движение дальше. Действительно, кажется, что конструкция очень проста в изготовлении, элементарная идея, почему она была не реализована. Но на самом деле это очень сложная вещь. Сложность заключается в том, что нужно добиться устойчивости курсовой и стабильности движения аппарата. Представьте себе, что этот аппарат чуть-чуть перекосит, один плавник станет чуть выше другого, и он начнет уходить по кругу.

Александр Костинский: Определенную форму придать, крыльям определенную форму, стабилизаторы какие-то.

Александр Сергеев: Да, у него есть стабилизатор хвостовой, у него есть крылья правильным образом рассчитанные, и главное, что важно учесть, как расположен центр тяжести внутри, и с учетом всего этого рассчитать гидродинамику подводного полета.

Александр Костинский: То есть этот аппарат, несмотря на элементарность принципов, достаточно сложное устройство.

Александр Сергеев: Это достаточно сложное устройство по физическому обоснованию.

Александр Костинский: Если вам нужно точно двигаться.

Александр Сергеев: Потому что внешне прибор выглядит достаточно просто. Это такая сигарообразная торпеда с двумя торчащими по бокам крылышками небольшими и стабилизатором хвостовым. Но интерес заключается в том, что это устройство действительно обладает автономностью. Выпустили его и полгода можно управлять из центра управления на земле. Причем из этого центра управления можно управлять целой флотилией глайдеров подводных. И сейчас уже проводятся экспедиции, где выпускаются сразу пять глайдеров. Пока что их не поставили на массовое производство, но стоимость их умеренная, какие-то десятки тысяч долларов.

Александр Костинский: То есть если будут массово выпускаться, то будут подешевле.

Александр Сергеев: Они могут быть подешевле. Дальше в определенный момент выпустить их, а потом проехаться, собрать, перезарядить, заменить аккумуляторы и снова запустить.

Александр Костинский: Тем более, если они передают координаты, их найти нетрудно.

Александр Сергеев: Известны его координаты. Это новое поколение океанографических устройств. Институт "Скриппса" и институт "Вудс Холл" - это два американских океанографических института, которые занимаются разработкой и использованием этих глайдеров, они сейчас пока что работают в экспериментальном режиме, но через некоторое время, вероятно, начнется массовое производство. Потому что по проведенным последним экспериментам пять глайдеров могут держать под контролем территорию примерно площадью сто на сто километров. Это достаточно большой участок сто на сто километров, то есть отслеживать температуру воды, профиль температуры воды, соленость, так же там еще стоят специальные приборы, которые измеряют свечение воды за счет присутствия в ней микроорганизмов - это позволяет оценить биомассу.

Александр Костинский: Грубо говоря, такой аппарат, какой аппаратурой его нагрузят полезной измерительной, то он и будет измерять. Это говорит о том, что можно проводить систематические океанографические измерения, погодные измерения, можно изучать море само. Очень часто, когда говорят об удивительных морских животных, когда говорят о каких-то удивительных явлениях на море, их не видят, потому что люди контролируют очень небольшую часть моря, по которой проходят основные пути судов. А вот там, в тех местах, где суда редко ходят, этот аппарат применим для всех этих задач.

Александр Сергеев: Надо сказать, что разрабатываются новые идеи, как избавиться от необходимости даже раз в полгода подзаряжать аккумуляторы. И одна из идей получать энергию из градиента температур в процессе спуска и подъема. Дело в том, что на поверхности вода имеет температуру выше, чем в глубине и перепад температуры может составлять градусов десять. Если на поверхности набрать немного теплой воды, спуститься вниз и поставить термопару между теплой и холодной водой, то можно подзарядить аккумуляторы. Конечно, это будет небольшое количество энергии, ему не надо много, ему надо только откачать воду один раз в несколько часов. Причем воды надо немного, меньше литра воды откачивается.

Александр Костинский: Ну что же, начинается новая эра в исследовании океана.

Александр Сергеев: Будем ждать, когда их появится десятки тысяч.

Ирина Лагунина: В издательстве "Питер" вышла книга Юлии Андреевой "Хотите усыновить ребенка?". Этой книге - и поднятой в ней проблеме - посвящен сегодняшний разговор о детях. Я передаю микрофон Татьяне Вольтской.

