Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Лидер партии "Родина" Дмитрий Рогозин: "Кавказ, если так все будет продолжаться, будет уходить"


[ Радио Свобода: "Время Гостей" ]
[13-10-05]

Лидер партии "Родина" Дмитрий Рогозин: "Кавказ, если так все будет продолжаться, будет уходить"

Ведущий Михаил Соколов

Михаил Соколов: Вместе со мной в Московской студии Радио Свобода - Дмитрий Рогозин, лидер партии "Родина", депутат Государственной Думы России.

Естественно, мы сегодня начнем разговор с ситуации на Северном Кавказе. Вот события в Нальчике, страшные события. По данным различных агентств известно о большом количестве погибших. "Интерфакс" говорит о минимум 10 погибших и не менее 80 раненых. Агентство "Росбалт" сообщает, что в Нальчике погибло не менее 20 человек. Министерство внутренних дел сообщает о более чем 50 нападавших на здание силовых структур в Нальчике и о том, что потери из состава российских силовых структур составили 10-12 человек.

По словам заместителя министра внутренних дел Александра Чекалина, президент России дал поручение, что "все, кто будет с оружием в руках и будет оказывать сопротивление, должны быть подвергнуты ликвидации".

Довольно странная фраза. В плен их что ли не брать?.. А пленные бы, наверное, не помешали.

Дмитрий Олегович, что скажете о событиях в Нальчике, в Кабардино-Балкарии?

Дмитрий Рогозин: Если бы ничего другого бы не было, кроме как этих событий в Нальчике, наверное, нужно было бы говорить о дерзкой вылазке террористов, боевиков и так далее. Но мы ж понимаем с вами, что происходит, в принципе, на Кавказе. Сначала Чечня, потом все это стало ползти на Ингушетию. В Дагестане, ну, уже просто все перестали обращать внимание на то, что ежедневно у нас идут "Новости" о том, что взорвали милиционеров, опять кого-то подорвали, какая-то спецоперация. То есть Дагестан просто живет...

Михаил Соколов: Вчера бои в тоннеле там были как раз.

Дмитрий Рогозин: Там постоянно идут бои, то есть там идет война, уже реально в Дагестане идет война. Очень плох Дагестан сегодня с точки зрения безопасности. Но совершенно очевидно, что эта зараза стала распространяться и дальше - Карачаево-Черкесия, Кабардино-Балкария. Я думаю, что есть такие зерна, опасные зерна террора и в Адыгее. Ну, про Беслан, про Северную Осетию и говорить нечего.

Поэтому в каком-то смысле это просто очередная демонстрация того, что федеральный центр в полной мере... да он вообще не контролирует ситуацию на Северном Кавказе, не контролирует. И у нас вообще нет никакой политики на Северном Кавказе. Кавказ, если так все будет продолжаться, он будет уходить. И здесь можно, конечно, подвергать ликвидации, или санации, или чему-то еще. Проблема в другом. У российской политики сегодня нет людей, которые умеют разговаривать с Кавказом, которые авторитетны там, которые могут поставить под контроль выделение финансовых средств, могут поставить под контроль просто перемещение людей на Северном Кавказе, в том числе и из-за рубежа. Кавказ открыт, как, извините, замочная скважина, там сквозит со страшной силой.

Михаил Соколов: Ну как же, там блокпосты стоят, войска стоят, на административных границах документы проверяют. Все же были, ездили, видели.

Дмитрий Рогозин: Ну да. Только вы немножечко в сторону попытайтесь отъехать - и вы там увидите, что, во-первых, у нас открыта граница де-факто с Северной Осетией и Южной Осетией, потому что там она никем не контролируется. Де-факто с Абхазией у нас открыта граница, и тоже не понятно, что там может перемещаться через эту границу. Вроде как с Грузией закрыта, а вот лазейки такие есть. А уж не говорю про другое направление. Вот все, что там дальше за Дагестаном, это уже Казахстан. А в Казахстане граница вообще не закрыта ничем. Там блокпостов как таковых нет. Есть контрольно-пропускные пункты, 54 штуки на 7600 километров. Ну, гуляйполе. Но дело даже не в этом.

Дело в том, что в местном плане там выросло за последние 15 лет целое поколение людей, которые ничего, кроме зачисток, не видели, они ничего, кроме коррумпированного начальства местного, не видели. Они видели одно, что, в принципе, убивать, воровать - это "modus vivendi", это образ жизни, это нормально. Они никогда не видели России, потому что они никогда не выезжали за пределы собственного аула. И это целое поколение людей, для которых либо прозябать в нищете в отсутствии каких бы то ни было рабочих мест, либо взять в руки автомат, как велит местный какой-нибудь подпольный имам или как говорит местный джамаат, и убивать неверных, убивать русских, а потом убивать и всех остальных, помимо русских. Вот и все.

Поэтому кто довел нас до такой ситуации? В очередной раз мы будем говорить о международном терроризме или о чем-то еще? Да там, где тонко, там и рвется. Ну если нет у нас никакой политики на Северном Кавказе, так кто виноват в этом?! Власть должна быть виновата.

Михаил Соколов: Дмитрий Олегович, но все-таки власти туда закачивают большие деньги, в Чечню, пытаются как-то социальные проблемы решать, а все это растворяется неизвестно где.

Вот вы, депутаты Государственной Думы, вы же должны ставить вопрос о том, чтобы эти финансовые вливания, гигантские совершенно, в ту же Чечню, они ставились бы под контроль.

Дмитрий Рогозин: Ну кто будет ставить, Михаил?

Михаил Соколов: А вы оппозиция.

Дмитрий Рогозин: Ну ладно, давайте будем с вами реалистами. Оппозиция в том виде, как она сейчас существует в Государственной Думе, - ну, это не более 100 человек, - она не может поставить вообще никакого вопроса. Более того, многие законопроекты или какие-то важные решения не доходят даже до обсуждения Палаты. Сегодня Государственная Дума превратилась в цех по штамповке документов.

А что такое партия власти наша, "Единая Россия"?

Михаил Соколов: Грызлов же сказал: "Дума - не место для дискуссий".

Дмитрий Рогозин: Да. Или как говорил Черномырдин: "Дума - это не место, где надо работать языком".

Я вам приведу конкретный пример. Кто возглавляет "Единую Россию" в Чеченской республике? Вы знаете кто. Депутат от "Единой России" господин Ямадаев, который во время одной из войн против России был так называемым бригадным генералом. Сейчас он уважаемый человек. Кто сейчас там первый вице-премьер, который сегодня угрожал ...

Михаил Соколов: Кадыров помочь своим спецназом решил.

