Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Уральский книгоиздательский бизнес находится в предкризисном cостоянии


Программу ведет Светлана Кулешова. В программе принимают участие Евгений Зашихин, редактор издательства «Сократ» и Тамара Пиманова, директор ООО «Дом книги»



Светлана Кулешова: Представительство Ассоциации книгоиздателей России по Уралу и Сибири готовит совместный семинар с предприятиями торговли печатными изданиями. Главный вопрос - преодоление наметившегося «книжного кризиса». 90% тиражей и наименований выпускается в Москве и Санкт-Петербурге. Изобилие книг в магазинах и низкая цена, по мнению участников издательского бизнеса, - это первые признаки упадка в отрасли. На эту тему екатеринбургский корреспондент Радио Свобода Ирина Мурашова.



Ирина Мурашова: В Свердловской области зарегистрировано более 100 издательских домов. Большинство из них выпускают рекламную и информационную продукцию, дорогую презентационную литературу или выполняют функции «домашней» типографии, находясь на содержании крупных предприятий. В то же время в Екатеринбурге работают 39 специализированных книжных магазинов. Сосчитать непрофильные павильоны и киоски, в которых продают книги, невозможно. На екатеринбургские автограф-сессии приезжают известные авторы – от Татьяны Устиновой до Ирины Хакамады, есть свой именитый фестиваль фантастики – «Аэлита» . Внешне всё благополучно. На самом же деле найти книгу по своему вкусу бывает очень сложно. Читатели даже не подозревают о причинах этого – считает ведущий редактор отдела гуманитарной литературы издательстве «У-Фактория» Инна Харитонова .



Инна Харитонова: У нас вышла книга в серии «Масскульт» «Гарри Поттер и наука», перевод с английского, где раскрываются все фокусы Гарри Поттера. Чтобы поставить нашу книгу рядом с Гарри Поттером, мы должны заплатить в книжном магазине.



Ирина Мурашова: Издательство «У-Фактория» - один из лидеров на российском рынке - от научных до детских, от скандальной «Марихуана – забытое лекарство» до классических детективов в жанре «нуар». Единственное, о чем жалеют уральские издатели, – что нет государственной поддержки книгоиздания. В итоге у «небульварного» чтива мало шансов попасть в глубинку. Зато возможно обратное движение – на своем опыте это поняла жительница города Березняки Пермской области Татьяна Леванова. Ее первая книга для детей «Сквозняки: первая миссия» вышла тиражом в 20 тысяч экземпляров, вторая только что появилась на прилавках магазинов.



Татьяна Леванова: Я общалась с издательством через интернет. И первые несколько месяцев я занималась только тем, что обзванивала издательства, предлагала рукопись.



Ирина Мурашова: Уральские издатели говорят не о региональном, а о всероссийском предкризисном состоянии книжного рынка. Ежегодный выпуск книг на душу населения в России составляет всего 5 экземпляров, в то время как в Западной Европе 10-12 книг. Так что возможности для развития еще есть. Но не количественного, а качественного – уверен генеральный директор московского издательства «Эксмо» Олег Новиков.



Олег Новиков: Не все те авторы, на которых мы возлагаем надежды, не все те книги, которые нам хотелось бы, чтобы они заинтересовали читателя, их удается сделать действительно известными, популярными.



Ирина Мурашова: Сокращать тиражи, повышать цены, уменьшать число наименований и переходить на качественную продукцию, отказываясь от «бульварного чтива» - такие выходы для книжного бизнеса предлагают специалисты. Но это неинтересно книготорговцам – именно легкая литература составляет до 50% прибыли книжного магазина.



Светлана Кулешова: Редактор е катеринбургского издательства «Сократ» Евгений Зашихин и директор объединения магазинов «Дом книги» Тамара Пиманова в Екатеринбургской студии Радио Свобода. Доброе утро, Тамара Михайловна.



Тамара Пиманова: Доброе утро.



Светлана Кулешова: Доброе утро, Евгений Степанович.



Евгений Зашихин: Доброе утро.



Светлана Кулешова: Итак, книготорговцы хотят продавать легкое чтиво, книгоиздатели хотят издавать серьезную литературу. Правильно или неправильно я ставлю вопрос?



