Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Городские власти намерены развивать в Петербурге институт приемной семьи


Программу ведет Татьяна Валович. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Татьяна Вольтская. Гость студии - основатель благотворительного фонда Святого Григория Ирина фон Шлиппе .



Татьяна Валович: Городские власти намерены развивать в Петербурге институт приемной семьи, занимающийся учетом детей, оставшихся без попечения родителей и помогающий потенциальным приемным родителям. В 2007 году планируется в два раза увеличить выплаты приемным семьям. Рассказывает корреспондент Радио Свобода Татьяна Вольтская.



Татьяна Вольтская: Количество детей, оставшихся без попечения родителей, в России постоянно растет. Только в 2003 году выявлено и учтено 132,5 тысячи таких детей - на 3,5 тысячи больше, чем в 2003. По данным исследования, проведенного летом 2005 года исследовательским холдингом ROMIR Monitoring , 72 процента россиян сегодня не согласились бы усыновить ребенка, оставшегося без попечения родителей.


В Петербурге каждый год без попечения родителей остаются 3 тысячи детей. Их учетом и будет заниматься институт приемной семьи, который предстоит создать. Он же поможет потенциальным приемным родителям собирать документы для оформления опеки. С 1 января 2006 года приемные родители, воспитывающие одного ребенка, получают ежемесячную доплату около 3 700 рублей, за принятие в семью второго и третьего ребенка плата увеличивается примерно на тысячу рублей, на содержание каждого из детей отпускается по 3 тысячи рублей, в следующем году эти выплаты планируется удвоить.


Петербургский общественный благотворительный фонд «Родительский мост» уже много лет занимается подготовкой родителей, которые могут принять в семью детей. И, конечно, немалую роль в его работе играет усвоение западного опыта. Один из учредителей фонда Александр Левин недавно вернулся из Голландии.



Александр Левин : У них, по-моему, с 1985 года вся социальная помощь семьям и детям приватизирована. Ее нет у государства. Конкретный случай передается уже в негосударственную организацию, которая принимает решение, каким образом этой семье помогать. Причем все это финансирует, естественно, государство. Они не бегают, не собирают средства. Они используют тот бюджет, который через бюро опеки на каждого ребенка отпускается.



Татьяна Вольтская : Вот из чего, по мнению Александра Левина, должна складываться и в России работа по устройству в семьи детей, оставшихся без попечения родителей. Конечно, повышение выплат на детей приемным семьям - это важный шаг, но, как показывают исследования, готовность принять ребенка на воспитание практически не зависит от материального положения. Гораздо важнее, по мнению сотрудников «Родительского моста», уйти от централизованного подхода к проблеме, наладить сотрудничество государства и негосударственных организаций, которые хотят и умеют готовить приемных родителей.



Татьяна Валович: Пока этот институт находится в стадии становления, забота о детях-сиротах, об их воспитании и подготовке ко взрослой жизни находится в ведении воспитателей детских домов и домов-интернатов. Вот о том, как справляются с этой функцией российские детские дома, каков международный опыт в помощи детям-сиротам, а также какую роль могут оказать благотворительные, общественные организации детям-сиротам мы поговорим с основателем благотворительного фонда Святого Григория Ириной фон Шлиппе.


Ирина Яновна, вы принадлежите к поколению русских эмигрантов, которые выросли за пределами России. Вы окончили филологический факультет в Сорбонне, имеете титул "фон". Ваша судьба, конечно, заслуживает отдельной передачи. Но, чтобы наши слушатели хоть немножко представляли, несколько слов об истории семьи. Каким образом вы оказались в эмиграции?



Ирина фон Шлиппе: Мои дедушки и бабушки пешком пришли в эмиграцию с Украины. Семья мужа ("фон" у меня по мужу, не свой) более сложными путями, но тоже эмигрировала сразу после революции. Так что, я фактически третье поколение в эмиграции. Родилась за границей.