Дмитрий Рогозин: Да. Мне кажется, большего унижения наши федералы, в принципе, давно не испытывали, когда вдруг господин Кадыров-младший говорит, что он готов со своими бородачами навести порядок в целом на Северном Кавказе.

Михаил Соколов: Он сказал: "В Нальчик перебросим пару тысяч людей".

Дмитрий Рогозин: Я могу себе представить, что там начнется, если он перебросит своих ребят туда.

Сам господин Кадыров, он, может быть, ответит на вопрос о том, а вообще хоть один дом в городе Грозном... Я вот недавно был в Грозном, я могу сказать, что я там не видел ни одного восстановленного дома. При этом Государственная Дума у нас по предложению правительства как бы систематически выделяет огромные средства, которые платит каждый российский налогоплательщик, каждый российский регион выплачивает деньги Северному Кавказу и Чечне в частности. Куда все уходит?

Михаил Соколов: Кстати говоря, про вот этот дом, тут мужской журнал один показал дом Кадыровых - там все в порядке. Хороший дом, камеры стоят.

Дмитрий Рогозин: Это не в Грозном, это в Гудермесе.

Михаил Соколов: В Гудермесе, да.

Дмитрий Рогозин: А Грозный, он как Сталинград, он разрушен до основания. И люди живут в разбитых домах, восстанавливая какие-то первые этажи отдельных подъездов. На самом деле никакого строительства жилья там нет. И вообще, по-моему, как сталкер сегодня выглядит весь Грозный. Лучше было бы этот город просто закрыть для будущих поколений, чтобы возить туда и показывать, как нельзя себя вести в национальных и в других делах, а построить новый город. Но и этого же никогда не будет.

Сегодня еще контроль над чеченской нефтью перейдет тоже в руки чеченского правительства. А у нас есть хоть какая бы то ни было информация по отчетности о том, что реально сделано на территории Чечни?

Я вот почему о Чечне говорю, потому что Чечня - это просто наиболее крупная республика на Северном Кавказе.

Михаил Соколов: И по финансированию.

Дмитрий Рогозин: Да, и по финансированию. Ну, знаете, а Дагестан, например, он обеспечивается из федерального центра примерно на 93 процента, все остальное - 7 процентов - обеспечивает сам Дагестан, сам себя. То есть абсолютно на полном иждивении у России находится территория. А Ингушетия?..

Михаил Соколов: Вот Дмитрий Козак и предлагает эти регионы взять под особый контроль, ввести специальные администрации финансовые и так далее - особые правила игры.

Дмитрий Рогозин: Нельзя делать ставку на тех, кто был плохим и кто сегодня выглядит, как они считают, круто. И чем хуже они себя будут вести, тем больше федеральный центр будет перед ними заискивать. Так не бывает.

Своих надо поддерживать, тех, кто с оружием в руках воевал в той же самой Чечне, на них надо делать ставку, на тех, кто проявил себя уже, кто ногами своими, руками, головой, сердцем голосовал за Россию. Вот на этих людей - на лояльных чеченцев, на лояльных дагестанцев, на лояльных России ингушей - надо сделать ставку. А там, где мы не можем, там ставить просто наместника своего напрямую, и пусть он определяет ситуацию.

И не надо закрывать глаза, что там чрезвычайное положение. И надо вводить там закон о чрезвычайном положении. И ограничивать доступ туда, на эту территорию, и доступ оттуда на остальную территорию Российской Федерации.

Ну хватит в эти игры-то играть. Мы сейчас там выборы проведем, легитимный парламент изберем. Ну, курам на смех. Ведь ничего это не дает нам. Так и будут наши ребята туда ездить, погибать, в гробах будем оттуда возвращать наших пацанов и плюс еще деньги терять. Половина бюджета у нас будет уходить в эту черную дыру.

Михаил Соколов: У нас звонок из Москвы. Сергей, пожалуйста, ваш вопрос. Здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. У меня вопрос к господину Рогозину. Дмитрий Олегович, хотел бы поговорить о консолидирующей роли русских. Давайте мы с вами проанализируем, посмотрим. Допустим, хорошая вещь - это не действия русских в Чечне, это не действия русских в Воронеже - это хорошая, нормальная вещь. И она нормально, хорошо проходит. Допустим, я не русский, но тоже захотел консолидировать чего-то. А мне говорят: "Нет, ты не русский, ты не можешь консолидировать". Не кажется ли вам, что это апартеид, если человек одной нации может что-то делать, а другой не может?

Михаил Соколов: Какая-тоирония по поводу Воронежа. Я так помню, что там людей били с другим цветом кожи, и регулярно.

Дмитрий Рогозин: Мы сейчас о чем будем говорить - о Воронеже, или будем говорить о консолидирующей роли русского народа? Просто я здесь связи особой не вижу.

Тем не менее, я хочу сказать, что ведь сегодня в российской политике отсутствует просто раздел "национальная политика". Национальной политики в России сегодня нет. Никто у нас не занимается выработкой подходов к тому, как поддерживать и в чем поддерживать национальную культуру народов Российской Федерации. Мы даже до сих пор не можем определиться, кого считать репатриантами, есть ли такое понятие "коренные народы Российской Федерации", есть ли такое понятие "дух", "кровь"...

Михаил Соколов: Мне всегда казалось, что граждане Российской Федерации есть, а коренные они или не коренные, не имеет значения.

Дмитрий Рогозин: Михаил, я уверен, что вы были бы правы в любом другом случае. Но если мы имеем дело с 15-летней давности развалом большого государства, часть граждан которого оказались вообще без всякого гражданства либо просто со старыми советскими паспортами, тогда вопрос гражданства не всегда как бы работает. Все-таки здесь приходится определять, кто такие "соотечественники" и кто может рассчитывать на этот высокий статус.

Михаил Соколов: Дмитрий, я только что столкнулся... я был в Белгородской области, на границе с Украиной, и разговаривал с людьми. И люди говорят: "У нас проблема гражданства". А я говорю: "А какая у вас проблема?". Он говорят: "Вы знаете, у меня ребенок родился. Я российский гражданин, моя жена российская гражданка. Я должен из деревни ехать в город, чтобы подтвердить гражданство". Как это так?

Дмитрий Рогозин: Абсурд, абсолютный абсурд.

Михаил Соколов: Но это вот закон вами принятый.