Татьяна Вольтская: В России усыновляют не так уж много детей. Во всяком случае в последние годы видна устойчивая тенденция - больше сирот обретает новые семьи за границей, чем у себя дома. А те россияне, которые все-таки принимают решение усыновить ребенка, сталкиваются с невероятным количеством бюрократических проволочек и прочих трудностей. Петербургская писательница Юлия Андреева не только удочерила девочку из дома ребенка, но и написала об этом книгу "Хотите усыновить ребенка?". Впрочем, лучше послушать самого автора. Юлия, почему вы решили стать приемной матерью?

Юлия Андреева: Для меня это особый случай. На меня этот ребенок в буквальном смысле слова свалился. Погибли мои друзья, и я просто сразу сказала, что этот ребенок мой.

Татьяна Вольтская: Почему понадобилась еще и книга?

Юлия Андреева: Так получилось, что я сама прошла путь усыновителя, сама собирала все документы и во всем этом варилась. Все это время, пока я ходила на школу усыновителя, в Петербурге есть такая школа, где, слава богу, подготавливают родителей, у которых еще не было никогда детей. Есть дети, которые поступают из неблагополучных семей, где их может быть били, унижали, насиловали, всякое бывает. Есть дети, которые никогда не видели маму. Поэтому я проходила эту школу и поняла такую странную вещь, что, оказывается, у нас нет книг на эту тему. Мы все-таки привыкли, что когда нам нужно что-то выучить, как сидеть за баранкой машины, мы покупаем какие-то инструкции, книжки. У нас просто нет таких книг со времен Макаренко. Поэтому я решила написать такую книжку. Потому что для писателя иметь такой обширный материал на руках, тем более, когда уже ребенок появился в доме, я просто не могла себе в этом отказать.

Татьяна Вольтская: Итак, выбора как такового не было, но в книге глава о выборе есть.

Юлия Андреева: Первый важный момент - это когда женщина, мужчина, семья решаются, что они хотят взять сироту в дом - это очень серьезный шаг. А второе, как выбрать, кого подсунут? Все-таки гены - это 90% и 10% то, что можно вложить самим. И здесь я даже написала определенные ловушки, в которые лучше не попадать.

Татьяна Вольтская: Например?

Юлия Андреева: Скажем, приходит усыновитель, он выбрал заранее по фотографии, он знает, к кому пришел. Вдруг вместо этого ребенка ему навстречу с плачем выскакивает какой-нибудь малыш: "Папа, мама пришли". Все - хватает, слезы потоком. Конечно, люди берут этого ребенка, говорят: "Наш ребенок, он нас сам выбрал". На самом деле здесь есть определенная ловушка, потому что дети в домах ребенка очень послушны, там авторитарный метод воздействия. Нормальный ребенок будет присматриваться.

Татьяна Вольтская: Он скорее затихнет.

Юлия Андреева: Затихнет и будет наблюдать. И если находится ребенок, который настолько возбудим, что он против всех запретов кидается к людям - это уже понятно, что с этим ребенком что-то не то. Если люди хотят усыновить ребенка - это еще не значит, что они должны подписываться на такую каторгу.

Татьяна Вольтская: Вообще само слово "выбор" звучит в этом контексте как-то жутко...

Юлия Андреева: Выбирает на самом деле ребенок.

Татьяна Вольтская: Каким образом?

Юлия Андреева: Приходит женщина в дом ребенка, разговаривает с директором: "Вот я очень хочу взять себе мальчика, чтобы в доме был мужчина, сына хочу, всю жизнь мечтала". Через полчаса общения она прибегает: "Ни в коем случае никаких мальчиков. Мы полчаса с ним общались, он шикарный парень, просто прелесть. Он за это время отремонтировал все машинки игрушечные, все велосипеды, попытался отремонтировать молотком машину директора, все замечательно. Я с ним просто не справлюсь, я не понимаю, как с ним общаться". В результате она уходит с девочкой. Другой пример: дама пожилая берет себе каждый год детишек на лето, чтобы они помогали по хозяйству. Есть такие формы, они не очень поощряются. Но, тем не менее, для детей лучше иметь какой-то опыт вне интерната. Она приходит и говорит: "Мне хотелось бы взять девочку". Пока она ждет, к ней подходят очень самостоятельные два брата: "Мы слышали, что у вас такие проблемы. Два мальчика смогут больше сделать, чем одна девочка". Она как-то послушала их и на следующий год она их усыновляет, они настолько друг к другу подошли.

