Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

В Екатеринбурге проводится международный конкурс юных скрипачей "Демидовский"


Программу ведет Олег Вахрушев. В программе принимает участие Вольф Усминский, президент Демидовского Международного юношеского конкурса скрипачей "ДеМЮКС", заслуженный артист РФ, профессор Уральской государственной консерватории им. М.П. Мусоргского .



Олег Вахрушев: Сегодня рядом со мной в студии Радио Свобода Вольф Усминский, президент конкурса «ДеМЮКС», заслуженный артист России, профессор Уральской государственной консерватории имени Мусоргского.


Здравствуйте, Вольф Львович.



Вольф Усминский: Здравствуйте.



Олег Вахрушев: В эти дни в Екатеринбурге в четвертый раз проводится международный конкурс юных скрипачей, который получил название «Демидовский». В нем принимают участие молодые люди от 12 до 22 лет. У конкурса очень высокий статус. Исполнение оценивают признанные мастера, а свои таланты и умения приезжают показать дети и подростки из множества стран. Главное отличие демидовского конкурса этого года в том, что он проводится на фоне возможного закрытия екатеринбургской специальной средней музыкальной школы-лицея. Подробности у нашего корреспондента Павла Константиновского.



Павел Константиновский: Свои работы на конкурс представили 200 молодых исполнителей из Польши, Германии, Испании, республики Южная Корея, Беларусь и, конечно же, Россия.


Екатеринбург представляют 6 молодых скрипачей. После отборочного тура из двух сотен музыкантов осталось 49. Приехать смогли только 39. По словам председателя жюри конкурса Игоря Фролова, участников могло быть и больше. Причин этому несколько: плохие условия для тренировки, дорогие инструменты и расходы на поездку.



Игорь Фролов: Сейчас достать старый, старинный инструмент – это стоит огромных денег, дешевле чем в 150-200 тысяч долларов инструмент считается непригодным для исполнения.



Павел Константиновский: Другими словами, позволить себе играть на качественном инструменте сможет далеко не каждый. Поэтому, главная задача преподавателей, по словам организаторов, приучить ухо музыканта к мягкому живому звуку, зачастую просто невыполнима. Но, тем не менее, техника молодых российских исполнителей, даже по оценкам зарубежных мэтров, очень высока. Кстати, сам конкурс поддерживают министерства культуры России и Свердловской области. Не обошлось и без спонсоров, ведь смета мероприятия - около 800 тысяч рублей, уточнила исполнительный директор конкурса Анастасия Семенова.



Анастасия Семенова: Это концерты лауреатов, они предоставляют нам, например, зал в Москве. И вот дети из различных стран, в том числе Екатеринбург а, играли на большой сцене. Это тоже благодаря спонсорам.



Павел Константиновский: Но, организаторы говорят, что времена, когда большинство крупных российских концернов будут считать за честь поддержать молодых музыкантов, еще очень далеки. То же можно сказать и о городских властях, которые намерены реформировать одну из восьми российских специальных музыкальных школ-лицеев, которая находится в Екатеринбурге. Поясняет пресс-секретарь министра культуры Свердловской области Татьяна Шорохова.



Татьяна Шорохова: Администрация города Екатеринбург а, Управление культуры города Екатеринбург а сочли возможным преобразовать это учебное заведение, придав ему статус обычного среднего общеобразовательного учреждения.



Павел Константиновский: Путем лишения школы-лицея своего статуса городские власти решили оставить здание учебного заведения на балансе муниципалитета. Практически аналогичным образом недавно в Екатеринбурге был закрыт культовый музей молодежи. Переговоры о сохранении статуса школы пока ведутся, но гарантировать, что мэрия решит оставить формат специального музыкального лицея «как есть», никто дать не может.



Олег Вахрушев: Вольф Львович, о грустном чуть позже поговорим. А сейчас хотелось бы у вас узнать следующее: как вообще, в принципе, 13 лет назад в 1993 году появилась идея организации подобного конкурса?