Дмитрий Рогозин: Нет, здесь как раз великий обман правительства в 2003 году. Тогда правительство вносило поправки в закон о гражданстве, состоял в том, что обещали ужесточить право приобретения российского гражданства для тех, кто въехал нелегально, незаконно на территорию России либо кто является представителем третьих стран, но при этом внести закон о репатриации, который просто облегчит процедуру приобретения, вплоть до автоматической процедуры приобретения российского гражданства для соотечественников. Вот второго этапа не было. И поэтому вообще приравняли к иностранцам всех тех, кто имел корни в России, так или иначе был связан с ней, родственниками или кровью своей, или историей и так далее.

В итоге, даже в моем избирательном округе я встречал молодых ребят, которые служили вообще в Вооруженных силах Российской Федерации, даже в Кремлевском полку, и при этом возвращались обратно к себе в деревню, и оказывалось, что у них нет российского гражданства.

Михаил Соколов: Вкладыш нужен какой-то, да?

Дмитрий Рогозин: Вообще никакого гражданства не было. Но это опять несколько другой вопрос.

Все-таки говоря, допустим, о том, о чем нас спросил радиослушатель, я хочу сказать, что есть объективная реальность. И состоит она в том, что в Российской Федерации проживает множество народов, но есть самый крупный народ, самый большой народ, который сегодня деморализован и в каком-то смысле денационализирован. Всякий раз его просто пинали за то, что он был тюремщиком Российской империи, как это делали большевики в 20-30-х годах, потом он тоже нес на себя тяготы жертвенного интернационализма. Сейчас на самом деле это нормальная ситуация, если русские почувствуют себя народом, так же как и любой другой народ Российской Федерации себя чувствует. Вот я общаюсь, у меня много друзей - татары, башкиры... Они никогда не забывают, что они татары, что они башкиры. Они уважают свою культуру, они помнят своих предков по седьмое колено, и за это их можно только уважать. Русские во многом денационализированный народ.

Поэтому то, что русские будут просто уважать свою собственную историю, знать ее, по крайней мере, знать свой собственный язык, изъясняться правильно на русском языке, любить свою культуру, любить свое Отечество, в этом ничего плохого я не вижу. И в этом действительно есть восстановление той самой исторической роли русского народа, как народа, который был собирателем земель в единое Российское государство.

Другое дело, что когда у нас сегодня чиновники пытаются раскрутить эту новую идеологию и под нее 10 миллиардов рублей выделяют, причем очень робко говорят "консолидирующая роль русского народа в многонациональном обществе", я это плохо понимаю. Тогда уж говорите прямым текстом "государствообразующая роль русского народа", что "русские и другие народы Российской Федерации являются разделенными народами".

Возьмите осетинский народ - он наш, российский народ. Но ведь значительная его часть проживает сегодня в другом государстве - в Грузии, в так называемой Южной Осетии. Имеет ли осетинский народ право на воссоединение в составе России? Да, конечно. И все мировые и международные документы об этом говорят. Но практика российской политики такова: у нас нет не только Министерства национальностей - министерства, которое могло бы заниматься выработкой этого подхода, у нас нет вообще понимания, что мы строим. У нас есть какие-то абстрактные россияне. При этом у нас в Конституции Российской Федерации...

Михаил Соколов: Граждане России. Я вас к Конституции отправляю.

Дмитрий Рогозин: А я вас отправлю к Конституции, и найду там два взаимопротиворечащих высказывания. Например, в одном параграфе Конституции сказано: "Мы - многонациональный народ Российской Федерации...". В другом сказано: "Мы - народы Российской Федерации...". То есть либо есть народы Российской Федерации, которые просто проживают на определенной территории, то ли эти народы не есть народы, а есть просто часть одного многонационального народа Российской Федерации.

Михаил Соколов: Знаете, марксисты бы сказали: "В этом и есть диалектика".

Дмитрий Рогозин: В этом и есть белиберда. Те, кто писал Конституцию, хромал на голову. Вот и все. И те, кто на самом деле до сих так и не смог понять и не может понять, что есть из себя Россия, насколько это сложная конструкция, и как очень нежно надо относиться к такой ранимой почве, как межнациональные отношения.

Михаил Соколов: Посмотрим сообщения с пейджера. "Народ хочет знать, какова политика "Родины" на Кавказе в случае прихода к руководству страной?". "Русский народ не хочет жить рядом с кавказцами. Иванова". Ну, я не знаю, может быть, Иванова не хочет жить рядом с кавказцами. А вот в многонациональном Российском государстве многие хотят жить мирно, а не так, как сейчас в Нальчике, наверное.

Вот видите, Дмитрий Олегович, не понимают вас, хотят ксенофобские взгляды развивать. Вы философствуете, а потом людей бьют по физиономии, не по паспорту, а по физиономии.

Дмитрий Рогозин: Как-то у вас так проскальзывает, что от моей философии бьют людей по физиономии. Да?

Михаил Соколов: Вот я смотрю: "Есть предложение для Рогозина. Необходимо создание Русской республики на территории Российской Федерации в центре европейской части". Вот видите, опять сегрегация предлагается. Все на основе ваших философствований.

Дмитрий Рогозин: Да это не на основе наших философствований. Как раз отличие партии "Родина" состоит в том, что... Наша партия, кстати говоря, многонациональная по своему составу. У нас приличные, очень крепкие организации даже в национальных республиках. И там все коренные народы наши представлены, даже в руководстве партии. Вопрос в другом. Мы как раз точно понимаем, что то, о чем мы говорим, это и есть правда. И мы предпочитаем говорить правду о том, что сегодня очень плохо в России с национальными отношениями, с миграционной политикой, и вообще в России бардак в этом плане.

Что касается того, почему у нас кого-то там бьют, ну, извините, вопрос всякий раз связан не с оппозицией и не с партией, которая только сейчас поднимается и начинает говорить о вещах, которые реально присутствуют в российской политической жизни.

Наверное, надо говорить о власти. А почему власть самоустранилась от этих проблем? Почему она ушла из национальных взаимоотношений, из миграционных отношений? Когда у нас сегодня Россия, Москва в частности, как столица, наводнена нелегальными мигрантами. Я не говорю об их национальности, откуда они приехали. Они въехали незаконно на территорию России. Но кто главный противник-то в этом плане? Какой-нибудь нелегальный мигрант из южной республики? Наверное, нет. А на самом деле тот, кто заинтересован в его появлении, тот, кто не хочет платить за не очень престижные профессии достаточные деньги, кто заинтересован в том, чтобы у нас формировалась этническая мафия, которая стала бы "крышевать" весь этот процесс захвата рынка, экономики этническими преступными группами. А кто кормится с этого? Наша же родная власть - городская в Москве, республиканская в национальных республиках, областная, краевая и прочая.

