Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Выборы без "Родины"


Виталий Портников: Поговорим сегодня о том, что происходит в российских регионах с выборами. Потому что в выборах этих, как оказывается, могут участвовать отнюдь не все политические силы, которые настраивались на такое участие. И уже сейчас российские средства массовой информации пишут о показательной порке, которую устраивают объединению «Родина». И сейчас у нас на связи координатор фракции «Родина» в Государственной Думы России, первый заместитель председателя Комитета Госдумы по собственности Иван Харченко, который находится в своем избирательном округе как раз в Краснодарском крае.


Иван Николаевич, скажите сразу, в принципе, вот такая ситуация, когда «Родина» может оказаться без представительства в целом ряде региональных Законодательных собраний, и повторяется во многом та история, которая уже была в российской столице, как вы на нее собираетесь реагировать?



Иван Харченко: Ну, мы бьемся, как можем. Мы пытаемся доказывать нашу позицию в избирательных комиссиях субъектов, в суде, в Верховном суде. Но проблема в том, что, к сожалению, судебная власть во многом ориентируется на те установки, которые даются из Кремля. Поэтому я думаю, что мы вряд ли можем рассчитывать на успех.



Виталий Портников: Если говорить вообще о судебной власти, вот насколько она, по вашему мнению (вы, вероятно, уже сталкивались с этой ситуацией), различна в зависимости от тех или иных регионов? Вы говорите, что успех вряд ли может быть. Может быть, в какой-то ситуации успех может быть, в какой-то ситуации он больше, в какой-то – меньше. Есть какая-то градация судов, если угодно, или градация региональных властей?



Иван Харченко: Вы знаете, допустим, в Ханты-Мансийском автономном округе, несмотря на то, что суд занял правильную позицию – принял решение восстановить нашу партию, то теперь под разными уловками – письма не дошли до Верховного суда, фельдъегерская служба не сработала – нас просто блокируют от того, чтобы Верховный суд подтвердил это решение. Поэтому у власти есть всегда масса механизмов, как поставить подножку той или иной партии.



Виталий Портников: Вот фактически вы считаете, что «Родина» становится такой жертвой политического преследования?



Иван Харченко: Ну, не то чтобы политического. Я думаю, что становится жертвой неких целеуказаний, которые выданы властью, по недопущению представителей. И я думаю, что это в большей степени психологическое давление на членов партии, на тех людей, которые собирались вступить или разделяют наши убеждения, когда они видят безысходность, невозможность избраться по спискам партии... А сейчас в Российской Федерации в высший орган законодательной власти можно избраться только по партийным спискам, в субъектах половина депутатов избирается. И я думаю, что в перспективе, скорее всего, также и в субъектах все депутаты будут избираться по партийным спискам. И когда люди не видят, что у этой партии есть реальный шанс быть избранной или пройти, то, естественно, власть рассчитывает, что произойдет отток, что люди отвернутся от партии.


Я сейчас буквально езжу по региону, и происходит удивительная картина. Несмотря на этот прессинг, количество заявлений о вступлении в партию резко увеличилось. И люди, которые идут в партию, они говорят о том, что «мы поняли, что вы реальная оппозиция, а не опереточный, так сказать, кремлевский проект, вы реальные борцы за социальные права и за то, чего добиваются, по сути дела, партии социальной направленности».



Виталий Портников: Вот это, кстати, интересный момент. Действительно, когда были выборы в Государственную Думу России, многие ваши оппоненты говорили о том, что «Родина» - это кремлевский проект. И тогда были возможности у лидеров партии в эфире телевизионном появляться достаточно много, и пропаганда предвыборная была построена достаточно профессионально. И все это воспринималось исключительно как диалог «Родины» и власти. Вот для чего же тогда, по вашему мнению, сейчас, действительно, власти нужно убеждать население в том, что «Родина» - это оппозиционная сила, что никакого вообще влияния власти в вашей политической формации не существует?



Иван Харченко: Я думаю, что этот вопрос уместнее всего задать самой власти, для чего это делается. Потому что я считаю, что именно в споре, в дебатах рождается истинное мнение, когда ошибки, которые делает правительство, делает партия власти, открыто обсуждаются в парламенте, в других институтах гражданского общества. И, по сути дела, власть имеет возможность корректировать свои действия.


Так было со 122-ым законом пресловутым, когда мы за полгода начали трезвонить о том, что масса ошибок, допущена масса каких-то промахов, неточностей, много людей пострадает. Нам не верили. Но когда в январе все вышли на улицы, то власть начала резко, так сказать, латать дыры и затыкать тонкие места, и вынуждена была предпринимать целый ряд поправок в законодательство, связанных с ошибками в 122-ом законе.


То же самое сейчас происходит со 131-ым законом о местном самоуправлении, когда сегодня всю страну перенарезали по-новому, отстроили новый уровень власти, но абсолютно не обеспечили финансовыми ресурсами. Денег, которые сегодня там зарабатываются, не хватает даже на зарплату муниципальным служащим. Вот я сейчас езжу – и я в шоке от того, что происходит. Эти проблемы, они выплеснутся не сиюминутно, а они выплеснутся через месяц-два, когда люди поймут, что у них нет денег на уличное освещение, на коммунальное хозяйство, на строительство дорог, на уборку и благоустройство территорий. Мы то же самое говорили, что вредный закон, нельзя принимать, не надо торопиться. И масса других законов.


