Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Как бороться с дедовщиной? Нижегородцы возмущены резким ростом цен на коммунальные услуги. Рост цен на тепло, свет и воду по-омски. Самара: Хлеб подорожал и другие материалы из российских регионов



В эфире Белгород, Оксана Быкова :


Игорь Морозов проходил срочную службу на корабле Черноморского флота. Незадолго до призыва Игоря здесь серьёзно взялись за борьбу с дедовщиной. И с ней, по его словам, он уже столкнулся «в более мягкой форме». Однако он считает, что искоренить её невозможно.



Игорь Морозов : По-моему, ее не искоренишь. Это все, в принципе, идет от офицерского состава. Офицерский состав закрывает глаза, поощряет это. Офицерский состав тоже заинтересован в том, что бы в роте, в казармах был порядок. А как этот порядок наводится, это проблема сержантов, старшин. Государство должно ужесточать меры. Если виновных поймали, то их показали по всем средствам массовой информации, как их наказали, чтобы сроки были конкретные, чтобы очень серьезно относились к этому.



Оксана Быкова : Председатель областного Совета родителей военнослужащих Галина Гребенюкова считает, что за факты дедовщины должны отвечать все, начиная от командира.



Галина Гребенюкова : Я понимаю, что армия – это все равно насилие. Но насилие это должно проявляться в боевых действиях, когда ты защищаешь родину, какие-то государственные интересы, то есть насилие к врагу. Но когда это насилие проявляется здесь, непосредственно в части просто к младшему по службе, то это уже преступление. Я расцениваю солдата, как воинскую, боевую единицу. Вывод боевой единицы из строя – это должно жестко наказываться. Если произошло, то должны отвечать все, начиная от командира. Почему было допущено это? Когда начнут отвечать командиры за это, мне кажется, тогда старослужищие не начнут быть младших .У нас за убийство солдата дают 3 года дизбата, а человека нет или искалечен.



Оксана Быкова : Областной Совет родителей военнослужащих появился 11 лет назад. Здесь каждую проблему, с которой обращаются родители, стараются решить быстро, потому что от этого зависит жизнь и судьба солдата.



Галина Гребенюкова : Мальчик по собственному желанию поехал в Дагестан продолжать службу, солдат срочной службы. Офицеры должны как бы приветствовать и поддерживать такое, что из России приехал в Дагестан парень по собственному желанию. Их четверо приехало. Так их встретили: «Мы вас тут пересажаем. Мы вас тут сгноим, в рабство отдадим» и прочее. Дедовщина там жуткая. Этим занимаются офицеры.


Мы сейчас занимаемся этим делом. Подключили уже и Главную Военную прокуратуру, и Ростовскую окружную прокуратуру, и Главное Управление по воспитательной работе. Произойдет что-нибудь подобное как в Челябинске, тогда будете хлопать глазами и руками. Потом не говорите, что вас не предупреждали. А матери каково! Она разговаривала с этим офицером. Узнав, что у них нет папы (он умер 10 лет назад), она говорит, что сложилось такое впечатление, что он даже обрадовался, что некому будет заступиться. Это что за отношение?


Я понимаю стройбат – это не самое лучшее место для службы. Но, тем не менее, везде должна быть какая-то гарантия. Почему боятся армии? Вот из-за таких фактов и боятся армии.



Оксана Быкова : Трагедия, разыгравшаяся в Челябинском танковом военном училище, заставила общество по–новому посмотреть на пробл6ему дедовщины в армии. Вот, что сказали белгородцы, отвечая на вопрос - что мешает армии освободиться от дедовщины?



Житель Белгорода : Мешает нам одно везде, это одна и та же причина – это отсутствие контроля за действиями нижестоящих структур. Везде – хоть в армии, хоть в гражданском обществе. Если бы был контроль, то никаких подобных случаев бы не было. А когда государство устранилось от контроля, все оставив на самоконтроль, что каждый сержант главнее генерал-полковника, вот и получаются такие вещи.



Жительница Белгорода : Мне, например, непонятно существование военных прокуратур, военных судов, дизбатов. Получается, что военные – это не граждане России, а жители особого государства, где свои законы, свои прокуроры, свои судьи. Почему такое происходит? У нас ведь демократическое государство. Мы живем по Конституции, где написано, что для каждого гражданина единый закон. Значит, единые структуры должны быть. Мне кажется, что и военные прокуратуры, и военные суды, дизбаты убирать надо из нашей страны. Если закон один, то один на всех Человека убили – одинаково отвечает и военный, и невоенный.



Жительница Белгорода : Я, например, считаю, что если ввести профессионально-контрактную армию, то, на мой взгляд, дедовщины не будет. Потому что каждый будет выполнять четко указанную работу. Нужна профессиональная армия.



Оксана Быкова : Командир воинской части, расположенной в центре Белгорода, считает, что все сержанты уже сегодня должны служить по контракту. И в течение этого года 50 процентов младшего командирского состава этой части будет переведено на контрактную систему. Кроме того, в качестве средства борьбы с дедовщиной здесь в казармах устанавливаются камеры видеонаблюдения. И в конце февраля всё, что происходит в казармах, можно будет наблюдать и отслеживать. «Электронное око» станет большим другом солдата.



В эфире Вятка, Екатерина Лушникова :



Владимир Шутов : Вы мне верните сына. Я вам отдал в армию крепкого, здорового парня.



Екатерина Лушникова : Это говорит Владимир Шутов – отец старшего лейтенанта Сергея Шутова.


Сергей служил в боевом вертолетном полку в Самарской области. Служба протекала благополучно, пока неожиданно у лейтенанта не заболела голова.



