Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Как быть с Сирией? Развитие темы; Почему эксперты считают, что "цветной революции" в Азербайджане не будет; Солнечная энергия - побочное применение; День в петербургском приюте для детей


[ Радио Свобода: Программы: Время и Мир ]
[01-11-05]

Как быть с Сирией? Развитие темы; Почему эксперты считают, что "цветной революции" в Азербайджане не будет; Солнечная энергия - побочное применение; День в петербургском приюте для детей

ВедущаяИрина Лагунина

Ирина Лагунина: Совет Безопасности ООН принял резолюцию, требующую от Сирии полного сотрудничества с международной группой, расследующей обстоятельства убийства бывшего премьер-министра Ливана Рафика Харири в феврале этого года. Резолюция предусматривает "дальнейшие действия" против Дамаска, если режим Башара аль-Асада не будет сотрудничать с международным сообществом, но не предусматривает немедленное введение санкций или каких-либо иных средств давления. Ссылка на санкции была изъята из проекта резолюции под давлением России и Китая. После этого голосование прошло единогласно. Но вопрос о том, что какие меры предпринять, если Сирия не будет сотрудничать со следствием, возможно, придется все-таки решать к концу года, когда группа под руководством немецкого прокурора Мехлиса представит Генеральному Секретарю ООН окончательный доклад о проделанной работе. На данном этапе этот вопрос просто отложен. Тем не менее, каждая из сторон увидела в резолюции то, что хотела увидеть - как всегда бывает в международных дипломатических отношениях. Госсекретарь США Кондолизза Райс сразу после голосования в понедельник:

Кондолизза Райс: Приняв сегодня это решение, мы показали Сирии, что она сама изолировала себя от международного сообщества, делая ложные заявления, поддерживая терроризм, вмешиваясь во внутренние дела соседних государств и дестабилизируя Ближний Восток. Теперь сирийское правительство должно принять стратегическое решение и коренным образом поменять свое поведение.

Ирина Лагунина: С изначальным проектом резолюции вышли три страны - США, Великобритания и Франция. В нынешнем виде документ предусматривает запрет на передвижение и замораживание счетов любого сирийского или ливанского официального лица, которого следствие будет подозревать в причастности к убийству ливанского лидера. Ввод в действие статьи 41 Устава ООН о санкциях, как я уже сказала, из окончательного варианта исключили. Министр иностранных дел Великобритании Джек Стро.

Джек Стро: Мы также, и совершенно оправданно, предупреждаем Сирию, что у нашего терпения есть границы. Если она не будет сотрудничать с группой ООН в полном объеме и немедленно, то мы рассмотрим дальнейшие действия, чтобы Совет Безопасности через комиссию по расследованию убийства Харири, смог сыграть свою роль и помочь правительству Ливана в его стремлении добиться правосудия.

Ирина Лагунина: В ответ президент Сирии Башар аль-Асад приказал создать юридический комитет для сотрудничества со следователями ООН и осудил резолюцию как проамериканскую. Сирия также обратилась к соседям по региону и призвала провести экстренный саммит Лиги арабских государств. Соседи отнеслись к этому предложению сдержанно. Быть может, потому что Рафик Харири был в регионе фигурой неординарной. Говорит политический обозреватель арабской газеты "Аль-Хайят" Хазем Сагие:

Хазем Сагие: У него были очень тесные отношения с многими арабскими лидерами - в Саудовской Аравии, в Египте, в Ираке. Иногда это были чисто деловые отношения, иногда деловые и политические. Рафик Харири был опорой будущего сценария развития региона. Если представить себе Ближний Восток после мирного урегулирования - а в 90-х годах казалось, что мирное урегулирование возможно и близко, - то именно Харири мог бы стать во главе экономического развития региона, привлечь иностранные инвестиции. Да, в нем видели ливанского лидера арабского, регионального масштаба.

Ирина Лагунина: Должно быть, стоит напомнить биографию этого человека, чтобы понять сегодняшнюю реакцию арабского мира на резолюцию ООН.

Рафика Харири называли арабским символом американской мечты. Родился в бедной крестьянской семье из города Сайды. Юношей покинул Ливан и перебрался в Саудовскую Аравию. Устроился работать бухгалтером. В этой должности в возрасте 24 лет в 1970 году был замечен наследным принцем Саудовской Аравии Фахдом. Так Харири получил должность строительного подрядчика королевского двора. В течение последующих двадцати лет компания "Оджер энтерпрайсис", которую основал Харири, построила десяток объектов - аэропорты и дворцы, больницы и отели - для королевской семьи Саудовской Аравии и эмиров стран Персидского залива. Самая большая награда, которую Харири получил от королевской семьи - саудовское гражданство, дающееся в исключительно редких случаях. С годами его корпорация росла, в его подчинении и владении оказались банки в Европе и на Ближнем Востоке, парк частных реактивных самолетов, печатные издательства и даже 75-этажное здание техасского торгового центра в Хьюстоне - JPMorganChase Tower. Подсчитав его активы, журнал "Форбс" поставил его в список 100 богатейших людей мира. Немалую часть этих средств, начиная с 1993 года, Харири вложил в послевоенное восстановление деловой части Бейрута. В Ливан же он вернулся годом раньше - в 1992-м, чтобы стать премьер-министром страны. План развития всего - от городской инфраструктуры до образования и культуры - носил название "Горизонт - 2000".

Ирина Лагунина: Вернусь к разговору с Хаземом Сагие. Но почему арабские страны не спешат сегодня поддержать Сирию?

Хазем Сагие: Проблема в том, что значит поддержка. Как можно поддержать Башара Асада сейчас? Его можно поддержать, только сказав ему: сотрудничай с международной группой Детлева Мехлиса. Это легко сказать, но трудно сделать, потому что сотрудничество означает выдать правосудию брата и шурина Асада. А в случае с Сирией, где общество конфисковала и представляет партия, а партию представляет секта, а секту представляет семья, если начать действия против семьи, то вся структура может рухнуть. Так что здесь играют и родственные чувства, и политические причины.