Михаил Соколов: Конечно, бюрократии не выгодно наладить выдачу нормальную рабочих виз, чтобы мигранты были, так сказать, легализованы, как в любой нормальной стране. Правда?

Дмитрий Рогозин: Конечно. За что выступает партия "Родина". Она выступает за наведение элементарного порядка в этой области. Мы говорим о том, что, скажем, трудовые, рабочие визы для мигрантов должны быть платными. Правительство должно определить, в каких областях у нас есть реальная нехватка рук. Надо сказать, соответственно, по линии Министерства иностранных дел, что мы готовы, например, по определенным профессиям, по определенным возрастным категориям, половым категориям допустить на территорию России определенную часть иностранцев, но я еще раз говорю, в конкретные регионы, туда, где у нас просто нехватка собственной рабочей силы. Но эти визы должны быть платными. То есть люди, которые будут работать в России, они должны покупать эту визу...

Михаил Соколов: Кормить чиновников.

Дмитрий Рогозин: Не чиновников, а в бюджет должны эти деньги идти. А сегодня они реально идут в карман чиновников. Как вы думаете, кто сегодня обеспечивает эти незаконные регистрационные документы? Кто закрывает глаза на существование огромного количества контор, где выдают эти липовые справки? Кто фактически отдал строительный бизнес в Москве, рынки продовольственные и вещевые конкретным этническим преступным группировкам? Неужели вы думаете, что это благотворительность?

Михаил Соколов: Давайте словом "преступник" не будем кидаться так. Это все-таки по решению суда.

Дмитрий Рогозин: Секундочку. Как по решению суда? Если люди попали уже на территорию России незаконно - это разве не преступление, преступление закона?! Суд может вынести уже решение о конкретном наказании...

Михаил Соколов: Ну, есть безвизовый въезд, со многими странами есть такие соглашения.

В общем, конечно, ситуацию нужно регулировать. Но мне кажется, что у вас довольно часто слишком легкое к этому отношение.

Давайте слушателей подключим. Александр, пожалуйста, ваш вопрос.

Слушатель: Добрый день. Во-первых, хочется согласиться с тем, что бомба замедленного действия, которая связана с национальным вопросом, лежит именно в Конституции Российской Федерации, непосредственно в принципе федерализма. Разделив наши территории не по территориям административным, а по крови, по существу, по национальностям, мы заложили бомбу под Россию. Вот она сейчас и взрывается.

Дмитрий Рогозин: Правильно.

Слушатель: Михаил, а вы не помните случайно, кто был нашим самым демократичным президентом, который оставил склады с вооружением в Чечне, который оставил там, по существу, на пять или шесть лет Дудаева?

Михаил Соколов: Ну, можно же, знаете, долго это все обсуждать. Правда? Можно долго обсуждать эту тему - кто виноват в том, что Чечня вот так или иначе тогда отделилась. Есть сейчас данность, да? Есть данность - Чечня находится в составе Российской Федерации, там происходят военные действия и еще много чего происходит.

Кстати говоря, один президент, не тот, который "самый демократичный", а другой, сказал, что он будет врагов "мочить в сортире".

И вот теперь война, как мы с Дмитрием Олеговичем обнаружили, происходит не только на территории Чечни, но и на территории Дагестана, на территории Кабардино-Балкарии, и это тоже факт, к сожалению.

Я еще посмотрю с пейджера мнения. "Абсолютно поддерживаем Рогозина. Он все разъяснил. Должно двигаться только в этом направлении - будет хорошо и русским, будет хорошо всем. Иначе будет хаос, которого добиваются недруги".

"Именно такие высказывания, как ваши, Дмитрий Рогозин, доведут Россию до полного распада. Все народы одинаковые. И народ должен быть един. А как это называется - не имеет никакого значения. Не гасите огонь керосином", - пишет вам Мария.

Ну что ж, видите, две точки зрения.

И я хочу вернуться к вопросу слушателя, по делу который был, про федерализм. Вот вы за унитарное государство. Президент уже сделал к нему шаги. Вот губернаторов теперь назначает. Назначает - назовем вещи своими именами.

Дмитрий Рогозин: Все-таки по поводу народов и так далее. Граждане Российской Федерации, конечно, должны иметь одинаковые права, вне зависимости от их национальности, вероисповедования, места проживания и так далее. Гражданин Российской Федерации - все, он должен пользоваться всеми возможностями российской Конституции. Но когда мы говорим о народах, не бывает равных народов, а есть большие народы, есть малые народы, а есть северные и есть южные. Вот здесь уравниловка, она как раз и представляет собой большую ложь. Когда мы говорим о русском народе, мы же не говорим о его превосходстве над другими народами.

Михаил Соколов: Слава тебе Господи! А вот слушатели нам тут пишут о своем превосходстве, я уж не читаю, уважая других.

Дмитрий Рогозин: Секундочку. Мы говорим об ответственности русского народа за сохранение вот этой нашей российской цивилизации. Скажите, какой-то другой народ, пусть самый крупный, сможет ли выполнить эту функцию? Нет, конечно. Почему на Кавказе идет эта резня между собой? Именно потому, что выдавливают русских, которые всегда были средой, создающей некий уют, некий комфорт во взаимоотношениях этих национальностей.

Михаил Соколов: Так вы за "плавильный котел"?

Дмитрий Рогозин: Я на самом деле за создание единой политической нации. Я всегда был сторонником именно вот этого тезиса. И никогда не мог понять, почему когда мы говорили о русском народе достаточно спокойные вещи, что от возрождения русского народа, его самосознания, культуры его во многом будет действительно зависеть возрождение России в целом, нас тут же начинали шельмовать, клеймить каким-то образом: "Ксенофобы! Националисты! Ай-ай-ай! Безобразие". Мне кажется, что это просто большая дурь, которая есть сегодня в головах у наших оппонентов и, к сожалению, у многих представителей российских средств массовой информации.

Михаил Соколов: Так, давайте про унитарное государство.

Дмитрий Рогозин: Что касается федерализма. Я тоже сторонник такого федерализма, где не будет национальных республик в его составе.

Михаил Соколов: Как Жириновский.

Дмитрий Рогозин: Нет, Жириновского, извините, я комментировать не могу, потому что это значит комментировать сбежавшего из сумасшедшего дома психа...

Михаил Соколов: Ну почему же? Талантливый политик. Это вы завидуете.

Дмитрий Рогозин: Это вам, журналистам, интересно приглашать такого человека...

Михаил Соколов: Да и людям интересно.

Дмитрий Рогозин: И людям тоже, но, видимо, таким же, как и он сам по себе. Я знаю Жириновского достаточно хорошо, и просто не считаю возможным на этой теме останавливаться.