К сожалению, вот такого рода затыкание рта тем, кто выражает иное, критическое мнение, с моей точки зрения, для страны ничего хорошего не принесет. Поэтому я думаю, что это большая ошибка – пытаться удушить все партии, имеющие иное мнение, и выстроить всех рядами и колоннами под одно знамя великой и могучей партии «Единая Россия».



Виталий Портников: А вы вот сейчас не сожалеете о том, что рядом с вами в Государственной Думе нет партий другой, скажем так, политической направленности – тех самых партий, против которых вы вели такую жесткую борьбу накануне выборов в Государственную Думу, но, тем не менее, тоже не связанных как бы с действующей властью так, как, возможно, те политические силы, которые рядом с вами в Государственной Думе присутствуют?



Иван Харченко: Вы имеете в виду «Яблоко» и СПС?



Виталий Портников: Да, наверное, прежде всего «Яблоко», ну и СПС, вероятно, тоже.



Иван Харченко: Я не сожалею абсолютно. Но я думаю, что у них шанс был избраться. И то, что они не набрали положенных 5 процентов, я думаю, что это, в общем-то, вопрос недоработки самих этих партий. Извините, я избирался в сельской местности. И когда всем красивые, дорогие конверты, на дорогой бумаге рассылали в каждый почтовый ящик за подписью Чубайса с поздравлениями и агитацией – ну, это «антипиарщики» какие-то просто делали. И после этого надеяться на то, что кто-то проголосует за эту партию, могли только, я прошу прощения, дураки.



Виталий Портников: Да, это я понимаю. Но просто, вероятно, если бы было много разнообразных политических сил, то было бы труднее отвечать сейчас вот так в местных выборах.



Иван Харченко: Я за многообразие. Что касается двух этих конкретных партий, то у меня абсолютно нет никаких сожалений. Мы видели их в нескольких созывах парламента. Это демагогия, болтовня, и их мировоззрение, оно в корне отличается от моего лично. Поэтому у меня никаких сожалений по поводу их отсутствия нет.


Другой вопрос, что они являются общероссийскими политическими партиями, и должны иметь такое же право доступа к средствам массовой информации, так же выступать, так же выражать свое мнение, даже не будучи представленными в парламенте.



Виталий Портников: Вот смотрите, ведь с выборов сейчас снимают не только «Родину». Уже известно, что некоторые другие партии тоже фактически не будут участвовать в выборах в регионах. И это количество растет, так сказать, с каждым днем.



Иван Харченко: Да. К сожалению, этот механизм очень понравился власти, и она смотрит точечно, какая ситуация возникает в каждом регионе, и наиболее сильные партии, наиболее, так сказать, реальные, с реальными кандидатами, с реальными финансовыми возможностями, они вышибаются из выборного процесса для того, чтобы расчистить дорогу как бы партии преимущественной. К сожалению, процент явки опущен до 25 процентов, и сегодня, даже при абсолютной апатии людей, все равно есть 25-30-35 процентов людей, которые по старинке, в силу своей дисциплинированности, а в основном это люди в сельской местности, они придут, проголосуют, и вот на это идет расчет.



Виталий Портников: Вот очень интересно, не думаете ли вы, что, может быть, надо как-то объединить усилия с теми партиями, которые также не будут участвовать в выборах? Тут же целая группа уже партий, которые не будут участвовать. Вот известно, что выбывают в различных случаях и Патриоты России, и Аграрная партия, и Демократическая партия России, и Партия социальной справедливости, и Социалистическая единая партия России. То есть уже все, кого как бы трудно упрекнуть в возможности победить на выборах и получить вообще места в местной законодательной власти, тоже к выборам не допускаются.



Иван Харченко: Вы знаете, в большинстве регионов этот процесс происходит сам собой, причем это не делается централизовано. Ведь на уровне субъектов, там свои собственные, сложившиеся взаимоотношения между региональными отделениями партий. В основном они базируются именно на фигурах, на людях, которые возглавляют эти отделения. И зачастую бывают самые непредсказуемые и непонятные нам взаимоотношения между партиями разного толка, вот именно основанные на личностных связях руководителей региональных отделений. Я знаю, что такие процессы, скажем, объединительные после того, как поснимали партии в ряде регионов, они сами собой происходят. Ну, мы не можем в них вмешиваться. И повторю, что это в основном замешано на местную специфику.



Виталий Портников: Вот вы говорите, Иван Николаевич, о том, что центральная власть так поступает. Но, возможно, есть и у региональной власти желание иметь контролируемые и средства массовой информации, и Законодательные собрания, и таким образом, воспользоваться самой ситуацией с местными выборами для того, чтобы создать для себя достаточно комфортную ситуацию. Тем более что руководители регионов – это сейчас люди назначаемые, и им удобнее взаимодействовать с Кремлем, когда у них все под контролем.