По большому счету усыновитель не всегда понимает, кто ему нужен. Если родители меланхолик или флегматик, а ребенок холерик, шило в заднице - это кошмар. То же самое наоборот: если ребенок тихий, застенчивый, молчаливый, а папочка в футбол поиграть, в поход сходить, все - он будет этого сына ненавидеть, потому что сын будет не таким, как он хочет его видеть.

Татьяна Вольтская: Вернемся к вашему опыту. Много ли пришлось мытарств бюрократических испытать?

Юлия Андреева: С бюрократией у нас что-то жуткое в стране. Не так много этих справок, как то, что они в разных концах города. Если человек идет богатый, то все просто - они платят деньги и за них все справки собираются. Я отходила честно, ноги были стерты. Платить за все эти справки надо было, естественно. Туда приди, там обед, здесь еще что-то. Это ужасно.

Татьяна Вольтская: И вот все справки собраны, девочку вам выдали. Как это происходило?

Юлия Андреева: Это тоже в книжке у меня отражено. Есть родители, которые познакомятся с ребенком, через месяц приезжают и едут домой. Я лично не сторонник таких жестких мер. Мы к ней ездили каждый день, либо я, либо моя мама, либо мой брат, общаться с ребятенком, кормить ее конфетами и каждый день не вешать ей на уши, что мы поедем. После комиссии был суд, я взяла все документы, поехали за ребенком. Правд, мы ехали с приключениями. В этот день почему-то Путин собрал в городе немеренно гостей, все дороги были перекрыты, мы стояли во всех пробках. А машина у меня была переполнена воздушными шариками, сидеть там было просто негде.

Татьяна Вольтская: Из книги Юлии Андреевой "Хотите усыновить ребенка?".

"Ад бывает разный. Бюрократический ад - место пребывания людей-бумаготворителей, не видящих и не слышащих ничего и никого вокруг. Ад очередей в приемных ко всевозможным инспекторам и докторам. Ад никому ненужных справок и характеристик с мест работы. Но все это заслоняют тянущиеся к тебе детские ручки и полные слез глаза, устремленные на тебя в надежде, что ты сможешь разорвать страшный круг детдомовского ада".

Татьяна Вольтская: Когда Юлия Андреева взяла к себе Диану, девочке было два года, сейчас ей три с половиной.

Юлия Андреева: Девочка была предельно истощена. Внешне она походила на годовалого ребенка. Волосы не росли, кожа была ужасная, ребенок истощен, с большим животом, достаточно некрасивый ребенок. За начало весны, лето и к осени она у меня подросла на 20 сантиметров. Я думала, что кости не выдержат. Ела она очень много, не знала, что такое насытиться, ребенок голодный. Но они все такие. Первые полгода, я со многими разговаривала, такая проблема стоит у всех. Теперь они наоборот отказываются от еды. Что касается того, что ей привили неприятных черт, у меня ребенок долгое время мучался от бессонницы. Оказывается, она привыкла, что перед сном кто-нибудь хлопнул по заднице, потому что она тогда разревется и сразу засыпает. Сейчас она стала достаточно красивая девчонка, у нее стали расти волосы, правда, они не длинные.

Татьяна Вольтская: Вообще переход от дома ребенка к вашему дому?

Юлия Андреева: Вообще у ребенка несколько стадий привыкания. На первой стадии ребенок пытается подстроиться: а вдруг меня отсюда выбросят? Потом ребенок начинает осваивать территорию, кидать пробные шары, что можно, а что нельзя. Можно 9 раз подряд пописать в штанишки или будут за это ругать? А можно попытаться включить пультом телевизор или утопить пульт в бульоне, что за это будет? И потом уже третья стадия - более-менее нормально ребенок начинает показывать свой собственный характер, когда понимает, что я здесь остаюсь, меня никуда не выгонят, все нормально, тогда уже больше похож на себя настоящего. Так что сюрпризы могут быть любые.

Татьяна Вольтская: Какие еще подводные камни, что надо знать тем, кто собирается усыновить ребенка?