Тамара Пиманова: Вопрос, может быть, вы и правильно поставили. Только я не совсем согласна, что книготорговцы хотят продавать легкое чтиво. Книготорговцы продают то, что покупает наше население. А насчет легкости я очень сомневаюсь.



Светлана Кулешова: Евгений Степанович, ваша точка зрения?



Евгений Зашихин: Я думаю, что оговорка Тамары Михайловны была очень мотивированной, потому что в принципе в данном случае, мне кажется, что и у издателей, и у книготорговцев задача одна. Я не думаю, что кто-то делает сознательную установку именно на легкие жанры. В любом случае, мне кажется, что здесь важно одно: что в условиях рынка мы не можем не ориентироваться на то, что пользуется спросом. Я думаю, это издателей тоже касается.



Светлана Кулешова: О спросе мы будем сегодня говорить еще много, а пока о теме, которая была поставлена: существует ли то кризисное состояние, в котором якобы пребывает нынешняя книготорговая отрасль, или это придумки журналистов?



Тамара Пиманова: Вы знаете, вообще, книготорговля развивается волнами. Если говорить о кризисном состоянии сегодня, то частично мы к нему подходим в результате перепроизводства книги. А все это связано с тем, что нет четкого анализа продаваемой литературы. На сегодня ассортимент формируем не мы и не издатели, а формирует население наш ассортимент: что они хотят, то они и заказывают. И мы работаем вслепую, то есть нет даже элементарной единой информационной системы между издателями и книготорговцами. А нет ее (это песня отдельная), потому что амбициозность московских издателей: не могут придти к единому решению.



Светлана Кулешова: То есть все-таки мы немножко на спаде сейчас, да?



Тамара Пиманова: Явного спада нет по продажам.



Евгений Зашихин: Я бы так сказал, ситуация напоминает мне немножко снежную лавину, то есть вся масса катится вниз, но отдельным снежинкам внутри лавины кажется, что они наверху. Я о чем говорю? О ситуации с Москвой. Там действительно сосредоточен основной объем книжной торговли. И если на ярмарке книжной, а мы каждый сентябрь ездим на эти ярмарки «Книги России» на бывшей ВДНХ, там же интересная вещь происходит: смотришь одни и те же книжные позиции, одни и те же авторы, одни и те же книги, только в разных обложках, в разной упаковке. Потому что есть некий круг имен раскрученных, которые лидируют в книжной конъюнктуре. Вот их и берут. Дело в том, что сегодня тем самым, как мы раньше говорили, серьезным писателям, тем, кто ставит какие-то сущностные проблемы бытия, молодым оригинальным, талантливым авторам трудно продвинуться. Отчего сегодня толстые журналы очень малотиражны? Премии литературные непрозрачны. Все от этого.



Светлана Кулешова: То есть кризис в отрасли не в том, что спад продаж или спад производства, а именно в ассортименте книжном получается?



Тамара Пиманова: Нет, в перепроизводстве, потому что нет четкого анализа.



Светлана Кулешова: Вам, уважаемые слушатели, мы задаем такой вопрос: как часто вы покупаете книги, и какую книгу вы купили последней?


Итак, прозвучали слова о том, что издаются примерно одни и те же наименования, еще и подмечен такой момент: по телевидению выходит какой-то сериал, появляются обложки с картинками оттуда. И это тоже толчок для продажи. Какие книги продаются сейчас лучше всего?



Тамара Пиманова: Наверное, на этот вопрос я отвечу. Вообще, книги продаются все хорошо. Но если какая-то книга экранизируется, мы говорим о художественной, то понятно, тут идет толчок продажи. Вообще, помните, первая была экранизация Достоевского «Идиот». Казалось бы, классика, и мы ее много-много лет продавали. Но когда пошел фильм, это было что-то невероятное, это просто бум был за этой книгой. Мы море продали «Идиота» в тот момент. Затем Лукьяненко, и те сериалы, которые выходят, они тоже дают некий толчок, но постепенно ажиотаж стихает. То есть люди уже привыкли к тому, что есть фильм и есть книга. Не вопрос, можно взять почитать или посмотреть. А когда все доступно, то интерес потихоньку падает.