Ирина Лагунина: Но международное сообщество как раз и не хочет оказывать слишком сильное давление на Сирию, потому что президент аль-Асад слаб. В стране может возникнуть полный хаос.

Хазем Сагие: В этом и заключается парадокс Сирии. Можно иметь диктатора, но диктатор может быть слабым, хотя по определению он должен быть сильным. И поэтому платить приходится дважды: первый раз - за диктатуру, а второй раз за то, что диктатура слабая.

Ирина Лагунина: В таком случае стоит ли бояться падения такого режима?

Хазем Сагие: Причины бояться внезапной смены режима в Сирии есть, потому что нет никакой организованной оппозиции, которая могла бы унаследовать власть. Можно представить себе постепенное очищение сирийской политики от партии "Баас", но и в этом процессе нужна помощь режима. Так что если Башар Асад пойдет на сотрудничество с международным сообществом, то это может означать начало очищения Сирии от партии "Баас".

Ирина Лагунина: И, тем не менее, поясните, почему вы сказали, что стоит бояться смены режима.

Хазем Сагие: С 1963 года в стране не существует никакого политического процесса вне партии "Баас" и военной диктатуры, которую она установила. Так что если "Баас" внезапно рухнет, то может появиться еще одна страна, схожая с Ираком. То есть возможны анархия, кровопролитие, гражданская война между религиозными сектами общества, и бог весть что. Так что единственный выход - постепенное очищение. И если Башар Асад пойдет на сотрудничество с Мехлисом, то это может стать началом такого развития событий.

Ирина Лагунина: Хазем Сагие, политический обозреватель арабской газеты "Аль-Хайят". Бейрутская газета "Daily Star" публикует статью биографа отца нынешнего президента Сирии, Хафеза Асада, который и привел семью к власти, Патрика Шила. Статья называется "Чтобы выжить, Башару Асаду придется бороться против семьи". Патрик Шил дает редкий анализ внутренней ситуации в Сирии.

"Сирийская армия - абсолютно секретная организация. Имена наиболее влиятельных, обладающих реальной властью офицеров обществу не раскрываются. Ее командование не указано в докладе Мехлиса. Они подчинились политическому руководству и вывели войска из Ливана. Сегодня они играют главенствующую роль в поддержании и обороне институтов страны, включая самого президента. Наблюдатели полагают, что именно поддержка этих офицеров позволит Асаду выдать младшего брата Махера, который сейчас командует мощным вооруженным отрядом, 4-м корпусом армии, контролирующим ближайшие подступы к столице. /:/ Сейчас Сирия переживает период неопределенности. Нынешняя ситуация должна разрешиться. Стана ожидает, что начнется какое-то противостояние. В это сложное время люди предпочитают смотреть в землю и не занимать ничью сторону. Например, никто из лидеров партии "Баас" так и не выступил ни с каким заявлением. Новое региональное командование, созданное на съезде партии этим летом, не выпустило даже заявления в поддержку Асада, а ведь он является Генеральным секретарем партии. Тайна окружает судьбу министра иностранных дел Фарука Шараа. Ходят слухи, что его в последнее время не видели в министерстве. Его встречу с Генеральным Секретарем ООН Кофи Аннаном на прошлой неделе отменили. В докладе Мехлиса он обвиняется в предоставлении ложной информации следствию. Расколоты мощные службы безопасности и разведки. Они - в центре скандала с убийством Харири. Шурин президента генерал Ассеф Шаукат, глава военной разведки, указан в докладе по имени. Недавнее самоубийство или убийство министра внутренних дел Гази Канаана показывает, насколько накалены отношения между самыми влиятельными лидерами этого режима".

Ирина Лагунина: Проблема состоит в том, что Башару аль-Асаду все-таки придется выбирать из двух зол. Ему дан срок до 15 декабря. То же самое в истории Сирии уже было. В 1984 году отец нынешнего президента Хафез Асад выступил против своего младшего брата Рифата. Хафез победил и сильно укрепил свои позиции. Рифат был вынужден отправиться за границу.

Почему эксперты считают, что "цветной революции" в Азербайджане не будет.

Ирина Лагунина: В воскресенье, 6 ноября, в Азербайджане должны пройти парламентские выборы. Эксперты гадают, будет ли в стране "цветная революция". Власти Азербайджана утверждают, что накануне парламентских выборов смогли предотвратить государственный переворот, отстранив от должностей и арестовав ряд крупных чиновников. О предвыборной обстановке в Баку рассказывает наш корреспондент Олег Кусов.

Олег Кусов: Эксперты по кавказским проблемам называют Азербайджан ключевой страной в регионе.

Алексей Ващенко: От того, как там будет складываться ситуация, от этого во многом зависит и как будет идти развитие не только в Закавказье, но вообще во всем этом регионе Среднего Востока. Я имею в виду, и Турция, и Иран к этому имеют самое непосредственное отношение, ситуация на Северном Кавказе и вообще в России.

Олег Кусов: Эксперт Алексей Ващенко прогнозирует уверенную победу на парламентских выборах правящего блока "Ени Азербайджан", который состоит из сторонников президента Ильхама Алиева.

