Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Канский фестиваль в Сибири


Павел Лабазов и Андрей Сильверстов, организаторы Канского видеофестиваля

Павел Лабазов и Андрей Сильверстов, организаторы Канского видеофестиваля

Канский международный видеофестиваль в Сибири — это не шутка, а хорошо продуманная акция молодых энтузиастов из клуба «Сине Фантом». Этот проект культурного центра «Дом» и студии «Видеодом» родился в 2002 году. Позади четыре проведенных кинофорума на берегах реки Кан. Идея пришла в голову кинорежиссеру и одному из ярких представителей неформальной кинокультуры Андрею Сильвестрову. «Однажды я работал на одной из своих прошлых многочисленных работ, — вспоминает Андрей Сильверстов, — мне было там достаточно скучно, но зато под рукой был интернет. И от нечего делать изучая разные возможности интернета, я нашел вдруг город Канск. Тут же сидевшей рядом со мной Надежде Бакурадзе (мы в то время с ней вместе работали на этой скучной работе) я сказал: "Надя, а давай будем делать Канский фестиваль! Я хочу быть президентом Канского фестиваля. Ха-ха-ха". В общем, так пошутили, посмеялись и зачем-то рассказали эту шутку Паше Лабазову. А он взял и сделал этот фестиваль».


Первый международный Канский видеофестиваль


Павел Лабазов и Андрей Сильвестров — авторы римейка знаменитой музыкальной комедии «Волга-Волга» режиссера Григория Александрова. В новой версии Лабазов и Сильвестров, используя компьютерную графику, заменили маски в картине: роль актрисы Любовь Орловой сыграл загримированный под девушку питерский художник Владислав Мамышев-Монро. И вот эти кинохулиганы придумали в 2002 году свой альтернативный кинофорум. Автором идеи был Андрей Сильвестров, а реализовал ее вместе со своими партнерами Павел Лабазов. «Мы с Андрюшей достаточно много снимали короткометражек, — вспоминает Андрей Лабазов, — и возили их как спецпрограмму по разным фестивалям, как бы альтернативным (не Роттердамский, а значительно меньшего уровня), где в основном были представлены художники, а не режиссеры. На них мы столкнулись с тем, что практически все западные кураторы — это был уже 1999 или 2000 год —продолжают тянуть из России чернуху. К тому времени появились уже "Синие носы" в Новосибирске, студия "Ю-7" в Екатеринбурге — с этими гэговыми короткими фильмами (gag — англ., гэг, вставной комический номер, шутка, острота; — прим ред.). И как-то было странно, что люди об этом вообще ничего не знают. Мы решили, что надо делать свой фестиваль и возить уже целые программы. Потом Андрюша пошутил на тему города Канска. Наше сообщество было очень открытое, и как-то эта шутка погуляла-погуляла — и вылилась случайно в проведение первого фестиваля. Параллельно родилась другая безумная идея — организовать поезд через всю страну, как некий агитпоезд, подобно тому как в 1930-е годы были вагоны «Культпросвета». И назвали все это мероприятие — «Культбросок на Восток». Как-то раскрутили пополам Фонд Форда и Фонд Сороса, они поддержали эту идею. Идея была очень простая: мы берем в Москве прицепной вагон, плацкартный, забиваем его аппаратурой, привозим каких-то западных кураторов, диджеев, виджеев, режиссеров — немного, человек 15-20, и едем через полстраны до озера Байкал. Начиная с Урала, остановки во всех крупных городах, соответственно, где мы устраивали на спецплощадках мастер-классы, на небольшой открытой площадке показ и концерт. У нас в стране одна железная дорога, которая идет прямо на Восток, и она проходит как раз через город Канск. Соответственно, в городе Канске мы решили сделать остановку на два дня и провели первый международный Канский видеофестиваль».


Если вспомнить школьные учебники советских времен, то на уроках географии нам в обязательном порядке рассказывали о Канско-Ачинском угольном бассейне: скупые сведения о природных ресурсах и совсем ничего о людях и самом городе. Этот пробел восполняет питерский кинокритик и по совместительству председатель жюри Канского видеофестиваля Ольга Шервуд: «Итак, город Канск расположен в 223 километрах от Красноярска, на реке Кан.Он старше Петербурга на 70 лет почти, ведет свою летопись с 1636 года и стоит на реке Кан. Сейчас в городе чуть более 100 тысяч человек, и это как бы владение "Норильского никеля", судя по рекламе, которая там везде висит. Город состоит из одной большой центральной площади, очень красивой, и на ней есть все: Спасский собор, который построен с элементами енисейского барокко, действительно красивый, отреставрированный, непосредственно за ним — мемориал погибшим в Великой Отечественной войне. В центре площади еще памятник тем, кто устанавливал советскую власть, и тут же — маленький мемориал этим людям. Сбоку площади находится здание, в котором был первый кинематограф в Канске, и он был уже в 1908 году. И первый специальный кинотеатр уже построен был в 1911 году. Табачная фабрика одним фасадом на той же Соборной площади, а другим фасадом на улице Урицкого. И многие мужчины нашей страны знают города Канск по знаменитой канской "Приме", которую выпускают именно там. Эта фабрика называется "Табачка", и там, например, участников кормят фестиваля, потому что там столовая безопасная с точки зрения желудков. И действительно, мы чувствовали себя в этом смысле хорошо, и ничего с нами не случилось. Но еда там специфическая, такую, может быть, в Петербурге подают в кафе "СССР" за огромные деньги. Там компот, винегрет, перловый суп и тефтельки. И здесь живут люди, которые вдруг приходят и смотрят то, что им показывает Канский видеофестиваль».


