Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

В Петербурге реализован очередной этап совместного проекта ЮНИСЕФ и петербургских медико-социальных и медицинских учреждений "Приглашение в будущее"


Татьяна Валович: В Петербурге реализован очередной этап совместного проекта ЮНИСЕФ и петербургских медико-социальных и медицинских учреждений "Приглашение в будущее". В Детской городской больнице №15 имени Цымбалина открылся Медико-социальный центр репродуктивного здоровья для социально неблагополучных детей.



Татьяна Вольтская: Каждый ребенок в России имеет право родиться и быть здоровым, жить в хороших условиях, чтобы потом, повзрослев, участвовать в жизни общества. Но в результате реформ последних лет инфраструктура детства была разрушена. По разным оценкам, количество детей - социальных сирот колеблется от 2 до 5 миллионов. Растет младенческая смертность и детская заболеваемость. Из всего детского населения только 15%практически здоровы. Больше всего болеют безнадзорные дети и воспитанники детских сиротских учреждений. Они же часто оказываются выключенными из нормального демографического процесса - редко создают семьи и часто бросают своих детей. Инфекционными болезнями - туберкулезом, гепатитами, ВИЧ - эти дети тоже болеют чаще других. Среди уличных подростков Петербурга, прошедших в прошлом году добровольное тестирование, 6% оказались зараженными ВИЧ-инфекцией, 30% - гепатитом. Говорит доцент кафедры детских болезней Академии имени Мечникова Маргарита Соколова...



Маргарита Соколова: Думаю, у каждого ребенка пять и более заболеваний.



Татьяна Вольтская: В детскую городскую больницу имени Цымбалина и раньше направляли детей из групп риска на обследование перед тем, как поместить их в любые детские учреждения. Теперь в новом Центре для социально неблагополучных детей появились детские гинекологи и андрологи, специалисты по УЗИ, социальные работники. Говорит психолог фонда «Гуманитарное действие» Анна Муралова...



Анна Муралова: Самих уличных детей мы собираем на улицах. Мы знаем точки их скопления, где они группируются, где они тусуются. Социальный работник входит, мотивирует их прийти к нам в пункт. Там проходит еще работа. Его обследует врач, говорит, что, вот, тебе нужно бы пройти обследование, и тогда уже социальный работник берет этого ребенка, если он согласен, потому что дети очень разные и очень сложные, и тогда уже за ручку ведет в этот центр и сидит с ним здесь, пока он проходит это обследование.



Татьяна Вольтская: Большинство детей соглашаются приехать сюда. По большей части, они даже не подозревают о тех болезнях, которыми они больны и которые могут отрицательно сказаться на их репродуктивном здоровье.



Татьяна Валович: Сегодня у нас в гостях координатор проекта, в рамках которого и был создан новый медико-социальный центр, психолог Сергей Яцышин и также у нас в гостях координатор организации "Гуманитарное действие", педиатр Анастасия Капустина. Как мы слышали сегодня в обзоре газет и последней сводке в связи с морозами, уже медики констатируют, что начали поступать люди с обморожениями. В связи с этим у меня, Анастасия, как к врачу, к вам первый вопрос. Во-первых, действительно, уже 23 человека получили обморожения. Появились рекомендации врачей в связи с резким похолоданием сократить время пребывания детей на улице, так как дети тяжело адаптируются к такой резкой перемене погоды. Анастасия, ваши рекомендации?



Анастасия Капустина: Если дети младшего возраста, то, наверное, вообще не стоит выводить на улицу пока, по крайней мере, лицо защищать, руки. А дети школьного возраста - это категории более старшего возраста. Может быть, им можно, но ограничить посещения и, конечно же, прогулки ограничить.



Татьяна Валович: Что же делать тем детям, которые в таких условиях оказываются на улице? Сейчас они греются где-то, может быть, в подвалах, в метро. В ваш центр, Сергей, такие дети не поступали за последние дни?



Сергей Яцышин: Безусловно, достаточно часто поступают дети. И зима - это всегда период, когда уличные безнадзорные, беспризорные подростки стремятся каким-то образом попасть в теплые места, в том числе увеличивается приток детей и в учреждения социальной защиты, и в специализированные учреждения, которые занимаются помощью данной целевой группе.



Татьяна Валович: А сейчас какое количество детей находится в центре и как долго они там могут находиться?