Алексей Ващенко: Сейчас практически нахичеванский клан и те чиновники, которые пришли из Нахичевани, заняли ключевые места, они четко владеют этой ситуацией в Азербайджане. Во-вторых, азербайджанский народ прекрасно помнит, что именно Алиевым удалось стабилизировать ситуацию на карабахском фронте, стабилизировать ситуацию в экономике, стабилизировать внутреннюю ситуацию в Азербайджане, когда его сотрясали перевороты. Сейчас в принципе оппозиция, которая осталась в лице Исы Гамбара - это, прямо скажем, несерьезная оппозиция, которая еще и разрознена. Люди еще прекрасно помнят, что во времена, когда Иса Гамбар пользовался влиянием и мог принимать решения, влиять на судьбу Азербайджана, кампания, которая развернулась в Азербайджане, что были неудачи в Карабахе, это межнациональная проблема внутри, с экономической точки зрения Иса Гамбар себя показал крайне несостоятельным.

Третье - это, скажем, приятная неожиданность, что жена Ильхама Алиева идет в политику. Конечно, очень хороший шаг со стороны Ильхама Алиева. Во-первых, его жена всегда была только женой президента и ни в какие политические вопросы она никогда не лезла. Во-вторых, на ней нет абсолютно никакой грязи. Надо сказать, что она одна из красивых женщин на Кавказе. Она, можно сказать, такая подлинная азербайджанка. То, что сейчас она выдвигается в политику - это дан зеленый свет тому, что женщины могут участвовать в политической жизни свей страны. И то, что президентский блок получит примерно 60-70% голосов, из этих голосов примерно 25-30% голосов будут голоса женщин.

Олег Кусов: В середине октября руководители силовых структур Азербайджана заявили о раскрытии заговора ряда высокопоставленных лиц с целью захвата власти. Среди обвиняемых 30 человек, наиболее влиятельными из них называют бывшего министра экономического развития Фархада Алиева, бывшего министра здравоохранения Али Инсанова, бывшего управделами администрации президента Акифа Мурадвердиева.

Лидер оппозиционной партии "Мусават" Иса Гамбар связывает эти аресты с предвыборной кампанией.

Иса Гамбар: Результат властных разборок. Вы знаете, что внутри власти существовали очень серьезные группировки, и сегодня в принципе они существуют, которые вели борьбу насмерть. Эти группировки боролись за политическое влияние и за раздел и передел собственности. Ильхам Алиев был не в состоянии контролировать эти группировки. Сейчас накануне выборов он, видимо, принял решение поддержать одну из группировок и наказать представителей других группировок. В любом случае это очень серьезный кризис власти, кризис режима Алиева. Я думаю, что кризис будет продолжаться и углубляться. Конечно, некоторым может казаться, что он проявил решимость, но я думаю, что с его стороны это вынужденные шаги. Достаточно сказать, что в результате его действий протестный электорат в стране очень серьезно увеличился. Я думаю, что это тоже скажется на итогах выборов.

Олег Кусов: По мнению экспертов, особенностью азербайджанской внутренней политики стало деление политической элиты на так называемые кланы. Продолжает Алексей Ващенко.

Алексей Ващенко: В Азербайджане существуют как бы три основных клана. Это клан нахичеванский - это клан Гейдара Алиева и его сына. Второй клан - это был Муталибов и Расул Гулиев, это считался бакинский, наиболее сильный клан. Третий клан был клан, который возглавляла семья Гусейновых. В частности, после смерти отца этот клан возглавил герой Азербайджана полковник Гусейнов. Был еще карабахский клан, он был как бы кланом Гусейновых, но он утратил то влияние, которым он раньше располагал. Фактически выходцы из Армении, они имели в свое время определенное влияние, но после этих событий, межнациональных конфликтов, им пришлось уехать из Еревана и вообще из Армении в Азербайджан. Былого влияния у них, конечно, нет.

Нужно учитывать, что Азербайджан - это многонациональная республика. Там есть проблемы и лезгин, есть проблема талышей, примерно 150-200 тысяч русского населения. Причем это население в немалой степени, которое там живет очень давно, это потомки тех, кто переселился в Азербайджан до революции, и они себя считают коренными азербайджанцами. Таких людей много в Баку, и они всегда себя называют бакинцами, как и все остальные, как коренные азербайджанцы, которые тоже себя называют бакинцами. Они даже шутят, что у нас единая нация - бакинцы.

Олег Кусов: Бакинский политолог Зардушт Али-Заде считает, что главным для президента Алиева и его окружения было устранить конкурентов в исполнительных структурах власти.

Зардушт Али-Заде: В данном случае Ильхам Алиев использовал методы своего отца и устранил своих соперников внутри властного клана, и заодно он фактически идеологически разгромил оппозицию. Сейчас главное для него в глазах Запада мирно, тихо провести государственный корабль сквозь мифы парламентских выборов. После того, как он сумеет легализовать результаты выборов, тогда начнется арест активистов и лидеров некоторых оппозиционных партий. Почему? Потому что они уже объявили народу, что какие-то министры выделили сотни и сотни тысяч долларов для финансирования переворота, для устройства массовых беспорядков. Министры должны были не сами же выйти на улицу и устраивать эти беспорядки, эти суммы денег кому-то были вручены с конкретным поручением организовать уличные беспорядки, дестабилизирующие ситуацию, подготовить почву для государственного переворота. Этих людей, кому были вручены деньги, назначат, назовут, их арестуют, и будет очень широкий круг лиц, которые пытались предъявить претензии на власть.

Олег Кусов: В азербайджанской оппозиционной печати много говорится о том, что в лице 30 высокопоставленных государственных чиновников силовые структуры фактически разгромили так называемый клан выходцев из Западного Азербайджана. Западным Азербайджаном здесь называют территории, ныне принадлежащие Республике Армения. Уроженец этих земель министр образования Азербайджанской Республики Мисир Марданов в ответ на подобные утверждения заявил, что делить государство на регионы нельзя. По его мнению, арестованные чиновники должны ответить перед судом за то, что изменили политическому курсу Гейдара Алиева.

Как считают некоторые другие наблюдатели, окружение Ильхама Алиева намеренно раздувает проблемы угрозы государственного переворота и борьбы с коррупцией. Реакцию власти на подобные утверждения выражает заведующий сектором политических исследований и анализа общественно-политического отдела администрации президента Азербайджана Фуад Ахундов.