Михаил Соколов: То есть он опошляет ваши идеи, правда?

Дмитрий Рогозин: Жириновский - это недоразумение в российской политике, но недоразумение, которое может быть только тогда, когда государство находится на изломе на своем - на культурном, на цивилизационном изломе. Вот такого рода, так сказать, появляются обезьяны политические, которые и вызывают у вас...

Михаил Соколов: Попрошу без оскорблений.

Дмитрий Рогозин: Нет, ничего. Я могу ему это и в лицо сказать. Шут гороховый, обезьяна - это нормально.

Что касается, собственно говоря, федерализма. Я категорически против существования в России национальных республик. Во-первых, потому, что у нас нет ни одного народа, который проживал бы конкретно в одной конкретной национальной автономии. У нас рассеяние, диаспоры по всей России. У нас, например, один из крупнейших народов - татарский народ, коренной, и один из основателей Российского государства. Но разве все татары проживают в Татарстане? Нет, конечно. Огромное их количество проживает в Москве, в Нижнем, в Башкирии, в целом Поволжье, в Сибири, на Дальнем Востоке - везде.

Разве можно создавать государство в государстве, как матрешечную парадоксальную государственность создавать внутри России? Это путь к развалу. Более того, у нас сколько народов, Михаил, в России? Ученые считают - где-то 160-165. Давайте тогда для всех создадим действительно вот такие живопырки национальные внутри России, насажаем там ханов, царей и прочих. Каждому из них дадим право не платить налоги в российский бюджет. А для русских, как предлагали, создадим этнически чистую республику Русь. И вот всех русских туда, там будем их по крови мерить и так далее.

Слушайте, мы что, индейцы что ли какие-то, чтобы жить в резервациях, бантустанах в составе большого государства? Это как раз неправильная реакция, неадекватная реакция на то, что происходит в стране. Мы должны признать, я еще раз говорю, что в России нет национальной политики. Мы не должны стесняться того, что все мы происходим от определенных народов, и должны гордиться этим, но никогда не противопоставлять один народ другому народу - это другое дело - во имя сохранения многонационального нашего единства.

То, что происходит на Кавказе, это как раз, я уверен, сознательная была политика на подрыв, на разжигание этих национальных страстей.

Михаил Соколов: Чья политика?

Дмитрий Рогозин: Ельцина, его окружения. Для чего ему это было нужно? Прежде всего для того, чтобы воровать как можно больше денег.

Михаил Соколов: Ой!.. Ну вы зря...

Дмитрий Рогозин: По той простой причине, что создание бандитских зон на Северном Кавказе - это реальная возможность заработать миллиарды долларов на отмывке капиталов со всей России.

Вы знаете, мне рассказывал Скоков Юрий Владимирович... я с ним сейчас работаю вместе в партии "Родина", он был секретарем Совета безопасности и ушел с этой высокой должности в знак несогласия с попыткой государственного переворота в марте 1993 года. Так вот, он мне рассказывал, что однажды на Совете безопасности еще в 1992 году он ставил вопрос о прекращении поставок тюменской нефти и башкирской нефти в Чеченскую республику, на грозненский завод. Но именно Гайдар тогда выступал за то, чтобы сохранить это. Уже было понятно, что там государственный переворот, что уже к власти пришла клика бандитов, но, тем не менее, нефть туда шла, деньги туда шли, оружие туда шло, и оружие шло туда вплоть до 1999 года. О чем мы говорим?!

Михаил Соколов: Ну, деньги туда и сейчас при Путине туда идут.

Дмитрий Рогозин: Кто виноват в этом? Конечно, можно отлавливать, и нужно отлавливать мерзавцев, которые продавали оружие на уровне офицеров-предателей. Но главными предателями все-таки были представители высшего руководства страны. А потом они кормили народ сказками о социальной справедливости, о чем-то еще, об удвоении ВВП и так далее.

Михаил Соколов: Дмитрий Олегович, какой вы смелый по отношению к прошлому. Вы о настоящем лучше говорите, о сегодняшней власти.

Дмитрий Рогозин: Михаил, а сейчас у нас что-то изменилось? Есть какие-то кардинальные, большие изменения? У нас что, сейчас больше стали уважать собственный народ? Да возьмите хотя бы в качестве примера... давайте отойдем от национальной темы, возьмем в качестве примера социальный вопрос.

Михаил Соколов: Вот вам и пишут. "Что там вы сделали против 122-го закона?", - Ира пишет.

Дмитрий Рогозин: Мы даже покидали зал заседаний Государственной Думы...

Михаил Соколов: Какой ужас! Страшно смело!

Дмитрий Рогозин: ...в знак несогласия с политикой "Единой России" по принятию данного закона. Более того, несколько наших депутатов пошли даже на беспрецедентную в истории российского парламентаризма акцию голодовки. Мы боролись за честь парламента. Адекватно или не адекватно - не нам судить. Но мы это делали искренне.

Что касается социальной политики, вчера наши жалкие профсоюзы пытались вывести людей, изобразить из себя, что они существуют. На самом деле очень мало людей вышли. Но всем, кто вышел, я благодарен. И я хочу сказать, что за социальное наше государство, когда у нас один господин Абрамович, бывший глава "Сибнефти", теперь уже бывший, фактически он сдает эту компанию государству...

Михаил Соколов: Неплохо продал, надо сказать - 13 миллиардов долларов из госбюджета.

Дмитрий Рогозин: Неплохо купили. Вот он один заработал на этой сделке 13,5 миллиардов долларов. А вся социальная программа, о которой так трубили у нас все наши государственные средства массовой информации, о которой говорил президент России 5 сентября в Кремле на встрече с руководством обеих Палат парламента, вся эта социальная программа - менее 5 миллиардов долларов.

Михаил Соколов: То есть не надо было покупать-то на самом деле?

Дмитрий Рогозин: Слушайте, если у нас все вместе бюджетники России "весят" в четыре раза меньше одного Абрамовича - вот вам и ответ на вопрос - является ли наше государство социальным? Это ответ на вопросы: является ли наша власть циничной? кто на кого работает? занимаются ли наши власть имущие предпринимательской деятельностью, в том числе за счет такого рода сделок?

Михаил Соколов: Семейно-государственное партнерство.

Дмитрий Рогозин: Они слишком увлечены поеданием великого государства, поэтому они не замечают того, что происходит на Кавказе. Они не способны проявить волю, жесткость даже проявить по отношению к тем, кто стреляет в лицо и в спину нашим гражданам. Вот в чем проблема. Проблема в слабости. И сегодня слабость власти и абсолютная коррумпированность власти - это и есть главный враг сегодня для нас, для всех честных людей России.