Светлана Кулешова: Тамара Михайловна сказала, что продаются все книги. Все книги, видимо, которые берет магазин на реализацию. Все ли книги магазины берут себе на реализацию, Евгений Степанович?



Евгений Зашихин: Если сравнивать ситуацию с той, которая была в советские времена, когда они действительно у нас все книги на реализацию брали, сейчас время изменилось. Я помню наш город потреблял огромные (это было время дефицита) тиражи. Я тогда работал главным редактором Среднеуральского книжного издательства. Вот мы Ремарка сделали какую-то книжку, у нас город просто все съел, первый тираж был 150 тысяч, дополнительный – еще 150, потом еще. Я уже не говорю про то, что там кто-то говорил про левые тиражи, которые появлялись. А тогда было и такое. Сегодня берут на реализацию, берут в пределах одной пачки. А то, что вы сказали про кино, я с этим очень согласен, потому что тут как бы кто успел подсуетиться. Вот у нас, например, в планах издательства ближайших, мы давно эту книгу запланировали, выход книги Леонида Юзефовича – того самого, чей фильм «Казароза» по его сценарию недавно шел. Но мы то роман «Казароза» даем как исторический роман, у нас есть «Библиотека исторического романа», а он в общем уральский писатель, он начинал как автор журнала «Урал», он жил в Перми, мы с тех пор с ним дружим. Сегодня писателю трудно делать себе имя без опоры на литературные скандалы, на кинематограф, на телевидение. Сейчас все так делают.



Светлана Кулешова: А вообще, насколько сейчас реально сделать себе имя в литературе?



Евгений Зашихин: У нас же наши два земляка сделали себе имя. Я имею в виду Ольгу Славникову, Ирину Денежкину. Они по-разному сделали.



Тамара Пиманова: Анна Матвеева, Леванова, пермячка.



Евгений Зашихин: Тут есть известная разница, кто из них как позиционируется на книжном рынке. Но я думаю, что Анна Матвеева – очень серьезный, интересный писатель, в частности, «Перевал Дятлова» - замечательная документальная книжка. Но это нам интересно, я думаю, очень тяжело эту книгу продавать в Москве. А вот та же Славникова пришла в атмосфере некоторого скандала.



Тамара Пиманова: Я бы добавила. Для того, чтобы сейчас продвинуться, нужно, чтобы совпало три момента: первое – это талант, для того чтобы написать книгу; второе – деньги, чтобы напечатать; третье – время, чтобы раскрутиться. И вот если это совпадает, то человек может продвинуться. Но совпадает очень редко. Чего-нибудь всегда не хватает.



Светлана Кулешова: Чаще всего, видимо, денег для того, чтобы напечатать.



Тамара Пиманова: Ну, и не все талантливо то, что пишется.



Светлана Кулешова: Евгений Степанович, сколько вам книг и сколько рукописей приносят вам в месяц, в год?



Евгений Зашихин: Не так много, кстати, как в советские времена, потому что сегодня люди уже все понимают, понимают, что мы – тоже коммерческая организация, которая заинтересована в получении прибыли. Раньше всякие ветераны труда ходили, графоманы со славным жизненным путем и так далее. Сейчас другое убивает: убивает то, что люди видят образцы текстов, которые идут. Поэтому у меня каждый второй текст – это иронический детектив, подражание Донцовой, подражают Марининой, лепят все эти фэнтэзи многочисленные. Более того, видя, что очень хорошо идет детская литература, носят вкладник под видом детских стихов, хотя понимают, что чтобы эта книга пошла, ее надо иллюстрировать. А кто будет деньги вкладывать в неизвестного автора, чтобы его иллюстрировать?



Светлана Кулешова: Тамара Михайловна, Евгений Степанович, как часто вы сами покупаете книги? И какие книги вы купили последними?