Вольф Усминский: В 1992 году в Москве проходил первый юношеский конкурс имени Петра Ильича Чайковского. Я был членом жюри этого конкурса, и московские коллеги Эдуард Грач, Елена Бычкова, Игорь Фролов в беседе со мной высказали такую идею, что в нашем городе, который известен очень успехами скрипачей, почему бы не сделать такой же конкурс на Урале. В первую очередь, это не только творческая сторона, но и финансовая. Нужно было договориться о финансировании этого конкурса. Удалось это сделать. И в присутствии представительного жюри конкурс первый состоялся в 1993 году. Сегодня уже четвертый.



Олег Вахрушев: Вы говорите о том, что схож с конкурсом имени Чайковского екатеринбургский конкурс, но тем не менее, различия есть. Я не видел на конкурсе Чайковского в Москве десятилетних детей.



Вольф Усминский: Я имею в виду юношеский конкурс. Есть юношеский конкурс Чайковского.



Олег Вахрушев: Да, конечно. Почему именно Екатеринбург ? Почему именно вам предложили? Или именно благодаря тому, что в Екатеринбург е, в Свердловске сложилась своя школа скрипочного мастерства?



Вольф Усминский: Здесь есть история. Во время войны сюда были эвакуированы Московская, Одесская, Киевская консерватории. Здесь был профессор Столярский, первая специальная музыкальная школа в Одессе. Здесь был Давид Ойстрах. Поэтому возникла идея. Здесь была в 1943 году открыта музыкальная десятилетка, специальная музыкальная школа. И в Свердловск часто приезжали на концерты в филармонию выдающиеся музыканты. И тем более, что я был членом жюри международного конкурса Чайковского юношеского.



Олег Вахрушев: 1993 год прошлого столетия – достаточно смутное время для всей страны. Тем не менее, вам удалось провести этот конкурс, который сейчас уже традиционен. Как это получилось? Благодаря чьим усилиям, благодаря чьим заслугам? Понятно, что на ваших плечах была большая часть всех этих нагрузок, тем не менее.



Вольф Усминский: На первом конкурсе деньги были не государственные, так скажем. Потом, когда руководители города и области увидели, насколько это привлекательно, следующий конкурс было проводить легче, потому что государственные средства уже вкладывались, в том числе и Министерства культуры России, области, города. Сложнее и проще. Это очень сложная задача – проведение конкурса. Нам говорят: ну, почему бы не проводить каждый год? Во-первых, должна подрасти следующая генерация, хотя бы три года. И вот отличие этого конкурса, что к нам приехали восемь детей, которые участвовали в третьем конкурсе. Некоторые из них перекочевали в старшую группу, но тем не менее, у нас есть такая отличительная черта от других конкурсов, у нас нельзя играть ученикам членов жюри. И это очень привлекает педагогов этих детей, потому что они видят в этом некоторую объективность оценки.



Олег Вахрушев: Вы сказали о том, что власти увидели некоторую привлекательность в этом конкурсе после его первого прохождения. В чем привлекательность они нашли?



Вольф Усминский: В первую очередь, интерес публики. Первый конкурс проходил в зале филармонии, был заполнен зал до отказа. И в общем, это некоторая агитация родителей детей, чтобы дети занимались классической музыкой. Не секрет, что время попсы так называемой везде давит. И мы доказывать свою состоятельность должны только своим примером. Вот дети, такие же, как ваши, умеют. Даже у нас в школе есть оркестр лицея, который тоже, выходят дети и играют не хуже взрослых.



Олег Вахрушев: У нас есть телефонный звонок. Здравствуйте, вы в эфире.



Слушатель: Владимир Иванович, Москва. Я – сам музыкант, имел честь учиться в музыкальной школе, к музыке имею прямое отношение. У меня такой вопрос, какое отношение имеет Демидов к музыке? Почему в честь него назван этот конкурс? Причем здесь Демидов, не могу понять? У нас есть много русских композиторов, в честь кого можно было назвать конкурс. И второе, звучат опять хвалебные оды власти. Не надо власть хвалить.