Владимир Шутов : Звоним ему: «Что, Сережа, как служба?» «Да, нормально все». «А что голос такой?» «Да, что-то голова побаливает». «Ты сходи в больницу». «Ладно, схожу». Потом снова звоним: «Сходил?» «Да, ходил. ОРЗ признали».



Екатерина Лушникова : В медсанчасти лейтенанту Шутову дали аспирин и оправили с Богом – отдыхать на три дня в офицерское общежитие. Таким испытанным приемом в вертолетной части лечили запои. Официальный документ из самарской прокуратуры цитирует Владимир Шутов.



Владимир Шутов : «Ему назначили лечение на дому с контрольной явкой 25 июня 2005 года, на которую ваш муж не прибыл».



Екатерина Лушникова : Но прибыть лейтенант уже не мог – впал в бессознательное состояние. В полубреду он пролежал пять дней, но никто из воинской части даже не поинтересовался, что с случилось с боевым офицером.



Владимир Шутов : Положим, начальник штаба следить должен за личным составом. Боевой офицер не вышел на дежурство! В боевой части боевой офицер не явился после того, как был на три отправлен лечиться! Никому нет дела.



Екатерина Лушникова : Наконец, соседи по комнате обратили внимание, что от постели лейтенанта Шутова идет какой-то дурной запах, и на руках отнесли Сергея в медпункт.



Владимир Шутов : Он не мог ни вставать, ничего. Наверное, парни пришли, видят и сообщили, чтобы забрали.



Екатерина Лушникова : В тяжелейшем состоянии лейтенанта Шутов был доставлен в Самарский военный госпиталь.



Владимир Шутов : Поступил в экстренном порядке 27 в реанимационное отделение с диагнозом - вторичный гнойный менинговый энцефалит, кома третьей степени. При осмотре – состояние крайне тяжелое, без сознания.



Екатерина Лушникова : О том, что сын находится без сознания, отцу сообщили в три час ночи и просили поторопиться. Владимир Шутов очень торопился, но проститься с сыном все равно не успел.



Владимир Шутов : Представляете, здоровый, крепкий сын. Он на руках мог пройти два круга, и вдруг он лежит без чувств, без движения. И помочь нечем.



Екатерина Лушникова : Владимир Шутов до последнего момента надеялся, что сын его выживет. Он даже взял в храме святой воды и передал медсестрам. Отец надеялся на Чудо.



Владимир Шутов : Разум говорит: «Как мертв?! Не могу я с этим согласиться. А вдруг выживет?!» Такие мысли были. Я в церковь сходил, святой воды взял. Медсестрам дал, попросил пообтирать его святой водой. Он крещеный. Они взяли, обтерли.



Екатерина Лушникова : Святая вода не помогла, старший лейтенант Сергей Шутов умер, не приходя в сознание, умер в двадцать четыре года. У отца от сына остались только почетные грамоты, значок мастера спорта и золотая медаль чемпиона Европы по акробатике. А еще осталась, конечно, Память. Ради этой Памяти отец готов спорить со всем светом. Он считает, что не злой рок погубил его Сережу, а простая халатность военных медиков.



Владимир Шутов : Вот они ответы дают, где вроде бы он сам виноват во всем. «Назначено лечение на дому, на которое ваш муж не прибыл». Поставили точку. Все.



Екатерина Лушникова : Но отец не спешит ставить точку в гибели сына. Он намерен обратиться в суд с иском против Министерства обороны и сейчас собирает необходимые бумаги. Бумаг таких надо очень много и денег тоже, так что Владимир Шутов почти не надеется на победу, но будет бороться, пока хватит сил.



В эфире Нижний Новгород, Олег Родин :



Нижегородцы замерзают в своих квартирах, несмотря на благополучные отчеты городского начальства. Ветераны говорят, что такого не было даже в военное время.



Жительница: Утром встаем – 6 градусов. Камин включаем. А камин, знаете, как берет?



Жительница : В шкафах замерзает белье. Невозможно вынуть белье из шкафа, потому что ледяное, промерзшее, примерзшее к стенке шкафа. Приходится не только проклеивать окна жильцам, но и забивать их всеми подручными средствами – одеялами, пледами.



Жительница: Я круглый год аккуратно плачу и за тепло, и за все. И вот такое наказание. У нас такого не было даже в войну.



Олег Родин : Но мороз по коже идет не только от низкой температуры. Повышение тарифов на жилищно-коммунальные услуги стали шоком для 96 процентов нижегородцев, об этом говорят итоги интерактивного опроса на местном телевидении. В частности, водоснабжение подорожало на 35 процентов, канализация более чем в 2 раза, на 135 процента, найм жилья четырехкратно. Начались акции протеста.



Житель: У меня был найм – 28 рублей, а листочек принесли 104. Вот во сколько раз?



Жительница: Я получаю 2 тысячи, из них я 600 рублей плачу за квартиру. Чем я буду жить? 400 рублей лекарства стоят, а я больной человек.



Жительница : Все рушится, а они повышают тарифы. Коммунальное хозяйство находится в полной разрухе.



Олег Родин : В квартирах холодно, подъезды грязные, дома десятилетиями не ремонтируются. Хотя по отчетам чиновников услуги предоставляются исправно. Рассказала Софья Погорельская.



Софья Погорельская : Мы кутаемся сидим. У меня до 8 градусов температура в доме доходит, а я получаю письмо, что у меня оказывается все хорошо.



Олег Родин : Нижегородцы возмущены тем, что при оплате 100 процентов жилищно-коммунальных услуг тарифы растут почему-то не на коэффициент инфляции 10-12 процентов, а в несколько раз выше. Вот мнение Александра Карпова.