Татьяна Валович: Когда вам удалось первый раз приехать в Россию?



Ирина фон Шлиппе: В марте 1990 года. Скоро будет 16 лет, когда впервые была в России.



Татьяна Валович: С чего началась ваша благотворительная деятельность? Почему вы обратились именно к ней?



Ирина фон Шлиппе: Вообще-то говоря, наверное, призвание в каком-то смысле. Потому что я всю жизнь помогала русским, так или иначе. Сначала переводом, потому что быстро усваиваю языки. С 8 лет фактически я переводила для русских в Германии, потом в Марокко, потом во Франции, потом в Англии. Всегда с переводом связаны разные инстанции, бюрократические проблемы. Сначала моя деятельность была полностью в этом направлении, но и в молодежном направлении. Потому что я была членом скаутской организации, а потом руководителем. Так что, началось все с этого.


Когда открылась возможность помогать России, то одно время мы сюда присылали книги по философии, по религии, по литературе, которые здесь мало выпускали. Это было при Брежневе. А потом можно было присылать лекарства запросом. Конечно, приходили запросы и через церковь, в которой мы состоим, через знакомых, через коллег, но потом приехала сюда. И здесь выяснила, что я многое могу, потому что связи есть, связи очень хорошие, прочные, очень разумные. Так что, удалось сразу начинать.



Татьяна Валович: У нас есть уже телефонный вопрос от слушателя. Слушаем вас.



Слушатель: Мы очень любим вашу радиостанцию. Хотелось бы попросить вас вот о чем. Нельзя ли пригласить специалиста по Жилищному кодексу?



Татьяна Валович: Спасибо, мы обязательно учтем ваше пожелание. Но сегодня мы будем говорить о детях-сиротах. Хотя, кстати, в новом Жилищном кодексе, который вступил в действие в прошлом году в России, достаточно ущемляет права детей, особенно детей, выпускников детских домов в получении жилья.


Ирина Яновна, а почему вы решили основать фонд? Какие предпосылки были? Что фонд Святого Григория за эти годы уже сделал в России? Потому что я знаю, что он существует и в Англии, и в России. Это отдельные филиалы, или просто как единый фонд с отдельными филиалами?



Ирина фон Шлиппе: Это не филиалы - это две сестры: есть русский фонд, есть английский фонд. Английский первым стал работать. Английский зарегистрирован в 1991 году, а русский - в 1992 году.


Главная цель - помогать русским справляться со своими проблемами самостоятельно.



Татьяна Валович: То есть дать им удочку для того, чтобы они поймали рыбу и съели ее?



Ирина фон Шлиппе: Скорее, научить плести сети для того, чтобы улов был побольше.



Татьяна Валович: Удается? Как вы оцениваете за эти годы? Чем вы можете гордиться, какие-то программы, которые вы видите, которые реально стали работать в России?



Ирина фон Шлиппе: Есть программы, которые стали реально работать, но главное - есть люди, которые реально работают уже без нашей помощи. Это самое главное, по-моему, что удалось. Два момента могу назвать за эти 16 лет. Кроме того, что мы привезли сюда 53 контейнера гуманитарной помощи, с этого все началось. Это был стимул для русских организоваться. Потому что, когда на вас сыпется 53 контейнера помощи, вы представляете сколько это вещей, которые надо где-то хранить, как-то распределять, отчитываться разумно?! Очень большая организационная задача.



Татьяна Валович: В начале 90-х, когда, действительно, на Россию посыпалась гуманитарная помощь, приходилось ли вам сталкиваться с какими-то махинациями, с какими-то негативными моментами в этой деятельности?