Михаил Соколов: Я хочу вернуть вас к Нальчику. Я посмотрел комментарии последние. Есть такой политолог Гейдар Джемаль, вот он сегодня написал, что федеральная власть получила урок, что перед ней стояла в Кабардино-Балкарии задача удалить от управления коррумпированные кланы, которые, кстати, там, в общем, подливали масла в огонь недовольства молодежи вот этой неустроенной.

И вот в результате возник этот взрыв. Дальше что будет? Федеральная власть усмиряет этот взрыв, эти банды, так сказать, их изгоняют из города, куда-то в леса и так далее. А потом эти князьки опять продолжают править.

Согласны с этим или нет? То есть, получается, федеральная власть работает на феодалов.

Дмитрий Рогозин: В каком-то смысле очень многие традиционные исламские руководители Кавказа связаны с властью. Власть там очень сильно подпортила себе авторитет тем, что ворует так же, как и на всей остальной территории Российской Федерации. Поэтому проблема Кавказа сегодня - отсутствие авторитетов за исключением тех, кто является пусть лживыми, фальшивыми, авторитетами-мерзавцами, но, тем не менее, авторитетами для этой молодежи, те, которые толкают ее на путь вооруженной борьбы с Россией. Но это происходит именно потому, что наша федеральная власть не может предложить людей, которые способны там разговаривать с людьми.

Вы знаете, я вам скажу, когда вот эти трагические события в Беслане были, 1-3 сентября, я вам уже рассказывал, что я там случайно оказался, когда возвращался из Южной Осетии в Москву, и застрял на все эти три дня, и видел весь этот ужас. И могу сказать, что проблема штаба, так называемого штаба, который оказался беспомощным совершенно, состояла в том, что там не нашлось людей, умеющих разговаривать с людьми. И когда я пошел вместе с Эдуардом Кокойты - это президент Южной Осетии, он тоже приехал туда из-за этого захвата школы, и мы с ним в ночь с 1 на 2 сентября пошли к родственникам. Мы пришли, а нам сказать-то, собственно говоря, было нечего, потому что мы не принимали решения, но мы пытались разговаривать с людьми. И я просто понял, что в этом проблема нашей власти - она боится с людьми собственными разговаривать, она боится давать какие-то гарантии, нести ответственность за собственные слова - в этом большая проблема.

На Кавказе сегодня это крайне важно - найти людей, которые будут авторитетны и для наших силовиков, которых не будут "сдавать", как у нас частенько их "сдавали", допустим, тогда, когда требовалось, например, проявить некую демократичность, когда эти люди будут авторитетны для местного населения, что прежде всего важно. Вот такого рода люди не должны воровать, они не должны убивать, они не должны наживать себе дешевый политический капитал на этой трагедии.

Туда должны прийти люди, которые фанатично будут преданы делу государства и единству России, которые, возможно, действительно прославятся, в хорошем смысле этого слова, в случае успеха - ну так слава Богу, мы будем их на руках носить. Но таких людей надо искать. А не те, кто поехал туда, на 3 километра подъезжает к зоне какого-то напряжения - и уже себе лычку готовит очередную для звания или для нового ордена. Нам известно, там многие граждане Российской Федерации зарабатывали себе фальшивый авторитет именно тем, что никогда не появлялись на самом деле в "горячей точке", но где-то там мимо проезжали.

Михаил Соколов: Ну, это всегда бывало. Желающих присоседиться к какому-нибудь событию полно.

Давайте мы еще слушателей подключим. Иван Алексеевич из Москвы, пожалуйста, ваш вопрос Дмитрию Рогозину.

Слушатель: Кое-какие высказывания ваши, Дмитрий Олегович, по социальным вопросам мне нравятся. Но ряд фактов у меня вызывают сомнения и в вас, и в ваших соратниках.

Дмитрий Рогозин: Пожалуйста, скажите.

Слушатель: Назову только два. Вы много критикуете правительство, чиновников, но никогда не называете главного виновника от сегодняшней власти господина Путина, и не говорите "Путин, ты не можешь руководить таким государством, уходи". Это первый факт.

Второй факт. В Москве издается газета рекламного свойства тиражом 3 миллиона экземпляров. И вот в последнем номере от 8 октября на целую страницу с большой вашей фотографией предвыборная рекламная статья со ссылкой, что интервью произошло только в начале августа. Как это соотносится с правилами "fair play" по отношению к предвыборной борьбе?

А что касается Жириновского, ну, мне нравится хороший ряд - Гапон, Азеф и Жириновский.

Михаил Соколов: Вас в этот ряд не записали, Дмитрий Олегович, уже радуйтесь.

Дмитрий Рогозин: Я постараюсь серьезно ответить на этот вопрос. Прежде всего, по поводу президента. Это Жириновский так говорит, что никогда партия "Родина" не ставила вопрос в отношении президента. Но если вы верите словам Жириновского, ну, давайте принимать это в качестве истины в последней инстанции.

Когда я говорю о правительстве и о людях, которые принимают сегодня решения, я прекрасно отдаю себе отчет в том, что назначает их президент, и он несет полную ответственность за все, что происходит в стране.

Михаил Соколов: А вы ему так в глаза и говорите?

Дмитрий Рогозин: Я ему говорил даже более жесткие вещи и в глаза, и один на один, и в присутствии других руководителей фракций. И я всегда так делаю. По-моему, обо мне никогда не ходили разговоры, что я что-то скрываю в отношении собственных взглядов. И я абсолютно убежден, что президент сегодня сам сформировал команду людей, которые не способны решить ни одной проблемы. И когда 5 сентября он встречался с руководством обеих Палат, где так называемый "левый поворот" он провозгласил, я же тоже выступал. Правда, тогда всех журналистов выперли из зала Кремлевского дворца...

Михаил Соколов: А чтоб вы не "пиарились", а по делу говорили.

Дмитрий Рогозин: Да, чтобы мы не "пиарились". Хотя так получается, что на самом деле и не знают точку зрения оппонентов власти.