Александр Карпов : Коэффициент инфляции Греф передает 11-12 процентов. Это получается, что Греф пургу нам гонит, или местные власти химичат?



Олег Родин : Местные власти явно что-то путают. Объясняли населению, что не на 12 процентов рост тарифов будет, а на 23 процента, поскольку в рост тарифов включена разрешенная правительством инвестиционная составляющая на ремонт и реконструкцию городского коммунального хозяйства. Об этом поведал заместитель губернатора Валерий Лимаренко.



Валерий Лимаренко : Получили предложение из источника федерации до 15-20 процентов ограничить величину. Тем не менее, мы решили выступить с цифрой в 23 процента.



Олег Родин : А далее пошли местные эксперименты: заместитель мэра по жилищно-коммунальному хозяйству Александр Котельников пояснил, что из-за этой инвестиционной программы тарифы на воду и канализацию будут выше не на 23 процента, а на 26 - 29.



Александр Котельников : Утвержден коэффициент повышения максимальный 23,2, плюс отдельно зачтены инвестиционные программы по водоканалу. Поэтому нам разрешено повышение по воде на 26 процентов, по канализации – на 29, а все остальные тарифы мы поднимаем не более чем на 23,2 процента.



Олег Родин : И этого превышения чиновникам показалось мало. Решили не все остальные поднять максимум на 23 процента, а усреднить рост тарифов суммарно по всем видам платежей, включая газ и электроэнергию, которые подорожали "всего-то" на 15 процентов - тоже выше инфляции. И получили, что рост цен на водоснабжение и канализацию можно задрать до 36 - 38 процентов. Это разъясняет теперь заместитель мэра Александр Котельников.



Александр Котельников : У нас тариф на воду и канализацию проходит по инвестиционной программе. У нас рост по воде и канализации превышает установленный предел в 23 процента. Суммарный платеж растет на 36 процентов по воде, а по канализации – на 39.



Олег Родин : То есть, за счет жителей планируется срочная масштабная реконструкция городского водоканализационного хозяйства, одновременно и приватизация его же. Как нижегородцы расценивают эту комбинацию, говорит Александр Карпов.



Александр Карпов : Придумали какую-то инвестиционную программу. За нас счет они хотят восстановить все коммунальные сети! Это очередной лохотрон. Они соберут деньги, за наш счет они все это восстановят, а потом тебе и нашим прихватизируют это все хозяйство.



Олег Родин : Так что, похоже, нынешний рост тарифов не последний.



В эфире Оренбург, Елена Стрельникова:



Традиционно в начале года оренбуржцы ждут новых тарифов на коммунальные услуги. К первым числам февраля накапливаются квитки на электроэнергию, газ, воду, отопление, за которые необходимо платить вовремя, иначе – пеня. Добропорядочные оренбургские плательщики уже почти с этим смирились. Но те счета на оплату услуг ЖКХ, что появились в январе этого года, просто повергли население в шок. Вместо обещанного подорожания максимум на 20 - 25 процентов реально рост квартплаты составил от 30 до 80 процентов. У микрофона житель города Оренбурга Анатолий Прусаков.



Анатолий Прусаков : Нас в семье трое. Живем мы в обыкновенной двухкомнатной квартире 52 квадратных метра. Получили квиток за январь квартплаты - 1710 рублей! В декабре мы квартплату заплатили 1235 рублей. Рост составил 475 рублей! Это же почти 40 процентов! Откуда взялись такие деньги, если горсовет утвердил 22 процента? За холодную и горячую воду аж на 24 процента подняли. В декабре за отопление отдали 395, а в январе стало аж 473. На 7 рублей подорожал вывоз мусора. А вот суммы на содержание жилья выросли в два раза! Еще появилась какая-то плата в январе непонятная за капремонт. За него нужно платить 161 рубль в месяц.



Елена Стрельникова : Столь резкое повышение цен чиновники смогли объяснить только в конце января, когда начался шквал звонков в местные СМИ, а левые партии организовали митинг на улицах Оренбурга. Впрочем, бытует мнение, что последним эти непопулярные меры лишь на руку. 12 марта выборы в местный парламент. Однако, несмотря на все переживания горожан, мэрия продолжала утверждать, что повышение не больше разрешенных процентов. Первым интервью дал заместитель мэра города Оренбурга Юрий Колыченков.



Юрий Колыченков : Рост платежей населения стал 21,7 процента для человека. Вся оценка роста, начисления идет по стандартным квартирам.



Елена Стрельникова : В ходе коммунальных реформ депутаты городского совета в свою очередь не забыли и о муниципальных льготниках. УИрины Борисовны Гражевичус пенсия 3 тысячи рублей. Она продолжает преподавать в Оренбургском государственном университете, а так же работать внештатным корреспондентом в информационном агентстве. Всего за месяц набегает где-то 5 тысяч. До первого января 2006 года Ирина Борисовна, как ветеран города, пользовалась льготой на 50-процентную оплату коммунальных услуг.



Ирина Гражевичус : Учитывая то, что у меня дочь-студентка, которой приходится помогать, то на питание остается довольно мало, не говоря уже на какие-то другие расходы. Если в декабре за квартиру мне принесли 870 рублей (в общем-то, заплатила), то за январь я должна заплатить 1400 рублей, то есть почти в два раза! Это, конечно, очень тяжело. Если льготы не вернут городским пенсионерам, я просто тогда не знаю, что делать. Находить еще одну работу? Представьте, вдруг я завтра заболею, и работать не смогу. Пенсия – 3 тысячи. Половину я отдам за квартиру. И что дальше? Я не вижу никакого выхода.