Ирина фон Шлиппе: Мне лично, то есть нашему фонду - никогда. Это было огромным нашим счастьем, потому что мы начали с хороших людей. Так что, как раз наша первая регистрационная помощь была школа-интернат номер 24 для детей-сирот, лишенных опеки родителей. Директор этой школы-интерната Владимир Александрович Дубровский он сам на меня вышел и попросил: "Помоги детям одеться, помогите детям работать, а за это мы вам дадим складское помещение и полную гарантию, что ничего не будет украдено". Так мы начали. Это было изумительно. Потому что мы могли детей одеть. Мы присылали также швейные машинки б/у, но работающие. Материалы, нитки, фурнитуру, всего, чего в стране не было. Они шили, продавали и этим зарабатывали, чему-то научились. Мы с этого начали.



Татьяна Валович: У нас есть вопрос от слушателя. Пожалуйста, вы в эфире.



Слушатель: Я звоню из города Волжского Волгоградской области. Вчера у нас по телевизору показывали деток в детском доме и предлагали, может быть, кто-то возьмет. Но дело в том, что мне 65 лет. Я одинокая, более или менее состоятельная женщина. Есть дети, но они за границей. Им моя квартира не нужна. Там есть такие девочки 15-16 лет. Конечно, я понимаю, что мне их не дадут. А могла бы я взять пока шефство над какой-то девочкой, чтобы она приходила ко мне. Мне не надо, чтобы она мне стирала, я вполне самостоятельная женщина, а просто помочь ей? Если бы она поступила учиться, я бы ей помогала, а потом бы просто завещала ей свою квартирку.



Татьяна Валович: Прежде всего, вам нужно обратиться в свои городские органы опеки и попечительства. Потому что, я думаю, что сейчас по России начинают действовать вот такие институты приемной семьи. Я могу говорить только за Петербург, где такие программы в нескольких сиротских приютах практикуются. К сожалению, за город Волжск ничего не можем сказать.


Мы как раз слушали о том, как должна развиваться эта программа приемной семьи. Ирина Яновна, вы знаете какие-то удачные примеры в Петербурге?



Ирина фон Шлиппе: Да, я знаю. Но на вопрос слушательницы я бы сказала, что мы такой деятельностью, которую предлагает она, начали заниматься в 1990 году. Как раз в 24-м интернате были дети, которые ходили к пожилым людям, с ними общались. Я знаю, что двое получили в наследство комнату. Но главное - как старикам-то было хорошо! Правда, это тогда через "Мемориал" делалось. Есть такая возможность. Очень и очень хороший человек нам позвонил. Желаю ей удачи и детям, которым она поможет.


В Петербурге я знаю отлично действует "Дом милосердия" - это приют для детей с приводом милиции. Насколько я знаю, это первая такая организация, в которой работает и церковь, и государство вместе. У них отличный опыт.



Татьяна Валович: Они устраивают детей в семьи?



Ирина фон Шлиппе: Да, почти 100-процентно.



Татьяна Валович: К нам дозвонился слушатель. Пожалуйста, ваш вопрос.



Слушатель: Очень приятно слышать единомышленников в вопросе помощи детям. Что вы можете сказать о ситуации отказных детей-инвалидов? Или находятся в так называемых изоляторах. Уже Лукин по нашим сигналам, видимо, потому что я пять лет об этом пишу и говорю, в передаче "Программа максимум" показали его, с трудом его помощники проходили, под видом карантина к ним не пускают. А это гниющие заживо дети. Сейчас уже мне в 21-м доме ребенка сказали, что из прокуратуры звонили, говорили, что вдруг террористы пытаются таким образом проникнуть. То есть их закрывают по любому.


Вот у нас Никита Сергеевич Михалков на три месяца обеспечил 10-й дом ребенка, средства выделил. Обращаемся ко всем. Но как же мы проверим, куда все это дошло? Потому что они могут памперсы продать, они могут лекарства продать. Мы готовы обращаться в суд, потому что это жестокое обращение с детьми.


Буквально вчера отправила письмо, Лукин получил. Пожалуйста, давайте сотрудничать в этом плане, Москва, Питер.