Сергей Яцышин: Мы сейчас говорим о том, что центр все-таки - это не стационарное учреждение, это структура, которая является дополнительной службой в рамках предоставляемого медико-социального сервиса с уже существующими структурами, в частности, больницы №15. И, насколько я обладаю информацией на сегодняшний день, в больнице №15 именно таких детей сейчас около 70 человек.



Слушатель: Почему, как вы считаете, в так называемые национальные проекты не вошла проблема беспризорности? Не думаю, что государство не знает о такой проблеме. Может, оно считает ее не столь важной, а может, что и похуже, сознательно не хочет выделять для этого достаточные средства, не принимает нужные решения.



Анастасия Капустина: Во-первых, я хотела бы сначала подчеркнуть, что в государстве у нас считается, что существует проблема безнадзорности, безнадзорных детей, а проблема беспризорных детей - считается, что у нас единицы таких детей, и, следовательно, не существует, как таковой, проблемы. А с безнадзорностью государство по мере возможностей пытается как-то бороться, на какие-то проекты выделяют какие-то средства, в частности, с 2006 года идет выделение средств из госбюджета. Но очень большую помощь, я считаю, оказывает именно все-таки приток западного капитала через наши гуманитарные организации, через некоммерческие организации.



Татьяна Валович: Этот центр, который открылся при больнице Цымбалина, ведь его финансировал ЮНИСЕФ, да?



Сергей Яцышин: Этот проект является составной частью большого проекта "Приглашение в будущее". Действительно, он проводится при поддержке детского фонда ЮНИСЕФ. Предполагаемая длительность проекта - в течение двух лет.



Татьяна Валович: А что будет потом? Ну, кончились деньги... Понятно, сейчас хорошее оборудование, но жизнь не стоит на месте, оборудование тоже нужно будет закупать снова. Что потом?



Сергей Яцышин: Прежде всего хотелось бы отметить, что любая поддержка таких проектов, в частности, опыт работы, сотрудничества с Детским фондом ООН, целью является все-таки показать значимость проблемы. Если мы открываем, что, действительно, та цель, на которую направлена деятельность проекта, актуальна, значима, соответственно, мы декларируем это и показываем государственным службам, государственным структурам, что именно в этой области необходима помощь, необходимы какие-то дотации, финансирование и так далее.



Татьяна Валович: Чтобы уже российское государство, наконец, начало заботиться о своих российских детях, а не просить Америку, Францию и так далее позаботиться о них.



Сергей Яцышин: Я бы хотел сказать, что вот так очень сложно говорить, что государство не заботится о детях. Я знаю, что в течение последних трех лет очень много сделано в решении проблемы безнадзорности, беспризорности несовершеннолетних. Буквально вчера проходили репортажи по НТВ о том, что открыто несколько социальных гостиниц в городе. Постоянно в районах города формируются комплексные центры социального обслуживания населения, в частности, в задачи которых входит решение проблем беспризорности, безнадзорности несовершеннолетних. И работа ведется, работа плановая, целевая. Я думаю, что в скором времени мы увидим результаты.



Слушатель: Все эти меры, о которых вы говорите, это все, может, прекрасно, но это уже последствия, имеем дело с тем, что исправляем свои ошибки, свою запущенность, и уже этих детей мы к жизни не вернем, все равно они не станут активными членами общества.



Татьяна Валович: То есть вы хотите сказать, что надо направить больше внимания на семью? Но ведь эти-то дети тоже имеют все равно право на жизнь, право на здоровье, и, наоборот, чем больше мы будем стараться вернуть, ресоциализировать этих детей, тем меньше будет такого примера для других ребят. Сергей, я знаю, что вы очень давно работаете с молодежными программами, участвовали в программе по предупреждению наркомании "Ровесник ровеснику". На ваш взгляд, насколько можно все-таки спасти детей, оказавшихся в таких жизненных условиях?



Сергей Яцышин: Безусловно, это очень сложная проблема и вопрос возвращения в нормальное русло жизней таких детей является достаточно открытым. По нашему опыту и опыту моих коллег, это возможно. Я бы не был столь категоричен, чтобы заявлять о том, что это - дети, давайте будем больше внимания уделять здоровым, это важно, но тем не менее, по нашему опыту, эти дети возвращаются в общество и становятся полноценными гражданами общества. Единственный вопрос - что это достаточно дорогостоящий комплекс мероприятий. Безусловно, вопросы профилактики здесь являются приоритетными. Чем больше мы будем заниматься предупреждением попадания ребенка в категорию безнадзорных и беспризорных детей, тем меньше проблем и меньше затрат мы будем делать впоследствии.