Иван Харченко: Думаю, что это и то, и другое. То есть, с одной стороны, есть установки из центра. С другой стороны, конечно, губернаторы, большинство из которых уже назначены, они, во-первых, выполняют команду, а во-вторых, таким образом, еще и решают собственные проблемы – проблемы управляемости законодательных органов субъектов. Поэтому это такой двусторонний процесс, и он направлен исключительно против определенных партий.



Виталий Портников: Если говорить о той ситуации, которая может сложиться после местных выборов. Вот они прошли. Вы, в принципе, в них не участвовали. Каким образом будет осуществляться ваша деятельность в тех регионах, где «Родина» не будет представлена в Законодательных собраниях? Вот «Родина», таким образом, становится непарламентской партией как бы.



Иван Харченко: Ну, мы обсуждали эту проблему после того, как нас сняли с московских выборов, где, по разным оценкам, мы могли претендовать на второе место и достаточно серьезный процент могли получить. И пришли к следующей схеме. Во-первых, никто не отменял право законотворческой инициативы группы граждан или группы избирателей, и мы будем активно работать по этому направлению. То есть внося тот или иной законопроект, и если мы не имеем своего депутата или группы депутатов, представителей, то мы можем собирать подписи граждан под своим законопроектом и вносить его на рассмотрение законодательного органа. Это первое.


Второе. Мы в том случае, если нас все-таки не допускают к выборам вот такими административными методами, мы делаем заявление о том, что считаем эти представительные органы нелегитимными, и создаем некое подобие, то есть гражданские Думы, гражданские Законодательные собрания из представителей... по аналогии с Общественной палатой, различных политических и общественных структур. И как бы ведем параллельную работу, вносим те законопроекты, которые, в том числе, будем и через сбор подписей вносить как законодательные инициативы. Мы разрабатываем эти законопроекты и показываем избирателям, как мы видим законотворческие процессы в этих парламентах.



Виталий Портников: Я есть у вас представление о том, сколько вы вообще теряете там, где не будете участвовать? Действительно ли там были такие высокие рейтинги или это было просто важно с точки зрения самого участия, а не победы, если угодно?



Иван Харченко: Вы знаете, трудно прогнозировать. В каждом регионе своя ситуация. Но в целом я оцениваю так, что в каждом регионе мы должны были получить не менее того процента, который набирали на выборах 2003 года. Может быть, это не глобальный процент. Может быть, он не такой решающий, как, скажем, в Москве. Но в то же время это несколько депутатских мандатов. И я в первую очередь то, что происходит, списываю конкретно на команды, на установки из Кремля на то, чтобы это делалось. Я не думаю, что вот именно в самой партии видят какую-то угрозу захвата Законодательного собрания или доминирования. Я думаю, что здесь это просто психологическое давление на членов партии и ее сторонников.



Виталий Портников: Если говорить о том заседании Верховного суда, которое пройдет 3 марта, можно ли считать, что оно окончится неутешительно? Ведь были не раз ситуации, когда казалось, что все уже решено, и решено в самых высоких кабинетах, а судебные инстанции вели себя совсем по-другому. Потому что просто не было даже возможности как бы законодательно оформить эти как будто бы уже свершившиеся решения.



Иван Харченко: Хотелось бы надеяться на непредвзятость нашего суда. Но, к сожалению, при всем моем уважении к судьям и к судейскому сообществу, сама процедура формирования судебной ветви власти, которая в Конституции обозначена как независимая, она такова, что ее формирует полностью другая ветвь – исполнительная ветвь власти. Поэтому говорить о независимости судебной власти от исполнительной в условиях, когда она ее формирует, ну, просто нелепо.



Виталий Портников: Если говорить о том, как, в принципе, может развиваться вообще, по вашему мнению, партийная жизнь России в той ситуации, когда есть, как оказалось, возможность регулировать реальное участие партий в политическом представительстве в стране и, видимо, на местном уровне. И, наверное, это можно будет распространить и на уровень федеральный.



Иван Харченко: Вы знаете, вот у меня пока что напрашивается следующий сценарий, что просто все неугодные партии, не управляемые Кремлем... а у нас, к сожалению, есть партии, деятельность которых полностью регулируется со Старой площади. Так вот, оставят только такие партии, и они будут имитировать некую оппозицию, не претендуя на большие проценты. Все те, кто не встраивается в общую линию управляемости, они будут разными методами просто либо дискредитированы, либо не допущены к реальной политической жизни. И потом, так как интерес избирателей к ним как к партиям, не побеждающим или не доходящим до выборов, он потихонечку угаснет, они сами по себе и пропадут. И, таким образом, видимо, власть стремится к тому, чтобы была одна доминирующая партия и некая иллюзия в лице трех-четырех небольших партий, но полностью подконтрольных.



Виталий Портников: А как вы думаете, в такой ситуации, может быть, вот в этой доминирующий партии могут появляться некие фракции, которые будут вам хотя бы политически близки? Были же идеи создания в «Единой России» либеральной фракции. Может быть, когда-нибудь появится фракция какая-нибудь консервативная, патриотическая...