Фуад Ахундов: Если им кажется, что это шоу, пусть посидят, посмотрят, реально эти люди арестованы или не реально. Я не могу понять, в чем здесь шоу. Население очень довольно. Письма, звонки: наконец-то, что сидит коррупционер, идет чистка. В чем же шоу? Мы что, людей не посадили или мы с людьми договорились за какую-то зарплату посидеть в камере, а потом их отпустим к выборам? Мы видим, к этим выборам готовятся как к бархатной революции, так и не бархатной. Как к смене власти, как мы видим, готовились они. Просто наши правоохранительные власти четко сработали. Революции не пройдут, власть себя чувствуют уверенно. Если рейтинг президента 70%, то о каких революциях может быть речь? Власть, и президент, и партия, рейтинг в несколько раз больше чем у оппозиции, а она по этим рейтингам даже не набирает 15. Прибавим пять, прибавим десять процентов, но о каких 70%, о которых они говорят? Они говорят о 75 местах в парламенте, что составляет 70%. Это исходя из чего? Это может они действительно сами хотят сфальсифицировать? Или это для того, чтобы выйти на улицы, как я говорил, в ночь с 6 на 7 ноября. Это все игры.

Сейчас мы, грубо говоря, знаем как будет выглядеть урна на всех избирательных участках. Примерно так. И что, мы этого боимся? Конечно, власть уверена. Хотите отпечатки пальцев - пожалуйста, на здоровье. Хотите неправительственные организации - пожалуйста. Президент выше всего этого. Они бы обсуждали, дискутировали. Президент сказал свое слово, он еще раз продемонстрировал, что ничего не боимся. Больше чем мы, никто не заинтересован, чтобы выборы прошли честно, не сфальсифицировано, тогда мы получим то, что говорят соцопросы западных и местных социологов.

Олег Кусов: У эксперта по проблемам Кавказа Алексей Ващенко не вызывает сомнений победа на парламентских выборах правящей партии "Ени Азербайджан" без нарушений закона.

Алексей Ващенко: Я думаю, что на сегодняшний день то, что в Азербайджане Алиев сохранит власть и сохранит опору в парламенте - это ни у кого не вызывает сомнений. Авторитет семьи Алиевых настолько высок, что подорвать этот авторитет так быстро, как это было, допустим, с Шеварднадзе, с Януковичем на Украине, который был дважды судим, невозможно. Самое главное, что той грубой фальсификации на выборах, как было в Грузии, в Азербайджане тоже не будет. Я лично считаю, что выборы там пройдут относительно спокойно.

Олег Кусов: За ходом избирательной кампании в Азербайджанской Республике намерены наблюдать более тысячи представителей 17 стран. Это обстоятельство позволило экспертам сделать вывод, что значение нынешних парламентских выборов для международной политики высоко.

Солнечная электростанция - побочное применение.

Ирина Лагунина: Недавно в Португалии было объявлено о планах построить в стране крупнейшую в мире солнечную электростанцию мощностью 62 мегаватта. Еще недавно подобные проекты были абсолютно нерентабельны.

Все изменили Киотский протокол и торговля квотами на выброс углекислого газа. Исследования по солнечной энергетике мгновенно обрели актуальность. Один из мировых центров этих исследований - американская Национальная лаборатория Сандия, где действует мощная установка, концентрирующая солнечное излучение. Еще недавно она была самой мощной в мире. Однако интересна она не только этим, но и многочисленными нетрадиционными применениями. Об этой необычной установке рассказывают Александр Сергеев и Александр Костинский.

Александр Костинский: Сегодня мы будем говорить об одной очень интересной установке. История этой установки идет прямо к Архимеду. Архимед якобы сжег с помощью множества зеркал несколько кораблей римского флота. И вот эта установка, о которой мы будем говорить, она буквально повторяет установку Архимеда.

Александр Сергеев: Тут, кстати, интересно заметить, что буквально на днях пришло сообщение о том, что американские физики взяли и просто интереса ради смоделировали систему зеркал, как описано у Архимеда, и действительно смогли добиться возгорания.

Александр Костинский: Они, по-моему, даже сделали корабль в полную величину и его подожгли. Тем более, что важно, Архимед не мог делать такие параболические зеркала, а он делал из плоски зеркал, и они так сделали.

Александр Сергеев: И на самом деле эта идея сконцентрировать солнечное излучение с помощью большого количества плоских зеркал - очень простая идея. Главное, только направить в нужную сторону зеркала и ловите солнечных зайчиков.

Александр Костинский: Но главное - площадь этих зеркал должна быть большая, потому что на каждый квадратный метр земли где-то около киловатта солнечной энергии попадает.

Александр Сергеев: Так называемая солнечная постоянная. Так вот, в Соединенных Штатах, когда начинались исследования в области солнечной энергетики, это примерно в 70 годах, была построена специальная установка, назначение которой - отрабатывать технологии солнечной энергетики. И такую установку взяли и построили в 78 году в национальной лаборатории Сандия.

Александр Костинский: Они взяли и построили такую огромную квази-архимедовскую установку. Какие там параметры?

Александр Сергеев: Там параметры такие. Они взяли площадь в пустынной местности размером три с половиной гектара примерно, семь-восемь футбольных полей и на этой площади разместили в несколько рядов 220 гелиостатов, то есть зеркал, которые могут поворачиваться. Квадратные зеркала размером шесть на шесть метров. Они не сплошные, они набраны сами из квадратиков.

Александр Костинский: Потому что изготавливать такие цельные зеркала довольно дорого.

Александр Сергеев: Шестиметровые практически невозможно. Потом если разобьется - большая потеря. А там примерно метрового размера зеркала.