Олег Вахрушев: К власти мы еще вернемся, Владимир Иванович. Почему Демидовский?



Вольф Усминский: В первую очередь, Демидовы были меценатами, и связь с искусством у Третьякова, Мамонтова – все знают, сколько они принесли в искусство своих средств. И благодаря им достались нам и театры, и выставки. А Демидовы процветали на Урале. Поэтому вот такая причина.



Олег Вахрушев: Ну, и наверное, тоже со взглядом в будущее. Демидовский – все-таки некий призыв к тому, чтобы в современное время нашлись меценаты, которые бы взяли под покровительство этот конкурс, и не только этот, наверное.



Вольф Усминский: Дело в том, что если бы не «Трубная металлургическая компания», мы бы не сумели провести этот конкурс, потому что это требует финансовых вложений.



Олег Вахрушев: Реверанс в сторону спонсоров. Одним из спонсоров также является поисковая система «Яндекс», интернет-компания. Скажите, пожалуйста, что нашла интернет-компания в вашем конкурсе?



Вольф Усминский: Небольшой секрет. Генеральный директор «Яндекса» Аркадий Волож – мой племянник.



Олег Вахрушев: Понятно.



Вольф Усминский: И я сумел его убедить и его коллег, что это нужное дело. По тем же причинам, что нужно искать публику, народ в сохранение классической музыки.



Олег Вахрушев: Не разочаровались эти люди, которые дают деньги на проведение конкурсов, в том, что им проходится это делать?



Вольф Усминский: То, что мы можем провести уже четвертый конкурс, показывает, что заинтересованы.



Олег Вахрушев: Вольф Львович, давайте теперь поговорим немного о той структуре конкурса, которая сейчас существует. Вам было прислано более двухсот заявок на участие в конкурсе. В итоге ко второму туру допущено 39. Как проводился отбор?



Вольф Усминский: По условиям конкурса, два варианта: либо аудио-, видеозапись, либо региональное прослушивание. Региональное прослушивание обычно проводится на базе больших музыкальных центров. Сейчас это оказались Москва и Астана. В условиях сказано, что эти прослушивания должны проходить при моем непосредственном участии. Второго декабря у меня был концерт, я дирижировал оркестром Московского камерата, а накануне, первого, прошел отбор, в котором участвовали студенты Московской консерватории, музыкального училища при Московской консерватории, средней специальной музыкальной школы ЦМШ. Прослушивание проходило в присутствии кафедры скрипки, были все ведущие профессора: Владимир Иванов, Сергей Кравченко, Игорь Фролов. И сами профессора Московской консерватории очень серьезно подошли к этому прослушиванию, потому что, по их заявлению, наш конкурс пользуется в мире большим авторитетом. Поэтому Москва должна быть представлена достойно.


Такое же прослушивание прошло в Астане. Благодаря этому прослушиванию мы имеем сейчас лучших. Студенты Московской консерватории так или иначе – это представительство скрипичной школы. На первом конкурсе у нас возрастной ценз был 19 лет. После конкурса мы пришли к выводу, что надо возрастной ценз продлить, потому что все-таки первый курс консерватории, как обычно, ознакомительный. А уже получая студентов третьего-четвертого курса, мы имеем уже исполнителей оснащенных. Программа конкурса очень трудна. Поэтому просто ученики рядовых музыкальных школ детских не могут осилить такую программу.



Олег Вахрушев: У нас есть телефонный звонок. Здравствуйте, вы в эфире.



Слушатель: Меня очень волнует такой вопрос, хотя я далека от музыкального образования, кроме того, что я детей своих отдавала в школу. Какая музыка, каких авторов и каких стран предлагается конкурсантам для вступительных экзаменов и для конкурсных программ? Почему закрывают школы, если сейчас даже правительственные программы направлены на образование? Меня зовут Людмила Ивановна, я из Москвы.