Татьяна Валович: Спасибо за вопрос. Целый комплекс вопросов поднят в этом обращении нашей слушательницы. Приходилось ли вам сталкиваться с такими проблемами? Работаете ли вы с домами, где содержатся отказники, дети-инвалиды?



Ирина фон Шлиппе: Скажем на первый вопрос - да, на второй - нет. Мы как бы работаем с людьми, которые работают, скажем так.



Татьяна Валович: Уже проверенными, добросовестными.



Ирина фон Шлиппе: Да, потому что мы сами как бы не работаем, мы помогаем людям работать.



Татьяна Валович: Вы имеете возможность проверить, фонд, наверное, выделяет какие-то средства, куда они пошли?



Ирина фон Шлиппе: Это другой вопрос. Самый главный ответ на такую ситуацию - это чтобы люди шли работать в эти дома ребенка, просто шли туда работать. Волонтеры ходили еще в советские времена, когда это чрезвычайно не поощрялось, как вы знаете.



Татьяна Валович: Это зависит, к сожалению (к нам такие сигналы поступают), от желания руководителей того или иного заведения, чтобы к ним приходили волонтеры.



Ирина фон Шлиппе: Можно ходить не волонтерами, можно ходить специалистами. Можно идти нянечкой, медсестрой. То есть надо работать в этих местах и знать ситуацию изнутри. А если знать ее снаружи и особенно, если знать ее с очень эмоциональной точки зрения, что болит душа за детей, по моему опыту, сколько бы душа ни болела, все равно надо работать систематически, войти в эту систему и с ней работать, изнутри ее менять, что и делается, кстати, в Доме милосердия.



Татьяна Валович: Сейчас какие программы осуществляет в Петербурге Фонд Святого Григория?



Ирина фон Шлиппе: Главное сейчас, что мы только что представили миру, это программа "Школа жизни", это учебник для детей-сирот, которые содержатся в сиротском учреждении. Как вы знаете, сирот настоящих там почти нет, 5-6 процентов, а в основном социальные сироты, то есть те же самые отказные дети и дети, родители которых лишены родительских прав. Эти дети плохо подготовлены к самостоятельной жизни.



Татьяна Валович: То есть они не имеют элементарные какие-то навыки.



Ирина фон Шлиппе: Да, элементарных навыков семейных у них нет, в частности нет, конечно, навыков отношений семейных. Нормальный ребенок видит, как родители решают проблемы бытовые - и с едой, и с уборкой, и с покупками необходимых вещей. Ребенок в детдоме этого автоматически лишен, он полностью обеспечен всем, худо-бедно, но обеспечен.



Татьяна Валович: То есть они даже не знают откуда берется булка, им приносят булку уже на тарелке.



Ирина фон Шлиппе: Да, конечно.



Татьяна Валович: Скажите, пожалуйста, этот учебник - это что, западный опыт или это писали уже адаптированные как-то к российским условиям русские специалисты?



Ирина фон Шлиппе: Это исключительно писали русские специалисты. Хотя деньги Европейского союза, но писали, составляли, апробировали этот учебник только русские. Это коррекционная школа для детей с умственными нарушениями восьмого типа в поселке Северск Ленинградской области, там совершенно изумительный коллектив. Они пользуются официальным государственным учебником для своих детей. У них совершенно потрясающая подготовка этих детей. Это школа-интернат, единственная, к сожалению, в области. Их выпускники полностью трудоустроены, кроме тех, у кого такая инвалидность, что просто не могут работать, 97 процентов трудоустроено. Через пять лет после окончания школы трудоустроенные дети хорошо зарабатывают, семьи у них, ведут свое хозяйство. И когда я с ними познакомилась, меня страшно заинтересовал этот опыт, потому что я знаю по работе с сиротскими учреждениями Петербурга, насколько трудно выпускнику, как ему трудно адаптироваться.