Елена Стрельникова : Объясняя решение депутатов Оренбургского городского совета отменить льготы, в интервью местной газете «Оренбургское время» председатель Совета Андрей Шевченко заявил следующее. Цитирую: «Бюджет города Оренбурга был сверстан с дефицитом в 300 миллионов рублей. Какой смысл обещать людям помощь, если реально денег на это нет?».



В эфире Омск, Ирина Светлова:



В январе 2005 года тарифы в сфере ЖКХ в Омске выросли в два раза – это было 90 процентов от экономически обоснованных затрат. За стандартную однокомнатную квартиру выкладывали 800, а за трехкомнатную – больше 1,5 тысяч рублей. Каково же было удивление, когда на городском совете объявили, что по предварительным подсчетам, сумма платежей у омичей с этого года вырастит в среднем еще в 1,5 раза.


С инициативой об организации гражданского контроля за тарифами в сфере ЖКХ выступил известный омский социолог Самсон Балановский.



Самсон Балановский : Они позволяют себе повышать без видимых на то причин плату в 15, 18, а водоканал аж в 3,8. Убедились, что тарифы явно завышены, что мы платим и за того парня, и за неплательщиков.



Ирина Светлова : Всем компаниям, занимающим монопольное или доминирующее положение в сфере ЖКХ, были направлены письма за подписью гражданина Балановского и представителей регионального отделения «Объединенного гражданского фронта». Ответов пока не дождались.


В мэрии расчет тарифов сомнений не вызывает. Говорит мэр Омска Виктор Шрейдер.



Виктор Шрейдер : Мы обязаны выполнить те действующие нормативно-правовые акты федерального уровня, которые на сегодняшний день имеются. У нас есть механизм субсидий, который позволяет компенсировать затраты за счет федерального бюджета. Надо пользоваться этим.



Ирина Светлова : У его подчиненных недовольство людей по поводу резкого роста платы за жилье вызывает недоумение. Говорит представитель пресс-службы мэрии Андрей Ткачук.



Андрей Ткачук : Очень просто. Никто никого насильно переходить на оплату 100 процентов не будем. Просто из бюджета областного, федерального не будут приходить деньги на компенсацию разницы, вот и все. А каждый регион может у себя как хочет. Если у вас есть в бюджете свободные деньги, чтобы прикрыть недостающие доходы, пожалуйста, вы можете не устанавливать 100 процентов. А вы же знаете, какие у нас долги, какое у нас наследство, правильно? А потом вы же пойдете говорить о том, что здесь дом не починили, а здесь труба протекает, а здесь потолок обваливается.



Ирина Светлова : Но даже специалист Департамента городского хозяйства Ирина Серебрянникова признается, что точных цифр пока никто сказать не может.



Ирина Серебрянникова : Сегодня в бюджете не заложена никакая компенсация по жилищным тарифам. Рассчитывается, что население платит 100 процентов. Я пока не могу говорить цифры.



Ирина Светлова : Тем не менее, час полной расплаты населения приближается. А гарантий, что через год не будет нового роста цен, никто людям не дает. Уверенности чиновников, что народ беспрекословно выгребет из кармана последние деньги, социолог Самсон Балановский, не разделяет.



Самсон Балановский : Власть понимает только язык улиц, а так бы обули всех! Нечто подобное повторится, как только люди получат январские платежки.



В эфире Махачкала, Магомед Мусаев:



Даже месяц январь с его праздничными датами и довольно необычными для столицы Дагестана снегопадами не внёс сколько-нибудь заметной передышки в ставшей уже перманентной борьбу с так называемым исламским терроризмом. В первых днях января крупномасштабная операция в селе Гимры Унцукульского района, а в самом конце месяца - «зачистки» в городах Хасавюрт и Дербент. Есть жертвы.


В Дагестане, несмотря на все бодрые и, казалось бы, обнадёживающие рапорты представителей силовых структур мало кто верит, что эту болезнь удастся успешно вылечить в сколько-нибудь обозримом будущем. Судя по результатам проведённого Институтом социологических исследований опроса, более половины дагестанцев видят в террористической активности лишь борьбу за передел собственности между мафиозными кланами. Вместе с тем, средства массовой информации как внутри республики, так и за её пределами настойчиво подчёркивают именно социальный характер этого явления.


О том насколько соответствует это действительности говорит бывший председатель аварской секции Союза писателей Дагестана поэт Адало Алиев, обвинённый в своё время в террористической деятельности, а после пяти лет эмиграции и добровольной сдачи властям, приговорённый к восьми годам лишения свободы (условно).



Адало Алиев : Социально-экономический фактор, это как бы мощный нездоровый фон, который ощущается всеми в Дагестане. А молодёжь это чувствует, естественно, более обостренно, чем другие. Но проблема уходит глубже.



Магомед Мусаев : По мнению Адало Алиева



Адало Алиев : Это безграмотность властей, скорее всего. В то же время сваливать всё, все причины на социально-экономический вопрос - нельзя. Есть другие факторы.



Магомед Мусаев : Как считает Адало Алиев



Адало Алиев : Отчасти жертвой той «охоты на ведьм» чуть ли не стал и я сам. Дело в том, что я, конечно, постоянно бывал в оппозиции к существующим властям. Я считал, что это полезно для них указывать на их недостатки. Но меня восприняли как врага. Но, тем не менее, в конце концов, власти по отношению лично ко мне проявили разум.



Магомед Мусаев : По мнению главного редактора, выходящей в республике газеты «Новый день» Мурада Исалабдулаева «фабрикой терроризма являются сразу три фактора, важнейшими из которых на его взгляд представляются: борьба за власть суфийских кланов, обеспокоенных потерей своего влияния над умами верующих и общий правовой беспредел, царящий в республике.