Иван Харченко: Вы имеете в виду то, что они назвали «крыльями»?



Виталий Портников: Да. Вот, может быть, каждая партия может иметь партнера в «Единой России» (каждая реальная политическая партия) в виде какого-нибудь крыла. Вот под крылом «Единой России», с одной стороны – одни, с другой стороны – другие. Вот такая модель как бы напрашивается.



Иван Харченко: Ведь они же пытались это сделать, и у них не получилось. Потому что это не может получиться в принципе. Ведь сразу встает вопрос. Скажем, тот же 122-ой закон о монетизации льгот. По логике, одно крыло должно проголосовать, то есть реально нажать кнопки за этот закон, второе крыло должно нажать кнопки против этого закона. Но тогда не срастается голосование. Тогда получается некий внутренний коллапс. Поэтому декларировать можно все что угодно, но когда доходит дело до нажатия кнопок, то все равно голосование будет происходить по одному сценарию. Потому что, в противном случае, нет ожидаемого результата. Поэтому наткнувшись на вот этот казус, они просто отказались от этого раздвоения внутреннего.



Виталий Портников: В принципе, вот что сейчас можно говорить о ситуации в вашей политической организации? У вас же тоже было раздвоение во фракции, появился лишний как бы вице-спикер и так далее. Можно ли считать, что после всех этих событий и партия «Родина», и фракция ее в Государственной Думе, они консолидированы?



Иван Харченко: Дело в том, что так называемое отпочкование «бабуринцев», оно было связано с тем, что мы выгнали Бабурина за раскольническую деятельность и, скажем, за охаивание самой фракции, партии и вообще всей идеи. Но те люди, которые пришли в блок и всегда были с ним связаны, они просто ушли вместе с ним. Это очень небольшое количество людей, по-моему, семь или восемь человек. Поэтому говорить о каком-то расколе... Другой вопрос, что им подыграли – нарушили регламент изначально, потом его подправили под эту ситуацию, нарушили закон федеральный, с моей точки зрения, то есть искусственно создали возможность образования еще одной фракции. Ну, это вот те механизмы, которыми и пользуется власть.


Что касается фракции, которая была и остается, и называлась фракцией «Родина», Народно-патриотический союз, в том виде, в каком она шла на выборы, основные лидеры блока, которые возглавляли его, - это Рогозин, Глазьев, Варенников, они на месте, они составляют коллегиальное руководство фракции. И несмотря на те сложные ситуации, которые у нас возникают, когда партию выбивают из политической борьбы, это только, с моей точки зрения, сконсолидировало фракцию.



Виталий Портников: А когда вы общаетесь с избирателями, они различают эти «Родины»? Потому что вот то, о чем вы говорите, это понятно с точки зрения человека, который хорошо разбирается в политическом пейзаже. А с точки зрения обычного избирателя, когда он придет на избирательный участок, он понимает, где одно, а где другое?



Иван Харченко: Дело в том, что ведь партия «Родина», она одна.



Виталий Портников: Партия одна, да. Но фракций как бы получается уже две.



Иван Харченко: Партия «Народная воля», она абсолютно другая партия. И мы видели их результат на московских выборах. По-моему, 0,2 или 0,3 процента. Вот как бы реальный ее авторитет. Потому что когда были выборы, никто не знал, кто такой Бабурин и на каком месте в партийном списке он стоит. Поэтому избиратели даже не задают этот вопрос. Они четко понимают, что происходит. Вопреки убеждениям некоторых о том, что люди у нас глупые и ничего не понимают, они все понимают. И всю информацию, которую показывают по телевизору, воспринимают именно так, как она есть, а не так, как им пытаются навязать.



Виталий Портников: А можно информацию по телевизору воспринимать так, как она есть?



Иван Харченко: Ну, народ у нас привык к тому, что всегда есть подтекст, который надо воспринимать, и он отличается от того официального мнения, которое пытаются, так сказать, вбить в головы.



Виталий Портников: У нас сейчас, к сожалению, прервалась связь с Краснодаром. И это, в принципе, повод для того, чтобы обсудить всю эту ситуацию со слушателями в прямом эфире.


В принципе, я должен сразу сказать, что ситуация вокруг снятия с местных выборов партий, она, вообще-то, является сейчас одной из наиболее беспокоящих проблем для российской политической элиты, даже и для государственных органов. И сегодня на заседании Центризбиркома глава ЦИКа Александр Вешняков призвал своих коллег проанализировать причины массового снятия партий с местных выборов. Как раз сегодня ЦИК обсуждал подготовку к выборам депутатов Курской областной Думы, Законодательного собрания Нижегородской области и Госсовета Республики Адыгея.