Директор Валентина Владимировна Юнина согласилась возглавить это, и мы несколько лет вместе работали. Что значит, вместе работали? Они писали, а я умоляла продолжать, скажем так.



Татьяна Валович: Находили спонсоров для продолжения работы.



Ирина фон Шлиппе: Да, был фонд Святого Григория и Европейский союз, достаточное серьезные спонсоры.



Татьяна Валович: Этот учебник написан как энциклопедия, как справочник или как беседы с ребенком? Ведь не всегда ребенок может воспринять то, что ему говорит старший, а тем более какая-то книга. Тем более, сейчас детей не учат-то особенно читать.



Ирина фон Шлиппе: Главный в Северском подход - учат через дело, учат через руки, а не через голову. Это пятитомник, то, что мы выпустили, там, брошюрка для завуча и директора, в которой полностью все 13 тем учебника освещены, там и расчесовка, и требование к месту преподавания, перечень оборудования. Потом большая книга - методичка для учителя, немножко теории, но в основном это упражнения на самые разнообразные уровни и на самые разнообразные сложности. Ролевые игры, загадки, какие-то песенки.



Татьяна Валович: То есть в результате чего ребенок и получает этот опыт, которого он лишен в результате того, что у него нет семьи.



Ирина фон Шлиппе: Да. Это практическое руководство. Две тетради, в которых дети делают упражнения, окончательные упражнения, те, которые они потом уносят в жизнь с собой, это как бы справочник и как готовить где, где что покупать, как делать текущий ремонт жилья, скажем, косметический, как получить жилье, как сохранить жилье, как трудоустроиться. Очень много внимания мы уделяем трудоустройству: как одеваться, как звонить, как себя вести. Вот ролевым играм поступления на работу у нас очень большое внимание.



Татьяна Валович: Ирина Яновна, где вы сейчас больше живете, в Англии или в России?



Ирина фон Шлиппе: Почти наполовину, но все-таки больше в Англии, там дети, внуки.



Татьяна Валович: В Англии как сейчас решается вопрос? Потому что сиротство не только проблема России, такие дети есть по всему миру. Есть ли там детские дома? Наверное, замечательный литературный образ приюта, где содержался Оливер Твист, тоже наводит ужас на всех, кто читает его сейчас, если кто-то это читает сейчас в России. Есть ли такие дома в Англии?



Ирина фон Шлиппе: Нет, давно уже нет. Кстати, Диккенс тоже немножко преувеличивал, приукрашал в черные краски действительность.


Я закончу о курсе, который мы издали. Кроме рабочих тетрадей для ученика у нас есть зачетка для ученика, где перечислены все темы очень подробно, все, что ему должны были преподать в его курсе. Кстати, этот курс теперь обязателен для всех сиротских учреждений Петербурга.



Татьяна Валович: Он как государственная программа введен?



Ирина фон Шлиппе: Да. Так получилось, что когда возникло вдруг решение центральное, что надо помогать сиротам, у нас был готов курс. Так что курс российский, очень вовремя. Курс апробирован всеми.



Татьяна Валович: Как сами ребята? Вы разговаривали с теми, кто занимается по этим учебникам, тетрадям? Я смотрю, тут есть даже такие интимные моменты, которые, возможно, если эта тетрадь или учебник попадет в руки кого-то другого, а тут личный дневник ученика, тут надо написать, видимо, фамилию, имя, может быть это было не совсем бы корректно.



Ирина фон Шлиппе: Какие интимные детали?



Татьяна Валович: Например, пользоваться тампонами и прокладками - это для девушек. Они должны отметить умеют они это делать или делали самостоятельно. Если это попадет кому-то другому, не будут ли над ней смеяться ее же старшие товарищи или мальчики?



Ирина фон Шлиппе: Не встречала, а если она не умеет ими пользоваться, так, я думаю, больше будут смеяться, если честно говорить. Кроме этого вопроса, я интимных вопросов не помню и не видела.