Татьяна Валович: Если обнаруживается, что ребенок, который побывал в этом Медико-социальном центре при больнице Цымбалина, например, наркоман, какова дальнейшая его судьба?



Сергей Яцышин: Одна из задач нашего проекта - это разработка алгоритма оказания помощи. То есть в принципе данный медико-социальный центр - это лишь первый этап, на котором ребенок, может быть, даже выявляется, как таковой, и выявляется спектр проблем, которые он имеет. Недаром в названии центра включен статус - социальный. Задача: разработать алгоритм - сейчас этот процесс активно идет - оказания комплексной медико-социальной помощи данному ребенку путем перенаправления как в государственные, так и в негосударственные учреждения, которые оказывают полный спектр этих услуг.



Татьяна Валович: Анастасия, "Гуманитарное действие" - организация, которая работает уже больше 10 лет, и разработаны технологии, когда социальные работники выходят на улицы. На ваш взгляд, насколько трудно ребят, которые уже вовлечены в эту уличную жизнь, привлечь и показать, что нужно какое-то медицинское обследование? Потому что в 12 лет достаточно трудно им объяснить, что такое психология, что такое жизнь. Они даже иногда не понимают, что такое смерть, и что в 12 лет смерть может быть. Ваш опыт что говорит, как дети откликаются на то, что какие-то уговоры им помогают в жизни дальнейшей?



Анастасия Капустина: С каждым годом становится все более сложно работать с таким детьми. Наши социальные работники, уличные работники обладают колоссальным опытом работы с такими детьми. Они пытаются им как-то объяснить, уговорить, рассказать, какие-то привести примеры. Зачастую это удается. Они приводят этих детей к нам в центр на Блохина, и там дети получают комплексную медико-социальную психологическую помощь. Конечно же, самое сложное - мотивировать этих детей, то есть рассказать им о ситуации и уговорить, чтобы они добровольно...



Татьяна Валович: Как-то достучаться до их сознания.



Анастасия Капустина: Да. Но этим занимаются даже еще в большей степени, наверное, наши психологи, которые проводят с ними тренинги, беседы, игры.



Татьяна Валович: Анастасия, вы говорили, что самое главное – уговорить ребенка пойти на обследование, получить хоть какое-то обследование. Кто готовит тех работников, которые идут на улицы? Ведь это действительно очень сложно. Я знаю, что существует специальная кафедра в Медицинской академии последипломного образования. Какую проблему решают, выпуская на улицы этих работников?



Анастасия Капустина: Насколько я знаю, все эти кафедры готовят именно социальных работников, специалистов по социальной работе, а вот подготовкой социальных работников для работы на улице, для работы с уличными детьми, для работы с какими-то другими группами населения, которые социально дезадаптированы, занимается, например, наш тренинг-центр «Гуманитарное действие».



Татьяна Валович: То есть это ложится на плечи таких правозащитных, общественных организаций, занимающихся проблемами безнадзорности?



Анастасия Капустина: Да, потому что здесь есть своя специфика подготовки этих работников. Это должна быть большая практика, опыт в сфере этой работы, и только тогда это будет адекватная подготовка и адекватная работа на улице. Потому что работа на улице включает также быстрый уговор, мотивацию, подход к клиенту. То есть к каждому клиенту, как мы называем, должен быть свой собственный подход. А подход к детям уличным, которые чаще всего не хотят общаться со взрослыми, боятся их, не доверяют им, потому что у них был уже печальных опыт общения со взрослыми, это еще более сложная работа.



Слушатель: Это Лидия Ивановна из Москвы. Спасибо гостям за работу, которую вы ведете с детьми. Первый вопрос, у вас сейчас в эфире прозвучало, что реформами инфраструктура детства была разрушена, а дети - будущее России. Не возникает ли здесь вопрос, что надо предъявить счет от имени граждан России авторам таких преступных реформ, как МВФ, Всемирный банк реконструкции и развития и так далее, и безнравственным идеологам «золотого миллиарда»? А такая идеология принадлежит капитализму. И второй вопрос, вы сказали о предупреждении наркомании. Но давайте вспомним, как только Фрадков заступил на должность, было издано постановление правительства Российской Федерации от 12 марта 2004 года, если мне не изменяет память, за номером 230 об увеличении среднеразовой дозы, к примеру, героина – в 10 раз, дозы, которая может находиться на руках у граждан и за которую наступает уголовная ответственность.