Александр Костинский: Наверное, отшлифованного металла.

Александр Сергеев: Двухслойное стекло, а между ними слой серебра.

Александр Костинский: То есть вообще как обыкновенное зеркало, в которое мы смотрим.

Александр Сергеев: По толщине как стеклянные двери в метро. Вот таких 220 листов. И вместе их площадь составляет 8 тысяч квадратных метров. И дальше они берут и эту энергию могут отражением, солнечными зайчиками направить в какую-нибудь точку. Весь вопрос только - куда. Поскольку солнце находится в небе достаточно высоко, то направлять на землю довольно неудобно, и они будут друг друга загораживать, зеркала. Поэтому построили башню высотой 60 метров и на этой башне стали устанавливать оборудование для проверки. То есть, например, установку для того, чтобы нагревать какое-нибудь вещество, можно нагревать просто воду в трубах.

Александр Костинский: А какая мощность фокусированная получается?

Александр Сергеев: В фокусе они могут собрать пять мегаватт. Дальше встает вопрос о том, как эту энергию утилизировать. Можно поставить туда просто паровую турбину. Но это на самом деле оказывается неэффективным. Дело в том, что выход солнечной энергии меняется в течение суток довольно сильно. Например, на рассвете мало энергии, днем много, вечером, когда пик потребления, ее мало, а ночью вообще нет. Поэтому непосредственно от солнечной энергии запитывать генератор - это неэффективно, она будет производиться не тогда, когда нужно, а хранить ее нельзя. Поэтому придумали такой способ. Взяли вещество, так называемую чилийскую селитру - это смесь нитрата калия и нитрата натрия. Она находится в жидком состоянии при температурах в несколько сотен градусов. И вот ее берут и нагревают примерно до 570 градусов, а потом закачивают в резервуар и в этом резервуаре хранят до вечера, а потом уже оттуда нагревают воду для паровой турбины.

Александр Костинский: Эта чилийская селитра как аккумулятор энергии получается?

Александр Сергеев: Она хороша как аккумулятор энергии, потому что она остается во всем диапазоне нужных температур жидкой, она достаточно высокой теплоемкостью обладает, и она не агрессивна химически, поэтому ее можно спокойно гонят по трубопроводам, долго хранить.

Александр Костинский: То есть получается первое применение этой огромной солнечной установки. Классические работы по созданию солнечных электростанций теплового типа.

Александр Сергеев: Если посчитать, то получается пока неэффективно по деньгам. Даже если я поставил установку, собрал, запустил, я больше никак не завишу от внешней поставки электроэнергии, но окупится все нескоро - через десятки лет. Но идут исследования дальше, нельзя ли сделать это эффективнее и дешевле, особенно при массовом выпуске.

Александр Костинский: То есть это исследовательская установка?

Александр Сергеев: Это исследовательская установка, да. Но когда она была построена и в процессе постройки стало ясно, что ограничиваться только исследованиями в области гелиоэнергетики как бы жалко. Строится большая установка, дорогая, она стоила 20 миллионов долларов при строительстве, а сейчас ее оценивают в 120 миллионов долларов. Ее решили использовать еще по целому ряду назначений. Одна из задач, связанная непосредственно с тем, чем занимается НАСА. Есть такая проблема, очень серьезная проблема - вход в атмосферу космического аппарата.

Александр Костинский: Гибель экипажа "Колумбия". И сейчас весь мир волновался, вернутся ли космонавты - это все из-за проблем термостойких плиток.

Александр Сергеев: Мало кто знает, но на самом деле в космонавтике проблема возврата с орбиты стоит гораздо более остро, чем проблема вывода на орбиту. Например, такая деталь: доставить на международную космическую станцию груз можно сейчас кораблями "Прогресс", можно догрузить "Союз" дополнительно, а вернуть обратно ничем кроме "Шатла" практически невозможно. Грузоподъемность корабля "Союз" возвращаемого модуля помимо космонавтов составляет всего 50-100 килограммов.

Александр Костинский: Вообще ничего, если учесть какие там эксперименты идут.

Александр Сергеев: И эта проблема связана с тем, что вход в атмосферу - это очень тонко просчитанная задача на большой скорости, на очень большой скорости.

Александр Костинский: Это 8 километров в секунду.

Александр Сергеев: Происходит вход в плотные слои атмосферы. Едва чуть-чуть не так пойдет космический корабль, он просто сгорит, перегреется и никакая защита не выдержит. Но все равно даже при правильном входе он нагревается до очень больших температур. Выдержит ли тот или иной материл? Ну ладно, с космонавтикой на земле все более-менее отработано. А идут дальше задачи - нужно поделать посадку на Марс, была недавно посадка аппарата на титан, спутник Сатурна.

Александр Костинский: А там тоже плотная атмосфера?

Александр Сергеев: Примерно вдвое плотнее земной. Дальше рассчитываются новые аппараты и для них подбираются новые вещества для теплозащиты. Как их испытывать, чем их нагревать? Нагревать их каким-нибудь открытым пламенем? Нагревать их электрическим разрядом, дугой нельзя, потому что нагрев не будет равномерным, во-вторых, будут дополнительные лишние вещества идти, которые будут разъедать поверхность. Нужен какой-то чистый нагрев. И вот почему не сконцентрировать солнечное тепло именно для этой цели? Чистый нагрев.

Александр Костинский: Да, один из способов испытания. Я думаю, что там, конечно, в каких-нибудь обдумываемых дугах делается то же самое, но это еще один метод испытания пластинок.