Татьяна Валович: Обсуждаются ли в этой "Школе жизни" отношения между полами?



Ирина фон Шлиппе: Конечно. Это часть любой программы - подготовка человека к самостоятельной жизни. Если в семье не поднимается этот вопрос, это большой прокол в семье. Конечно, нужно обсуждать.



Татьяна Валович: А с ребятами вы разговаривали, которые, скажем, уже заполнили такие дневники. Нравится им это? Удобно ли им с этим работать, комфортно ли? Получают ли они какие-то новые знания? Как они потом это применяют?



Ирина фон Шлиппе: Это в ноябре только введено. Но насколько я знаю, ребята, которые поступают из семьи в сиротское учреждение, заполняя этот дневник, видят, что они больше половины того, чему их должны обучить, уже освоили. Просто потому, что видели, как родители это делают. Вообще, дети держат эти дневники при себе. Но собираются их показывать младшим, когда вырастут.



Татьяна Валович: То есть они уже задумываются о будущей своей жизни и о том, как себя вести.



Ирина фон Шлиппе: Да, причем это редкая вещь, чтобы ребенок в детдоме планировал, что у него будут дети.



Татьяна Валович: У нас звонок. Слушаем вас, вы в эфире.



Слушатель: Как с вами связаться тем петербуржцам, которые хотят помочь вашему фонду?



Татьяна Валович: Можно обратиться к нам на Радио Свобода. Мы свяжем вас с ней.



Ирина фон Шлиппе: Дело в том, что мы работаем исключительно на волонтерских началах. У нас нет ни офиса, ни техники. Только то, что мы сами делаем. Поэтому с телефонными звонками у нас достаточно туго.



Татьяна Валович: У нас есть вопрос от слушателя. Пожалуйста, вы в эфире.



Слушатель: Здравствуйте, уважаемые сограждане. Во все времена существования государств проводилась политика их собственных интересов, независимо от строя. Подтверждение этому - существование разведки, шпионажа. Не только благотворительные структуры, но и через официальные структуры - посольства, консульства и так далее. Фонды - это удачная структура для проведения интересов политики иностранных государств.



Татьяна Валович: Спасибо большое. Обвинения достаточно частые и от государства Российского общественным организациям, которые работают на зарубежные гранты, на зарубежные корни. Вы сейчас не сталкиваетесь с тем, что Госдума ужесточает законы по деятельности зарубежных фондов в России? Нужно ли вам будет переоформлять какие-то свои документы или нет?



Ирина фон Шлиппе: Сталкиваемся мы с ограничениями нашей деятельности. Конечно, мы больше не можем присылать гуманитарную помощь. А вот насчет того, что иностранные государства занимаются своими какими-то интересами. Тут два вопроса, дама сказала, во-первых, какие-то разведывательные моменты, а, во-вторых, какие-то моменты служения собственным интересам. Насчет разведки не знаю, не занималась никогда. Так что не знаю, как через фонды разведкой заниматься и не собираюсь этим заниматься.


А насчет собственных интересов государства, тут я вам могу сказать очень четко. Конечно, англичане помогают русским отчасти в защиту своих интересов. Потому что благосостояние в России и спокойная жизнь граждан России очень важна и для Англии, и для всего мира. Страна, в которой такое количество ядерного оружия, а люди в армии несчастны, загнаны, судя по тому, что пишется в вашей же местной печати, это достаточно нестабильная страна, достаточно большая угроза для безопасности кого угодно. Так что, чем больше здесь счастливых людей, тем, конечно, лучше той же Англии. Хотя те англичане и русские, проживающие в Англии, которые нам помогают, исходят в основном из чисто человеческих отношений, человеческой доброты и сочувствия, они сюда приезжают и на месте видят людей, которым они помогают. Я не исключаю, что государство, действительно, имеет в виду, что надо от этой страны охраняться с созданием здесь благополучия.




XS
SM
MD
LG