Татьяна Валович: Сергей, я знаю, что вы давно работаете с наркотиками, как раз прокомментируйте последнюю часть вопроса. Хотя сейчас опять правительство возвращается к теме доз, за которые надо осуждать, не надо осуждать, и опять, может быть, наступает на те же самые грабли.



Сергей Яцышин: Безусловно, вопрос повышения разовой дозы, которую может иметь человек при себе, вызывает много споров сомнений и так далее. Моя личная позиция и позиция коллег, с которыми я общаюсь, с которыми работаю, в том, что это привело и может привести в дальнейшем к расширению спектра и употребляемых наркотиков, и количества ребят, которые попадают в наркозависимость. Здесь сейчас ведется работа по тому, чтобы каким-то образом изменить эту ситуацию. Что касается названного «золотого миллиарда», мне хотелось бы сказать, что пророка надо искать в своем отечестве: и в Санкт-Петербурге, и в Москве, и в других регионах страны присутствует достаточно широкий круг специалистов, которые имеют наработанные методики, наработанные программы, наработанные какие-то мероприятия конкретные, которые имеют достаточно высокую степень эффективности.



Татьяна Валович: Самое главное, чтобы было желание работать, потому что, я знаю, у общественных организаций, которые имеют такие методики, есть желание работать, но порой чиновники не только не помогают, но мешают. Поэтому многие говорят: вы хотя бы не мешайте. А вот государственные чиновники, которые отвечают за это, они порой боятся выйти из своих кабинетов и взглянуть на жизнь открытыми глазами. Что же касается вопроса Лидии Ивановны о том, кто должен ответить за реформы, по-моему, в России так до сих пор никто ни за какие реформы не ответил, а, скажем, международные организации, правда, она не называла ЮНИСЕФ, но Международный валютный фонд, по-моему, тоже участвует в том, чтобы помогать России как раз в плане того, чтобы исправлять ситуацию с наркозависимостью и с беспризорностью. Анастасия, я бы хотела вас спросить: какова динамика роста среди уличных детей таких заболеваний, как гепатит, как ВИЧ? Если они выявляются, куда их помещают?



Анастасия Капустина: Ситуацию с ВИЧ с каждым годом становится все более и более печальной. Хочу немного вернуться к вопросу о наркомании. Уличные дети не являются наркоманами в том понимании, в котором мы привыкли. То есть это не употребление героина, о котором только что сказали, это бесконтрольное употребление медицинских препаратов, которые продаются безрецептурно в аптеках города. Я, естественно, не буду называть эти препараты, но любой ребенок, даже в возрасте 10-12 лет, может прийти в центральные аптеки города и без рецепта купить препарат для инъекции. При этом они используют 1-2 шприца на всю большую тусовку. С 2005 года резко возрос удельный вес ВИЧ-инфекции среди уличных детей, а также гепатитов В и С. Сейчас, по данным мониторинга «Гуманитарного действия», мы можем сказать, что уровень ВИЧ-инфекции среди уличных детей около 30%. Это очень высокие цифры. Гепатит С – еще более высокие цифры. Также имеет место заболеваемость сифилисом и инфекциями, передающимися половым путем. В нашем дропин-центре на Блохина мы проводим забор крови, проводим дотестовое консультирование, беседы с детьми, уговариваем их сдать кровь, проводим исследование крови. После этого проводится опять консультирование, сообщается этим детям о диагнозе, что является, по своей сути, тяжелой кропотливой работой, которая ведется в несколько этапов, это социальный работник, врач, психолог. После этого предлагается, уговаривается, мотивируется, чтобы ребенок встал на учет в Центр СПИДа и в дальнейшем получил терапию. Но у большинства уличных детей нет документов, нет прописки, нет страхового медицинского полиса, они проживают на улице. И вот сейчас, в связи с открытием центра под эгидой ЮНИСЕФ в больнице Цымбалина, мы пытаемся решить эту проблему, чтобы в комплексе дети получили обследование бесплатно, те дети, у которых нет полиса, нет документов.