Мурад Исалабдулаев : Я считаю очень малыми такие факторы социальные, потому что, это всё-таки вопрос убеждения. Там большую роль деньги или власть не означают. Здесь основные три фактора, можно сказать «фабрики экстремизма». Это первое, по идеологической части их различают, то, что они не следуют какому-то течению, которое контролируется определёнными кланами - суфийскими, другими. Второе - беспредел разных силовых структур. Третье - это чиновничий беспредел.



Магомед Мусаев: По мнению Мурада Исалабдулаева



Мурад Исалабдулаев: А справедливость найти в судебных и других органах, это бессмысленно.



Магомед Мусаев : Преподаватель Кавказского светского института Исалабдулаев Магомед вообще не усматривает никакой связи между популярностью идей религиозно окрашенного экстремизма в определённых кругах дагестанской молодёжи и социальными причинами.



Магомед Исалабдулаев : Я считаю, что социальный фактор не имеет влияния на формирование взглядов у дагестанцев. Более того, мне известны многие случаи, когда молодые люди из вполне благополучных семей оставили свои семьи, бросили лучшие вузы в республике и поехали воевать в Чечню и даже до сих пор там воюют. Так что, категорий обездоленных или малоимущих практически нет.



Магомед Мусаев : Педагог и психолог Магомедова Асият, работающая в сельской школе, смотрит на рост числа сторонников ваххабизма среди дагестанской молодёжи в несколько ином свете, затрагивая скорее область подсознательного, чем, казалось бы, то что лежит на поверхности.



Асият Магомедова : Многие мусульмане бывали в Саудовской Аравии, Эмиратах, Кувейте. Подавляющее большинство из них не понаслышке знают, как там люди живут. И все, конечно, понимают, что их образу жизни можно позавидовать. Живут богато, везде порядок. Естественно, они думают, что это связано с так называемым «чистым исламом». И что представляет собой Дагестан с этими странами любому, конечно, понятно.



В эфире Иваново, Елена Смагина:



Оказаться никому не нужным – это, пожалуй, одно из самых тяжелых испытаний для человека. В 1984-1985 годах по межправительственному соглашению между Афганистаном и Советским Союзом на территорию советской России было вывезено почти 2 тысячи афганских сирот. Родители этих детей погибли в ходе афганской войны, участие в которой принимал и Советский Союз. Тогда советское правительство взяло на себя ответственность за последствия событий в Афганистане. Но времена изменились. Рассказывает вывезенный из Афганистана в 1985 году в числе афганских детей-сирот Каэстони Абдул Фатах Рашид.



Каэстони Абдул Фатах Рашид : Я приехал в 9-летнем возрасте в школу-интернат города Волгограда по межправительственному соглашению между республикой Афганистан и бывшим СССР. 5 лет в школе-интернате проучился, потом поступил в техникум. Потом приехал в Иваново. Я женился. Хотел сделать документы на гражданство, до этого была регистрация в ОВИРе. Потом нас всех иностранцев перевели в миграционную службу. В миграционной службе мне отказали в выдаче документов.



Елена Смагина: Миграционная служба потребовала у Фатаха справку из Афганистана об отсутствии судимости.



Каэстони Абдул Фатах Рашид : Я уехал в 9-летнем возрасте. Нереально мне было выправить эту справку. Правительство в Афганистане сменилось, пришли моджахеды, потом правительство сменилось на талибов. При каждой смене правительства архив сгорал. Никаких документов, видимо, не осталось. Все документы я получил здесь, в России. Так как справки не было, попросили выдворить из Российской Федерации в течение месячного срока официальным письмом миграционной службы. Я подал на статус беженца. Они попросили выдвориться. Я обратился к адвокату «Мемориала» Мартыновой Светлане. Она стала заниматься нашими делами.



Елена Смагина: Рассказывает юрист сети «Миграция и право» по фонду Управления Верховного Комиссара по делам беженцев ООН, межрегионального защитного центра «Мемориал» Светлана Мартынова.



Светлана Мартынова : Для того чтобы получить гражданство, сначала иностранному гражданину необходимо получить разрешение на временное проживание. Для того чтобы приобрести это разрешение на временное проживание, необходима справка об отсутствии судимости, выданная полномочным органом государства. Вся проблема заключается в том, что у этих граждан, которые получили убежище в свое время на территории Российской Федерации, невозможно получение вот этой справки об отсутствии судимости. Посольство не выдает эту справку. А если посольство это справку предоставляет, то МИД отказывается легализовывать данные справки.



Елена Смагина: Если вспомнить, что Фатаху было всего 9 лет, когда он прибыл на территорию Советского Союза, то достаточно одного здравого смысла, чтобы понять, что никакой судимости на территории Афганистана этот человек иметь не мог. Но здравый смысл – это не доказательство. Светлане Мартыновой пришлось убедить суд в том, что миграционная служба неверно трактует Закон «О беженцах».



Светлана Мартынова : Основанием для отказа лицу в рассмотрении ходатайства по существу о предоставление временного убежища является положение, если лицо состоит в браке с гражданкой Российской Федерации. В соответствии с законодательством Российской Федерации имеется противоречие, то есть граждане имеют брак с российской гражданкой, но получить разрешение на постоянное или на временное проживание не могут по той причине, что необходима справка об отсутствии судимости. Таким образом, даже если они имеют брак, возможность получить разрешение на постоянное проживание на территории Российской Федерации у них отсутствует.