Евгений Зашихин: Сейчас будет «рояль в кустах», потому что я как раз последнюю книгу купил у вас в магазине. Дело в том, что мы сегодня говорили про ассортимент. Очень плохо, что у нас во всех магазинах ассортимент на процентов 80 очень похож: одни и те же авторы. А когда ищешь какую-то штучную, необходимую тебе книгу, ты не знаешь, что делать. Я полгода ходил в магазин «100 тысяч книг» по соседству, пытаясь найти книгу Павла Босинского «Горький», она вышла в «ЖЗЛ». Дело в том, что сегодня в «ЖЗЛ» выходят замечательные книжки типа Дмитрия Быкова «Биография Леонида Пастернака». У нас в Москве эта книга о Горьком прошла с таким фурором, а у нас ее нет. Я ходил-ходил, давеча заплакал даже, говорю друзьям: «Уже даже книга есть про Газзаева в «ЖЗЛ» в магазине нашем, а про Горького нет». Мне Быков, мой друг, сказал: «Иди, в первом магазине она есть, в «Доме книги». Я побежал и купил.



Светлана Кулешова: Тамара Михайловна сейчас объяснит, почему в большей части магазинов Екатеринбург а этой книги нет, а в «Доме книги» она есть.



Тамара Пиманова: Ну, я не буду делать рекламу. Я не знаю, почему ее нет в других магазинах, может, они просто не заказывали.



Светлана Кулешова: А почему не заказывали?



Евгений Зашихин: Я думаю, что тут еще ведь магия есть какого-то раскрученного имени, как сейчас все покупают Гришковца, среднего писателя. Но ведь есть еще и антимагия. Вот считают, что Горький – это что-то такое бывшее, старое, отжившее. А ведь это интересная книга об интересном писателе.



Тамара Пиманова: Вы знаете, я бы сейчас, уместнее, наверное, было бы сказать про ассортимент. Вот я вспоминаю старые времена, когда было просто работать не интересно, потому что был дефицит книги. И на полках было, я не ошибусь, если скажу, тысяч 15 наименований всего. И выпускалось то примерно столько же. А сегодня выпускается 120 тысяч наименований в год. И у нас на сегодня в магазине 65 тысяч. Это очень много, потому что если сравнивать с Москвой, то только в «Библио-глобусе» - 85, это центральный огромный московский магазин. Я думаю, что у нас многое, что можно купить. Но дело в том, что когда вы говорили: «Я очень хотел, а купить не мог». Покупатель приходит не за ассортиментом. И то, что я вам сейчас говорю – 65 тысяч – это пустой звук для кого-то, потому что каждый приходит и ищет то, что ему нужно. По большому счету сегодня можно найти, можно заказать книгу. Ну, вы же представляете, у нас тысячи квадратных метров в «Доме книги», мы не можем выставить все 120. Поэтому можно в какой-то магазин обратиться, сделать заявку, магазин поищет в Москве какую-то конкретную книгу.



Светлана Кулешова: Какие книги сейчас продаются лучше всего, и какие книги заказывают, какие книги являются штучным товаром? Может быть, не книги, а темы, какие авторы?



Тамара Пиманова: Вот я бы по темам сказала. Вообще, я каждый год анализировала расходимость книг по темам. Я думаю, что можно писать историю города, если четко дать анализ расходимости книг. Возьмем третий год и пятый год. Если говорить по темам, увеличились продажи по экономической литературе. А это и неудивительно, потому что экономическое развитие Екатеринбург а находится на хорошем уровне. Увеличились продажи книг по здоровью. Тоже неудивительно, потому что на сегодня лекарства настолько дороги и их не хватает в бесплатном варианте. Люди берут книги для профилактики. Увеличились книги по искусству. Это очень хороший показатель. Вообще, книга – это не товар, книга – скорее, инструмент, который показывает развитие культуры, духовности нашего населения, образовательный какой-то уровень. Поэтому то, что увеличились книги по искусству, - это очень хороший показатель. Значит, люди наши достаточно культурные. А вот на детскую литературу на сегодня спад, если сравнивать пятый и третий годы. Книга стала очень дорогой детская, она стал недоступная. Это очень плохо, об этом должны задумываться и издатели, и власти, и мы, книготорговцы.



Светлана Кулешова: Цена книги – вообще отдельный вопрос. Мне бы тоже хотелось этой темы коснуться, потому что люди, которые утверждают, что книжная отрасль находится в предкризисном состоянии, одним из признаков указывают цену книги, потому что за рубежом, в Западной Европе книги стоят в 6-8 раз дороже, чем у нас, а у нас стоят столько, сколько стоят. Если увеличивать цену, их будут покупать или нет? Вообще, насколько важна стоимость книги в магазине? Давайте сначала издателя спросим.