Александр Сергеев: Плюс к тому, они в этой же самой башне устроили еще небольшую аэродинамическую трубу, не очень мощную, они делают скорость примерно до ста метров в секунду. Это второе применение. Но вот интересно, что подобная установка находит и еще применение. Например, возникла задача у Министерства обороны при разработке крылатых ракет. В крылатой ракете стоит радар, который отслеживает поверхность, и он должен очень точно измерять, что происходит, потому что реакция должна быть мгновенной, она идет, огибая поверхность. Так вот обнаружилось, что эти радары дают не совсем верные показания. Возникла гипотеза правильная, что это связано с влиянием горячего воздуха плазмы, которая возникает вокруг раскаленной головки ракеты, которые разрезают воздух. Но как промерить эти искажения? Запускать множество крылатых ракет и мерить на них? Это достаточно дорого и не очень надежно, потому что нельзя все как следует обмерить в реальном полете. Они взяли, поставили этот самый радар, эту головку в облучение.

Александр Костинский: То есть обыкновенного солнечного пучка.

Александр Сергеев: Обыкновенного солнечного пучка. Добились той же температуры и поток воздуха примерно с той же скоростью, с которой летит эта ракета. Получили примерно тот же самый эффект, просчитали поправки, внесли поправки в программу бортового компьютера и с проблемой справились.

Александр Костинский: Вообще Архимеду бы очень понравилось. Потому что в действительности, что здесь привлекает в этой установке, что она по построению очень простая.

Александр Сергеев: Надо сказать, что выглядит эта установка весьма впечатляюще. Интересно, что они даже на имиджевых снимках своих фокусируют излучение не на башне с образцом, а просто в воздухе над установкой. И со стороны видно, где сфокусировалось излучение. Судя по всему, там подсвеченная пыль отражает излучение собственное. Просто так если пустить в солнечный день фонарик, попробуй подсвети пыль.

Александр Костинский: Невозможно, солнечное излучение яркости огромной.

Александр Сергеев: Просто по сравнению с тем светом, который собирают эти зеркала, солнце бледнеет просто. Но то, что меня больше всего поразило - то, что эта установка не простаивает и ночью. Они используют установку для астрономических наблюдений. Но там стоят плоские зеркала, казалось бы, какая астрономия. Есть один раздел астрономии, где качество зеркал не имеет большого значения. Это наблюдение космических лучей. Космические лучи - это сверхэнергичные частицы, которые порождаются при взрывах сверхновых.

Александр Костинский: То есть они летят с очень близкой скорости света скоростью.

Александр Сергеев: То есть не 99% скорости света, а 99 и еще три или пять девятых.

Александр Костинский: Они настолько близко к скорости света подходят, что практически уже трудноизмеримы различия.

Александр Сергеев: Они со всей этой скоростью врезаются в земную атмосферу. А земная атмосфера - это все-таки среда достаточно плотная для таких скоростей. И они тут же ударяются в атомы земной атмосферы, разбивают их, порождают еще потоки частиц элементарных, сотни, тысячи частиц. Эти потоки частиц называются широкими атмосферными ливнями. Потому что пока проходят через атмосферу, они потихоньку расходятся в разные стороны. Но есть еще одна особенность. Дело в том, что эти частицы идут с такой скоростью, так близко скорости света и исходные и те, которые получились от распада по инерции идут, что они идут быстрее скорости света в воздухе.

Александр Костинский: Невозможно преодолеть скорость света в вакууме, а в среде можно.

Александр Сергеев: Скорость света в воздухе примерно на одну десятую процента медленнее, чем скорость света в вакууме. За счет одной десятой получается, что эти частицы летят быстрее. А есть такое свойство, оно открыто Черенковым, черенковское излучение - это излучение, возникающее всегда, когда объект движется в какой-то среде быстрее, чем свет движется в этой среде. По аналогии можно считать, что это примерно то же самое, что ударная волна в воздухе от сверхзвукового самолета. Это излучение, этот свет можно поймать зеркалами и отправить в эту же самую башню, а в башне поставить зеркало, сконцентрировать на фотоумножитель и померить.

Александр Костинский: Конечно, эти потоки очень малы. А когда вы собираете с такой огромной территории 8 тысяч квадратных метров и фокусируете, то вы можете фактически измерить совсем небольшие потоки света.

Александр Сергеев: То свет, который не виден, но если ты собрал с площади 8 тысяч квадратных метров этот свет и сфокусировал, вот тогда эффект появляется. Это серьезное значимое направление, получены были достаточно интересные результаты астрономические. И пожалуй, в прошлом году появилась серьезная установка, которая моет конкурировать с этой солнечной установкой в наблюдении космических лучей. Во всем этом деле меня поразила продуманность и эффективность использования ресурса устройства.

Александр Костинский: То есть сколько применений: солнечная энергетика, космические излучения, испытания аппаратов, ядерные взрывы.

Александр Сергеев: Ядерные взрывы мы еще не сказали. Проводились испытания, как действует тепловое излучение ядерного взрыва на разные типы брони.

Александр Костинский: Моделирование с помощью мощного мегаваттного потока.

Александр Сергеев: Потому что в Соединенных Штатах очень серьезно стоит вопрос о том, как исследовать возможности ядерного оружия, не проводя ядерных взрывов. И в России стоит вопрос. Удивительна именно эффективность использования. Мне понравилась именно вот это в этой установке. Простейший принцип, из которого сразу целая серия применения.

Александр Костинский: Это говорит о том, что если ученые хорошо продумают эксперименты, то им удается из установки настолько традиционной, что трудно выдумать физический прибор более старый. Архимед один из первых настоящих ученых, который работал в классической традиции в механике и его знаменитый закон Архимеда и так далее. То есть это фактически один из первых современных ученых по духу, по подходу, по философии, и приборы этого человека, принципы которые он разработал, работают до сих пор.

Александр Сергеев: И в полной мере являются основой современных исследований.

Один день в жизни петербургского приюта для детей.