Елена Смагина: Впоследствии решение, вынесенное в пользу Фатаха Каэстони, который получил в 2005 году возможность остаться в России на законных основаниях еще на один год, было использовано при рассмотрении других дел о выдворении из России афганских сирот. Говорит Фатах Каэстони.



Каэстони Абдул Фатах Рашид : Если бы не было этой организации «Мемориал» и адвоката этой организации Мартыновой Светланы, то у меня бы ничего не вышло. Потому что другие адвокаты просто бы деньги взяли, заявление подали, а дальше все – пришли бы к тупику. Так как опыта нет, не знают откуда эти данные брать. Во всем помогла эта организация. Дальше опять буду обращаться в эту организацию, потому что больше не к кому обратиться, никто не сможет помочь. Статус продлен еще на год. А что дальше будет? Тоже неизвестно.



Елена Смагина: Сам Фатах называет себя обрусевшим. Россия стала для него родиной. Здесь семья, друзья, работа. Фатах, как и другие привезенные из Афганистан сироты, прожившие в России более 20 лет, не теряет надежды на то, что Россия когда-нибудь смилуется над своими приемными детьми, и позволит им занять место среди своих граждан. Но пока Фатах рассчитывает только на помощь неправительственных организаций.



В эфире Самара, Сергей Хазов:



С 1 февраля в Самаре на 15 процентов выросли цены на хлебобулочные изделия. В среднем буханка белого хлеба подорожала на два с половиной рубля, буханка ржаного – на два рубля, батон – на один рубль. Последний раз цены на хлеб в Самарской области повышались в октябре 2004 года. По словам руководителей хлебозаводов, с тех пор выросли тарифы на электро- и теплоэнергию, подорожали горюче-смазочные материалы, увеличились расценки на аренду торговых площадей, а цены на хлеб оставались на прежнем уровне. Повысить цены на хлеб оказались вынуждены как муниципальные, так и частные производители. Рассказывает директор частной хлебопекарни Алексей Сибирцев.



Алексей Сибирцев : Повышение цены на хлеб идет от энергоресурсов, энергоносителей. Сейчас за последние полторы недели бензин на 60 копеек подорожал, литр 92-го бензина. Отсюда все идет. В принципе, мука куплена и сделана давно, цена на нее не повышается. Повышается цена на доставку этого хлеба. Муку привозят на хлебозавод, производят ее, вывозят дальше. За это им приходится больше платить. Поэтому получилось, что цена на хлеб у нас повышается.



Сергей Хазов : Немалую часть затрат хлебозаводов составляют разнообразные налоги и сборы. По информации областного управления торговли, при стоимости батона в 11 рублей, наценка производителя достигает 5 рублей. Дополнительные наценки на хлеб устанавливают и в магазинах. Простые самарцы болезненно восприняли повышение цен на хлеб. С начала февраля в Самаре прошли два стихийных митинга, участники которых выступали против подорожания хлебобулочных изделий. Хлеб и молоко – главный рацион питания в семьях простых самарцев. Рассказывает Валентина Волкова.



Валентина Волкова : Очень подорожало. Ощутила я это. Я пенсионерка, получаю мало. Очень даже отразилось. Я плачу 2 тысячи за квартиру. Остается на питание 1 тысяча рублей. И что? На хлеб и молочко - и то не хватит. Хлеб – 11 рублей. Дорого. Неимоверная цена для пенсионера, я имею в виду, но и для молодых людей тоже. Мы с внучкой живем. Нам хватает на три дня. Почему наш хлеб должен дорожать? У нас большие поля. Мы можем собирать хороший урожай. Надо чтобы свои поля засеивали, чтобы людей приобщали к труду, чтобы был свой хлеб и дешевый.



Сергей Хазов: После того, как хлеб подорожал, пришлось перекраивать семейный бюджет. Самарец Михаил Антонов.



Михаил Антонов : Конечно, пока еще работаешь, стараешься сэкономить, чтобы на пенсию уйти, что-то приобрести себе. А здесь куда наэкономишь, когда на хлеб подорожание. По 10,50 кирпичики покупаем. Мы вдвоем, нам не много надо. В неделю булки три, наверное, покупаем. А это просто обдираловка натуральная. Когда будет государство регулировать? А так бесполезно. На энергоносители поднимают цены, соответственно, поднимают цены на все продукты. А это самое необходимое – хлеб, молоко. Пока работаем еще. Мы получаем с ней вместе где-то около 8 тысяч. Концы с концами сводим и все. А та, чтобы что-то такое приобрести, хотим, но только собираемся, но ничего у нас не получается.



Сергей Хазов : Повышение цен на хлебобулочные изделия заставило простых самарцев возродить традицию производства домашнего хлеба, рассказал Михаил Антонов.



Михаил Антонов : Этим делом у меня заведует супруга.



Жена Михаила Антонова : Во-первых, внешний вид, реальная стоимость. Свое как-то ближе.



Сергей Хазов : В самарских газетах сейчас публикуются рецепты теста для домашней выпечки. Во многих семьях уже научились выпекать домашний хлеб, который не только дешевле, но и вкуснее хлеба, купленного в магазине.



В эфире Ижевск, Надежда Гладыш:



На исходе января жители панельных «хрущевок» одного из районов Ижевска получили под роспись извещение районной администрации, что муниципалитет инициирует в их домах заочное голосование по выбору способа управления домом.


О том, в каком состоянии находятся эти дома, говорит старшая по одному из буммашевских домов Раиса Уразаева.



Раиса Уразаева : Наш дом построен очень давно, один из самых первых домов, которые были открыты в представительстве Бумммаша. Техническое состояние дома находится в ужасном состоянии. Капитального ремонта не было вообще. Текущий ремонт проводится очень редко – примерно около 10 лет. Но чаще всего, конечно, у нас крыша и подвальное помещение. Трубы очень старые. Во многих квартирах часто бывают аварии.



