Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Более ста заключенных одного из московских следственных изоляторов объявили голодовку


Программу ведет Андрей Шароградский. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Михаил Саленков.



Андрей Шароградский: Более ста заключенных одного из московских следственных изоляторов объявили голодовку. Причиной протеста, судя по всему, стало недовольство заключенных тем, что после приема пищи у них забирают миски.



Михаил Саленков: 175 заключенных московского следственного изолятора 77/4 обратились с письменными просьбами в администрацию СИЗО и столичную прокуратуру. По их мнению, администрация изолятора поступает незаконно, забирая у них после еды миски. Как сообщили информационному агентству "Интерфакс" в пресс-службе столичного управления Федеральной службы исполнения наказаний, "руководством московской прокуратуры и руководством УФСИН по Москве было разъяснено обратившимся, что их требования незаконны, а посуда изымается из камер для ее последующей помывки и дезинфекции".


Тем не менее, более ста человек отказались принимать пищу в знак протеста. В администрации СИЗО полагают, что действиями заключенных руководят преступные авторитеты, находящиеся на свободе. В прошлом году в России прокатилась целая волна протестов в тюрьмах. Заключенные, выражая недовольство условиями содержания, вскрывали вены и животы.


Прокомментировать сегодняшний случай мы попросили исполнительного директора "Гражданской комиссии по правам человека" Романа Чорного.



Роман Чорный: Может быть, сам повод для обычного человека покажется не очень важным, но для человека, который находится в заключении, для него важна каждая мелочь. Поэтому изъятие мисок может быть очень серьезной вещью, заключенные могут рассматривать ее как нарушение их прав. Понимаете, условия содержания ужасны, все вот эти вот вещи, даже если это инспирировано как-то извне, они приводят к взрыву. Бывают случаи, когда жестоко обращаются с людьми, бывают случаи, когда смотрящий по следственному изолятору, то есть криминальный авторитет, у которого наивысшее положение в этом учреждении, его, допустим, необоснованно переводят в какой-нибудь другой следственный изолятор. Я знаю, что бывает, что в этом случае объявляют голодовки.



Михаил Саленков: Роман, может ли такая голодовка перерасти в ту волну протеста, которая в прошлом году прокатилась по российским тюрьмам, когда заключенные вены вскрывали, животы резали себе?



Роман Чорный: Трудно сказать, но я не думаю. Если причина именно в мисках, я не думаю, что она вот так вот перерастет.



Михаил Саленков: А в женских тюрьмах такое случается или протестуют за колючей проволокой столь жесткими методами только мужчины?



Роман Чорный: Мне доводилось слышать только об отдельных случаях голодовок, которые объявляли женщины в тюрьмах. Я не знаю по поводу вскрытия вен. Как правило, это были случаи, когда женщины обвиняемые, подозреваемые считали, что против них сфабриковано дело, и у них не было денег на квалифицированного адвоката, они подвергались давлению со стороны органов следствия - и считали, что это единственный способ защитить свои права.



Михаил Саленков: Правозащитники подчеркивают, что голодовка - это мирный способ выражать протест и неотъемлемое право заключенных.


XS
SM
MD
LG