Татьяна Валович: А насколько сложно работать с такими детьми именно в плане медицинского обследования? Мы слышали, что иногда обнаруживается до нескольких диагнозов, ведь они не приходят с карточкой, где записано от самого рождения, чем они болели. Насколько медицинский центр в больнице Цымбалина оснащен хорошо в этом плане? Как быстро может быть поставлен диагноз?



Анастасия Капустина: Довольно-таки быстро. Проводится консультирование, и достаточно быстро мы забираем кровь, буквально через несколько дней готов результат, ведется картотека, дети называют какие-то свои имена, и мы пытаемся это все учитывать, подсчитывать и вести какой-то архив.



Татьяна Валович: Сергей, как ребята еще могут попасть, если их не приводит за ручку социальный работник, в центр? Ведь понятие безнадзорности достаточно широкое. Иногда ребенок ходит в школу, но проживает в совершенно жутких условиях, родители пьют. Если учитель, например, заметит, что ребенок находится в каком-то критическом состоянии, может он обратиться к вам за помощью в центр или ему нужно сначала обратиться в какие-то социальные организации районные, где находится эта школа?



Сергей Яцышин: Как раз одна из задач работы данного центра – это повышение доступности услуг для детей из групп высокого социального риска. Поэтому любой учитель, любой социальный работник может просто напрямую обращаться, и весь спектр предлагаемых данным центром услуг будет оказан ребенку безвозмездно.



Татьяна Валович: То есть вы сейчас распространили эту информацию во все школы, скажем, пункты милиции? Иногда ведь даже милиция приводит.



Сергей Яцышин: Мы сейчас проводим активную информационную кампанию по привлечению, чтобы люди знали, что можно обращаться, можно направлять детей, и они получат квалифицированную медицинскую помощь.



Татьяна Валович: Что происходит с ребятами, которые, например, доставляются милицией?



Сергей Яцышин: Давайте начнем с того, что больница №15 является одной из целевых больниц, которые ориентированы на прием детей групп высокого социального риска.



Татьяна Валович: По-моему, она сейчас единственная в Петербурге. В третьей больнице отделение для беспризорников было закрыто.



Сергей Яцышин: Да, к сожалению, она – единственная в городе. И еще большее сожаление вызывает то, что данная больница принимает детей до 12 лет.



Татьяна Валович: А в возрасте с 12 до 18 – они же тоже считаются детьми?



Сергей Яцышин: Детьми, но больница сама ориентирована на такой возраст. Именно поэтому одна из наших задач была – расширить возраст детей, которые могут просто поступать в центр, в данную службу – до 18 лет, и созданы все условия для того, чтобы более взрослый ребенок, попадая в центр, мог получить помощь. Кто направляет на данный момент в больницу? Ну, прежде всего это подразделения по делам несовершеннолетних, это органы внутренних дел, это муниципальные органы опеки, попечительства, это учреждения социальной защиты – приюты, детские дома, это общественные организации, партнеры, участники проекта, которые занимаются этой задачей.



Татьяна Валович: Не сталкивались ли вы с такой проблемой – зачастую муниципальные органы опеки изымают детей из, как они считают, неблагополучной семьи. Ее неблагополучность заключается только в том, что доход очень низкий, если есть оба родители, они как-то работают на двух-трех работах низкооплачиваемых, поэтому дети оказываются безнадзорными. А соседи, которые зачастую хотят завладеть квартирой, очень много таких случаев было, вот они вызывают, и таким образом дети уже попадают в этот разряд. Следите ли вы дальше за судьбой детей, можете ли вы помочь родителям? Родители спохватываются и говорят: ну как же, я делаю все, да, мы бедные, но почему нас надо лишать родительских прав, мы не считаем, что ребенок наш безнадзорный.



Сергей Яцышин: Хороший вопрос. Но в нашей практике такое случается достаточно редко. К сожалению, чаще встречается ситуация в точности до наоборот, когда социальные службы не в состоянии отследить тот момент, когда ребенок попадает действительно в критическую ситуацию, когда родители «падают на дно», криминализируются, либо попадают в наркотическую зависимость, а дети продолжают жить в этой семье, приобретая не только педагогическую, психологическую запущенность, но и целый комплекс медицинских болезней, которые потом приходится очень долго как-то лечить. Но тем не менее такие ситуации бывают, и мы стараемся их решить. В городе, думаю, на сегодняшний день постепенно складывается система помощи таким детям.