И вот выяснилось из доклада председателя избиркома Нижегородской области Станислава Бисина, что в выборах будут участвовать лишь шесть партий. Хотя о своих намерениях заявили 13. По неизвестным для Бисина причинам, не предоставило свои документы для регистрации «Яблоко». «Родину» не регистрировали потому, что в последний день в избирком пришли документы из прокуратуры, в которых говорилось, что делегаты, принявшие участие в предвыборной конференции партии, были отобраны нелегитимно. А пять партий не зарегистрировали из-за недостоверных подписей. По этой причине как раз выбыли Патриоты России, Аграрная партия России, Демократическая партии России, Партия социальной справедливости, Социалистическая единая партия России. И вот лишь подписи, собранные СПС, были признаны достоверными. Партия Жизни и Российская партия пенсионеров в Нижегородской области были зарегистрированы на основании залогов. «Единая Россия», ЛДПР и КПРФ попали на выборы без подписных листов и без залогов, поскольку у них есть свои фракции в Государственной Думе.


А в Республике Адыгея на предвыборной дистанции вообще осталось всего девять партий. Несколько партий, в том числе и Партию пенсионеров, не зарегистрировали из-за недействительных подписей. А регистрация «Родины», о чем мы беседовали с Иваном Харченко, была аннулирована из-за того, что из ее списка выбыло более половины кандидатов. В списке «Родины» было 16 человек, девять из них подали заявления о своем нежелании участвовать в выборах. И вообще как выяснилось из доклада председателя избиркома Адыгеи Юрия Хута, на этих выборах кандидаты в депутаты вообще очень активно снимают свои кандидатуры. С чего бы это?..


В Курской области пока в предвыборном списке осталось 10 партий из 13-ти. Там отказали участвовать в выборах как раз партии Сергея Бабурина «Народная воля», потому что в местный избирком пришло письмо из Федеральной регистрационной службы о том, что список партии был составлен с нарушением закона. Ну и «Родину» снял с выборов Курский областной суд по заявлению Партии пенсионеров, которая обвиняла «Родину» в разжигании межнациональной розни и подкупе избирателей.


И члены ЦИК после выступления своих региональных коллег, они говорили о том, что их очень пугает активное снятие кандидатов с предвыборной дистанции. Елена Дубровина, член Центризбиркома, вообще предложила выяснить, не снимают ли люди свои кандидатуры из-за оказываемого на них давления. Также она выразила недоумение тем, что одни партии снимают с выборов за неправильно проведенные конференции, а легитимность конференций других партий никто не проверяет, поскольку в избиркомы не поступают жалобы на них. Вот такой контекст вокруг этой ситуации.


И давайте послушаем звонки. Сергей из Петербурга. Здравствуйте, Сергей.



Слушатель: Добрый вечер. Вы знаете, я расскажу, что я сам видел. Во-первых, ячейки партии «Родина», скажем так, в средних учебных заведениях, они явно создавались централизовано. То есть предлагали, предположим, некие шефы пару компьютеров, но надо обязательно ячейку создать. Это явно шло сверху и явно шло централизовано. Никакой инициативы там не могло быть.


И о самой этой партии. Конечно, люди такого, уж извините за выражение, фашизоидного типа, которые стремятся в эту партию, они власти, наверное, понадобятся. Только, наверное, сменят там господина Рогозина - он явно не типаж русского народа. Я думаю, что к 2008 году, наверное, такую партию как-то возобновят, только под другими личинами. Спасибо.



Виталий Портников: Спасибо вам, Сергей, за ваше мнение.


Вот теперь послушаем Валентина из Рязани. Здравствуйте, Валентин.



Слушатель: Здравствуйте. Вы знаете, когда я слышу о партии «Родина», я все время вспоминаю младореформаторов и партию СПС, и классика, который сказал: «Храни нас пуще всех печалей и барский гнев, и барская любовь».


Но вот вопрос у меня есть к вашему визави.



Виталий Портников: Вот мой визави уже здесь как бы отсутствует. Поэтому это будет риторический вопрос.



Слушатель: Ах вот что!.. Ну, пусть так. В сталинские времена был такой термин «социально близкие». Интересно бы знать, кто социально близок к этой партии «Родина»? Спасибо.



Виталий Портников: Вот такой вопрос был у Валентина из Рязани.


А в принципе, я должен сказать, что сейчас много разных проблем обсуждается в связи с партией «Родина», с тем, как вообще она будет функционировать в будущем, в ситуации, которая сложилась в российской политической жизни, и не только она. Потому что вы знаете, что появляются разные сообщения о том, что внутри партии (и это наши радиослушатели тоже подтверждают) есть различные мнения о лидерстве. И что самое главное, эти различные мнения о лидерстве в «Родине», они существуют вне партии «Родина», то есть там, где вообще хотели бы определять фигуры лидеров партии.


Но послушаем Николая Александровича из Петербурга. Здравствуйте, Николай Александрович.



Слушатель: Здравствуйте. Не могли бы поднять вопрос депутаты и вообще активные граждане нашей страны о том, что нам все-таки надо переходить от власти силы к силе закона? У нас закон как раз устанавливает все принципы власти силы и вот той самой вертикали. Кстати, вертикаль легко перетягивается веревочкой. А если нормальную пирамиду власти построить, то ее намного сложнее будет веревочкой-то перетянуть. И, кстати, это более устойчивая, более предсказуемая система общественного образования. Ну и система сдерживания... сдержек и противовесов тут работает. А вот всякая вертикаль власти – это очень ненадежно, очень хрупко, и она держится только на силе. Вот это построение держится только на силе, но не на законе.



