Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Повлияет ли смерть Слободана Милошевича на работу Международного трибунала


Программу ведет Алексей Кузнецов. Принимает участие корреспондент Радио Свобода в Москве Данила Гальперович.



Алексей Кузнецов: Российские эксперты сейчас пытаются оценить, как повлияет смерть Слободана Милошевича на ситуацию в самой Сербии и на отношение в мире к такой структуре, как Международный трибунал в Гааге.


С политологами в Москве побеседовал Данила Гальперович.



Данила Гальперович: Смерть Слободана Милошевича в течение всего 13 марта была на российских телеканалах первой новостью. Многие российские комментаторы при этом пытались понять, почему. Известный российский балканист Сергей Романенко недоумевает, зачем Москве нужно ссориться с Западом из-за покойного президента.



Сергей Романенко: Связывая себя с именем Милошевича, человека, политическая эпоха которого уже давно закончилась, Москва только приносит в жертву свои какие-то реальные позиции и интересы, которые еще остались на постюгославском пространстве.



Данила Гальперович: Россия очень долго поддерживала Слободана Милошевича, критически относилась к работе Международного трибунала по военным преступлениям в бывшей Югославии и теперь атаковала трибунал вопросами о причинах смерти бывшего сербского лидера. В Москве это отчасти объясняют традиционно братским, по крайней мере, со стороны официальных структур, отношением к сербам и беспокойством о том, какова будет их судьба.


Ведущий научный сотрудник Института всеобщей истории Артем Алунян считает, что с уходом Милошевича из жизни в истории сербского государства появился шанс перевернуть страницу.



Артем Алунян: В самой Сербии, разумеется, смерть Милошевича будет восприниматься в обществе, большей ее частью и в руководстве как практически окончание всего, что было с ним связано. Одновременно это будет означать и возможность для нынешней Сербии более не связываться с наследством Милошевича. Когда мы говорим о наследии Милошевича, это, прежде всего наследие именно политическое, историческое и, разумеется, концептуальное в смысле сохранения некоего пространства, называемого большой Сербией.



Данила Гальперович: Что же может означать смерть Слободана Милошевича для самого Международного трибунала? Эта структура оказалась сейчас в незавидном положении, что констатирует главный редактор журнала "Россия в глобальной политике" Федор Лукьянов.



Федор Лукьянов: То, что произошло в Международном гаагском трибунале, конечно, нанесло урон этой организации хотя бы потому, что возникает масса вопросов, как обращались с заключенным, все ли было сделано для него и вообще, был ли трибунал заинтересован в том, чтобы он в здравом состоянии дотянул до вердикта. Тут уже доказывать можно что-то очень долго, но все равно, что называется, осадок останется.



Данила Гальперович: Тем не менее, то, что международное сообщество может создавать структуры для осуждения больших военных преступников, как полагает Федор Лукьянов, вряд ли будет подвергнуто сомнению. По словам российского политолога, у большинства наблюдателей нет сомнения в том, что трибунал в Гааге подвержен политическим влияниям, но именно политическая оценка того, что делал Милошевич при жизни, осталась неизменной в странах, поддерживающих работу трибунала.


XS
SM
MD
LG