Евгений Зашихин: Я начну с чуть более раннего пункта. Если уж Тамара Михайловна сказала, что книга – это не товар, то мне сам Бог велел сказать, что книга – это счастливый труд души, это чтение. Я почему так говорю? Потому что тираж книги – это то, что во многом объясняет ее цену. Если мы издавали книги многотиражные, они бы, может быть, меньше стоили и были бы более доступны. Но в том-то и дело, что когда того же автора того же произведения очень много в исполнении других издателей, ясно, что покупать это не будут. Или, скажем, книжка, которая очень нужна специалистам, но в этом городе она не разойдется. В городе тоже сейчас мало книг расходится. Что касается книг, на которые мы делаем ставку, сегодня очень хорошо идет учебная литература, она всегда шла хорошо. Дело в том, что в условиях, когда нет денег, здесь говорили, что нет денег на лекарства, нет денег и на репетитора и на хорошую школу. Просто общий уровень жизни населения заставляет прибегать к самообразованию, к самолечению. В этом смысле книги учебные, причем самого широкого спектра, потому что есть чисто учебно-педагогические комплекты. Есть литература справочная, литература познавательная, энциклопедическая литература. Особая статья – это, конечно, краеведение, потому что интерес к истории всегда очень велик. Все знают, как идут хорошо мемуары, как идут книги о истории.



Светлана Кулешова: У нас есть звонок слушателя.



Слушатель: Это из Саратова вас беспокоят. У нас в Саратове без пятнадцати шесть, но я – ранняя пташка. У меня есть, конечно, комментарий, но я не буду долго эфир задерживать. Я очень люблю читать, но мне 60 лет, я пенсионерка. И вот иногда берешь книги, хочешь купить книгу, более-менее еще позволяют средства, но не могу читать, то есть шрифт совершенно разбросанный. Вот я хочу спросить: ГОСТ соблюдается по издательству, по шрифтам что ли? Потому что иногда берешь книгу – читать невозможно.



Евгений Зашихин: Я вам отвечу. Дело в том, что эти ГОСТы не только соблюдаются самими издателями, за ними следит типография. Более того, над нами есть такой карающий орган, как санэпидстанция, которая за этим тоже следит.



Светлана Кулешова: А почему тогда появляются книги с разбросом шрифта?



Евгений Зашихин: А можно я вас спрошу, почему появляется паленая водка?



Светлана Кулешова: То есть мы говорим, что существует контрафактная продукция и в книгоиздании.



Евгений Зашихин: Обязательно.



Тамара Пиманова: Конечно.



Светлана Кулешова: Есть ли проблема кражи интеллектуальной собственности в книгоиздании, книготорговле?



Евгений Зашихин: Разумеется, есть.



Светлана Кулешова: Как это есть, если все время мы читаем, что книгоиздателю не выгодно делать левые тиражи, что книгоиздание – это слишком дорого, что это диски можно напечатать на левой коленке, а с книгами все гораздо сложнее? Есть ли доказательства того, что левые тиражи существуют?



Евгений Зашихин: Я думаю, что когда еще ты не продавал свои книжки, а видишь книги до тиража где-нибудь в продаже, а я такие вещи встречал даже на своей практике, то что тут говорить? Я уже не говорю про издательства крупные московские. У нас есть газета ведомственная, называется «Книжное обозрение». Там очень часто в разделе некрологов идут коммерческие директора каких-то больших издательств. Почему идет такой отстрел?



Светлана Кулешова: Это выгодно или нет?



Тамара Пиманова: Я думаю, что это все выгодно, все, что левое, потому что затраты то минимальные, это все неофициально идет. Вы сказали, что невыгодно издавать. Я с этим не согласна.



Евгений Зашихин: Нам все равно, мы в издательстве тратим средства, что на 100 экземпляров оригинал-макет делаем, что с этого оригинал-макета будет сделано 100 тысяч экземпляров. Там дальше работают два человека: дядя Ваня и дядя Коля. Они берут рулон бумаги и подкатывают его к машине. Все остальное делает машина.