Виталий Портников: Председатель Совета регионального отделения партии «Родина» в Ханты-Мансийском автономном округе Михаил Сердюк сказал, что «история снятия и восстановления партии «Родина» на выборах в ХМАО принимает детективный и мистический характер». Где-то бродит кассационная жалоба по просторам Ханты-Мансийского округа. Почта не может доставить вовремя соответствующее письмо в судебные инстанции. Региональное отделение партии готово за свой счет снарядить добровольцев для поиска столь тщательно скрывающейся посылки. Время идет, и день выборов приближается. Похоже, что избирательная комиссия заранее знала о скорости доставки, так как уже напечатала избирательные бюллетени, в которых для партии «Родина» места не нашлось, считает Михаил Сердюк. Обещают в случае получения решения Верховного суда то ли вклеить название партии в уже отпечатанный тираж, то ли напечатать новые бюллетени. Но все это как-то неубедительно звучит.


Владимир Давидович из Москвы. Здравствуйте, Владимир Давидович.



Слушатель: Здравствуйте. Я вот что хочу сказать о «Родине». Вот она у меня вызывает отрицательное отношение. Мне кажется, что это националистическая партия. И меня удивляет позиция Рогозина.


И еще. Там в руководстве генерал-полковник Варенников. Так вот, прошел по телевизору фильм «Штрафбат». И вот я вижу... Я воевал, я инвалид войны. И я не только воевал, а я был наводчиком 45-миллиметровой противотанковой пушки в батарее. И было время, когда нашу батарею передали штрафной роте. Не штрафному батальону, а штрафной роте – это разные вещи. Поэтому я в этом фильме увидел буквально себя. Но не в прямом смысле, а там тоже есть батарея 45-миллиметровых пушек. Так вот, этот Варенников на каком-то большом собрании, где президент встречался с ветеранами... очень близко телевизионщик направил свою камеру на Варенникова, и тот на моих глазах возмущался, что это ложь, что штрафбатов никаких не было на войне, что это все ложь, и так далее. И мне это возмутило настолько... Как же не было, когда были. И заградотряды были, все это было. А он 1923 года рождения. Значит, когда закончилась война, ему было 22 года. Кем он вообще мог быть? Ну, максимум капитаном. И что он мог видеть? И он не мог не знать, что есть штрафные роты и штрафные батальоны. А вот он прямо на всю страну по телевидению говорит, что это ложь, что никаких штрафбатов не было. И мне вот этого достаточно для того, чтобы уже отрицательно относиться к этому генерал-полковнику...



Виталий Портников: Владимир Давидович, я все это хорошо понимаю. Но вопрос вот в чем. Вы, понятно, за партию «Родина» никогда не проголосуете.



Слушатель: Никогда.



Виталий Портников: Но мы же тут говорим о людях, которые, может быть, хотели бы за нее проголосовать, а не могут, потому что ее нет в избирательном бюллетене. Это совсем другая история.



Слушатель: Конечно. Вы знаете, то, что ее не допускают к голосованию, мне это не нравится, несмотря на мое отношение к этой партии. Но мне это не нравится. И я вижу в этом совершенно сознательное деяние власти.



Виталий Портников: Понятно.



Слушатель: Я не понимаю, она что, боится этой партии? Я не понимаю, почему все это происходит. Потому что все белыми нитками, похоже, шито, вот эти отказы. Да, мне это не нравится, несмотря на то, что я, конечно, никогда голосовать за эту партию не буду. И Рогозин мне не нравится. А его речи мне страшно не нравятся. Спасибо.



Виталий Портников: Спасибо, Владимир Давидович.


Вот видите, мнение такого рода, как у Владимира Давидовича, оно, наверное, у многих людей, которые, в принципе, не стремятся голосовать за партию «Родина», но все-таки хотели бы, чтобы ее оставили в бюллетене.


Что интересно, сейчас некоторые представители этой партии говорят о необходимости того, чтобы выбыл кандидат «против всех», сохранялся он в бюллетенях. Как раз сейчас в Архангельске депутаты областного собрания попытались как раз убрать вот этого кандидата «против всех», чтобы из бюллетеней для голосования на выборах в областное собрание была исключена подобная строка. И в результате инициатива фракции «Родина» в Архангельском областном собрании, она не была принята. Так что кандидат «против всех» на выборах в Архангельское областное собрание, он останется. И будут тогда голосовать за него, как голосовали в прошлом.


Послушаем Сергея из Петербурга. Здравствуйте, Сергей.



Слушатель: Добрый вечер. Я хотел бы вопрос стратегический поднять. Хотя история не любит сослагательного наклонения. Я вспоминаю всех лидеров всех партий и мастей, которые радостно вещали в эфир, даже на вашей радиостанции, о возможностях своего сотрудничества с властью бюрократов. Может быть, они на этом и купились?.. Не пора ли им организовать партию гражданских свобод, и не успокаиваться до тех пор (хотя это фантастика, это прожект), пока у нас эта партия гражданских свобод не отстроит нормальные элементы, при которых невозможно вот это шулерство, как говорил Илларионов.