Так вот, я сказал, я начал свое выступление вот с чего: "Владимир Владимирович, напротив вас сидят назначенные вами люди в правительстве, которые сейчас, после ваших прекрасных слов найдут сто причин для того, чтобы объяснить, почему они ничего не собираются делать из того, о чем вы говорили". Я считаю, что президент виноват в формировании своей власти от первого до последнего чиновника. Это его люди, он их привел с собой. И что ж, теперь мы будем играть сказку про доброго царя и плохих вельмож? И я предлагал президенту: "Если вы действительно хотите, чтобы ваши слова не расходились с делами, чтобы той пропасти, которая сегодня существует между вашими намерениями и результатами деятельности вашей власти, чтобы этой пропасти не было, сформируйте другую команду, измените курс на курс более социальный, более патриотический. Если вам люди нужны - пожалуйста, я готов сегодня работать в правительстве Российской Федерации, я готов взять на себя ответственность...

Михаил Соколов: Под руководством Фрадкова?

Дмитрий Рогозин: Нет, вместо Фрадкова. Я готов сегодня работать, сформировать правительство, и я об этом говорил.

Михаил Соколов: Вот вы выборы выиграйте - и формируйте правительство.

Дмитрий Рогозин: А у нас что, Фрадков выиграл выборы какие-то и стал премьером? Нет, на самом деле это выбор президента. Он просто считает, что с Фрадковым, наверное, ему будет лучше, чем с Рогозиным. А я так не считаю. Я думаю, что мы могли бы сформировать правительство гораздо более компетентное, и правительство, которое будет работать на результат. И через два года мы точно скажем, что мы добились результата и по уровню жизни, и по продолжительности жизни, и рождаемости в Российской Федерации, и по укреплению безопасности. И я это гарантирую, потому что я знаю людей, кого бы я пригласил в состав правительства.

Михаил Соколов: При таких ценах на нефть всегда хочется порулить, конечно, я понимаю.

Дмитрий Рогозин: Ой, Михаил...

Михаил Соколов: Вам хочется во власть в хорошее время, а вот в каком-нибудь 1992, 1998 никто не рвался туда..

Дмитрий Рогозин: Знаете, Россия, Советский Союз стали великой державой еще до 70-х годов, когда мы стали в огромных масштабах продавать нефть и газ за рубеж. Великая держава формировалась у нас не оттого, что мы были главными экспортерами углеводородов, наоборот, у нас экономический спад начался.

Михаил Соколов: Советский Союз экспортировал коммунизм по всему миру.

Дмитрий Рогозин: Спад экономический у нас начался именно из-за того, что мы были избалованы вот этими дешевыми долларами. А я утверждаю, что начинать надо экономическое развитие страны именно с создания производства, машиностроения, сельского хозяйства - то есть реальной экономики, то, чего сегодня нет практически. Ну, это несколько другая тема.

Михаил Соколов: Смотрите, что вам пишут. "Господин Рогозин предлагает русским, в отличие от британцев, цепляться за остатки лоскутной империи. В таком случае, через 40 лет по демографическим причинам мы станем христианским меньшинством в мусульманской стране и исчезнем из истории", - пророчествует Виктор. Как-то я даже испугался, честно говоря.

Дмитрий Рогозин: А что предлагает Виктор? Он что, предлагает открыть границы и завезти сюда... точнее, не завезти, а они сами заедут, все, кому просто не лень здесь пограбить, покуролесить и навязать нам свои собственные порядки? Вы знаете, нет проблем - пожалуйста.

Я еще раз говорю, если не хотите сами работать, Виктор, давайте вместо вас поставим выходца из Пакистана или из Вьетнама. Вопрос только в том, что пусть это государство решит, сколько нам нужно рабочей силы иностранной, какие будут правила игры на рынке, в какие сферы экономики мы готовы привлечь эту рабочую силу, а где на самом деле мы сохраняем контроль над Российским государством.

Сегодня что, российский крестьянин может продать хоть какую бы то ни было продукцию, им лично произведенную, на одном хотя бы российском кооперативном или колхозном рынке, или московском рынке, например? Слушайте, даже комментировать не хочу.

Сегодня произошел захват, создана монополия этнических групп, которые контролируют отдельные секторы российской экономики.

Михаил Соколов: А вот вам Дмитрий фактически отвечает по пейджеру: "Наша власть обирает не только нелегалов. Наш соотечественник из-под Курска привез овощи в подмосковный город. Ему надо положить в карман всем хозяевам жизни - и местной администрации, и участковому, и бандитам. А платим мы. Дмитрий". Вот, пожалуйста. Понимаете?

Дмитрий Рогозин: Естественно, потому что посредники существуют и на уровне торговли, и на уровне переработки, и на уровне производства.

Михаил Соколов: Без посредников ни один бизнес не обходится.

Дмитрий Рогозин: Михаил, вы преувеличиваете роль посредников и, по-моему, подменяете понятия. Мы имеем в виду здесь не посредников, а мы имеем в виду тех, кто 10-15 инстанций воровских, и при этом...

Михаил Соколов: А это другое дело.

Дмитрий Рогозин: Вы знаете, например, что каждый москвич 40 процентов в цене любого товара и любой услуги, он платит взятку чиновнику? 40 процентов в цене каждого товара и услуги! И вы считаете это нормальным, и с этим мы должны мириться?

Михаил Соколов: Я не считаю, что это нормально, избави Бог. И слушатели, наверное, не считают.

Виктор из Москвы, пожалуйста, ваш вопрос. Здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Михаил, у вас очень хороший, ироничный стиль...

Михаил Соколов: Лучше вы вопрос зададайте.

Слушатель: Господин Рогозин, вам уже слушатель предлагал, и я предлагаю... Вы вот жалуетесь, что вас "Единая Россия" сильно обижает. Конечно, в "Единой России" собраны все "оборотни в погонах", Абрамович, Адамов - все жулье, это понятно. Но я вам предлагаю акцию. Вы там все равно сидите и оклады получаете. Я вот вам первую акцию предлагаю. Вы сходите в больницы: 100 человек - 100 больниц московских, и вы увидите, что там больных не лечат, а там бумажки пенсионерам подписывают, зурабовским бизнесом занимаются. Это первое.

Второе. Вот вы пожаловались... Вам очень конструктивно сказал слушатель. Сходите на рынок - и вы поймете, что здесь цены в три раза выше, чем в Нью-Йорке. Сходите - и хорошие бумаги подготовьте в международные организации, чтобы ни Путина, ни всех вот этих бюрократов... чтобы им в визах везде отказали. Займитесь делом. Что вы жалуетесь на них?!

Михаил Соколов: Видите, какие вам советы дают замечательные.

Дмитрий Рогозин: Слушайте, во-первых, я не жалуюсь, я не похож на жалобщика и плакальщика.

Михаил Соколов: А слушателям вот показалось.

Дмитрий Рогозин: Я просто, по-моему, достаточно четко пытаюсь сформулировать то, что говорят очень многие люди. Но мы предлагаем в конкретных законопроектах ситуацию эту разрешить.

