Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Минэкономразвития приравняло кино к табуретке


Программу ведет Михаил Фролов. Принимает участие корреспондент Радио Свобода в Москве Мумин Шакиров.



Михаил Фролов: Государство пытается взять под идеологический контроль российский кинематограф. Такова точка зрения известного мультипликатора Гарри Бардина. По его мнению, излишнюю активность в этом вопросе проявляют силовые структуры.



Мумин Шакиров: Не секрет, что российское кинопроизводство на подъеме. В год снимается около 80 полнометражных игровых картин и сотни документальных, научных и анимационных фильмов. Государство поддерживает кинематографистов. По разным оценкам, Министерство культуры и массовых коммуникаций в 2006 году намерено выделить на кино чуть больше 2 миллиардов рублей.


Чтобы получить грант от Федерального агентства по культуре и кинематографии, продюсеры и режиссеры должны участвовать в конкурсе. Решение, кому дать деньги на постановку фильма, а кому отказать, принимает Экспертное жюри, состоящее из творцов и чиновников.


Известный российский мультипликатор Гарри Бардин прошел через это творческое сито и получил добро от комиссии на постановку очередного своего проекта «Гадкий утенок» по сказке Андерсена. Согласно правилам, Агентство по кинематографии должно было начать финансирование фильма в начале этого года. Но, неожиданно для себя, Гарри Бардин вместо денег получил от чиновников следующее письмо...



Гарри Бардин: "Уважаемый Гарри Яковлевич (это я)! Сообщаем вам, что в связи с вступлением в силу с 01.01.2006 года Федерального закона №94 (теперь попрошу быть очень внимательным!) "О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд" объявление о конкурсах на размещение заказов на поставки товаров и выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд в части производства национальных анимационных фильмов на 2006 год будет размещено в газете "Торги" в первом квартале 2006 года". Это значит, что с 1 января 2006 года кино приравнено к табуретке, к мебели, это нужды государства. Оно заказывает нам, мы выполняем на ту, интересующую государство тему, которая его интересует на данный момент. То есть мы обслуживаем федеральные и муниципальные нужды.



Мумин Шакиров: Надо признать, что недавнего времени, о цензуре и так называемом госзаказе в кино не могло быть и речи. Но, получив это письмо, Гарри Бардин пришел выводу, что чиновники меняют правила игры.



Гарри Бардин: Госзаказ, но госзаказ мог бы быть как бы в рамках Министерства культуры, да? Это не Министерство культуры, это уже относится к министерству Грефа, к Министерству экономики, и решение не Министерства культуры, а решение выше, которое идет свыше. И принят закон. Принят закон странным образом - 31 декабря, а первого, проснувшись, мы понимаем, что мы являемся нуждой государственной - муниципальной и федеральной. Получается, что у нас государство будет теперь фильмы мерить на метры пленки, живопись - на килограммы холстов, музыку - на децибелы. Это приобретает совершенно другой... К культуре мы уже никакого отношения по этому закону не имеем.



Мумин Шакиров: Теперь, пройдя через Экспертное жюри, Гарри Бардину придется участвовать еще в одном конкурсе.



Гарри Бардин: Будет дополнительный конкурс, по которому государство решит: а соответствует ли мой фильм "Гадкий утенок" нуждам или не соответствует? То есть, с одной стороны, экономическая база, а с другой стороны, уже становится идеологической, потому что вот сегодня наступает тот момент, который меня лично, как человека, как гражданина, скажем высоким штилем, тревожит. Во-первых, вмешательство силовых структур в формирование нашего кинопроизводства.



Мумин Шакиров: На чем вы основываетесь?



Гарри Бардин: Если вы прочитаете "Новые известия", Виктор Матизен пишет о том, что они вторгаются и корректируют, влезают в сценарную ткань и говорят, что делать, а что не делать, что может опорочить власть, я не знаю, армию, историю. То есть неужели так быстро вернулись эти времена - 15-20 лет для истории ничто, и мы вступаем в ту же монополию мысли, монополию поступка, монополию партии? Когда гордимся численностью рядов "Единой России", мы забываем, что это у нас уже было.



Мумин Шакиров: Явные признаки появление цензуры в кино, Гарри Бардин усмотрел во время проведения кинофестиваля «Фрески севера», где он выступил в качестве председателя жюри.



Гарри Бардин: Фильм "Полумгла" Артема Антонова, который я видел, он меня поразил, этот парень, своим дебютом, и мы с моими коллегами решили абсолютно единогласно... отдали пальму первенства этому фильму, фильму неоднозначному, повествующему о сложных человеческих взаимоотношениях во время войны. Приз зрительских симпатий получил фильм, так что мы были единогласны и с публикой тоже. И кто же был против? Министерство обороны. "Он опорочил, потому что так быть в 1945 году не могло". Как будто он делал документальный фильм, а не художественный. И они вступили в борьбу с этим фильмом.



Мумин Шакиров: И что теперь от вас ждут?



Гарри Бардин: Снова подачи на конкурс. Это означает то, что будут выданы, наверное, на какие-то лоты, допустим, на комедию, на детское кино, на это... Если государство сочтет, что "Гадкий утенок" соответствует его представлению о детском фильме, дадут, а если нет, то не дадут.



Мумин Шакиров: Известный кинорежиссер Лариса Садилова, член Экспертного жюри Федерального Агентства по культуре и кинематографу, знакома с ситуацией, в которую попал Гарри Бардин, но, по ее мнению, речь идет не столько о цензуре, сколько о малоэффективной бюрократии.



Лариса Садилова: Я думаю, это очередная глупость Министерства экономразвития, которое вводит какие-то новшества по каким-то экономическим законам, там, тендерам, предписаниям. Почему-то Греф всегда это устраивает именно перед тем, как начинается у людей съемочный период. Мы ведь не Америка, извините меня, где лето круглый год, мы северная страна, мы снимать можем только три месяца. А все эти реорганизации влекут за собой то, что опять в этом году появится намного меньше фильмов, намного меньше дебютов, чем они могли бы появиться. Я не думаю, что это какая-нибудь цензура, потому что я сейчас сама нахожусь в Экспертном жюри и читаю все сценарии, в котором как бы мы принимаем участие в том, что давать этому сценарию деньги или не давать. Поверьте мне, ну, было бы что запрещать! До того вялая продукция, до того угодливая для государства! Сами творцы стали угодливыми, они готовы снимать абы что, лишь бы давали деньги. Поэтому я не думаю, что это какая-то цензура, которую вводит государство. Это очередная глупость Минэкономразвития.



Мумин Шакиров: И все-таки господину Бардину, известному мультипликатору, придется пройти второй конкурс. Судьи кто?



Лариса Садилова: Вот в том-то и дело, что судьи останутся те же люди. Ведь Минэкономразвития не пришлет к нам своих людей, у них нет этих людей, только меняются формы, меняются бумажки.



Мумин Шакиров: В самом Федеральном агентстве по культуре и кинематографии, чиновники пока воздерживаются от официальных комментариев, но в частных беседах выступают на стороне творцов и против цензуры. Но так как закон, который процитировал Гарри Бардин, принят Государственной Думой и вступил в действии, они обязаны его исполнять.


XS
SM
MD
LG