Юлия Андреева: Цвета не различают очень долго, потому что все вокруг было серое. Вроде на стенах что-то нарисовано, а все равно ощущение, что все это стиралось много раз. У них очень слабо развита фантазия, каждый день одно и то же - одни и те же воспитатели, одни и те же стены, вещи. Можно сказать, что дома тоже не каждый день делается ремонт, но дома мы так живем: проходим по улице, есть какая-то распродажа по десять рублей, пошли, накупили кучу всяких финтифлюшек, это на стенку повесить, новый прихват, еще что-то - это же для ребенка развитие фантазии. Там со всем этим ребенку куда более сложнее. Мне хочется сразу же обратиться к будущим усыновителям: ребенок будет сильно отличаться от детей ваших соседей, друзей, здесь даже не надо лишний раз сравнивать - эти дети всегда с отставанием в развитии.

Татьяна Вольтская: Юлия Андреева пишет обо всем - даже о том, как прикасаться к новому члену семьи, как с ним играть. Да, подготовиться к таким вещам нужно. Есть ли такая подготовка для будущих приемных родителей в других странах? Рассказывает наш корреспондент из Берлина Юрий Векслер.

Юрий Векслер: В Германии, как и во многих других странах, оформлением усыновления занимаются соответствующие государственные службы. С недавнего времени право усыновить ребенка получили и гомосексуальные пары. Чем руководствуются ведомства при разрешении усыновления? Очень многим. При подаче заявления на усыновление требуется подробно описать свою биографию и мотивы, которые привели к решению взять ребенка на воспитание. Обязательным является предоставление медицинского заключения о состоянии здоровья, об отсутствии заразных заболеваний, хронических психических болезней и маний, включая наркоманию и алкоголизм. Необходимо также предоставить документы о доходах и подтверждение отсутствия у потенциального родителя каких бы то ни было долгов и судебных претензий к нему. После личной беседы с заявителем и посещения его дома служба решает вопрос о включении его в список тех, кому подыскиваются дети.

В дальнейшем после усыновления именно эти государственные ведомства устраивают необходимые для неопытных родителей консультации и рекомендуют книги для восполнения пробелов в знаниях о ребенке. Литература такого рода, созданная профессионалами, в Германии огромна. Часто эти книги написаны трудным для понимания языком. Поэтому стихийно возникают на местах и получают поддержку госслужб своеобразные сообщества родителей, усыновивших детей, в которых происходит важный непосредственный обмен опытом.

Все формальные процедуры по усыновлению в Германии бесплатны. Расходы возникают при желании взять ребенка в другой стране. В Германии это стало в последнее время очень модным, так как бюрократическая волокита при усыновлении ребенка внутри страны все-таки заметно больше. Люди, намеревающиеся привезти ребенка-иностранца, объединяются в Германии в Интернет-клубы, помогая друг другу всяческими практическими советами, так как в разных странах действуют соответственно разные порядки, и опыт тех, кто прошел весь путь усыновления в какой-либо стране, становится важным подспорьем для других. На страницах подобных Интернет-форумов можно встретить, например, такие объявления: "Мартин и Петра, 43 и 42 лет соответственно, усыновили трехмесячного ребенка в одной из арабских стран. Там это разрешается для пар, которые женаты минимум три года. Для успешного доведения дела до конца важным является наличие компетентного помощника на месте. Мартин - профессиональный переводчик с арабского - может помочь с переводом. Телефон". Там же можно встретить объявления и от посреднических организаций, в частности, с Украины и Белоруссии. Кстати, все более частым явлением является усыновление немцами детей из стран бывшего СССР. Условия усыновления в разных федеральных землях в самой Германии в деталях отличаются друг от друга. В Гамбурге, например, усыновление разрешается только супружеским парам, при этом один из родителей должен быть не моложе 25, а другой не моложе 21 года. Разница в возрасте между родителями и детьми должна быть естественной. Например, вышеупомянутым Мартину и Петре трехмесячного немецкого ребенка в Гамбурге не разрешили бы усыновить. Специальными тестами в Гамбурге пытаются проверить будущих родителями и на способность к сочувствию. Самый большой спрос в Германии на усыновление здорового новорожденного. Он (этот спрос) в силу низкой рождаемости значительно превышает предложение.

XS
SM
MD
LG