Ирина Лагунина: Мы уже обсуждали однажды тему того, что в России очень мало семей, которые усыновляют детей-сирот. А вот приютов для детей, оказавшихся без попечения родителей, становится все больше. Как правило, они не только дают детям временное пристанище, но и стараются устроить их дальнейшую жизнь, при этом их цель - поместить ребенка не в детдом, а в семью. Об одном таком приюте в Санкт-Петербурге рассказывает Татьяна Вольтская.

Татьяна Вольтская: В петербургский социально-реабилитационный центр для несовершеннолетних "Дом милосердия" поступают дети из неблагополучных семей, дети алкоголиков и наркоманов. Там их отмывают, откармливают, отводят в школу и начинают искать им семью. Как дети попадают в приют - рассказывает сотрудница центра Татьяна Мурзина.

Татьяна Мурзина: К нам направляют обычно детей органы опеки и попечительства. Детей, которые уже известны, как неблагополучные, из больниц, милиция, конечно. Родственники просят нас принять какого-то ребенка из семьи, если видят, что ему там плохо.

Татьяна Вольтская: О том, что это за дети, рассказывает педагог-психолог Наталья Старовойтова.

Наталья Старовойтова: Это дети, которые не дополучили в семье то, что способствовало бы их нормальному психическому развитию. Которые обделены заботой, не развиты по возрасту. То есть это дети, которым очень трудно учиться. И есть дети, которые играть не умеют. Меленькие дети, первоклассники так называемые, которые конечно условно первоклассники, в школе им учиться крайне сложно, есть дети, которые обучаются дома, домашняя школа. И они не могут высиживать 45 минут на уроке, потому что они не приспособлены к этому, они хотят играть. Когда они пытаются, играть они сами не могут, они зовут взрослого. Если брать детей постарше - это дети с девиантным, отклоняющимся поведением. Мы сталкиваемся с немотивированной агрессией, с неустойчивым вниманием. У них, как правило, низкая работоспособность. В основном они предоставлены сами себе, поэтому какой-либо порядок, режим они воспринимают с большим трудом.

Татьяна Вольтская: Один из насельников "Дома милосердия" - 12-летний Юра Железнов, его случай довольно типичный.

Юра Железнов: Я дома сидел, пришла милиция и меня сюда привезли.

Татьяна Вольтская: Почему к тебе пришли?

Юра Железнов: Потому что у меня отец выпивал, меня пришли и забрали.

Татьяна Вольтская: А ты в школу не ходил и что?

Юра Железнов: В школу не ходил.

Татьяна Вольтская: А родители тебя не заставляли?

Юра Железнов: Нет.

Татьяна Вольтская: А мама?

Юра Железнов: Мама умерла года два назад.

Татьяна Вольтская: И с тех пор так жизнь переменилась? Отец до этого пил?

Юра Железнов: Пил, только редко.

Татьяна Вольтская: Ты учишься здесь хотя бы?

Юра Железнов: Да учусь, я в 17 школу хожу.

Татьяна Вольтская: А что дальше?

Юра Железнов: Наверное, детский дом.

Татьяна Вольтская: Это, конечно, худший вариант. Такая участь постигает около 40% детей, попадающих в приют. Остальные иногда возвращаются в прежнюю семью, иногда попадают в новую, приемную. Как правило, такие дети намного младше Юры, - говорит Татьяна Мурзина.

Татьяна Мурзина: Очень много семей приходят, которые хотят взять маленького ребенка. У нас маленьких детей не очень много. Подбор мы стараемся тщательно провести. Процедура более-менее отработана: знакомства в стенах учреждения сначала, затем начинают индивидуально общаться вне приюта. Потом приглашают к себе домой ребенка, даже могут провести какое-то время вместе, если есть перспектива, что ребенок может остаться на долгие годы в этой семье.

Татьяна Вольтская: Что это семьи? Это семьи, у кого нет своих детей?

Татьяна Мурзина: Самый обычный наш контингент - это семьи, полные чаще всего, возраста 40-50 лет, которые уже воспитали своих детей, и супруги решили снова этот процесс начать и обращаются к нам за этим. Есть такие семьи, которые дожили до 50 лет, не имея своих детей, приходят к нам и начинают прекрасно воспитывать по два даже, по три и даже семья есть, которые воспитали четверых детей наших.

Татьяна Вольтская: Татьяна Мурзина говорит об этом как о чуде, о радостном и явно редком явлении. Действительно, 4 приемных ребенка в российской семье - это пока редкость, чего нельзя сказать о других странах, например, о Сербии.

Рассказывает наш корреспондент из Белграда Айя Куге.

Айя Куге: В Сербии считают, что лучше всего детей, лишившихся родителей, отдавать на воспитание в семьи, где о них будут заботиться до совершеннолетия. Главным образом в такие семьи отправляют детей младшего возраста, тех, которых по разным причинам нельзя усыновить или удочерить или у них где-то есть биологические родители или существуют другие помехи для их усыновления. В Сербии 8 основных центров для размещения в семьях оставшихся без родителей детей, главным образом в деревнях и маленьких городах. В ста километрах от Белграда в деревне Милошовец в каждом классе начальной школы учатся до десятка таких детей. Для них опекуны часто становятся мамами и папами, их дети братьями и сестрами.

Опыт показал, что такие дети намного лучше, чем воспитанники детдомов, приспособлены к жизни. Связи с новой семьей они часто сохраняют на всю жизнь, несмотря на то, что им с раннего возраста дана возможность общаться и со своими настоящими родственниками или родителями, если они есть. Нередко бывает, что опекуны со временем усыновляют кого-нибудь из своих питомцев. В семьи часто попадают и дети-инвалиды. Государство выплачивает опекунам-воспитателям материальное пособие, однако эти средства не такие большие, чтобы стать мотивом для воспитания чужих детей. Мотив обычно - любовь к детям.