Виталий Портников: Эта партия гражданских свобод - как я понимаю, это и есть гражданское общество. Должна быть не партия, а вообще население...



Слушатель: Сначала мы построили Конституцию 1996 года, Ельцина. Это же был первый прокол всех тех, кто когда-то в Ленинграде в клубе «перестройка» заседали и что-то фантазировали. Это был первый прокол. Хотя один прокол следовал за другим. Возможность сотрудничества с властью. И никто не строил нормальную Конституцию, нормальные кодексы, нормальные законы. Господи, 1044 или 1045 закон, как помню, принят в один день, и в нем налоговые нормы совершенно разные. Они же это терпели. Вот сейчас и пожинают. Но, наверное, никогда не поздно начать с нуля. Отдаю бесплатно.



Виталий Портников: Понятно ваше мнение, Сергей.


Послушаем Александра из Москвы. Здравствуйте, Александр.



Слушатель: Добрый вечер, Виталий. У меня такой вопрос. Сам принцип управляемой демократии требует, чтобы на политическом поле были только очень управляемые оппозиционеры, поэтому надо, чтобы реальные оппозиции вообще не существовали. Ну а «Родина» и Рогозин – это не реальная оппозиция, это как раз и есть та самая карта, которую разыгрывает Кремль для своих целей, для того, чтобы канализировать, так сказать, все какие-то народные, националистические силы, все это как-то объединить и за ними хорошо присматривать. А в нужное время они, в общем, сделают то, что нужно будет кремлевским интриганам. Вот не кажется ли вам...



Виталий Портников: То есть это снятие «Родины» с избирательных списков, оно вас не убеждает ни в чем?



Слушатель: Нет, это специально делается. Потому что, знаете, битых-то у нас любят. Пытаются разыграть, что они оппозиционеры, показать, как они их боятся. Ведь посмотрите, что они делают с «лимоновцами». А это совсем другой случай.



Виталий Портников: Понятна ваша мысль, Александр.


Послушаем Владимира Григорьевича из города Люберцы, Московской области. Здравствуйте, Владимир Григорьевич.



Слушатель: Здравствуйте. Я считаю, что как только «Родина» начала перешагивать указанные границы, ее тут же начали травить. И сейчас надо допустить ее к выборам. И выборы покажут, имеет ли «Родина» авторитет, голоса, поддержку и прочее. Народ решит, избиратель. А вот та узда, которую на нее одевают, - это насилие и беззаконие. Спасибо.



Виталий Портников: Владимир Григорьевич повесил трубку, поэтому не обсудили мы с ним, какую границу, собственно, «Родина» перешагнула в своих выборах.


Но, собственно, надо сказать, что так, Владимир Григорьевич, считают и многие российские средства массовой информации. Вот «Московский комсомолец» сегодня пишет, как я уже говорил в начале программы, о показательной порке, которая устроена «Родине». Пишет он об этом как раз в связи с тем, как отчитывались перед членами Центральной избирательной комиссии председатели трех из восьми региональных избиркомов, которым 12 марта предстоят выборы в Законодательные собрания. И «Родина» в этой заметке «Московского комсомольца» называется «впавшей в немилость у Кремля».


Послушаем Александра из Москвы. Здравствуйте, Александр.



Слушатель: Здравствуйте. Я считаю, что нужна реальная оппозиция. Но в то время, когда власть расставляет игроков по местам, формирует партии, потом их кидает туда-сюда, это дискредитирует и саму власть, и все эти партии, которые, как уже сказал радиослушатель, они, в общем-то, сегодня... это клиентелы. Единственное, что нужно, - нужно формировать оппозицию под лозунгами того, что депутаты Госдумы не должны располагать такими привилегиями, которые и не снились большинству граждан страны. Под этим лозунгом можно что-то действительно и создавать. Если они не попадают в парламент даже... а любой парламент – хорошие партии, плохие партии – он становится придатком власти, он становится инструментом власти, потому что это уже система апартеида. И ничего они не изменят, потому что политики не имеют тех проблем, которые имеет население. Я так считаю.


А «Родина», я согласен, они готовы... сейчас они готовы за несколько тысяч долларов в месяц бороться для своих депутатов, потом они перейдут туда, где будут больше платить. Спасибо.



Виталий Портников: Но это тогда не политическая жизнь, Александр. Правда? Вот то, о чем вы говорите, это жизнь не политическая.



Слушатель: Я согласен с вами. Но это игра в политику. Политика там, где есть жертва. Где нет жертвы, там нет политики.



Виталий Портников: Понятно.