Сам автор идеи Канского фестиваля Андрей Сильвестров попал в сибирскую глубинку прямо с Лазурного берега: «После Ниццы, Лазурного берега попав на лазурную равнину, впечатление было шокирующее. Шок был от необыкновенной красоты этих мест. Там ты понимаешь, что находишься в каком-то абсолютном центре большой суши, при этом очень твердо стоишь на земле, среди вот этих великолепных берез, покрывшихся желто-красным узором листьев. Но при этом находишься в каком-то удивительно освобожденном состоянии. Вековая депрессия скопилась и парализовала члены местных жителей. Такое впечатление, что им даже тяжело ходить. Как-то там чувствуется какая-то безнадежность состояния. И конечно, мы там выглядели дико. Это была такая горстка сумасшедших, на которых ходили и смотрели, как зоопарк приезжает, что-то такое. Показывали пальцем и говорили: "О-о-о…"»


«Золотой пальмовый секатор»


Последний фестиваль, прошедший в сентябре 2005 года в Канске, показал произведения современного видеоискусства. Против «Золотой пальмовой ветви» Лазурного берега организаторы кинофорума в качестве приза выставили «Золотой пальмовый секатор». Регламент был таков: два дня плотного показа в местном кинотеатре «Восход».


Андрей Сильвестров рассказывает: «Приехал Таня Деткина с фильмом "Пакостник". Этот фильм был на Берлинском фестивале. Была большая программа "Сине Фантома" — это организация, которая существует уже 20 лет и занимается независимым кино, в первую очередь связанным с именами Глеба и Игоря Алейниковых, Бориса Юхананова, Евгений Юфита. Была программа, которая представила деятельность этой организации за последние 20 лет, программу представлял я, рассказывал про "Сине Фантом", что такое независимое кино в России. Была программа группы "Синий суп" — это замечательные художники, которые активно действуют не только в России, но и представляют нашу страну на различных крупнейших международных проектах, таких как "Манифест", Венецианское бьеннале и так далее. Соответственно каждый показ сопровождался представлением программы, и дальше мы отвечали публике на те вопросы, которые у нее созревали. Да, был великий русский композитор Сергей Загний, который за три дня отрепетировал с учениками местной школы свою "Канскую симфонию", которую он специально сочинил, и представил ее на закрытии фестиваля».


Но не вся art-продукция, завезенная энтузиастами параллельного кино, пришлась по душе местным зрителям. Как пишет председатель жюри Ольга Шервуд, «непонятное пугает и отвращает». Спустя два дня после окончания третьего фестиваля 2004 года, канское издание «Сегодняшняя газета» опубликовала статью под названием «Видео-террор», где автор припечатал организаторов в лучших традициях советской партийной прессы. Начал с формулировки «тлетворное влияние Запада» и закончил пугающим вопросом: «Куда смотрит ФСБ?» Организатором пришлось спуститься на землю из заоблачных высот своего «авангарда», в том числе и Андрею Сильвестрову: «Перформанс "авангардисты среди дикарей" закончился на третьем фестивале. То есть этот перформанс стал уже не интересен ни горожанам, ни нам. Им перестало быть интересным смотреть на этих фриков, которые приезжают откуда-то. Москвичи там воспринимаются, как иностранцы. Мы начали новое поступательное движение, связанное, собственно, с развитием как себя, так и тех зрителей, которые посещают наш фестиваль. По крайней мере, мы обратили внимание на то, что просветительская деятельность должна стать одной из составляющих нашей деятельности. Не то что мы решили отдать себя просвещению дикой, неразумной Сибири. Потому что, во-первых, Сибирь не дикая и неразумная, там люди образованнее, чем мы, ну если не во всем, то во многом».


Тему общения с народом продолжает режиссер Павел Лабазов: «Что такое просвещение? Это общение. Перформанс авангардистов — это поскорее вывесить картину, смотреть на нее, воспринимать ее идеи — и все. Мы решили, что все-таки помимо этой картины надо, чтобы эта картина начала говорить. Начала говорить и объяснять, что "я на самом деле не такая сложная, меня можно разложить на те же простые составляющие, как любого из вас", что "на самом деле я такой же, как и вы"».


Контакты со зрителями не прошли бесследно, считает Андрей Сильвестров: «К нам произошел перелом и в отношении администрации. То есть они поняли, что это уже серьезно и надолго. За нами очень пристально следили как со стороны администрации, милиции, ФСБ, все приходили, общались, ждали каких-то провокаций. Мы держались стоически, достойно. Запаса прочности еще лет на пять как минимум у нас хватит. Может быть, мы передадим кому-то фестиваль. Например, Марк Рудинштейн ведь передал группе лиц свой фестиваль "Кинотавр" — может быть, и мы передадим свой».


XS
SM
MD
LG