Олег Вахрушев: Пожалуйста, Вольф Львович, начнем с конкурса. Что за программа на конкурсе? А потом уже при поступлении, более общо обхватим.



Вольф Усминский: Если говорить о композиторах, то это и Бах, и Моцарт, и Чайковский, и произведения скрипачей Сарасата, Вивальди, ну, и так далее. Очень много композиторов и зарубежных, и русских.



Олег Вахрушев: Но конкурсная программа подразумевает, наверняка, наиболее сложные произведения этих авторов? Либо тут в зависимости от возраста?



Вольф Усминский: Я уже сказал, что конкурс не для любителей. Эти дети, которые представлены на конкурсе, они уже профессионалы. И зачастую, у нас предложена программа младшей группы и старшей, некоторые дети младшей группы осваивают программу старшей. В условиях сказано, что можно играть произведения старшей группы при условии полного выполнения. Пожалуйста, играйте по старшей программе, но оставаясь в группе младшей. Многие справляются. Девочка из Испании 10 лет, она – самая младшая участница, программу старшую выполнила. Но она очень известна на Западе, концертирует. То, что нам удалось ее сюда привлечь – большая заслуга нашего члена жюри, который работает в Испании, Сергея Фаткулина. Он отбирал на Западе участников конкурса. Мы очень благодарны, что сумели заполучить это дарование.



Олег Вахрушев: Раз уж заговорили о граждан ах других государств, которые будут участвовать в конкурсе в Екатеринбург е, представители каких стран еще приехали?



Вольф Усминский: Испания, Германия, Польша, Беларусь, Россия, разумеется, Казахстан, Республика Корея, Китайская Народная Республика, Россия – от Санкт-Петербурга и Волгограда до Владивостока.



Олег Вахрушев: Члены жюри, из материала моего коллеги Павла Константиновского мы узнали, что Игорь Фролов – председатель жюри. Кто еще в жюри?



Вольф Усминский: Представитель Вьетнама Тхан Буй Конг, представительница Казахстана Раиса Мусаходжаева, наш бывший соотечественник Сергей Фаткулин, ваш покорный слуга. И хотел бы особо подчеркнуть, в 1993 году гран-при конкурса получил Граф Муржа – очень известный теперь скрипач в России, за рубежом. Он у меня начинал учиться в средней специальной музыкальной школе, и мы его пригласили членом жюри. Кроме того, он вчера открывал конкурс, он играл для публики, которая пришла на открытие.



Олег Вахрушев: Скажите, для обладателя первого Гран-при конкурса возвращение в родные пенаты, в то самое место, откуда он начал свой подъем в профессиональной карьере, это многое значит? Вы же общались с Графом Муржей?



Вольф Усминский: Я с ним общаюсь на протяжении всех этих лет. Я слежу за его карьерой. Иногда даже он занимался в консерватории у профессора Ирины Бочковой, мы очень много общались с его профессором. Собственно, я его и отвез в Москву, потому что я понял, не потому, что я не патриот Екатеринбург а, но все-таки здесь ему было несколько тесновато по его дарованию. Ему нужно было соревноваться с такими же, как он.



Олег Вахрушев: И это у него получается.



Вольф Усминский: Это у него получается. Сейчас его у нас в стране считают одним из ведущих скрипачей.



Олег Вахрушев: Сейчас, как бы то ни было, о грустном, поскольку в обоих звонках наших слушателей прозвучала эта тема. Во-первых, о закрытии музыкальной школы-лицея в Екатеринбург е, которое возможно произойдет. Сейчас, насколько я понимаю, в подвешенном состоянии находится разрешение этого вопроса. И Людмила Ивановна из Москвы спрашивала, как же так получается, вроде бы власти ратуют за то, чтобы образование было, но с другой стороны, как обычно, одной рукой жар загребаем, другой пытаемся пряники дать. Что происходит, Вольф Львович?