Кстати, напомню вам, уважаемые слушатели, что как раз недавно депутаты от «Родины» внесли в Государственную Думу законопроект, который запрещал избирательным объединениям отказываться от участия в совместных дискуссионных мероприятиях на радио и телевидении. Дмитрий Рогозин тогда объяснил, что эти изменения в федеральный закон об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации должны повысить роль как раз партийных дискуссий и «круглых столов». Эти мероприятия, по мнению Рогозина, могли бы быть наиболее важными и эффективными средствами информирования избирателей о политических программах объединений, которые будут участвовать в эфире. И совершенно очевидно, что для «Родины» было весьма важно предложить подобные поправки, которые вряд ли вообще смогут действительно состояться в Государственной Думе. Но, по крайней мере, продемонстрируют телевизионную составляющую российской политики и необходимость дискуссий тогда, когда сильные партии, в принципе, не хотят разговаривать с более слабыми конкурентами.


Леонид из Москвы. Здравствуйте, Леонид.



Слушатель: Добрый вечер. Виталий, вы и остальные слушатели не обратили внимания на то, что ни одна партия, ни один политический лидер, ни политический обозреватель, ни журналист, ни политолог никогда не касаются одной священной темы – именно какой по закону... какие правила подсчета голосов на выборах. То есть я уверен, что масса людей не знают, что каждая избирательная участковая комиссия имеет право после ухода наблюдателей переписать протокол под предлогом найденной ошибки. Она имеет законное право ошибку не демонстрировать. За фальсификации ее не призывают к ответу без согласия генерального прокурора. А выпуск дополнительного тиража открепительных удостоверений не подлежит никакому наказанию.


А теперь переходят на голосование без бюллетеней. То есть человек на экране монитора нажимает чувствительную кнопку – и якобы его голос пойдет якобы его кандидату. Пойдет он или не пойдет, знает программист и только команда Вешнякова. То есть на 50 лет вперед можно сейчас напечатать результаты выборов. И проверить это нельзя. И самые уважаемые политологи, которые выступают у вас на радио, рассказывают, что максимальный уровень фальсификаций – это 1-2 процента. А основная беда – административный ресурс, нечестные избирательные комиссии, неравное финансирование, неравный доступ к СМИ. А вот о том, что выборы предрешены заранее правилами подсчета голосов безнаказанными, об этом молчат все партии.



Виталий Портников: Но вы же знаете, Леонид, что очень тяжело доказать на практике подтасовки голосов. И даже в Украине, где после президентских выборов были предприняты очень серьезные меры по тому, чтобы изменить эту ситуацию и выяснить, как подтасовываются голоса, там очень трудно было прийти к реальным именно результатам, которые бы говорили, как это все подтасовано.



Слушатель: Виталий, дело не в этом. Дело в том, что в норму закона написано, что у комиссии есть законное, подчеркиваю, право фальсифицировать выборы. Об этой норме закона все молчат. И суд в Страсбурге ничего не сможет сделать. Потому что если норма написана «казнить, нельзя помиловать», точку ставит участковая комиссия, то что бы она ни сделала, она будет права. И это норма закона. И жаловаться в Страсбург нельзя.



Виталий Портников: По крайней мере, это ваше замечание, оно весьма любопытно, потому что оно во многом как бы является тоже такой вот, если угодно, экскурсией в российский избирательный процесс, со всеми его как бы сложностями и недочетами.


Не буду сейчас комментировать эту статью закона, потому что нет у меня перед глазами закона. Можно тут полемизировать или поддерживать только тогда, когда ты видишь печатный текст и понимаешь, как реально может действовать та или иная избирательная комиссия в конкретной ситуации, какие меры юридического воздействия на избирательную комиссию. Но понятно, что всегда в избирательном законодательстве на постсоветском пространстве было очень много разных ходов и выходов, которые позволяли манипулировать не только голосами избирателей в момент подсчета голосов, но и, что самое любопытное, голосами избирателей после того, как выборы уже проходили. Действительно, все основные подтасовки голосов происходили нередко уже по окончании избирательного процесса.


Но мне кажется, что вот то, что мы сегодня обсуждали в нашей программе – обсуждали со слушателями, обсуждали с координатором фракции «Родина» в Государственной Думе России, первым заместителем председателя Комитета Госдумы по собственности Иваном Харченко – как раз касалось несколько иного политического механизма. И этот механизм, в принципе, не собирается учитывать голос избирателя. Потому что если избиратель не имеет возможности проголосовать за ту политическую силу, которой он отдает свои симпатии, то он либо не идет на выборы вообще, либо голосует против всех, либо голосует за какую-то другую политическую партию и силу, которая кажется ему похожей или не похожей на ту политическую силу, за которую он собирался отдать свой голос. Но, тем не менее, понятно, что тут воля избирателя, она уже несколько искажается.


Можно, конечно, обвинять в этом сами политические партии, которые не то документы неправильно подали, не с теми лозунгами выступают, и вообще не очень ощущают свою ответственность перед действующей властью за те или иные поступки и заявления. Но, во всяком случае, понятно, что в результате главным пострадавшим является тот рядовой гражданин Российской Федерации, который имеет право на свободное волеизъявление на выборах, конституционное право.


Разумеется, будем мы обо всем этом говорить и в наших следующих программах. Будем следить за итогами региональных выборов в России. Будем смотреть за тем, как поведет себя Верховный суд Российской Федерации в ситуации с «Родиной» уже 3 марта.


Материалы по теме

XS
SM
MD
LG