Надежда Гладыш : Много вопросов вызвало внимательное прочтение самого бланка для голосования. В нем муниципалитет предлагает собственникам выбрать не из трех способов, как трактует Жилищный кодекс, а только управляющую компанию, причем конкретную – муниципальное предприятие Горжилуправление. Голосовать можно только за или против нее одной.


Я спросила замначальника Комитета муниципального жилья Надежду Созонову, правильно ли поставлен первый вопрос? Вот что она ответила.



Надежда Созонова : Если вы знаете другую компанию, то можете другую компанию выдвинуть, наряду с ГЖУ. Непосредственное управление? Ради бога. Для непосредственного управления вам надо ТСЖ организовать. Пожалуйста. Мы будем голосовать. Муниципальное жилье, которое предоставляет муниципальные квартиры, мы выскажем свое мнение. А вы делайте так, как вы хотите.



Надежда Гладыш : Но лист для голосования таил в себе и другие «подводные камни». Так, внимательно изучив опубликованный текст Типового договора с ГЖУ, жильцы поняли, что главное его содержание скрыто в приложениях, а их коммунальщики держат в секрете. Это технический паспорт дома, акт технического состояния здания, перечни работ и услуг по текущему и капитальному ремонтам, коммунальных услуг.


С большим трудом получив кое-какие данные, жильцы с удивлением узнали, что технический износ сорокалетней «хрущевки» составляет всего 22 процента. А ведь эта величина будет влиять на объем работ в будущем капремонте, стоимость которого жильцам теперь придется оплачивать из своего кармана. Зам начальника районного отделения управляющей компании Сергей Терентьев, однако, не считает, что эта цифра вообще нужна жителям.



Сергей Терентьев : Процент износа – это показатель, который влияет на балансовую стоимость объекта, но не является показателем о его техническом состоянии. Это более для бухгалтеров и экономистов показатель.



Надежда Гладыш : В тексте Типового договора ничего не сказано и о том, во что обойдется жильцам услуга самой управляющей компании. Может, они будут управлять домом бесплатно? Нет и предложений по форме сбора средств на капремонт, хотя цифра 2 рубля 70 копеек с квадратного метра общей площади уже названа, но цифру эту должны установить сами собственники на своем общем собрании.


Опрошенные мною жители с недоумением говорят, что содержание бумаги им непонятно и что с нею делать, они не знают. Александра Михайловна – пенсионерка, она живет в двухкомнатной квартире на первом этаже. Я спросила ее, знакома ли она с содержанием бланка заочного голосования?



Александра Михайловна : Я посмотрела, но что-то не поняла там ничего.



Надежда Гладыш : А претензии к коммунальщикам у нее очень даже есть.



Александра Михайловна : На счет тепла мы говорили. Были батареи холодные, но сейчас, когда стало похолоднее, уже морозы до 20 с лишним, батареи стали погорячее, но не как должно быть.



Надежда Гладыш : В районном отделе управляющей компании на вопрос - что будет, если жильцы не принесут бланки по указанному адресу? - честно ответили – тогда муниципалитет сам выберет управляющую компанию. Сомневаться в том, что это будет Горжилуправление, не приходится.


Но жители 86-го дома с такой постановкой вопроса не согласны. Они готовят собственное собрание, собирают информацию о доме, консультируются в общественном Совете ижевских домовых комитетов, который координирует действия активистов против произвола коммунальщиков.



В эфире Обнинск, Алексей Собачкин:



Всего лишь шесть обнинских учителей получат президентскую премию в рамках национального проекта «Образование». Ее размер 100 тысяч рублей. Она достанется в Обнинске одному учителю на три школы. Это вызывает у педагогов разные чувства – от недоумения до негодования. Средняя учительская зарплата сейчас в Обнинске – около 6 тысяч рублей. Учителя считают, что премия, которую получат считанные единицы, не поднимет престижа профессии. Лучше бы всем педагогам ощутимо поднять зарплату – таково мнение большинства учителей. Говорит учитель истории высшей категории Марина Горбунова:



Марина Горбунова : В целом пациент скорее мертв, чем жив. И то, что правительство на это все-таки обращает внимание – это, пожалуй, все, за что хочется сказать спасибо. Мне кажется, что все, что касается поощрений выдающихся учителей, это все должно быть и все это хорошо, но после того как все учительское сообщество будет поднято на достойный нормальный уровень. По зарплате на сегодняшний день для того, чтобы нормально работать и готовиться к уроку, на мой взгляд, нужно 15-20 тысяч.



Алексей Собачкин: Учитель математики, кандидат педагогических наук Валерий Клепиков также считает, что не премии надо раздавать ограниченному числу учителей, а всем педагогам значительно поднять зарплату.



Валерий Клепиков : Я думаю, на современный момент учителю нужно платить не меньше 20 тысяч, чтобы он чувствовал себя достойным человеком в нашей стране. Большинство учителей сейчас работают на двух, на трех работах, подрабатывают. Конечно, это не дело. Работая с детьми, нужно выкладываться полностью. Мы работаем с утра и до вечера.



Алексей Собачкин : Валерий Клепиков подходит по всем критериям на участие в конкурсе на президентскую премию - он и кандидат наук, и автор учебных пособий, но он не собирается претендовать на 100 тысяч рублей.



Валерий Клепиков : Я бы, например, не хотел бы участвовать в конкурсе, чтобы получить эти 100 тысяч рублей. Такое незначительное количество педагогов, которое получит эту сумму, окружающие педагоги воспримут неоднозначно. Я думаю, что многие учителя достойны получить эти 100 тысяч.