Вольф Усминский: Вышел приказ о статусе средних специальных вообще заведений, не только музыкальных, где сказано, что такого рода учебные заведения должны принадлежать либо Федерации, либо субъекту Федерации. Так получилось, что школа была долгое время в подчинении Федерации, Москвы, но несколько лет мы принадлежим городу Екатеринбург у. Все эти годы нас это нисколько не смущало, все были довольны. Но благодаря вот такому постановлению, указу, мы оказались на перепутье. Этот спор, честно говоря, нам, творческим людям, вообще непонятен. У нас одна цель. Что такое специальная школа, так же, как, допустим, школа олимпийского резерва? Это все дети, которые ходят в детские музыкальные школы, их у нас порядка 20 в городе, они учатся там для того, чтобы приобщиться к искусству. И очень хорошо, перед ними не стоит задача заниматься в день в возрасте 14 лет 4-5 часов на рояле, на скрипке, виолончели и так далее. Поэтому вообще речь не идет о закрытии, речь идет о понижении статуса. Но в то же время понижение статуса – это ликвидация, практически это ликвидация, потому что если ученик нашего лицея будет должен сдавать экзамены на аттестат зрелости, у него времени на занятия на инструменте абсолютно не останется. Мы – творческие люди, мы, можно сказать, - космополиты. Город, область, Федерация – сделайте так, чтобы было детям хорошо. Они избрали эту специальность, и надо им помогать всячески. Мы не против кого-то, ни за кого-то. Мы должны быть в стороне от этих передряг. С другой стороны, мы должны добиваться, чтобы кому принадлежать.


Есть ведь самый оптимальный вариант, с моей точки зрения. Таких школ в России восемь. В Воронеже сделали просто. Есть такая формулировка – передать области, а область делегирует свои полномочия городу. То есть должны власти собраться, как обмен квартирами у нотариуса: все пришли, подписали, и все разъехались. Поэтому должны власти договориться, тогда все просто. Вроде бы и выполнили этот указ, и в то же время все остается как есть.



Олег Вахрушев: Согласитесь, вот действительно в эту ситуацию вмешиваются уже все: Швыдкой, депутаты Государственной Думы, областное руководство – все говорят о том, что не нужно понижать статус музыкального лицея Екатеринбург ского, городские власти говорят - нет. Возможно разве не прислушиваться к этому всему?



Вольф Усминский: Я не могу вам сказать ход их мыслей.



Олег Вахрушев: Остается загадкой.



Вольф Усминский: Остается загадкой. Я чувствую, что мы не вмешиваемся в этот процесс. Я формулу свою высказал, я высказывал ее городским властям. С другой стороны, областные власти тоже должны это понять как-то. Собраться, как мы с вами сидим, так же собраться, поговорить и решить это все мирно, с моей точки зрения.



Олег Вахрушев: Дай Бог, все получится. Это, наверное, хорошо, что искусство все-таки вдалеке находится от политики и не вмешивается в нее. Все-таки хочется вернуться к конкурсу. После третьего конкурса был концерт лауреатов конкурса «ДеМЮКС» в Москве. Скажите, пожалуйста, после четвертого конкурса, который проходит в эти дни в Екатеринбург е, будет подобное выступление?



Вольф Усминский: Мы надеемся. Но вы согласитесь, что многое зависит от финансирования.



Олег Вахрушев: Вы сказали, что у вас со спонсорами все нормально.



Вольф Усминский: Вчера на открытии Михаил Григорьевич Черепанов был, представитель «Трубной металлургической компании», но мы не можем на сцене договариваться. Вот завтра берем билеты. Но я думаю, что все будет в порядке. Тем более, что мой друг Игорь Фролов руководит оркестром Московского камерата, у меня был концерт 2 декабря с его оркестром, председатель нашего жюри, он готов предоставить оркестр, готов договориться о зале, что не так тоже просто получить бесплатно в Москве зал. Я думаю, что все это состоится, тем более, что мы можем в Москве, надеюсь, предъявить очень высокий уровень.



Олег Вахрушев: Спасибо.


XS
SM
MD
LG