Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

В правозащитном центре "Мемориал" состоялась презентация книги "Нам запретили белый свет"


Программу ведет Михаил Фролов. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Кристина Горелик .



Михаил Фролов : В Москве в правозащитном центре "Мемориал" состоялась презентация книги "Нам запретили белый свет", сборника воспоминаний советских военнопленных, гражданских лиц на оккупированных немцами территориях, людей, которое долго время считали предателями родины и пособниками врага. С подробностями Кристина Горелик.



Кристина Горелик: Даже спустя 60 лет в российской официальной хронике Великая Отечественная война - это, прежде всего, рассказы о подвигах бойцов Красной Армии, о тяжелом труде тыловиков, трагедия блокадных городов. И очень мало о тех миллионах людях, попавших в немецкий плен, живших в немецкой оккупации на советской территории, угнанных на принудительные работы.


"Нам запретили белый свет" - строчка из дневника военного пленного Анатолия Галибина послужила названием к вышедшей в свет книги. В ней собраны уникальные дневники, воспоминания, письма тех людей, которые, пройдя все ужасы войны, попали в советские концлагеря и еще долгое время носили клеймо предателей и пособников врага. Составитель книги Павел Полян.



Павел Полян : Дать возможность высказаться тем, кто до сих пор не высказывался, а не маршалу, не генерал-полковнику, адмиралу и не контр-адмиралу в этом была задача. Без этих голосов полной военной правды нет. Более того, без этих голосов есть опасность оказаться вообще в плену у неправды.



Кристина Горелик: О том, как относились в СССР даже к детям, которые жили на территории, попавшей под немецкую оккупацию, рассказывает Александр Яворский.



Александр Яворский : Мне было 10 лет, но до 30 лет я во всех анкетах писал, что был в оккупации. Когда я окончил институт и приехал на Тарановский комбайновый завод инженером, комсомольцем, меня включили в рабочую делегацию во Францию. Но в горкоме сказали - он же был в оккупации. Когда за меня заступился Саша Карпов, секретарь райкома комсомола, ему говорят - вы недооцениваете этого растлевающего факта оккупации на 10-летнего мальчишку. Во всех анкетах этот пункт всегда существовал. Клеймо это было на нас, именно клеймо.



Кристина Горелик: "Нам запретили белый свет" - это уже четвертая книга в серии "Человек на обочине войны", посвященной людям, незаслуженно отвергнутым советским обществом. В этой серии вышли воспоминания Петра Астахова, Софьи Анваер. Вспоминает родственник Анваер Лев Кокин.



Лев Кокин : Эту книжку она писала всю жизнь. У нее есть такая запись: "Я долго не могла продолжать это, потому что сначала невозможно было страшно было вспоминать это все, а потом постепенно это ушло. Я стала воспринимать это вроде как кино".



Кристина Горелик: Героев серии "Человек на обочине войны" правозащитники называют жертвами двух диктатур. Историк Павел Полян дополняет картину.



Павел Полян : Это третий круг, в котором они оказались (круг компенсаций), он распространился не на всех. Есть целый ряд узников национал-социализма, который компенсацией не охвачены были вовсе, прежде всего, советские военнопленные. Был сделан вид, как если бы эти советские военнопленные были такие же нормальные военнопленные, как и английские, французские, американские, канадские. Сама цифра 3,3 миллиона человек, вторая после числа жертв евреев во Второй мировой войне, говорит сама за себя. Это не было случайностью. После этого говорить, что поскольку Женевские соглашения не создают предпосылок для получения компенсаций, это подлость историческая. В каком-то смысле, если это угодно, эта вся компенсация, смысл которой для Германии состоял в том, чтобы смыть с себя это позорное пятно, эта цель недостигнута.



Кристина Горелик: Таким образом, эти люди, по мнению историка Павла Поляна, стали жертвами не только двух диктатур - немецкой и советской, - а еще и сегодняшних демократических государств.



XS
SM
MD
LG