Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Российский кинематограф в Роттердаме


Эмблема Роттердамского кинофестиваля

Эмблема Роттердамского кинофестиваля

На продолжающемся в Роттердаме международном кинофестивале, самом большом в мире форуме независимых кинематографистов, представлена обширная программа российского кинематографа.


Второй год подряд в основном благодаря усилиям знатока восточноевропейского кинематографа Людмилы Цвиковой Роттердамский фестиваль приветствует российских режиссеров нонконформистов. В прошлом году главную награду получил фильм Ильи Хржановского «Четыре», а в ретроспективных показах участвовали картины Евгения Юфита, основателя некрореалистического движения. В этом году на два дня кинотеатр «Лонтарен-фенстер» был превращен в филиал московского киноклуба «Синефантом». В конце 80-х, напоминает основатель клуба, кинорежиссер Глеб Алейников, в самиздате существовал машинописный журнал «Синефантом», объединявший так называемых «параллельщиков» — так называли кинорежиссеров, которые пытались снимать за пределами советских студий и без требовавшегося в советские времена дозволения властей. «Синефантом» благополучно пережил цензурную эпоху и существует сегодня уже как дискуссионный центр и лаборатория нового кино.


Глеб Алейников рассказывает о создании клуба: «В 1995 году мы решили создать киноклуб, назвать его "Синефантом" и показывать фильмы, которые либо вообще не востребованы кинопрокатом и телевидением, либо менее востребованы. Мне кажется, в большей степени сюда попадают фильмы экспериментальные, независимые. Главное, что у нас на всех показах всегда присутствовали авторы и зрители — в основном к нам ходят зрители искушенные — могли с авторами обсудить то, что они увидели. Для нас главное — общением с авторами. Мы все наши обсуждения фиксируем, перед каждым показом выпускаем такую специальную газету, посвященную автору».


Такая же газета, только на английском языке, вышла и к роттердамскому показу. Глеб Алейников рассказывает о программе, которую привез в Роттердам клуб «Синефантом»: «Костяком является программа, которая называется "Борис и Глеб". Поскольку в прошлом году на Роттердамском фестивале параллельное кино уже было представлено, то мы предложили фестивалю сделать ретроспективу моих фильмов и Бориса и назвали ее "Борис и Глеб". И это еще концептуально связано с тем, что у нас есть фильм "Борис и Глеб", в которой мы с Борисом играем Бориса и Глеба».


Главной русской премьерой Роттердама можно назвать видеороман Бориса Юхананова «Сумасшедший принц», первые его четыре главы, над которыми режиссер работал с конца 80-х. Борис Юхананов рассказывает о своей работе над фильмом: «Непрерывно практически не выпуская камеру из рук, со своими друзьями я прожил 8 лет, отсняв огромное количество материала, который я делил на матрицы. Это огромные произведения, связанные с темой каждой главы, а дальше я уже запускал их в вариации на той примитивной технике, которая для меня была доступна в то время. Но в какой-то момент я заработал, конечно, тотальную аллергию на всю эту работу, ушел в театр, в совершенно другой тип деятельности. Прошло практически 20 лет с начала работы над этим романом, он пылился у меня в архиве, и я уже поставил крест на всей этой работе. Но вдруг неожиданно и вокруг меня люди не забывали об этом труде, иногда всплывали какие-то первые вариации, очень на примитивной технике сделанные, меня не удовлетворяющие из-за этого, потому что очень многие смыслы оказывались латентны, не выражены, спрятаны как бы, задохнувшиеся голоса и так далее. Но прошло время — и интерес, в том числе, и Роттердама, и клуба "Синефантом" вдруг актуализировал, в первую очередь, во мне дело, и я тогда сел и начал все это пересматривать. И вдруг обнаружил, что время не просто так изменилось, вместе с ним — и оптика, а акустика, и реципиент изменился. И я вдруг понял, что это может очень попадать в сегодняшнее сознание, и вот это вот трагическое для меня опережение на 15-20 лет, в котором я вечно пребываю, в данном случае сработало, придав новые силы этому проекту. И мы начали его выпускать, издавать. Таким образом, "Синефантом" приступил к практически уникальному проекту — изданию видеоромана в тысячу кассет (так он называется) "Сумасшедший принц", посвященного жизни московской и питерской тусовки, не склонного к адаптации в тех сложных, витиеватых и подчас очень смешанных смыслов и чувств, которые сопровождали наше сознание, да и сопровождают его сейчас. Мы позволили себе ту прихоть, ту свободу, на которую решается романный дискурс, например, у Пруста или у Джойса, когда человек вместо того, чтобы отправляться на поиски, встречи и коммуникации с потенциально воспринимающим сознанием, уходит на особую этику отношений со смыслом, дает ему возможность развернуться, особым образом, не изуродованным телом предстать перед потенциально воспринимающим человеком. И вот эта вот манифестальность такого отношения со смыслом, с изощренностью его соприсутствия в самом себе, оказалась для меня очень важной. И именно в этом режиме я смонтировал первые четыре главы. Еще нам предстоит 16 глав издать. Здесь, в Роттердаме, это - мировая премьера, практически первый показ. Никто никогда не видел в этом виде, уже завершенном, эти 4 главы. Мы вычистили картинку, довели звук до адекватного. В общем, сердце мое радуется, потому что сейчас тело видеоромана предстает в том адекватном виде, который грезился и слышался авторам, знающим, естественно, его нюансы и истоки».


Парадокс — параллельное некоммерческое российское кино в Голландии знают лучше и ценят больше, чем в России. К тому же многим режиссерам Роттердамский фестиваль оказывает финансовую поддержку. Проект фильма, который планирует снимать в Мексике Артур Аристокисян, в среду получил награду телеканала "Артефранс-синема" — 10 тысяч евро. А картина, которую готовит прошлогодний призер фестиваля Илья Хржановский, включена в список десяти самых интересных проектов кинорынка «Синемарт». Пользуется успехом и фильм-концерт Рустама Хамдамова «Вокальные параллели». Под надзором строгого конферансье Ренаты Литвиновой звезды советской оперы исполняют арии Верди и Пуччини в сюрреалистических костюмах и диковинных интерьерах — на разрушенном заводе или в юрте. Шедевр, участвовавший в прошлом году в Венецианском фестивале, открывший Дни русского кино в Штутгарте и Берлине, теперь показанный в Роттердаме, остался без внимания российских прокатчиков, а, соответственно, и зрителей, увлеченных «9 ротой» и разнообразными «Дозорами».


Составители роттердамской программы объясняют зрителям, что в России умеют снимать не только бледные копии второсортных голливудских боевиков, но и авторское кино, что существуют целые экспериментальные школы, возникшие еще в советском подполье и продолжающие работать сегодня. Досадно только, что познакомиться с новейшим российским арт-хаусом в Голландии легче, чем в России.


XS
SM
MD
LG