Татьяна Вольтская: Я пришла в "Дом милосердия" как раз в такой момент - когда люди, 5 лет назад взявшие отсюда девочку, теперь пришли за мальчиком. В этой семье есть старшая - родная дочь 16 лет, приемной дочери Свете сейчас 8, она, как водится, просит братика. Татьяна Мурзина.

Татьяна Мурзина: Мы думаем, что может подойти первоклассник, возможно девочке больше подошел бы более младшего возраста. Сегодня скорее всего мы будем обсуждать это с семьей. Она уже посмотрела видеосъемки, ей показали фотографии этого мальчика, и она будет наблюдать, как он ведет себя в естественной для него обстановке.

Татьяна Вольтская: И все же знакомство состоялось - в игровой комнате, куда пришли сразу три мальчика. Даниле и Матвею воспитательница дает игрушки.

В этой время 7-летний Артем тихонько играет в "морской бой" со своей возможной будущей мамой Натальей Зезюлинской. Когда они поиграли, мне удалось с ней поговорить. Я, конечно, спросила Наталью Анатольевну - что подвигло ее на то, чтобы стать, можно сказать, дважды приемной мамой.

Вообще положение катастрофическое. Столько сирот, иностранцы стоят в очереди за ними, а наши как будто чужие совершенно дети. Я понимаю, что вы не одна, но все-таки вас меньшинство.

Наталья Зезюлинская: Дело все в том, что мало информации. Я, допустим, знаю много женщин, которые вообще без детей живут, ни родных нет, ни приемных, и они несчастны. Казалось бы, легко это все исправить, взять ребенка, который тоже ищет любви, который одинок. Но человек живет на чувствах. Ему нужно увидеть ребенка, который один, а увидеть его практически невозможно, то есть у нас закрыты все учреждения. Если бы можно было придти поиграть с ребенком, принести ему банан, яблоко. Все говорят: ой я боюсь туда пойти, потому что я привяжусь. Если ты привяжешься, значит это и хорошо, значит ты его возьмешь, ты найдешь свое счастье. Но вот этот шаг, чтобы его сделать, мама должна сначала пойти в госучреждение, отстоять очередь, собрать справки о себе. Мало кто эти хождения по мукам вытерпит. Хотя это все быстро делается. Но смотря, ради чего. То есть сначала ты увидел ребенка, полюбил его, захотел взять, потом оформил. А у нас сначала нежно кучу справок, пока ты собираешь справки, думаешь - зачем мне это нужно? Я думаю, что человек нормальных из ста, увидев ребенка в лесу зимой, они его возьмут себе, потому что понятно, что он пропадет. Но мы его не видим в городе, хотя знаем, что он есть.

Татьяна Вольтская: Когда вы взяли из приюта Свету, вашей родной дочери было 11, как она отреагировала на это?

Наталья Зезюлинская: Как обычно реагируют дети на появление второго ребенка.

Татьяна Вольтская: Ревность?

Наталья Зезюлинская: И понимание, и любовь, и интерес, и равность - все вместе. Но как человек, которого есть приемный и свой, хочу сказать, что никакой разницы нет. Единственное, что когда не со своими детьми, то у нас есть ширма и возможность сказать: это не мой ребенок, поэтому он такой, поэтому у него двойка по английскому, поэтому руки не моет. Совсем е по этому. Мы даже на своего ребенка говорим: вот, ты весь в папу. Мы же не можем сказать, что весь в меня - не хочет уроки делать. Поэтому нужно просто соблазн убрать - на кого-то перекладывать вину, на гены. Гены - это просто скорость протекания психических реакций, а куда они протекают, в агрессию или в радость - это уже вопрос воспитания. То есть это фундамент, на котором вы будете строить дом. А уж какой дом вы построите.

Татьяна Вольтская: Почему вы решили взять еще ребенка, скажем так, братика Свете?

Наталья Зезюлинская: Наверное, потому что как-то все время мысль такая. Я иду и вижу, что Света ничем не отличается от домашних, как сейчас говорят, детей. И у нас был такой случай, когда я буквально через полгода как взяла, повела в зоопарк, она капризничала и не ела яблоко, которое я ей предлагала, хотела третью или четвертую порцию мороженого. Она капризничала и бросила это яблоко. И в этот момент было двое детей, которые ходили и в урнах собирали объедки. И вот они с таким возмущением на нее посмотрели. Я поймала их взгляд, они подняли яблоко, я подумала, что Света никогда не будет рыться в этих урнах, а вот эти дети: И хочется, чтобы их было меньше. Вот и вся была мотивация.

Татьяна Вольтская: А каково было остальным членам семьи?

Наталья Зезюлинская: Конечно, все люди эгоистичны, хотели бы, чтобы солнце светило исключительно для них. Но как раз понимание того, что от того, что кто-то с тобой находится рядом, тебе меньше не становится солнца - это приходит только в детстве. И хорошо, когда многодетные семьи и тогда человек вырастает с понятием, что он не лучше других и не хуже других, он умеет и подчиняться, и командовать, и дружить. А где в семье один ребенок - это просто невозможно.

Татьяна Вольтская: А ваш муж поддерживает в ваших стремлениях к детям?

Наталья Зезюлинская: Добровольно-принудительно поддерживает. Потому что такие же как и все - стремление посидеть перед телевизором, чтобы никто не трогал, присутствует всегда. Но тем не менее, он понимает, что жизнь потраченная на телевизор - это другая жизнь, чем жизнь, потраченная на ребенка, на какое-то хорошее дело. Человек, который способен любить, он может полюбить любого ребенка. Этот ребенок будет похож на него.

Татьяна Вольтская: Как вы считаете, Наталья Анатольевна, как-то может повернуться наше очерствевшее общество, вырасти, перестать быть детьми, посмотреть на других несчастных детей?

Наталья Зезюлинская: Конечно, повернется, но всему свое время. Вопрос только в том, что у детей нет этого времени.

XS
SM
MD
LG