Светлана Кулешова: Насколько сильно сбивают цену вот такие левые тиражи, и вообще, широко ли это распространено?



Тамара Пиманова: Я бы не сказала, что широко, и цену не сбивают, потому что цена примерно на одном уровне.



Евгений Зашихин: Они качество сбивают.



Тамара Пиманова: Да, качество, конечно, оставляет желать лучшего. Они это печатают для того, чтобы деньги заработать, поэтому цена практически не сбивается.



Светлана Кулешова: Давайте вернемся к вопросу цены.



Тамара Пиманова: Да, это вопрос интересный.



Светлана Кулешова: Сколько должна стоить книга для того, чтобы ее покупали, и для того, чтобы, с другой стороны, это было выгодно и издателям, и книготорговцам?



Тамара Пиманова: Вообще, это определяется затратами, себестоимостью. Но на сегодня затраты на изготовление книги достаточно велики. Вообще, я как книготорговец бы сказала, что книга должна быть недорогой, а должна быть доступной. Это нормальный, идеальный вариант. Но у нас книга, к сожалению, дорогая, потому что для того, чтобы развиваться издателям, для того, чтобы жить книготорговцам, надо иметь какую-то наценку. Наценка составляет где-то 60-80%.



Светлана Кулешова: Евгений Степанович, вы тоже считаете, что книга должна быть доступной? Или вы считаете, что должна быть дорогой?



Евгений Зашихин: Вопрос диалектический, очень сложный. Тут однозначно не ответишь. Вы понимаете, какая вещь? Вот помню, «У-Фактория» выпустила однотомник Бориса Рыжего, одного из самых талантливых наших поэтов. Книга у нас была недорогая, и она нормально шла. Но книг практически не было. Даже в соседней Тюмени ее не было, у меня спрашивали. А в Москве она была, но она была уже с какой-то дикой накруткой, потому что, видимо, транспортные расходы, еще какие-то входят.



Светлана Кулешова: У нас есть телефонный звонок. Здравствуйте, вы в эфире.



Слушатель: Валентина Васильевна из Москвы. Вот я приобретаю книги в магазине, я приобрела три книги «Московская сага», там иллюстрации из фильма. И меня волнует какой вопрос: нет ли там каких-то изменений от авторской книги? А то бывает так, что по роману одно содержание, по книге, допустим, герой умирает, а по фильму его живым оставляют?



Евгений Зашихин: Видимо, ответить надо будет мне. Вы понимаете, есть два просто разных жанра: жанр романа аксеновского и жанр киносценария. Чтобы говорить на примере, близком мне, я недавно готовил к печати «Казарозу», роман. Там интересная вещь, там и убивает не тот человек, то есть там все не так.



Светлана Кулешова: Чем в экранизации.



Евгений Зашихин: Потому что экранизация же должна быть наглядной, там нет того, что возможно в литературе.



Тамара Пиманова: Я хочу добавить. Вообще, в книге написано, что книга по сценарию, и тогда есть некие изменения.



Светлана Кулешова: Давайте подводить итоги. Кризис существует или хотя бы докризисная ситуация или нет? В начале программы вы отвечали на этот вопрос. Вот с учетом всего сказанного?



Тамара Пиманова: Я как книготорговец сказала бы, что в книготорговле пока кризиса явного нет, книги востребованы, и думаю, что будут востребованы еще долго. Потому что книга – это источник информации.



Евгений Зашихин: Я отвечу лукаво, потому что я не очень согласен с вами про кризис. Поэтому я скажу так: раньше, когда у нас спорили о поэзии, всегда говорили: «Что с поэзией? Расцвет, кризис или период накопления сил?». Я скажу, что у нас некий период накопления сил. Дело в том, что мы как-то изначально немножко себе привираем, что у нас была самая читающая страна. Я помню хорошо, на книжных ярмарках первых, куда я ездил, как я поражался тиражам книг в Китае или Северной Корее, или тиражам книг на душу населения в Израиле. У нас тоже была одна из легенд советского времени про нашу самую читающую страну.



XS
SM
MD
LG