Почему цены такие высокие? Но я уже об этом говорил. Потому что каждый гражданин Российской Федерации, особенно проживающий в крупном городе, переплачивает за любой товар и за любую услугу местной коррумпированной бюрократии именно потому, что она создает такого рода порядки.

Михаил Соколов: Вы знаете, Дмитрий, для строительства дома в Москве нужно 250 согласований. 250!

Дмитрий Рогозин: Вы ошибаетесь. Не 250, а 320.

Михаил Соколов: Тем более.

Дмитрий Рогозин: Таков строительный рынок в Москве, который тоже монополизирован, а всегда монополия...

Михаил Соколов: Взятки в цене - 50 процентов.

Дмитрий Рогозин: ... монополия на что бы то ни было - на строительный бизнес, или на рынке и так далее - сразу поднимает цены. Как и любой монополист, он всегда задирает цены.

Поэтому разрушение монополизма, чиновничества, и вообще запрет чиновничеству заниматься предпринимательской деятельностью - это одна из инициатив фракции "Родина" в Государственной Думе.

Понимаете, я, конечно, могу много сейчас говорить о тех вещах, с которыми мы сталкиваемся. Проблема в другом. Каждый слушатель Радио Свобода сегодня должен понимать, что только тогда мы можем добиться какого-то конкретного результата, когда мы будем не просто обсуждать эти проблемы, и не говорить "ну вот вы там сидите, штаны просиживаете"... Кстати говоря, в прошлых Думах вообще не было такой фракции, как фракция "Родина", и никто вообще так резко вопросы не ставил о том, что происходит в стране.

И я абсолютно убежден, что вопрос в одном - если мы будем просто обсуждать это на кухне и при этом игнорировать нормальные парламентские методы изменения вообще реальности вокруг нас...

Михаил Соколов: На выборы ходить.

Дмитрий Рогозин: На выборы ходить надо. Надо ходить на выборы, и надо там принимать решения, на выборах, куда вы свой голос отдаете. Либо вы просто считаете, что вообще все потеряно, надо натягивать на себя белую простынь и тащиться на кладбище, либо второй вариант - если вы хотите изменить ситуацию, ну не голосуйте вы за партию власти.

И когда слушатель сказал, что вышла статья в 3-миллионной газете, и что я занимаюсь выборами... Слушайте, в России все время выборы. И я, кстати говоря, в этих выборах сейчас не участвую.

Я депутат Государственной Думы, который не участвует ни в одной избирательной кампании в качестве кандидата. Я могу писать и говорить все, что я думаю. И когда после эфира "К барьеру" на НТВ вдруг "Единая Россия" написала на Соловьева жалобу, что вот, мол, он пригласил Рогозина, и такой высокий рейтинг был на этой передаче в дискуссии с госпожой Гербер, я просто понимаю, что ребята боятся.

Давайте, Михаил, мы с вами сделаем так. Вот я сейчас в прямом эфире прошу у вас пригласить на следующий эфир меня или кого-то из нашей фракции, и пригласите кого-нибудь хотя бы от "Единой России".

Михаил Соколов: Вы знаете, они ходят. Вот с Красновым, представителем "Единой России", кстати говоря, дискутировали буквально неделю назад. Очень интересно было.

Дмитрий Рогозин: Давайте проведем с вами здесь прямой эфир по проблемам, которые реально существуют в России - национальная политика, внутренняя политика, экономика, социальная политика - любая конкретная тема. Давайте просто спросим конкретно, почему эти люди голосовали за законы, которые носят антинациональный и антисоциальный характер, и какие у нас были предложения.

Михаил Соколов: Самое смешное, многие из них... они в частном порядке действительно говорят, что они с этими законами не согласны - вот это самое интересное, что меня поражает.

Дмитрий Рогозин: Самое мерзкое, Михаил, то, что я всегда ощущал, вот когда я выступаю с трибуны Государственной Думы, и эти выступления не показывают у нас по государственному телевидению, но когда я схожу с трибуны, ко мне в фойе Думы подходят депутаты-"единороссы", жмут руку и говорят: "Слушай, молодец! Здорово ты сказал. Молодец!".

Михаил Соколов: Дмитрий вопрос. "Какие идеологические противоречия у "Родины" и КПРФ, мешающие объединению?", - спрашивает вас госпожа Шумакова, и также спрашивает про раскол вашей фракции.

Дмитрий Рогозин: У нас нет раскола в нашей фракции. Есть у нас продукт выделения нашей фракции под названием "Бабурин".

Все остальное у нас замечательно. У нас создан институт сопредседателей - Глазьев, Варенников, Рогозин, Бабаков. И фракция управляется коллегиальным образом. И никаких разногласий нет. Это все выдумки государственной пропаганды для нашей дискредитации и ослабления.

Что касается КПРФ. "Родина" имеет более широкую платформу политическую, которая объединяет и левых, и правых патриотов. Поэтому если руководство КПРФ откажется от того... Они сидят, как мышь на крупе, и не хотят идти на широкую консолидацию. Если они откажутся от этой тактики, я думаю, что многие рядовые коммунисты и многие избиратели "Родины" были бы за то, чтобы создать действительно такой крупный патриотический фронт, который мог бы выиграть следующие выборы. Но, в любом случае, если коммунисты даже этого не захотят (я имею в виду руководство КПРФ), мы все равно это будем делать.

Михаил Соколов: Еще вопрос. "Благодаря Думе выборы для избирателей стали в 6-10 раз дороже, чем 10-15 лет назад?", - спрашивает Виктор. Так это или нет?

Дмитрий Рогозин: Ну, я думаю, да. Я думаю, сейчас, конечно... Вообще это интересный вопрос. Может ли просто обычный гражданин Российской Федерации, который живет на зарплату, избраться в Государственную Думу или избраться, скажем, губернатором, и уж, тем более, пойти на президентские выборы. Деньги огромные в политике - миллионы, десятки миллионов долларов. Я про рубли даже не говорю. И, конечно, здесь только политическая партия - это единственная возможность для того, чтобы гражданин Российской Федерации, которому эта политическая партия близка по взглядам, он мог бы с ней соединить свою судьбу, и только при ее поддержке избираться в органы власти. Все остальное - так называемые независимые депутаты - это большая брехня.

Михаил Соколов: "Рогозин опять увиливает. Разве президент не несет ответственность и не определяет политику правительства?".

Дмитрий Рогозин: Я же сказал, президент определяет политику правительства и несет полную ответственность за все, что происходит в стране. И я об этом сказал только что.

XS
SM
MD
LG