Татьяна Валович: А каково ваши отношения с сиротскими учреждениями, с детскими домами? Не секрет, что оттуда дети бегут тоже, возвращаясь к своей уличной жизни, в том числе очень большая проблема как раз с репродуктивным здоровьем. Будет ли предприниматься какая-то работа – цикл лекций или просветительская деятельность - в таких учреждениях?



Сергей Яцышин: Мы сейчас говорим об одном узком направлении – это работа с уличными детьми. Другое направление большое работы в рамках проекта «Приглашение в будущее» Детского фонда ООН – это именно работа по детским домам, которая включает в себя работу не только с учащимися, с воспитанниками детских домов, но и со специалистами, с педагогами, с воспитателями, как грамотно вести профилактическую работу, как разговаривать с детьми на достаточно щекотливые интимные темы, каким образом информировать их о заболеваниях, которые существуют, и как правильно защищаться, как правильно проводить профилактику этих заболеваний. В общей сложности, в данном проекте на сегодняшний день участвуют восемь организаций Санкт-Петербурга, и он имеет именно два таких направления. В частности, один из методов, который используется – это «равный равному, сверстник сверстнику».



Татьяна Валович: Город Петербург большой, разве достаточно одного центра при больнице Цымбалина? В идеале какое количество их должно быть, чтобы справиться с проблемой?



Сергей Яцышин: Я думаю, что практика покажет. Однако уже на сегодняшний день по тому, как работает центр, какие проблемы он выявляет, мы можем говорить, что необходимость организации подобных центров существует, она очень четко выражена. Потому что, в частности, если брать ребят, мальчиков, то практически у 80% выявлена та или иная патология, у девочек этот процент меньше, но там более серьезные заболевания.



Татьяна Валович: Анастасия, насколько город обеспечен лекарствами для оказания помощи именно безнадзорным детям? Понятно, выявили – а дальше-то что? Если они не попадают в какие-то сиротские учреждения, где закрепляются, где их обеспечивают документами и как-то могут вести врачи, то они опять же оказывают на улице.



Анастасия Капустина: Они оказываются на улице и приходят к нам, в центр на Блохина. Там они получают лечение, то есть доврачебную помощь, врачебную помощь, получают лекарства. Если это нужно, то они госпитализируются в стационары города. Я возвращаюсь к тому, что сказал Сергей, поймите, Цымбалина принимает детей до 12 лет. Следовательно, возраст от 12 до 18 – эти дети оказываются под большим вопросом: куда их госпитализировать? В третьей инфекционной больнице было закрыто социальное отделение из-за недостатка финансирования. Финансировал это город. И на сегодняшний день очень сложно госпитализировать ребенка по социальным показаниям. 16-17 лет – это ребенок, и ему нужна адекватная помощь в стационаре по социальным показаниям, чтобы он обследовался, чтобы какой-то комплекс анализов ему сделали, и он был устроен в какой-то приют, в какое-то социальное учреждение. Но сейчас социальных таких отделений в городе нет.



Татьяна Валович: Что-то обещают городские власти? Я знаю, что одним из условий, например, работы проекта ЮНИСЕФ было то, что городские власти должны принимать непосредственное участие, скажем, хотя бы выделять помещения для тех центров, которые финансирует ЮНИСЕФ. Как-то можно надавить или призвать к ответственности городские власти, сказать: как же так, финансирует западная организация, что же вы делаете?



Анастасия Капустина: В третьей инфекционной больнице выделено помещение, там «Гуманитарное действие» совместно проводит тренинги «Социально-психологическое сопровождение уличных детей, оказавшихся в стационаре». Плюс также там работает гинеколог «Гуманитарного действия», который осматривает девочек, которые поступили по социальным или по каким-то другим показаниям в больницу, но которые не могут получить эту гинекологическую помощь в рамках обычной больницы.



Татьяна Валович: Но это все-таки не стационар?



Анастасия Капустина: Это «Гуманитарное действие» опять же в рамках проекта ЮНИСЕФ по репродуктивному здоровью. Также там работают наши психологи по сопровождению. Это все в рамках проекта. Но больница, мы очень довольны, пошла нам навстречу, и администрация больницы – у нас очень хорошие отношения. Они всячески нам помогают и заинтересованы, они понимают эту проблему.


XS
SM
MD
LG