Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Флеминг Розе: "Карикатура религиозных фигур в нашей культуре не означает, что мы унижаем, издеваемся и так далее и тому подобное над этой религией"


Программу ведет Андрей Шарый. Принимают участие корреспонденты Радио Свобода Дмитрий Волчек и Наталья Голицына .



Андрей Шарый : В мусульманских странах продолжаются акции протеста против публикации карикатур на пророка Мухаммеда. В демонстрации в столице Малайзии Куала-Лумпуре приняли участие около 3 тысяч человек, почти 5 тысяч человек вышли на улицы пакистанской столицы Исламабада, столько же собрала акция протеста в Дакке - это Бангладеш.


Главный редактор датской газеты Jyllands-Posten , первой напечатавшей карикатуру, ушел в длительный отпуск. А редактор отдела культуры этой газеты Флеминг Розе как раз и инициировал этот конкурс со злосчастными карикатурами. Флеминг много лет работал в России, прекрасно говорит по-русски. Несколько дней назад с ним связался мой коллега Дмитрий Волчек.



Дмитрий Волчек : Будь у вас возможность сейчас повернуть время вспять, вы бы отказались от решения публикации или по-прежнему считаете, что оно было целесообразным?



Флеминг Розе : Одна сюжетная линия связана с тем, что происходит в Дании. Эти карикатуры были напечатаны в датской газете. Они были рассчитаны на датскую публику и на датскую дискуссию, в связи с проблемой самоцензуры и свободы слова. На протяжении последних 4 месяцев мы имели в Дании очень важную, очень конструктивную, очень хорошую дискуссию о том, что означает свобода слова, с одной стороны, а, с другой стороны, что означает свобода религии и уважение к религии. Тут я считаю, что я являюсь сильным сторонником свободы религии.


Я видел как религия подавляется и преследуется в Советском Союзе, когда я там жил. Я уважаю ислам. Когда я прихожу в мечеть, я веду себя в соответствии с их законами. Но я считаю, проблематичным, когда мусульмане пытаются навязать мне немусульманина за пределами мечети свои правила и свои запреты. И вот эта дискуссия идет очень хорошо, интересно. Никогда столько мусульман не участвовало в общественной дискуссии.


Другая сюжетная линия - на международном уровне. Я считаю, что она только косвенно связана с этими карикатурами. Она, скорее всего, связана с тем, что, я говорил, в связи с путешествием этих имамов. Она связана с внутриполитической ситуацией во многих этих странах на Ближнем Востоке. Например, недавно братья-мусульмане в Египте победили на выборах. Светское правительство хочет сказать, что они такие же хорошие мусульмане, как и братья-мусульмане. Тогда это дело как будто с неба прислано. Это очень дешево, ничего не стоит - направить свой гнев против маленькой страны, против газеты, которую никто там не читает.


Поэтому я не считаю, что наши карикатуры напрямую связаны с теми событиями, которые развиваются на Ближнем Востоке. Но когда вы спрашиваете - сожалею ли я об этом, сделал бы я это снова? - я не принимаю сам вопрос. Я считаю, что это примерно тоже самое, как спросить у жертвы изнасилования - сожалеет ли она, что она надела короткую юбку, когда пошла на дискотеку в пятницу вечером? В нашей культуре, когда девочка надевает короткую юбку, это не приглашение к сексу с любым человеком. Точно также карикатура религиозных фигур в нашей культуре не означает, что мы унижаем, издеваемся и так далее и тому подобное над этой религией.



Андрей Шарый : В отличие от многих европейских стран ни одна английская газета не перепечатала карикатуры на пророка Мухаммеда. Прокомментировать британскую точку зрения на этот скандал корреспондент Радио Свобода в Лондоне Наталья Голицына попросила известного британского писателя, автора получивших мировую известность политических триллеров Фредерика Форсайта.



Наталья Голицына: Господин Форсайт, в чем, на ваш взгляд, главная проблема не утихающего «карикатурного скандала» и что, как вы полагаете, нужно сделать для ее разрешения?



Фредерик Форсайт: Когда одна из сторон на сто процентов права, а другая на сто процентов не права, то никакой проблемы не существует. Проблема возникает тогда, когда обе стороны в чем-то по-своему правы. Что я имею в виду? У людей есть право утверждать: «Почему, живя в этой стране, я должен терпеть оскорбления моей религии?» Не меньшее право есть у человека, говорящего: «Я живу в этой стране и не понимаю, почему не могу говорить всё, что хочу?» Где-то между этими позициями находится и истина, и способ решения проблемы. В моей стране существует закон, запрещающий оскорбления, закон против клеветы. Если вас необоснованно оклевещут, вы можете подать иск в суд. Есть и закон, стоящий на страже частной жизни, а также закон, защищающий права человека.


Чего у нас нет, так это современного закона о богохульстве, карающего за оскорбление религии. Этот закон, принятый двести лет назад, существует так давно, что мы попросту не помним, о чем в нем говорится. Думаю, что нам следует взять свод законов и выяснить, как модернизировать этот закон, которой был принят во времена, когда в нашей стране существовала только одна религия. Сегодня же у нас имеется шесть мировых религий, которые должны как-то уживаться друг с другом. Может быть, следует создать правила, из которых всем будет понятно, что дозволено, а что не дозволено говорить в адрес каждой из них?



Наталья Голицына: Вам не кажется странным, что в отличие от многих европейских стран, где широко перепечатываются карикатуры на пророка Мухаммеда, ни одна британская газета их не опубликовала?



Фредерик Форсайт: Причина в том, что у нас есть традиция обоснования и оправдания таких публикаций. Главное из таких обоснований называется «честный комментарий в общественных интересах». Именно на этом основании наша пресса критикует политиков, бизнесменов и кого угодно. Журналист оправдывает себя тем, что написал честный комментарий в общественных интересах. Наши газетные редакторы попросту не могут понять, как эти совсем не смешные шаржи из неизвестной провинциальной (даже не копенгагенской) газетки могут считаться честным комментарием в общественных интересах. И это главная причина, по которой их у нас не перепечатали.


Однако в других европейских странах их намеренно опубликовали и, возможно, с целью показать, что они имеют право печатать всё, что захотят. Лично я не считаю это правильным. Во Франции, например, эти карикатуры перепечатывались много раз. Однако французы прекрасно знают, что не могут публиковать подробности сексуальной жизни своих министров. Этому препятствует закон, оберегающий частную жизнь. Почему в таком случае любовница Жака Ширака более неприкосновенна, чем пророк Мухаммед?



Наталья Голицына: Не кажется ли вам, что «карикатурный скандал» носит не столько религиозный и моральный характер, сколько политический?



Фредерик Форсайт: Политику в него привнесли мусульманские экстремисты. Это они придали ему политический аспект. Само по себе религиозное оскорбление не содержит в себе политических элементов. С точки зрения закона оно может или не может подпадать под обвинение в клевете и не более того. Я бы предпочел разрешать этот скандал с помощью закона, а не отдавать его на откуп политикам.



Наталья Голицына: Говорил известный английский писатель Фредерик Форсайт.




XS
SM
MD
LG