Алексей Собачкин : Наталья Макаренко, учитель изобразительного искусства и географии, в прошлом году стала победителем областного конкурса профессионального мастерства. Но она тоже не собирается выдвигать свою кандидатуру на президентскую премию. Потому что душевное спокойствие дороже.



Наталья Макаренко : Для людей, которые получат эту премию, это, скорее всего, станет испытанием. Испытанием в плане отношения к себе, это повысит требование к себе, к своей работе. А во-вторых, выдержать то отношение, которое возникнет у его коллег. Потому что неоднозначно, когда твоего соседа, пусть хорошего, оценивают так высоко, а ты не попал в число этих счастливчиков.



Алексей Собачкин : Еще одно направление национального проекта «Образование» - поддержка лучших школ, им обещана премия - 1 миллион рублей. Но число таких учебных заведений сильно ограничено. В Обнинске миллионную премию получит всего 1 - 2 школы из 17.



В эфире Псков, Анна Липина:



Анна Липина: Во Пскове стартовал уникальный социальный проект. На базе типовой трехкомнатной квартиры в обычном жилом многоквартирном доме молодые люди инвалиды с тяжелыми нарушениями интеллектуального развития будут постигать основы самостоятельной жизни. Ребята будут учиться самостоятельно организовывать свой быт, досуг, общение, ведение своих финансовых дел, решать жизненные задачи, которые обычно решают взрослые люди. В этом им помогут социальные педагоги и психологи.


Сейчас в нашем обществе ребенок-инвалид с тяжелыми нарушениями интеллекта имеет возможность посещать специальные детские сады и школы. Однако когда он вырастает, многие родители физически не в состоянии обеспечить уход и сопровождение своему ребенку в условиях семьи. Получается, что альтернативы психоневрологическим домам-интернатам для взрослых инвалидов с тяжелыми нарушениями развития на сегодняшний день в нашем государстве не существует, утверждает руководитель проекта, директор Центра лечебной педагогики Андрей Царев. Поэтому цель проекта – разработать и апробировать модель подготовки к самостоятельной жизни таких молодых людей вне интерната.



Андрей Царев : Чтобы его не передавали в психоневрологические дома-интернаты для взрослых, а чтобы он оставался здесь же в городе для проживания. Сейчас мы начинаем проект по обучению детей самостоятельному проживанию.



Анна Липина : В реализации этого проекта помогает евангелическая церковная община Васенберг (Германия), при поддержке программы ТАСИС и международная благотворительная организация «Хэндикап интернешнл» (Франция).


4 студента Центра лечебной педагогики с понедельника по пятницу после окончания занятий приезжают в учебную квартиру. Студенты участвуют в мероприятиях бытового плана. Как говорит Андрей Царев



Андрей Царев : Мы надеемся, что в условиях этой квартиры будем готовить наших выпускников к тому, чтобы они могли самостоятельно в большей или меньшей степени жить в условиях общества сограждан. Это опять же очень полезно и для наших сограждан, и для самих ребят. Нужно создавать какую-то альтернативную систему, которая, мы надеемся, в перспективе может вытеснить эти условия, в которых живут дети в интернатах. Такие системы существуют в экономически развитых странах. Но у нас в России, к сожалению, пока что это уникально.



Анна Липина: Как отмечают педагоги, уже за две недели участники проекта научились практически постоянно обходиться без посторонней помощи. Они ставят себе будильник, готовят еду, убирают в квартире, научились экономить деньги и продукты. Курс рассчитан на 5 месяцев. Потом в квартиру приедет следующая группа студентов.


Стоит отметить, что обучающиеся самостоятельной жизни студенты-инвалиды – это выпускники Псковского лечебно-педагогического центра. Центру уже 12 лет. Существует он все эти годы, благодаря помощи немецких партнеров – евангелической церковной общины Васенберг, которая помогает материально, и немецкой школы для детей-инвалидов «Руртель», которая делится опытом. В Псковском центре 4 класса для детей, подростков и молодежи.



Андрей Царев: Учат настолько быть самостоятельными, насколько они смогут быть. Учат принимать себя таким, какой ты есть. Учат радоваться жизни. Учат обслуживать себя, ориентироваться в окружающем мире, общаться с другими людьми, выполнять какие-то доступные в будущем трудовые операции.



Анна Липина: Дети-инвалиды с тяжелыми нарушениями интеллекта всегда считались не обучаемыми. Синдром Дауна, аутизм, гидроцефалия, эпилепсия, детский церебральный паралич. Нужны ли обществу люди с такими диагнозами? Как говорит Андрей Царев



Андрей Царев: Официальная интеграция предполагает два встречных движения. С одной стороны, это адаптация, подготовка к жизни самих людей с инвалидностью, с другой стороны, принятие общества этих людей такими, какими они есть. Второе как раз гораздо сложнее, чем первое. Потому что, к сожалению, отношение социального окружения к людям с интеллектуальной недостаточностью в большей степени отрицательное, чем положительное. Вернее, отрицательное не к ним самим, а к тому, чтобы жить вместе с ними, чтобы они были участниками в той социально-трудовой деятельности, социально-культурной, социально-бытовой, в которой находится все остальное обществе. Мы допускаем, что они живут рядом с нами, но вместе с ними нам бы не очень хотелось жить. Вот такое отношение.



Анна Липина: Конечно, с обществом у нас далеко не все в порядке, утверждает Андрей Царев, но такие люди тоже являются его частью.


Материалы по теме

XS
SM
MD
LG